Читать онлайн Фактор холода, автора - Кейн Рэйчел, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Фактор холода - Кейн Рэйчел бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Фактор холода - Кейн Рэйчел - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Фактор холода - Кейн Рэйчел - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кейн Рэйчел

Фактор холода

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Я успела сделать около шести вдохов, прежде чем очутилась слишком высоко, чтобы думать об этом. Потом началось удушье. Подъем все продолжался. Я не могла дышать… Вернее, я дышала, но это не приносило ожидаемого результата. Уровень кислорода оказался крайне низким. Я заполняла легкие и не получала требуемого эффекта. Создай кислород. Ты же можешь. Конечно, я могла; нужно было только сформировать молекулы из доступного вокруг воздуха, но, Боже мой, я просто не могла думать, не могла…
В первый раз я оказалась неспособной сделать то, что умела и знала.
Оставалось только умереть. Обычно это являлось стимулом для дальнейших действий, но сейчас я не могла сосредоточиться. К тому же я совершенно не чувствовала свое тело. Смерть подобна увяданию. Едва ли это болезненно.
Что-то пронизало меня насквозь. Будто удар кнутом.
Пожалуйста, нет. Я хочу просто отдохнуть. Я так устала…
Еще одна яркая вспышка, пронесшаяся по позвоночнику и вспыхнувшая огнем в мозгу. И паника. Она так глубоко сидела во мне, что невозможно передать словами.
Я открыла глаза.
Это что-то держало меня. Видимо, когда-то это был джинн…
Я все еще могла различить жидкие, словно вода, глаза на перекошенном лице. Больше не джинн. И даже не ифрит, являющийся, по сути, единым существом. Скорее магическая неоплазма, разросшаяся наподобие опухоли, с взбухшей черной меткой, которая горела на его рыхлой груди.
Не джинн, а кокон для демона. Я ощущала запертого внутри джинна, но он умирал, медленно поглощаемый этим, другим. Он был в отчаянии.
Они оба находились в отчаянии.
Черные точки танцевали у меня перед глазами. Чувствовался недостаток кислорода. Я моргнула и попыталась вспомнить, как исправить положение, но потом поняла, что это только усложнило бы ситуацию.
Джинн открыл пасть, и я увидела что-то черное внутри нее.
Что-то, ползущее прямо ко мне.
В памяти всплыло страшное воспоминание – то, что я увидела в доме Плохого Боба Биринганина, его ледяные глаза, направленные на меня, бутылка с демонами в его руке. Держи ее крепче, приказал он тогда своему джинну, и раскрыл мне рот…
Может быть, я была не против умирать так часто, но я была против умереть именно так. Не медля ни секунды, я собрала всю окружающую меня энергию, сконцентрировала ее и обрушила поток сине-белой плазмы мощностью в сотни миллионов вольт прямо на голову существа, держащего меня.
В последнюю секунду я подумала о том, что если я ударю по джинну – а он все еще держал меня, то поджарюсь вместе с ним. Поскольку частицы энергии уже сжались в одно единое целое и заряд электричества был готов низвергнуться фонтаном в небеса, я сконцентрировала молекулы воздуха между нами и послала их в сторону джинна, отбросив его в сторону. Он не обладал достаточной мощью, чтобы отодвинуть их от себя, и не мог обернуться в туман, чтобы распылить их. Это дало мне необходимые полметра пространства перед тем, как небо озарила ярко-белая вспышка.
Молния ударила в джинна с мощью атомной бомбы, разрывая его на куски. Я видела это даже с закрытыми глазами, прикрытыми руками. А потом по мне ударила воздушная волна, и земная гравитация сделала свое дело. Я начала падать.
Небеса словно разрывались от крика.
Я пронеслась мимо облаков, падая, словно звезда. Трение разогрело мою кожу. Одежда клочьями развевалась на мне. Я летела вниз, беспомощно крутясь и вертясь, приближаясь к яркой блестящей точке под названием Лас-Вегас.
Правда, был один плюс: море свежего воздуха. Я стала делать частые вздохи, накачивая кровь кислородом, и приступила к торможению. В голове стало понемногу светлеть. Все это выглядело как ночной кошмар, за исключением того, что в кошмарах обычно не присутствует частичная слепота и полуопаленные волосы. Падая, я все еще наблюдала разрозненные части инфицированного демоном джинна.
Я не убила его. Такое существо невозможно убить так просто. По крайней мере, человеческое существо не способно на это. Дэвид однажды разрушил одного демона, но Дэвид был джинном, вторым по силе после Джонатана, когда это произошло.
Я не чувствовала замедления в моем падении. Земля постепенно приближалась. Становилась все ближе и ближе. Моя кожа онемела от порывистого холодного воздуха. Тело прекратило вращение, но притяжение продолжало тянуть меня вниз жадным магнитом. Не важно, насколько быстро я создам воздушную подушку, все равно для того, чтобы погасить эту скорость, ее недостаточно…
При таких условиях я смогла бы замедлить падение, но только для того, чтобы потом умереть в реанимации, дыша через аппарат искусственного дыхания.
Я воспарила к эфирной плоскости. Сработало инстинктивное чувство страха. У меня не было никакого осознанного плана. Я словно крыса, бегущая с тонущего корабля… А где-то наверху инфицированный джинн все еще буйствовал черной яростью, и весь эфир сотрясался от всплесков энергии.
Подо мной виднелись яркие вспышки, но это были не огни стриптиз-клубов. Хранители передавали силу по своим каналам. Один из них являл собой оранжевый факел, достаточно большой, чтобы осветить весь эфир… Это, должно быть, Кевин. Другой был ярко-золотого цвета, словно солнце в летнюю пору.
Кевин украл силу Льюиса и распоряжался ею, как хотел. Но я знала наверняка, что Кевин спас бы меня, если бы знал как…
Глубоко вздохнув, я сконцентрировалась на том, чтобы замедлить скоростной спуск и не допустить удара о землю на предельной скорости. Но, когда я снова открыла глаза, земля оказалась совсем близко, Боже, намного ближе, чем я предполагала. И не было никакого способа остановить ее приближение. В мои планы не входило шлепнуться на мостовую какой-нибудь улицы. Я попыталась скользнуть к песчаному отрезку пустыни, возле аэропорта. Меня ждали грязь, колючий кустарник и, конечно, смерть. Будет очень больно. Вспышка молнии высветила полоску бледно-желтого песка, который должен был стать моим последним пристанищем в этой жизни.
Я закричала, в инстинктивном порыве закрыв глаза руками, и ударилась о землю.


Было такое чувство, что я упала на кровать, полную перьевых подушек. В воздух взмыло пушистое облако, а я медленно стала погружаться в массу, спасшую меня.
Я словно плыла по течению, невесомо паря в воздухе.
Ощущалось странное головокружение. Оказывается, я задержала дыхание. Мои глаза оставались плотно закрыты. Открыв, я ничего не обнаружила вокруг. В воздухе, который я вдыхала, чувствовалась пыль.
Вокруг сплошная темень.
Я пошарила руками и обнаружила мелкие, словно тальк, частицы, под которыми угадывалась твердая поверхность. Я поднялась на ноги, подняв тучу порошкообразной пыли из песка.
Оказывается, другой Хранитель был Хранителем Земли. И он явно был расположен ко мне. Замечательно…
Я сделала шаг и, покачнувшись, упала на руки и колени, кашляя и отплевываясь. Кто-то похлопал меня по спине, поднимая пыль.
Я подняла голову, разглядывая своего спасителя.
– Мэрион? – Я снова закашлялась, выплевывая песок. – Боже…
– Дыши глубже, – посоветовала она.
Мэрион Медвежье Сердце выглядела так же, как тогда, в ресторанчике у Денни, перед тем как я отправилась за своей погибелью в Лас-Вегас. На ней был тот же жакет с черной бахромой, а волосы аккуратно уложены и перехвачены лентой с бирюзовыми бусинками. Ее, похоже, совершенно не беспокоили ни шторм, ни джинн, бесчинствующий сверху. Ни даже я, пролетевшая несколько километров вниз и ухнувшая на землю ногами вперед, как безумный верхолаз-недоумок.
– Спасибо, – наконец-то выдавила я, сплюнув кусочки гравия. Черт. Мне срочно требовалась зубная щетка. Мэрион вяло улыбнулась мне. – Что… как…
Она проигнорировала мои междометия, подняв голову к облакам.
– Ты можешь остановить эту чертовщину?
– Не совсем. – Я вытерла рот рукой и с трудом поднялась на ноги. Ноги были совершенно голые. Черт. Вся одежда изорвана в клочья, словно я сошла со страниц романа Гюго «Отверженные». – У этого джинна наверху имеется метка демона.
Она кивнула, будто уже знала об этом. Всегда было трудно понять, что она знает, а чего нет. Она никогда не выказывала явного удивления. Она вынула бутылку из кармана. Простую, крепкую бутылку, способную выдержать все основные погодные ненастья. Хорошее, толстое стекло. Балансируя ею на ладони, она впилась взглядом в центр бури.
– Отвлеки, – произнесла она. – Попытайся отвлечь его внимание на себя, если сможешь. А я постараюсь запихнуть его в сосуд.
Облака закипели, словно почувствовав ее намерение. Ветер взвыл. Я поняла, что сейчас он ударит по нам. Я напряглась, пытаясь твердо стоять на ногах, но даже так слепая ярость пронесшегося вихря почти свалила меня. Жакет Мэрион развевался на ветру и звенел, волосы растрепались и метались в воздухе серыми прядями. Песок носился вокруг меня, и я могла видеть, как невдалеке, где начинался непосредственно сам город, лопались лампочки уличных фонарей и вспыхивали трансформаторы.
Отвлекать его внимание? Она, должно быть, шутит?
Буря полностью переключила внимание на нас. Я сбросила оцепенение и попыталась сфокусироваться на эфирной плоскости. Не думаю, что я могла что-то сделать с этим джинном. Но я была способна бороться с последствиями его деятельности… менять полярность и разрушать сдвиги ветра. Молнии продолжали сверкать, но я умело удерживала их наверху, в самой ионосфере.
– Повинуйся мне! – крикнула Мэрион навстречу ветру.
Он приближался к нам.
– Держись! – прокричала я, воздвигнув стену из неподвижного воздуха вокруг нас; бессмысленная попытка отгородиться от яростной атаки инфицированного джинна-безумца. Мэрион перехватила покрепче бутылку и вцепилась мне в руку. Не хватало крепкой опоры, чтобы выстоять против натиска урагана. Несмотря на защиту, порыв отбросил нас метров на пять и, подняв в воздух, опрокинул на спины. Я сразу же поднялась и схватила Мэрион. Бутылка все еще была при ней.
– Ты должен повиноваться… – Ветер снова ударил, хлеща по нашим плечам. Я ощутила запах озона, характерный для молнии, и сконцентрировалась на этом. Мэрион собрала остатки воздуха и выпалила: —…мне!
«Ну, быстрее, черт побери», – думала я, не имея времени сказать это вслух. Из беснующихся туч вырвалось некое подобие лица и понеслось ко мне, сопровождаемое завесой из дождя, хлещущей по коже, словно крошечные серебряные гвоздики.
Нечто распахнуло пасть, и внутри нее я увидела демона, выглядывающего наружу в поисках теплой, свежей крови. Во мне проснулось воспоминание о черном, скользком демоне, извивающемся в моем горле и выжигающем мою плоть.
Такое не должно повториться. Никогда.
Беснующийся ветер, управляемый джинном, подбирал куски камней, песок, колючие ветки кустарника, консервные банки.
Он намеревался содрать с нас кожу живьем.
Я ударила по нему со всей силы, сжимая молекулы воздуха и заморозив дождь, повернула его вспять, превратив в мини-торнадо. Оно заключило джинна в свои объятия, не давая ему выскользнуть.
– Кончай с ним! – заорала я. Не знаю, слышала ли меня Мэрион. Я не видела ее в кромешной тьме, к тому же мои волосы почти полностью закрывали лицо.
Не знаю, услышала она меня или нет, но я отчетливо услышала:
– Ты в моей власти! Повинуйся!
Это прозвучало громко и отчетливо. Послышался звук, словно кто-то втягивал в себя воздух со страшной силой. Давление упало так, что в моих ушах зазвенело, и в последней вспышке молнии я различила черный сгусток, всасывающийся в горлышко сосуда в руках Мэрион.
Она заткнула пробку и без сил повалилась на колени, судорожно вбирая воздух. Из уголка ее рта показалась струйка крови. Она засунула бутылку за пазуху и прижала правую руку к ребрам.
Ветер продолжал дуть несколько секунд, потом, поколебавшись, начал успокаиваться. Иссиня-черные облака над нашими головами начали видоизменяться, сталкиваться друг с другом.
– Ты в порядке? – спросила я.
Мои ноги тряслись, как в лихорадке. К тому же стало весьма прохладно. Сердце неслось галопом, игнорируя разум, кричавший об опасности наверху. У сердца есть такой бзик. Докажи мне, говорило оно.
– Да, – ответила Мэрион. Она была измождена и бледна. Полагаю, у нее была на то причина – конечно, это не она носилась в пространстве вверх и вниз, но она внесла свою лепту. Не говоря о том, что спасла мою задницу от неминуемой смерти.
– Похоже, у меня сломано ребро. Ничего, починим. Это дело рук мальчишки, понимаешь. Он разбил бутылку, освободив джинна с меткой демона. Мы должны его остановить.
Я протянула ей руку. Ей пришлось приложить максимум усилий, чтобы подняться на ноги. Ее растрепанная копна волос никак не вязалась с той наводящей ужас Мэрион, которую я боялась.
– Как ты сюда попала? – поинтересовалась я.
В ее слабой улыбке ощущалась боль.
– Сейчас это не важно. – Она пощупала свой бок, сморщившись. – Тебе нужно двигать. Они будут искать тебя, а я бы предпочла не вступать в схватку с кем-то еще, если ты не возражаешь. Если ты останешься здесь, мы сможем воспользоваться твоей помощью. Парня нужно нейтрализовать. И как можно скорее.
Сейчас она явно не была к этому готова. Я некоторое время ловила взгляд ее темных глаз.
– Я собираюсь туда. Немедленно. Послушай, если я оставлю тебя здесь, ты справишься?
Улыбка словно застыла на ее лице, обнаружив небольшие морщинки в уголках рта.
– Джоанн, я попадала и не в такие передряги. К тому же я не так стара, как наш враг.
Желая доказать это, она выпрямилась. Выглядело почти правдоподобно. Над нами быстро пробегали облака, направляясь к югу. Ветер, гнавший их, искал дорогу домой.
Лунный свет струился сквозь щели в тучах, омывая нас серебром своего сияния.
– Давай двигай. Увидимся позже, – произнесла Мэрион, потом повернулась и побрела по пустыне.
Босоногая, я заковыляла по песку, ойкая всякий раз, когда наступала на камень или колючку, пока не уперлась в двухметровую стену с рядами колючей проволоки, идущей поверху.
– Отлично, – вздохнула я.
Я действительно начала тосковать по тому времени, когда была джинном.


Не было никакого смысла плестись обратно к «Луксору». Он находился где-то на восемьсот метров дальше, чем «Беладжио». Поэтому мне пришлось развернуться и идти направо. В связи с тем, что никакой таксист не согласился бы взять разутую, растрепанную ветром бродяжку в предрассветной мгле, я решила прогуляться пешком, стараясь держаться в тени и не привлекать внимания пешеходов и полицейских. Фонтан перед отелем хранил молчание; видимо, это было как-то связано с горячими порывами ветра, все еще носящимися в воздухе.
Несмотря на поздний – или скорее ранний – час, возле гостиницы собралась куча снующих туда-сюда людей. Остановившись, я посмотрела на залитый ярким светом вход, потом перевела взгляд на себя.
Нет. Не выйдет. С моей формой одежды вход в «Беладжио» заказан.
Парковка ломилась от разнообразных машин, но все казались надежно закрытыми. Я прохромала по рядам, отыскав несколько автомобилей – всегда есть несколько, даже в такое смутное время – с незапертыми дверцами. В двух первых не наблюдалось ничего, кроме милой велюровой обивки и мелочи в подстаканниках. В третьей я заметила спортивную сумку, лежащую на заднем сиденье. Там оказались черное трико, футболка, носки и кроссовки. Все пахло так, словно им совсем недавно пользовались по назначению. Я одобрила трико и футболку, сразу же отмела носки и начала натягивать громадные кроссовки на свои израненные ноги. Мой занимающийся спортом благодетель оставил мне и расческу. Я сразу же взялась за дело, ойкая, когда на ее пути попадались спутанные пряди волос. Потом я оторвала кусок от своей ненужной теперь юбки и завязала остаток волос в конский узел.
Я была готова. Что-то вроде того. Я трусцой пробежала по стоянке, делая вид, что наслаждаюсь бегом, потом сделала несколько кругов, чтобы вспотеть. После этого я направилась к залитому светом входу в гостиницу. Привратники в ливреях держали двойные стеклянные двери открытыми, я весело махнула им и вбежала внутрь, не вызвав ничего, кроме слегка поползших вверх бровей. Остановившись, я наклонилась, сделав несколько глубоких вдохов, которые отнюдь не являлись симуляцией.
– Рад, что вы вернулись, мисс, – мило произнес один из них с приятным английским акцентом. – Там снаружи разыгралась небольшая буря.
– Да вы что? – Я завела руки за спину и потянулась. – Я и не заметила.
Послав привратнику благодарную улыбку, я ринулась к вестибюлю. Большинство портье отсутствовали, только двое находились на своем ночном дежурстве. Казино, как обычно, бурлило под аккомпанемент тренькающих автоматов и звон вываливающейся мелочи. Я повернулась и потопала по длинной ковровой дорожке, прямо к залу с лифтами. Возле них все так же стоял охранник в форме. Я сделала вид, что вытираю пот со лба, проходя мимо него и вяло улыбаясь. Махнула ему, но он полностью проигнорировал меня. Видимо, в его представлении даже самая последняя проститутка не позволила бы себе выглядеть так, как я. По памяти нажав кнопку вызова подъемника, я прислонилась к стене, стараясь не думать о своих ранах. Все еще пульсирующая головная боль, синяки, ссадины – список можно продолжать до бесконечности. Мне было необходимо полежать в ванне самое меньшее с неделю. Не помешал бы и хороший массаж…
Поднявшись на нужный этаж, я побрела по дорогому ковру вдоль пустынного коридора с закрытыми дверями. Ни звука вокруг. Я дошла до двери номера, где Кевин и Джонатан устроили свой маленький адский офис.
Когда я уже собралась постучать, дверь открылась сама. Прямо фильм ужасов какой-то.
– Привет, – произнес Джонатан, сидящий на диване в том же самом месте, где я увидела его в первый раз. Атлетически сложенный, словно военный, но без формы. Черный вязаный свитер под горло, штаны цвета хаки со множеством карманов. Военные ботинки со шнуровкой. – Джо, – поприветствовал он меня и указал на кресло, – присаживайся.
Я молча села. Его брови удивленно изогнулись, когда он оглядел меня.
– Плохой день?
– Не самый худший в моей жизни. Но это еще ни о чем не говорит, не правда ли?
– Я думаю, ты не откажешься от пива.
На столике возле него стояли две бутылки. Я открутила крышку и сделала глоток. Немного горьковатое, но зато холодное и освежающее.
– Милые порезы и синяки, как я погляжу, – вежливо произнес он. – Как делишки?
– Хорошо. А у тебя?
– Не могу пожаловаться. – Его глаза были темными, темнее, чем беззвездная ночь. – Давай немного поболтаем. Ты, конечно же, понимаешь, что я убью тебя, если ты будешь думать о том, чтобы встать у меня на пути, так?
– Мне много не нужно. Хороший массаж, ванну, а также остановить все это, пока мы не уничтожили друг друга. – Я откинулась в кресле и положила ногу на подлокотник. После этой ночи Джонатан не казался таким уж монстром. – Ты знаешь о джинне с меткой демона. Ты позволил Кевину освободить его.
Он не сказал ни да, ни нет. Просто слегка наклонил бутылку с пивом в моем направлении. И я увидела, как прошлое того джинна проходит перед моими глазами. Сначала заточен в бутыли. Служит ненавистному хозяину. Однажды призывается хозяином, велящим ему протянуть руку…
…и снять обугленную метку с груди господина и взять ее себе.
Потом он заперт в бутылке на целую вечность. Имеющий врага, которого невозможно повергнуть и сдаться ему на милость. Умирающий, но не мертвый. Инфицированный.
Потом бутылка, переходящая в карман к Кевину в хранилище Ассоциации Хранителей в Нью-Йорке. Далее последовали искаженные волнами изображения Кевина, Джонатана, Дэвида, Льюиса… меня.
– Не думаю, что тебя это волнует, – отстранение произнес Джонатан. – Но это мой друг, заточенный и умирающий.
– Я не могу спасти его.
– Нет, – согласился он. – Не можешь. И я тоже не могу. Хреново, правда?
Бутылка снова приняла вертикальное положение, и он сделал глоток, не сводя с меня своих темных глаз. Я вздохнула.
– Ну же, Джонатан. Хватит играть в загадки. Что ты хочешь от меня?
– Ты решила испробовать Правило Трех. Я бы не советовал. – Его улыбка говорила о всех неприятных последствиях. Каково это, чувствовать, что полностью обделался?
Я наклонилась, катая бутылку между ладоней и смотря ему прямо в глаза.
– Дэвид здесь. В Лас-Вегасе.
– Чушь. У тебя нет его бутылки.
– Зато есть у кого-то другого. Возможно, это тот же парень, издевавшийся над джиннами последние десять лет. Тот, которого ты ищешь.
– Ты лжешь.
– Может быть. – Я намеренно перевернула бутылку, вылив все содержимое на пол. Рыгнула. – Объясни-ка мне кое-что. Ты и не думал освобождать его, пока он был собственностью Плохого Боба. – В ту секунду, когда эти слова сорвались с моих губ, я пожалела, что не могу перемотать пленку обратно. Но джинн не отреагировал на них. – Ты не спас его, когда Плохой Боб отдал его Иветте Прентисс для ее мерзких забав. Мне приходит в голову удивительная мысль: почему ты так старательно защищаешь его от меня. Ты прекрасно знаешь, что я не думала причинять ему вред.
Он пожал плечами и глотнул пива, так и не сводя с меня глаз.
– Он ненавидел Плохого Боба, – произнес он. – Так же, как и Иветта. Ты… – Он старался говорить спокойно, но воздух в комнате казался наэлектризованным и жестким. – Я смогу разобраться с другими. Они всего лишь поработили его тело. А ты разрушила его изнутри.
– И ты хочешь, чтобы все встало на свои места? – Я поставила бутылку на блестящий антикварный столик. – Это не в моих силах, Большой Джонатан. Обсуди это с ним. Или, погоди, ты уже сделал это. Когда предложил ему выбрать, он выбрал меня. Ух, ты! Вот да!
Резкая боль вдруг пронизала мою грудь. Аритмия, Джонатан хлебнул из бутылки.
– Как чувствуешь себя в своем старом теле? Все работает нормально?
– Замечательно. – Я не собиралась плакаться перед ним. Еще один спазм прошел по телу, на этот раз более длительный. – Мне нужна твоя помощь.
– Подозревал, что ты попросишь об этом.
– Если тебе не наплевать на мальчишку, ты должен помочь мне забрать у него бутылку.
Он приподнял брови.
– Чтобы ты стала моим новым повелителем? Извини, я работаю только с ним.
– Ты имеешь в виду, что он тебе еще нужен.
– Ты должна признать, у мальчишки есть талант. И чертовски много энергии.
– Которую он украл.
– Только часть. – Джинн пожал плечами. – Это была его идея, не моя. Не стреляй в почтальона, знаешь такое выражение?
– Не думаю, что выстрел в тебя что-нибудь бы изменил.
– То есть… Маат готов к удару, ты это мне хочешь сказать? – Джонатан немного поерзал и склонил голову набок, не отрывая от меня своего взгляда. – Время вышло, да?
– Они же убьют его, – мягко произнесла я. – Ты знаешь, они не будут колебаться ни секунды, если не будет альтернативы.
Ответа не последовало. Джинн пил пиво. Потом он улыбнулся.
– Эй, парень, – сказал он и отставил бутылку. – Ты уже проснулся.
Я оглянулась и увидела Кевина, стоящего в проеме двери, ведущей в спальню. Он был бледным и нервным. Волосы торчали в разные стороны, забыв, что такое расческа. Рядом с ним стояла худенькая девушка с короткими рыжими волосами. Она держала Кевина за руку. Сиобан. Проститутка.
Кевин глядел на меня, выпучив глаза.
– Я же сказал, чтобы ты убил ее, – произнес он.
– Ты не сказал мне, когда именно это сделать, – уточнил Джонатан. Кевин решил исправить ошибку, но Джонатан вытянул палец в его сторону и погрозил ему.
Кевин умолк.
– Эй! – вмешалась Сиобан, сделав шаг вперед. На ней были дешевые туфли на высоком каблуке, ногти на ногах покрыты оранжевым лаком. Ее подбородок казался чересчур заострен, глаза чересчур узкие, но в своем шерстяном топике и приспущенных джинсах она выглядела довольно эффектно. – Он владеет тобой, чувак! Ты должен делать то, что он говорит!
– Сиобан, – тихо проговорил Кевин. – Не надо.
– Да, не надо. – Терпимость Джонатана не распространялась на подружку мальца. – Не мешай, рыжая, и я не стану с тобой ничего делать.
По моей спине пробежала холодная дрожь. Когда Сиобан начала возражать что-то в ответ, я покачала головой:
– Нет. Он не шутит. Просто расслабься, хорошо?
– Будто тебя это волнует! – Ее взгляд напоминал взгляд Кевина.
Любопытно. Возможно, он нашел в ней родственную душу. Правда, рекламные листовки интимных услуг с ее портретом валялись по всей улице. Но и Кевин не был выпускником института благородных парней. Он в любом случае нашел бы кого-нибудь более испорченного, чем он. Это неизбежно. С тех пор как он обрел силу, ему был нужен кто-то, о ком можно позаботиться.
– Да, волнует, – мягко произнесла я. – Я пытаюсь сохранить ему жизнь. Делай что говорит тебе этот парень. И позволь мне поболтать с твоим дружком.
Джонатан заскучал. Когда я повернулась к нему, он вздернул брови чуть ли не до потолка, показывая, как его заела тоска.
– Что ты хочешь? – спросила я.
Его глаза блеснули, и на секунду я подумала, что он действительно хочет прихлопнуть меня как муху. Но он просто улыбнулся.
– Хорошо. Вот тебе ответ: я хочу, чтобы ты поберегла себя.
– И ты так волнуешься, потому что…
Он сконцентрировал свой взгляд на том месте, где теплилась жизнь. А именно на моем животе.
– У меня есть на то причины.
– Я не назову его в твою честь, если ты это имеешь в виду.
Его губы вытянулись в длинную улыбку. Не зловещую или саркастическую, но настоящую, добрую улыбку. Когда он так на меня смотрел – вернее, смотрел в меня, – я чувствовала слабость. Он обладал такой же сверхъестественной силой, как и Дэвид, когда дело касалось женщин. Просто он редко показывал это. Я даже была слегка признательна ему за это. Если бы он смотрел на меня так раньше, я отдала бы бутылку с Дэвидом без колебаний.
Ну, может, и не отдала бы. Но подумала бы об этом.
– Все из-за Имары, – сказал он. Точнее, промурлыкал. Так это прозвучало.
– Прошу прощения? – Он стремительно приблизился и приложил руку к моему желудку. Его прикосновение показалось мне горячим, почти обжигающим. Я раскрыла рот, чтобы закричать…
…и внезапно боль ушла. Через меня пронесся вихрь из картинок: молодая женщина с темными волосами, ниспадавшими до талии. Смеющаяся, говорящая и двигающаяся с яростью и грацией джинна. У нее были губы Дэвида. А глаза… Боже, ее глаза. Горящие и безжалостные, цвета чистейшего золота. От нее исходил запах ванили и корицы, а также древесного дыма. Потом все исчезло.
У меня перехватило дыхание. Холодные слезы покатились по щекам. Его прикосновение словно выжгло клеймо на моем животе.
– Имара, – прошептала я. Мой ребенок.
Он стоял вплотную ко мне, и его губы тепло шептали мне в ухо.
– Джинн рождается из смерти.
– Тогда почему ты не убиваешь меня? – разозленная, я глотала слезы.
Он отошел в сторону.
– Не человеческой смерти. Слишком мало энергии.
Меня начало знобить.
– Нужна смерть джинна?
Он не ответил. Его взгляд стал неожиданно беззащитным.
– Смерть не каждого джинна.
– Нет, – повторила я. – Не каждого.
Я чувствовала головокружение и тошноту, каждый порез отзывался адской болью. Голова пульсировала до невозможности. Сломанная ключица напоминала о себе при каждом движении.
Я медленно присела в кресло.
– Ты имеешь в виду Дэвида, – прошептала я. – Дэвид должен умереть для ее рождения. Боже, я не могу сделать этого.
– Чего? – спросил он. – Не сможешь выжить? Вполне сможешь. Это то, чем люди занимаются всю жизнь. Выживают. Единственная черта, которая мне в них нравится.
– Я хочу покончить со всем этим. – Я устала, была выжата, словно лимон, мне было холодно. Моя дочь – дочь, которая не могла появиться на свет, если не пожертвовать другим любимым существом – она была сверхчеловеком. Я не могла… – Я хочу покончить с этим. Давай закончим, Джонатан.
Он кивнул, правда, не совсем добродушно.
– Тогда убирайся. Уходи отсюда.
Вздернув подбородок, вмешался Кевин:
– Я сказал, я хочу, чтобы она была мертва, понятно? Она пытается надуть нас. Сделай все как надо…
Со скоростью молнии Джонатан приблизился к нему и ударил его в лоб. Один раз.
Глаза Кевина закатились, и он упал. Сиобан, взвизгнув, бросилась к нему, прижав кончики пальцев к его шее. Но ей не о чем было беспокоиться: Джонатан не мог убить своего хозяина, не важно, как сильно он этого желал.
Кевин спал как младенец.
– Мы разберемся с этим позже. – Джонатан послал Сиобан предупредительный взгляд. – Больше ни слова, понятно?
Ругаясь под нос, она умолкла.
«Нужно что-то предпринять», – подумала я. Но, честно говоря, к чему бы все это привело?
Кевин хотел убить меня сам или воспользоваться для этого Джонатаном. Сформулируй он приказ как надо, Джонатану ничего бы не оставалось, как исполнить его.
Мне было наплевать на все это. Джонатан уже сказал, что я могу уйти. Тайное сообщество Маат не мои союзники. Хранители… Хранители также не удосужились переложить часть бремени на свои плечи. Они отвернулись от меня, когда мне больше всего была нужна их помощь. Возможно, Куин прав… Хранители могли быть и продажными, и коррумпированными. Я достаточно повидала, чтобы с уверенностью утверждать это. Я никогда не брала денег за изменение погодных условий в чьих-то корыстных целях, но такие случаи имели место сплошь и рядом.
Дождик на ферме за определенную плату… Изводить голодом людей, чтобы заставить их раскошелиться. Все находилось в таком хаосе, как и сама природа…
Но хуже то, что никому до этого не было дела. Иветта Прентисс нарушила все нормативные документы Ассоциации. Она наплевала на обязанности, издевалась над сыном, использовала джинна в таких милых играх, о которых не додумался бы сам маркиз де Сад. Кто-то остановил ее? Нет. Пока я не решила, что более не могу смотреть на это сквозь пальцы.
У Маат, конечно, была своя этика, но не нужно путать ее с моралью – холодная напыщенность, хладнокровный взгляд на окружающий мир. Страдания человечества даже не принимаются во внимание. Они заинтересованы в цифрах, им не нужны живые лица людей. Понимаю, почему эта организация так мила Льюису. Для него, такого заботливого и уязвимого, цифры являлись спасением от окружающего мира, от реальности.
Но я так не могла. Я не могла сравнивать людей с цифрами и графиками. Принцип Маат – лес должен быть сожжен. А я боролась с каждой вспышкой пламени, защищала каждое дерево, пока не задохнулась бы от дыма или не сгорела с остальными. В этом вся я. «Знаешь, как ты выглядишь через астрал? Как Святая Великомученица Джоанн. Ты пылаешь ярким пламенем, Джоанн. Но ты можешь сжечь и себя». Это были слова Чеза Эшворта, сказанные до того, как я начала битву, погубившую его и заперевшую меня в пещере с одним желанием. Умереть побыстрее.
Ты можешь сжечь и себя.
Я больше не хотела гореть. Я имела право немного передохнуть. Совсем немного.
Я положила руки на живот, где сверкала яркая вспышка потенциальной жизни, и прошептала что-то.
Кто-то положил теплую руку на мой лоб. Не Джонатан; его прикосновение всегда обжигало. А то было нежным и ласковым.
– Она вся горит. – На секунду я вообразила, что это голос Имары, но, разлепив веки, я увидела рыжую Сиобан, примостившуюся рядом со мной на диване – джинсы и дешевая футболка. У нее под глазом темнел синяк, замазанный тоном. От нее пахло продолжительными занятиями любовью. Этот запах словно впитался в ее одежду. – Она больна или тут что-то другое?
– Что-то другое, – процедил Джонатан. Его голос звучал отдаленно. – Нужно принести ей одеяло.
Сиобан исчезла и спустя несколько секунд на меня опустилось что-то тяжелое и мягкое. Ее рука снова потрогала мой лоб.
– Похоже, ей крепко досталось, – протянула она со знанием дела. – Ее глаза выглядят как-то странно.
– У нее контузия, – ответил Джонатан. – Жить будет.
– Ну да, только не говори мне, что ты не смог бы вылечить ее. – Ее голос звучал испуганно и вызывающе одновременно. Тревожный огонек замигал у меня в голове, и я села, подтыкая одеяло под себя.
Наверняка Джонатан наградил ее страшным взглядом.
– Я в порядке, – ответила я и шмыгнула носом. Из носа потекло. – У вас есть бумажные салфетки?
– Конечно. – Сиобан ушла, вернувшись с белой коробкой.
Я взяла пачку с намерением слегка подтереть нос, но неожиданно из него хлынул целый потоп.
Открылось носовое кровотечение. Кашляя, я приложила салфетку к носу, слушая, как Сиобан рассуждает о пакетах со льдом и о том, что не мешало бы приподнять мне ноги. Потом я посмотрела на Джонатана. Он непрерывно цедил свой напиток, не отрывая от меня взгляда ни на секунду.
– Итак, ты не собираешься идти дальше, – наконец сказал он после того, как я улеглась плашмя со льдом под носом и ногами, задранными на подушки. Сиобан постаралась на славу. – У тебя не хватает сил для таких вещей. Твое тело претерпело слишком много лишений. Пришло время подобрать тебе новое.
Я шмыгнула, почувствовав во рту металлический привкус крови.
– Не пудри мне мозги, Джонатан. Тебе на меня наплевать. Ты беспокоишься об Имаре. Конечно, если она не еще одна иллюзия, созданная тобой, – тут я поправила пакет со льдом. – Сколько будет спать Кевин?
– Так долго, пока я этого хочу. Вполне логичный ответ.
– Почему ты здесь? Только не пори чушь по поводу мальчишки. Ты уже давно мог подчинить его себе. Что ты наверняка и сделал. Если бы ты не хотел находиться здесь, тебя бы уже не было.
Он некоторое время сидел тихо, потом глянул стакан. Магическим образом тот снова наполнился.
– Я слышал про очень хорошее шоу.
– Почему ты здесь? – еще раз спросила я. Его глаза полыхнули пламенем в мою сторону.
– Не играй со мной, – безошибочное предупреждение, за которым последовала хмурая улыбка. – Философия не мой конек.
Я не решилась упоминать о Правиле Трех.
– Не важно. Я уже знаю. Не говори, что это Кевин приказал тебе перенести его сюда. Ты устроил все так, чтобы он заявил на тебя права. Ты упростил ему эту задачу, поскольку знал, что это будет сделать несложно. Ты манипулировал им и получал все, что тебе нужно. – Я глубоко вздохнула. Сиобан сидела на диване рядом со мной. Я не была уверена, что она знает, но догадывалась, что Кевин рассказал ей все, и даже больше. – Ты убиваешь его, тебе это понятно? Так же как ты убиваешь все вокруг. Тебе нужно прекратить…
– Что конкретно прекратить? – кротко спросил он.
Я устала, все мое тело ныло, к тому же я была беременна.
– Джонатан, ты выглядишь, как парень, который получает все, что хочет, и не заботится о последствиях. Ни с Кевином отлично подходите друг другу. Послушай, я знаю, почему ты находишься в поиске. Льюис рассказал мне о пропавших джиннах. Через Кевина ты выкачиваешь энергию из округа, в том числе и из нас, чтобы найти джиннов, но это ничего не изменит. Это не та ситуация, где нужен молот побольше.
– Полагаю, ты знаешь, что нужно делать.
Я передвинула пакет со льдом на пульсирующий лоб.
– Черта с два. Почему я должна тебе говорить?
Вместо ответа Джонатан поднял меня к эфирному полю. Это было не так, как когда я и Маат ринулись вверх. Он словно заставил мир опуститься к нам. Я не двигались и в то же время видела все в цветовой палитре астрального зрения. Все было окружено призрачными аурами. Сиобан предстала в образе тени, сверкающей зеленым цветом ревности и красным цветом зависти; весьма по-праздничному. Кевин выглядел… никак. Дыра в эфире, через которую текла энергия, тянулась к Джонатану и исчезала… уходя куда-то еще.
Но он хотел показать мне не это. Я наблюдала, как он запустил руки в тень, вытягивая тонкую паутину из нитей, которые шли с разных направлений… оканчиваясь на мне.
– Что… – Я потянулась к одной из них, но пальцы прошли насквозь. Я едва видела нити и думаю, что это происходило, потому что так захотел Джонатан. Они являлись субстанцией, не доступной для человеческого восприятия… Даже для джинна…
– Все взаимосвязано, – произнес он. – Важно то, кто присоединяется, когда и почему. А пропавшие джинны… Они присоединены к тебе. Я не знал этого, пока не увидел тебя в эфире.
– Как же так? – пораженная, спросила я.
Он пожал плечами.
– Ты скажи мне.
Я моргнула, и все исчезло, превратившись в роскошный номер Кевина. За окном загрохотал гром.
– Все линии ведут к тебе, – сказал он. – Ты знаешь, где находятся мои джинны?
Я приняла сидячее положение, но, чувствуя, что кровотечение может открыться снова, легла, прижав к носу пакет со льдом.
– Не знаю.
– Знаешь.
– Не знаю, – сказала я однозначно. – Слушай, если бы я увидела где-то кучу бутылок, ты думаешь, я не упомянула бы об этом?
Случайно я наткнулась глазами на бар с бутылками скотча, джина и текилы и стаканами, отражающими яркий свет ламп.
Если бы я увидела где-то кучу бутылок, валяющихся повсюду…
– Черт побери, – пробормотала я и села, забыв про кровотечение; пакет со льдом упал на ковер. Если бы я увидела кучу бутылок…
Черт. Хорошо придумал, малец.
– Разбуди его, – приказала я.
Джонатан нахмурился, отодвинул выпивку и встал дом со мной.
– Разбуди его сейчас же.
Я не заметила в его движениях ничего необычного, но внезапно Кевин принял вертикальное положение, словно кто-то толкнул его. Сиобан поднялась на ноги и, пошатываясь на своих шпильках, подошла к нему. Он схватил ее за руку и на секунду я увидела испуганного мальчишку, недовольного чем-то.
– Он тебя вырубил, – сообщила ему Сиобан. – Я сказала, что это было ошибкой. Тебе следует наказать его.
Кевин неуверенно нащупал ее бедро. Она подняла его ноги, и, держась за нее, он посмотрел прямо в лицо Джонатану.
– Не делай этого снова. – На его скулах играли желваки, словно он пытался удержать в себе гнев. Или ах. – Я серьезно. Я отправлю тебя в бутылку и выброшу ее в ближайшую канализацию. Я сделаю это, клянусь.
Я посмотрела на Джонатана, он пожал плечами.
– Ты хотела, чтобы я разбудил его. Полагаю, у тебя была на то причина.
Она у меня была. Я укуталась в одеяло и подошла Кевину и Сиобан. Кевин принял защитную стойку – как ни странно с его стороны – спрятал девушку спиной. Кевин, рыцарь в слегка замаранных доспехах.
Его глаза метались от меня к Джонатану и обратно, должно быть, у меня был устрашающий вид… в синяках, окровавленная, с дикими глазами, закутанная в одеяло, словно привидение. Он уже открыл рот, чтобы приказать что-то Джонатану, но потом, с видимым усилием, отказался от этой мысли. Умница. Начал понимать, насколько мало для жизни дает управление и владение джинном типа Джонатана.
– Мне нужно с тобой поговорить, – сказала я парнишке. – В спальне. А ты, – я посмотрела на Джонатана, – оставайся здесь.
Он одарил меня взглядом, говорящим: «Заставь меня».
– Ну, хорошо. Ну-ка, заставь его сделать это, – твердо сказала я Кевину, он моргнул, но кивнул в знак согласия.
– Да, – согласился он. – Полезай в бутылку.
Джонатан обладал неимоверной силой, но это был тот приказ, которому он не смел перечить. Бум. Исчез. Испарился.
– И не выходи, пока я не скажу! – крикнул ему вслед Кевин.
– Тебе следовало бы закупорить бутылку.
– И показать тебе, где она? Нет уж.
– Как хочешь, – вздохнула я и пошла в спальню.
Открыв дверь, я сделала шаг внутрь.
– Ух, ты! – Я в восхищении потерла шею. – Я могла бы быстро привыкнуть к такой роскоши.
Комната выглядела дворцом. Просторная, с огромными окнами, на полу ковер, такой толстый и великолепный, что хотелось его погладить. Огромная измятая кровать с пышными подушками, разбросанными по ней. В комнате имелся плазменный экран телевизора. Звук был выключен, но работал канал для взрослых… Я прочистила горло, решительно направившись к пульту дистанционного управления с намерением выключить его.
– Эй! – запротестовал Кевин.
– Поверь мне, ты не пропустишь сюжет. – Я кивнула на несколько элегантных парчовых стульев с позолотой. На них валялись кучи газет, а также два подноса с гамбургерами, доставленными в номер. – Не возражаешь, если я проделаю в них дыру? А то мне что-то не по себе.
Шутка была так себе, никто из них не понял ее, но Кевин сгреб газеты со стульев, а Сиобан переставила подносы на другое произведение искусства – какой-то бесценный кусок антиквариата, наверняка бы заставивший скупщиков краденого пищать от восторга. Я подстелила одеяло и присела, расслабившись.
– Ты же знаешь, я не причиню тебе вреда, – сказала я Кевину. – Во-первых, я не могу. У тебя слишком много энергии и, кроме того, я слишком вымоталась.
– Ты можешь уйти, – ответил он. Весьма великодушно для Кевина. – Я позволяю тебе. Уходи.
– Это очень мило с твоей стороны, но если уйду я, исчезнет и твоя последняя надежда выбраться отсюда живым. Те люди снаружи, они никуда не уйдут. И ты никуда не уйдешь, потому что они закрыли доступ к этой не. Даже имея Джонатана, ты должен понимать, что него свои планы. – Я наблюдала за глазами Кевина и видела, как в них поднимается волна обиды и страха. – Ты являешься для него очень хорошим инструментом для достижения его личных целей. Ты пробовал выбраться из Лас-Вегаса?
За него ответила Сиобан.
– Один раз, – сказала она. Кевин нахмурился, но она не обращала на него внимания. – Он сказал тому парню вытащить нас отсюда, а потом началась эта кутерьма. Это было глупо. Я так и сказала ему.
Джонатан не собирался покидать Лас-Вегас, и Кевин слабо представлял себе, как заставить его сделать это. Черт, он даже не мог контролировать меня, не являющуюся джинном, слабую и изможденную.
– Эти люди погубят тебя. – Я не кривила душой, я этого совсем не было времени. – Все произойдет не так, как в твоих боевиках, Кевин – не будет блистательной победы над негодяями, которые погибнут. Они просто убьют тебя, чтобы добиться своей цели. И ты не сможешь остановить их, пока ты не поможешь мне.
– Джонатан…
– Джонатан, – перебила я его, – будет делать то, что ему выгодно. Как только ты станешь ненужным, можешь распрощаться со своей жизнью. Понятно?
Кевину не хотелось признавать этого, но он, похоже, понял, что к чему. Он ковырял дырку в джинсах и мрачно глядел на меня из-под своих грязных, нечесаных волос. Его подружка начала поглаживать ему спину, успокаивая его. Я поверхностно просканировала ее ауру, а потом поднялась в эфирное поле, чтобы получить более полную картину ее сущности.
Она была не более того, кем казалась. Обычная девушка, без силы Хранителя и каких-то символов принадлежности к Маат. Чем дольше я смотрела на нее, тем больше различала… нежный, розоватый оттенок золота в ее ауре. А дальше шли черные порезы, скрытые под жадностью и болью. У нее было темное прошлое, такое же, как у Кевина. Это, видимо, и свело их вместе. Тяжелое бремя отчаяния.
– Похоже, ты скрываешься от чего-то, – сказала я, заметив, как она вздрогнула. Это видно и в эфире, и в реальном мире. – Или от кого-то.
– Может быть, – бравада совсем не шла ей. – Это не твое дело.
– От кого-то, находящегося здесь, в городе? Кто это? – Я инстинктивно догадалась. – Куин. Куин имеет зуб на тебя.
Ответа не последовало. Сиобан смотрела на меня милыми пустыми глазами. Я переключилась на Кевина. Он нежно взял девушку за руку, как влюбленный, и это не выглядело неестественно. Я увидела ответную вспышку взаимности в ее ауре.
Настоящая любовь. Как романтично.
Кевин глубоко вздохнул, глянул сначала на Сиобан, потом на меня и произнес:
– Ты права, – это было сказано тоном взрослого человека, такого от него я еще не слышала. – Я поступил как дурак. Не следовало красть силу того парня, Льюиса… Черт, я даже не знаю, как обращаться с ней, делать всякие, ну, штуки. Я делал пару вещей…
– Каких именно?
– Ну, типа… сделал так, чтобы футболки девушек становились прозрачными. А потом цветочный сад. Я заставил розу вырасти и подарил ее Сиобан.
– Очень мило, – ответила я.
Он безразлично пожал плечами. Только кому в его возрасте могла наскучить беспредельная сила и мощь, которую он имел?! Он встрепенулся и продолжил:
– Я притащил рок-группу в вестибюль, чтобы устроить бесплатный концерт. Это было круто, особенно потом, когда они закончили. Все кричали друг на друга, спрашивая, кто позволил организовать концерт. Было очень смешно.
Вполне в духе человеческих созданий; появляется рок-группа, играющая тяжелую музыку, бьющую по ушам, а потом все ищут виновника всего безобразия. Администрация гостиницы, видимо, до сих пор пребывала в шоке. Меня удивляло то, что служба безопасности не пресекла беспорядки, но потом я догадалась, что Джонатан также нашел происходящее довольно забавным.
Мужчины. Что с ними поделаешь?
– А потом еще тот огонь! Так клево, – с горящими глазами вставила Сиобан. Кевин стрельнул в ее сторону взглядом, и она сразу же сменила тему. – Я предлагала, чтобы он потер лампу и сказал, что он не хочет больше никогда работать. Но Кевин считает, что это глупо, что тогда его парализует или он умрет.
Об этом я его и предупреждала давным-давно, когда он еще был моим хозяином, а я – его джинном. Я не могла сдержать улыбки. В ответ он тоже слабо улыбнулся мне, но внезапно нахмурился, когда за окном раздались отдаленные раскаты грома. Он повернулся к окну и выглянул наружу.
Даже будучи усталой и обессилевшей, я почувствовала исходящую от него силу, несфокусированную, чрезмерную мощь, похожую на баллистическую ракету, нацеленную на комара. Тучи буквально испарились на глазах, а потом полностью исчезли.
Через пару секунд снова стояла жара, и небеса были чисты, насколько я могла видеть, до самого горизонта.
Повернувшись, Кевин заметил, что я пристально смотрю на него с полуоткрытым ртом.
– Не люблю дождь, – просто сказал он.
В нем всегда имелись задатки Хранители Огня, но удивительно, что он мог проделывать такие манипуляции с силой Льюиса даже без помощи Джонатана. Нет, если подумать, это совсем не удивляло: это пугало.
– Тебе не следует…
– Ты не смеешь говорить мне, что делать, – перебил он. – Никто не смеет указывать мне.
Я быстренько замолкла. Не было смысла спорить с ним сейчас. Его настроение менялось как погода – от мрачного и угрюмого до веселого и бесшабашного. Я видела его в плохом настроении раньше. Ничего хорошего. Когда он был напуган, то словно срывался с поводка. А сейчас я не была готова вести с паршивцем задушевные беседы.
Мы еще таращились друг на друга некоторое время, пока он, все еще угрюмый, не предложил:
– Хочешь я починю все это.
– Что именно?
Вместо ответа он подошел и взял меня за запястье. Я попыталась вырвать руку, но он оказался довольно силен. Несмотря на худобу, у него были крепкие мышцы. Потом я ощутила горячее покалывание и поняла, что он задумал.
Мои раны начали розоветь и затягиваться. Внутри меня что-то менялось, приходя в норму. Я покрылась потом, а горячее покалывание превратилось в более устойчивый жар, уходящий внутрь. Глубоко внутрь.
– Прекрати! – выпалила я, но он продолжал хулиганить. – Хватит! – Отдернув руку и прервав контакт, я ощутила, что мое лицо заливается краской. Он лечил меня, в то же время играя со мной. Намеренно или нет, но Сиобан научила его парочке любовных трюков. Все еще ухмыляясь, он уселся в кресло, обняв ее.
Одеялом я вытерла кровь и пот с рук, заметив, что он справился со своей задачей блестяще – ни шрамов, никаких намеков на то, что порезы вообще существовали, чувствовала себя в тонусе.
Он усилил приток крови ко всем органам, заставив костный мозг работать на пределе. Опасно, но эффективно.
Я оглядела себя – огромная футболка, черное трико – и посмотрела на Сиобан, которая точно знала толк в одежде. Вскочив, она бросилась к шкафу. Порывшись, достала пару джинсов и короткий топик, который с очень большой натяжкой можно было назвать приличным. Я взяла джинсы, потом выбрала красную майку с китайским иероглифом, чтобы натянуть ее на это короткое безобразие. Поскольку сегодня почти целый день я бегала без лифчика, немного больше одежды мне не повредит. В комнате стояла небольшая цветная ширма, видимо, служащая в качестве декорации. Я шмыгнула за нее и начала переодеваться. Джинсы едва налезли на меня; я глубоко вздохнула перед тем, как застегнуть молнию. Короткий топик напомнил мне о самой древней в мире профессии, но красная майка поверх немного скрашивала сходство. Когда я вышла наружу, Кевин снова включил плазменную панель, наблюдая за клубком извивающихся в порыве страсти тел на экране.
– Хватит смотреть эту чушь. – Я протянула руку за пультом с намерением выключить телевизор. Потом я снова села на стул, положив руки на свои новые джинсы, и посмотрела на них обоих.
– Итак, ребятки, у вас есть три варианта. Вы можете сдаться на милость Хранителям…
– Этого никогда не будет, – быстро вставил Кевин.
– Или вы можете умереть, потому что те ребята снаружи, они просто убьют вас. И, поверь мне, они хотят сделать это как можно быстрее.
Кевин с трудом проглотил комок, застрявший в горле. Видимо, он прочитал в моих глазах всю серьезность ситуации.
– Ты говорила, есть три варианта.
– Да, – откинулась я назад. – Вы можете помочь мне.
– Помочь в чем?
– В спасении мира. – Я медленно улыбнулась. Он начал колебаться, желая показать, что он крутой малый, не боящийся ничего на свете, потом сказал:
– Как бы там ни было, согласен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Фактор холода - Кейн Рэйчел

Разделы:
В предыдущей части…Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Фактор холода - Кейн Рэйчел



Потрясающая трилогия.Высший бал,очень хочется прочитать продолжение.
Фактор холода - Кейн Рэйчелмарина
27.01.2016, 12.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100