Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава двадцать четвертая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двадцать четвертая

После дневной жары в казавшемся раем по сравнению со страшными картинами на улицах пивном зале постоялого двора «Полумесяц» царила блаженная прохлада. Арианн сняла дорожные перчатки и глубоко вздохнула. Она была в Париже лишь раз, еще маленькой девочкой, в одну из редких поездок с родителями. Воспоминания были смутными, осталось впечатление суеты и шума.
Но спустя два дня после события, уже получившего название Кровавого воскресенья, над городом, казалось, нависло покрывало тишины. Немногие из тех, кто отваживался выйти наружу, выглядели подавленными, ходили опустив глаза.
Арианн с сестрами проехали по улицам в окружении вассалов графа. Дорогу показывал Туссен. В защитном кордоне не было необходимости. Нападение им не грозило. Но Арианн страшилась ужасных образов, которые еще долго будут преследовать ее: порыжевшие от запекшейся крови булыжники, выбитые окна, полусожженные лавки, черные скелеты зданий. Сама Сена потемнела от крови, на берегах лежали кучи обнаженных трупов, ожидавших захоронения.
Мири упала на один из столиков, на лицо свесились пряди волос. Всего несколько дней назад она выглядела соответственно своему возрасту. Теперь же казалась старше своих лет, под глазами залегли глубокие тени.
Арианн поправила ей волосы, приговаривая:
– Ох, малышка, лучше бы тебе этого не видеть…
– Все в порядке, Арианн, – устало ответила Мири. – Обо мне не беспокойся. Я все это видела раньше. В своих снах.
Ее жалкой попытки ободряюще улыбнуться оказалось достаточно, чтобы Арианн стало не по себе. Раньше она никак не представляла, с каким мужеством сестренка переносила свои кошмары. Но в некоторых отношениях Мири держалась куда лучше, чем Габриэль, которая с белым как мел лицом тяжело опустилась на стул напротив младшей сестренки. К ее стыду и унижению, ее страшно рвало на конюшне. Арианн попросила принести таз с водой. Намочив платок, она попыталась обтереть Габриэль лицо, но сестра отпрянула, оттолкнув ее.
– Нечего возиться со мной, Арианн. У меня все прекрасно. – Она попыталась выпрямиться на стуле. – Первым делом надо найти, где держат пленных. Многие, должно быть, только ранены. Не могли же убить всех гугенотов.
Когда Мири что-то тихо пропищала, Габриэль бросила на нее негодующий взгляд.
– Мне наплевать, что ты там видишь во сне, Мири. Некоторые гугеноты, должно быть, спаслись или прячутся.
Хотя та не упоминала имени, Арианн понимала, о каком гугеноте думает сестра. При всем ее неистовстве, Габриэль нуждалась в ободрении, словах уверенности, а этого Арианн была не в состоянии дать.
Возможно, некоторым гугенотам удалось спастись, но Габриэль так же хорошо, как и Арианн, должна была знать, что Николя Реми вряд ли мог быть одним из них. Он бы до последней капли крови стоял за других и не позволил причинить вреда невинным жертвам.
Они выбрали именно тот постоялый двор, потому что, бывая в Париже, Ренар всегда останавливался здесь. Хотя Арианн понимала, что это глупо, она продолжала надеяться, что в любой момент увидит, как тот входит в дверь, неспешно улыбается и говорит ей, как обычно растягивая слова:
«А-а, милая, как глупо беспокоиться обо мне. Неужели не знаешь, что у меня достаточно ума, чтобы не попасть в ловушку Темной Королевы?»
Но в пивной зал вошел другой человек – Туссен. По выражению лица старика было видно, что вести не так хороши. Не тратя времени, он рассказал:
– Я говорил с хозяином двора. Похоже, Жюстис здесь был, но в ту ночь… святого Варфоломея, ушел. С тех пор хозяин его не видел. Но, судя по тому, что он слыхал, граф был захвачен отрядом швейцарских гвардейцев. – Туссен остановился, с трудом сглотнув. – Видно, парень попал к ним не по своей воле. Его избили до потери сознания и поволокли в Бастилию.
– О господи.
У Арианн защемило сердце при мысли, что Ренар зверски избит и брошен в темницу.
– Мы… мы должны достать его оттуда, мадемуазель, – проговорил Туссен.
Арианн кивнула, но она-то знала, что есть только один путь добиться освобождения Ренара: ей придется поторговаться с Темной Королевой.
И она захотела немедленно кинуться в Лувр.
Но ее не примут во дворце в таком виде, в пыли после долгой поездки. Нужно вымыться, надеть запасное платье, сложенное в седельной суме, одно из платьев матери. Словом, приготовиться, как рыцарь надевает доспехи перед встречей с противником.
Самым трудным будет убедить Туссена, а также сестер оставаться на постоялом дворе. Как ни благодарна она за их общество, скрестить мечи с Темной Королевой Хозяйка острова Фэр должна один на один.


Екатерина мерила шагами погруженные в тишину залы королевских покоев. Она отпустила всех своих придворных дам и слуг. Отдернув тяжелые шторы, выглянула в окно передней. Бесчинства Варфоломеевской ночи достигли и самого Лувра, кровью забрызганы стены дворца и двор. Трупы давно убрали, но работники все еще ползали на коленях, соскребая с камней последние свидетельства кровопролития.
Екатерину страшило, что пятна этой ночи никогда полностью не сотрутся ни с дворцовых стен, ни с ее души. Она не намеревалась так ужасно выпустить все это дело из-под контроля. Все, что она хотела, – это побороть глупые сомнения сына и разжечь страсти католической знати, чтобы избавиться от протестантской угрозы.
Ее представления о хорошо организованной кампании выродились в бесчинства неуправляемой толпы. Поджоги, грабежи, убийства – это буйство продолжалось все воскресенье, и Екатерина опасалась, что, возможно, для восстановления порядка придется посылать войска.
Когда насилия в Париже, наконец, закончились, она успокоилась. В отдельных местах все еще продолжались незначительные беспорядки, но в общем в городе снова стало спокойно. Ее шпионы сообщали, что уже пошли слухи, что во всем случившемся целиком виновата она. «Эта итальянка, эта гнусная колдунья де Медичи».
Сама Екатерина не знала, в какой мере на зверства оказали влияние ее миазмы, а в какой – скотство человеческой натуры. Но теперь она долго не будет брать на себя риск снова иметь дело с этой могущественной стороной черной магии.
Во всяком случае, уничтожение такого множества гугенотов определенно успокоит папу и Филиппа Испанского. Папа римский больше не сможет обвинять Францию в недостаточной строгости к еретикам и использовать это как предлог для вторжения. Эта резня также послужит предупреждением бунтующим всюду во Франции гугенотам. Это они не скоро забудут.
Но на сердце вдруг нахлынуло запоздавшее сожаление. Это ужасное кровопролитие было так далеко от тех мечтаний, которые она лелеяла, приехав во Францию в качестве невесты. Она любила своего молодого принца и представляла себе, как они будут вместе править страной с таким великолепием и пышностью, что их будут прославлять не меньше, чем Фердинанда и Изабеллу. Это было до того, как она с горечью поняла, что Генрих Французский никогда ее не полюбит, что свою власть он разделит со своей любовницей.
Теперь Генриха давно нет в живых, а она, Екатерина, обладает властью, которой так жаждала. Но, чего бы она ни добилась для Франции, ею владело мрачное предчувствие, что если ее и будут вспоминать, то только в связи с этой… резней в Варфоломеевскую ночь.
Она через силу взяла себя в руки, и тут дверь в переднюю открылась и в комнату проскользнула Гийан Аркур. Маленькая белокурая придворная дама присела в глубоком реверансе.
– Ваше величество, здесь…
– Я сказала, что не желаю никого принимать, – сухо оборвала Екатерина.
– Но, ваше величество, вы говорили, что когда аудиенции попросит Хозяйка острова Фэр, то ее надо провести к вам немедленно. В любое время дня и ночи.
Екатерина уловила в голосе девушки нотку подавляемого волнения. Даже глупые куртизанки из ее Летучего отряда благоговели перед добрым именем Хозяйки острова Фэр. Екатерина досадливо поморщилась. Ей никогда не доводилось испытывать даже подобия того глубокого уважения, каким пользовалась некоронованная хозяйка одного небольшого островка.
Екатерина неохотно признала, что ее дорогая Евангелина и покойная Евгения Пеллентье полностью заслуживали это уважение. А что касается Арианн Шене, то поживем – увидим.
Екатерина скривила губы в слабой улыбке:
– Проводите хозяйку ко мне.


Шурша шлейфом отделанного золотом старинного маминого платья, Арианн прошла в приемную. Взглянула на свое отражение в большом зеркале в позолоченной раме. Слишком бледная, густые каштановые волосы свободно рассыпались по плечам. Но простая золотая диадема придавала оттенок царственного спокойствия и достоинства.
Несмотря на внешнюю невозмутимость, сердце ее не слушалось. Девушка взяла себя в руки, готовясь к противоборству с Екатериной Медичи.
Арианн почти не заметила, как придворная дама, представив ее, бесшумно удалилась. Она обнаружила, что осталась наедине с Темной Королевой. Екатерина ожидала ее, стоя против льющегося в высокие окна приемной солнечного света.
– А-а, Арианн. Наконец-то явилась, – произнесла она. – Подойди поближе, дитя.
Глядя в лицо Екатерине, Арианн размеренным шагом двинулась вперед. Неужели это та женщина, которую она так долго боялась? Мастерица черного ремесла, нанимательница охотников на ведьм, зловещий инициатор трагедии, свидетельницей ужасных последствий которой Арианн только что была.
Екатерина была не очень высокой и слегка полной. В черном платье строгого покроя, чуть оживляемого узким плоеным белым воротником. Лицо гладкое, почти как маска.
Обе женщины молча оценивающе разглядывали друг друга. У Екатерины неожиданно перехватило дыхание от нахлынувших чувств. Ей казалось, что она смотрит на призрак – по плечам молодой женщины рассыпались мягкие волосы, как у Евангелины. Девушка была намного выше своей матери. Очевидно, ростом, как и аристократическими очертаниями скул, пошла в отца. Но серьезно смотревшие в упор глаза были глазами Евангелины.
На Екатерину нахлынули горестные, тоскливые воспоминания о своей старой подруге, чего она не испытывала много лет. Но она не могла позволить, чтобы какие-то сантименты повлияли на ее обращение с Арианн. Екатерина, покраснев, постаралась отмахнуться от лишней сентиментальности. Однако, протянув руку Арианн, заговорила с ней необычно мягко:
– Моя дорогая, я с нетерпением ожидала встречи с тобой. Не видела тебя с младенческих лет.
Арианн церемонно присела в реверансе, взяла руку Екатерины, но не могла заставить себя поцеловать ее. Королева не подала виду, что ее трогает непочтительность Арианн, и пожала пальцы девушки.
– Знаешь, я присутствовала при твоем крещении. Говорила ли тебе когда-нибудь Евангелина? Первый и единственный раз в жизни я ездила на этот жалкий остров. Я хотела устроить роды моей дорогой подруги в одном из моих королевских дворцов, но Евангелина настояла на том, чтобы рожать на острове Фэр. – Екатерина тихо засмеялась. – Помню, заглянув в колыбельку, я подумала, какая забавная серьезная крошка. Не думает плакать, не мигая уставилась на меня такими большими глазенками. Я должна была быть твоей крестной матерью, но, разумеется, Евангелина считала себя обязанной оказать эту честь твоей двоюродной бабке Евгении как Хозяйке острова Фэр.
Арианн подавила дрожь, представив, как Темная Королева, подобно злой фее, склоняется над ее колыбелью. Она попыталась освободить руку, но Екатерина сжала ее еще сильнее.
Вот тогда Арианн открыла подлинную силу Темной Королевы. Она была в ее глазах, холодных и темных, как бесконечная ночь. Арианн никогда не встречала такого пронзительного взгляда.
Арианн хотелось отвести взгляд, но она заставила себя посмотреть Екатерине в глаза. Прежде чем отпустить руку, королева долго пристально смотрела на нее.
– Да, – тихо промолвила она. – Ты очень похожа на мою дорогую Евангелину.
Эти сердечные упоминания о женщине, дружбу с которой Екатерина так бессердечно предала, вызвали у Арианн негодование.
– Моя мать никогда не была вашей дорогой Евангелиной, – возразила она. – Нельзя ли покончить с этими милыми шутками и перейти к делу? Вам известно, зачем я здесь. Я пришла договориться об освобождении графа Ренара.
Екатерина надменно подняла брови:
– Откуда ты знаешь, что я его просто не убила?
У Арианн тревожно сжалось сердце, но потом она поняла, что королева просто с ней играет, и поглядела на нее долгим неприязненным взглядом.
– Знаю, что он еще жив. Я… я это чувствую.
– Как удивительно нежно и романтично, – с манерной медлительностью проговорила Екатерина. – Да, получается, что ваш граф пока еще жив. Благодарите за это меня.
– Вас?! Это вы заманили его в Париж.
– К сожалению, его приезд был несколько более несвоевременным, нежели ваш. Он прибыл в город в разгар… э-э… празднования Дня святого Варфоломея. Зная, что от него мертвого мне мало пользы, я постаралась воспользоваться силой кольца, чтобы убедить его прибыть прямо во дворец. – Екатерина пожала плечами. – Но он, в конце концов, разобрался в моих хитростях или решил, что интереснее спасать гугенотов.
– Граф не из тех, кто может стоять в стороне, когда убивают невинных людей, – с гордостью заметила Арианн.
– Тем глупее с его стороны рисковать жизнью, влезая в дела, которые его не касаются. Его покойный дед никогда бы так не поступил. В общем и целом твой Ренар многим насолил. По счастью, мне пришлось послать отряд швейцарских гвардейцев, чтобы его арестовали. Граф сильно возражал против помещения его в Бастилию. Боюсь, что ты найдешь его в довольно жалком виде. – Арианн с трудом держала себя в руках. А Екатерина продолжала: – Месье де Виз жаждет ему помочь, и мне сказали, что в Бастилии замечательный набор орудий пыток.
Арианн побледнела.
– Вы… вы передали Ренара в лапы этого безумца?
– Пока еще нет. В данный момент он удобно помещен в одной из башен, как и подобает лицу его звания. Но в Бастилии есть и менее приятные покои – сырые подземные темницы, никогда не видавшие дневного света. Глубокие ямы, куда можно бросить человека и полностью забыть о нем, пока он не сойдет с ума или не умрет голодной смертью. Судьба твоего возлюбленного, Арианн, полностью в твоих руках. Ты принесла предметы, о которых я просила?
Арианн одеревеневшими неуклюжими пальцами пощупала висевшую у пояса сумочку.
– То, чего вы добиваетесь, вот здесь.
Не в состоянии удержать дрожь в руках, подняла сумочку. Но когда Екатерина потянулась за ней, Арианн отвела руку назад:
– Нет. Пока не получу от вас ордер на освобождение Ренара.
Екатерина фыркнула:
– Моя дорогая Арианн, я замечаю явное недоверие. Ухмыляясь, Екатерина проплыла по покоям и уселась за большим витиевато украшенным письменным столом. Достала пергамент, чернила, гусиное перо и принялась писать. Арианн, как ни сдерживала себя, нервно расхаживала взад-вперед. Трудно было поверить, что окажется так легко освободить Ренара.
Глядя, как королева выписывает ордер, Арианн еле сдерживала негодование: как может эта женщина, после всего что натворила, оставаться хладнокровной и невозмутимой? Ни малейших признаков сожаления о том, что прибегала к услугам охотников на ведьм, что организовала нападение на дочерей женщины, которую упорно продолжала называть своей подругой. Никаких угрызений совести, никаких раскаяний в связи с убийством мужчин, женщин и детей, чьи трупы, как мусор, свалены в кучи на берегах Сены.
– Как вы могли такое? – спросила Арианн.
Королева, оторвавшись от письма, подняла голову:
– Что я могла?
– Безжалостно убивать всех этих неповинных людей.
– Не все они неповинные. Я всего лишь пыталась положить конец опустошавшей страну гражданской войне.
– Зверски убивая женщин и детей?! – воскликнула Арианн.
– Достойное сожаления следствие войны. Здесь я ничем не могла помочь.
– Ничем не могли помочь? Это вы породили безумие, вы пустили миазмы.
Перо Екатерины остановилось на полуслове, ледяное лицо дрогнуло.
– Тебе… тебе это известно? Значит, бежавшая Луиза Лаваль добралась до тебя?
– Луиза бежала? – Арианн осуждающе посмотрела на Екатерину. – Вы же писали нам, что ее нет в живых.
Екатерина нахмурилась, явно раздраженная тем, что проговорилась о том, чего Арианн лучше бы не знать.
– Луизу и мадам Пешар надо было задушить и без шума отправить на дно Сены. Но в последний момент Луизе удалось охмурить своими прелестями стражу и устроить себе и Эрмуан побег. Никогда не недооценивай другую ведьму только потому, что у той веснушки, – сухо добавила Екатерина.
Арианн стиснула руки, не в силах сдержать радость от этого известия. Она ранее осуждала себя за то, что воспользовалась помощью Луизы и мадам Пешар, заставила их рисковать жизнью. Узнать, что они спаслись, было для нее огромным облегчением.
Екатерина снова остановилась.
– Но если не Луиза рассказала тебе о моих миазмах, тогда кто?
Арианн опустила ресницы, чтобы скрыть мысли. У нее не было никакого желания поведать Екатерине о пророческих сновидениях Мири. Почему-то подумалось, что это сделает сестренку более уязвимой для Темной Королевы. Кроме того, если бы удалось мистифицировать Екатерину, это могло бы дать Арианн определенное преимущество.
Девушка никогда не была сильна на выдумки или лицедейство, но теперь, круто повернувшись, приняла высокомерную позу:
– Мне известно о вас больше, чем вы думаете, ваше величество. В конечном счете, я – Хозяйка острова Фэр. И я могущественнее, чем вы можете представить. – Екатерина издала звук, опасно близкий к презрительному фырканью. Не обращая внимания на этот насмешливый жест, Арианн продолжала: – Я, например, знаю все, что было на заседании вашего тайного совета. Как вы довели до безумия своего сына. Как уронили из окна склянку. Вам не следовало бы брать на себя смелость заниматься черным ремеслом, коль вы так неаккуратны.
У Екатерины отвисла челюсть, на лице появилось выражение изумления, смешанного с тревогой.
– Откуда вообще ты… – И она осеклась, силясь прийти в себя. – Мое снадобье, возможно, немного этому способствовало, но если ты думаешь, что требуется много усилий, чтобы люди превратились в зверей, то плохо знаешь их натуру. Я сомневаюсь, была ли вообще нужна моя жалкая стряпня. Приведи ораву гугенотов в центр Парижа, сведи их с их ярыми врагами – и обстановка для кровопролития будет налицо.
– Вы могли это предотвратить. Могли использовать свои таланты и способности для того, чтобы положить конец этому ужасному расколу, а не толкать людей на убийства и разрушения.
У Екатерины чуть порозовели щеки.
– Не бери на себя смелость читать мне лекции, дерзкая девчонка. Ты ничего не смыслишь в том, что значит править страной, выжить среди массы предательства и интриг. Ты, со своей спокойной жизнью без тревог и забот у себя на острове. Почти всю свою жизнь я ходила по острию ножа. С тех пор, когда была ребенком, и революционеры пронеслись по моей стране. Я оказалась пленницей и погибла бы, если бы быстро не научилась манипулировать и управлять другими. Прибегать к любым средствам, необходимым для того, чтобы выжить, даже к черному ремеслу, которое ты так презираешь. Почему к пятнадцати годам…
Екатерина оборвала страстную вспышку, вернув на лицо ледяную маску. Поджав губы, поставила королевскую печать. Поднялась, протягивая пергамент Арианн.
– Вот, – отрывисто сказала она. – Теперь давай эти опостылевшие перчатки.
Арианн протянула сумочку. Екатерина чуть не вырвала ее из рук. Арианн внимательно прочла документ, чтобы быть уверенной, что он в порядке, все время настороженно наблюдая за Екатериной, проверявшей содержимое сумочки, в ожидании гневного взрыва, который, как она опасалась, последует.
Екатерина не вышла из себя, но стиснула зубы:
– Здесь только одна перчатка.
– Да, – как можно спокойнее подтвердила Арианн. – Я оставила другую у друзей здесь, в Париже. Пришлю, как только мы с Ренаром благополучно выйдем за городские ворота.
– Не шути со мной, Арианн. – Екатерина протянула руку через стол и выхватила ордер. – Из любви к твоей покойной матери я слишком долго терпела твое дерзкое вмешательство в мои дела. Почему ты думаешь, что я позволю тебе и твоему знатному любовнику покинуть город?
– Потому что, если вы попытаетесь остановить меня, я позабочусь о том, чтобы перчатка пропала, и вы никогда не узнали, где и когда она появится снова, чтобы не давать вам покоя.
– Чушь, – усмехнулась Екатерина. – Перчатки эти – не такая уж важность. Если бы ты нашла способ доказать, что они отравлены и обвинить в этом меня, то уже сделала бы это.
– Но я могу доказать, что они отравлены. Всего лишь надо надеть их.
– И кончишь тем, что помрешь.
– Не помру, если у меня есть противоядие, – отпарировала Арианн.
– С каких это пор ты стала знатоком черного ремесла? – презрительно бросила Екатерина. – Уверена, что моя дорогая добродетельная Евангелина тебя этому никогда не учила.
– Нет, не учила. Но когда-то жила другая ведьма, такая же искусная в черном ремесле, как и вы. Мелюзина.
Даже Екатерина вздрогнула при упоминании этого имени.
– Но как ты что-нибудь получила бы от нее? Мелюзина давно…
Екатерина прервалась и, обогнув стол, подошла ближе. Успела заглянуть в глаза Арианн, прежде чем та отвернулась.
– Черт возьми, – проворчала она. – Ренар… он внук Мелюзины? – Екатерина невесело усмехнулась. – Хозяйка острова Фэр отдала сердце отпрыску печально известной ведьмы? Евангелина, должно быть, переворачивается в своей могиле.
– Уверена, что у мамы хватило бы ума не считать Ренара ответственным за грехи его бабки, – резко ответила Арианн. – Во всяком случае, не больше, чем ваши несчастные дети в ответе за ваши грехи.
Усмешки на лице Екатерины как не бывало.
– Все это пустые угрозы и вздор. Не понимаю, чего я вообще боялась. Никто бы не поверил…
– О нет. Боюсь, что французы будут готовы поверить всему, что касается вас, особенно после Варфоломеевской ночи. Многие католики придут в ужас оттого, что вы натворили, а что до всех тех дворян, которые поддержали вас в этом кровавом деле, то они только и думают, чтобы повернуть против вас.
Екатерина надменно поджала губы.
– Я – вдовствующая королева Франции.
– И другие королевы встречали смерть. Забыли, что Анну Болейн обвинили в колдовстве и прелюбодеянии, а потом обезглавили?
По лицу Екатерины пробежало смутное беспокойство.
– Это было в Англии, и она была простолюдинкой, не принадлежала к королевскому дому.
– Вы тоже чуть больше, чем дочь итальянского торговца.
Екатерина грозно свела брови, и Арианн с опаской подумала, что зашла слишком далеко. Темная Королева двинулась на нее.
– Отдай мне другую перчатку, Арианн, или предупреждаю…
Сердце Арианн бешено забилось, но она не пошла на попятную.
– Нет, это я предупреждаю, Екатерина. Я намерена возродить совет Дочерей Земли, хранительниц старых обычаев чтобы оградить всех от таких злодеяний, какие совершили вы.
– Совет, – насмешливо заметила Екатерина. – Да я натравлю на всю вашу компанию охотников на ведьм.
– Давайте, но нас окажется слишком много. Даже вы со всеми нами не справитесь, с безмолвной армией знахарок. Подумайте об этом, Екатерина. Неужели вам действительно хочется оглядываться, ожидая появления еще одной Луизы Лаваль, которая поведает о ваших тайнах всему свету? Более умной, глаза которой вы в следующий раз не сможете прочесть.
– Еще не родилась ведьма, глаза которой я не сумела бы прочесть, – огрызнулась Екатерина. – Известно ли тебе, с какой легкостью я могла бы обнажить все твои тайны?
Екатерина вцепилась в подбородок Арианн, вынуждая ее в упор смотреть в свои холодные черные глаза. Арианн хотелось отвернуться, но потом заставила себя принять вызов Темной Королевы, мысленно воздвигнув стену, хранящую ее мысли.
Никогда еще она не испытывала на себе такого пронзительного взгляда, не участвовала в такой схватке душ. Арианн отражала непрерывные попытки Екатерины прощупать ее мысли. По лбу катился пот. Она не мигая яростно смотрела в упор. Создавалось ощущение, что они сцепились в мертвой хватке, сталь против стали, ни одна сторона не поддавалась другой.
В голове стучала кровь, и Арианн не знала, сколько еще она выдержит такое напряжение. Каким-то чудом ощутила, что Екатерина дрогнула.
Ее преграды рассыпались, и Арианн вдруг увидела таившуюся в душе Темной Королевы несчастную женщину. Женщину, которая жаждала любви и была отвергнута. Которая заполняла душевную пустоту жаждой власти. Которая никому не доверяла, ни во что не верила. Которая больше всего боялась, что ее свалят враги. Боялась умереть, осыпаемая проклятиями. Которую медленно пожирали ее собственные темные деяния.
Теперь Арианн поняла, почему ее мать жалела Екатерину, хотя сама она была на это неспособна. Урон, который Екатерина причинила, был слишком велик. Но Арианн знала, что никогда не будет снова так бояться Темной Королевы, как было раньше. Екатерина вздрогнула и резко оттолкнула Арианн. Дрожащей рукой прикрыла глаза и, вернувшись к столу, снова взяла ордер.
– Очень хорошо, – пробормотала она. – Я согласна на твои условия. Постарайся, чтобы вторая перчатка была у меня до заката, иначе пошлю солдат по вашему следу, и ты никогда снова не ступишь на берег своего любимого острова Фэр.
Екатерина толкнула ей через стол ордер об освобождении Ренара. Дрожащими пальцами Арианн схватила лист пергамента. Ей страшно хотелось поскорее убежать из дворца, добиться освобождения Ренара и увезти его и сестер из Парижа, пока Екатерина не передумала. Но она только что одержала важную победу над Темной Королевой. Отступать теперь было бы трусостью.
– Есть еще одна вещь. Мне нужно знать о судьбе, э-э… Николя Реми.
– Бича? Мертв, вне всякого сомнения. Я надеюсь, что так.
Но в голосе Екатерины не было полной уверенности. У Арианн появился слабый огонек надежды. Она смело продолжала:
– А как насчет его молодого короля, Генриха Наваррского? Насколько я понимаю, вы держите его в заключении здесь, в его апартаментах. Я бы хотела, чтобы и его освободили.
Екатерина поджала губы.
– Ты много на себя берешь, моя девочка. Можешь получить своего жалкого Ренара, но не короля.
– Намерены казнить собственного зятя?
– Нет, в этом больше нет необходимости. Без своих советников Генрих ничто. Он далеко не так умен и опасен, как его покойная мамаша. Очень податливый молодой человек, без труда откажется от своих еретических убеждений. Однако я предпочитаю держать его под своим неусыпным оком.
Арианн помрачнела, но поняла, что в этом вопросе Екатерина ни за что не уступит. Она присела в реверансе и попятилась к двери, но тут в голову пришла одна мысль. Не верилось, что она почти забыла об этом.
– И еще…
– Что еще? – нетерпеливо переспросила Екатерина.
– Мое кольцо. Я хочу взять его обратно. Екатерина поморщилась, потом утомленно вздохнула:
– Почему бы не вернуть? Мне от него больше никакой пользы, и чертова штука все равно мне не годится.
Шурша юбками, она подошла к столу, отперла один из ящиков и достала кольцо. Швырнула на угол стола, но, когда Арианн подошла его забрать, накрыла ее руку своей. Изобразила подобие улыбки.
– Послушай, дорогая. Ни тебе, ни мне нет смысла расставаться так холодно. Вдовствующей королеве Франции и Хозяйке острова Фэр негоже быть злейшими врагами. Мы с твоей матерью когда-то считались лучшими подругами.
Зажав кольцо, Арианн вырвала руку:
– Я полностью осведомлена, во что обернулась моей матери дружба с вами, так что напоследок советую подумать еще вот о чем, ваше величество. Если вы когда-то надумаете причинить вред кому-либо, кто находится под моим покровительством, или кому-либо, кого я люблю, то тогда вы точно узнаете, какой ведьмой я могу быть.
Подняв голову, не оглядываясь, Арианн с достоинством покинула покои.


Еще долгое время, после того как за Арианн закрылась дверь, Екатерина стояла, опираясь о стол, совершенно выбитая из колеи противоборством с молодой женщиной. Никто еще не был в такой мере способен разнести вдребезги воздвигнутые Екатериной преграды, прочесть все страхи, вскрыть все уязвимые места, которые она так тщательно прятала. Никто, за исключением, пожалуй, Евангелины.
Но еще неприятнее было то, что Екатерина мельком увидела на лице Арианн. Глаза Арианн были своего рода мистическим зеркалом, отражавшим Екатерине навязчивый образ знахарки, какой она могла бы быть, если бы жизнь сложилась иначе, и она сделала иной выбор.
Вздрогнув, королева через силу выпрямилась. У Арианн стальные нервы, каких не было даже у ее матери. Екатерина подумала, не сделала ли она глупость, отпустив девчонку живой. Но, как бы ни хотелось ей забыть, некоторые угрозы Арианн ее поколебали. Екатерине хватало врагов и без союза Дочерей Земли.
Девчонка оказалась сильнее и умнее, чем предполагала Екатерина. Как Арианн узнала о заседании ее тайного совета? О миазмах? Могла она уже внедрить другую шпионку, о которой Екатерина не знает?
Она решила, что следует действовать осторожно. Еще будет время решить, что делать с Арианн. Вполне возможно, что волнуется она зря.
Арианн вернет, как обещала, перчатку, потом уедет к себе на остров. Возможно, этим и кончится всякое общение между ними. Екатерина устала от всего этого, а надо уладить еще одно небольшое дельце.
Этот негодяй де Виз с раннего утра требует встречи с Екатериной, несомненно, ожидая от нее выполнения обещаний.
Вскоре магистр предстал пред ее очами. Кровавая баня в Париже, казалось, привела его в крайнее возбуждение. В глазах сияла безумная радость. Облаченный в кроваво-красную мантию, он представлялся Екатерине епископом адского исчадия, но она, скрывая отвращение и презрение, пригласила его сесть, предложила бокал вина.
Де Виз жадно согласился и, подняв бокал, предложил тост за победу единственной истинной веры.
– Улицы Парижа вымыты кровью еретиков, – торжествовал он. – Какое приятное зрелище для Божьих очей!
– Да, – сухо подтвердила Екатерина. – Уверена, что ангелы небесные рыдают от радости.
Де Виз, похоже, не заметил сквозившей в ее голосе иронии. Екатерина, прищурясь, следила, как он жадно осушал бокал.
Тот продолжал восторгаться:
– Эта великая победа открывает путь для ваших еще более великих дел, ваше величество, – истребления во Франции всех ведьм. Когда начнем суд над этим сатаной Ренаром и его колдуньей Шене?
– Никогда, – вяло ответила Екатерина.
– Что? – Де Виз, нахмурившись, поставил бокал на стол.
– Я освободила графа, – холодно сообщила она. – Он и Арианн скоро покинут Париж.
К лицу де Виза прихлынула кровь.
– Но… как же насчет нашего прекрасного плана? Нашей кампании избавления Франции от всех ведьм?
– Боюсь, что для меня это никогда не представляло большого интереса.
Де Виз издал подавленный звук, но он был скорее страдальческим, чем протестующим. Схватившись за горло, он судорожно ловил ртом воздух. Попытался подняться на ноги, но обмяк и свалился, опрокинув бокал с вином.
Екатерина обошла стол и встала над ним, бесстрастно наблюдая, как де Виз корчится в предсмертной агонии. В глазах, вылезших из орбит, стояли ужас и недоумение.
Наклонившись над ним, Екатерина тихо произнесла:
– Видите ли, месье де Виз, забыла вам сказать, но я тоже немножко ведьма.
Ей было забавно наблюдать, как на его лице мелькнуло выражение потрясения от осознания случившегося. Затем, издав мучительный вздох, он затих. На нее уставились незрячие глаза, из широко раскрытого рта сочилась струйка слюны.
Передернувшись от отвращения, Екатерина отошла. Подняла и поставила на стол упавший бокал. Один из ее сравнительно простых ядов подействовал быстро. Тратить что-либо более хитроумное на охотника на ведьм было бы расточительно.
Подойдя к двери покоев, Екатерина послала одного из пажей разыскать Бартоломея Вердуччи. Тощий седоволосый мужчина нашелся быстро, ему не терпелось скорее снискать милость Екатерины после оплошностей с капитаном Реми и пропавшими перчатками.
Кланяясь и расшаркиваясь, еле дыша, он спросил:
– Чем могу услужить вашему величеству?
– У меня в передней мертвый охотник на ведьм. Убери его, – монотонно произнесла Екатерина.
У Бартоломея глаза чуть не выскочили из орбит, но он постарался оправиться от потрясения.
– С-слушаюсь, ваше величество.
– И помалкивай об этом, – приказала Екатерина. – Подсунь месье де Виза к другим трупам, собранным для похорон. Одним больше, одним меньше… Мало кто заметит, да и сомневаюсь, чтобы по де Визу кто-нибудь скорбел или его вспомнил. Весь его орден охотников на ведьм уничтожен, за исключением того парня.
Парень…
Бартоломей двинулся выполнять приказание, но тут на ум Екатерины пришла озорная мысль. Пока не зная силы Арианн, она, хотя и осторожно, могла прибегнуть и к прямому, открытому нападению. Но можно использовать и обходные действия.
– Я тут подумала, Бартоломей, – остановила она слугу. – Пройдись по де Визу пару раз своей шпагой и верни тело магистру Аристиду. Скажи ему, что его хозяина убили граф де Ренар и Арианн Шене. Проследи за Арианн, после того как она освободит графа из Бастилии, и постарайся, чтобы юный Аристид знал, где их найти. Скажи ему, – ухмыльнулась Екатерина, – что Ренар – внук Мелюзины и что она – та ведьма, которая, вероятно, разрушила его деревню.
Хотя Бартоломей смущенно хлопал глазами, выслушивая эти наставления, он поспешил выполнять приказ.
Поверит ли парень такой выдумке, гадала Екатерина. Может, поверит, может, нет. Если поверит и решит отомстить Арианн и ее графу, то, как бы то ни было, Екатерина покончит с одним из своих врагов.
Во всяком случае, она добилась всего, что смогла. Последние несколько дней были довольно богаты событиями, и Екатерина порядком устала. Темная Королева сладко зевнула и пошла ложиться спать.


Ренар с трудом повернулся на походной койке. Один глаз заплыл, второй слезился от бессонной ночи. В высоко расположенное окошко его камеры в башне проникал солнечный свет. Отбивавший каждую четверть часа звук колокола проникал даже сквозь толстые стены. Ренар накрыл голову перьевой подушкой, пока тот не перестал звонить. Звон вызывал в памяти слишком много мрачных воспоминаний о недавней ночи.
В голове до сих пор стучало от того удара дубинкой, от которого он потерял сознание. К счастью, череп оказался достаточно крепким. Ребрам пришлось хуже. Он не сомневался, что многие из них треснули от полученных им ударов и пинков. Тело было сплошным кровоподтеком, и он опасался, что сломан нос. Опять.
Но он отделался легче, чем Николя Реми. По крайней мере он пока жив. Он даже не мог пожаловаться на условия содержания. Камера в башне достаточно просторная, хорошо проветривается и сравнительно чистая. Дают горячую воду помыться. Кормят прилично, с вином. Начальник тюрьмы приглашал врача осмотреть телесные повреждения, но Ренар, только взглянув на банку с пиявками в руках врача, выпроводил его.
Ему даже разрешалось принимать посетителей, хотя гость был всего один. Сегодня рано утром приходил злорадно полюбоваться на него этот негодяй де Виз. От него-то Ренар и узнал, каким путем кольцо оказалось у Темной Королевы, а также почему Ренара держат живым.
Он был приманкой, чтобы заманить в Париж Арианн. Ренару лишь оставалось надеться, что девушка окажется умнее его. Они расстались поссорившись. Может быть, она не будет торопиться спасать его.
Но, даже размышляя о такой возможности, Ренар понимал, что надежда довольно призрачная. Он слишком хорошо знал чувство ответственности Арианн. Она станет винить себя за утрату кольца. Даже если она теперь считает его своим лютым врагом, все равно попытается прийти на помощь и попадет прямо в лапы Темной Королевы.
Этой мысли было достаточно, чтобы сойти с ума. У него не было возможности послать весточку кому-нибудь на воле. Не было и никаких планов побега. Когда вчера ему дали возможность выйти на прогулку, он с трудом встал с постели, чтобы пройти по парапетам Бастилии. Но он был под плотным надзором, уже стемнело, и он был не в состоянии даже определить очертания крепости.
Он также не смог бы одолеть охрану. Все, на что он был способен, – это лежать как бесполезный чурбан, пытаясь восстановить силы и здоровье. Он заставил себя закрыть глаза и наконец задремать, но тут услышал звяканье ключа в замке.
Тяжелая дверь со скрипом открылась. Вошел Баруа, главный надзиратель, малый с вытянутой физиономией и густыми седыми усами. Для тюремщика он был достаточно вежлив, не забывал о титуле графа.
– Месье граф, – отвесил поклон Баруа. – К вам посетитель…
Ренар выругался и прикрыл лицо рукой.
– Если это снова де Виз, скажите, чтобы убирался ко всем чертям. Мне наплевать, сколько человек из вас попытаются за него заступиться. Если он переступит порог, клянусь, что выбью окно его грязной задницей…
– Месье, – в ужасе воскликнул Баруа. – Будьте любезны, следите за выражениями. К вам дама.
Ренар опустил руку. Дама? Нет, женщина, которую он мельком увидел за спиной Баруа, была чудесным видением, слишком прекрасным, чтобы быть реальным, как те безмятежные фигуры, изображенные на гобеленах, приручавшие единорогов или вручавшие рыцарям символы их благосклонности.
Разве что эта дама совсем не выглядела безмятежной. В ее глазах выражение ужаса, нежные губы дрожат. Если Ренар, возможно, увидев ее, и почувствовал радость, то ее тут же подавила нахлынувшая волна горечи бессилия и отчаяния.
– Черт возьми, Арианн, – встретил ее скрипучим голосом Ренар. – Что ты здесь делаешь?
– А я-то надеялась на другую встречу, – попыталась пошутить девушка, но это ей не удалось. При виде изуродованного лица у нее перехватило горло, а судя по тому, с каким трудом Ренар пошевелился, это еще не все.
Скрипя зубами, он сел, свесив ноги. Надзиратель потихоньку выскользнул из камеры. Арианн кинулась к любимому и опустилась перед ним.
Как целительница, она всегда гордилась умением сохранять хладнокровие. Но теперь, не удержавшись, вскрикнула:
– О, Жюстис, что они с тобой сделали?
Ренар через силу хмуро улыбнулся:
– Ничего, в сравнении с тем, что я сделал с ними. Пытаясь обезоружить и взять живым человека, вооруженного шпагой, лишаешься определенного преимущества. Мои дела шли довольно хорошо, пока один из негодяев не подкрался ко мне сзади со здоровенной дубиной.
Арианн с беспокойством сквозь волосы прощупывала пальцами голову. Ренар охал, когда она дотрагивалась до большой шишки, но она, по крайней мере, не обнаружила повреждений на коже. Лицо на вид пострадало значительно больше: рассечена губа, заплыл один глаз, на щеках и скулах страшные темные синяки. Арианн легонько потрогала щеку. Ренар поморщился, и ее глаза наполнились слезами.
– Не плачь, дорогая, – утешал ее Ренар. – Моя физиономия никогда не отличалась красотой, ты же знаешь.
– Мне… мне думалось иначе, – всхлипнула она.
– Боже мой, – рассмеялся Ренар, потом резко оборвал смех. – Проклятье, Темная Королева, должно быть, тебя околдовала.
– Нет, это ты меня околдовал.
Несмотря на сквозившую во взгляде адскую боль, что-то в нем потеплело. Ренар попытался обнять ее за талию, но лишь тихо простонал.
– Проклятье, тебе не следовало приезжать сюда, Арианн. Как ты вообще дала этой страшной женщине заманить себя в Париж?
– А ты? – в тон ему ответила она.
– Потому что я великий болван, который отправится куда угодно, пойдет на любой риск, если сочтет, что тебе грозит опасность.
– В таком случае такой же ответ должен быть достаточным и для тебя. – Она, волнуясь, сглотнула и, запинаясь, продолжила: – Ох, Жюстис… насчет того последнего вечера на острове Фэр, когда мы расстались. Я тебе наговорила ужасных вещей. Я так сожалею…
– Тихо, милая. – Он коснулся пальцами ее губ, чтобы она замолчала. – Я тоже наговорил много такого, о чем жалею. Но сейчас ничто из этого не имеет значения.
Арианн осушила слезы:
– Ты прав. Главное – вызволить тебя отсюда.
– Боюсь, это дело трудное, если только ты под своим прекрасным золотистым платьем украдкой не пронесла веревочную лестницу и пистолет.
Арианн удалось улыбнуться.
– Я сделала еще лучше. Передала начальнику тюрьмы ордер о твоем освобождении. Думаю, что как раз теперь он дает указания надзирателям вернуть твою шпагу и другие конфискованные у тебя вещи.
До Ренара дошло, что дверь камеры открыта. Он в смущении поглядел на Арианн.
– Как… как это, милая?
– Мы с Екатериной договорились. Она согласилась тебя отпустить.
– Что? – Ренар нахмурился, потом тяжело вздохнул, поняв смысл сказанного. – Ты ей отдала перчатки, да? Тебе ни за что не следовало этого делать, Арианн, для спасения моей толстой шкуры. Эти перчатки были твоим единственным свидетельством, единственной возможностью свалить Темную Королеву, отомстить за зло, которое она причинила множеству невинных людей, в том числе твоей бедной матери.
– Ты всегда очень хорошо читал мои глаза, Ренар, – с сожалением заметила Арианн. – Но, очевидно, недостаточно хорошо. Иначе бы ты знал, что мое желание разделаться с Екатериной никогда не значило для меня больше, чем твоя жизнь.
Она откинула с его лба волосы и стала разглядывать кровоточащую рваную рану, тут же наперед обдумывая, какую приложить мазь, чтобы рана как можно быстрее затянулась.
Ренар взял ее руку. Держа против света, стал разглядывать кольцо на ее пальце.
– Она вернула тебе кольцо, – заметил он, страшно удивившись. – И ты его носишь.
– Да, – подтвердила Арианн. – И обещаю, что больше никогда не буду такой беззаботной.
Он ловил взглядом ее глаза.
– Арианн… – начал, было, он.
– Знаю, – прошептала она, награждая самым нежным поцелуем. – Уверена, что нам обоим есть что сказать друг другу. Но надо возвращаться в постоялый двор, где нас ждет Туссен.
– И Туссен здесь? – Ренар поморщился, вставая на непослушные ноги. – Верно, где же еще ему быть. Вся королевская рать не удержала бы этого старого глупого упрямца, коль он примется гнаться за мной.
– Мои сестры тоже здесь, и боюсь, что даже твоему грозному Туссену приходится тяжело, удерживая Габриэль. Она твердо решила искать Реми.
По лицу Ренара пробежала тень.
– Моя милая… – начал он.
И был не в состоянии продолжить, да в этом и не было нужды. Арианн заплакала, когда прочла в глазах Ренара ужасную правду.
Номер в постоялом дворе «Полумесяц» послужил желанным пристанищем, где Арианн могла, наконец, дать выход своему горю. Устроившись на деревянной скамье перед очагом, качая на руках Мири, она вместе с ней оплакивала скромного, молчаливого капитана из Наварры, ненадолго вошедшего в их жизнь.
Арианн полагала, что Габриэль испытывала к Реми более глубокие чувства, чем была готова признать, и теперь начинала это понимать. Теперь, когда было слишком поздно.
Но она не плакала. Прислонившись к стене, Габриэль сохраняла гробовое молчание, слушая негромкий голос Ренара, заканчивавшего повествование о последних минутах Реми.
– Он умер так же мужественно и благородно, как жил. И он хотел, чтобы это было у тебя.
Ренар подошел к Габриэль, держа на ладонях шпагу. Девушка пристально смотрела на оружие, но не пыталась взять его.
– Хотел, чтобы я сказал тебе что-то еще, но скончался, не успев, – продолжил Ренар. – Пожалуй, можешь догадаться, что он хотел сказать.
– Да, – осипшим голосом произнесла Габриэль. Наконец с горящим взглядом от невыплаканных слез приняла от Ренара шпагу. – Надо… надо его найти.
Ренар, похоже, несколько растерялся.
– Габриэль, – мягко сказал он. – Может быть, ты не совсем меня поняла. Реми…
– Знаю, что его нет в живых, – оборвала она. – Но мы не можем просто оставить его гнить на берегах Сены. Нужно его найти и похоронить, как подобает.
Ренар бросил на нее сочувственный взгляд:
– Я сожалею, Габриэль, но это невозможно. Там слишком много покойников. Мы, скорее всего, его не найдем. На улицах по-прежнему очень тревожно и неспокойно, сильны настроения против гугенотов. Идти искать Реми было бы слишком опасно.
Габриэль стиснула зубы.
– Мне наплевать. Я не допущу, чтобы его похоронили неубранным в безымянной могиле. Он достоин покоиться с почестями… как полагается рыцарю.
Она направилась к двери. Ренар преградил ей путь. Габриэль свирепо глянула на него, из глаз уже катились злые слезы. В руке опасно зажата шпага Реми. Арианн, оставив Мири, поспешила вмешаться и спокойно, но твердо положила руку на плечо сестры.
– Габриэль, я очень сожалею, но мы должны удовлетвориться тем, что отдаем должное его памяти. У нас нет другого выбора, и ты сама знаешь, что он ни за что не захотел бы, чтобы ты искала его, подвергаясь опасности.
– Конечно, он бы не захотел, благородный идиот. Был так занят, защищая других, что никогда не думал о себе. – Габриэль, сердито взглянув на обоих, отошла от них. – Надо было держать его взаперти в подвале. Это я виновата. Я… я могла бы сделать, чтобы он остался…
– Ох, Габриэль, – возразила Арианн. – Ты не должна винить себя. Реми обладал таким чувством чести, что ничто не остановило бы его от исполнения долга. Даже ты.
Но она увидела, что Габриэль даже не слушает ее. Та яростно размахивала шпагой.
– Тогда что? Просто возвращаемся домой на остров Фэр, зажав хвостики между лапами? И пускай эта злодейка остается безнаказанной за убийство Реми и все остальные совершенные ею злодеяния?
– Габриэль, – начала Арианн – у нас в самом деле…
– Знаю, знаю, – зло прервала Габриэль. – У нас нет выбора, но вот когда-нибудь… когда-нибудь… Клянусь, я ее свергну. Темная Королева больше не будет самой могущественной ведьмой во Франции.
Габриэль смолкла, поддерживавший ее гнев иссяк. Она тяжело опустилась на скамью у стола, уронив голову на руки. Огорченная Мири неловко села рядом и робко коснулась пальчиками руки Габриэль.
Арианн очень хотелось подойти к Габриэль и обнять сестренку, но по горькому опыту она знала, что утешать Габриэль бесполезно.
Ренар положил ей на плечо руку:
– Лучше оставь ее, милая. Дай ей время.
Арианн грустно кивнула и переключила внимание на раны, которые она могла излечить. Несмотря на уверения Ренара, что у него все прекрасно, она подвела его к скамье и заставила сесть, чтобы осмотреть рану на лбу. Арианн поджала губы. Рану надо было зашивать, но она, по крайней мере, промыла ее, чтобы избежать заражения.
Туссен был занят лошадьми, готовил провизию на время поездки. На это требовалось больше времени, чем хотелось бы Арианн. Она слабо верила в то, что Екатерина вообще способна сдержать данное ею обещание. Как только лошади будут готовы, и Ренар немного отдохнет, надо ехать.
Услышав звук приближающихся шагов, Арианн нетерпеливо выпрямилась, ожидая, что это Туссен идет сказать, что все готово к отъезду. Но в распахнутой двери стоял человек, которого меньше всего ожидали увидеть снова.
В номер ворвался Симон Аристид. На лицо в беспорядке спадают спутанные черные лохмы, глаза дико бегают.
– Симон!
Мири вскочила со своего места. Неуверенно шагнула к нему, но Арианн ее удержала.
Симон, казалось, ее не заметил. Он с ненавистью уставился на Ренара:
– Вот ты где! Ты… ты, злодейское исчадие ада. Ренар, насколько позволяло его состояние, вскочил на ноги. Своей мощной фигурой преградил парню вход в номер.
– Вот нахал, снова объявился, – проворчал Ренар. – Что тебе надо?
– Возмездия за смерть моего учителя. Ты… ты – убийца.
Несмотря на изуродованное лицо, Ренару удалось высокомерно изогнуть в знак удивления одну бровь.
– О чем, черт побери, речь?
– Будто не знаешь? Месье де Виз убит, жестоко изрублен твоей шпагой, будь ты проклят, – задыхаясь, выпалил Симон. – И даже не имел возможности защищаться. Был безоружен.
Арианн встала рядом с Ренаром:
– Симон, не знаю, от кого ты услышал эту ложь, но граф находился в заключении в Бастилии. Его освободили всего несколько часов назад.
– Если хочешь найти убийцу де Виза, – презрительно бросила Габриэль, – то спроси у хозяйки, которой вы оба служили. Очень похоже, что это еще одна из ее злых шуток.
– О, не сомневаюсь, что и она замешана. – Голос Симона дрожал от ярости. – Мой бедный учитель был слишком околдован, чтобы понять, насколько она порочна. А я слишком глуп, чтобы понять, что вы одна шайка.
– Нет, Симон, ты не прав, – дрожащим голоском вмешалась Мири. – Темная Королева и наш враг, поверь мне.
Симон, оставив ее слова без внимания, указал пальцем на Ренара.
– Я знаю, кто ты. Ты – внук страшной ведьмы по имени Мелюзина, и она… именно она разрушила мою деревню и уничтожила мою семью.
– Это полнейший вздор, – мрачно ответил Ренар. – Моей бабки давно нет в живых.
– С меня довольно лжи. Я, по крайней мере, даю тебе шанс, которого ты не дал моему учителю. Шпагу наголо!
– Не глупи, парень, – сказал Ренар, но Симон двинулся на него, вынимая из ножен шпагу.
– Доставай. Иначе проткну сразу.
Ренар досадливо выругался. Отстранив Арианн, обнажил шпагу, отражая первый выпад Симона.
Шпаги скрестились. Зазвенела сталь. Протестуя, закричала Мири, но парень был на грани безумия, доведенный до отчаяния гибелью единственного человека, которому он верил.
Арианн беспокойно наблюдала яростную схватку. В обычное время она не опасалась бы за Ренара, но тот ослабел из-за недавних испытаний. И она явно замечала, что он не хотел наносить завершающий удар, так как лучше владел шпагой. Он никогда не поразил бы парня на глазах у Мири. Ренар отчаянно пытался обезоружить Симона, тем самым тот получал огромное преимущество.
Симон делал выпады с силой, порожденной яростью, раз за разом почти преодолевая защиту Ренара. Арианн смотрела вокруг, лихорадочно пытаясь найти что-нибудь, чем можно было бы оглушить парня.
Но она не успела. Мири выскочила вперед с криком:
– Симон! Послушай меня! Не надо!
Она ухватила его за руку со шпагой. Но когда отклонился клинок, Ренар сделал выпад. Он не успел остановиться. Шпага, скользнув дугой вниз, рассекла Симону правый глаз и щеку.
Парень с диким криком отпрянул назад и уронил шпагу. Закрыл лицо руками. Сквозь пальцы хлынула кровь.
– Ой, Симон. – Мири с плачем наклонилась к нему. – Дай я тебе помогу.
Но он вырвался из ее рук.
– Убирайся, – выдавил он из себя. – Я-то думал спасти тебя, а ты… ты… как и все они. Ведьма!
Он с ненавистью смотрел на нее уцелевшим глазом, а она с замирающим сердцем видела в нем то же выражение, какое много раз встречала у безнадежно травмированных живых существ: темную пустоту отлетевшей души.
– Н-нет, – судорожно прошептала она, протягивая к нему руки.
Симон отстранился от всех. Все еще закрывая руками залитое кровью лицо, выбежал в открытую дверь.
Мири, рыдая, опустилась на колени. Арианн наклонилась к сестре, обняла, прижимая к себе сотрясавшееся тельце.
Ренар мрачно поглядел на обеих:
– Хочешь, догоню парня, милая? Постараюсь его вернуть?
– Нет, – грустно произнесла Арианн. – Боюсь, от этого мало толку. Жюстис, будь добр, найди Туссена и отвези нас домой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100