Читать онлайн Каникулы Рейчел, автора - Кейс Марианн, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Каникулы Рейчел - Кейс Марианн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Каникулы Рейчел - Кейс Марианн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Каникулы Рейчел - Кейс Марианн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кейс Марианн

Каникулы Рейчел

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Стюардесса тщетно пыталась протиснуться между мною и Полом.
– Не могли бы вы занять свои места? Вы перегородили проход.
Но мы с Полом неуклюже толклись в проходе. Маргарет, как примерная девочка, уже уселась на обозначенное в ее билете место у иллюминатора.
– В чем проблема? – стюардесса взглянула на наши посадочные талоны, а потом на номера на спинках кресел.
В этом-то и заключалась вся проблема. Согласно билетам мое место было рядом с Полом. Перспектива провести рядом с ним все время перелета до Дублина меня совершенно не устраивала, так как это означало, что в течение семи часов я не смогла бы расслабить мышцы правого бедра.
– Извините, – сказала я, указав на Пола, – но я не сяду рядом с ним.
– Я тоже рядом с ней не сяду, – сказал он.
– Так, понятно. А вы? – спросила стюардесса Маргарет. – Вы тоже не хотите сидеть рядом с кем-нибудь из них?
– Да нет, ничего такого, – ответила Маргарет.
– Прекрасно, – стюардесса проявляла ангельское терпение. – Тогда почему бы вам не сесть посередине?
– Теперь вы, – кивнула стюардесса нам с Полом, когда Маргарет послушно пересела.
– Хорошо, – кротко согласились мы. Мужчина, сидящий на переднем сиденье, чуть не вывихнул себе шею, пытаясь разглядеть нас троих получше. Некоторое время он озадаченно рассматривал нас, потом спросил:
– Извините, пожалуйста, но… сколько вам лет?


Да, я согласилась поехать домой, в Ирландию.
Я вовсе не собиралась этого делать, но кое-что заставило меня передумать. Во-первых, ко мне домой заявился высокий, темноволосый, сексуальный Люк. Я была ужасно рада его видеть.
– А почему ты не на работе? – спросила я и, не дожидаясь ответа, с гордостью представила его Маргарет и Полу.
Люк вежливо пожал им руки, но выражение лица у него было настороженное и напряженное. В надежде вызвать у него улыбку я начала в красках описывать свое пребывание в «Маунт Соломон». Но Люку эта история вовсе не показалась смешной. Он вдруг схватил меня за руку и пробормотал:
– Я хотел бы поговорить с тобой наедине.
Я несколько удивилась и, оставив Маргарет и Пола в гостиной, пошла с Люком в спальню. Судя по его мрачному виду, было непохоже, что он собирался со словами «Долой все это!» наброситься на меня и быстро сорвать с меня одежду, как это бывало раньше.
Да, я отчетливо понимала, что этого не будет, и все же оказалась совершенно не готова к тому, что произошло. Люк дал мне понять, что история с моим пребыванием в больнице вовсе не кажется ему забавной. Скажу больше, у него на лице было написано отвращение.
– Где твое чувство юмора? – изумилась я. – Ты ничем не лучше Бриджит.
– Я даже не собираюсь тебе отвечать! – прошипел он.
А потом, к моему ужасу, он сообщил мне, что разрывает наши отношения. Я вся похолодела. Он бросает меня?
– Но почему? – спросила я. Каждая клеточка моего организма истошно вопила: «Нет!». – Ты что, встретил кого-то другого?
– Не будь дурой! – бросил он мне в лицо.
– Тогда почему?
– Потому что ты – совсем не та, за кого я тебя принимал, – сказал он.
Должна признаться, что это не добавило ясности.
Он продолжал говорить мне злые и оскорбительные вещи, стараясь внушить мне, что именно я во всем виновата. Что у него просто выхода другого нет, кроме как бросить меня.
– Э, нет! – Яне могла позволить так собою манипулировать. – Можешь со мной порвать, если ты так решил, но не пытайся обвинить в этом меня.
– Господи! – злобно выдавил он. – Да с тобой просто невозможно разговаривать.
Люк встал и пошел к двери. Не уходи!
Задержавшись только для того, чтобы сказать мне еще несколько гадостей, он вышел из комнаты, хлопнув дверью. Я чувствовала себя совершенно опустошенной. Мужчинам и раньше случалось бросать меня без всяких видимых причин, но от Люка Костелло я этого не ожидала. Наши отношения длились уже более шести месяцев. Я даже начала думать, что мне повезло.
Изо всех сил я старалась скрыть свое потрясение и держаться с Маргарет и Полом так, как будто у меня все прекрасно. И вот, после всех этих унижений, от которых у меня уже начинались спазмы в желудке, Маргарет изрекла:
– Рейчел, ты должна вернуться домой. Папа уже договорился о месте для тебя в Клойстерсе.
Я почувствовала, как всю мою прошлую жизнь перечеркнули одним махом.
Клойстерс! Клойстерс – место знаменитое. Сотни рок-звезд приезжали в бывший монастырь в Уиклоу (несомненно, придумав для своих каникул какой-нибудь вполне благовидный предлог) и проводили там необходимые два месяца. И, выйдя оттуда, на некоторое время прекращали громить номера в отелях и въезжать в бассейны на автомобилях, зато начинали выпускать новые альбомы и принимать участие во всех ток-шоу, где говорили тихими вежливыми голосами, казались очень искренними, и волосы у них при этом были аккуратно подстрижены и тщательно причесаны. Ведущие ток-шоу неустанно твердили о «новом качестве» их последних работ.
Я была вовсе не против отправиться в Клойстерс. В этом не было ничего постыдного. Наоборот. И потом, там меня могли ждать интересные знакомства. Предательство Люка заставило меня пересмотреть свою жизнь. «Возможно, это даже хорошо – уехать на время из Нью-Йорка, – осторожно подумала я. – Тем более, что здесь мне больше не дадут наслаждаться жизнью. Не обязательно уезжать насовсем – так, на пару месяцев. Пока не почувствую себя лучше. Да и какая теперь разница, если у меня все равно больше нет ни работы, ни любовника? Что касается работы, всегда можно найти другую. А вот любовника… да уж…»
– Ну как, Рейчел, – с тревогой спросила Маргарет, – что ты об этом думаешь?
Разумеется, надо было покочевряжиться для виду. Не могла же я открыто признать свою здешнюю жизнь настолько никчемной, чтобы ее можно было вот так легко оставить и уйти без оглядки. Я для вида посопротивлялась, но это была лишь пустая бравада, позерство и больше ничего.
– Как бы тебе понравилось, – сказала я Маргарет, – если бы я вломилась в твою жизнь и сказала – значит так, Мег, простись с Полом, со своими друзьями, квартирой, работой, со всем, что тебе дорого. Ты отправишься в психушку за три тысячи миль отсюда. Так надо, даже если у тебя ничего серьезного. Ну, что бы ты мне на это ответила?
Маргарет чуть не плакала:
– Ах, Рейчел, поверь, мне так жаль! Но это вовсе не психушка, и потом…
Долго я не выдержала. Мне вовсе не хотелось расстраивать Маргарет. Пусть она копила деньги с детства, пусть не занималась сексом до брака – я все же была очень привязана к ней. Так что к тому времени, когда я произнесла: «Маргарет, неужели совесть позволит тебе так поступить со мной? Как ты будешь спать по ночам после этого?», внутренне я уже полностью капитулировала.
Когда я наконец выговорила: «Ладно, я поеду», Бриджит, Маргарет и Пол с облегчением переглянулись, чем вызвали у меня крайнее раздражение. Они вели себя так, словно я была каким-то недоумком.


В конце концов, реабилитационный центр, если хорошо подумать, – это не такая уж плохая идея. Просто отличная идея! У меня сто лет не было отпуска. Так что несколько недель мира и покоя мне совсем не повредило бы. Спрятаться где-нибудь и зализать нанесенные Люком раны.
В моем сознании всплыли строчки из «Пришествия» Патрика Каваны: «Мы испытали слишком многое, любовь моя. И в такую широкую щель не проникнет чудо».
Я почитала о Клойстерсе. и мне понравилось. Я уже представляла себе, как провожу целые дни, завернувшись в большую махровую простыню. Сауна, массаж, экстракты из водорослей и все такое. Буду есть много фруктов, ничего, кроме фруктов и овощей. И еще – пить воду галлонами, не меньше восьми стаканов воды в день. Чтобы промыть себя и чтобы очиститься. Это просто прекрасно – пожить месяц-другой без алкоголя и наркотиков.
Целый месяц! Тиски внезапного страха сжали меня. Но валиум еще оказывал свое успокаивающее действие. Да нет, наверняка за ужином дают вино. А возможно, пациентам вроде меня – тем, у которых нет ничего серьезного, – разрешается заходить в местный паб.
Буду жить в скромной монашеской келье. Темный пол, беленые стены, узкая деревянная кровать, григорианские распевы, плывущие в вечернем воздухе. И, разумеется, там есть спортивный зал. Всем известно, что физические упражнения – лучшее лекарство для алкоголиков и им подобных. Когда я выйду оттуда, у меня живот будет плоский, как доска. Лечь на спину, руки за голову, и – двести наклонов к ногам каждый день. Как это замечательно – заниматься только собой! Я вернусь в Нью-Йорк в прекрасной форме. Люк на коленях будет умолять меня принять его обратно.
Конечно, назначат и какое-то лечение. Какая-нибудь терапия, а не только «борьба с целлюлитом». Что-то типа: ложитесь на кушетку и подробно расскажите о своем отце. Буду просто счастлива! Не то чтобы я намеревалась отнестись ко всему этому серьезно. Просто будет весьма интересно посмотреть на настоящих наркоманов, тощих, с анорексией и обвисшими волосами, опустившихся до уровня пятилетних детей. Я выйду из всего этого обновленной, очистившейся, заново родившейся. Все, кто раньше позволял себе плевать на меня, больше плевать на меня не посмеют. Мое прежнее «я» канет в небытие, а мое новое «я» начнет все сначала.
– А у нее будет, как это… ломка? – опасливо спросила Маргарет у Бриджит, когда мы уже собирались в аэропорт.
– Ты что, совсем дура? – засмеялась я. – Не преувеличивай. Какая к черту ломка! Это бывает только от героина.
– Так ты, значит, не на героине? – спросила Маргарет.
Я страдальчески закатила глаза.
– Ну откуда я могу это знать? – в отчаянии воскликнула она.
– Мне надо в сортир, – сказала я.
– Я с тобой, – вскинулась Маргарет.
– Вот еще! – И я побежала.
Я успела раньше и захлопнула дверь перед ее носом.
– Отвяжись, – крикнула я из-за двери, – иначе сейчас достану шприц и вмажусь тебе назло.
* * *
Когда самолет набрал высоту, я откинулась на спинку кресла и с удивлением обнаружила, что испытываю огромное облегчение, как будто меня подняли в безопасное место. Внезапно я испытала острую радость от того, что покидаю Нью-Йорк. Мне не сладко пришлось последнее время, мне тут было тесно и душно.
У меня ни гроша, и я всем должна. Самой смешно стало: на какую-то секунду почти поверила, что я наркоманка. Да нет, это были совсем не те суммы денег, но обе мои кредитные карточки действительно иссякли, и пришлось занимать у всех знакомых.
Мне становилось все труднее и труднее выполнять свою работу помощника менеджера. Иногда, входя в отель через вертящиеся двери перед началом своей смены, я едва удерживалась, чтобы не завопить от отвращения. Характер у Эрика, моего босса, оказался дурной, и ладить с ним было трудно. Я часто болела и часто опаздывала. От этого характер у Эрика совсем испортился. А я, естественно, стала болеть еще чаще. Наконец вся палитра эмоций для меня сузилась и свелась к двум основным: отчаянию, если мне удавалось заставить себя прийти на работу, и чувству вины, если не удавалось. Когда самолет вошел в тучи над Лонг-Айлендом, я подумала: «В это время я должна быть на работе. А я не на работе. И я счастлива».
Стоило прикрыть глаза, как тут же нахлынули неприятные мысли о Люке. Острая боль обиды сменилась тупой болью тоски по нему. Мы ведь, по сути дела, жили вместе, и теперь я каждую секунду чувствовала его отсутствие. Хорошо бы не думать о нем, я от этих мыслей впадала в истерику и меня охватывало неконтролируемое желание найти его немедленно, объяснить, что он глубоко неправ, умолять вернуться ко мне. Последовать этому порыву, находясь в воздухе, в начале семичасового перелета, было бы глупо. Так что мне пришлось нажать кнопку связи со стюардессой. К счастью, она как раз начала разносить напитки, и я приняла из ее рук водку и апельсиновый сок, как утопающий – брошенный ему конец веревки.
– Прекратите, – злобно прошептала я, увидев белые взволнованные лица Маргарет и Пола. Оба настороженно на меня уставились. – Я расстроена. И вообще, с каких это пор мне нельзя выпить?
– Главное, не переборщи, – сказала Маргарет. – Обещаешь?


Мама очень трудно восприняла весть о том, что я подсела на наркотики. Они с моей младшей сестрой Хелен смотрели телевизор, когда папа сообщил ей плохую новость. Поговорив по телефону с Бриджит, он вбежал в гостиную и выпалил:
– Твоя дочь – наркоманка!
– Ну? – сказала мама, не отрываясь от рекламы, анонсов фильмов и прочей дряни. – Я это знаю. И нечего кипятком писать.
– Да нет же! – раздраженно ответил папа. – Это тебе не шуточки. Я не про Анну, а про Рейчел!
И тут на лице мамы появилось какое-то странное выражение. Она, как лунатик, поднялась с дивана. Папа смотрел на нее с тревогой, Хелен – радостно и заинтересованно. Мама, тупо глядя перед собой, прошла на кухню, села на табуретку, положила голову на кухонный стол и разрыдалась.
– Наркоманка, – всхлипывала она. – Я этого не вынесу!
Папа, желая ее успокоить, положил ей руку на плечо.
– Анна – может быть, – рыдала мама, – Анна – ладно! Но только не Рейчел. Даже когда одна – это ужасно, но две, Джек! Я понятия не имею, что они делают с этой проклятой фольгой! Правда!
Ее как корова языком слизывает, а спрашивать Анну, что она с ней делает, бесполезно – ответа не добьешься.
– Она заворачивает в нее марихуану – делает такие маленькие пакетики и продает их, – услужливо объяснила Хелен.
– Мэри, сейчас не о фольге речь… – заметил папа, который как раз пытался выработать план моей реабилитации, но тут же осекся и окрысился на Хелен: – Что, ты сказала, она делает с фольгой? – в голосе его слышалось омерзение.
И тут мама пришла в ярость.
– Ах, не о фольге? – заорала она на папу. – Хорошо тебе говорить! Это ведь не ты запекаешь индейку, не ты лезешь в шкаф за фольгой, а находишь там один картон. Это не у тебя индейка получается сухой, как Сахара!
– Мэри, ради бога!
– И главное, если бы она предупреждала меня, когда берет ее! Если бы она хотя бы выкладывала этот оставшийся картон на стол… Тогда в следующий раз я купила бы лишнюю пачку в «Квиннворте»…
– Постарайся вспомнить название заведения, куда отправили того парня, – сказал папа.
– Какого парня?
– Ну, того алкоголика, который растратил деньги. Он еще был женат на сестре той женщины… Да ты его знаешь!
– Ты говоришь о Пэтси Мэддене? – догадалась мама.
– Точно! – обрадовался папа. – Узнай-ка, куда его отправили.
– Но Рейчел – не алкоголичка, – возразила мама.
– Да, – согласился папа, – но они там, в том заведении, от разного лечат. От алкоголя, наркотиков, азартных игр, обжорства… В наше время можно к чему угодно пристраститься.
Каждый месяц папа покупал по паре глянцевых дамских журналов. Как бы для Хелен и Анны, а на самом деле для себя. Так что он был прекрасно осведомлен о том, о чем добропорядочным отцам семейства вообще-то знать не обязательно: о сознательном нанесении себе увечий, свободных радикалах, Жане-Поле Готье и самых модных оттенках загара.
Мама села на телефон и навела справки. Когда на том конце провода интересовались, в чем дело, она говорила, что у папиного дальнего родственника склонность к алкоголизму, быстро благодарила и клала трубку.
– Клойстерс, – провозгласила она.
– Клойстерс! – с явным облегчением воскликнул отец. – Я просто с ума сходил, не мог вспомнить. Глаз бы не сомкнул, ломал бы голову…
– Позвони туда! – жалобно прервала его мама.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Каникулы Рейчел - Кейс Марианн



Почитайте обязательно, здесь смешалось все - любовь и тараканы в голове. Много приколов, пореветь можно и смысл тоже присутсвует...
Каникулы Рейчел - Кейс МарианнСветлана
25.03.2012, 7.07





Перечитываю в третий или четвертый раз, я просто в восторге, о-б-о-ж-а-ю! Отличный юмор!
Каникулы Рейчел - Кейс МарианнМаша
27.02.2015, 22.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100