Читать онлайн Если женщина хочет..., автора - Келли Кэти, Раздел - 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Если женщина хочет... - Келли Кэти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Если женщина хочет... - Келли Кэти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Если женщина хочет... - Келли Кэти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Келли Кэти

Если женщина хочет...

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

9

Дариус терпеть не мог просматривать почту. В отделе артистов и репертуара он отвечал за поиск новых талантов и был вынужден каждую неделю прослушивать горы демонстрационных аудио­кассет и компакт-дисков амбициозных претендентов, каждый из которых был убежден, что его кассета возглавит «горячую десят­ку». Для претендента первый номер в чартах означал миллион­ный контракт, большие тиражи альбомов и синглов, не говоря уж о славе и распивании шампанского на задних сиденьях лимузи­нов. Для Дариуса первый номер означал хорошие премиальные, продвижение по службе и возможность получить помощника для предварительного отделения зерен от плевел.
Когда репортеры ведущих музыкальных журналов расспрашивали Дариуса о его работе в «Титус Рекорде», он редко упоминал о необходимости прослушивать сотни отвратительных записей. Дариус относился к своей работе скрупулезно и никогда не по­ступал так, как делали большинство его коллег, прослушивавших лишь одну-две первые песни. Нет, он старательно слушал всю кассету, даже если был занят по горло.
– Люди мечтают, – объяснял Дариус, когда его об этом спра­шивали. – Нельзя смотреть на эти мечты свысока и разрушать их.
Это говорилось не для красного словца: Дариус Гуд был совер­шенно серьезен. Он знал, как трудно стать звездой, поскольку когда-то сам был солистом университетской рок-группы «Мар-товские зайцы». Группа давно распалась, но Дариус никогда не забывал, чего им стоило послать демонстрационную кассету в звукозаписывающую компанию. Они ждали ответа два месяца, а когда получили решительный отказ, то впали в черную меланхо-лию. Конечно, играли они ужасно; теперь Дариус это понимал. И все же испытанная тогда боль запомнилась ему навсегда.
В последний четверг января он сел за письменный стол, муча­ясь похмельем после вчерашнего загула с «Денсити», и тяжело вздохнул. Сегодня он не мог иметь дело с чьими-то надеждами и мечтами. Он не хотел быть добрым и внимательным. Его подмывало отправить весь этот хлам в мусорное ведро, потому что шан­сов на то, что там есть хоть одна приличная песня, группа или солист, почти не было. Ему надоело иметь дело с людьми, которые мечтали стать звездами без всяких на то оснований.
И все-таки он обреченно вскрыл первый конверт, вынул отту­да мини-диск, включил проигрыватель и привычно положил но­ги на стол.
Еще одна эпигонша Уитни Хьюстон, чуть не застонал Дариус, с первого аккорда узнав «Силу любви». Но стоило зазвучать сло­вам, как произошло что-то странное. Волосы на голове Дариуса зашевелились. Голос певицы был самым глубоким и чувствен­ным из всех, которые ему доводилось слышать. Конечно, ника­кой школы там не было, но зато была магия. Верхние ноты были чистые, как уотерфордский хрусталь, а нижние напоминали бар­хат, из которого шьют облачение епископов.
Дариус был потрясен. Прослушав все четыре песни, он поста­вил их снова, причем так громко, что к нему прибежала Мона из отдела маркетинга, работавшая в соседнем кабинете. Она хотела попросить его убавить звук, но застыла в дверях, восхищенная не меньше самого Дариуса.
– Кто это? – прошептала она.
– Не знаю. Но голос невероятный, правда?
К сожалению, от звезды требовался не только голос. Дариус прочитал сопроводительное письмо от некоей Николь Тернер, но в нем не содержалось никакой дополнительной информации, кроме почтового адреса и номера мобильного телефона. Увы, этот хорошо поставленный хрипловатый голос мог принадлежать только женщине в годах. В бизнесе, который любит юные талан­ты, у Николь Тернер не было никаких шансов на успех, несмотря на чудесный голос. Конечно, нужно будет встретиться с ней, но главное – ничего не обещать заранее. Нельзя, чтобы встреча с парнем из звукозаписывающей компании внушила несбыточные надежды пятидесятилетней женщине с бархатным голосом. По­тому что контракт с ней подпишут едва ли.
Дариус заглянул в соседний кабинет.
– Мона, сделай мне одолжение. Не говори никому о диске, ладно? Не хочу, чтобы люди узнали об этом прежде времени. А вдруг она нам не подойдет?
Когда зазвонил мобильник, Николь сидела в буфете и уплета­ла чипсы. Она выудила аппаратик из сумки и с набитым ртом от­ветила:
– Аво…
– Э-э… алло, – сказал сбитый с толку Дариус.
– Я ем, – пробормотала Николь и проглотила чипсы. – Про­шу прощения.
– Николь Тернер? – спросил Дариус.
– Да, – небрежно ответила она, отправив в рот очередную порцию чипсов.
– Это Дариус Гуд из «Титус Рекорде». Николь уронила вилку.
– Уй!
Дариус, сидевший в кабинете, широко улыбнулся. Она моло­да, это ясно.
– Мне понравился ваш демонстрационный диск, и я бы хотел встретиться с вами. Это возможно?
– Когда и где? – лаконично спросила Николь.
– Выбирайте сами.
Николь так растерялась, что не смогла вспомнить ничего, кро­ме «Красного попугая».
– Отлично! – бодро воскликнул Дариус и записал адрес.– Сегодня в семь вечера. Подойдет?
– Да, конечно.
Николь нажала на кнопку «отбой» и застонала. Ну что за иди­отка? Во-первых, «Красный попугай» был настоящим притоном и никак не подходил для встречи с лощеным малым из звукоза­писывающей компании. Во-вторых, ей следовало притвориться спокойной и назначить свидание через несколько дней. Скоро только кошки родятся… Дура, набитая дура!
– Ник, что случилось? – встревоженно спросила Шарон. Николь закатила глаза к небу:
– Ты ни за что не догадаешься, с кем я встречаюсь сегодня ве­чером!
Несмотря на опасения Николь, ее предложение ничуть не сму­тило Дариуса: ему порой приходилось встречаться с перспектив­ными группами в самых жутких трущобах. Заняв столик в углу, он заказал кружку пива и стал ждать, жадно разглядывая каждого вошедшего. Как ни странно, Дариус был уверен, что сразу узнает Николь, – одному богу известно почему. Интуиция подсказыва­ла ему, что она особенная.
В десять минут восьмого Николь, все это время топтавшаяся у входа вместе с Шарон, вошла в бар и улыбнулась его владельцу, стоявшему за стойкой. Она не стала оглядываться по сторонам, боясь выдать волнение, а просто села за стойку, изо всех сил ста­раясь казаться беспечной.
Дариус наблюдал, как девушка в кожаных джинсах и такой же куртке шутит с барменом, покупает выпивку для себя и своей ко­ротенькой светловолосой подружки, а затем исподтишка обводит глазами зал. Он тут же понял, что это и есть Николь.
Она была красавицей. Без всяких скидок. Кожа цвета караме­ли, к которой так и тянет прикоснуться, высокие скулы Нефер­тити и сверкающие тигриные глаза. Сколько ей? Максимум двад­цать два… Пока Дариус собирался с духом, чтобы подойти к ней, девушка подошла к нему сама – высокая, стройная и абсолютно владеющая собой.
– Дариус?
Надеясь, что он не выглядит влюбленным теленком, Дариус встал, серьезно кивнул и пожал ей руку.
– Я Николь, а это Шарон.
– Садитесь, пожалуйста, – чопорно сказал Дариус и тут же выругал себя. Это не прием в саду, устроенный его матерью! – Выпьете что-нибудь?
– Мы уже выпили, – коротко ответила Николь. «Странно», – подумал Дариус. Командовать должен был он, а ей следовало нервничать, но тут все было наоборот. Пытаясь не смотреть в ее янтарные глаза, он уставился в свою полупустую кружку. Что с ним? Конечно, она была хороша собой, но он встре­чал женщин и красивее. И более знаменитых.
– Вы легко нашли это место? – спросила Шарон, пытаясь снять напряжение.
– Не слишком, – ответил Дариус.
Николь не отличалась терпением и решила, что двух минут светской беседы было достаточно. Она хотела знать, почему этот парень решил с ней встретиться. А он сидел и важно рассуждал о том, как трудно в наше время найти таксиста, который знает Лон­дон.
– О чем вы хотели со мной поговорить? – резко спросила она.
– Ну… мне понравился ваш диск, – сказал он, по-прежнему не глядя на Николь. – По-настоящему понравился. У вас фан­тастический голос…
Внезапно Дариус почувствовал, что теплая ладонь девушки легла на его руку. Он поднял глаза и увидел, что сдержанность Николь бесследно исчезла.
– Вам действительно нравится мой голос? – прошептала она таким тоном, словно только что выиграла в лотерею.
– Да, – подтвердил он, не сводя глаз с ее губ, которые так и хотелось поцеловать. – Иначе я не пришел бы. Когда я услышал его, у меня мурашки побежали по коже.
Николь бросила торжествующий взгляд на Шарон, но подруга во все глаза смотрела на Дариуса и не обратила на это внимания.
– И что теперь? Вы подпишете со мной контракт? Мне нужно будет прийти в студию и записать альбом? Что будет дальше?
– Э-э… ну, это не так быстро делается. Николь отдернула руку, словно ее ужалили.
– Что вы хотите этим сказать? – тревожно спросила она. – Ведь вам понравился мой голос…
– Да, – подтвердил Дариус. – Но я – мелкая сошка. Нам нужно будет заинтересовать как можно больше людей и опреде­лить, на что вы способны.
– Как это – «на что способна»? – подозрительно спросила Шарон.
– Я хотел сказать, что нужно выяснить, насколько серьезно вы относитесь к карьере в области музыки, – быстро объяснил Дариус. – Это не забава, а тяжелая работа. Точнее, очень тяжелая. Стать звездой за две недели невозможно. На запись альбома и подготовку рынка уходит около двух лет.
– Двух лет?! – с ужасом повторила Шарон.
Николь смотрела на него молча, и Дариус тоже не мог отвести от нее глаз. Эта девушка обладала всеми качествами звезды, но, кроме того, в ней было что-то еще. Впрочем, он и думать не смел о том, чтобы влюбиться в нее. «Она слишком молода для меня, – решил Дариус с высоты своих двадцати семи лет. – И очень уяз-вима, несмотря на внешнюю уверенность в себе. Впрочем, если она займется этим бизнесом, то вскоре станет толстокожей».
– Я очень верю в вас, Николь. Просто мне нужно убедить ру­ководство «Титуса», что вы того стоите. Я позвоню вам через пару дней, о'кей?
– О'кей, – делано улыбнулась Николь и дернула Шарон за рукав, подавая сигнал, что пора уходить.
– Счастливо, Дариус! – проворковала та, когда Николь пота­щила ее к дверям.
Пока они под проливным дождем бежали к остановке автобу­са, Шарон все никак не могла успокоиться.
– Потрясающий парень! – восторженно воскликнула она. – Лицо, фигура, волосы, светлые от природы… А какое у него про­изношение! Сразу видно, что окончил дорогую закрытую школу. И не какой-нибудь нахал – смотрел на тебя так, будто ты прин­цесса из сказки.
– Ну, конечно! – фыркнула Николь. – Когда имеешь дело с такими типами, нужно быть начеку. Может, этот малый спит с половиной знакомых певиц и ждет не дождется, когда затащит меня к себе в постель.
Шарон широко открыла глаза:
– Если ты услышишь, что он спит и с лучшими подругами своих певиц, замолвишь за меня словечко?
Николь улыбнулась:
– О'кей. Но придется подождать, пока он сведет меня со сво­им начальством. А потом, миледи, я передам ему ключ от вашего пояса целомудрия.
В «Титусе» существовала строгая субординация. Непосредст­венным начальником Дариуса был Зак, директор по артистам и репертуару. По крайней мере, теоретически. На самом деле Зак в пору увлечения наркотиками настолько отравил мозг, что не был способен управлять кем бы то ни было, и его спасала только дав­няя дружба со Стивом Пэррисом. Кроме того, Зак предпочитал тяжелый рок, от которого лопались барабанные перепонки. Не случайно он страдал прогрессирующим тиннитом – постоянным звоном в ушах от многолетней привычки к громкой музыке. Глу­бокий грудной голос Николь никак не мог прийтись ему по вкусу, он просто выбросил бы ее демонстрационный диск в мусорную корзину. Вот если бы диск Николь услышал кто-нибудь, обла­дающий властью, плюющий на Зака и осмеливающийся спорить с самим Стивом Пэррисом…
Сэм Смит! Новый директор-распорядитель «Эл-Джи-Би-Кей» обладала железной хваткой, но при этом Дариус считал, что она совсем не такая стерва, как о ней говорят. Он видел Сэм на кон­церте «Денсити», и она показалась ему довольно симпатичной. Хотя, конечно, не размазней: ходили слухи, что она не дает спус­ку самому Стиву. Именно с таким человеком он и должен был поговорить.
На следующий день после ленча Дариус стоял у дверей каби­нета Сэм и пытался придумать, как себя вести. Вариантов было два. Первый заключался в том, чтобы честно сказать Сэм: «Я бо­юсь, что если диск попадет к Заку, то наверняка окажется в му­сорном ведре». Согласно второму варианту, следовало заговорить о чем-то совсем другом, случайно упомянуть о найденной им но­вой певице и неохотно дать ей послушать демонстрационную за­пись. Это могло бы подстегнуть ее интерес. Да, наверно, так и нужно поступить.
Но он недооценил Сэм. Когда через минуту Дариус оказался сидящим напротив нового директора-распорядителя, то почув­ствовал себя неуютно. Взгляд у Сэм был ясным и честным, и Дариус понял, что лгать ей бессмысленно. Ее карие глаза были не только красивыми, но и проницательными. Впрочем, глупая жен­щина ни за что не стала бы руководителем звукозаписывающей компании.
– О чем вы хотели со мной поговорить? – любезно спросила Сэм.
– Ну… э-э… видите ли… – запинаясь, пробормотал Дариус и наконец, сделав глубокий вдох, выпалил: – Я нашел девушку с потрясающим голосом.
Вечером в пятницу Николь и Памми смотрели по телевизору «Строителя Боба». Вернее, телевизор смотрела Памми, одетая в ночную рубашку с изображением Барби, а Николь только хлопа­ла глазами, думая о «Титус Рекорде». И о Дариусе Гуде. Со време­ни их встречи прошло больше недели, а он так и не позвонил. Как в воду канул. Даже Шарон, умевшая сохранять присутствие духа в самых трудных ситуациях, начинала всерьез тревожиться, что музыкальная карьера Николь может не состояться.
«Строитель Боб» кончился, и Памми с надеждой посмотрела на старшую сестру. Ее большие голубые глаза умоляли: «Еще не­множко!»
– Никаких разговоров! – сказала Николь, взъерошив мягкие волосы Памми. – Завтра урок танцев, а если ты ляжешь поздно, го не успеешь отдохнуть. Уже половина восьмого.
Николь строго следила за режимом дня сестры даже перед двумя выходными. Когда они жили с бабушкой, та часто повто­ряла, что сон для детей – самое главное. Николь хныкала, что всем ее подругам позволяют ложиться поздно, но бабушка была неумолима.
– Маленьким девочкам нужно много спать, – говорила она, отправляя Николь наверх, когда молоко было выпито, а печенье съедено.
Когда у Сандры появился свой дом и они переехали, Николь позволяли ложиться спать в любое время – по части соблюдения правил Сандра была не сильна. Как ни странно, Николь тоскова­ла по тем вечерам, когда ее насильно отправляли в постель. Она тогда смотрела на уличные фонари, свет которых пробивался че­рез бледно-розовые шторы в цветочек, и сама рассказывала себе сказки, зная, что с бабушкой можно ничего не бояться.
Поэтому режим дня Памми соблюдался по рецепту бабушки: чашка горячего молока, печенье и сказка на ночь. Сегодня вече­ром Памми захотела послушать сказку про принцессу на гороши­не, и Николь неохотно открыла книжку. Она считала, что сказки о принцессах плохо влияют на маленьких девочек. «Вся эта чушь о принцах, приезжающих на белых конях, глупа и опасна, – сер­дито думала Николь. – Нет никаких принцев, а умная принцесса может выжить только одним способом – если пойдет работать и скажет принцу, куда он может засунуть свое предложение руки и сердца».
Но разве можно втолковать это пятилетней девочке, для кото­рой пределом мечтаний является кукла Барби в роскошном под­венечном платье и фате?
Когда Памми уснула, Николь сварила себе кофе, села у камина и начала щелкать пультом дистанционного управления. Все каза­лось ей скучным, пока на кабельном канале она не наткнулась на шоу, рассказывавшее о создании новой поп-группы.
Три юных девушки на экране фантастически пели, роскошно выглядели и могли бы танцевать в любой балетной труппе. Во время интервью все три говорили, что окончили театральное училище, что долго готовились к этому конкурсу и с детства меч­тали выступать в составе поп-группы. Николь чуть не затошнило. Как она могла надеяться сделать карьеру в музыкальной инду­стрии? Эти девушки были ослепительно красивы и невероятно талантливы. Тем более поразили ее слова одного из членов отбо­рочной комиссии, которых участницы конкурса, к счастью, не слышали: «Прически у них ужасные. Если бы у них были корот­кие светлые волосы, это было бы другое дело. Девушек с длинны­ми темными волосами у нас хоть пруд пруди».
Николь чувствовала себя самозванкой. Она сочинила несколь­ко песен и умела немного играть на акустической гитаре, но этим девушкам и в подметки не годилась. Вот почему Дариус из «Титу-са» так и не позвонил. Он сразу понял, что не стоит тратить на нее время. Она никогда не мечтала о карьере певицы и нисколько не походила на будущую поп-звезду.
Николь снова уныло посмотрела на свои черные как смоль во­лосы. Она хотела стать певицей. Ей-богу хотела! Может быть, не с самого детства, но теперь она стала взрослой и все поняла. Она любила петь больше всего на свете и сделала бы все, чтобы до­биться успеха на этом поприще. Может, начать брать уроки тан­цев, сменить прическу?.. Вот оно! Нужно сменить прическу – и тогда все поймут, что для нее это очень серьезно.
Николь поднялась на второй этаж, вошла в спальню матери и начала рыться в верхнем ящике комода. Старая губная помада, тампоны, смятые клочки бумаги, пустые флаконы из-под дезодо­ранта, вышедшие из моды сережки… Она задвинула ящик и от­крыла другой. Пинцеты, старый набор для эпиляции с помощью воска… Вот! Набор для осветления волос в домашних условиях.
Сандра Тернер была русой, пока в четырнадцать лет не открыла средство для обесцвечивания. Николь часто ломала себе голову, как матери хватило на это смелости. Бабушка считала, что окра­шивание волос – первый шаг на пути к вечному проклятию.
Теперь мать красила волосы в парикмахерской, но раньше, когда было туго с деньгами, она делала это сама. Николь изучила инструкцию, в которой говорилось, как сделать себя блондинкой нордического типа. Все выглядело довольно просто, но Николь и в голову не пришло, что осветлить ее роскошные черные волосы будет намного труднее, чем светло-русые волосы матери.
Через сорок пять минут Николь посмотрела в зеркало, висев­шее в ванной, гадая, хватит или нет. Она потерла одну прядь. Нет, до нордической блондинки ей было далеко. Правда, волосы приобрели красноватый оттенок. Ради надежности она решила оставить пену еще на десять минут.
Воображая себя экзотической амазонкой с темной кожей и яр­кими светлыми волосами, Николь не замечала бега времени. Когда она снова посмотрела на часы, выяснилось, что прошло не десять, а целых тридцать пять минут.
О черт! Она наклонилась над ванной и подставила голову под душ. Инструкция советовала вымыть волосы дважды, чтобы из­бавиться от остатков краски, поэтому Николь с закрытыми глаза­ми нашла шампунь, дважды намылила голову, а потом сполоснула ее. Странно, но ее волосы стали другими: более грубыми и каки­ми-то волокнистыми. Она схватила тюбик с дорогим кондицио­нером. Это должно было помочь. Но не помогло. Чем сильнее она терла, тем больше ее волосы напоминали старую паклю. На­конец Николь рискнула открыть глаза. То, что она увидела, за­ставило ее рухнуть на колени. Роскошные черные пряди превра­тились в лохмы цвета перезревших абрикосов.
Когда мать вернулась домой, мрачная Николь сидела в гости­ной со стаканом виски в руке. Лицо ее опухло от слез. Волосы, кото­рые она так и не смогла расчесать, напоминали стог сена оранже­вого цвета.
– Твои волосы! – ахнула Сандра. Странная прическа дочери заставила ее очнуться от своей обычной апатии.
Николь снова ударилась в слезы.
– Я знаю, это ужасно! – рыдала она. – Я взяла твою краску, а она не сработала. Наверно, я слишком долго ее держала.
В субботу вечером пришла подруга матери Чарлен с металли­ческим ящиком, в котором лежали тюбики с краской и ножницы. Слава богу, она не стала поджимать губы и качать головой, как сделала бабушка. Пока Рини что-то бормотала об опасности ок­раски волос, Чарлен осматривала голову Николь.
– В домашних условиях экспериментировать с краской, у ко­торой кончился срок хранения, категорически запрещено, – на­конец сказала она. – Такие волосы, как у тебя, осветлить очень трудно.
– Но мама всегда светлила волосы сама! – воскликнула Николь.
– Между твоими азиатскими волосами и волосами твоей ма­тери огромная разница. Ну что же, ничего не поделаешь, придет­ся их остричь. Потом я попробую что-нибудь сделать с их цветом. Знаешь, если бы такое сотворили в парикмахерской, ты получила бы компенсацию, которой хватило бы до конца жизни.
Николь жалобно заморгала. То, что она изуродовала себя соб­ственными руками, было еще обиднее.
– Стригите, – сквозь зубы сказала она. – В конце концов, куплю себе шляпу.
– Шляпа не поможет, – фыркнула Рини. – Тебе понадобится парик!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Если женщина хочет... - Келли Кэти

Разделы:
Пролог123456789101112131415161718192021222324252627282930313233

Ваши комментарии
к роману Если женщина хочет... - Келли Кэти


Комментарии к роману "Если женщина хочет... - Келли Кэти" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100