Читать онлайн Код Givenchy, автора - Кеннер Джулия, Раздел - ГЛАВА 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Код Givenchy - Кеннер Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.75 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Код Givenchy - Кеннер Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Код Givenchy - Кеннер Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кеннер Джулия

Код Givenchy

Читать онлайн

Аннотация

Жизнь Мелани Прескотт стремительно меняется, когда загадочный незнакомец приносит ей закодированное послание.
Расшифровав его, она узнает, что стала участницей компьютерной игры,которая по воле безумца перенесена в реальность. В этой игре Убийца, преследующий Жертву, пытается убить ее не виртуально, а на самом деле, а Жертва вынуждена спасать свою жизнь, разгадывая подсказки и стараясь опередить Убийцу. Победителя ждет целая куча денег, но, чтобы иметь возможность потратить их, нужно суметь выжить. Преодолевая страх. Мелани начинает сражение с опутывающей ее паутиной намеков, загадок и шифрованных записок.
Книга написана в модном жанре детектива, замешанного на головоломных приключениях и не менее головоломных тайнах.


Следующая страница

ГЛАВА 1

Это был не мой день.
Во-первых, моросил мелкий дождь, что нисколько меня не огорчило бы, если бы я уютно устроилась на диване и смотрела по телевизору «Секс в большом городе» или «Отчаянных домохозяек». Или покупала туфли в Интернет-магазине. Или даже работала над магистерской диссертацией.
Но ничего такого я не делала. Вместо этого меня тащили по Восточной 86-й улице шесть меховых шариков, отчаянно мечтавших поскорее добраться до Карл-Шурц-парка, где они собирались порезвиться на свободе. И как раз сейчас Глупышка (очень правильное имя) и Душечка (совсем неправильное) оставили на тротуаре несколько тепленьких подарочков, которые мне пришлось собрать в пластиковые мешки, предусмотрительно запиханные мною в карман плаща при выходе из Киркгард-Тауэрс.
Во-вторых, сразу после отправки запотевшего изнутри пакета номер два в урну с бодрой надписью «Содержите наш город в чистоте!» я налетела на своего бывшего, Тодда. Точнее, на Тодда налетела крошка Дейзи, тибетский терьер миссис Оппенмейр. Мне удалось вовремя шагнуть вправо и обойти Тодда стороной, но при этом я безнадежно опутала его поводками.

— Ради всех святых, Мелани, — сказал он. — Чем это ты занимаешься?

Бот одна из причин, почему мы с Тоддом расстались. Неужели трудно запомнить, что я предпочитаю, чтобы меня называли «Мел», и терпеть не могу «Мелани»? Кроме того, было совершенно очевидно, чем я занимаюсь, и мне не требовалось лишних напоминаний.
— Я превысила свой кредит у «Маноло», Тодд, — сообщила я и встряхнула всеми шестью поводками. — Как по-твоему, черт побери, чем я могу тут заниматься?
— А что случилось с работой у Джоша? Ничуть не смущенный моим раздражением, он взглянул на меня снизу вверх, не прерывая разговора даже в полусогнутом положении, которое принял, чтобы выпутаться из затягивающейся петли поводков. Мне ужасно хотелось как следует врезать ему по gluteus maximus
type="note" l:href="#FbAutId_1">[1]
каблуком теннисной туфли «Прада», но я знала, что такое поведение расстроит собак, и сдержалась.
— Ничего не вышло, — сердито ответила я.
Вскоре после того, как мы с Тоддом расстались, я стала жертвой сокращения университетского бюджета и лишилась своей не слишком выгодной, но вполне приличной преподавательской работы. Тодд нашел мне место секретарши со скользящим графиком работы в крошечной рекламной фирме, расположенной на Мэдисон-авеню. Я не сомневалась, что он считал свой поступок актом наивысшего благородства, учитывая тот факт, что мы с ним больше не встречались. К сожалению, Тодд забыл упомянуть, что его приятель Джош — настоящий козел, который в тех случаях, когда не рассуждал о моей груди, заполнял разговор комментариями по поводу моей задницы. Совершенно очевидно, что он никогда не слышал про седьмую главу Акта о гражданских правах
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
, а я не собиралась просвещать его на сей счет.
— Надо было позвонить и сказать мне, — заявил Тодд, отрывая Дейзи от земли и приподнимая ее над перекрестьем нейлоновых поводков.
Он бросил на меня взгляд, который мог бы расцениваться как упрек или просьба о помощи.
* Глава 7 Акта о гражданских правах 1964 года запрещает нанимателям дискриминацию по расе, национальности, религии, полу (включая сексуальную ориентацию и беременность).
Не будучи уверена в его точном значении, я просто стояла и наблюдала за происходящим.
Когда Джош предстал передо мной во всей своей красе, я решила, что не буду звонить Тодду. Во-первых, к тому времени мы окончательно расстались (а если бы и не расстались, знакомство с Джошем стало бы вполне серьезной причиной для разрыва). Во-вторых, я предпочитаю сама справляться с проблемами. Поэтому я назвала Джоша шовинистским придурком и неандертальцем (к сожалению, только мысленно, но все равно мне стало значительно лучше) и уволилась. Затем я вернулась к объявлениям, напечатанным в студенческой газете или висящим на доске в вестибюле последнего курса.
Таким способом я время от времени зарабатывала кое-какие деньги с тех самых пор, как, будучи наивной первокурсницей из Техаса, поселилась в кампусе Университета Нью-Йорка. Результат никогда не был особенно шикарным, но зато я получила самый разнообразный опыт. В дополнение к знакомству с чудесным миром домашних животных я работала поваром в буфете, билетершей в «Круговых линиях» и барменом в ресторане, где подавали такую отвратительную еду, что он закрылся через пять дней. И это далеко не все, что мне приходилось делать.
Тодд всегда с неодобрением относился к тому, что я постоянно меняла работу, но до сих пор я не особенно обращала на него внимание (впрочем собаки — это и впрямь немножко чересчур). Я вот-вот должна была получить степень бакалавра по математике и магистра по истории, и меня ждала преподавательская кафедра, с которой мне до конца жизни придется убеждать подростков, что если они не будут как следует заниматься, то провалят все экзамены. Либо это, либо наука — сначала доктор философии, а затем ассистент профессора и отчаянные попытки написать блестящую работу, которая обеспечит меня возможностью пробраться в штат.
Учитывая мои перспективы, приходится ли удивляться, что я стремлюсь внести некоторое разнообразие в свою жизнь? По крайней мере, так я себе говорила, когда вышла сегодня утром на улицу, готовая и способная, но совершенно не желающая вести на прогулку группу маленьких машинок по производству какашек.
Грустная правда жизни состоит в том, что мне нужны деньги. И я готова сделать все — ну, почти все, — чтобы оплатить крошечную квартирку с одной спальней, которую я делю со своей подругой Дженнифер. Каждый месяц мне с трудом удается собрать необходимую сумму. Однако каким-то непостижимым образом у меня еще остается на туфли, коктейли, кофейню «Стар-бакс» и еду (именно в таком порядке). К счастью, стоимость моего обучения покрывается стипендией и грантами.
Тодду наконец удалось выбраться из нейлоновой паутины, и собаки с жалобным воем натянули поводки так, что ошейники впились в их тоненькие шейки. В парк торопились все, кроме Гомера, который, похоже, собрался выдать очередную порцию для мешочка. Я содрогнулась. Все, с меня хватит. Больше никаких прогулок с собаками. Даже восхитительные розовые босоножки от «Джимми Чу», которые я увидела в Интернете на сайте vystavkadizainera.com, не стоят такого унижения. Во всяком случае, до тех пор, пока они не подешевеют на двадцать процентов.
— Ну что ж, — жизнерадостно сказала я и потянула Гомера за поводок в надежде отвлечь его. — Тебе, наверное, нужно идти.
— Я взял выходной, — ответил Тодд. — И мне никуда не нужно идти.
Меня охватило легкое беспокойство, когда я, прищурившись, взглянула на него.
— Ты что, искал меня здесь?
Глупый вопрос, поскольку вероятность того, что мы столкнемся здесь случайно, была ничтожно мала. Поверьте мне, ведь я математик.
По крайней мере, ему хватило такта изобразить смущение.
— Я позвонил тебе. Дженнифер сказала, что, возможно, я найду тебя здесь, и так как я хотел поговорить…
Он замолчал, и на его лице расцвела та самая очаровательная улыбка, из-за которой я не раз попадала в неприятности.
Я сжала поводки в кулаке и мысленно приказала себе не поддаваться. Нет, нет и нет. Я не собиралась снова завязывать отношения с Тоддом Дейвидсоном. Более того, я не хотела, чтобы он начинал разговор об этом. Если бы он пригласил меня на свидание, я бы согласилась. Это глупо, но так я устроена. Предложите мне обсудить труды Евклида или туфли от-кутюр, и я готова делать это часами. Но стоит мне оказаться один на один с мужчиной в комнате, и все мои укрепления рассыпаются в прах. Печально, но правда.
Тодд засунул руку в пакет и достал оттуда обувную коробку, украшенную большим розовым бантом.
— Я увидел их и подумал о тебе.
Он протянул мне коробку, одновременно забирая у меня поводки, и я с замирающим сердцем приняла подарок.
— Давай, — проговорил Тодд. — Открой.
Я не шевелилась. Мне казалось, что, открыв коробку, я в определенном смысле брошу вызов судьбе или заключу договор, скрепленный кровью. И таким образом без слов скажу ему, что все в порядке и у нас еще есть шанс.
— Ну же, Мел. Это ведь подарок, а не бомба с часовым механизмом.
Я никогда не могла устоять перед ним, как только он вспоминал, что меня нужно называть Мел. И коли на то пошло, я никогда не могла устоять перед парой туфель…
Кончиком указательного пальца я чуть-чуть приподняла крышку и заглянула внутрь. Увидела что-то красное, а потом… О боже!
— «Живанши»? — Крепко прижав к груди коробку, я бросилась Тодду на грудь. — Ты купил мне лодочки от «Живанши»?
Я обожаю любую обувь (и сумочки, разумеется), но в моем представлении «Живанши» является верхом совершенства. «Живанши»—это высокая мода. В конце концов, ведь именно Юбер де Живанши создавал почти всю одежду и костюмы для Одри Хепберн. Если это не самое потрясающее доказательство его превосходства, тогда я не знаю, что тут можно еще сказать.
Возможно, Одри завтракала у «Тиффани»
type="note" l:href="#FbAutId_3">[3]
, а для меня завтрак, обед и ужин — это «Живанши». Я с радостью сделаю круг только для того, чтобы оказаться на углу 63-й улицы и Мэдисон-авеню и взглянуть на витрину. В один прекрасный день я войду в этот магазин и что-нибудь себе куплю. Но до этого счастливого дня я вынуждена смириться с покупками в Интернет-магазине и приобретением произведений второстепенных дизайнеров. И, похоже, подарками от своего бывшего любовника.
— Надень.
— Ты спятил? Дождь ведь!
Он придвинулся ко мне и раскрыл над нашими головами зонтик. Какой заботливый!
— Хотя бы посмотри на них. Может, они тебе не понравятся.
Ему не пришлось просить дважды. Я засунула руку в коробку и погладила гладкую красную кожу, которая очень скоро будет ласкать мою ногу. О святые небеса! (Наверно, это выглядит смешно, но у всех есть свои маленькие слабости. Я, как и моя мать, схожу с ума от обуви.)
— Ну, как они тебе? — спросил Тодд.
По тому, как дрогнули уголки его губ, я решила, что он знает ответ.
Я уже собралась сказать, что испытала оргазм, но вовремя сдержалась. Да, туфли просто сказочные, но Тодд все-таки мой бывший… и я твердо знала, что меня это вполне устраивает.
— Потрясающие, — сказала я, — Они и правда великолепны. Спасибо. Ты очень милый.
— Ты же не станешь отказываться и говорить, что не можешь их взять?
— С ума сошел? — Я прижала коробку к груди. — Конечно, я их возьму.
Тодд улыбнулся:
— Узнаю мою Мел.
Только вот я больше не была его Мел. Он откашлялся.
— Знаешь… хмм, я подумал, что мы могли бы вечером куда-нибудь сходить. Выпить или еще что-нибудь.
Ага! Вот и расплата.
Неужели он думает, что я настолько беспринципна и пойду на свидание из-за пары туфель? Я открыла рот, чтобы отказаться, и с удивлением услышала собственный ответ:
— Мои родители приехали в город на выходные, чтобы отпраздновать свою годовщину. Они собрались на Бродвей, и я обедаю с ними перед представлением.
Не слишком твердое «нет», но зато чистая правда. Мои родители приехали двадцать четыре часа назад, и до сих пор наше расписание не совпадало. Точнее, маме до сегодняшнего вечера не удавалось выкроить для меня время. Поскольку я ужасно хотела повидать отца, то не стала ее доставать.
— А как насчет сейчас? Еще достаточно рано, — сказал Тодд тем особенным голосом, который означал: «Я адвокат и привык спорить, чтобы заработать на жизнь». — Времени на мартини со мной и обед с родителями вполне хватит.
Я знала, что мне следует растоптать этот бутон, пока он не расцвел, и сказать Тодду, что мы ничего не будем пить вместе — независимо от того собираюсь я встречаться с родителями или нет. Вместо этого я мягко проговорила:
— Мне нужно погулять с собаками, а потом мы с Дженнифер договорились походить по магазинам. Кроме того, для спиртного еще слишком рано.
— В таком случае выпьем кофе. Дженнифер все поймет.
На самом деле ничего она не поймет. Будучи моей лучшей подругой, Дженнифер размажет меня по стене, если я скажу ей, что согласилась пойти на свидание с Тоддом, человеком, которому мы столько раз перемывали косточки, порой засиживаясь за этим занятием допоздна. По крайней мере, мне казалось, что она так сделает. Но я могла и ошибаться. Ведь именно она сказала ему, где меня найти.
— Я ей обещала, — сказала я.
Это было почти правдой. Когда мы с Дженн поселились вместе, мы дали друг другу слово, что никогда не станем нарушать наших совместных планов только потому, что какой-то парень пригласил нас на свидание. Разумеется, существовал целый список исключений из правила: парень, похожий на Джонни Деппа, сам Джонни Депп, парень, имеющий карточку служащего и, следовательно, право на скидки в «Бергдорфе », — однако Тодд ни под какую из данных категорий не подходил.
— Ты уверена? А в другой раз?
Я открыла рот в надежде изречь какую-нибудь умную причину для отказа. Ничего не вышло. Вместо ответа я помахала в воздухе поводками и заявила, что мне нужно идти, иначе собаки поднимут восстание.
— Я с тобой.
— О! Ну хорошо. Конечно.
Я решила соблюдать вежливость. В конце концов, он купил мне туфли. Кроме того, я стояла под дождем с промокшими собаками на поводках и выглядела не слишком привлекательно. Может быть, Тодд — лучшее, на что я могла сейчас рассчитывать. Может быть, больше никто в моей жизни не купит мне туфли.
Но скорее всего, я самая обычная дурочка, а Тодд знает, как мной управлять.
Мы зашагали в сторону парка, и, когда миновали половину пути, Тодд вдруг протянул руку и его мизинец коснулся моего большого пальца.
— Я по тебе скучал, Мел.
О господи! От таких слов можно было растаять. Его голос звучал искренне, а на лице появилось раскаяние. Подарки, нежные слова… Похоже, он действительно хотел, чтобы я вернулась. Мне это чертовски льстило и немного смущало.
Но нисколько не заинтересовало. И между нами повисло неловкое молчание, которое тянулось и тянулось, а потом разорвалось воплями собак, выпущенных наконец на свободу. Благодарение Богу.
Я откашлялась.
— Послушай, Тодд…
Он поднял руку.
— Всего лишь бокал вина. Если ты не можешь сегодня, давай встретимся завтра. — Его лицо озарилось той самой улыбкой, которая заманила меня в его постель пятнадцать месяцев назад. — Ну же, Мел. Ничего такого. Всего лишь вино.
— У нас не бывает так, чтобы только вино. — заявила я.
В его усмешке отразились все ночи, доказавшие мою правоту, и я почувствовала, как решимость меня оставляет. Зазвонил мой телефон, и я резко открыла крышку, радуясь его вмешательству в наш разговор. Это была мама.
— Привет, мама. Я только что сказала одному своему приятелю, что сегодня вечером встречаюсь с вами.
— Надеюсь, ты не очень огорчишься, если мы перенесем нашу встречу на завтра.
Ее слова прозвучали как утверждение, а не вопрос, и она даже не дала мне возможности что-нибудь возразить.
— Понятно. — Я облизнула губы. — А я так хотела увидеть папу. И тебя.
Мама даже не попыталась приглушить раздраженный вздох.
— Ради бога, Мелани. В конце концов, чей это отпуск? Оказалось, что один из одноклассников папы живет на Лонг-Айленде, и он пообедает с нами перед театром. Ты ведь не хочешь, чтобы мы упустили возможность встретиться со старым другом?
А как насчет возможности встретиться с собственной дочерью?
Я хотела сказать это вслух. Очень-очень хотела.
Вместо этого я проговорила:
— Конечно, мама.
Затем я нацепила на лицо веселую улыбку. Все психоаналитики дружно твердят, что, если вы станете улыбаться, даже когда находитесь в депрессии или злитесь, ваше настроение непременно изменится. Я немного подождала, проверяя эту теорию. Ничего. Никаких перемен.
— Отлично.
— А завтра в какое время?
— О боже, детка, я не знаю. Мы позвоним тебе, когда встанем. Не представляю, как получилось, что ты стала такой правильной.
— Я тоже, — ответила я, вспомнив бесконечные ряды календарей в нашем доме в Хьюстоне, где разными цветами были отмечены мероприятия и встречи, на которых собиралась присутствовать моя мама.
— Тогда все. Мы тебя любим, дорогая.
Поскольку я не закатила истерику и не помешала ее планам, я снова была золотой девочкой.
— Я тоже тебя люблю, мама.
И по правде говоря, я ее действительно любила.
Но она по-прежнему умела доводить меня до исступления.
Тодд взял меня за руку.
— Мое приглашение остается в силе.
Когда мы были вместе, он всегда утешал меня после моих непростых бесед с матерью, поэтому я не сомневалась, что он понял, о чем мы разговаривали, хотя слышал только мои реплики.
— Спасибо, — сказала я.
— Значит, ты придешь?
Он расплылся в ухмылке, дьявольской и одновременно соблазнительной, и вдруг причины, по которым мы с ним сошлись, стали для меня гораздо более ясными, чем те, из-за которых мы порвали отношения. Я поняла, что теряю контроль над собой, и схватилась за металлический забор, отделявший дорожку для собак.
— Я не думаю…
— Мелани Линн Прескотт?
Спасена незнакомцем. Я обернулась посмотреть, кто ко мне обращается, судорожно вздохнула и отступила назад. Тодд положил руку мне на плечо, и я ее не скинула.
В книгах мужчин всегда описывают загадочными и опасными, и теперь я знаю, что это означает. Мужчина, стоявший передо мной, был настолько хорош, что мне хотелось одновременно дотронуться до него и убежать прочь. Настоящий красавец с угольно-черными волосами и подбородком кинозвезды.
Я чуть не застонала… ну ладно, я и в самом деле застонала, но достаточно быстро сумела подавить этот звук. Проглотив его, я еще раз порадовалась тому, что рука Тодда лежит на моем плече. У незнакомца были очень странные глаза — они показались мне жестокими и пустыми и без всякой видимой причины напугали меня до полусмерти.
— Вы ведь мисс Прескотт? — спросил он.
— О, ну да, это я, верно.
Голос незнакомца был сладким, точно мед, и если бы не глаза…
— А вы кто такой? — поинтересовался Тодд.
— У меня для вас письмо, — сказал таинственный незнакомец, не обращая на Тодда ни малейшего внимания.
Затем он шагнул ко мне и протянул конверт из манильской бумаги.
— Что это? — спросила я.
Он улыбнулся, но улыбка нисколько не преобразила его лица.
— Я не могу сказать. Полагаю, вам стоит его открыть.
Затем он прикоснулся пальцем ко лбу, словно приподнимая воображаемую шляпу, повернулся и ушел, а я осталась стоять в полной растерянности, держа конверт в руке.
Я нахмурилась (должна сказать, что это выражение лица совсем мне не идет) и, не в силах терпеть до дома, надорвала конверт. Внутри оказался большой кусок коричневой бумаги, выглядевший так, словно его оторвали от упаковочного пакета из бакалейного магазина. Я вытащила его из конверта и тут же увидела значки. Вот это да!


l:href="#g1.jpg"


Хотя я и обожаю подобные штучки, однако, признаюсь, была слегка озадачена. Я не имела ни малейшего представления, кто и зачем прислал мне зашифрованное послание, но кто бы это ни был, он хорошо меня знал. Я специализируюсь в математике и истории. Многих людей такое сочетание удивляет. Считается, что математики не могут думать ни о чем, кроме своих вычислений. Дурацкий стереотип, вроде того, что блондинки любят веселиться. Я блондинка, так что поверьте мне: эта старая поговорка не содержит ни капли правды. (Впрочем, должна заметить, что в тех случаях, когда волосы не оправдывают ожиданий, математика оказывается очень даже полезной. Возьмем, к примеру, вечеринки. Как только разговор затихает, я могу поразить и заинтриговать окружающих фракталами, числами Фибоначчи или логическими играми Смаллиана
type="note" l:href="#FbAutId_4">[4]
. И тогда я становлюсь душой компании.)
Теперь же, когда я готовлюсь получить степень магистра, я переключилась на историю. Тема моей диссертации: «Происхождение и основные характеристики кодов и шифров, использовавшихся в военное время странами-победительницами». (Да, я понимаю, что это слишком широкая тема. Я уже обсуждала это со своим наставником, спасибо за ваше ценное замечание.)
Так вот, зашифрованное послание на плотной коричневой бумаге было как раз по моей линии. Если его прислал мужчина, я готова была влюбиться в него.
— Кто-то очень хорошо тебя знает, Мата Хари— заметил Тодд, вспомнив придуманное им для меня прозвище.
Он стал так называть меня после нашего первого свидания, когда узнал о том, что безудержная страсть к обуви уживается во мне с преклонением перед машиной «Энигма». Я тогда сказала ему, что предпочла бы быть Сидни Бристоу
type="note" l:href="#FbAutId_5">[5]
, но он не понял намека.
Тодд взял у меня бумагу и повертел в руках.
— Ну, и от кого это?
Я изучила конверт в поисках обратного адреса. Ничего.
— Не имею понятия. Странно, правда? Это действительно было странно. Но что-то в случившемся — посланник, закодированное письмо — казалось мне до жути знакомым.
— Наверное, это приглашение на вечеринку. Если тебе хватит мозгов расшифровать записку, ты узнаешь адрес. Не сомневаюсь, что ее прислал Уоррен. Это в его стиле, разве нет?
Я пожала плечами.
— Возможно.
Уоррен — страшный оригинал и мой товарищ по занятиям. Сейчас в меньшей степени, поскольку я переключилась на историю, а он получает степень магистра по машиностроению. По крайней мере, он так говорит. Иногда мне кажется, что Уоррен только и делает, что сидит в своей квартире, балдеет от непонятной музыки, которой я никогда не слышала, и разгадывает головоломки.
— Он специалист по кроссвордам и анаграммам, — сказала я. — Кодами он никогда всерьез не занимался.
— Значит, это кто-то другой. Или же Уоррен прислал эту записку, чтобы немного тебя развлечь. А может быть, тебя пытается завербовать какое-нибудь суперсекретное шпионское агентство. Если ты вовремя разгадаешь шифр, тебя примут на работу, посадят в самолет и отправят выполнять первое задание.
Я стрельнула в него взглядом «Хватит болтать глупости». Тодд один из немногих людей на свете знает, что я отчаянно (и тайно) мечтаю работать в конторе, в которой мне каждый день придется заниматься криптологией. Но таких контор мало, и попасть туда совсем не просто. Я несколько раз печатала свое резюме для Агентства национальной безопасности, но выбрасывала, не доведя дело до конца. Все это кажется мне нереальным. Понимаете, я не обладаю никакиими особыми талантами и не могу представить себя разгадывающей шифры для правительства, даже если мне смертельно этого хочется. Одна мысль о том, что я подам заявление, а меня не возьмут, вселяет в меня ужас. Скорее всего, мне придется преподавать историю семиклассникам. Весело, правда?
— И все-таки я настаиваю на своей теории приглашения. Один из твоих приятелей решил устроить вечеринку. И, насколько я тебя знаю, ты докопаешься до решения на пару лет раньше остальных.
— Спасибо, — ответила я и посмотрела на Тодда с внезапно вспыхнувшим уважением.
Он никогда особенно не хвалил мои мозги, поскольку его гораздо больше интересовали мягкие и округлые части моего тела. Было приятно узнать, что, возможно, он видел во мне гораздо больше, чем я думала.
— Ну так встретимся сегодня вечером?
Я кивнула. Почему бы и нет? Он купил мне туфли, похвалил мои мозги, а теперь еще готов угостить выпивкой. Если бы я не знала, что он совсем не то, что мне нужно, я бы сказала, что он идеальный мужчина.
— Отлично.
Тодд выхватил из моей руки конверт и бумагу с шифром.
Эй!
— Для дополнительной уверенности, — заявил он и нахально усмехнулся. — Чтобы ты не передумала. Приходи к шести.
— Тодд, не смей…
Но он уже зашагал прочь, помахивая в воздухе рукой. Я ничего не могла сделать, поскольку была связана по рукам и ногам собаками, — и он это знал. К тому времени, как мне удастся их собрать, он уже исчезнет из виду.
Иногда этот тип приводит меня в ярость.
Я все еще бушевала, когда вдруг поняла, что дождь прекратился. Я осмотрела собак и отметила, что лапы у них гораздо более грязные, чем мне хотелось бы, но решила по этому поводу не расстраиваться.
На самом деле, несмотря на возмутительное поведение Тодда, у меня все было прекрасно. Я получила потрясающее зашифрованное послание — возможно, от тайного поклонника. (Мечтать не вредно.) Стала обладательницей туфель от «Живанши», являвшихся писком моды в новом сезоне. И для завершения картины солнце начало пробиваться сквозь серые мрачные тучи.
Вне всякого сомнения, боги мне улыбаются. По крайней мере, сегодня я попала в число избранных счастливчиков.
И знаете что? Я чувствовала себя великолепно.




Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Код Givenchy - Кеннер Джулия



Очень интересная книга!!!
Код Givenchy - Кеннер ДжулияЛена
26.01.2012, 20.35





На любителя,мне не очень..
Код Givenchy - Кеннер ДжулияНИКА*
13.03.2013, 21.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100