Читать онлайн Коснись зари, автора - Кицмиллер Челли, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Коснись зари - Кицмиллер Челли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Коснись зари - Кицмиллер Челли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Коснись зари - Кицмиллер Челли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кицмиллер Челли

Коснись зари

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Хрустальные подвески негромко позвякивали, свисая с газовых люстр, когда гости заходили в бальный зал отеля «Космополитен». Держа Абигайль под руку, Хеллер предъявила приглашение, и они прошли в уже заполненный людьми зал.
Почувствовав знакомый аромат роз, Хеллер посмотрела наверх, и ей в глаза бросилось множество цветочных корзин, свисающих с куполообразного потолка. В носу у нее сразу же защипало, и она поспешно достала носовой платок.
— Тетушка, нам придется отойти поближе к дверям: боюсь, если я останусь под всеми этими цветами, то начну чихать без остановки, как тогда в театре.
Абигайль тут же кивнула:
— Конечно, дорогая. — Они незаметно передвинулись к дверям, выходившим на веранду. — Надеюсь, ты не забыла взять бумагу для записей? Тебе необходимо описать все для наших друзей как можно подробнее — красивые цветы, костюмы, танцы…
— Можешь не волноваться, я и так все запомню, — заверила старушку Хеллер, делая вид, что не замечает пары внимательных глаз, следящих за ней. Это был дружеский взгляд, улыбчивый, но все же осторожный. Она знала, что непременно почувствует этот взгляд, и, не признаваясь в причине даже самой себе, именно из-за этого провела несколько часов в примерочной, пытаясь решить, что больше подойдет к ее положению, будет выглядеть изящно и женственно, но при этом не слишком вычурно или экзотично. Наконец она остановилась на платье, напоминавшем наряд французской дворянки тринадцатого века с ниспадающими рукавами из тончайшего синего шелка. Хотя Хеллер не могла не испытывать легкого огорчения из-за того, что большинство присутствовавших на балу женщин были одеты куда более шикарно, зато его широкий покрой не позволял заметить, что она без корсета. К тому же маленькая белая шляпка, отдаленно напоминавшая зубчатую корону, прекрасно сидела на ее изящной головке, а белый шарфик удачно подчеркивал овал лица и поддерживал распущенные волосы.
Как только они приблизились к открытым дверям, Хеллер почувствовала дуновение прохладного ветерка, и это напомнило ей, что целый день штормовые облака угрожали пролиться на головы жителей города обильным ливнем. К счастью, пока ничего подобного не произошло.
— Взгляни, дорогая, кажется, это Алекс! — Абигайль подхватила Хеллер под руку и энергично потащила ее за собой в тот угол зала, где стоял глава их делегации. — Я обещала, что мы присоединимся к нему, как только приедем. — Она никогда еще не выглядела так внушительно, как этим вечером, благодаря черному голландскому платью с тонкой белой оборочкой, походившей на колесо, и декоративным манжетам, доходившим ей почти до локтей, а также широкой черной шляпе, затенявшей лицо.
Александр Райс непринужденно разговаривал с темноволосой женщиной, облаченной в жокейский костюм; увидев Абигайль, он тут же прервал беседу, взял ее за руку и подвел к своей собеседнице.
— Уверен, вы помните сеньориту Вальдес. К сожалению, она недолго пробудет с нами, поскольку в одиннадцать часов у нее представление…
Елена не стала дожидаться, пока он закончит свое вступление.
— Ах да, сеньора и сеньорита Пейтон! — Она перевела взгляд на Хеллер. — Рада видеть вас снова. Надеюсь, у вас все в порядке?
Хеллер принужденно улыбнулась.
— Да, все хорошо, спасибо.
— Не могу передать вам, насколько мы восхищены вашим выступлением, — воскликнула Абигайль, складывая ладони перед собой. — Вы, случайно, не были ученицей Лолы Монтес? Мне показалось, я даже угадала кое-что из ее стиля в вашем великолепном танце.
Елена небрежно повела плечами.
— Я действительно встречала Лолу много лет назад — это было в… — Она засмеялась. — Простите, забыла название. — Она подняла взгляд к потолку. — Одну секунду. Грас-Вэлли? Нет! Мерфи-Диггинз — кажется, именно так…
— Мерфи-Диггинз? — Абигайль в недоумении взглянула на Хеллер. — Какое необычное название! Впрочем, помнится, один знакомый говорил мне о нем. Между прочим, я хотела сообщить вам, что моя племянница описала ваше выступление для наших друзей дома.
— О? — Брови Елены выгнулись дугой, и она вопросительно посмотрела на Хеллер.
— Видите ли, это моя работа — записывать все важные моменты нашего визита, — пояснила Хеллер, тщательно подбирая слова.
— Ах, дорогая, надеюсь, вы написали только хорошее о Елене Вальдес?
Хеллер не могла не отметить, насколько тщеславна эта женщина.
— Я пишу правду, сеньорита Вальдес, независимо от того, хороша она или горька.
Елена недовольно поморщилась.
Хеллер ожидала взрыва, однако она была спасена от гнева танцовщицы человеком, одетым в костюм персидского воина, как раз в этот момент подошедшим к их маленькой группе и попросившим разрешения внести свое имя в ее танцевальную карту.
Гордон Пирс выглядел очень эффектно в костюме норманнского рыцаря, состоявшем из кольчуги и черной накидки, на которой красовался мальтийский крест. Мягкий набивочный материал костюма добавлял мужественную широту его груди и плечам, на поясе висел бутафорский меч.
— Надеюсь, вы не слишком скучали без меня вчера вечером? — широко улыбаясь, произнес он вместо приветствия, подходя к дамам.
— Нет, не слишком. — Хеллер даже слегка растерялась. Она еще не решила, как ей следует вести себя с ним.
— Надеюсь также, что вы приберегли для меня место в вашей танцевальной карте…
— Нет… да! — Хеллер заметила неодобрительный взгляд Абигайль, но что она могла сделать? Отказ при наполовину пустой карте был бы расценен как оскорбление.
Гордон посмотрел на карту. Затем перевел взгляд на Хеллер.
— Я не очень хорош в кадрили или польках, зато обожаю вальсы. — Не дождавшись ответа, он решительно вписал свое имя напротив двух вальсов.
Заиграла музыка, и Хеллер тут же подхватил первый партнер. Второй танец, вальс, был за Гордоном. Когда он взял ее за руку и провел в центр зала, она вздохнула с облегчением — по крайней мере теперь от нее уже ничего не зависело.
Гордон умело вел ее в танце, однако Хеллер показалось, что он старательно скрывает раздражение; ничего подобного прежде она за ним не замечала.
Когда музыка закончилась, Пирс предложил ей немного отдохнуть.
— Я мечтаю о глотке лимонада с тех пор, как пришла сюда, — призналась Хеллер.
Когда они приблизились к столу с прохладительными напитками, монах в коричневом одеянии тут же налил им лимонад в серебряные кубки, а затем протянул один Хеллер и другой Гордону.
— Спасибо. — Хеллер улыбнулась, затем поднесла кубок к губам. Глядя поверх кубка, она попыталась получше разглядеть монаха, но плотный капюшон полностью скрывал его лицо.
— Пожалуйста, сеньорита. — Он отвернулся, чтобы наполнить остальные кубки.
Гордон осторожно обнял Хеллер за талию.
— Не пора ли нам присоединиться к Александру и вашей тетушке?
Ей так захотелось узнать, кто скрывается под маской монаха, что на полпути она оглянулась: монах по-прежнему стоял у столика. В этот момент ей бросилось в глаза, что вместо скромных кожаных сандалий ноги монаха были обуты в тщательно начищенные модные ботинки, и Хеллер, не выдержав, хихикнула, как школьница; однако, заметив, что Гордон с удивлением взглянул на нее, тут же зажала рот рукой и потупилась.
Мазурку Хеллер танцевала с Робертом Суэйном, который, казалось, чувствовал себя не слишком удобно в костюме мушкетера. Тем не менее им удалось благополучно завершить танец, а когда она вернулась к Гордону, он, пожаловавшись на духоту, предложил ей прогуляться по саду. Словно не замечая очередного неодобрительного взгляда Абигайль, Хеллер кивнула. В конце концов, она вполне самостоятельный человек и вольна принимать свои собственные решения.
Ветер меланхолически шелестел в кронах деревьев сада, и от этого на душе у нее немного потеплело.
— Как вам нравится Сан-Франциско? — спросил Гордон, поддерживая ее за локоть и направляясь к полускрытой плющом мраморной скамье.
Неожиданно почувствовав знакомый зуд, она сжала носовой платок, моля Бога о том, чтобы как-нибудь удержаться и не чихнуть.
— Это очень красивый город и гораздо более ухоженный, чем я слышала.
— Что же именно вы слышали?
Хеллер вспомнила предупреждения Элизабет Пенниуорт относительно страшных дикарей, которые бродят по улицам Сан-Франциско.
— Думаю, лучше об этом не вспоминать. Поверьте, это все так глупо.
Гордон покачал головой.
— Пожалуйста, скажите, — уговаривал он, встряхивая пшеничными волосами.
— Видите ли, — Хеллер изо всех сил старалась быть вежливой, — я ожидала увидеть грязные улицы с глубокими колеями от колес фургонов в окружении деревянных зданий, а вместо тротуаров — дощатый настил. Я также слышала, что здесь больше салунов, чем магазинов, и… дикие индейцы вместе с вольными стрелками бродят по улицам. — Она рассмеялась. Теперь-то ей было ясно, что Элизабет Пенниуорт очень сильно заблуждалась, и это заставляло ее сомневаться в правдивости других утверждений строгой наставницы.
Гордон смеялся вместе с ней:
— Так оно и было в сороковых, когда поблизости в предгорьях обнаружили золото; но с тех пор прошло уже много лет. В настоящее время Сан-Франциско — это трех — и четырехэтажные кирпичные здания, газовые фонари на каждом углу, булыжные мостовые, прекрасные рестораны и гостиницы; одним словом, красивый и совершенный город. Хотите ли вы теперь уехать и вернуться домой?
Хеллер села и, пригладив растрепанные ветром волосы, взглянула на ночное небо — темное облако медленно закрывало луну, погружая сад в темноту.
— Я… — Она остановилась.
— Вы не должны уезжать. — Гордон взял ее руку и поднес к губам. — Останьтесь хотя бы на некоторое время. Вы еще многого не видели здесь…
Сердце Хеллер бешено заколотилось. Она отдернула руку и прижала ее к своей груди. Ну конечно же, он имел скрытый повод, чтобы привести ее в сад. Известное дело — поцелуи, романтические свидания… Она уже побывала в достаточном количестве садов Бостона, чтобы догадаться…
— Боюсь, пора идти. — Она постаралась говорить как можно беспечнее. — Вы были замечательным гидом, Абигайль и я чрезвычайно вам благодарны! — Хеллер надеялась, что ей удалось охладить пыл своего неожиданного поклонника, но тут он внезапно обнял ее.
Она открыла рот, собираясь дать наглецу достойную отповедь, но так и не смогла ничего сказать. И как она сразу не разгадала его намерений! Ей следовало предотвратить все, прежде чем это приведет к непоправимым последствиям!
Наконец голос вернулся к ней.
— Гордон, прошу вас! — Она попробовала избавиться от его рук, но он крепко держал ее.
— Позвольте мне заботиться о вас, Хеллер. Знаю, это может показаться вам наглостью, но… — Его карие глаза смотрели прямо ей в лицо. — Уверяю вас, я предпочел бы подождать, чтобы иметь возможность доказать вам свои чувства, но время так стремительно уходит! Ваша тетушка, разумеется, обо всем догадалась, и она не хочет, чтобы я был рядом, а значит, мне остается признаться вам в своих чувствах прямо сейчас, другой возможности у меня скорее всего не будет.
— Немедленно отпустите меня!
— Но, Хеллер… — Он упорно продолжал удерживать ее.
Ей все же удалось вырваться. Вскочив, она бросила на Гордона убийственный взгляд, а затем прозвучала звонкая пощечина.
— Да как вы смеете! Я нахожу ваше поведение крайне недостойным. Вы — не джентльмен!
Порыв ветра охладил ее горячие щеки и разметал волосы по лицу. Абигайль была права. Ему нельзя доверять. Ни капельки.
Гордон, медленно поднявшись, повернулся, и тут его поведение полностью изменилось: сузились глаза, ноздри раздулись, губы вытянулись в тонкую линию. На какое-то мгновение Хеллер испугалась — ей показалось, что он вот-вот ударит ее…
Затем как по волшебству он принял облик преуспевающего джентльмена.
— Судя по вашей реакции, вы восприняли мои слова как оскорбление. — Голос его слегка дрожал. — Что ж, приношу свои извинения. Видите ли, я подумал… Одним словом… очевидно, я неправильно понял ваши чувства.
Видя столь молниеносную перемену, Хеллер невольно сконфузилась. И как ему удалось столь ловко перевернуть все так, будто теперь уже она должна просить у него прошения!
Вряд ли что-либо доставило ей сейчас больше удовольствия, чем возможность влепить Гордону Пирсу еще одну пощечину, но годы обучения и привычка к дисциплине заставили ее сдержаться. Кроме того, ею руководило нечто большее, чем гнев, — под угрозой была репутация правления Торговой палаты, которую она представляла.
— Мистер Пирс, — начала Хеллер со спокойствием, от которого была весьма далека, — вы поставили меня в очень неудобное положение. Поверьте, я не имела ни малейшего понятия относительно ваших намерений. В конце концов, мы знакомы слишком мало — меньше чем неделю! — Она нервно сжала руки и продолжила прерывающимся голосом: — Я абсолютно ничего не знаю о вас, но даже если бы у меня была возможность узнать вас получше, вы могли бы рассчитывать лишь на мой интерес к вам как к другу.
Ей показалось, что Гордона ее слова не слишком убедили.
— Все женщины хотят выйти замуж и иметь детей.
— Нет, не все. Мне жаль, мистер Пирс. Надеюсь, мы по крайней мере сможем остаться друзьями…
Гордон молча пожал плечами и отвернулся. Воцарилось молчание, и Хеллер уже собралась уходить, как вдруг он заговорил:
— Пожалуйста, простите меня, я не должен был так поступать. Давайте сделаем вид, будто ничего не случилось…
Прикусив губу, чтобы сдержать возмущение, Хеллер вернулась в зал, где присоединилась к Абигайль и Александру.
Приближалась полночь, и музыканты отложили инструменты, чтобы немного передохнуть, когда в зале появился высокий человек в очках с толстыми стеклами. Он представился как Фрэнк Миллер, вице-президент банка Сан-Франциско. На нем был черный смокинг, и он явно старался держаться поодаль от остальных гостей. Хеллер заметила, что человек этот немного нервничает: он постоянно проводил пальцем под воротничком и вытягивал при этом шею, словно гусь.
Через некоторое время он отвел Гордона Пирса в сторону и начал торопливо что-то говорить ему вполголоса. Выражение лица его собеседника делалось все более сердитым, а голос стал напоминать угрюмое рычание. Оттуда, где стояла Хеллер, все выглядело так, будто он собирался бросить вызов человеку в очках и прямо тут же драться с ним на кулаках.
Абигайль потянула Хеллер в сторону, подальше от разгоравшегося скандала.
— Твой мистер Пирс — большой любитель устраивать сцены, — прошептала она. — Запомни мои слова: этот человек не только лгун, он еще и опасен. Я прошу тебя больше не иметь с ним никаких дел.
— Давайте обсудим это позже, тетушка. — Хеллер нежно погладила руку Абигайль.
Тем временем Гордон схватил Миллера за плечо и, уже не сдерживаясь, закричал:
— Черт возьми, вы мне обещали!
Миллер издал какой-то нечленораздельный звук и отступил на шаг. Гордон поднял руку… Кашель одного из наблюдавших за происходящим предупредил не в меру разошедшегося забияку, что на него смотрят. Гордон на мгновение замер, затем в недоумении огляделся вокруг, склонил голову и, дав знак банкиру следовать за ним, вышел из зала.
Несколькими минутами позже он снова появился, и Хеллер показалось, что ему удалось-таки восстановить самообладание.
— Леди, надеюсь, вы простите меня; видите ли, глупость этого человека стоила мне потери солидной суммы, — сказал он, все еще тяжело дыша.
Хеллер знала, что благовоспитанность требовала от нее притвориться и скрыть волнение, но в данной ситуации, когда все уставились на них и оживленно перешептывались, она едва ли могла сделать такое притворство правдоподобным.
— Мне жаль, мистер Пирс. Вы, должно быть, очень расстроены…
Гордон мрачно усмехнулся и коснулся рукой виска.
— Что-то я слишком часто ошибаюсь в последнее время, — произнес он многозначительно. — Не могли бы вы еще раз выйти со мной подышать свежим воздухом?
Абигайль чуть не поперхнулась.
— Спасибо, нет. — Чтобы соблюсти приличия, она указала на улицу. — Боюсь, мы можем попасть под дождь.
Как будто подтверждая ее слова, порыв ветра вбросил охапку листьев в двери танцзала. Газовые фонари замерцали, и музыканты принялись оглядываться вокруг, пытаясь узнать, чем вызвана вся эта суматоха.
Угроза испортить костюмы заставила гостей поспешно отойти подальше от дверей, и в тот же момент Гордон энергично двинулся им наперерез. Подойдя к дверям, он резким движением закрыл их, а затем как ни в чем не бывало возвратился к Хеллер.
Однако его усилия оказались напрасными: двери снова распахнулись, и ветер тут же ворвался в зал, беззастенчиво поднимая юбки дам.
В то же мгновение одна из женщин неожиданно вскрикнула:
— Смотрите, там, на веранде! — Ее испуганный вопль мгновенно привлек всеобщее внимание.
Хеллер показалось, что на затылке зашевелились волосы, она даже протерла глаза, не будучи уверенной в том, что картина, открывшаяся перед ней, является реальной. Вороной жеребец и всадник на нем…
— Бог мой! Это Хоакин!
— Хоакин Мурьета! — Его имя пробежало по толпе, словно волнение по поверхности моря. — Призрак!
— Призрак Мурьеты! — выкрикнул один мужчина.
— Убийца!
— Кровавый бандит!
Глубокий, мрачный смех, раздавшийся снаружи, заставил всех замолчать, и в зале воцарилась зловещая тишина.
Человек перекинул ногу через круп коня и соскочил на землю. На нем было широкое сомбреро, закрепленное шнуром под подбородком; из-под черного плаща виднелся короткий черный жакет, застегнутый на серебряный крючок. Красный пояс удачно смотрелся на худощавом торсе, а ноги украшали кожаные сапоги на высоком каблуке.
Держа в руках скрученный кнут, он выступил вперед и обратился ко всем присутствующим:
— Прошло много лет, друзья мои, — его голос с сильным акцентом прогрохотал по комнате, подобно грому, — и для меня большая честь, что вы все еще помните мое имя. — Он церемонно поклонился.
Роберт Суэйн неуверенно захлопал, прерывая наступившую тишину.
— Превосходное представление, мой друг, вы перепугали нас до смерти. А теперь довольно. Все знают, что Мурьета мертв уже много лет: насколько я помню, его голова даже выставлена в одном из местных музеев. Пожалуйста, сообщите этим добропорядочным людям, что о Мурьете здесь напоминает только наряд и вы вовсе не призрак, восставший из ада…
Всадник поднял руку, прерывая тираду Суэйна.
— Ручаюсь вам, сеньор, что именно оттуда я и прибыл; но так как у меня нет намерения испортить ваш вечер, я немедленно приму человеческий облик. — Он решительно шагнул внутрь зала. — А вы, господа, пожалуйста, продолжайте развлекаться!
Роберт Суэйн пробормотал что-то похожее на благодарность, махнул музыкантам, и, поспешно подойдя к дверям веранды, плотно закрыл их, а затем направился к танцующим, оставив незнакомца стоять у дверей.
Постепенно кадриль отвлекла внимание присутствующих от фигуры в плаще, и гости вернулись к прерванным беседам и недопитым напиткам.
Хеллер, будучи заинтригованной, тем не менее не могла сразу решить, как ей относиться к этому происшествию. Наклонясь к Гордону, она прошептала, не сводя глаз с загадочной фигуры:
— Вы знаете его? — Он не ответил, и она, потянув его за рукав, повторила вопрос, затем повернула голову…
Гордон Пирс стоял, не шевелясь, глаза у него были широко открыты. А лицо казалось бескровным. Взгляд его застыл, будто он в самом деле увидел призрак.
— Гордон! Ради Бога! Что случилось?
Продолжая стоять у двери, широко расставив йоги, всадник внимательно оглядывал толпу, потом позвякивая шпорами, медленно прошел через зал мимо танцующих пар, которые расступались, чтобы пропустить его.
Хеллер была поражена его уверенной поступью, шириной плеч. Его высокомерием. Ей даже казалось, что сквозь маску, закрывающую половину лица, она видит его напряженный взгляд.
Очевидно, он кого-то искал…
Увидев, что незнакомец направился в ее сторону, Хеллер замерла. Вот он остановился перед ней, пристально глядя на нее сверху вниз из-под черного сомбреро…
«Нет, это не призрак, — подумала Хеллер, — он человек, но… очень необыкновенный!»
— Сеньорита! — Незнакомец снял сомбреро, положил руку на грудь и поклонился.
Хеллер смотрела на него, не отрываясь, но не могла ответить. Было что-то такое в его глазах, что напомнило ей о…
Неужели дон Рикардо? Может ли это быть? Определенно у них обоих испанская родословная, которая дала им одну и ту же смуглую кожу; но вот акцент…
Дон Рикардо говорил на английском почти так же совершенно, как и она, а испанские слова использовал крайне редко.
Незнакомец медленно выпрямился, и его пристальный взгляд устремился на Гордона Пирса.
— Сеньор Пирс, я не ошибся? — В голосе таинственного всадника появились металлические нотки. — У меня есть нечто, принадлежащее вам. — Он вытянул руку, с которой свисал конец кнута, прямо перед собой и раскрыл ладонь. — Вы узнаете эту вещицу, не так ли? — Рукоять кнута повернулась. — На ней ваши инициалы, дружище.
Бледное лицо Пирса покрылось пятнами землистого цвета: его кулаки сжались. Хеллер чувствовала, что он крайне подавлен.
— Нет, я никогда не видел это прежде. И вы ошибаетесь, мои инициалы — Г.П., а не Л.М.
Интересно, чего он боится? Страх, который Хеллер видела на его лице, мог быть случайным. Так чего же? Человека, стоящего перед ним? Кнута?
Она попыталась сравнить этих двух людей. Один источал спокойствие, и это служило ему щитом, другой казался воплощением страха и трусости.
— Ну да, конечно, — продолжал незнакомец, — вы ведь теперь Гордон Пирс, джентльмен, человек бизнеса, член Коммерческого совета. Признаюсь, я даже не сразу узнал вас, гринго. — Дюйм за дюймом он свернул кнут, затем ткнул его рукояткой в грудь. — Как трогательно, что вы сохранили этот небольшой сувенир в память о нашей первой встрече.
Хеллер ждала, что Гордон ответит, прояснит ситуацию, но ее кавалер не произнес ни звука.
— Вы оказали бы мне большую честь, сеньорита, позволив протанцевать с вами следующий танец.
Хеллер вздрогнула: она была слишком поглощена попыткой разобраться в происходящем и не сразу сообразила, что сама стала объектом внимания человека в маске.
— Но я не могу — танец уже заказан! — Она неловко протянула ему свою карту.
Незнакомец вскользь взглянул на записи.
— Действительно, следующий танец принадлежит этому сеньору, но мы это сейчас исправим. — Он взял карандаш и решительно вычеркнул строку, заполненную Пирсом.
— Мисс Пейтон здесь со мной, поэтому следующий танец мой! — Гордон выхватил карту из рук своего соперника.
Хеллер резко повернулась к нему.
— Прошу прощения, мистер Пирс, но я ни с вами, ни с кем-либо еще. — Она шагнула к незнакомцу. — Почту за честь танцевать вальс с вами, сеньор.
Неожиданно Гордон схватил ее за руку.
— Хеллер! — В его голосе ей послышалась угроза.
Бросив в его сторону испепеляющий взгляд, она отошла от него, взяла предложенную ей руку и, следуя воле партнера, медленно заскользила по залу.
— Вы очень красивы, сеньорита, — произнес он низким, грубоватым голосом, явно предназначавшимся только для ее ушей, — Трудно было не узнать этот богатый тембр — точь-в-точь как у дона Рикардо. Но возможно ли это?
— Вы льстите мне, сеньор Мурьета… или я должна называть вас Монтаньос? — Хеллер, затаив дыхание, ждала его реакции.
Он откинул голову и рассмеялся:
— Ручаюсь вам, сеньорита, я не самозванец. Хоакин Мурьета не играет в подобные игры.
Хеллер лукаво улыбнулась.
— Не знаю сама, отчего, но я не верю вам. Ваш голос звучит так знакомо… — Она быстро подняла руку к его маске, но он успел поймать ее запястье.
— Сеньорита, вам не следует этого делать. Если вы хотите считать меня сеньором Монтаньосом — пусть будет по-вашему, это не имеет для меня ровно никакого значения.
— Вы смущаете меня, сеньор. Если вы не дон Рикардо, то, возможно, я должна верить господину Суэйну и считать, что вы в самом деле посланник ада, призрак, как некоторые здесь думают…
Он загадочно улыбнулся.
— А я похож на призрак? — Его руки сильнее сжали ее талию.
— Не знаю. — Хеллер притворилась, что ничего не чувствует. — Я никогда раньше не танцевала с призраком. Итак, кто вы на самом деле?
— Я уже сказал вам.
— Но Роберт Суэйн и Гордон оба, похоже, испугались вас. Почему?
Он прервал ее, притянув ближе — слишком близко.
— Довольно вопросов! — На этот раз его голос вовсе не звучал как голос дона Рикардо.
— Как вы смеете приказывать?
— Смею, сеньорита, потому что я — Хоакин Мурьета.
— Не понимаю. Что вы такое говорите?
— Из вас вышел бы очень плохой солдадеро, сеньора.
— Смею ли я спросить, что такое солдадеро?
— На вашем языке — приверженец.
Хеллер удивленно приподняла брови:
— Почему, ради всего святого… — Она остановилась на полуслове, так как внезапно поняла, что они были уже не в танцевальном зале, а в большой задрапированной нише. Ее так увлекли собственные вопросы, и она была настолько загипнотизирована этим человеком, что даже не замечала, куда он вел ее.
Тревожные мысли с бешеной скоростью замелькали в ее голове, но, прежде чем она смогла привести их в порядок, он прижал ее к себе. Наклонил голову и впился губами в ее губы.
Хеллер застонала от неожиданности, когда его язык проник ей в рот, но не сделала ни малейшей попытки к сопротивлению. Страсть и желание были самыми подходящими словами для этого момента; более того, постепенно они превратились в чувства, в ощущение того, как его тело сливается с ее телом. В своих самых сокровенных мечтах она не воображала, что с ней может случиться нечто подобное…
Его губы переместились к ее уху, а низкий шепот заставил вздрогнуть. Хеллер не понимала испанские слова, но зато отлично поняла, что они делали с ней. «О Господи, — подумала она, — я должна остановить его, должна…» Но кажется, это было выше ее сил. Она растворялась в нем. Отдавая себя человеку, которого не знала, чье лицо не могла видеть, она даже не могла сопротивляться.
«Я — шлюха, Хеллер. Все мужчины одинаковы. Их имена, лица не имеют больше значения».
Слова матери прозвучали в ее ушах как предупреждающий колокол, давший ей наконец силы и возможность отпрянуть от своего партнера.
— Пожалуйста, вы должны остановиться. Я не могу… не могу делать этого. Я даже не знаю вас.
Незнакомец отступил.
— Простите, милая, я не хотел воспользоваться своим преимуществом, — он наклонил голову и некоторое время внимательно смотрел на нее, потом улыбнулся, — но вы удивили меня.
Все, что Хеллер было нужно, так это восстановить хотя бы некоторое подобие самообладания. Больше всего она желала, чтобы он просто прекратил говорить и оставил ее одну. Сосредоточив взгляд на серебряном крючке, который скреплял его жакет, она заставила пульс биться медленнее. Если бы только ей удалось справиться так же и со своими эмоциями!
Она оттолкнула его и сделала над собой усилие.
— Вы действительно воспользовались преимуществом… теперь я буду благодарна вам, если вы проводите меня в зал, прежде чем там заметят наше отсутствие.
Он досадливо поморщился, однако подчинился. Некоторое время они продолжали танцевать, а когда музыка закончилась, он отступил и поклонился.
Заметив, что Абигайль направляется в ее сторону, Хеллер поспешила ей навстречу.
— Мы встретимся снова, сеньорита Пейтон, — услышала она за спиной. — Я приду к вам из ниоткуда, подобно ветру, который принес меня сюда сегодня вечером, и мы закончим то, что начали. — Так и не опознанный ею незнакомец повернулся и, уверенными шагами пройдя через зал, вышел на веранду, затем вскочил на жеребца и коснулся рукой края сомбреро.
Музыка прекратилась, все взгляды снова устремились к веранде.
— Благодарю, сеньоры и сеньориты, за то, что позволили мне присоединиться к вашему веселью! — Громко произнеся эти слова, он пришпорил лошадь и умчался в ночь.
Хеллер подхватила подол платья и, подбежав к дверям веранды, стала вглядываться в темноту, следя за неясным силуэтом. Зигзаг молнии разрезал небо, освещая лошадь и всадника, вспышка сопровождалась ударом грома, от которого пол веранды задрожал, но она продолжала наблюдать, пока всадник окончательно не исчез из поля зрения. Ее по-прежнему мучил вопрос: кем же был этот человек в действительности — Хоакином Мурьетой, страшным бандитом, или Рикардо Монтаньосом, плантатором из Сан-Диего?
Ночью перед сном Хеллер записала в своем дневнике:
«Вечером Коммерческий совет Сан-Франциско устроил восхитительный бал-маскарад в отеле „Космополитен“. Собрание гостей напоминало выставку редких экзотических птиц, поражая богатством костюмов и фантазией их изготовителей…»
Хсллер перечитала запись. Вечером случилось еще кое-что, о чем Хеллер не могла позволить себе написать, но именно эти минуты ей никогда не удастся забыть.
Выехав на улицу, Хоакин пришпорил Тигра, и вскоре они добрались до восточной окраины города. Здесь он натянул поводья и похлопал жеребца по шее.
— Стой мальчик, успокойся. Отдохнем немного.
Лежавший позади него Сан-Франциско с его мерцающими огнями был подобен красивой женщине в наряде, украшенном алмазами. Простиравшаяся перед ним земля была прекрасна: днем — пышная зеленая богиня, ночью, в лунном свете — очаровывающая соблазнительница; он мог бы без конца скакать по ее холмам и долинам, купаться в ее озерах, реках и протоках, отдыхать под ее сосновыми ветвями, спать в ее укромных пещерах…
Глядя на эту землю, которую он любил, Хоакин понимал, что задержался в городе слишком надолго. Поднявшись высоко в седле, он почувствовал, как сила земли просачивается во все его существо. Как прекрасное бренди, эта сила, возбуждая, текла по его жилам.
Ах, если бы она могла так же перенести свое волшебство на его сознание, освободить от воспоминаний — тогда он возродился бы вновь.
Ему казалось, что прошло всего несколько мгновений с того момента, когда он наслаждался, поймав ошеломленный взгляд Мейджера, наблюдая за его страхом. Хоакин без труда мог представить, что происходило в голове этого человека, и поэтому у него не было сомнений: первым местом, к которому направится Мейджер, когда доберется до дома, будет ящик стола. Тогда он окончательно убедится, что кнут действительно принадлежит ему, жаль только, что никто не сможет стать свидетелем его замешательства…
И еще была Хеллер. Вкус ее поцелуя все еще оставался на его губах; он чувствовал прикосновение ее тела, ощущал ее дыхание… Что ж, однажды он сдержит данное ей обещание, и они закончат то, что начали.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Коснись зари - Кицмиллер Челли



Мне очень понравилось. Любовь истинная, борьба за свободу, приключение. ГГ прошедшие испытание....все понравилось.
Коснись зари - Кицмиллер ЧеллиGala
8.08.2014, 17.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100