Читать онлайн Последнее прощение, автора - Келлс Сюзанна, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Последнее прощение - Келлс Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Последнее прощение - Келлс Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Последнее прощение - Келлс Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Келлс Сюзанна

Последнее прощение

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

В Лондоне царил переполох. Ведьма удрала из самого Тауэра, и теперь войска прочесывали город, правда, их усердие умерялось подозрением, что беглянки здесь уже давно нет. Церкви были переполнены, проповедники призывали Бога защитить своих детей от дьявола, а все найденные на заре трупы списывались за счет разгуливавшего по городу нечистого.
Утром за завтраком, после продолжительной беседы с Кэмпион, Мордехай Лопес, наблюдая, как на противоположном берегу солдаты обыскивают верфи, насмешливо сказал:
— Им предстоит длинный и бесплодный день.
— Как и большинству солдат, — проворчал Деворэкс. Лопес взглянул на покрасневшие глаза Вэвесора Деворэкса.
— Была плохая ночь?
— Ночью плохо не было. — Деворэкс выпил воды. — Просто я становлюсь чертовски стар для этого занятия. Ладно, что нужно делать?
Лопес попивал чай из блюдечка. Без этой роскоши он обойтись не мог.
— Я хочу, чтобы в Оксфорд передали сообщение. Кто-нибудь из твоих людей сможет это сделать?
— Они этим все время занимаются. А зачем?
Лопес рассказал Деворэксу о сэре Тоби Лэзендере, но полковнику услышанное не понравилось.
— Думаешь, она помчится к нему?
— Если он ее примет. — Лопес подул на чай. — Будь я любителем пари, я бы сказал, что еще до наступления зимы она станет леди Лэзендер.
Деворэкс подождал, пока Марта Ренселинк расставляла тарелки. Когда экономка удалилась, он с жаром заговорил:
— Она дура! Она бы должна в Амстердам ехать! Там она была бы в безопасности.
— Она поедет в Оксфорд. — Изящным движением указательного Пальца Лопес подцепил листик чая из блюдца. — Можешь доставить ее туда?
— Сейчас ты дергаешь за ниточки, Мордехай, а я ради тебя готов плясать по всему этому проклятому свету. Я полагаю, ты вернешься в Амстердам?
— Да, когда она уедет.
— И оставишь меня здесь, — угрюмо буркнул Деворэкс. Он ткнул ложкой в яичницу, поглядел, как скользит по оловяной тарелке желток, и перевел угрюмый взгляд на чай Лопеса.
— Не знаю, как ты можешь пить это дерьмо. — Он сгреб остатки яичницы и вывалил на кусок хлеба. — Значит, я должен собрать печати?
— Если можешь.
— Могу, Мордехай, могу. На это потребуется время, но я могу.
На изуродованном лице появилась загадочная улыбка, такая же горькая, как и те планы, что он строил в отношении драгоценностей и Договора. Вэвесор Деворэкс собирался на войну.
Сэр Гренвилл Кони охнул от боли.
— Сэр Гренвилл! Не двигайтесь! Умоляю вас, сэр, не двигайтесь!
Доктор надавил на ланцет и смотрел, как в серебряную чашу стекает кровь. Когда он пускал кровь состоятельным пациентам, то всегда пользовался серебряной чашей, — это был знак уважения. Доктор Чэндлер озабоченно сказал:
— Густая, сэр Гренвилл, очень густая.
— Больно! — простонал сэр Гренвилл.
— Потерпите немного, сэр Гренвилл, это недолго. — Чэндлер ободряюще улыбнулся. — А день-то какой замечательный, сэр Гренвилл, чудесный день. Возможно, прогулка на лодке взбодрит вас.
— Вы дурак, Чэндлер, набитый дурак.
— Как вам будет угодно, сэр Гренвилл, как вам будет угодно.
Доктор вытер кровь с ранки.
Открылась дверь, и вошел Эбенизер Слайз. Его темные, лишенные выражения глаза уставились на сэра Гренвилла:
— Коттдженс прислал извинения.
— Коттдженс — это куча дерьма. Не отсвечивай здесь!
Последние слова были предназначены доктору, который пытался снова стереть кровь с пореза. Сэр Гренвилл натянул рубашку и камзол, спустил ноги на пол и застонал. Живот нестерпимо ныл с тех пор, как девчонка исчезла из Тауэра.
— Ну и?
— По-видимому, Лопес не болен, — ответил Эбенизер. — И дома его нет. Коттдженс говорит, что взятка, потребовавшаяся для получения этой информации, не будет включена в ваш счет.
— Как он добр, — оскалился сэр Гренвилл. Жестом он велел доктору выйти из комнаты, и тот попятился, прихватив салфетку и серебряную чашу.
— Так значит, Лопес.
— Вероятно.
— И эта сучка, без сомнения, уже в Амстердаме.
— Вероятно.
— Вероятно! Вероятно! А что говорят лодочники? Гребцов, которые везли Кэмпион из Тауэра, нашли. То, что они в страхе рассказали, не принесло никакой ясности. Эбенизер захромал к стулу.
— Они их отвезли к Медвежьей верфи, где ждал экипаж.
— А потом?
— Неизвестно.
Казалось, сообщение о неудаче не трогало Эбенизера.
— А экипаж, вероятно, отвез их к кораблю на другой верфи. — Сэр Гренвилл тер руку, его жирное, бледное лицо хмурилось от боли. — Ох, этот евреи, этот сукин сын! Всех их надо было поубивать, а не изгонять. Черт бы его побрал!
Эбенизер смахнул пыль со своего черного рукава.
— Благодарите судьбу, что это всего лишь еврей. Судя по тому, что вы мне рассказывали, Эретайн был бы более опасным противником.
Пять дней сэр Гренвилл жил в страхе, что Кит Эретайн восстал из гроба. Извинения Коттдженса сняли это подозрение, хотя сэр Гренвилл все еще окружал себя телохранителями и редко появлялся на улицах Лондона. Лягушачье лицо было обращено к Эбенизеру.
— Проверьте, чтобы ваш треклятый дом надежно охранялся.
— Проверил.
В деревне Челси на берегу реки Эбенизер на деньги Договора приобрел большой дом. Сэру Гренвиллу, сделавшему молодого человека своим наследником, это не понравилось, но он предоставил Эбенизеру свободу действий.
Сэр Гренвилл оттолкнул бумаги, которые положил перед ним на стол секретарь.
— Так что мы теперь будем делать? Эбенизер пожал плечами.
— В похищении участвовали по крайней мере четверо. Одного можно было бы найти.
— В Амстердаме? — презрительно спросил сэр Гренвилл.
— Я подумал, не объявить ли о вознаграждении. Двести фунтов за подлинную информацию о побеге.
— А что толку?
Из-за боли в желудке сэр Гренвилл пребывал в ужасном настроении.
Эбенизер невозмутимо продолжал:
— Так мы могли бы выйти на нее. А потом мы ее и прикончили бы. — Его темные глаза были устремлены на сэра Гренвилла. — Вам бы следовало разрешить мне проделать это раньше. У нас слишком разыгралось воображение.
Сэр Гренвилл заворчал.
— В другой раз я сам ее угроблю. Я вырву ее проклятое сердце. Ладно. Объявляйте о награде. Вы утонете в море болванов, которые будут стараться похитрее соврать, чтобы получить двести фунтов.
— Я умею обращаться с болванами.
— И то верно. — Сэр Гренвилл заерзал в широком, с мягкой обивкой, кресле и взглянул на двух вооруженных охранников в саду. — У нас, Эбенизер, в распоряжении четыре года. Четыре года, прежде чем этой ведьме стукнет двадцать пять лет.
— Этого достаточно.
— Для того, чтобы найти и убить ее. — Сэр Гренвилл принял прежнюю позу, обратив выпученные глаза на Эбенизера. — Никто не получит этих печатей. Никто!
Что было истинной правдой, подумал Эбенизер. Никто не мог приблизиться к сэру Гренвиллу, не пройдя предварительно самое меньшее мимо одного из двенадцати вооруженных охранников, постоянно находившихся в доме. Даже Эбенизер не мог пронести оружие на встречу с сэром Гренвиллом. Эбенизер знал, что печати надежно спрятаны, потому что тоже мечтал заполучить оттиск печати святого Марка. Он ждал подходящего случая, но пока тщетно.
Да, Эбенизер по-прежнему мечтал стать владельцем Договора. Он не должен был достаться его сестре, этой незаконнорожденной девчонке. Она примется слишком вольно распоряжаться деньгами, которых не заслуживает; сэра же Гренвилла, рассуждал Эбенизер, течение истории и так уже оставляет позади.
Нет, думал Эбенизер, направляясь к лодке сэра Гренвилла, лишь он один был достоин Договора. Он возьмет эти деньги и с их помощью получит власть, которая даст ему возможность исправить общество. Он превратит Англию в страну, населенную цивилизованными пуританами, управляемую трезвыми, просвещенными умами. И все это можно совершить при помощи печатей Договора. Он еще не знал как, но не сомневался, что непременно добьется этого. Такова его судьба, его миссия, и он ее исполнит.
Три дня спустя, сидя у окна дома в Саутворке, Кэмпион услышала, как распахнулась дверь. Она решила, что это Лопес пораньше поднялся после дневного сна, но оказалось, что вошел Вэвесор Деворэкс.
— Для вас есть хорошие новости.
Выронив книгу, она обернулась и встретила насмешливый взгляд. Похоже было, что Вэвесор не брился, и она подумала, уж не отращивает ли он снова бороду.
— Слушаю вас, сэр.
— Мэйсон вернулся из Оксфорда. — Деворэкс с бутылкой бренди опустился на стул. — Не желаете ли составить компанию?
Она покачала головой.
— Так что за новости?
— Сэр Тоби Лэзендер и его мать с нетерпением ждут вашего возвращения. Они будут рады вас видеть. — Он налил бренди в оловянную кружку. — Похоже, они очень соскучились.
Он заметил, как ее лицо озарилось радостью.
— Вы так стремитесь покинуть нас? — спросил Деворэкс.
— Нет, сэр, нет. — Она все еще чувствовала себя неловко в обществе старого служаки. Похоже, что тот презирает ее невинность, даже потешается над ней. — Вы были очень добры, сэр.
— Вы хотите сказать, Мордехай был очень добр. — Деворэкс выпил, вытер губы. — Он будет скучать без вас. Пожалуй, он видит в вас дочь, которую потерял.
— Он потерял дочь?
— Сгорела насмерть. Она и ее мать, — эти слова Деворэкс произнес резко. — Вот почему он ни за что не станет жить в деревянном доме. — Он заметил появившееся на ее лице выражение сострадания и засмеялся. — Не жалейте Мордехая. Это было очень давно.
— С тех пор он так и не женился?
— Нет.
Деворэкс угрюмо пялился на пустую кружку, будто недоумевая, куда же подевалось содержимое.
— Но не надо его жалеть. У него все есть. Он опять потянулся к бутылке.
Его неприкрытый цинизм раздражал Кэмпион.
— Разве могут деньги заменить семью?
Деворэкс окинул ее холодными серыми глазами, а когда заговорил, то в голосе прозвучала снисходительность.
— Пересчитай спальни, детка.
— Пересчитать спальни?
— Боже всемогущий! — Он поставил кружку и разогнул пальцы левой руки. — У вас большая комната с этой стороны. Насколько я понимаю, вы спите одна.
— Да, — она покраснела.
— Дальше, маленькая комнатушка сзади, где сплю я, когда сплю, конечно. И еще одна большая комната наверху, где спит Мордехай. Правильно?
— Да.
— Так где же, по-вашему, детка, спит Марта? — Он опять приложился к бутылке. — Могу заверить вас, детка, не со мной. Она меня ненавидит. И вы говорите, что не с вами. И я вам говорю, что Марта Ренселинк не спит на кухне. — Он захохотал. — Они вместе уже двенадцать лет. Она не хочет становиться иудейкой, а он лютеранином. Так что они счастливо развратничают вместе. Вы шокированы, детка?
Ей было очень неприятно, что он называл ее «детка».
— Нет. — Она покачала головой.
— Да! Я же вижу! Отважный еврей, спасший вас, оказался в конце концов обыкновенным человеком. — Он вдруг будто разъярился и показал на верфи, мост, Тауэр, собор и корабли. — Глядите! Кругом пуритане, церковники, адвокаты, все жирные, самодовольные ублюдки, поучающие нас, как жить. Но вот что я вам скажу. — Его резкий голос скрежетал у нее в ушах. — У всех у них есть какая-нибудь тайна, детка, у всех! И знаете, где ее искать? Изуродованное лицо излучало враждебность.
— В спальнях, детка, в спальнях. Так что не смущайтесь оттого, что Мордехай согревается в постели, не прибегнув предварительно к услугам духовенства. Он все-таки куда порядочнее всех их.
Кэмпион старалась быть терпимой к его необузданности, ругательствам и кажущейся неприязни к ней.
— Вы давно его знаете?
— Кажется, будто всю жизнь.
— А моего отца вы знали? Серые глаза обратились на нее.
— Эретайна-то? А как же!
— Какой он был? Деворэкс захохотал.
— Смазливенький мальчик. Да, Этому красавчику везло, особенно с женщинами. Впрочем, мне-то он нравился, но был уж слишком умен. Быть умным вредно, детка. Только до беды и доводит.
— Где вы его встречали?
— На войнах. Я сражался за Швецию. — Он дотронулся до шрама на лице. — Вот это я заработал в Лютцене. Какой-то подонок с мечом. Ну да ладно, — Деворэкс иронически сощурился, — я-то его убил. — Он налил себе и без всякого перехода сказал: — Мы уезжаем завтра.
— Завтра, — удивилась она, так как знала, что в Лондоне ее все еще ищут, покидающих город путешественников останавливают, а экипажи обыскивают.
— Завтра, — кивнул Деворэкс. Он улыбнулся ей своей мрачной улыбкой. — Я нашел вам спутника, с которым вы будете в полной безопасности.
Его это почему-то рассмешило, но больше он ей ничего не сообщил.
В тот вечер Мордехай Лопес устроил в ее честь обед, прощальный обед. Кэмпион пыталась скрыть радость от предвкушения встречи с леди Маргарет и Тоби. Но Лопес все равно заметил ее нетерпение.
— По-моему, ваш сэр Тоби счастливчик.
— По-моему, это я счастливица.
— Вы мне напишете?
— Конечно.
Он поднял бокал.
— Я передаю вас в хорошие руки, Кэмпион. Вэвесор соберет печати. На это уйдет некоторое время, так что запаситесь терпением. А пока возьмите вот это.
Он подвинул к ней что-то через стол. Сначала она думала, что это печать святого Луки, но потом увидела листок бумаги.
— В Оксфорде к этому отнесутся с уважением.
— Не могу! — Она покачала головой.
— Почему? — рассмеялся он. — Свадьба дело дорогостоящее, Кэмпион. Вам потребуется платье, понадобится всех накормить, нужно будет где-то жить. Возьмите. Я настаиваю! Отдадите деньги, когда соберете печати.
Он дал ей тысячу фунтов. Она была смущена, потому что он и так уже заплатил за ее новую одежду, но Лопес отмахнулся:
— Вы забываете, Кэмпион, что вы богаты. Богатым несложно занимать деньги, это трудно только беднякам, кому они-то и нужны больше всего. Берите. И еще одно…
Она взглянула на него, чувствуя, что будет тосковать по нему, по его насмешливому уму, мягкости, доброте.
— Еще одно?
— Возьмите. — Он, как фокусник, извлек печать. Она посмотрела на нее:
— Почему вы не оставите ее у себя?
— Потому что она ваша. Вы должны принять на себя часть грозящей опасности, Кэмпион, вы должны быть мужественны. Мужество вам не помешает. — Он задумался. — Отдайте ее на хранение Тоби, если хотите, но у вас должна быть хоть какая-то вещь вашего отца. — Он положил печать на середину стола. — Она ваша. Я вручаю ее вам.
Она взяла печать, сознавая, что тем самым снова ставит себя под удар. Лопес спросил:
— Вы сохраните ее?
— Сохраню.
Он одобрительно кивнул и еще раз поднял бокал.
— Вот и отлично.
Рано утром, когда от ветра по Темзе бежала рябь, а над мостом на насаженных на пики головах изменников шевелились волосы, Вэвесор Деворэкс прокрался в комнату Кэмпион. Двигался он беззвучно, будто большой кот, и не было никаких признаков того, что он пил. В руках он держал фонарь.
Дверь открылась без скрипа — предварительно ее смазал сам Деворэкс.
Кэмпион спала, положив согнутую руку ладонью вверх.
У него под ногой скрипнула доска. Он застыл. Девушка облизала губы, пошевелилась и снова успокоилась. Света фонарь давал мало, но вполне достаточно, чтобы распознать лежавшую рядом с кроватью печать святого Луки.
Вэвесор Деворэкс поднял ее.
Он отнес ее в комнату с видом на Темзу, опустил на специально подготовленный стол, где уже лежал маленький квадрат из толстого стекла. Он смазал его маслом и, достав свечу из фонаря, капнул сургучом и прижал печать.
Он повторил свои действия во второй, в третий раз.
Свеча снова оказалась внутри фонаря, а кусочек стекла с драгоценным грузом он обернул лоскутком муслина, затем шерстью и сложил свою добычу в маленький деревянный ящик. Потребовалась минута на то, чтобы в одних носках вновь проникнуть в комнату Кэмпион, положить печать рядом с кроватью и убрать со стола все следы своей деятельности.
Затем он вытащил пробку из бутылки, плюхнулся на кровать и выпил за свое здоровье. Завтра он повезет девушку в Оксфорд, а потом начнет собственную хитроумную игру. Это будет игра не Лопеса, не Кэмпион, а его собственная. Одной печати было вполне достаточно. Деворэкс усмехнулся и с наслаждением припал к бутылке.




Часть четвертая
Сбор печатей



Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Последнее прощение - Келлс Сюзанна



Роман заслуживает внимания. Любовь героев вплетена в канву повествования об истории Англии 17 века. Интересны характеры героев: автор сделала попытку показать мотивы их поведения и поступков. Несомненно, наиболее яркими являются образы главной героини - молодой девушки со сложной судьбой, её будущей свекрови, леди Маргарет, и отца.Книга будет интересна тем, кто проедпичитает художественную литературу (пусть даже беллетристику) откровенно графоманским "произведениям".
Последнее прощение - Келлс СюзаннаЕлена
13.05.2014, 20.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100