Читать онлайн Коснись зари, автора - Кицмиллер Челли, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Коснись зари - Кицмиллер Челли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Коснись зари - Кицмиллер Челли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Коснись зари - Кицмиллер Челли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кицмиллер Челли

Коснись зари

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

— Просыпайтесь, Хеллер, просыпайтесь, откройте глазки. Вы спали достаточно долго. — Слова человека, склонившегося над ней, звучали все настойчивее. — Ну же, вы можете поспать и попозже. — Он тряхнул ее за плечи, затем обратился к слуге: — Чань Сун, спустись в кухню и приготовь мисс Пейтон травяной чай.
Глаза Хеллер не желали открываться, во рту жгло, в голове стоял туман; она не могла понять смысл того, что от нее требуют, хотя голос показался ей знакомым.
С трудом приподняв веки, она увидела смутное очертание мужской фигуры.
— Кто вы? — Голова ее кружилась от слабости. Хеллер попробовала глубже вздохнуть, но не смогла.
— Я помогу вам подняться. — Холодные руки сжали ее плечи.
— Нет, не надо, я сама, — запротестовала девушка, однако не смогла даже пошевелиться. Голова еще сильнее закружилась, когда мужчина, потянув на себя, схватил ее под локти и посадил. Хеллер зажмурилась и застонала. Единственное, о чем она могла думать, — являлся ли человек, помогавший ей, доктором, знакомым, или это был кто-то неизвестный.
Когда головокружение прошло, Хеллер еще раз попыталась приподнять веки. Сквозь ресницы она увидела Гордона Пирса, стоявшего рядом в напряженной позе. Что-то в нем показалось ей необычным — его волосы и одежда… Он выглядел словно уличный бродяга.
— Гордон?
— Наконец-то! Да, Хеллер, это я, и уже начал думать, что вы будете спать вечно!
Она почувствовала, как прогнулась кровать под его тяжестью.
— Что со мной? — Хеллер положила руку на горло, стараясь облегчить дыхание. — Где я нахожусь? Это больница?
— Не надо так волноваться, — произнес Мейджер, который теперь чувствовал себя гораздо спокойнее. — Вы вовсе не больны, но, полагаю, очень утомлены. — Он снова наклонился к ней и слегка коснулся губами ее щеки.
Хеллер подняла руку, чтобы остановить его, но было слишком поздно.
— Гордон! Что вы делаете?
Мейджер криво усмехнулся.
— Дорогая, вы просто поражаете меня. В первую минуту — соблазнительная чаровница, требующая моих поцелуев, в следующую — строгая бостонская чиновница. Это странно, хотя я бы сказал, и очень интересно и забавно. — Он издал низкий гортанный звук, похожий на рычание, затем наклонился к ней, и его губы сложились трубочкой. Однако на сей раз Хеллер сумела собраться с силами и дала ему пощечину.
Мейджер отпрянул, и в его карих глазах вспыхнул опасный огонек, а губы поджались. Он резко выпрямился и отвернулся, а когда снова посмотрел на нее, Хеллер почувствовала, что его поведение резко изменилось.
— Мне жаль оскорблять ваши чувства, но не находите ли вы, что уже немного поздно разыгрывать из себя святую невинность?
Внезапно Хеллер ощутила, как липкий страх начинает переполнять ее.
Мейджер вскинул брови.
— Разве вы не помните вчерашнюю ночь?
Она отчаянно замотала головой, и тогда он медленно, осторожно присев на край кровати, начал говорить монотонным голосом:
— Было приблизительно одиннадцать часов, когда я постучал к вам в дверь, чтобы принести извинения за свое поведение в музее. Вы пригласили меня войти, и некоторое время мы беседовали, а потом, когда я начал целовать вас, вы не остановили меня. Тогда я предложил оставить гостиницу и перебраться сюда, в мой дом. — Его губы растянулись в улыбке. — Мы выпили немного шампанского и… И потом любили друг друга.
Рот Хеллер приоткрылся, она задыхалась, как будто от острой физической боли.
— Это неправда! Не может быть правдой! Вы лжете!
Но как она попала к нему домой? После ухода Абигайль она легла и… и уже не помнила, что было дальше. И все-таки… это невозможно! Она не пригласила бы его войти и уж тем более не предложила бы ему себя.
Скрывая свое разочарование под улыбкой, Мейджер поднялся. Он знал наверняка, что процесс восстановления начался, но еще далеко не закончился. Прошло много времени с тех пор, как у него была возможность наслаждаться женщиной традиционным способом, и, несмотря на оптимизм доктора, он даже начинал сомневаться, что эта возможность вообще когда-нибудь появится.
— То, что вы говорите, очень странно; как я слышал, женщина никогда не забывает первого возлюбленного. Впрочем, в данном случае это не так уж и необходимо. Главное, мы с вами провели незабываемую ночь: не помню, чтобы когда-нибудь я получал большее наслаждение. — Мейджер хотел вновь наклониться к ней, но она, подняв ноги, и приготовившись брыкаться, заставила его передумать. — Ради Бога, Хеллер, я вовсе не хочу принуждать вас делать что-то против воли, — сокрушенно произнес он. — Возможно, это была моя ошибка — я не должен был позволять вам пить так много шампанского, но вы ведь сами настаивали. А я-то думал, вы всегда знаете, что делаете…
— Негодяй, лжец! — вскричала Хеллер, до смерти напуганная молниеносными сменами его настроения. — Я никогда не пью шампанское, ненавижу его, потому что от него у меня болит голова.
Мейджер прищурился.
— Да, я знаю: от него вы становитесь слабой и забывчивой!
Дверь спальни открылась — на пороге, держа в руках поднос, появился китаец.
— А вот и ваш чай. Возможно, вы почувствуете себя лучше после того, как выпьете немного этого успокаивающего напитка.
Поставив поднос на столик возле кровати, Чань Сун удалился, не произнеся ни единого слова.
Хеллер начало неудержимо трясти. Могла ли она поверить, что оставила гостиницу и уехала к Гордону прямо посреди ночи? Если бы она и выпила шампанского, то все равно помнила бы, что произошло до этого!
Неожиданно ужасная мысль пришла ей в голову. Что, если Гордон попросту безумец? Сумасшедший! Ей необходимо как можно скорее уйти от него. Приняв решение, Хеллер стала медленно продвигаться к краю кровати.
— На вашем месте я бы не делал этого, красавица. — Мейджер решительно пресек ее попытку. — Вам требуется время, чтобы восстановить силы. Кроме того, Чань Сун еще не закончил с вашей одеждой.
— С моей одеждой? — Хеллер опустила взгляд. На ней была одна только ночная рубашка. — Что вы сделали с ней? — Она поспешно натянула на себя одеяло.
— Я же сказал вам, мой слуга унес ее. Он использует одну из своих китайских смесей, чтобы вывести пятна от шампанского. — Мейджер снова подошел к кровати. — Позвольте мне налить вам чаю — он поможет прояснить ваше сознание.
Поджав под себя колени, Хеллер напряглась, как кошка, готовящаяся к прыжку. Внезапно она вытянула руку и коснулась его руки.
— Вы должны сказать мне правду. Мы ведь ничего такого не делали, да? Скажите, что это какая-то уловка, шутка… Пожалуйста, Гордон, клянусь, я не буду использовать это против вас…
Темный ароматный чай тонкой струйкой полился из китайского заварного чайника в чашку.
— Не понимаю, чем вы так взволнованы. — Мейджер протянул ей чашку. — Если вы позволите мне в очередной раз доказать вам мои добрые намерения, я готов прямо сейчас просить вас оказать мне честь и стать моей женой. Я, в свою очередь, обещаю всегда заботиться о вас и быть вам хорошим мужем.
Хеллер изумленно посмотрела на него. Сумасшедший, без сомнения. Взяв чашку обеими руками, она вдохнула травяной аромат чая, затем медленно глотнула варево, смакуя его теплоту.
Уже после того как она допила содержимое чашки, ей пришло в голову: это что-то странное. Ничто не смогло бы ее заставить почувствовать себя лучше…
И тут память вернулась к ней: она просыпается в своей комнате и видит двух мужчин, склонившихся над ней, угрожающих ей ножом. Потом омерзительно пахнущая тряпка, головокружение. Так вот оно что — ее похитили!
Интересно, какую еще ложь он ей сказал? Поощрила она его к каким-либо действиям, или он воспользовался своим преимуществом? Возможно, все его слова были ложью. Хеллер не чувствовала ничего, кроме слабости. Но что должна ощущать женщина после потери девственности?
Слезы хлынули из ее глаз, но Хеллер тут же взяла себя в руки. Если Гордон Пирс действительно лишил ее девственности, пусть будет так, она сможет прожить и без нее.
Самое важное теперь заключалось в том, чтобы как можно скорее выбраться из дома, но тут нужно было проявить максимум осторожности. Иначе вряд ли ей удастся справиться с ним. Пирс неуравновешен, он может легко возбудиться от любого ее слова и тут же выплеснуть на нее свой гнез. Лучше всего обращаться с ним мягко и разговаривать как с ребенком.
Он все еще смотрел на нее, ожидая ответа, и Хеллер протянула ему свою пустую чашку.
— Простите, что накричала на вас, Гордон, всему виной то, что я была очень расстроена. Что бы ни случилось, я не виню вас, правда, не виню. — Она наблюдала за его реакцией, стараясь определить, какой эффект произвели на него ее слова. — Должно быть, это и в самом деле шампанское так подействовало на меня. — Хеллер показалось, что Гордон, в свою очередь, тоже тщательно изучает ее. — Пожалуйста, попытайтесь понять: когда я отказывалась выйти за вас, это не значило, что вы не будете хорошим мужем, прекрасным мужем; а вот я, боюсь, не сумею стать хорошей женой. Замужество, дети — это не для меня и, кроме того… я не люблю вас. Конечно, вы не захотите женщину, которая вас не любит. — Хеллер сделала паузу, но бесстрастное выражение его лица не давало возможности сориентироваться и решить, как ей следует действовать дальше. — Прошу вас, пожалуйста, прикажите вашему слуге принести мою одежду. Затем оставьте меня, чтобы я могла одеться, и помогите мне вернуться в гостиницу прежде, чем моя тетя узнает о том, что случилось.
В ответ хозяин дома загадочно улыбнулся и засунул руку в карман халата.
— Если вы так хотите…
— Да, спасибо, разумеется…
— Хорошо. Я пойду вниз и скажу Чань Суну, чтобы он поторопился. А пока выпейте еще чаю.
Хеллер кивнула и приняла чашку из его рук.
— Благодарю вас, Гордон. Мне правда жаль… — Машинально глотая ароматный чай, она наблюдала, как Пирс выходит из комнаты.
Когда дверь за ним закрылась, Хеллер поставила пустую чашку на стол, отбросила одеяло и выскользнула из кровати. На какой-то миг ей показалось, что ее ноги вот-вот подогнутся. Но это ощущение скоро прошло; она все же решила подождать и дать себе шанс получше восстановить силы.
Ее пристальный взгляд задержался на кресле, вернее, даже троне, сделанном из резного черного дерева, такого холодного и все же невероятно красивого. Всю неделю Гордон сопровождал ее и Абигайль, но Хеллер никогда не задумывалась о том, как выглядит его жилище. Она невольно подумала, что обстановка слишком скудна для столь большой комнаты: всего лишь трон, лампа, стол, кровать и бюро. Ей также нравились шторы из кроваво-красной парчи, драпировки кровати и постельное белье…
Однако едва Хеллер взглянула на то место, где только что лежала, ее лицо приобрело тот же малоприятный цвет.
Кровь!
Ее кровь.
Кровь девственницы.
До этого момента она все же не верила, что ее соитие с Гордоном Пирсом было правдой, но теперь у нее больше не оставалось сомнений.
Она без сил опустилась на кровать.
Утром следующего дня Гордон, сидя в своем кабинете с чашкой кофе, внимательно просматривал газету. Сообщения о деталях пребывания делегации из Бостона по-прежнему красовались на первой странице, но куда больше его заинтересовала колонка «Самые последние новости», где было написано:
«Сегодня губернатор Хейт и министр юстиции Гамильтон наконец-то посчитали деньги в государственном казначействе и выяснили, что запасы составляют более 500 тысяч долларов, в основном в золотых и серебряных монетах.
Компания по добыче золота, работающая в Холанд-Флет, графство Сьерра, сегодня зарегистрировала свидетельство об увеличении числа своих акций…»
— Когда-нибудь, — самодовольно произнес Гордон, — Эльдорадо тоже будет иметь акции! — Он откинулся на спинку кресла, потягивая кофе и воображая себя сидящим за большим столом в главном офисе компании «Эльдорадо майнинг компани». Возможно, золотая жила, о которой сообщил его партнер, окажется достаточно большой, чтобы начать законные операции, и позволит ему заменить рабов, еле шевелящихся в шахте. Надо надеяться, это только вопрос времени.
Он мечтательно вздохнул и, перевернув страницу, стал посматривать колонку местных новостей, как вдруг его взгляд наткнулся на необычную заметку:
«Кража из музея.
Голова Хоакина Мурьеты, бандита из Калавера, схваченного и убитого в июле 1853 года рейнджерами капитана Гарри Лава, была украдена прошлой ночью из Тихоокеанского музея анатомии и науки, основанного доктором Джорданом. На месте происшествия было найдено письмо, предположительно подписанное самим бандитом: «Я, Хоакин Мурьета, заявляю всем заинтересованным лицам и штату Калифорния, что моя голова все еще находится у меня на плечах, в то время как голова, выставленная в музее, принадлежала моему помощнику, Хоакину Карильо, который действительно был убит и представлен штату как Хоакин Мурьета в обмен на награду». Местные власти отказываются комментировать данное происшествие, однако они не отрицают, что располагают сообщениями о некоем Мурьете, появившемся в окрестностях Сан-Франциско».
Мейджер отбросил газету с раздражением. Очередная журналистская утка! Он сам видел голову и знал наверняка, что она принадлежит Мурьете, следовательно, тот, кто написал это письмо был лгуном. Возможно, это тот же самый человек, который украл кнут.
Лютер погрузился в столь глубокое раздумье, что даже не заметил, как Чань Сун открыл дверь его кабинета.
— Два человека хотеть видеть вас, говорить, что они из Уэллс-Фарго. Я велеть им приходить позже…
Лютер подпрыгнул на стуле.
— Уэллс-Фарго! Господи Иисусе! — Он схватил Чань Суна за плечи. — Что еще они сказали? Что? — Китаец растерянно развел руками. — Они хотя бы сказали, когда вернутся?
Чань Сун продолжал молчать.
— Убирайся отсюда! Иди вари свой суп и не попадайся мне на глаза!
Хотя было еще довольно рано, Мейджер налил себе выпить, затем еще, еще… Ему потребовался почти час, прежде чем он смог достаточно успокоиться, чтобы начать искать выход. Впрочем, выход был всего один: убираться из Сан-Франциско с такой скоростью, на какую он только был способен.
Слава Богу, у него теперь есть место, куда бежать: его ранчо. Эльдорадо. Он всегда был осторожен и не говорил никому о его местонахождении, благодаря такой предусмотрительности у него сохранилось безопасное убежище, где он может спрятаться. Позже, когда все успокоится… но что думать о будущем? Сначала надо позаботиться о настоящем, от которого Лютер вовсе не хотел отказываться: дом на Ринкон-Хилле, Чань Сун и Хеллер.
Дом, решил он, нужно покинуть немедленно, взяв только немного личных вещей, — пусть все считают, что он все еще живет здесь. Свой фаэтон он выменяет на сносный фургон и пару лошадей. Люди из Уэллс-Фарго в конечном счете обнаружат его отсутствие, но к тому времени он будет уже далеко.
Что касается Чань Суна, не было сомнений в том, как поступить со слугой, который знал слишком много, — так же Лютер поступил с девочками, которых купил у Кантона Чарли, — повеселился, а затем использовал свой кнут. Что касается Хеллер, он больше не нуждался в ней — ее единственная ценность состояла в имени, которое при других обстоятельствах он смог бы использовать, чтобы достичь высокого социального, политического и делового положения в Сан-Франциско.
Если бы Лютер был уверен, что у нее есть свои собственные деньги, он бы попытался удержать ее, но, несомненно, тетушка Хеллер держала кошелек при себе. Вероятно, стоило приказать Чань Суну отвезти красотку обратно в гостиницу, пока старуха не подняла полгорода на поиски, но, с другой стороны, он потратил слишком много денег, нанимая похитителей, и слишком много времени, разрабатывая план похищения, чтобы теперь отказаться от удовольствия посмеяться над ее легковерием и наивностью, например, подсматривая в глазок, когда она обнаружила на постели кровь цыпленка.
И все-таки, возможно, ему не стоило долго удерживать ее. Это было неразумно. Он ненавидел женщин — всех женщин — за их лживость и хитрость. Ненависть была единственной хорошей вещью, которой научила его мать, перед тем как уехать с коммивояжером, продававшим виски.
Время шло, а он так и не мог решить окончательно, брать Хеллер с собой или нет. Подумав, что стоит использовать каждую минуту, чтобы насладиться своим призом и оценить его, он лринялся наблюдать за Хеллер. Когда-нибудь ему удастся излечиться, он снова станет мужчиной, и вот тогда…
Когда Хеллер проснулась во второй раз, Гордон снова стоял над ней.
— Надеюсь, вы хорошо спали, моя дорогая? — В его голосе слышалась насмешка. Очевидно, он добавил что-то в чай, чтобы усыпить ее. Но зачем было это делать после того, как он предложил отвезти ее обратно в гостиницу?
Она осторожно огляделась.
— Я веду свою игру, Хеллер, и устал притворяться кем-то, кем на самом деле не являюсь, — произнес он высокомерно.
Не давая ей опомниться, схватил ее и поставил на колени.
— Я всегда хотел белую девчонку-рабыню. — Сбросив подушки на пол, Мейджер прижал Хеллер к спинке кровати. — Китайские рабыни не понимают по-английски, но у тебя нет такой проблемы, не правда ли?
— Рабыни? Гордон, прошу вас, остановитесь — вы делаете мне больно! — Хеллер попыталась вырваться, но у нее не хватило сил.
— Ты была когда-нибудь в тюрьме, детка? У охраны есть много способов заставить заключенного делать все, что от него захотят. Я провел в Сан-Квентине не так уж мало времени и знаю, о чем говорю. — Он захватил ее запястья, затем навалился на нее всем телом и привязал их к спинке кровати.
— Нет, Гордон, нет! Вы не должны делать этого, иначе вам прямая дорога обратно в тюрьму.
— Ах, какая забота, я тронут до слез! Вот только они ничего не узнают, потому что вы не скажете им: к тому времени, когда я закончу с вами, вы будете говорить только то, что я прикажу. И не смотрите на меня так обеспокоенно, моя дорогая, я не собираюсь причинять вам продолжительную боль, поскольку я слишком забочусь о вас. — Он не спеша поднялся.
Волна тошноты подступила к горлу пленницы.
— Зачем вы это делаете?
— Зачем? Этот же вопрос я задавал себе некоторое время назад и в конце концов пришел к определенному выводу. — Вы — именно то, что я хочу. У вас такой утонченный вид, которого нет у большинства других женщин, и мне это нравится.
Хеллер невольно вздохнула. Утонченность — неуловимая черта, которая отличает настоящую леди, — всегда была для нее недостижимой мечтой, и теперь она же стала ловушкой, в которой ей суждено погибнуть.
— Я никогда не соглашусь выйти за вас, мистер Пирс, никогда.
— Что ж, посмотрим. Должен предупредить, что мой метод чрезвычайно убедителен. — Мейджер грубо повернул ее лицом к себе. — Ты так красива, Хеллер, у тебя такое детское личико, невинное, наивное, что очень хочется увидеть и все остальное. — Он провел тыльной стороной ладони по ее груди, затем развязал на себе пояс и, скинув халат, остался в одних широких черных штанах.
Хеллер вскрикнула, но он тут же со смехом зажал ей рот рукой.
— Ах, какая маленькая скромница, ну прямо мисс Высокомерие и Надменность. — Мейджер осторожно спустился пальцами к ее шее. — Ты знаешь, что тебе сейчас нужно? — Схватив Хеллер за подбородок, он резко приподнял ей голову. — Тебе нужен урок смирения. Держу пари, что тебя никогда не учили скромности в академиях, которые ты посещала. Не так ли?
— Послушайте, Гордон, чем бы ни была вызвана ваша ненависть ко мне, простите меня. Я сделаю все, что смогу, чтобы искупить свою вину перед вами, только позвольте мне уйти.
Сверкнувшая в его глазах злоба заставила ее задрожать от страха.
— Хорошо, я подумаю. — Он обошел вокруг кровати и схватил ее за ночную рубашку. — А пока урок номер один. — Мейджер начал скручивать тонкую ткань. Хеллер сжалась, пытаясь высвободить руки, и тут же почувствовала рывок веревки, которыми были связаны ее запястья. Она закричала от боли. — Кажется, я сделал тебе больно? Мне так жаль! — Мучитель, продолжая смеяться, наклонился к ней, и Хеллер ощутила его зловонное дыхание. В следующий момент он сильно дернул, разрывая ткань и открывая ее тело своему жадному взгляду.
Несколько секунд он только смотрел на нее. Его пристальный взгляд коснулся каждого дюйма ее тела, и Хеллер показалось, что она вот-вот умрет со стыда.
Мейджер быстро прошел в другой угол комнаты, а когда вернулся, в его ладони был зажат длинный кнут.
— Урок номер два — повиновение. — Он ласково погладил кнут. — Мой опыт подсказывает мне, что для женщины достаточно простого требования повиноваться; сначала она должна пройти через наказание. — Мейджер посмотрел в затуманенные страхом глаза своей жертвы. — Я вижу, тебе уже не терпится. И ты права. Это необычный кнут, он был сделан специально для того, чтобы приносить удовольствие. Конечно, все зависит от того, кто держит его, но ты не должна волноваться, я — настоящий профессионал.
Хеллер похолодела от ужаса — он в самом деле был сумасшедшим!
Солнце уже село, когда Лютер Мейджер и его новоявленная невеста прошли из холла «Гранд-отеля» к ее комнате. В нескольких шагах от двери их встретила Абигайль.
— Ради всего святого, где вы были так долго? Я чуть с ума не сошла от волнения, моя дорогая! — Старушка бросилась к племяннице и прижала ее к себе.
Когда руки тетушки сомкнулись за ее спиной, Хеллер едва не вскрикнула от боли.
— Мне жаль, что мы заставили тебя беспокоиться, тетушка.
— Я думала, что вы уехали с остальными членами делегации в лес, но все, кроме вас, вернулись уже несколько часов назад…
Хеллер до смерти боялась этого момента. Как сообщить Абигайль, что она стала жертвой Гордона Пирса? Она боялась увидеть отчаяние тетушки, но еще больше боялась того, что Пирс может сделать со всем правлением Торговой палаты, если она не согласится исполнить то, что он от нее потребовал.
«Достаточно мне подать знак, и поезд, привезший вашу делегацию, отправится прямо в ад, — пригрозил ей Гордон. — Только я и еще один человек знаем, где заложена взрывчатка. Она может быть где-нибудь в пределах сотни миль, на рельсах, на склоне горы, под мостом — везде. Если вы, мисс, скажете кому-нибудь хоть слово… Даже если они схватят меня, мой напарник выполнит свою миссию».
Стоило ей обернуться и увидеть его дьявольскую улыбку, как эти слова эхом отозвались в ее ушах. Господи, как же она ненавидела его! Если бы только найти какой-нибудь способ остановить это безумие…
Откашлявшись, Хеллер выпрямилась.
— Я была с Гордоном в его доме. Мы провели прошлую ночь вместе… и также сегодняшний день.
Лицо Абигайль приобрело болезненно-бледный оттенок.
— Прошлую ночь? Ты ушла прошлой ночью? — Хеллер кивнула. — Но когда я заглядывала к тебе, ты мирно спала…
— Это было много позже. — Хеллер задыхалась от расстройства. — Пожалуйста, тетушка, не смущай меня. Будет достаточно сказать, что мы… — Ее голос прервался.
— Ваша племянница пытается сказать, что мы с ней собираемся пожениться, — договорил за нее Мейджер.
Абигайль чуть не упала в обморок от ужаса, и ей потребовалось не меньше десяти секунд, чтобы прийти в себя, затем кинула на Мейджера испепеляющий взгляд и сжала кулаки.
— Это действительно так, тетя. — Хеллер потупилась. — Я люблю его…
— Ну вот, Абигайль, — самодовольно сказал Мейджер, — полагаю, теперь я могу так вас называть, мы скоро станем родственниками. Надеюсь, вы сможете простить нам нашу поспешность. Сами знаете, как случаются такие вещи — люди влюбляются, и…
— Я не верю вам, не верю ни одному вашему слову, — негодующе воскликнула Абигайль, однако Мейджер продолжал как ни в чем не бывало:
— Приглашаю вас на свадьбу — это случится на моем ранчо, куда мы уезжаем завтра рано утром. Мы рассчитываем пожениться уже через пару недель.
Абигайль чуть не задохнулась от гнева.
— Уезжаете? Нет, вы не можете уехать…
— Я не сомневаюсь, что вы дадите нам свое благословение.
Хеллер чувствовала отчаяние, какого ей еще никогда не доводилось испытывать, но что она могла сделать? Не столь важно, чтобы Абигайль поверила ей, — главное, чтобы она отпустила ее.
Хеллер притворно зевнула.
— Я знаю, что ты шокирована, тетушка. Но ведь мы обе хотели, чтобы я вышла замуж и имела детей… — Она снова зевнула. — Давай поговорим об этом утром. Я ужасно устала…
Мейджер наклонился и смачно поцеловал ее в губы.
— Вам нужно отдохнуть, Хеллер, у нас впереди нелегкая поездка. — Он сжал ее руку, затем повернулся и не спеша спустился в холл.
— Спокойной ночи, тетушка! — Хеллер старалась не поднимать глаз. Прежде чем Абигайль смогла что-либо ответить, она уединилась в своей комнате.
Хоакин только что проводил Елену из театра в отель и уже выходил из дверей номера, когда перед ним возникла Абигайль Пейтон.
— Сеньор Монтаньос, — обратилась к нему она. — Слава Богу, я наконец-то нашла вас! Мне очень нужно с вами поговорить!
Хоакин открыл дверь шире и впустил ее.
Увидев непрошеную гостью, Елена вскочила со стула и, приблизившись к Абигайль, прошипела:
— Что вам здесь нужно?
— Пожалуйста, простите меня за вторжение, сеньорита Вальдес, но я должна поговорить с сеньором! — Миссис Пейтон, нервно сжав руки, повернулась к Хоакину.
— Не волнуйтесь, я обязательно вас выслушаю. — Он слегка улыбнулся, надеясь, что это ее подбодрит. — Итак, что случилось?
— Это касается Хеллер. Я не знаю, что на нее нашло, она… О Господи, то, что я узнала ужасно, просто ужасно! — Голова Абигайль затряслась, на глазах выступили слезы.
Хоакин осторожно дотронулся до ее плеча.
— Успокойтесь же и скажите, что случилось.
Абигайль сбивчиво начала рассказывать о том, как она беспокоилась по поводу отсутствия Хеллер.
— Они возвратились только несколько минут назад и…
— Они? Кто — они?
— Моя племянница и мистер Пирс. Хеллер сказала, что они с мистером Пирсом провели ночь вместе и теперь собираются пожениться. Я, разумеется, ни слову не поверила, но она стала уверять меня, что в самом деле этого хочет. На рассвете они уедут на ранчо мистера Пирса, и тогда…
Елена Вальдес, все это время напряженно слушавшая странную гостью, опустилась на стул и с облегчением рассмеялась, однако Хоакин был взбешен. Тем не менее он попытался возразить:
— Ваша племянница — взрослая девушка и вправе выйти замуж за кого угодно. — Он и сам чувствовал, что слова его звучат неубедительно.
Абигайль в отчаянии замотала головой:
— Хеллер не хотела выходить замуж за Гордона Пирса, уж я-то знаю! Теперь она заперла дверь между нашими комнатами и отказывается говорить со мной, это абсолютно не похоже на нее, уверяю вас. Через дверь я слышала, как она шмыгает носом.
— Возможно, она просто больна; у нее ведь аллергия, не так ли, — легкомысленно предположила Елена.
Слеза скатилась по щеке Абигайль, но она быстро смахнула ее.
— Сеньор Монтаньос, я не имею никакого права утомлять вас нашими проблемами и ни за что не стала бы этого делать, если бы не знала наверняка. — Она как-то странно взглянула на Елену, затем снова перевела взгляд на своего собеседника. — Хеллер постоянно думает о вас! — Последние слова она произнесла шепотом, придвинувшись ближе к Хоакину.
Ни один мускул не дрогнул на его лице.
— И что же вы предполагаете?
— Он принуждает ее стать его женой, не знаю, чем и как, но могу поклясться жизнью, что это правда. — Абигайль ухватилась за его рукав трясущимися пальцами. — Я надеюсь только на вашу помощь — вы сможете заставить мою племянницу поговорить с вами. — Она снова взглянула на Елену, голос ее зазвучал неожиданно твердо: — Умоляю вас сделайте это, остановите его.
Хоакин не был точно уверен, что именно Абигайль Пейтон имела в виду, но в одном он не сомневался: Мейджер опять задумал нечто ужасное.
Краем глаза он заметил, как Елена, вскочив, бросилась в его сторону, будто медведица, защищающая своего детеныша.
— Тебе не кажется, что это не то место, где ты можешь разговаривать с ней? — Она обернулась к Абигайль. — Вы, гринго, всегда заходите слишком далеко и просите слишком много! Послушайте, леди, возвращайтесь туда, откуда пришли, в свой Бостон и оставьте нас в покое!
Хоакин схватил Елену за локоть, подвел ее к кровати и усадил.
— А ну-ка помолчи! — Он сурово посмотрел на нее, не сомневаясь, что она поймет и учтет его предупреждение.
Затем он снова обернулся к Абигайль.
— Я обязательно посмотрю, что здесь можно сделать, обещаю!
Миссис Пейтон облегченно вздохнула.
— Спасибо. Я буду наверху в номере 206.
Едва она вышла, Елена, вскочив с кровати, набросилась на Хоакина.
— Немедленно скажи мне, что не беспокоишься о бледнокожей женщине, — потребовала она. Ее длинные ногти вцепились в его руку. — Скажи, что она ничего не значит для тебя, ну же.
— Какие чувства я испытываю к Хеллер Пейтон или любой другой женщине — не твое дело, и точка. Абигайль думает, что ее племянница нуждается в помощи, и я сделаю то, что обещал.
— Почему ты должен заботиться о каких-то гринго? Потому что они тоже позаботились о тебе, когда, придя в твой дом, изнасиловали и убили твою жену? И еще они заботились о тебе, когда хлестали тебя! Ты предаешь память Роситы, беспокоясь об этих собаках-гринго!
Хоакин оттолкнул ее от себя.
— Черт бы тебя побрал, Елена. Черт бы тебя побрал за то, что ты обвиняешь меня в предательстве Роситы, когда я все делаю ради выполнения клятвы, данной ей, ради того, чтобы отомстить за нее! Хеллер приблизила срок мести, потому что Гордон Пирс и есть Лютер Мейджер!
— О Боже! — Елена всплеснула руками.
У Хоакина не было намерения сообщать ей эти сведения, но такая женщина, как Елена Вальдес, могла стать опасным противником: она не колеблясь выдаст его, как только поверит, что он переживает за Хеллер Пейтон.
В действительности все было именно так: Хоакин очень беспокоился о том, что случилось с маленькой бостонкой, поэтому, прежде чем Елена смогла оправиться от шока и начать забрасывать его тысячами вопросов, он покинул ее номер, поднялся наверх и постучал в дверь Абигайль.
— Надеюсь, у вас есть шпилька? — Хоакин, не останавливаясь, прошел мимо нее к смежной двери, которая вела в комнату Хеллер.
— Кажется, она перестала плакать, — растерянно заметила миссис Пейтон.
— Это не имеет значения. Поверьте, я видел достаточно плачущих женщин в последние несколько минут, так что меня уже ничем не удивишь. — Он взял протянутую Абигайль шпильку, вставил ее в замочную скважину и повернул.
— Должна предупредить вас, — голос Абигайль дрогнул, — она иногда бросается вещами…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Коснись зари - Кицмиллер Челли



Мне очень понравилось. Любовь истинная, борьба за свободу, приключение. ГГ прошедшие испытание....все понравилось.
Коснись зари - Кицмиллер ЧеллиGala
8.08.2014, 17.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100