Читать онлайн Опасный обман, автора - Керстен Линн, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасный обман - Керстен Линн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасный обман - Керстен Линн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасный обман - Керстен Линн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Керстен Линн

Опасный обман

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

– А я думала, вы просто собираетесь разыграть сцену. – Кэт ухватилась обеими руками за кожаную петлю у дверцы экипажа. – Конечно, вы не можете жениться на мне. По-настоящему.
Было уже далеко за полночь, и шел сильный дождь. Небольшой наемный экипаж трясся по ухабистой дороге. Кэт, покачиваясь на скамье напротив Деринга, казалось, лишь теперь поняла то, что для Джаррета было совершенно очевидным.
Ну хорошо, он не просил ее руки и сердца. Но похоже, выбора у нее не было, и предложение было бы лишь намеком на ее прошлое. Кроме того, она могла бы и отказаться. Так что он решил пойти более простым путем, представив эту женитьбу как факт, и постепенно подвести ее к пониманию его точки зрения. Лучше действовать сейчас силой, а извиниться потом.
Теперь настало время просить прощения. И он сделает это, ii своей манере, если она даст ему возможность вставить хоть слово.
Сейчас Кэт излагала ему все причины, по которым о свадьбе не могло быть и речи. И он выслушивал их, удивляясь при этом, почему с Кэт все превращается в баталию. Но ей, он в этом не сомневался, приходилось сражаться всю жизнь. Возможно, теперь она просто не знала, как остановиться.
Кэт уже перебрала все аргументы разной степени важности – ее возможное осуждение как убийцы, годы, проведенные в качестве странствующей актрисы, ее сомнительное задание в «Раю» – и перешла к возражениям типа «вы разрушите свою жизнь», когда он пристально взглянул на нее. Кэт не злилась. Она по-настоящему огорчена. Пора прекратить поток ее слов, пока она не зашла слишком далеко.
– Есть, конечно, и другой вариант, – сказал он, с трудом выдавливая слова. – Но он гораздо хуже, чем идея с женитьбой. Послушай, я не хочу и не допущу, чтобы ты предстала перед властями в какой-нибудь другой, нежели относительно безопасной ситуации. Жену виконта тоже могут осудить, но только при наличии убедительных доказательств. Например, более веских, чем показания слуг против тебя. Прошло уже десять лет с тех пор, как все это случилось, и любой хороший адвокат усомнится в том, что они помнят, как все произошло той ночью. Выйдя за меня замуж, Кэт, ты будешь в безопасности. Но без защиты моего имени – а это единственное, что я могу тебе предложить, – исход дела по новому расследованию смерти Фолшо остается неопределенным. Ты сбежала и вела такой образ жизни, который большинство людей сочтут недостойным.
– Знаю. А какой у меня есть выбор? Упрямая женщина.
– Вернуться со мной назад в Англию, – сказал Джаррет. – Начать карьеру сначала, если тебе так хочется. Найти покровителя, способного лучше позаботиться о тебе, или мужчину, за которого ты захочешь выйти замуж. Зачем отдаваться в руки равнодушной и, возможно, некомпетентной системы правосудия в этой глуши? Свекровь, которая свидетельствовала против тебя десять лет на зад, поступит так же снова. Зачем тебе это? Разве можно обнаружить правду после стольких лет? И ты уверена, что хочешь ее знать?
Казалось, прошло очень много времени, прежде чем Кэт ответила. Голос ее едва можно было расслышать за грохотом экипажа.
– Я должна сделать это, милорд. Все эти годы я собирала свое мужество по крохам, пока его не набралось достаточно для того, чтобы приехать сюда. Я чувствую все время тяжесть в груди. Это чувство вины, и страха, и безнадежности. Лучше покончить с этим, чего бы это ни стоило, чем я буду остаток жизни влачить жалкое существование, как все эти годы. Но я отказываюсь вмешивать в это вас. Нет ли третьего выхода? Женитьба, возможно, которая будет сразу аннулирована? Я могла бы использовать фальшивое имя.
– Для этого слишком поздно. – Деринг хранил эти новости на тот случай, если бы она приняла его предложение. Теперь придется воспользоваться этими сведениями как оружием. – У меня есть специальная лицензия от архиепископа Кентерберийского и гарантия брачной лицензии епископского двора ирландской церкви в Дублине, в обоих документах моей невестой значится Катриона Фолшо. Я выложил круглую сумму двору в качестве залога, что для брака нет помех. Я имею право жениться на тебе законным образом в двух странах, Кэт. Может быть, это и лишнее, но я хотел избежать любой случайности.
– Вы собирались жениться на мне до того, как нашли меня? Даже до того, как покинули Англию?
– В любом саду есть своя змея подколодная, дорогая. Я не в силах вернуть тебе твою прежнюю жизнь, как и никто другой. Но я могу освободить тебя от нее и повести в новую жизнь… пока буду с тобой.
Он оторвал ее онемевшие пальцы от петли, за которую она держалась, и взял ее руки в свои. В золотистом свете фонаря тени скользили по ее лицу. Он мог заставить ее хотеть его. Он знал, что мог бы, если бы только она отважилась на этот прыжок в неизвестность вместе с ним.
И снова он был на краю пропасти, как в горах Ско-Фелл, и эта женщина – единственная нить, связывающая его с жизнью. Он говорил тихо, так что ей пришлось наклониться к нему, смотреть ему в лицо и внимательно слушать его слова, а не думать о доводах против, которые она приведет потом.
– Мы оба, – начал он, – в молодости совершили ужасные ошибки. Мы были безголовые и себялюбивые. Мы поверили не тем людям. И наконец, нас предали наши семьи, нас изгнали из дома и лишили наследства. Твое путешествие было более сложным, я в этом уверен. Твой характер сформировали трудности. О своем пути или о себе я не могу сказать ничего хорошего, кроме того, что сейчас у меня нет долгов. Видишь, как мало я могу предложить тебе.
– Вы тот, кто вы есть, – просто сказала она.
Джаррет не понял, что она имела в виду. Он мог не оправдать чьих-то надежд, это так, но если она будет вдохновлять его, он сможет стать лучше. И в какой-то степени уже стал.
– Мы странники, – тихо продолжал лорд Деринг. – Одинокие и потерянные, пока не нашли друг друга. Так не продолжить ли нам наше путешествие вместе?
Она долго молчала. Джаррет держал ее руки, чувствуя, как пульсирует в них кровь. Наконец Кэт спросила:
– А если, милорд, вы почувствуете сожаление, что связались со мной?
– Не знаю, – откровенно ответил он. – К тому времени мне будет лет девяносто, стану пускать слюни в шезлонге в Бате и, возможно, влюблюсь в чью-нибудь болонку. Все, что я могу обещать тебе, – это по меньшей мере полвека верности и, что очень возможно, нелегкое существование. Особенно если власти сочтут тебя виновной в убийстве и нам придется спасаться бегством.
– Я думала, что замужество исключает такую возможность.
– Так и будет. Но если нет, то уже готов план бегства. Что бы ни произошло, Кэт, мы с этим справимся. Так что ты скажешь?
– Что я не доверяю самой себе. Что я еще не исчерпала все аргументы. Что больше всего я боюсь привести такой, который заставит вас изменить свое решение.
Сначала он не мог поверить своим ушам. Она, наверное, оговорилась, сейчас возьмет свои слова обратно и выложит новые возражения. Она даже не подумала, будто он может жениться на ней из-за ее имения – прямо посреди пастбищ для лошадей, – которое унаследовал бы их первый ребенок. Он был уверен, что именно этот довод она бросит ему прямо в лицо.
– Я не хочу менять свой взгляд на это. Но ты запутаешь нас окончательно, если я позволю тебе продолжать. Иди ко мне. – Прежде чем Кэт начала сопротивляться, он посадил ее к себе на колени. Она лишь удивленно вскрикнула. – Ты заметила, что мы никогда не целовались? Я думаю об этом все время. О том, как мне этого хочется, как мы это сделаем, и какая ты на вкус, и куда это нас заведет.
– Вы не можете соблазнить меня на замужество, – сказала она, прислоняясь к нему. – Я уже однажды оказалась замужем за человеком просто потому, что страстно желала его. И эту ошибку я не повторю.
– Конечно, нет. Ты выйдешь за меня совсем по другой причине, и мне безразлично, по какой. А пока мы оба полны страсти – не прикидывайся, что это не так, – и нет никакого разумного основания отказывать себе в этом удовольствии. Поцелуй меня, Кэт.
– Откуда вы так хорошо знаете эту пьесу? – ворчала она, устраиваясь поудобнее в его объятиях. – С ума можно сойти. Кэт всегда делала то, что приказывал ей Петруччио.
– Великолепный пример. – Джаррет развязал ленты у нее под подбородком и снял шляпу. – Я вспомню еще и другие строки, чтобы заставить звучать твои внутренние струны.
Кэт дерзко взглянула на него:
– Если поцелуй единственный способ вынудить вас замолчать…
– О да. – Он притянул ее к себе, наклонил голову и накрыл ее губы своими. Они были мягкие, сочные, сладкие, как персики. Она застонала, очень по-женски и приглашающе, сердце у него подскочило. Ее волосы, гладкие и короткие, пахли мылом, которое он ей дал. Ее рот, когда открыла его для него, имел привкус его зубного порошка.
Все мужское в нем обрадовалось при малейших признаках его власти. При ее податливой позе, ее приглашении к большей интимности. Но он знал, углубляя поцелуй, что это она держит его жизнь в своих руках.
Дождь прекратился, и утреннее солнце проглядывало сквозь облака, когда экипаж подъехал к хорошей гостинице на Саквилл-стрит. Кэт, растаявшая от удовольствий путешествия, опиралась на руку Деринга, когда он вел ее к двойному номеру, заказанному, как она узнала в конторке портье, для них сегодня рано утром.
– Джон Гиллиам скакал верхом перед нами, – объяснил Деринг, пока она наслаждалась горячей водой, мылом и мягкими полотенцами. Он сидел в кожаном кресле с высокой спинкой, положив ноги на оттоманку, довольный собой и расслабленный, типичный образ совершенно удовлетворенного мужчины. – Сейчас он приводит в состояние боевой готовности викария, собирает свидетелей и приобретает букет цветов, который ты понесешь. Нам сообщат, когда в церкви все будет готово.
– Я думала, мы пойдем за покупками.
– Начнем сначала, дорогая. Мне не пристало покупать платья для женщины, которая не является моей женой.
– А то, чем мы занимались в экипаже, тебе пристало?
– Конечно. Господь Бог прекрасно знает, что мы собираемся пожениться. А приличные владельцы магазинов хотят видеть обручальное кольцо на твоем пальце. А я его тебе не надену, пока мы не произнесем обеты.
– У тебя есть кольцо?
– Конечно, оно не достойно тебя, но есть. Подготовлено все, что полагается. Дело о смерти Фолшо и твоем наследстве висит на волоске, а вот вокруг этой женитьбы я построил крепостную стену. Ничто не сможет помешать нам или разрушить ее.
– Если только я не откажусь выйти за тебя. Прошлой ночью ты старался возвести стену вокруг меня?
В его глазах мелькнуло что-то похожее на обиду. Он тяжело задышал, потом, помолчав, ответил:
– Я планировал провести первую ночь после свадьбы здесь. – Он показал на широкую постель с роскошным балдахином и парчовым покрывалом. – Я хотел, чтобы мы впервые по-настоящему занялись любовью. То, что произошло в экипаже, – это моя неуправляемая страсть к тебе и твоя – ко мне. Страсть не всегда можно сдержать.
Она кивнула, устыдившись, и снова принялась умываться. Каждый раз, когда она почти верила ему, ее охватывала паника и желание перейти в нападение. Он не виноват. Насколько она знала, он искренне верил во все, что говорил ей сейчас.
Кэт боялась собственной неполноценности, неспособности стать ему настоящей женой. Что скажут его аристократические друзья, когда он вернется в Лондон с такой женой? Она никогда не смогла бы сопровождать его в общество. И когда он снова окажется в привычном для себя мире, то встретит там равную себе женщину, такую, как герцогиня Сарн.
Как она переживет долгие ночи, когда он оставит ее дома, чтобы быть с людьми своего круга? Атак он и сделает. Как бы благородны ни были его намерения, лорд Деринг унаследовал вековые традиции. Он думал, что лишился только наследства, которое у него украли, но теперь он мог потерять также и чувство собственного достоинства.
Она могла бы повторить слово в слово все, что он когда-нибудь говорил ей, описать выражение его лица. Она знала его уловки, полеты фантазии, конструкции, которые он строил, чтобы скрыть правду, даже от самого себя. Многого она не понимала в нем, были противоречия, которые приводили ее в недоумение, но в одном она совершенно уверена. Пока он не станет тем, кем должен быть по рождению, он не успокоится, не почувствует удовлетворения, и душа его будет пуста.
Помешает ли она ему, став его женой? Или, поскольку до сих пор ему не удавалось самостоятельно заняться собой, она должна направить его туда, где его место? И достанет ли у нее мужества сделать это, даже если в случае необходимости он оставит ее?
Все эти вопросы кружились у нее в голове, и ответа на них не находилось.
– А как случилось, – спросила Кэт, – что «Черный Феникс» вдруг заинтересовался мною? Мне говорили, что по завершении миссии «Черный Феникс» поможет мне найти новое место. И других связей между нами не предполагалось. И все-таки тут миссис Киппер с сэром Перегрином, которых я пока не видела. И мистер Гиллиам тоже.
– И я.
– Не знаю, почему и ты тут, может, только потому, что решил быть галантным. По словам миссис Киппер, «Феникс» занимается преступлениями в высших слоях общества. Конечно, моя скромная история недостойна его внимания.
– Дорогая моя Кэт, тебя нельзя не заметить. И не забывай, что некоторое время ты была одной из них. Возможно, они заботятся о своих людях. А что касается Джона Гиллиама, то он здесь, потому что в восторге от тебя. Рассказывая о трагических событиях на острове, он уверяет, что ты спасла ему жизнь, я, правда, этого не заметил.
– Может быть, я это и сделала. Было темно и сыро. – Ей не хотелось вспоминать об этом. Глядя на себя в зеркало, она видела лохматого мальчишку с горящими щеками, распухшими губами и яркими глазами. Бесчестная распутная невеста предстанет сегодня перед алтарем. Она надеялась, что свидетели будут близорукие и их пути с ней никогда больше не пересекутся.
Некоторое время спустя Кэт и Деринг прошли пешком к церкви Святой Анны, где Джон Гиллиам ждал их с удивительно суетливым священником и солидным мужчиной лет шестидесяти. Деринг представил ее лорду Уитуорту, который предложил себя в свидетели, и она сделала реверанс.
– У нас есть публика, – сказал лорд Уитуорт, предлагая ей руку. – В Ирландии прохожие, увидев, что где-то намечается свадьба, собираются, чтобы порадоваться церемонии. Сентиментальный народ эти ирландцы. Такого не увидишь в церкви Святого Георга на Ганновер-сквер.
– Да, милорд. – Но ей было приятно, что несколько рядов были заполнены улыбающимися, болтающими людьми. И она надеялась, что их не очень разочарует ее простой наряд и шляпка. В утешение им Деринг выглядел хорошо за них обоих.
Возможно, потом она осознает всю чудовищность своего поступка, но сейчас священник так спешил, что ей не оставалось ничего другого, как исполнить роль скромной невесты. Деринг, непринужденно шагающий рядом с ней, казалось, совершенно доволен своим вступлением в этот неравный брак, и никакая ее краткая лекция в последнюю минуту не предостерегла бы его от этого. Но когда священник спросил, известно ли кому-нибудь из них препятствие их союзу, Кэт прикусила язык и уставилась в молитвенник, ожидая, что сейчас он загорится.
Лишь однажды, когда Деринг надел ей кольцо на палец и ободряюще сжал ее руку, она отважилась взглянуть ему в глаза. Моя, говорили они. И еще она подумала, что он выг лядел счастливым.
В ризнице они расписались в приходской книге регистрации браков и подписали еще несколько бумаг, две из которых были украшены печатями и лентами.
– Никто, – сказал Деринг, – не усомнится в нашем браке, увидев это.
Мистер Гиллиам также поставил свою подпись, а за ним и лорд Уитуорт, который скрепил документы еще одной, и даже большей, печатью.
– Леди Деринг, – сказал он, обращаясь к ней по имени. – Как говорит ваш супруг, я не могу иметь удовольствие принять вас в своем доме, пока не будут завершены определенные дела. Лорд Деринг знает, что я готов оказать поддержку, если потребуется. Я желаю вам большого счастья и жду, когда смогу ввести вас в наше общество.
– Благодарю вас, милорд.
Наверное, он не знает ничего о ней и ее происхождении, если говорит такие вещи.
Дерингу и мистеру Гиллиаму нужно было еще много обсудить наедине, но вот наконец она сидит с мужем в экипаже и готова познакомиться со своим новым гардеробом. Который, как она вскоре узнала, он заказал для нее сразу по прибытии в Дублин. Полдюжины платьев, костюм для верховой езды, пальто и накидка, шляпки и перчатки, нижнее белье ждали, когда она их примерит, в заведениях, которые они посещали. Ошеломленная, Кэт молча позволяла подшивать подолы и закладывать складки, как и в театре, когда подгоняли костюмы. Казалось невероятным, что все эти очаровательные вещи, выбранные мужчиной, который разделял се вкусы, принадлежат ей.
– Придется мне подкормить тебя, дорогая, – заметил Джаррет. – В своих странствиях ты заметно отощала. Ну и хорошо, потому что переделки потребуют времени, и нам придется отложить отъезд. И мы сможем провести нашу настоящую первую брачную ночь.
Вспыхнув от смущения, Кэт услышала, как за ширмой захихикали швеи.
Деринг так спешил с бракосочетанием, что Кэт покоилась на облаках его уверений. Но она вернулась на землю, когда они оказались в гостинице, где в голове у нее снова зажужжали осы с острыми ядовитыми жалами.
Что хорошего, бубнили они, в этом кольце, красивых бумагах и новых платьях, если ее приговорят за убийство Эдварда? Как узнал мистер Гиллиам, в ходе первого разбирательства два свидетеля ее не защищали. Они даже не явились. А что, если их найдут и они покажут, будто она столкнула своего мужа с лестницы? Кэт не могла исключить такую возможность. Когда все будет сказано, и сделано, чем поможет Деринг, отрицая очевидное?
Конечно, знание того, что же произошло на самом деле, может принести некоторое облегчение. Сотни раз Кэт вспоминала ту ночь, пытаясь воспроизвести свои движения и намерения, и каждый раз все кончалось уверенностью в том, что ни при каких обстоятельствах она не могла бы умышленно лишить жизни другого человека. Потом была та ночь на острове, когда в опасности оказался мальчик, и она убила, не раздумывая. Без сожаления. И она убила еще раз, защищая мистера Гиллиама.
Только Бог да дьявол знают, на что она способна. И ей самой было неизвестно, кто из них заявит свои права на нее.
Кэт сидела напротив Деринга за маленьким столом, делая вид, что наслаждается великолепной едой, которую он заказал в их спальню. Маленькие морщинки в углах его глаз и рта выдавали усталость, хотя в целом он казался довольным собой. И много времени он проводил, просто глядя на нее, что должно было бы раздражать ее, но этого не произошло. Если ему нравилось, как она сейчас выглядит, лохматая, обеспокоенная и костлявая, потому что неделями мало ела и почти не отдыхала, значит, она действительно счастливая невеста.
– Лорд Уитуорт был очень любезен, хотя немного суховат, – заговорила Кэт, чтобы избавиться от необходимости насильно впихивать в себя следующий кусок еды. – Он твой друг?
Засмеявшись, Деринг допид свое вино.
– Простое знакомство. Я увидел его в порту и сразу подумал, что он может быть мне полезен. Большинство британских пэров, политиков вернулись из Дублина в Лондон после подписания Акта об унии,
type="note" l:href="#n_8">[8]
оставив его заниматься трудной работой, имея за это мало льгот. И визит английского виконта, даже и с дурной репутацией, для него уже удовольствие. Уверяю тебя, его имя на этих прелестных, хоть и нетрадиционных, документах, подтверждающих бракосочетание, в будущем может оказаться очень полезным.
– Он важный джентльмен?
– Скажем, его положение имеет вес для тех, с кем нам придется иметь дело. Я тебе разве не сказал? Он лорд-наместник Ирландии.
– Боже мой! – Кусок жаркого упал с вилки на тарелку, а за ним – и сама вилка. – Конечно, ты мне не сказал. Ты мне вообще ничего не рассказываешь. Так продолжаться не может, Деринг. Мне нравятся сюрпризы, но только если я знаю о них заранее.
– Но я же пытаюсь произвести на тебя впечатление. Поверь мне, когда ты увидишь, как я живу в Лондоне и как мало денег смогу добыть в будущем, ты поймешь, какой я презренный малый. Так что прости мне мое тщеславие сейчас, пока у меня есть такая возможность. И если уж мы заговорил и о спеси, до отъезда из Дублина нам нужно приобрести для тебя парик.
Кэт почувствовала обиду.
– Разве я выгляжу так ужасно?
– Нет, конечно. Но мы собираемся начать расследование возможного преступления, а короткие волосы делают тебя похожей на человека, который только что вышел из тюрьмы.
– Но шляпка…
– Подойдет. Парик не так уж и важен. Если кто-нибудь сделает замечание по поводу твоих волос, я скажу, что пришлось их остричь, когда ты заболела малярией.
– Мне все равно. Правда. Просто в этом есть какая-то ирония. Ведь я продала свои волосы, чтобы из них сделали парик для кого-нибудь.
– Ты – что? Я думал, ты постриглась так коротко ради конспирации.
– Нет. – Она запустила пальцы в свои прямые, короткие, как у мальчишки, волосы. – У меня появился неожиданный шанс незамеченной покинуть остров и «Рай», но было уже невозможно забрать деньги, припрятанные для поездки. За свои волосы я купила билет на корабль в Ирландию.
– А что с гинеей? Ты сказала, будто она все еще у тебя. Почему же ты ею не воспользовалась?
Кэт не собиралась рассказывать Дерингу про свои волосы. У нее это просто вырвалось, а он, как назло, вспомнил о гинее. Кэт попыталась все обратить в шутку:
– Ты же сказал мне, чтобы я вернула тебе гинею по первому требованию. Не помнишь?
– Это просто был театральный жест, на публику. Неужели ты могла подумать, будто я буду гоняться за тобой, чтобы отобрать эту проклятую монету?
– Я не надеялась увидеть вас снова, милорд. – Щеки ее пылали, она встала, запустила руку под юбки и полезла в маленький мешочек, привязанный к ленте на поясе. Золотая гинея засияла в свете канделябров на ладони Кэт, когда она протянула ее Дерингу. – Волосы отрастут, а этого я не могла лишиться. Это единственное, что оставалось мне от тебя.
Его глаза скользнули по гинее, на секунду задержались и поднялись, чтобы встретиться с ее взглядом. Кэт увидела их влажный блеск, потом из уголка глаза по щеке скатилась слеза. Она наблюдала за ней как завороженная, тронутая до глубины души. Всю комнату заволокло туманом так, что она ничего не видела, кроме его силуэта и слабого блеска золота на своей ладони.
Потом он оказался перед ней. Свет канделябра золотился на единственной слезе, оставившей след на его лице. Он показался ей пришельцем из какого-то таинственного мира, как селки,
type="note" l:href="#n_9">[9]
явившийся за своей смертной невестой.
Своей большой ладонью Джаррет взял ее открытую руку снизу и сжал ее пальцами гинею.
– Оставь ее, – сказал он. – На случай, если она когда-нибудь поможет тебе. Но насколько у тебя хватит терпения, надеюсь, ты позволишь мне быть рядом с тобой, в твоем сердце и в тебе. Ты пойдешь со мной в постель, Кэт? Позволь мне любить тебя всю эту ночь так, как мне всегда страстно хотелось.
Она почувствовала, что вся влажная, горит желанием, как будто он уже воссоединился с ней. Она могла бы и сама схватить его и потащить в постель, чего он, возможно, и ждал от нее. Она тоже этого хотела.
Но более того, она желала настоящей фантастической брачной ночи, со всеми изысканными церемониями, которых никогда не было в ее жизни раньше. Мелкие знаки внимания. Крошечные открытия. Она хотела видеть его всего и отдать ему всю себя.
Джаррет ждал, застывший и, как она поняла, напряженный. Для них обоих это было ново, это путешествие за пределы желания, за рамки наслаждения, за таинственные границы любви.
Этой ночью все началось с расстегивания пуговиц на его жилете.
Он смотрел на нее с высоты своего роста, улыбка играла у него на губах.
– Ты собираешься снять с меня одежду?
– Так и есть. И не разрезать ее, и не перед публикой. Радуйся, что я не жажду мести.
– А чего ты жаждешь?
– Я дам тебе знать, когда доберусь до этого. – Расстегнув все пуговицы на жилете, Кэт сняла его с Джаррета и занялась шейным платком, узел которого он уже ослабил. Крахмальный воротничок был давно сброшен. – Хотя, думаю, ты и сам догадаешься.
Посмотрев ниже его талии, она заметила, что место назначения начинает давать знать о себе.
Ее мужчина. Ее любовник. Ее муж. Планы медленного соблазнения растворились в ее нетерпении. Она не могла дождаться его. И не думала, что он в силах долго сдерживаться. Нет, судя по живому свидетельству, упирающемуся в его брюки, когда она попыталась вытащить из них рубашку.
Кэт остановилась, приказала своей плоти охладиться и отстегнула запонки. Потом она подняла ему руки и стянула рубашку через голову. Он послушно следовал ее указаниям, делал все, что она ему показывала жестами. Выпрямившись, он посмотрел на нее, серо-зеленые глаза полны ожидания.
Она оглядела его сильные плечи, крепкие мускулистые руки. Широкую грудь, поросшую волосами, и плоский живот.
– Я занимаюсь греблей, чтобы сохранять форму, – сказал он. – Как бы иначе я смог выдержать пьянство, игру и всяческое распутство, что и составляет мою жизнь?
Даже не будь он таким красивым, она желала бы его не меньше. Ее восхищала сложность его характера, честность, юмор – тысячи нитей, из которых сплеталась его личность, которые обвивали ее и притягивали к нему. Но ее тело, обладающее собственной волей, радовалось его твердой мужской силе и даже – она не могла этого отрицать – его самоуверенности. Он знал, что может и доставит ей удовольствие.
– Ботинки сними сам, – сказала она повелительно, как одна из королев, которых ей приходилось играть. Эта роль всегда очень подходила ей.
Джаррет прошел к приспособлению для снимания сапога она любовалась игрой мускулов на его спине, пока он послушно выполнял ее приказание.
– Мне тебя тоже раздеть? – спросил он, подходя к ней в носках.
– Позже, – ответила Кэт. – Возможно. Но сначала это. – Ее пальцы принялись за его панталоны, расстегивая пуговицы и спуская клапан. На нем были шелковые кальсоны, о которых она уже знала, хотя и не видела их. Под кремовой тканью он возвышался, как башня.
Не в силах противиться, она положила на него руки, на его могущественное, одетое в шелк мужское достоинство.
– Прошло уже довольно много времени, – охрипшим голосом предупредил он. – Будь осторожна.
Кэт с удовольствием ощутила свою способность возбуждать его желание, нетерпение, с которым его плоть вставала, чтобы приветствовать ее. Освободив самую горячую часть его, она спустила его панталоны по бедрам и ляжкам, положила руку на его грудь, как бы отдавая команду, и когда он сел на постель, сняла с него кальсоны и носки. Потом она снова велела ему встать, голому, как новорожденный младенец.
Вот так и она стояла у всех на глазах в ту ночь в «Раю». Кэт с задумчивым видом обошла вокруг него, как торговец предметами искусства, оценивающий статую. Глаза Джаррета весело блестели. Он прекрасно сознавал, как выглядит и что обычно женщины думают об этом. Он также – могла бы сказать она – наслаждался, покоряясь ей как объект желания.
Нельзя сказать, чтобы он мог позволить этой игре затянуться. Не сделал он это и на сей раз, но по уважительной причине.
– Это наша первая брачная ночь, – нежно сказал он. – Я всегда готов делать все, как хочется тебе. Но именно в эту ночь, если только это не слишком неприятно тебе, я попросил бы тебя отдаться мне.
Полностью одетая, она посмотрела на своего голого супруга, и ей не хотелось прекращать игру. Она и сама не знала почему, ведь они смогут и будут повторять нечто в этом роде много раз в будущем.
И потом, когда он нежно провел пальцем по ее щеке, она поняла.
Раньше он говорил об их первой брачной ночи так, что это пугало ее, ибо подразумевало такую близость, которой она боялась. Как могла она отдаться ему на милость? Вчера в это время она сидела в медной лохани, соскабливая с себя грязь и смрад после работы в конюшне. А сегодня она была леди Деринг, превратившаяся по воле волшебника в существо, которым по рождению ей быть не суждено.
Еще одна роль, еще одна пьеса, в которой она играет.
Кэт не отваживалась вообразить себе, что может произойти, если она позволит себе увлечься этим очаровательным, импульсивным мерзавцем.
И все-таки она не могла оттолкнуть его. Годы одиночества лишили ее кожи и плоти, оставив лишь лед в костях. Она чувствовала, что он овладевает ею, просто прикоснувшись к ней рукой. И она – объяснения этому не было – делала его счастливым.
Обнаженный ее руками, Джаррет свободно предлагал себя ей, прося взамен только, чтобы она отдала ему себя также самозабвенно. Кэт думала, что он понимает: перспектива открыть ему свое сердце пугает ее сильнее, чем все прежние неприятности. Но ей придется сделать это, здесь, в эту ночь. Она должна попытаться стать тем, кем он призывает ее стать.
– Да, – сказала Кэт, как бы отвечая на вопрос, заданный им, кажется, целую жизнь назад. – Ты хотел этого, и теперь по закону и по имени я твоя жена. Дальше должны руководить вы. Я готова, сэр.
– Это только начало. – Его улыбка согрела ее. Его руки на мгновение задержались на ее щеках. Он заглянул глубоко в ее глаза, скрепляя обещание, данное ими без слов. И потом с нежностью, переходящей в страсть, он начал снимать с нее одежду.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опасный обман - Керстен Линн



Интересно, с юмором. И сюжет не избитый. Но почему-то было сложно читать, запиналась на каждом предложении.
Опасный обман - Керстен ЛиннГалина
1.03.2014, 20.07





ужасно очень растянуто и юмор отсутствует.
Опасный обман - Керстен ЛиннGala
18.07.2014, 0.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100