Читать онлайн Не учите меня жить!, автора - Кайз Мэриан, Раздел - 62 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Не учите меня жить! - Кайз Мэриан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.13 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Не учите меня жить! - Кайз Мэриан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Не учите меня жить! - Кайз Мэриан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кайз Мэриан

Не учите меня жить!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

62

Она решила уйти от отца.
Вот что она хотела мне сообщить (хотя, пожалуй, в данном случае слово «хотела» было бы преувеличением; точнее, ей пришлось сказать мне об этом).
От потрясения мне буквально стало дурно. Помню, меня еще удивило, что она дождалась, пока я закажу себе сандвич, и только потом выложила свою новость: она ведь терпеть не может, когда впустую переводят добро.
— Я тебе не верю, — прохрипела я, пристально глядя ей в лицо в надежде уловить хоть тень лжи, но увидела только, что она подвела глаза, причем криво и неумело.
— Прости, — приниженно пробормотала она.
Мой мир определенно разваливался на части, и от этого я совсем растерялась. До сего момента я считала себя независимой взрослой женщиной двадцати шести лет от роду, которая ушла из родительского дома и живет своей собственной жизнью, не испытывая ни малейшего интереса к сексуальным экспериментам родителей, но сейчас чувствовала себя испуганной и озлобленной, как брошенный четырехлетний ребенок.
— Но почему? — воскликнула я. — Почему ты от него уходишь? Как ты можешь?
— Потому, Люси, что уже много лет у нас не брак, а одно название. Ты ведь это знаешь, Люси? — с нажимом спросила она, глазами умоляя согласиться.
— Нет, не знаю, — отрезала я. — Для меня это новость.
— Люси, ты наверняка давно знаешь, — настаивала она.
Что-то она слишком часто обращалась ко мне по имени. И все пыталась просительно коснуться моей руки.
— Ничего я не знаю, — твердо повторила я. О чем бы ни шла речь, согласия от меня она не дождется.
А про себя в ужасе подумала: это что же творится: у других родители разводятся, но мои-то не могут разойтись, ведь они католики?
Нерушимость домашнего очага была единственной причиной, по которой я так долго мирилась с католическим вероисповеданием моих родителей и всей связанной с этим чепухой. Мы как будто заключили молчаливую сделку, обязывавшую меня, среди прочего, каждое воскресенье ходить к мессе, не надевать на свидания лаковые туфли и каждую весну сорок дней воздерживаться от сладостей. Взамен мои родители должны были жить вместе, даже если ненавидят друг друга лютой ненавистью.
— Бедная Люси, — вздохнула мама. — Ты никогда не умела переживать неприятности, так ведь? Вечно убегала или утыкалась носом в книжку, когда жизнь не радовала.
— Да пошла ты, — разозлилась я. — Прекрати меня пилить, из нас двоих здесь ты виноватая.
— Извини, — мягко сказала она. — Не стоило мне этого говорить.
Чем потрясла меня еще больше. Это было почище новости о том, что она уходит от папы. Она не только не заорала на меня за мою грубость — она сама извинилась!
Я смотрела на маму, и меня тошнило от страха. Как видно, дело было совсем плохо.
— Люси, — еще мягче продолжала она, — мы с твоим отцом не любим друг друга уже много лет. Прости, если для тебя это так неожиданно.
Я не могла говорить. На моих глазах рушился мой дом, и я вместе с ним. Мое самоощущение и без того непрочно; что, если я вообще растворюсь в воздухе, если исчезнет главная из моих определяющих черт?
— Но почему теперь? — спросила я после того, как мы провели пару минут в напряженном молчании. — Если вы давно друг друга не любите, во что я все равно не верю, почему тебе именно теперь приспичило уходить?
И вдруг до меня дошло, почему: прическа, макияж, новая одежда! Все ясно!
— О господи, — выдохнула я. — Поверить не могу: ты что, еще кого-то встретила? Ты завела… приятеля?
Она не смотрела мне в глаза, дрянь такая, и я поняла, что угадала.
— Люси, — взмолилась она, — я была так одинока!
— Одинока? — возмутилась я. — Как ты могла быть одинока, если у тебя есть папа?
— Люси, пойми, пожалуйста, — вздохнула мама, — жить с твоим отцом все равно что жить с малым ребенком.
— Не надо! — вскипела я. — Не пытайся убедить меня, что он сам во всем виноват. Ты это сделала, и виновата ты одна.
Мама с несчастным видом уставилась на свои руки и не сказала ни слова себе в оправдание.
— Так кто же он? — процедила я, морщась от привкуса желчи во рту. — Этот твой дружок?
— Люси, прошу тебя, — пробормотала она. Ее мягкость сбивала меня с толку, мне было намного спокойнее, когда она язвила и издевалась.
— Говори, — потребовала я.
Она по-прежнему молча смотрела на меня полными слез глазами. Почему не хочет говорить?
— Я его знаю, да? — встревожилась я.
— Да, Люси. Прости меня, Люси, я вовсе не хотела, чтобы так вышло…
— Скажи только, кто он, — приказала я, чувствуя, как трудно становится дышать.
— Это… Он…
— Да говори же! — закричала я.
— Кен Кирнс, — скороговоркой выпалила она.
— Кто? — не сразу поняла я. — Какой такой Кен Кирнс?
— Ну как же, ты ведь знаешь. Мистер Кирнс из химчистки.
— Ах, мистер Кирнс, — протянула я, смутно припоминая лысого старикашку в коричневой кофте, ботинках из кожзаменителя и с вставной челюстью, которая, казалось, жила своей собственной, отдельной от его беззубого рта жизнью.
О, облегчение! Как это ни нелепо, я была парализована страхом, что ее приятелем окажется Дэниэл. Он ведь все темнил насчет своей загадочной новой пассии, и мама так откровенно кокетничала с ним в тот раз, когда мы вместе были у нее, и потом Дэниэл говорил, что моя мама симпатичная…
Ладно, я очень рада, что это не Дэниэл, но мистер Кирнс из химчистки?! Неужели она не могла подцепить кого-нибудь получше? Второго такого урода днем с огнем не сыщешь!
— Поправь меня, если я ошибаюсь, — заплетающимся языком сказала я. — Мистер Кирнс с вставными зубами, которые ему велики, — твой новый хахаль?
— Он уже заказал себе другие, — жалобно возразила она.
— Ты отвратительна, — тряхнула я головой. — Ты совершенно отвратительна.
Она не заорала на меня, не заругалась, как поступала обычно, если я высказывалась без должного к ней уважения, но продолжала сидеть с прибитым, смиренным видом.
— Люси, посмотри на меня, пожалуйста, — попросила она, и в уголках глаз у нее блеснули слезы. — С Кеном я чувствую себя как молодая, разве ты не понимаешь — я тоже женщина, и у меня есть потребности…
— Слышать не хочу о твоих гнусных потребностях, — перебила ее я, гоня от себя чудовищную картину страстного слияния мамы с мистером Кирнсом среди вешалок и ворохов чужой одежды.
И опять она даже не попыталась оправдаться, но я-то знала, с кем имею дело. Рано или поздно все это напускное смирение с нее слетит.
— Люси, мне пятьдесят три года, и это, возможно, моя последняя надежда на счастье. Ты ведь поймешь меня?
— Ты и твое счастье! А как же папа? Как насчет его счастья?
— Я старалась сделать его счастливым, — с грустью сказала она. — Но ничего не выходит.
— Чушь! — вознегодовала я. — Ты старалась только превратить его жизнь в ад! Почему ты, черт возьми, не ушла от него уже давно?
— Но… — робко пискнула она.
— И где ты намерена жить? — перебила я. Меня по-прежнему мутило.
— С Кеном, — шепнула она.
— Это где?
— Красный домик напротив школы, — с плохо скрываемой гордостью ответила мама. Король химчистки Кен Кирнс явно успел скопить на безбедную старость.
— А как же твой священный долг? — спросила я, зная, что бью ниже пояса. — Как быть с клятвами, что ты давала в церкви, у алтаря, — быть с мужем в горе и в радости?
— Люси, прошу тебя, — еле слышно произнесла она. — Уж как я боролась со своей совестью, сколько молилась, чтобы господь меня направил…
— Какая же ты лицемерка! — воскликнула я. Не то чтобы с точки зрения морали это для меня хоть сколько-нибудь значило, гораздо важнее было побольнее уязвить ее. — Всю мою жизнь ты пичкала меня учением католической церкви, осуждала незамужних матерей и тех, кто делает аборты, а теперь, оказывается, сама ничуть не лучше их! Ты прелюбодейка, ты нарушила свою драгоценную седьмую заповедь!
— Шестую, — возразила она, став на секунду прежней, энергичной и строгой.
Ха! Я знала, что все равно возьму верх.
— Что? — брезгливо поморщилась я.
— Я нарушила шестую заповедь, седьмая — «не укради», тебя что, на уроках Священного писания ничему не научили?
— Вот видишь, вот видишь! — злобно обрадовалась я. — Опять ты за свое, опять осуждаешь, следишь за другими, как цепная собака. Пусть тот, кто без греха, сам уберет бревно из своего глаза!
Она повесила голову, заломила руки. Мученица, да и только.
— А что думает обо всем этом отец Кольм? — не унималась я. — Наверно, теперь он уже не так дружит с тобой, ты ведь… разрушила домашний очаг.
Мама не отвечала.
— Ну? — снова спросила я.
— Они сказали, чтобы я больше не убирала цветами алтарь, — наконец призналась она. Одинокая слеза поползла по ее щеке, смывая неумело наложенный тональный крем и оставляя тонкую дорожку.
— И поделом, — фыркнула я.
— И церковный комитет не принял яблочный торт, что я испекла для благотворительной распродажи, — продолжала она. Слезы уже текли по ее лицу ручьями, и полосок становилось все больше.
— И это верно, — с жаром согласилась я.
— Наверно, думают, что это заразно, — с жалкой улыбочкой сказала она. Я холодно посмотрела на нее, и через пару секунд улыбки как не бывало.
— И мне ты тоже нашла время рассказывать. Как, по-твоему, после таких новостей я смогуработать до вечера?
Согласна, это было уже нечестно, потому что Айвора на месте не было, и я все равно ничего делать не стала бы, но дело не в том.
— Люси, мне очень жаль, — спокойно возразила мама, — но я хотела все рассказать тебе как можно скорей, чтобы не получилось так, что ты узнаешь об этом от кого-нибудь еще.
— Ну ладно, — отрезала я, вставая из-за стола. — Ты мне все рассказала. Спасибо и до свидания.
Денег я ей не оставила. Может заплатить за мой сандвич и сама: это из-за нее я так его и не съела.
— Подожди, пожалуйста, — взмолилась она. — Люси, не уходи. Прошу тебя, дай мне возможность сказать еще два слова. Больше мне ничего не надо.
— Давай, говори, — разрешила я. — Хоть посмеюсь.
Мама набрала полную грудь воздуха и начала:
— Люси, я знаю, что ты всегда любила папу больше, чем меня…
Она остановилась, готовая выслушать мои возражения, но я молчала.
— …и мне это было очень тяжко, — продолжала она. — Мне одной приходилось быть сильной, строгой, воспитывать вас, потому что он этого не делал. А ты, я знаю, думала, что он замечательный, а я вредная и злая, но ведь хотя бы один из нас должен был быть родителем.
— Да как ты смеешь, — процедила я. — Папа был мне вдвое, нет, вдесятеро больше родителем, чем ты!
— Но он такой безответственный, — заикнулась она.
— Вот только о безответственности не надо, — перебила я. — Как насчет твоего чувства ответственности? Кто теперь позаботится о папе?
Хотя ответ на этот вопрос я уже знала.
— А почему о папе кто-то должен заботиться? — спросила мама. — Ему всего пятьдесят четыре, и у него все в порядке.
— Ты же знаешь, заботиться о нем надо, — сказала я. — Знаешь, что сам он о себе позаботиться не может.
— А почему, Люси? Многие живут одни, даже люди много старше твоего папы, и прекрасно со всем управляются.
— Но папа не такой, как другие, и это ты тоже знаешь, — возразила я. — Не думай, что тебе удастся выкрутиться!
— А почему твой папа не такой, как другие? — спросила она.
— Ты знаешь почему, — рассердилась я.
— Нет, не знаю. Может, ты мне объяснишь?
— Я не намерена дискутировать с тобой на эту тему, — вскипела я. — Ты знаешь, что за папой надо следить, и все тут.
— Опять не можешь взглянуть правде в глаза, Люси? — сказала мама, глядя на меня с омерзительной, ханжеской кротостью, фальшивым состраданием и показной заботой.
— Какой еще правде? — не поняла я. — Нет тут никакой правды, а ты болтаешь еще больше глупостей, чем обычно.
— Он алкоголик, — мягко ответила она. — Вот этого-то ты и не можешь принять.
— Кто алкоголик? — возмутилась я. — Папа не алкоголик. Я вижу, к чему ты клонишь, думаешь, можно обзывать папу как угодно, говорить о нем всякие гадости, чтобы люди тебя пожалели и сказали, что ты правильно его бросила. Нет уж, меня не одурачишь.
— Люси, он был алкоголиком много лет, быть может, задолго до того, как мы поженились, но тогда я не знала, что это такое, — вздохнула она.
— Чепуха, — фыркнула я. — Он не алкоголик. Ты что — за дурочку меня считаешь? Алкоголики — это такие типы в грязной одежде, небритые, которые спят на улицах и сами с собой разговаривают.
— Люси, алкоголики бывают разные, и те люди на улицах — такие же, как твой папа, просто в жизни им меньше повезло.
— Самое большое в жизни невезение — жить с тобой под одной крышей, — отбрила ее я.
— Люси, ты будешь отрицать, что твой отец много пьет?
— Иногда выпивает, — согласилась я. — А почему бы ему не пить? Все эти годы ты превращала его жизнь в кошмар. Мое самое раннее воспоминание — как ты на него кричала.
— Прости меня, Люси, — заливаясь слезами, всхлипнула она. — Но мне было так тяжело, у нас никогда не было ни гроша, а он не устраивался на работу, но деньги, что я откладывала на еду для тебя и твоих братьев, забирал и пропивал. Приходилось идти в ближний магазинчик и плести что-нибудь о том, как я не успела зайти в банк и не поверят ли они мне в долг. Они доподлинно знали, в чем дело, а у меня ведь тоже гордость есть, понимаешь? Мне было нелегко так поступать, в детстве меня учили ждать от жизни большего, чем я получила с твоим папой.
Она уже плакала в три ручья, но для меня это ничего не значило.
— А я ведь любила его, да, любила, — всхлипывала она. — Мне было двадцать два года, и для меня он был лучше всех. Он все обещал бросить пить, а я все надеялась, что он исправится, каждый раз верила ему, и каждый раз он меня обманывал.
Она говорила и говорила, и обвинениям не было конца. Как он напился в день свадьбы, как, когда она носила Криса и начались схватки, ей пришлось одной добираться до больницы, потому что он где-то пропадал, видимо, пьянствовал; как, стоя в церкви на конфирмации Питера, громко запел «Люди за проволокой»…
Я уже не слушала, решив, что мне пора обратно на работу.
Перед тем как уйти, я сказала:
— Тебе, конечно, наплевать, но знай: я позабочусь о нем сама и сделаю это намного лучше, чем делала ты.
— Ты серьезно, Люси? — совершенно спокойно спросила мама.
— Да.
— Тогда желаю удачи. Она тебе пригодится.
— Что ты имеешь в виду?
— А ты умеешь застирывать простыни? — похоронным голосом спросила она.
— Да о чем ты?
— Увидишь, — устало проронила мама. — Увидишь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Не учите меня жить! - Кайз Мэриан

Разделы:
12345678910111213141516171819202122232425262728293031323334353637383940414243444546474849505152535455565758596061626364656667686970717273747576777879808182838485Эпилог

Ваши комментарии
к роману Не учите меня жить! - Кайз Мэриан



Затянуто, но в целом неплохо, есть и юмор и любовь, и самое главное показано развитие человеческой души.
Не учите меня жить! - Кайз МэрианСолнышко
26.03.2012, 21.02





Да немного затянуто. Но это не просто обычный роман, где все красивые, богатые и с хорошими фигурами. Интересно читать о вполне жизненных ситуациях. Впечатлило.
Не учите меня жить! - Кайз МэрианКристина
7.07.2014, 21.09





Только закончила читать. Автор пишет оч. хорошо. Ее роман Суши для начинающих пошёл очень хорошо. Но про этот не могу сказать такого. Все впечатлениеи испортила ГГня с непонятно откуда взявшейся депресие ,вечными комплексами и т. д. В какой то главе она сама называет себя щедрой и доброй ,но нигде этоне видно. Ни к кому у нее нет ни каких-либо чувств, предыдущего бойфренда она оттолкнула ,видите ли любил ее слишком ,к матери которая выростила практически без помощи мужа алкоголикв у нее нет ни понимания ни сочувствия ,и так до конца и не появиться ,хотя она на на своей шкуре испытает ,какого это жить с таким человеком, и Дэниэла она будет терзать до последнего, даже когда они сьанут парой ,она только позволяет себя любить.
Не учите меня жить! - Кайз МэрианПрвет
24.10.2015, 17.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100