Читать онлайн Коснись зари, автора - Кицмиллер Челли, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Коснись зари - Кицмиллер Челли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Коснись зари - Кицмиллер Челли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Коснись зари - Кицмиллер Челли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кицмиллер Челли

Коснись зари

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Хоакину уже не раз доводилось наблюдать за танцем Елены в лучших салонах Калифорнии и в мексиканских фиестах; она танцевала даже в походных лагерях, поддерживая боевой дух его людей… и все же он никогда не видел, чтобы Елена танцевала так, как сегодня вечером. Каждое ее движение было отточено до совершенства, она соблазняла, заставляла мучиться, ревновать… Она была великолепна, и он гордился ею.
И все же, хотя ее томные, полные страсти взгляды были для него, только для него одного, он неожиданно понял, что его чувства к ней изменились. Когда же это случилось? Как бы то ни было, он больше невосприимчив к ее эротическим знакам. Поднеся рюмку к губам, Хоакин залпом осушил бренди, затем глянул в зал…
Черт возьми, отчего они все уставились на него?
Медленно, не показывая гнева, бурлящего в крови, он перевел взгляд на сцену. С громким возгласом Елена простерла руки, затем повернулась и медленно прижала руки к груди, словно подзывая его.
Делая вид, что удивлен, Хоакин засмеялся, поднял руку и помахал ею, отклоняя приглашение. Ему не следовало приходить, он должен был догадаться, что Елена обязательно найдет способ поквитаться с ним за, как она выразилась, чрезмерную заботу о раненой бостонке.
Хоакин, прищурившись, откинулся назад, не отрывая взгляда от сцены, и чем дольше он смотрел, тем больше увядала улыбка на лице актрисы. Гитара требовала от нее продолжения танца, и когда Елена сделала следующее движение, ее нога запуталась в юбке, так что она даже на секунду сбилась с ритма…
Хеллер не смогла перебороть себя и теперь вместе с остальными наблюдала драму, разыгрывавшуюся между исполнительницей и доном Рикардо; ее лицо горело. Взяв программку, она помахала ею перед собой, жадно вдыхая воздух. Кресло, несмотря на его удобство, стало каким-то неуютным; пытаясь устроиться поудобнее, она проклинала свои три нижние юбки, отлично понимая при этом, что дело вовсе не в них.
Ее беспокойство не укрылось от Абигайль.
— Представление почти закончено, дорогая. — Старая леди покровительственно похлопала племянницу по руке. Хеллер выпрямилась и посмотрела прямо перед собой. Слава Богу, она, кажется, ничем не выдала себя. Если Абигайль что-то заметила, она не подаст виду; теперь ей надо заставить себя думать о чем-нибудь другом. Только вот как можно остановить поток мыслей? Пока это оставалось для нее загадкой.
Выйдя из театра, Хеллер наслаждалась прохладой ночного воздуха. Никогда в жизни она так не радовалась возможности покинуть душное помещение. К тому же у нее не было уверенности в том, что она смогла бы и дальше выносить это «представление».
Для нее было достаточно неприятно оказаться свидетелем такого непристойного зрелища, и уж тем более непростительно разрешать себе чувствовать их страсть как свою собственную. Увы, к ее стыду, без ответа до сих пор оставался главный вопрос: может ли она остановить это?..
Гордон Пирс любезно проводил двух женщин сквозь шумную толпу и затем, извинившись, покинул их, чтобы найти свой экипаж.
Хоть бы этот вечер побыстрее закончился! Хеллер вытащила из сумочки носовой платок и подняла руку ко лбу, чтобы вытереть пот.
— Дорогая, ты выглядишь как-то странно. Тебе нехорошо? Эта твоя рана — вдруг она открылась! — Во взгляде Абигайль сквозило беспокойство.
— О нет, что ты, я в полном порядке, спасибо! Это простая усталость — у нас был такой длинный день… — Хеллер убрала носовой платок в сумочку, затем подняла руку, чтобы прикрыть наигранный зевок.
Абигайль улыбнулась:
— Возможно, ты права, но должна признаться тебе, я никогда не получала большего наслаждения. И сколько вызовов на бис — их было шесть или восемь! А розы! Две дюжины букетов, не меньше. Я никогда не встречала ничего подобного. Это был настоящий триумф!
Хеллер редко приходилось видеть, чтобы Абигайль впадала в такое восторженное состояние. «Триумф!» Что ж, пусть порадуется, она не собирается ей мешать.
— Пожалуй, я напишу заметку об этом, — машинально сказала Хеллер, и тут же пожалела об этом.
Абигайль просияла:
Да, дорогая, ты должна это описать. И не жалей подходящих слов — ты понимаешь, что я имею в виду. Изложи все так же красочно, как это было на самом деле… — Секундой позже она умерила свой пыл и даже поправила себя: — Ну, возможно, не так красочно…
Хеллер кивнула, решив, что лучше всего воздержаться от комментариев.
— Ах да, дорогая, между прочим, — произнесла Абигайль, — что задержало тебя в холле так надолго, когда я ушла? Мне казалось, что ты идешь за мной, но я уже поднялась по лестнице, а тебя все не было…
Хеллер, конечно же, ожидала услышать этот вопрос, однако она надеялась, что Абигайль по крайней мере дождется того момента, когда они вернутся в гостиницу.
К счастью, появление Гордона Пирса спасло ее от необходимости придумывать какую-нибудь подходящую к случаю историю.
— Сожалею, что заставил вас ждать, леди. Кеб будет через несколько минут. Если бы я мог предположить, что соберется такая толпа, я бы приказал кучеру ждать нас здесь. Понятия не имел, что сеньорита Вальдес так популярна, — даже спектакль с Лоттой Крэбтри в прошлом месяце не собрал столько зрителей. — Наклонив голову, Пирс на мгновение задумался и затем пробормотал: — Знаете, это довольно странно…
— Что странно, мистер Пирс?
Его взгляд показался Хеллер непривычно рассеянным.
— Сеньорита Вальдес… она напоминает мне кого-то… — Он, очевидно, размышлял вслух. — Я слышал, она выступала в Европе перед несколькими королями, но могу поклясться, что видел ее здесь, в Калифорнии. — Он встряхнул головой, словно отгоняя наваждение.
— Возможно, вы думаете о Лоле Монтес. — Абигайль с готовностью поддержала разговор. — Я однажды была на ее представлении в Нью-Йорке. Их стиль очень похож.
Гордон Пирс кивнул:
— Согласен, но все же… Впрочем, это не важно. Позвольте проводить вас в гостиницу. Завтрашний день обещает нам много интересного. Утром мы отправимся в Клифф-Хаус, а затем вы сможете заказать костюмы для маскарада.
Хеллер едва слушала его; она уже знала, что запланировано на завтра в Клифф-Хаусе: Александр Райс смешает морскую воду, которую он привез из бостонской гавани, с водой из Калифорнии, что должно символизировать слияние культур и экономик атлантического и тихоокеанского побережий. Каждое слово его речи будет занесено в ее дневник наряду с описанием Клифф-Хауса, а также всех наиболее интересных деталей происходящего. Но все это потом, а сейчас даже думать об этом ей не хотелось. В чем она действительно нуждалась, так это в отдыхе от глупых мыслей, которые запутывали все больше, грозя лишить ее покоя до самого утра.
Хеллер уже хотела спросить, могут ли они обойтись без формальностей и сами пойти к экипажу, как вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд, от которого по ее коже побежали мурашки. Она огляделась вокруг, пытаясь найти источник этого неприятного чувства, но ее поиск ничего не дал. И все же ощущение нежелательного вторжения упорно сохранялось. Девушка снова обернулась…
И тут она увидела его.
Дон Рикардо стоял позади нее на расстоянии примерно двадцати метров, небрежно прислонясь к фонарному столбу, скрестив руки на груди. Сомнений быть не могло: это он только что смотрел на нее. Но как долго этот человек наблюдал за ней, и зачем это ему понадобилось?
Она увидела, как Монтаньос извлек из кармана длинную тонкую сигару. Зажав ее зубами, он нагнул голову. Спичка загорелась у него в руках, отбрасывая теплый золотой свет на смуглое лицо, делая его точеные черты еще более отчетливыми. В этот момент их взгляды встретились, и она затаила дыхание.
Он знал! Хеллер почувствовала, как холодный страх коснулся каждого ее нерва. Казалось, Монтаньос читал мысли, которые неотступно вертелись в ее голове; но, что еще хуже, он определенно знал о ее чувствах. Это нетрудно было угадать по взгляду его дьявольски черных глаз и тому, какой нахальной выглядела его манера разглядывать ее.
— Ну вот, теперь мы можем двигаться, — объявил Гордон Пирс.
Не обращая внимания на предложенную им руку, Хеллер поспешила к экипажу, забралась в него и села на противоположную сторону, как можно дальше от тревожащего пристального взгляда дона Рикардо. Однако ей все же не удалось удержаться от соблазна: незаметно посмотрев в окно, она убедилась, что Монтаньос, стоя на прежнем месте, все еще наблюдал за ней, улыбаясь при этом дразнящей улыбкой.
Налетевший порыв ветра вырывал из рук дам программки, поднимал пыль и обрывки бумаги. Локон золотых волос выбился из прически Хеллер и хлестал ее по глазам, мешая ей сфокусировать взгляд. Когда она убрала волосы с лица и снова хотела посмотреть в глаза дона Рикардо, его на прежнем месте уже не было.
Нелицеприятный разговор, к которому Хеллер готовилась по возвращении в гостиницу, к ее большому облегчению, так и не состоялся. Наоборот, Абигайль, казалось, преднамеренно избегала любого упоминания о сеньоре Монтаньосе или Елене Вальдес. В благодарность за это Хеллер поцеловала тетушку и поспешно ушла к себе в комнату, где, закрыв дверь, попыталась расслабиться и разобраться в своих эмоциях. Однако вскоре ей стало ясно, что чем больше она думала о случившемся, тем больше расстраивалась. Ладно, в конце концов, решила девушка, пусть все идет, как идет. Что сделано, то сделано. Ей надо лишь немного везения, и она больше никогда не столкнется ни с доном Рикардо, ни с Еленой Вальдес!
Расстегнув крючки на платье, Хеллер села за туалетный столик и начала расчесывать волосы, одну за другой вынимая длинные шпильки. Волосы рассыпались по ее спине и плечам, и она, подняв руки, принялась массировать голову, пытаясь избавиться от накатывавшей волнами головной боли.
Мимолетный образ танцующей женщины, внезапно возникший у нее перед глазами, заставил Хеллер резко опустить руки. Разумеется, Елена Вальдес была из тех красоток, которых так страстно желают мужчины. Только слепой мог не заметить, сколь вожделенные взгляды бросали на нее мужчины.
Пристально глядя в зеркало, Хеллер всмотрелась в свое отражение, затем покрутила головой, вскинула брови и расправила плечи. Теперь осталось принять соблазнительную позу. Интересно, что подумал бы дон Рикардо, увидев ее такой? А еще интереснее — посмотрел бы он на нее так же, как на Елену Вальдес?
— Негодяй! Подонок! — Голос Елены дрожал от ненависти. — Сначала ты делаешь из меня дуру, потом посмешище!
— Считай, что тебе еще повезло. — Взгляд Хоакина был холодным и жестким как кремень. — Доброй ночи! — Он направился к выходу из ее гримерной.
— Прости меня! Подожди! Я не понимаю, почему ты злишься. Я только хотела разбудить в тебе страсть своим танцем.
— А возбудила внимание ко мне всего зала. Не ты ли недавно опасалась, что меня могут узнать?
— Поверь, Хоакин, я не нарочно!
— Не хватало еще, чтобы нарочно! Если бы я не вышел до окончания представления… — На его щеках заходили желваки. — Не знаю, что бы я сделал с тобой, Елена.
Тихо всхлипывая, она села на диван. Хоакин некоторое время стоял, покачиваясь, затем неохотно вернулся, присел рядом с ней, обнял. Ее слезы были настоящими, в этом не было никакого сомнения. Положив голову Елены себе на плечо, он подумал о том, сколько лет они знают друг друга. Если бы только он мог любить ее так, как она того хотела, его жизнь была бы намного проще.
Но что же все-таки с ним стало?
Превратилась ли ее любовь в навязчивую идею, или это всегда было так? Он вспомнил, что даже перед бракосочетанием с Роситой Елена пыталась уверить его в своей любви.
Она придвинулась ближе к нему и прошептала:
— Так тебе понравился мой танец или нет? Я заставляла тебя захотеть Елену?
— Ну… да, я был заинтригован. Более чем. Я даже сказал бы, что ты никогда не танцевала так хорошо…
— Я знаю. — Она расстегнула пуговицу на его рубашке. — Прошло много лет с тех пор, как я танцевала для тебя. Последний раз это было…
Хоакин схватил ее за руку.
— Мы должны поговорить.
— Я не желаю говорить, потому что я хочу заняться с тобой любовью. — Соблазнительная улыбка становилась все шире.
Хоакин отстранился от нее и встал.
— Сперва тебе следовало спросить, хочу ли этого я. Елена тоже поднялась.
— Это та сучка из Бостона, так? — Ее глаза расширились, лицо исказила гримаса. — Я знала. Я поняла это по выражению твоих глаз. Ты хочешь ее. Ты смотрел на нее так же, как смотрел на Роситу! — Елена протянула руку и провела пальцами по его щеке. — Я ждала тебя много лет и не позволю тебе уйти снова. Теперь ты принадлежишь только мне.
Хоакин схватил ее ладонь и сжал пальцы.
— Я принадлежу себе и никому больше! Ты стала слишком самоуверенной, Елена. А теперь — буэнас ночес!
По дороге в отель Хоакин достал из внутреннего кармана бутылку виски, которую контрабандой привез с собой, и, открывая ее, улыбнулся. Если бы он попался с этим в гостинице, его бы просто вышвырнули вон! Эта мысль позволила ему отвлечься от неприятной ссоры с Еленой. Он запрокинул бутылку и жадно припал к горлышку. Виски обжигало горло; его глаза увлажнились, лоб покрыла легкая испарина. Оторвавшись от бутылки, он посмотрел на этикетку: самое популярное виски Калифорнии, которым он наслаждался и прежде; однако сегодня вечером ему показалось, что он пьет чистый спирт.
Подойдя к раскрытому окну, Хоакин вдыхал ночной воздух и думал о взгляде, которым, по словам Елены, когда-то смотрел на Роситу, а теперь на Хеллер Пейтон.
Он поднес бутылку к губам. Тепло, разлившееся по телу, показалось ему почти столь же приятным, как и прикосновение к груди Хеллер. Воображение мгновенно перенесло его в театр, где он поцеловал ее. Высокомерие девушки растаяло подобно нагретому солнцем маслу, как только он ее обнял; маленькая, бледная, такая же хрупкая, как и Росита. После Роситы он переключился на женщин, имевших груди размером с дыню и обширные бедра. В конце концов ему стало казаться, что он предпочитает именно их, и казалось так до сих пор…
В мисс Пейтон не было ничего замечательного, кроме ее очевидной ненависти к нему и желания сообщить это всему свету. И все же он не мог забыть ощущение нежности ее груди и мягкости губ.
Раздевшись догола, Хоакин стоял неподвижно и смотрел на бутылку. Глаза Хеллер Пейтон были цвета прекрасного виски; маленький рот с полной нижней губой и изящный подбородок говорили об упрямой решительности. Он рассмеялся вслух, вспоминая, как она пару раз проявляла эту самую упрямую решительность.
Ее волосы — вот что с самого начала привлекло его внимание. Именно волосы делали ее больше чем просто симпатичной женщиной — они делали ее прекрасной. Хоакин сомневался, что забудет день, когда нес ее до комнаты Елены и укладывал на кровать. Тогда ее шляпка упала на пол и освободила волосы, взметнувшиеся, как языки пламени…
Он терпеть не мог женских модных причесок с их фальшивыми волосами и тщательно подобранными украшениями, с их перьями и даже чучелами птиц или бог знает чем еще. Если бы Хеллер Пейтон была его женщиной, он настоял бы на том, чтобы ее волосы были постоянно распущены, как велел Господь Бог. Цвет и текстура — вполне достаточное украшение.
Его женщина? Господи, о чем, он думает!
Губы Хоакина сжались в тонкую линию; он взял бутылку за горлышко и пошел с ней к кровати. Еще несколько глотков — и он освободится от необходимости рассуждать, по крайней мере на сегодняшний вечер, а значит, ему не нужно будет думать относительно того, как он собирается расстаться с Еленой. И почему не может стереть образ яр-коволосой красавицы, чье сердце было холодно, как бостонская зима.
Хоакин облокотился на железную спинку кровати, сделал большой глоток и опустил бутылку. Виски понемногу сделало свое дело. Он снова увидел перед собой прекрасную Роситу.
У него на глазах четверо негодяев изнасиловали и убили любимую жену. Никогда не избавиться Хоакину от этого страшного сна-воспоминания.
— Хоакин! Хоакин! Проснись!
Он открыл глаза и увидел встревоженное лицо Лино.
— Что с тобой, амиго? Ты в порядке?
Хоакин молчал, он был весь в поту; в его сне прошлое слишком тесно переплелось с настоящим.
Лино поднял с пола пустую бутылку из-под виски.
— Думаю, ты слишком много выпил.
Хоакин с трудом сел на кровати.
— Ты не прав, — он горько усмехнулся, — скорее я выпил слишком мало.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Коснись зари - Кицмиллер Челли



Мне очень понравилось. Любовь истинная, борьба за свободу, приключение. ГГ прошедшие испытание....все понравилось.
Коснись зари - Кицмиллер ЧеллиGala
8.08.2014, 17.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100