Читать онлайн Леди и лев, автора - Керк Синтия, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди и лев - Керк Синтия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.91 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди и лев - Керк Синтия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди и лев - Керк Синтия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Керк Синтия

Леди и лев

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Сверху раздался такой громкий звук французского рожка, что задребезжали оконные стекла.
Шарлотта выглянула из ванной. Хотя было всего только девять часов, ее брат Майкл уже начал свой утренний урок музыки. Потом за ним непрерывной чередой последуют различные игры, в том числе война с индейцами и битва подушками. Вся эта физическая активность будет происходить на первом этаже, рядом с общей гостиной, где Кэтрин печатала на своей новенькой печатной машинке. Ее сестре взбрело в голову стать внештатным корреспондентом «Газеты свободных женщин», и теперь целыми днями в доме раздается стук ее пишущей машинки.
Еще один душераздирающий звук донесся сверху, и Шарлотта съежилась. Интересно, есть на свете более шумная семейка? Даже слуги в их доме с каким-то ожесточением гремят столовыми приборами и хлопают дверями. Слава Богу, что она не занимается научными исследованиями, потому что только святой мог бы сосредоточиться в том бедламе, который царил в их особняке на Белгрейв-сквер.
Кошка не могла усидеть на месте в продолжение всего урока музыки. Прижав ушки к голове, Нефер запрыгнула на подоконник и спряталась за флаконами из-под духов и горшками с цветами. Шарлотта вздохнула. Честно говоря, она считала, что ее брат занимается музыкой ничем не хуже любого другого двенадцатилетнего подростка, чье сердце целиком и полностью отдано крикету. Правда, она не могла понять, что же он сейчас пытается сыграть на французском рожке – гимн Британии или «Зеленые рукава».
Она погрузилась в теплую пенистую воду, с улыбкой вспоминая, как вчера Нефер разделалась со шляпкой той дамы. Конечно, ей не следовало потворствовать этому. Нужно помнить, что она уже давно не беззаботная девочка, у которой вся жизнь впереди. Но, даже не переставая носить траур, Шарлотта иногда ловила себя на том, что хочет выйти из скорбной роли вдовы.
– Я никогда не должна об этом забывать, – громко произнесла она. – Потому что я никогда не должна забывать своего мужа.
Привычное уныние овладело ею, и она почувствовала умиротворение. Вот такой она и должна быть: скорбной и безутешной. Ей совершенно ни к чему было идти на эту лекцию. Мало того что она касалась египтологии, но ее к тому же читал тот самый человек. Именно ему одному судьбой было предназначено остаться в тоннеле, когда там не выдержал крепеж. Так оно и было бы, если бы не ее вмешательство.
Конечно, это было ужасно – так думать. Мистер Пирс еще меньше, чем Йен, заслуживал быть заживо похороненным в гробнице. Даже если он когда-то и в самом деле подорвал динамитом усыпальницу фараона Тутмоса.
Почему же тогда она чувствует себя обманщицей? Неужели она в самом деле готова предать забвению свою скорбь после двух лет и семи месяцев вдовства? Если это так, значит, она еще более безнравственна, чем подозревала. Просто упрямая, самовлюбленная, легкомысленная дурочка, ничем не лучше тех двух кумушек на вчерашней лекции. И, натравив на них Нефер, она только испортила всю церемонию, посвященную памяти ее отца.
Больше всего ее огорчало, что она получила ни с чем не сравнимое удовольствие от того небольшого отрывка доклада, который ей все-таки удалось услышать. Какое невыразимое наслаждение она испытала, когда Пирс перечислял имена фараонов восемнадцатой династии! Его описания скарабеев заставляли ее сердце биться от возбуждения. Для нее перечисление амулетов и мумий было таким же соблазнительным и ласкающим слух, как сонеты Петрарки. На лекции мистера Пирса она как будто открывала сундучок с сокровищами и разглядывала его великолепное содержимое. Это было то богатство, которым она когда-то владела и которого больше не заслуживает.
И совсем уж не следовало ей разговаривать с человеком, который читал лекцию. К своему стыду, она получила удовольствие от их беседы в библиотеке. Ей сейчас редко случалось видеть молодых мужчин. Кроме воспитателей и инструкторов Майкла и духовных лиц, которые руководили ее благотворительным фондом, ее окружение состояло в основном из женщин. Но Дилан Пирс был настоящим мужчиной. С его лица еще не сошел загар Египта. Этот мужественный и уверенный в успехе человек странно смотрелся в мрачном дождливом Лондоне – совсем как Игла Клеопатры – обелиск на набережной Королевы Виктории.
Шарлотта сжала в кулаке пахнущую жасмином мочалку, поливая ароматной пеной свои обнаженные руки. У него хорошие глаза, они ей понравились. Правда, она не смогла бы с уверенностью сказать, какого они цвета, голубые или карие, но это были веселые глаза. Трепетные и все время меняющиеся – как и вообще этот человек.
– Отцу бы он понравился, – пробормотала она.
Сэр Реджинальд наверняка бы одобрил его методику раскопок. Судя по доходящим до нее сведениям, за два прошедших года Пирс стал респектабельным археологом. Теперь о нем отзывались как о кропотливом, рассудительном ученом, который с таким же рвением защищает историческую ценность древних памятников, с каким раньше разрушал их ради своего обогащения. Конечно, ей было приятно, что он так переменился. Египет устал от расхитителей гробниц и охотников за сокровищами. Интересно, что же именно заставило его так разительно перемениться?
Дверь ванной комнаты со стуком отворилась. Нефер от неожиданности спрыгнула с подоконника, перевернув цветочный горшок. Оказалось, что кошку испугала веснушчатая девушка.
– Простите, мэм, но леди Маргарет просит вас спуститься вниз, – произнесла служанка запыхавшись. – И вам надо поторопиться.
– Что-то случилось, Лори? – Шарлотта вышла из ванны и позволила служанке накинуть на нее купальную простыню. – Что, бабуля опять приковала себя к номеру десять на Даунинг-стрит?
– Нет, мэм. – Девушка досуха вытерла ее плечи небольшим полотенцем. – Гораздо интереснее – к вам посетитель, молодой мужчина, мистер Пирс.
Шарлотту как будто окатили холодной водой. – Кто?!
– Мистер Пирс, такой высоченный рыжий парень. Выговор у него как у валлийца, это точно. Он сейчас внизу, в передней гостиной. Кажется, он тоже откапывает мумии, совсем как ваш покойный батюшка. Леди Маргарет и ваша сестрица ужасно обрадовались, когда его увидели, несмотря на то что он заявился в такую рань. – Лори вытащила из шкафа кашемировый халат. – Не сказать, что я их осуждаю. Уж больше двух лет прошло, как мистер Фэрчайлд умер, и пора бы молодым джентльменам снова начать вокруг вас крутиться, если вы хотите знать мое мнение.
– Более неуместное рассуждение трудно придумать. Служанка подтолкнула Шарлотту к спальне.
– Я только повторяю то, что все вокруг твердят. Даже мастер Майкл.
– Мастер Майкл еще не вырос из коротких штанишек. У него не может быть никаких мнений, к которым стоит прислушиваться, еще по крайней мере лет пять. Послушай, Лори… Ты сейчас спустишься вниз и скажешь матушке, что я не могу сегодня принимать посетителей. – Она присела на кровать. – Скажи ей, что у меня раскалывается голова. В самом деле, я только что почувствовала, что у меня страшно болит голова.
Лори взялась за дверную ручку.
– Простите, мэм, но леди Маргарет сказала, что, если вы не спуститесь через десять минут, она пошлет за вами Рэнделла, чтобы тот привел вас силой.
– Она не посмеет!
Рэнделл был дворецким. В нем было примерно семь футов росту; это был молчаливый, отличающийся невиданной силой, но добрейший член их семейства, до глубины души преданный ее матери. Если Маргарет Грейнджер прикажет ему переплыть Ла-Манш, он не задумываясь бросится в воду со скал в Дувре.
– И вы не сомневайтесь, она так и сделает. Она ждет не дождется, когда вы наконец перестанете прятаться от людей. А сейчас этот молодой человек пришел выразить вам свое почтение, и она ни перед чем не остановится и заставит вас спуститься вниз.
Шарлотта затянула кушак халата, обдумывая сложившееся положение. Если она совсем откажется спуститься вниз, это может показаться странным, как будто она боится встретиться с Диланом Пирсом. Без сомнения, она и не думает его бояться. Вчера вечером она уже разговаривала с ним наедине.
«И тебе это очень понравилось», – укорила она себя. Она испытала от этого разговора гораздо больше удовольствия, чем положено вдове. Конечно, ей было интересно побеседовать со специалистом-египтологом. Это естественно. Больше двух лет она не позволяла себе этого.
Вышколенная горничная уже вытащила из ящика комода чулки, нижние юбки пенились в ее проворных руках.
– Я слышу, Рэнделл уже шаркает по лестнице. Если вы не поспешите одеться, этот верзила снесет вас в гостиную в одном белье.
– Что же делать, придется одеваться. – Шарлотта поднялась с кровати и развязала поясок халата. – Я надену свое черное шелковое платье.
Лори нахмурилась:
– Почему вы не хотите надеть что-нибудь повеселее? На прошлой неделе я выгладила ваше узорчатое лиловое платье.
– Черное шелковое, пожалуйста.
– А еще есть платье цвета чайной розы. Оно будет очень вам к лицу, мэм.
Шарлотта покачала головой:
– Я не имею права носить ничего, кроме черного. Вспомни ее величество королеву.
– Но вы-то не королева, – пробормотала девушка. Да, она действительно не королева Виктория, но она тоже вдова. И если ее величество носит траур все сорок лет вдовства, значит, Шарлотта тоже должна. К тому же королева не виновата в смерти принца Альберта. Шарлотта не должна обманывать себя и забывать, что она своими руками подтолкнула мужа к гибели. И никто не сможет заставить ее забыть это.
Дилан пытался вспомнить, когда он чувствовал себя настолько не в своей тарелке, как сейчас. Пожалуй, это было четыре года назад, когда на него напали уличные воришки в Порт-Саиде. Поэтому он испытал настоящую благодарность к Шарлотте Фэрчайлд, когда она наконец соблаговолила спуститься. Он был бы рад, если бы его визит прошел незамеченным матерью и сестрой Шарлотты, потому что любопытные женщины устроили ему допрос почище инспекторов Скотланд-Ярда.
Не успел он выпить и одной чашки чая, как леди Маргарет выудила у него все подробности его семейной истории и родословной. Он уже рассказал ей, какое у него образование, а также поделился своим мнением по вопросу всеобщего избирательного права. А когда леди Маргарет на минутку замолкла, чтобы перевести дух, ее младшая дочь Кэтрин взялась критиковать опасные заблуждения по поводу представительства в палате лордов. Ни та ни другая не обратили особенного внимания на медаль Общества любителей древностей, ради которой он, собственно, и пришел.
Их пулеметные расспросы продолжалась, но Дилан все же умудрялся украдкой бросать взгляды на Шарлотту. И должен был признаться самому себе, что ему доставляло удовольствие смотреть на нее.
Этим утром она выглядела не такой изнуренной и хрупкой, как вчера. Ее щеки даже покрывал легкий румянец. И хотя в просторной гостиной он сидел от нее довольно далеко, до него все же долетал хмельной запах жасмина. Этот пьянящий аромат совершенно не вязался с ее черным платьем – ничто, ни украшение, ни кружевная отделка, не скрашивало мрачности ее наряда. Его придирчивый взгляд, однако, заметил сбившийся локон и влажные завитки волос на затылке. Может быть, перед тем как спуститься, она принимала ванну? Он представил себе Шарлотту обнаженной, лежащей в ароматной ванне с благоухающей жасмином пеной… Это видение заставило его смущенно усмехнуться.
– Так почему же вы до сих пор не женаты, мистер Пирс? – спрашивала между тем леди Маргарет.
Дилан чуть не подавился тартинкой с крыжовенным джемом.
– Простите?
– Матушка, ну что вы, в самом деле! – Шарлотта бросила на главу семейства неодобрительный взгляд. – Из всех возможных вопросов вы выбрали самый неуместный.
Леди Маргарет не обратила на нее ни малейшего внимания.
– Этот вопрос всегда задают женщины, которым давно перевалило за двадцать. Почему нашего гостя надо ограждать от любопытства такой пожилой дамы, как я?
– Вовсе не пожилой, – вставил Дилан, надеясь увести разговор в другое, более безопасное русло.
В самом деле, несмотря на седые волосы и немного расплывшуюся фигуру, леди Маргарет была довольно привлекательной женщиной. Наверное, ей еще нет и пятидесяти. Правда, он отметил про себя, что она выглядела бы гораздо привлекательнее, если бы не нарядилась в пышные шаровары цвета морской волны. Пожалуй, в молодости она была такая же, как ее младшая дочь, Кэтрин: такая же пышущая здоровьем брюнетка с большими выразительными карими глазами. Он недоумевал, в кого у Шарлотты Фэрчайлд ее поразительного оттенка волосы.
– Оставьте ваши комплименты для дам, которые на них реагируют. Я уже вышла из этого возраста. – Леди Маргарет одарила его милой улыбкой. – Думаю, дурная слава, которую вы заработали благодаря своим переводам стихов, обеспечила вам в Лондоне толпы поклонниц. И каждая из них жаждет стать миссис Пирс.
– Какие там толпы! Может быть, их всего дюжина или две. – Он подмигнул ей. – И сомневаюсь, что они мечтают именно о свадьбе.
Дилан рассмеялся, а вместе с ним и леди Маргарет. Шарлотта даже не улыбнулась. Интересно, она оскорблена этой двусмысленностью или просто ей скучно?
– Я сейчас пишу статью о браке для «Газетт», – заявила Кэтрин. – Это важный шаг как для женщины, так и для мужчины. Но после свадьбы все меняется. Мужчины несут бремени бесконечного чадорождения. – Она вздохнула. – Равнодушные грубые животные.
Может быть, как раз сейчас надо предложить Грейнджерам попробовать их собственную горькую пилюлю.
– Но, мисс Грейнджер, а как же удовольствие?
– Удовольствие?
– От воспроизведения потомства. Кэтрин слегка порозовела.
– Да, надо признать, что с процессом чадорождения связано некоторое физическое наслаждение.
– Да, безусловно. – Ее мать послала ему еще одну улыбку. – Безусловно, мистер Пирс большой авторитет в этом вопросе.
Он снова чуть не подавился тартинкой. – Я?
– Я читала ваши переводы «Песен раджи». Какая разнузданная безнравственность! Я держу ее под замком, чтобы она не попалась на глаза Майклу.
– Я не знала, что у нас есть эта книга. – Голос Кэтрин звучал обиженно.
– Я дам тебе почитать лишь перед твоей первой брачной ночью, дорогая, да и то если ты когда-нибудь соберешься выйти замуж. – Леди Маргарет покачала головой. – В этих вещах с арабами никто не сравнится. Эти удивительные позиции…
– Мама… – оборвала ее Шарлотта.
– Мне это нужно не для того, чтобы подготовиться к замужеству, – сказала Кэтрин.
Ее мать пожала плечами:
– То же самое всегда говорила Шарлотта. И я ей верила, пока в один прекрасный день не получила от нее телеграмму из Египта, которую она уже подписала как миссис Фэрчайлд. – Она вздохнула. – У меня даже не было времени сделать оглашение в церкви. Они обвенчались в Каире в конце полевого сезона. Какое-то стремительное ухаживание. Не сватовство, а пустынный смерч.
Дилан перевел взгляд на Шарлотту. Та уставилась в потолок и была явно смущена. Он не мог представить себе Шарлотту Фэрчайлд, потерявшую голову от любви или от страсти. Знают ли невинные девушки разницу между этими понятиями? Он почувствовал внезапный приступ ревности к молодому египтологу, который был ее первым возлюбленным, который познакомил ее со страстью. В любви Шарлотта, наверное, похожа на стремительный и горячий пустынный ураган.
– Ну, так почему же вы никогда не были женаты, мистер Пирс? – Леди Маргарет невозможно было сбить с толку.
– Женитьба всегда казалась мне делом вкуса, вроде овсянки или оливок. А я терпеть не могу ни оливки, ни овсянку. – Он улыбнулся, чтобы немного смягчить колкость своих слов. – Так что, надеюсь, мне удастся до конца моих дней избегать ответственности.
– Я много слышала о ваших приключениях в Египте, мистер Пирс. Просто удивительно, что египетские власти вас не арестовали.
– Мама, мистер Пирс – наш гость, – заметила Шарлотта.
– Что ты имеешь в виду? Должна признаться, что мне понравились его стихи. А рассказы о его пикантных приключениях могут тоже составить целую книгу. Меня они занимали долгое время. Особенно слухи относительно его романтической эскапады на вершину Великой пирамиды. – Она наклонилась вперед и шутливо шлепнула его по колену. – Я провела большую часть своей жизни, отстаивая право на подобные вещи, мистер Пирс, поэтому, пожалуйста, извините меня за то, что я получаю удовольствие от всех этих сплетен.
Он усмехнулся, выслушав эту тираду.
– Ваше право получать удовольствие тем способом, который для вас наиболее удобен, леди Маргарет. Для вас это – сплетни, для меня – ирландское виски.
– Мне кажется, что сомнительная репутация мистера Пирса, не слишком подходящая тема для вежливой светской беседы.
Он был поражен, услышав в голосе Шарлотты насмешку.
– Миссис Фэрчайлд, смею вас уверить, что некоторые «подвиги», которые мне приписывают, весьма преувеличены.
Она посмотрела на него взглядом прокурора.
– Что ж, разве неправда, что вы подорвали динамитом гробницу Тутмоса?
Он возблагодарил Бога, что она не вспомнила какой-нибудь более непристойный эпизод.
– Я не единственный археолог, который пользовался такими варварскими методами.
– Да, к несчастью, это так. Но это вряд ли извиняет умышленное разрушение памятников культуры. – Она откинулась в кресле, скрестив руки на груди.
– Шарлотта так же серьезно относится к египтологии, как мы с матушкой – к политике, – пояснила Кэтрин.
– Я это заметил. – Вглядываясь в загадочную молодую вдову, Дилан ломал себе голову, что же все-таки заставило его нанести ей визит. Не похоже, чтобы она проявляла по отношению к нему какой-то интерес. Кроме того, он опасался, что его прошлая приверженность к динамиту как методу археологических исследований всегда будет маячить между ними. И все же он находил ее привлекательной.
– Единственное, что Шарлотту когда-либо интересовало, – это археология, – добавила леди Маргарет. – Совсем как ее отца. Они оба помешаны на мумиях, просто два сапога пара. Она часами просиживает у себя наверху, прочитывая от корки до корки каждую новую монографию о Египте.
– Это неправда, – запротестовала Шарлотта. – У меня очень много времени уходит на благотворительную деятельность. Я не могу его тратить на чтение монографий. Мне кажется, давно пора спросить мистера Пирса, почему он пришел с визитом в такое необычное время.
– Он принес медаль… – начала было Кэтрин.
– Я пришел, чтобы повидать вас, миссис Фэрчайлд, – перебил ее Дилан. Час, проведенный в обществе дам семейства Грейнджер, отбил у него всякую охоту обходить острые углы, даже просто соблюдать правила приличия.
Шарлотта широко раскрыла глаза от изумления.
– Я же вам говорила, матушка, – произнесла Кэтрин шепотом. – Медаль – это просто предлог.
Дилан с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться, так его рассмешило выражение лица Шарлотты.
– Наша беседа вчера вечером была слишком краткой, миссис Фэрчайлд. А между тем меня очень заинтересовали ваши замечания относительно неточностей, которые вы заметили в моей лекции.
– Это было невежливо с моей стороны. Мне не следовало делать вам замечания.
– Не обижайтесь, – вмешалась сестра. – Шарлотта исправляла даже бумаги отца.
– Я не обижаюсь. Напротив, мне бы хотелось услышать все ваши замечания. Я высоко ценю вас как эксперта по амулетам и династическим скарабеям, миссис Фэрчайлд.
Откуда-то сверху донесся вопль. Дилан в тревоге посмотрел на потолок.
– У Майкла закончился урок музыки. – Леди Маргарет с гордостью улыбнулась. – Моего сына исключили из школы. Поэтому он проводит каждое утро, упражняясь в игре на французском рожке.
– Кажется, особенного таланта у него нет, – вставила Кэтрин. – Но его учитель музыки утверждает, что энергия, которую он тратит, играя на рожке, поможет ему справляться с его просыпающимися мужскими чувствами. Правда, Майклу всего двенадцать, и ему больше негде их проявлять. – При этих словах она взглянула на мать. – По крайней мере я так думаю, что негде.
Шарлотта снова откинулась на спинку кресла и закрыла лицо руками.
У Дилана было такое чувство, будто он смотрит какую-то абсурдную пьесу, которую разыгрывают перед ним в этой гостиной с панелями красного дерева, заставленной изысканной мебелью, украшенной подушечками с бахромой и восточными ковриками. Главными действующими лицами были респектабельная мать семейства в невозможных шароварах, юная брюнетка с испачканными чернилами пальцами и сероглазая леди, затянутая в черное траурное платье. Он засомневался, в самом ли деле у него была столь уж веская причина нанести визит этому семейству.
Кэтрин чихнула.
– Так. Наверное, твоя кошка опять проскочила в гостиную.
– Возможно, я неудачно выбрал время для визита. – Дилан огляделся вокруг, но не увидел уже знакомой ему уроженки пустыни.
– Молодой человек, вы зарекомендовали себя как уважаемый специалист по археологии Египта, – сказала леди Маргарет. – Это означает, что вам всегда будут рады в доме сэра Реджинальда Грейнджера. Даже если вы не сможете придумать другого повода для визита, беседа об археологии в любой день доставит большое удовольствие Шарлотте. Не верьте моей дочери, когда она уверяет, что потеряла интерес к Египту. Ее книжный шкаф просто ломится от монографий и высушенных останков древних существ.
Кэтрин снова чихнула.
– Одно из них – мумия крысы. Наша служанка упала в обморок, когда она попала ей под руку.
Шарлотта встала.
– Мистер Пирс, мне кажется, вам стоит уйти. – Она сделала жест в сторону прихожей. – Мой брат вот-вот спустится. Если вы останетесь еще на минуту, он вас заставит организовывать экспедицию на индейскую территорию, и вы потеряете два-три часа.
Леди Маргарет тоже поднялась.
– Хорошо, что ты напомнила мне, дорогая. Я тоже не должна пропускать своих утренних занятий с Майклом. – Она протянула Дилану руку. – Поэтому я в таком костюме, мистер Пирс. Мне бы не хотелось, чтобы вы посчитали, что в нашей семье отсутствует чувство социальной разборчивости.
– Не беспокойтесь. – Он склонился над ее рукой, напоминая себе, что Маргарет Грейнджер не только вдова видного ученого, но и дочь графа.
Кэтрин поднялась следом за матерью.
– Я и так надолго оторвалась от своей работы над статьей. Было очень приятно поговорить с вами, мистер Пирс. Приходите еще.
Не успел он глазом моргнуть, как женщины уже скрылись за дверью. В отдалении послышались приглушенные расстоянием крики мальчика. Затем, мгновение спустя, сбоку раздался стук пишущей машинки.
– У вас необыкновенная семья, миссис Фэрчайлд, – произнес он наконец.
– Скажите спасибо, что здесь нет тетушки Хейзл и дядюшки Луи. – По выражению лица Шарлотты он понял, что в этом случае он живым бы отсюда не выбрался.
– Я думаю, можно их приберечь для следующего визита. – Он прокашлялся. – Послушайте, я прошу у вас прощения за то, что пришел в столь ранний час, но дело в том, что весь предстоящий день я буду занят в Коллекции.
– Да, я слышала, что на вас возложили обязанности по размещению экспонатов. Я была удивлена, когда узнала, что Коллвил попросил вас возглавить выставку, посвященную Долине Амона.
– Говоря по правде, я приложил немало усилий, чтобы добиться этого назначения. Это исключительное место, и его давно бы следовало представить на обозрение публики. – «И я бы таким образом получил возможность покаяться в причастности к смерти Йена Фэрчайлда», – добавил про себя Дилан. Прошло почти три года, а он каждый раз испытывает острое чувство вины, когда появляется на раскопках в Долине.
– С этим я согласна. – Шарлотта немного помолча-ла. – Хотя ваше назначение несколько меня удивляет.
– Удивляет или шокирует? – Дилан был задет ее очевидно невысоким мнением о его способностях.
– Вы, кажется, обладаете определенными способностями. Я не хочу обидеть вас. – Она глубоко вздохнула. – Но Колвилл еще не пришел к определенному решению, кого он собирается назначить директором музея. Если выставка пройдет хорошо, возможно, он предложит эту должность вам.
Дилан рассмеялся:
– Так, значит, вы думаете, что у меня есть скрытые мотивы?
– Меня совсем не интересуют ваши мотивы. Все, о чем я беспокоюсь, так это чтобы на выставке была правдиво отражена роль моего отца. – Она казалась расстроенной. – Со времени гибели Йена раскопки на участке были прекращены; находки, которые мы с таким трудом много лет откапывали, пылятся, запакованные, в Египте.
– Больше не пылятся. Мы уже получили четыре партии багажа из Каира, а остальные прибудут в течение ближайшего месяца.
– Что ж, я рада это слышать. Очень рада. – Ее глаза наполнились слезами. – Прошлое принадлежит нам в такой же степени, что и будущее. Его нельзя оставлять под спудом. Я только хочу, чтобы… – Ее голос сорвался.
– Чтобы археологи снова начали раскопки в Долине Амона? – докончил он за нее. Дилан был тронут таким неожиданным проявлением эмоций.
Шарлотта кивнула.
– Возможно, в один прекрасный день они возобновятся. – Он шагнул к ней ближе. Еще дюйм, и он смог бы дотронуться рукой до завитков волос на шее. Если бы только посмел.
– Может быть, этим займетесь вы? – тихо спросила она.
– И вы не будете возражать?
– Честно говоря, не знаю. – На лице ее промелькнула улыбка.
Ему нравилось, как она улыбается. Это было похоже на восход солнца в пустыне.
– Я уже не пользуюсь такой дурной репутацией, как раньше. Никаких восхождений на вершину Великой пирамиды, никакого динамита. Я стал таким же респектабельным, как архиепископ Кентерберийский. – Он не смог удержаться и нежно поправил выбившуюся серебристую прядь ее волос.
Шарлотта отпрянула назад.
– Вы действительно приехали сюда, чтобы побеседовать о скарабеях?
– Конечно. – На самом деле еще пять минут назад ему это и в голову не приходило, но теперь это был отличный повод приходить без приглашения. – Доктор Роджерс, специалист Коллекции по скарабеям, решил принять предложение, которое ему сделали из Берлинского музея. Он поставил нас в довольно затруднительное положение.
– Да, я слышала об этом. – Она подошла к буфету и позвонила в один из медных колокольчиков, которые стояли в ряд на полированной поверхности.
В дверях появилась веснушчатая горничная.
– Дождь почти перестал, Лори. Принеси мою шляпку и поводок. – Она повернулась к Дилану: – Я думаю, мы можем немного пройтись по скверу. Свежий воздух вернет вам душевное равновесие. Полчаса в обществе моей семейки достаточно, чтобы почувствовать себя как после бури у мыса Горн.
Он оглядел гостиную.
– Разве у вас есть собака?
– О нет. С тех пор как терьер съел прирученную мышку Майкла, он и близко к дому не подпускает собак. Правда, не желает заводить и новых мышей.
– Тогда зачем вам поводок?
– Для кошки, конечно. Я никуда не выхожу без Нефер. Она ужасно расстроится, если ее оставят дома одну.
Несколько диссонирующих нот, донесшихся от стоявшего в гостиной фортепьяно, прервали их разговор. Оглянувшись, Дилан успел заметить кошку, которая прыгнула на клавиши. Громко мурлыкая, Нефер дошла до конца клавиатуры, перескочила на спинку дивана, а потом перепрыгнула к Дилану на плечо.
От неожиданности он покачнулся.
– А этот котик разве не мог съесть мышку вашего брата?
– Конечно, нет! – Она посмотрела на него с таким выражением, как будто он заподозрил Нефер в людоедстве.
Кошка повернула голову в одну сторону, потом в другую и наконец в упор уставилась на Дилана.
– Ради всего святого, миссис Фэрчайлд, мне, кажется, действительно пора немного проветриться.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Леди и лев - Керк Синтия



понравился очень,всего в меру,спасибо
Леди и лев - Керк Синтиягалина
5.04.2012, 11.22





Хорошая история, наполненый сюжет, рекомендую
Леди и лев - Керк СинтияЛЕНА
31.07.2013, 18.47





Хорошая история, наполненый сюжет, рекомендую
Леди и лев - Керк СинтияЛЕНА
31.07.2013, 18.47





8/10 б
Леди и лев - Керк Синтиятая
31.07.2013, 20.40





Мне не понравился роман и считаю что оценки завышенные.
Леди и лев - Керк СинтияGala
15.07.2014, 22.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100