Читать онлайн Лучшие подруги, автора - Келли Кэти, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лучшие подруги - Келли Кэти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.64 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лучшие подруги - Келли Кэти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лучшие подруги - Келли Кэти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Келли Кэти

Лучшие подруги

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Лиззи, собравшись через пару дней в больницу, взяла с собой букет роз, срезанных в собственном саду. Не рассчитывая, что ее пустят к Салли, Лиззи просто хотела передать букет: пусть Салли знает, что она не забывает о ней.
В регистратуре больницы ей разрешили подняться в палату и самой передать букет. Лиззи стала подниматься по лестнице и на площадке столкнулась с Делией Ричардсон, которая вышла из лифта. Если бы не знакомые бело-серебристые волосы Делии, Лиззи, наверное, прошла бы мимо, не узнав ее. За ту неделю, что Лиззи не видела ее, мать Стива очень постарела. Куда делась та энергичная, со сверкающими глазами Делия, которая веселилась на вечеринке? Сейчас перед Лиззи стояла старая женщина с осунувшимся, озабоченным лицом и покрасневшими глазами.
Лиззи положила руку ей на плечо.
– Делия, здравствуйте, это я, Лиззи Шанахан.
В глазах Делии мелькнули искорки, она узнала ее.
– Здравствуй, Лиззи.
– Я хотела передать эти цветы Салли. В палату я не собиралась заходить, не хотела беспокоить ее, но Салли всегда восхищалась моими розами…
– Они очень красивые. Я передам и скажу, что это от тебя.
– Как она? – спросила Лиззи и торопливо добавила: – Я очень надеюсь, что все будет хорошо.
Делия пожала плечами:
– Она держится стойко, но очень похудела. Сейчас все в руках Господа. – Делия перекрестилась и смахнула набежавшие слезы. – Прости, но я не перестаю думать о том, как Джек и Дэниел останутся без матери. Это ужасно, Лиззи.
– Если только понадобится моя помощь, – Лиззи обняла Делию, – сразу звоните мне.
– Прости, – повторила Делия, отстраняясь, и попыталась привести себя в порядок. – Мне ужасно тяжело. Понимаешь, Лиззи, доктора говорят не о лечении, а о том, чтобы как-то дать Салли побольше времени. У меня сердце разрывается.
Лиззи порылась в сумочке, нашла ручку, какой-то старый рецепт и записала на нем свое имя и номер телефона.
– Делия, прошу вас, если будет нужна моя помощь, звоните. Я могу присмотреть за мальчиками, приготовить еду Стиву… да что угодно. Буду рада помочь.
– Спасибо, – поблагодарила Делия.
Лиззи медленно спустилась вниз по лестнице. Она знала нескольких женщин, которым поставили диагноз рак груди и которым удалось выкарабкаться. Старшей сестре Майлса, Норин, удалили грудную железу, а вскоре после того, как Лиззи и Майлс развелись, Норин отметила пятилетний юбилей своего выздоровления. Да и вообще Лиззи слышала много чудесных историй о том, как врачи справляются с раком груди. Почему же у Салли нет никакой надежды?
Когда Лиззи заехала к Гвен, которая только что вернулась из круиза, та едва взглянула на лицо сестры и тут же сказала, что сейчас приготовит крепкий чай.
– Как ты себя чувствуешь, дорогая? – участливо спросила Гвен.
– Плохо, – ответила Лиззи. Она рассказала сестре о том, что маленькие Джек и Дэниел могут остаться без матери, что Стив может потерять свою любимую Салли, а она, Лиззи, ничем не может помочь.
Гвен была хорошей слушательницей, пока Лиззи рассказывала, она не проронила ни слова.
– Я чувствую себя такой беспомощной, – закончила Лиззи свой грустный рассказ. – И все это так несправедливо.
– Жизнь вообще несправедливая штука, – сказала Гвен, успокаивающе гладя сестру по плечу. – Но ты можешь помочь. Ты можешь оставаться подругой Салли и помочь ей пройти через все это. Не отдаляйся от нее. Мы всегда отдаляемся от умирающих, потому что не знаем, что им говорить.
Лиззи кивнула. Гвен была права. Рядом с Салли родные, но ей все равно нужны подруги. И она будет рядом с Салли, что бы ни случилось.
Грег предложил устроить сбор денег для Салли, чтобы отправить ее в американскую клинику.
– Американская медицина самая лучшая, – объяснял он Эрин. – Я не принижаю успехов европейской медицины, но именно в США добились наибольших успехов в лечении рака. Я сказал Стиву, что постараюсь раздобыть деньги, но он заявил, что доверяет местным врачам. – Грег нервно запустил пальцы в волосы. – Да если бы такое случилось с тобой, мы тут же сели бы на самолет…
Эрин, сидевшая рядом с ним на диване, погладила мужа по лицу, чтобы успокоить.
– Только не дай Бог, чтобы такое случилось с тобой. – Грег закрыл глаза и уткнулся лицом в мягкие волосы Эрин. – Я бы этого не пережил.
– Пережил бы, – возразила Эрин. – Обязан был бы пережить. И Стив держится как может. Оставь их с Салли в покое, они сами должны принимать решения. Если ее дела будут идти все хуже и если у нее останется мало времени, то, наверное, ей не захочется провести остаток своих дней в другой стране ради каких-то дополнительных процедур, которые могут оказаться бесполезными. Она захочет быть здесь, рядом с мужем и детьми.
Пальцы Эрин и Грега сплелись на животе Эрин.
– Как странно, – проговорила Эрин. – Я знаю, что у меня всего десять недель беременности, но мне так страшно представить себе, что можно заболеть и умереть, оставив ребенка без матери.
Грег нежно поцеловал жену в висок.
– Но ведь такое не случится, правда?
– Да, я знаю. – Умом Эрин понимала, что слишком близко к сердцу принимает болезнь Салли, и все же страх оставался в ее душе. Словно Салли привнесла в их дом мысль о болезни и смерти. У Эрин, конечно, были знакомые, которые умерли, но все они были гораздо старше Салли. А сейчас смертельная болезнь поразила такую молодую женщину, у которой впереди, казалось, еще целая жизнь.
Стив сказал Грегу, что не теряет надежды, однако он каждый день боялся того, что метастазы обнаружат уже в других органах и, значит, отсчет последних дней Салли пойдет быстрее.
– Я тебя никогда не оставлю, – пообещала Эрин, поглаживая свой едва заметный животик. – Никогда и ни за что.
Эбби ненавидела больницы. Она помнила мрачную палату, где ее мать боролась с пневмонией, которая и свела ее в могилу, прежде чем это сделали сигареты. Возможно, больница казалась совсем другой тем, кто работал в ней, – здесь они проводили много времени, общались друг с другом и спасали людей. Но, будучи посетительницей, Эбби испытывали лишь давящее чувство неловкости.
На пасхальные праздники мальчики вернулись домой, за ними присматривала Эйми, сестра Стива. Через несколько дней и Салли должны были выписать из больницы. Стив позвонил вечером и сказал, что Салли хотела бы повидаться с Эбби.
– До сегодняшнего дня к ней не пускали, но она просила, чтобы ты пришла, – сказал Стив.
– Да, конечно, я навещу ее, – пообещала Эбби.
– Я… она… – Стив хотел сказать что-то, но, видимо, не нашел слов. – Она плохо выглядит, будь готова к этому. Мы с мамой твердим ей, что она выглядит отлично, как всегда, но это не так. Как можно хорошо выглядеть, если знаешь, что у тебя такая страшная болезнь!
Предупреждение Стива означало для Эбби, что ей надо будет скрыть шок, когда она увидит свою подругу на больничной койке. Но когда она ее увидела, то подумала, что физически Салли выглядит не так уж плохо. Только в ее глазах читалась такая боль, что у Эбби защемило сердце. Салли всегда была очень энергичной, всегда улыбалась. Сейчас словно погас свет, освещавший ее изнутри.
– Привет, Салли! – Эбби нагнулась и нежно поцеловала подругу в сухую щеку. – Я принесла книги и журналы, чтобы ты тут не скучала.
Хотя, судя по виду Салли, у нее не было сил даже на то, чтобы держать книгу, не говоря уже о том, чтобы сосредоточиться на ее содержании.
– Спасибо, что пришла, – поблагодарила Салли.
Эбби старалась не смотреть на убранство палаты, на мониторы, на капельницу, трубочка от которой тянулась к худенькой руке ее подруги. Присев на стул, она выложила то, что принесла, на тумбочку, чтобы Салли могла дотянуться.
– Как Стив? Я хочу знать: как он на самом деле? – спросила Салли хриплым шепотом. – Делия говорит, что он справляется с делами, но я очень беспокоюсь за него. Я знаю, ты скажешь мне правду, не скроешь от меня ничего.
Эбби улыбнулась:
– Тебе нужна подруга, которая говорит правду? Что ж, я как раз и есть такая подруга.
Эти слова даже у Салли вызвали слабую улыбку.
– Понимаешь, Эбби, когда у тебя рак, то люди стараются все приукрашивать, когда говорят с тобой. Нет, не доктора, они-то как раз совершенно откровенны.
Эбби вздрогнула при мысли о том, какую правду могут доктора говорить Салли.
– Делия, храни ее Господь, постоянно твердит, что все в полном порядке. А Эйми – она будет эту неделю присматривать за детьми – так вот, если ее послушать, так у меня прямо-таки разгладились морщины на лице. Она такая жизнерадостная, у нее вообще все всегда хорошо.
– Старается поддержать тебя, – предположила Эбби.
– Наверное, – согласилась Салли. – Вероятно, надеется, что ее оптимизм передастся мне. – Помолчав, она сменила тему разговора: – Как Том и Джесс?
– Все прекрасно, – поспешила заверить Эбби. Салли была замечательной подругой, ей можно было доверить любой секрет, но сейчас для этого был определенно неподходящий момент. – Салли, у Стива действительно все в порядке. Он держится молодцом, ты понимаешь, что я имею в виду. Когда Стив впервые сообщил мне о том, что случилось с тобой, да, он выглядел очень расстроенным и потерянным. – Эбби прекрасно помнила тот день, Стив только и твердил о том, что не сможет жить без Салли. – Но он взял себя в руки ради детей. У Джека и Дэниела тоже все хорошо.
Взгляд Салли затуманился.
– Доктора не разрешают приводить в больницу детей из опасения, как бы они не подцепили здесь инфекцию. Но я не могу без своих детей, лучше я буду дома с ними, чем здесь.
Эбби заметила слезы в уголках глаз Салли, и боль подруги отозвалась болью в ее сердце.
– Скоро начнется курс химиотерапии, – продолжила Салли. – Стив уверен, что это меня вылечит. Он говорит, что мы должны верить и надеяться. – Она всхлипнула: – Ох, Эбби, мне так страшно!
Эбби взяла Салли за руку, ей так хотелось успокоить подругу.
– А мне надо быть храброй ради Стива, поскольку это для него слишком тяжелая ноша. Но мне все время хочется кричать и плакать.
Салли закрыла глаза, и Эбби поняла, что она настолько слаба, что ей трудно даже плакать.
– Если я не поправлюсь, вы с Томом присмотрите за Стивом, когда меня не станет, хорошо? Пожалуйста. – Внезапно глаза Салли широко раскрылись, в них читалось отчаяние. – Он не сможет жить без меня. Я знаю, он сильный, но мы с ним единое целое. Я ему очень нужна.
– Не говори так, Салли, – взмолилась Эбби. – Ты поправишься, надо верить в это.
– Ты хочешь сказать, что надо думать только о хорошем, – прохрипела Салли. – Это девиз Делии и Эйми. Я всю свою жизнь думала только о хорошем, и вот что случилось. Так что можно думать о хорошем, но это не спасет от смерти. Знаешь, Эбби, я всегда считала, что поскольку такое произошло с моей матерью, то со мной уж этого никогда не произойдет. Молния не попадает дважды в одно место.
– Но ведь есть надежда, правда?
– Конечно, надежда есть. Я буду бороться ради Стива и мальчиков, ты же знаешь, Эбби, я могу бороться. Но борьба за жизнь не означает, что надо закрывать глаза на правду. Мне нужно быть готовой к любому исходу. Но я не буду жертвой, не буду прятаться. Рак похож на дьявола, который сидит внутри меня и хочет управлять мной. Прогнать я его не могу, но я могу с ним бороться. Он завладел моим телом, но не разумом.
В палате воцарилась полная тишина. Где-то за пределами палаты слышались шум полотера и звонки телефонов.
– Я считала, что если ты по-настоящему ценишь то, что у тебя есть, то это у тебя никто не отнимет. Значит, я что-то делала не так, да?
– Нет, – ответила Эбби. – Ты всегда показывала людям, как ты любишь их. Стив знает, что ты обожаешь его и детей, ты постоянно давала им это понять, говорила им об этом. Мало кто способен на такое.
– Но мне нужно время, чтобы еще раз сказать им это, – прошептала Салли.
Эбби ничего не ответила ей, она просто наклонилась, обняла подругу и приподняла ее, словно пушинку.
Том продолжал ночевать в спальне для гостей, и атмосфера между мужем и женой была холоднее, чем за Северным полярным кругом. Эбби не была уверена, что это конец их брака, но жила в ожидании по-настоящему серьезного скандала. Она готова была извиниться, вымолить прощение на коленях, если надо, сделать все, что угодно, чтобы восстановить отношения. Но Том не давал ей такой возможности.
Мрачный, похудевший, он продолжал гнуть свою линию, куда входило игнорирование Эбби. Джек и Дэниел пробыли в их доме три дня, и в эти дни семья Бартон выглядела как обычная нормальная семья – по крайней мере внешне.
Присутствие в доме детей стало благом, поскольку мальчики как бы объединили Тома, Эбби и Джесс. Совместные игры, чтение сказок и даже переодевание малышей – все это отвлекало от собственных проблем. А когда Джек и Дэниел ложились спать, Джесс удалялась в свою комнату и садилась заниматься. У нее просто не было времени замечать то, что происходило между родителями. Во всяком случае, Эбби надеялась на это.
После того как Стив забрал сыновей, Том продолжал игнорировать Эбби. Она надеялась, что теперь, когда они одни, у них наконец найдется время поговорить, но Том не выказывал ни малейшего желания общаться с ней, и Эбби почувствовала, что начинает впадать в отчаяние. Она решила любыми средствами вызвать мужа на разговор – да, она совершила огромную ошибку, но это не должно означать, что их брак на этом закончился.
Наступила первая суббота после Пасхи, стояла прекрасная погода, чувствовалось приближение лета, теплый ветерок залетал в спальню Эбби, теребя тонкие муслиновые занавески. Глядя в окно, Эбби видела Данмор, спускавшийся вниз от Бриарлейн и напоминавший очаровательную деревню девятнадцатого века, не тронутую современной цивилизацией. Левее проходила улица, на которой жили Ричардсоны, и Эбби вздохнула, подумав о Салли. Несколько дней назад Салли привезли домой, и Эбби представила себе, как Джек и Дэниел теперь осторожно заходят в комнату родителей и ведут себя тихо, не бросаются на шею маме, чтобы не сделать ей больно. Стив держался стойко, делал все, что в его силах, чтобы поднять жене настроение. Салли тоже крепилась, но они оба понимали, что только чудо может спасти их дружную семью.
Размышления о Салли и Стиве натолкнули Эбби на мысль о том, что и их семью, похоже, может спасти только чудо. Но она постарается сделать все, чтобы их с Томом отношения наладились.
Готовясь к бою, Эбби надела очень красивую юбку аметистового цвета и вышла из комнаты. На лестничной площадке она столкнулась с босоногой Джесс, на которой была длинная свободная футболка.
– Доброе утро, дорогая, – поздоровалась Эбби. – Как спала?
Джесс ответила ей вопросом на вопрос:
– А почему папа спит в комнате для гостей?
Эбби не знала, что ей ответить. Все это время Том вставал раньше Джесс, поэтому она не знала, что он спит в другой комнате. А вот сегодня узнала.
– Он так храпел, – пояснила Джесс. – Я даже подумала, что к нам в дом забрался грабитель и уснул в комнате для гостей.
Первой мыслью Эбби было солгать Джесс. Но она не могла. Джесс заслуживала того, чтобы знать правду… ну, скажем, часть правды. Эбби не могла рисковать – узнай дочь всю правду, она могла бы возненавидеть мать.
– Скажи мне, что происходит. Я ведь член семьи, поэтому имею право знать, – потребовала Джесс.
– Пойдем вниз, и я тебе расскажу, – ответила Эбби, чувствуя слабость во всем теле.
На кухне Эбби даже не подумала включить чайник или тостер. Она села за стол, Джесс устроилась напротив.
– У нас с папой возникли проблемы, – начала Эбби. – Он временно переселился в комнату для гостей, потому что нам с ним надо кое-что уладить. Мне жаль, что тебе это неприятно, но мы не хотели расстраивать тебя.
– А в чем проблемы? – спросила Джесс тоном прокурора.
– Ну… обычно у людей, долго проживших вместе, возникают разногласия.
– Это связано с тем, что ты работаешь на телевидении и зарабатываешь больше денег, чем он?
Эбби очень удивилась. Она и не подозревала, что Джесс известны такие нюансы.
– Нет, это здесь ни при чем, – медленно проговорила Джесс. Хотя, возможно, все и началось со споров по поводу денег, однако то, что произошло потом, действительно не имело никакого отношения к тому, кто сколько зарабатывает. Эбби была слишком честным человеком, чтобы во всем обвинять кого-то другого, а не себя.
– Папа завел любовницу? – каким-то даже небрежным тоном спросила Джесс.
У Эбби защемило сердце.
– Ну что ты, дорогая, конечно, нет.
Джесс уставилась на мать с таким видом, словно не верила ей.
– Тогда скажи мне правду, – потребовала она.
– Понимаешь, просто отец увидел, как я обедала со старым знакомым, – медленно, запинаясь, промолвила Эбби.
Джесс кивнула, всем своим видом показывая матери, что ждет продолжения.
– Это был ничего не значащий обед, но я не сказала папе, что буду встречаться с этим человеком… ну, и он обиделся и не прощает мне этого.
– Просто обедала? – удивилась Джесс. – Что же его так расстроило? – Она внимательно посмотрела на мать. – Дело ведь не только в этом, правда?
Эбби поняла, что виноватый вид выдает ее, но она ничего не ответила, мысленно моля, чтобы Джесс ни о чем не догадалась.
– Как ты могла?! – воскликнула Джесс. – Как ты могла, мама?! У тебя же есть папа, ты не должна встречаться с другими мужчинами. Теперь понятно, почему папа так расстроился.
– Да, он расстроился, но не позволил мне ничего объяснить, – с горечью сказала Эбби. Она опустила взгляд на поцарапанный деревянный стол, хранивший так много следов их семейной жизни. Эбби провела пальцем по царапине от ножа.
– Ничего не понимаю. Папе не понравилось, что ты обедала с мужчиной. Но если бы дело было только в этом, он непременно простил бы тебя, – негромко сказала Джесс.
Эбби молчала.
– Ты не все мне говоришь. – Джесс с укоризной посмотрела на мать. – У тебя роман с этим мужчиной.
Эбби хотела было возразить, но не смогла. У нее не было сил лгать, особенно Джесс, которая неожиданно дала понять матери, что она уже взрослая девушка. Решившись, Эбби кивнула:
– Это было всего один раз. Мне стыдно, я совершила глупый поступок…
– Но ты же сама говорила мне о любви, о доверии и уважении, учила не вступать в близкие отношения с тем, кого не любишь. И вдруг натворила такое.
– Мне очень жаль, – пробормотала Эбби.
– Жаль? – возмутилась Джесс. – Да это все слова. Как ты могла пойти на это?! Мама, о чем ты думала?
И Эбби словно прорвало, теперь с ее уст буквально слетали слова, которые она намеревалась сказать Тому.
– Я не знаю, Джесс. Я тогда ни о чем не думала. У меня и в мыслях не было оскорбить тебя или папу, поверь мне! Если бы я могла все вернуть назад, этого бы ни за что не случилось!
– Это произошло в тот день, когда ты рассказала мне о Салли, да? – спросила Джесс. – Папа как раз отправился искать тебя. Я сразу увидела, что ты какая-то странная и что это не имеет отношения к Салли. Как ты могла?! Салли умирала, а тебя волновало только то, что тебя застукали с мужчиной.
– Нет! – вскричала Эбби.
– Да! – крикнула в ответ Джесс, поднимаясь и направляясь к двери.
Мать и дочь поменялись ролями. Теперь Джесс играла роль старшей, а Эбби словно была нашкодившим ребенком.
В этот момент в дверях кухни появился Том, одетый, но с растрепанными волосами, словно он поспешил вниз, услышав шум ссоры.
– Ох, папа! – Джесс рванулась к Тому, крепко обняла его, а затем прошмыгнула мимо отца и умчалась к себе в комнату.
Эбби взглянула на мужа глазами, полными слез. Она ожидала увидеть на лице Тома суровое, даже презрительное выражение, но слегка успокоилась, увидев во взгляде мужа сочувствие.
– Ты не должна была говорить ей, – сказал Том.
Эбби обхватила голову руками.
– Я не хотела, но она каким-то образом поняла, что наша ссора связана с супружеской изменой. Даже спросила у меня, не завел ли ты любовницу.
– Удивлен, что ты ей не соврала. Это был бы самый простой выход. – Вот теперь на лице Тома появилось презрительное выражение.
– Я не могла так поступить. Ведь это не ты совершил ошибку, поэтому было бы нечестно во всем обвинить тебя.
– Ах, так это была ошибка? Вот, оказывается, как просто можно объяснить супружескую измену.
– Я не это хотела сказать.
– Так, может быть, это была случайность? Ты случайно легла с ним в постель, случайно разделась. И не смей ничего отрицать. Я не просто помешал вам пообедать. Куда вы собирались поехать после обеда? В какой-нибудь отель, где можно ненадолго свить любовное гнездышко?
– Нет, я как раз собиралась сказать ему, что между нами все кончено, – возразила Эбби. – Это было всего один раз.
– Что ж, рад это слышать, – язвительным тоном заявил Том. – Ведь один раз не считается, да? Кто же будет следующим? Уже наметила?
– Том, прошу тебя, не говори так, – взмолилась Эбби. – Мы можем поговорить спокойно? Мы столько прожили вместе, давай не будем перечеркивать все хорошее…
– Слишком поздно, – оборвал жену Том. – Ты уже все перечеркнула. Я нахожусь в этом доме только из-за Джесс. И я не верю, что ты изменила мне всего один раз. Ты ведь знала его еще до того, как познакомилась со мной. Он ведь не просто так вернулся в твою жизнь, не так ли? Может, ему польстило, что ты стала телезвездой? Теперь понятно, почему ты так хотела купить этот дом. Он очень подходит для тебя и этого Джея.
– Нет, нет, – всхлипывая, возразила Эбби. – Все не так. Мы… ты и я… как-то отдалились друг от друга, и я не понимала почему…
– Теперь ты во всем обвиняешь меня? Оказывается, это я виноват. Господи, Эбби, как ты мне надоела со своими разговорами! – презрительно бросил Том.
– И что ты теперь будешь делать?
– Пока не знаю, но когда решу, я тебе сообщу. – С этими словами Том вышел из комнаты, а Эбби уронила голову на стол и разрыдалась.
Ворвавшись в свою спальню, Джесс с такой силой захлопнула дверь, что со шкафа упало одно из старых чучел животных. «Бедняжка Вуддли», – подумала Джесс, поднимая с пола потрепанное чучело тюленя и прижимая его к груди.
Но это не могло ее успокоить. И ничто не могло. Джесс знала, что ее родители не разговаривают, но не видела в этом ничего страшного, во всяком случае, это было хоть каким-то разнообразием на фоне постоянных взаимных упреков. Но она даже представить себе не могла, что все так серьезно. Ее мать совершила самый ужасный поступок. Как она могла переспать с другим мужчиной?! Матери не должны этого делать. Достаточно странным было уже думать о том, что родители занимаются любовью… а уж если мама занималась этим с кем-то другим, не с папой… это уж слишком… просто ужас. Люди разводятся, когда у них появляются романы на стороне. И что же теперь будет? Ссоры вроде бы должны прекратиться, потому что они уже не будут жить вместе, однако Джесс знала, что ссоры будут продолжаться. У многих ребят из школы родители развелись, но ссоры оставались частью жизни родителей. А дети пребывали между двух огней.
Робин, одноклассница Джесс, притворялась, что совершенно спокойно относится к разводу родителей, поскольку теперь получает подарков в два раза больше, но Джесс и Стеф знали, что это не так. Отец Робин никогда не приходил на школьные спектакли или спортивные матчи, потому что мать Робин не разрешала ему приближаться к дочери.
Джесс очень захотелось поговорить со Стеф. Никто не мог успокаивать так, как подруга. Мобильный телефон Стеф не отвечал. Джесс вспомнила, что сегодня суббота, так что подруга, наверное, еще нежится в постели.
Тогда Джесс включила проигрыватель. Она решила, что ни за что не будет думать о папе и маме, вот не будет – и все. Лучше она будет думать о Йене. Он был ее кумиром, и Джесс даже выбрала песню, которую считала их песней.
Конечно, Йен не знал о существовании такой песни. Но под эту музыку Джесс могла представлять себе, как они танцуют, Йен обнимает ее, ее щека покоится на его плече, и они двигаются очень медленно.
Джесс села на постель, подтянула колени к груди и отдалась во власть музыки. Она закрыла глаза и стала мечтать. Вот они с Йеном сидят рядышком в каком-то мягком кресле, и Йен целует ее. Детали были расплывчатыми, потому что Джесс просто не могла представить себе, что это такое, когда тебя целует человек, которого ты любишь. Ведь это же не то же самое, что поцелуй с Джимми Линчем. Как-то они со Стеф играли в теннис, у них улетел мячик, а Джимми поймал его и сказал, что вернет только за поцелуй. У Джимми плохо пахло изо рта, и Джесс тогда не поняла, что хорошего люди находят в поцелуях. Но с Йеном все будет по-другому. Он наверняка умеет целоваться так, что это доставит удовольствие.
А как ей вести себя при этом? Что, если она сделает что-то не так? Это будет ужасно. Йен может подумать, что она просто глупый ребенок. И потом, куда при этом девать руки? Джесс уже думала об этом вчера вечером, лежа в постели. Она представляла себе, что подушка – это Йен, и пыталась понять, как все это делается. Если он обнимет ее, то ей, наверное, тоже надо будет обнять его?
Песня закончилась, и Джесс поставила ее снова. Она закрыла глаза и решила забыть обо всем плохом. Если очень постараться, то можно даже представить себе, как перед поцелуем Йен говорит, что любит ее и не может без нее жить. И тогда ей будет не до мыслей о родителях и их разводе.
Пасхальные каникулы подходили к концу, и обитатели дома Бартонов не общались ни с кем из посторонних. Джесс большую часть времени проводила в своей спальне и усиленно занималась.
В памятке, копии которой учителя раздали всем ученикам, готовящимся к экзаменам, говорилось, что вставать надо рано, а в половине девятого уже приступать к повторению материала. Кроме перерыва на обед – а Джесс предпочитала есть в своей комнате – в памятке предлагалось ежедневно устраивать еще два перерыва по пятнадцать минут. И Джесс устраивала такие перерывы, когда точно знала, что в кухне никого нет, а значит, она спокойно сможет приготовить кофе и отнести к себе в комнату. Кофе, правда, в памятке пить не рекомендовалось, но Джесс считала, что человек не может работать восемь часов без кофе. Хотя Джесс и уделяла все время занятиям, иногда она все же не могла отвлечься от мысли, что в их доме все плохо.
Том вообще не давал себе ни минуты отдыха. Он буквально оккупировал столовую, разложил на столе планы нового школьного спортзала, подолгу беседовал по телефону с инженерами и архитекторами. Эбби, уединившись в своем кабинете, пыталась найти новые идеи для шоу «Наводим порядок». Иногда она задумывалась: действительно ли строительство нового школьного спортзала требует столько работы или же Том просто придумывает себе занятия, чтобы только не общаться с ней?
Ледяная атмосфера сохранилась в доме и после каникул. Джесс усердно занималась, а Том по вечерам поздно приходил домой.
Единственным исключением, когда все трое попытались изобразить нормальную семью, был обед в обществе Стива, Салли, Делии и сестры Стива, Эйми.
Приближался шестидесятилетний юбилей Делии, и, несмотря на протесты свекрови, Салли настояла на том, чтобы отметить этот день как следует.
– Нас будет всего человек двадцать, – сказал Стив, когда позвонил Эбби, чтобы передать приглашение. – Салли очень ждет вас всех троих. Отмечать будем в отеле «Данмор», потому что Салли и слышать не хочет о том, чтобы Делия возилась у плиты в свой день рождения.
«А сама Салли уже ничего не сможет приготовить», – с грустью подумала Эбби.
Несмотря на то что на юбилее вино лилось рекой и все гости были очень доброжелательны, определенное напряжение все же чувствовалось. Мужественная, улыбающаяся Салли притягивала взгляды всех присутствующих, словно магнит.
– Господи, помоги им, – в который уже раз прошептала старая подруга Делии, сидевшая за столом рядом с Эбби. Она так часто повторяла эту фразу, что у Эбби появилось желание попросить ее заткнуться.
– Никогда нельзя терять надежду, – сказал еще один старый приятель Делии, тоже сидевший поблизости.
А Эбби не знала, кто из них прав: женщина, взывающая к Богу, или мужчина, верящий в чудо. Но сама она больше не верила в чудеса.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лучшие подруги - Келли Кэти


Комментарии к роману "Лучшие подруги - Келли Кэти" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100