Читать онлайн Ты в моей власти, автора - Кауи Вера, Раздел - ГЛАВА 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ты в моей власти - Кауи Вера бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.44 (Голосов: 105)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ты в моей власти - Кауи Вера - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ты в моей власти - Кауи Вера - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кауи Вера

Ты в моей власти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 6

— Как ты думаешь? — спросила Молли. — Может, нам послать его подальше, пусть сам справляется?
Клэр нахмурилась:
— Он платит жалованье во много раз большее, чем причитается агенту, и мы имеем с этого неплохие комиссионные.
— Так ведь трое уже! Послушай, Клэр, этот человек прямо какой-то Джек Потрошитель!
— Примерно так его и величают в Сити!
Молли бросила сердитый взгляд на раскрытую перед ней папку с бумагами.
— Наверно, его миллионы ему в башку ударили! С этими мультимиллионерами вечно так! Думают, что за свои деньги могут купить все.
— Он покупает только самое лучшее.
— Так мы ему такое и поставляем! Буквально сливки снимаем! Чего ему еще надо?
— Может, меня? — сказала Клэр.
Молли насупила брови:
— Очень смешно!.. Нет, правда, Клэр, у нас просто-таки никого не осталось!
— А я говорю, осталось! — спокойно сказала Клэр. — Я, например.
Молли бросила на нее косой взгляд, внезапно в ее глазах появилась тревога:
— Ты шутишь!
— Нисколько.
— Он сожрет тебя на завтрак!
— Получит несварение. Вот что, Молли, пора мне возвращаться к активной жизни. Я уже слишком долго прозябаю в тени.
— Ведь врач же сказал — понадобится целый год…
— Так этот год уже кончается… все, Молли, я готова. Оправилась и готова!
— Это ты так думаешь!
— Не только думаю, я уверена! — мягко сказала Клэр. Молли нервно поежилась:
— Послушай, ты побывала на дне пропасти, и я, как никто, счастлива, что ты сумела благополучно оттуда выкарабкаться. Но одно дело самой стоять на ногах. И совершенно другое — гнуть спину на какого-то деспота-американца, требующего от тебя того, что ты, честно тебе говорю, пока еще дать ему не способна! Эта работа чрезвычайно хлопотная. Ему надо, чтобы ты полностью подчинила себя ему и его интересам! — Пауза. — Я-то думала, ты уже вдоволь нахлебалась такого рабства.
— Все так. Но это рабство не затронет меня глубоко.
— Да уж, это будет зависимость каторжника. Я за то, чтобы предложить ему обратиться в другое агентство.
— Я против, — произнесла Клэр спокойно и ровно, но так, что было ясно: она будет стоять на своем, как скала.
— Погоди, он забраковал трех наших лучших девушек! Ладно, пусть Дженнифер Карберри и Дайана Форбс еще слишком молоды; а Шуна Мередит? Она управляется с самыми капризными из нынешних нуворишей и умеет ставить их на место, но даже и она споткнулась об этого Джейка Бернса. Помнишь, что она о нем сказала? Типичный эксплуататор! Ему понадобился дом — Шуна предлагает ему дюжину самых что ни на есть роскошных, разумеется, с полным набором услуг, и что же? «Не вполне то, что нужно!» Дает ей список тех, с кем хочет назначить встречу, в том числе и тех, к кому без специального подхода не подъедешь, и изумляется — нет, что я, буквально разъяряется, — когда Шуна говорит, что у нее возникли трудности. Этот тип считает себя настолько важной персоной, что его просто обязаны допустить на Даунинг-стрит, 10 и в Букингемский дворец! Да кто он такой, в самом деле? — Очень и очень богатый американский предприниматель! «Форбс» занес его в первую сотню богачей.
— У меня для него свой список! — мрачно парировала Молли. — Нет, ты совсем рехнулась, неужели ты думаешь, я пущу тебя в логово этого хищника?
— Ты за меня не бойся! Все прошло, я готова начать с чистого листа.
— Ага, и на самом высшем витке! Не с этого тебе надо начинать.
— Почему бы нет? По всем данным я подхожу. Вот послушай…
— Я наизусть знаю, что ты мне скажешь!
Но Клэр невозмутимо принялась зачитывать:
— «Необходимо: безупречное умение вести беседу плюс соответствующее образование, чтобы суметь должным образом проявлять находчивость в ситуациях, требующих более высоких полномочий. Знание языков, в особенности французского. Надлежащее общее воспитание. Никаких связывающих обязательств на стороне. Возможность и желание ездить в командировки, часто спонтанные. Умение принимать гостей и держаться с достоинством в любом обществе. Начитанность, эрудиция, хорошие связи. Предельный возраст — 35 лет»… Значит, у меня в запасе еще десять. «Осведомленность в хорошей кухне, винах, ресторанах»… уж в этом я просто дока! «Внешность в высшей степени респектабельная»… На мой взгляд, я отвечаю этому требованию! — «…при этом способность обходиться минимумом дорожного багажа»… тут пока загвоздка: «Предоставляются средства на туалеты. Часы работы не нормированы».
— Вот-вот! — подхватила Молли. — Надо вкалывать, если потребуется, и по двадцать четыре часа в сутки! Ты сама знаешь, что пока к этому не готова. Пока не готова. Ведь прошло всего-навсего семь месяцев!
— Это с тех пор, как я работаю у тебя! До этого три месяца я просто торчала дома и била баклуши…
— А перед тем в течение полугода тебя изводил твой муж и довел до нервного истощения! Что говорить, ты выкарабкалась и теперь уже не такой скелет, каким была, только пока тебе с Джейком Бернсом не по пути! Может быть, через полгодика…
«У Клэр сильный характер, — думала Молли, — и она действительно умеет держать себя в руках, только боль еще засела у нее внутри! Достаточно один раз схлестнуться с Джейком Бернсом, и снова она окажется вся в кусках!»
— Как можно, не попытавшись, сказать, сумею я с ним сработаться или нет! — говорила Клэр. — Это же деловые отношения, Молли! Ему всего-навсего нужен секретарь по связям!
— С внешностью Катрин Денев и с пробивной силой принцессы Уэльской!
— Он готов платить приличные деньги той, которая свяжет его с нужными людьми.
— Тебе потребуется развлекать гостей, выступать в роли хозяйки на его приемах! Следовательно, придется поздно ложиться. Ты же видела список мест, куда он собирается быть вхож. При таком графике придется каждый вечер загружаться часов на восемь, а по уик-эндам и на все десять! — Молли подалась вперед: — Послушай, уж если ты так ищешь себе место, воспользуйся предложением сэра Джорджа Бенэма. Три дня в неделю, и никаких особых обязательств, ему требуется кто-то в помощь всего на три дня, которые он проводит как почетный консультант в своем торговом банке.
— Это мне как раз и не подходит. В такой работе нет ни малейшего стимула! Так и буду менять одно тепленькое местечко на другое. Я должна доказать себе, что не опущу руки, столкнувшись с первой же трудностью, и единственное, как я смогу это проверить, — это взяться за такую работу. Не могу же я всю жизнь прожить при матери и при тебе, чтобы вы неотступно сторожили меня, как верные стражи!
— Ты матери сказала?
— В общем, да.
Марго Драммонд упомянула об этом в разговоре с Молли, когда они вместе с Клайвом навещали замок Драммонд в конце прошлой недели.
— Клэр начинает проявлять нетерпение. Но я считаю это хорошим признаком. Она нарастила мышцы, теперь надо бы испытать их в деле.
— Вам не кажется, что рановато?
— Давайте предоставим Клэр самой решать, готова она или нет к активной жизни, — улыбнулась Марго Драммонд. — Я всегда говорю: самое трудное — это уловить момент, когда детей пора выпустить из-под опеки.
Молли усмехнулась:
— Считаете, что я слишком с ней нянчусь?
— Если бы вы не окружили Клэр своей заботой, я бы ни за что не отпустила ее с вами в Лондон. Тогда вы были ей нужны, и вы были рядом. — И Марго добавила задумчиво: — И только она знает, что ей нужно, чтобы вновь стать прежней Клэр Драммонд. А ведь она уже многого на этом пути достигла, верно? — гордо улыбаясь, добавила Марго.
«Да, это так!» — думала Молли, глядя теперь на полную решимости Клэр.
После того как они забрали ее у Рори, потребовались месяцы терпеливого лечения и постоянной поддержки со стороны семьи и друзей. Молли старалась как можно чаше наведываться в Шотландию и постепенно, с течением времени, стала замечать, как проступают в облике больной знакомые черты Клэр Драммонд, по мере того как оттаивала ледяная короста, в которую она себя заточила. Замкнутая отрешенность мало-помалу уступала место жизни, от которой Клэр некогда отторглась, снедаемая страхом и ненавистью; она стала читать книги и журналы, которые приносили ей, снова играть в скраббл, смотреть телевизор. Есть. Уже не осталось и следа от молчаливой тени, уставившейся в окошко, не видя ничего, кроме собственного краха. Клэр начала набирать вес, ее истощенная фигурка стала постепенно округляться. Но все еще оставались впадины под глазами, все еще проглядывала в глазах тоска. Они больше не смеялись, не вспыхивали теплотой или счастьем. Даже когда доктора объявили Клэр уже достаточно здоровой, сказав, что можно забирать ее домой, Молли понимала, что эта женщина, пережившая катастрофу брака, уже не то юное создание, каким была в момент их первой встречи. Клэр стала старше, мудрей и, что огорчительней всего, гораздо печальней, чем прежде. После лечебницы Клэр еще три месяца приходила в себя в замке Драммонд, хотя сперва не слишком хотела туда ехать. Мать, поняв, что причина этого нежелания в непосредственной близости от их дома Баллетер-хаус, заверила дочь, что Рори не показывал сюда носа с тех пор, как они забрали у него Клэр. В суд были направлены бумаги о разводе на основании возмутительного поведения ответчика. И тут Рори угодил еще в одну яму, которую сам себе выкопал. Фергус отправился с приятелями на очередной уик-энд на Ривьеру, поскольку его судно задерживалось в Гибралтаре дольше, чем предполагалось. Объехав злачные места, они оказались в Каннах, где в это время шумел кинофестиваль, и там, беря ключ от номера у портье в отеле «Карлтон», Фергус увидел Рори, проходившего в лифт. Фергус полюбопытствовал у портье, проживает ли в этом отеле лорд Баллетер. И услышал в ответ, что лорд и леди Баллетер занимают номера люкс на все время кинофестиваля. «Черт побери! — думал Фергус, поспешивший к телефону, чтобы сообщить об этом матери. — Этот тип, должно быть, совсем спятил. Как можно быть таким идиотом!» Адвокаты Драммондов немедленно занялись расследованием, и мотив развода был видоизменен и выглядел теперь как «нарушение супружеской верности». И все были изумлены, когда Рори, первоначально выступив против обвинения «в возмутительном поведении», против обвинения в «нарушении супружеской верности» не возразил ни слова.
— А как вы думали? — воскликнула прозорливая леди Марго. — «Возмутительное поведение» — это черное пятно на репутации, в то время как «нарушение супружеской верности» вполне в духе Рори. Клэр станет свободной гораздо быстрее, чем мы предполагали, и раз Рори не выразил протеста, то в соответствии с новым законом о разводе нет необходимости передавать дело в суд. Все можно уладить с помощью заявлений, сделанных под присягой. Так и вышло. Дело было решено в пользу Клэр и в кратчайший срок.
— Поздравляю! — говорила леди Драммонд в тот вечер за семейным ужином по этому случаю. — Никакого грязного белья на всеобщее обозрение! Рори этого терпеть не может!
Отец Клэр спокойно отнесся к новости о разводе. Просто похлопал по руке и сказал:
— Я очень рад, что ты снова дома, доченька!
Теперь это был тяжелобольной старик, не покидавший постели, не обходившийся без кислорода. Он скончался через полтора месяца после того, как Клэр вернулась домой, и, верный себе, оставил все дела, связанные с имением, в образцовом порядке. Замок Драммонд был завещан им своей жене до самой ее смерти вместе со значительной частью имущества; после все это должно было перейти к старшему сыну Йену. Хэмиш, прилетевший с женой из Вашингтона, получил в наследство крупную сумму, а также различные личные памятные вещи. То же досталось и Фергусу. Клэр была завещана сумма в сто тысяч фунтов «для гарантии ее независимости». На похоронах присутствовали все жители Долины, поскольку сэра Джона в округе весьма уважали. После похорон Молли пригласила Клэр к своему отцу, в огромный дом на окраине Морпета. Находящийся теперь в добром здравии, Джордж Армстронг с радостью принял подругу своей дочери. Через некоторое время у Молли появилась идея, которую она и преподнесла Клэр однажды утром за яичницей с беконом.
— Сейчас, когда мы обосновались в Лондоне, я хочу открыть элитарное агентство по трудоустройству. Клайв постоянно твердит о том, как трудно отыскать высококлассного секретаря. Я не имею в виду средних машинисток-стенографисток, а хорошо образованных девушек из почтенных семейств, которым известны такие ходы и выходы, о каких простенькие девочки и понятия не имеют. Хочу назвать это агентство «Creme de la Creme ».
type="note" l:href="#FbAutId_6">[6]
Ну как, не хочешь мне помочь организовать это дело?
— Я понятия не имею, как создавать агентство! — с недоумением отозвалась Клэр.
— Пусть так, но ты знаешь, откуда приглашать девушек! То есть, я хочу сказать, тебе известны необходимые «ходы»; ты вхожа в клубы «Дебретт» и «Мелкопоместное дворянство Бэрка». У Клайва постоянные связи с финансовыми воротилами из Америки, и они постоянно интересуются, где бы найти стоящую английскую девушку, которая смогла бы ввести их в высшее английское общество. Сдается мне, что именно мы смогли бы таких поставлять!
— Так ведь надо иметь помещение, оборудование, необходима реклама…
— Это я беру на себя. Я знаю, как запустить бизнес; многие годы вела делопроизводство у отца. Но твоих связей у меня нет.
— Это все не бесплатно…
— Деньги меня волнуют меньше всего. Папа прекрасно обеспечил меня средствами, и на долгие годы. Мне необходима твоя информация, где именно найти эти вкусные взбитые сливки. Клэр рассмеялась, однако Молли поймала блеснувший в ее глазах интерес.
— Пойду, только на партнерских условиях. Вкладываем обе фифти-фифти!
— Идет! — радостно согласилась Молли.
— Отлично! Когда начнем?
— Обратимся в твое агентство по недвижимости, чтобы подыскать приличное помещение. Принципиально важно, где разместиться.
— Я беру это на себя, — сказала Клэр.
И она подыскала офис на Нью-Бонд-стрит, неподалеку от магазина подарков «Эсприз». Приемная для секретаря-телефонистки с мягкими диванами, столиком для кофе; просторная комната, где можно разместить два письменных стола, картотеку; третья, маленькая задняя комнатка, для одного из двоих секретарей. Клэр занималась обстановкой. Получилось некоторое сочетание техностиля восьмидесятых с уютом английского загородного дома.
— Надо, чтобы по обстановке было видно, какого уровня услуги мы предлагаем. Клайв нашел новому агентству двух первых клиентов, американцев. Вслед за ними была найдена приличная клиентура, включавшая немцев, итальянцев и прочих представителей европейских стран. Отобранные агентством девушки оформлялись только на определенный срок, однако работодатели неизменно просили переоформления секретарш на постоянную работу.
— Мы теряем наших девушек с бешеной скоростью! — ворчала Молли, когда их очередная сотрудница известила, что отправляется сопровождать мистера Ли Ченя в Гонконг в качестве секретаря по связям.
— Не страдай! Там, откуда я их беру, еще много таких! — улыбаясь, сказала Клэр.
И вот однажды к ним обратился некто Джейк Бернс, находившийся в Европе примерно полгода, которому требовался секретарь по связям, чтобы помочь ориентироваться в неизвестной ему стихии английского высшего общества. С этой просьбой в агентство явилась его коммерческий секретарь. Звали ее Кора-Сью Менненгер, и она с явным неодобрением отнеслась к полученному ею необычному заданию. Она была маленькая, толстая и не скрывала своей неприязни ко всему неамериканскому. Одним лишь фырканьем Кора-Сью намного красноречивей, чем это делает вебстеровский словарь, выражала свое недовольство, у нее вызывала неприятие сама идея: то, что «мистеру Бернсу» нужна какая-то «английская соплячка», чтобы ходить с ним за ручку, когда тот вращается среди баронов и графов. Излагая Молли и Клэр, что требуется, коммерческий секретарь с кислой миной добавила:
— Не быть мне Корой-Сью Менненгер, если вы сумеете отыскать подобный идеал со всеми перечисленными достоинствами!
— Вообще-то мы предпочитаем общаться с клиентом лично! — заметила Молли.
— Мистер Бернс весьма занятой человек. У него нет возможности тратить время на подыскивание помощников. Этим занимаюсь я.
— И все же мы полагаем, мистер Бернс захочет сам взглянуть на наших претенденток!
— После меня. Он поручил мне это задание. Его вкусы мне хорошо известны. Я хорошо изучила их за двенадцать лет совместной работы. А самого его я знаю и того дольше. Мы с ним оба из одного городка.
— Да что вы, из какого же? — любезно поинтересовалась Молли.
— Симаррон, штат Оклахома.
— Это ведь, кажется, на Западе? — продолжала Молли. — Там индейцы живут, да?
— Да, индейцев там предостаточно! — И Кора-Сью добавила с гордостью: — Во мне есть частица индейской крови. Как и у многих жителей Оклахомы.
— И у мистера Бернса тоже?
— У него нет. По отцовской линии он англичанин, по материнской швед. Но у нас в Оклахоме Бернсы живут уже больше сотни лет.
— Ну надо же! — всплеснула руками Молли, насмешливо взглянув на Кору-Сью.
— И все-таки, что же конкретно требуется мистеру Бернсу? — спросила Клэр.
— Ему нужна настоящая английская леди, которая могла бы свести его с нужными людьми. У него целая куча всяких рекомендательных писем. Ему прежде всего надо понять, годятся они или нет.
— Он впервые в Англии? — спросила Клэр.
— Да. Мы пробыли год в Австралии, какое-то время работали в Канаде, а до этого побывали на Гавайях, перед тем как отправиться в Австралию. Теперь вот в Англии.
— И чем же занимается мистер Бернс?
На сей раз в голосе секретаря зазвучало восхищение:
— Делает деньги!
— Каким образом?
— Любым, какой представляется возможным! Он, как выражаются у вас, предприниматель.
Молли метнула взгляд в сторону Клэр. Взгляд красноречиво говорил: «Ага, из этих!»
— И что же он намеревается делать в Европе? — снова спросила Клэр.
— Продолжать делать деньги!
— Простите за глупый вопрос, — пробормотала Молли. — Почему бы вам, мисс Менненгер, не описать ваши требования? Тогда бы мы поняли, что именно вам надо.
— Я же сказала! Нужна истинно английская леди, еще лучше — со звонким титулом, которая бы смогла помочь мистеру Бернсу лучше ориентироваться в здешней обстановке. Чтобы знала все ходы в высшем обществе. Лучшие отели, лучшие рестораны и подыскала бы дом для жилья. У нас есть апартаменты в Дорчестере, но мистеру Бернсу хочется иметь дом. Цена в данном случае роли не играет. Но важно, чтобы дом располагался в хорошем районе.
— Какие еще пожелания? — с преувеличенным вниманием спросила Молли.
— Она должна быть миловидна, хорошо одета, в таком чисто английском стиле. В возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти и не обременена семьей. Надо, чтобы она могла уделять все свое время мистеру Бернсу, а ему потребуется уделять весьма и весьма много времени. Он из тех, кто много работает и много платит.
— А когда мистер Бернс сможет лично встретиться с нашими девушками?
— Позвоните мне. Я это устрою.
«Ага, и выберешь из них самую серенькую!» — насмешливо подумала про себя Клэр. Было совершенно очевидно, что для Коры-Сью Менненгер — чем страшней, тем лучше.
Они с Молли отобрали трех самых лучших и направили по указанному адресу. Первой была леди Дженнифер Карберри, очаровательная, милая юная дама, чья родословная восходила к королю Генриху II и которая обладала всеми качествами, необходимыми Джейку Бернсу. Она продержалась не больше недели.
— Простите меня, мисс Драммонд! — сказала она в высшей степени раздраженно. — Но мне это не подходит! Мистер Бернс требует от меня невозможного, а эта жуткая дама, его секретарь, бесконечно вертится рядом, то и дело вставляет палки в колеса. Вы уж извините, но мое терпение не безгранично! Я хочу отказаться от этого места!
Следующей была Диана Форбс, бывшая герцогиня. Это была дама смышленая, образованная, холодная. Не прошло и двух дней, как и она вернулась в холодной ярости.
— Он — ужасен, она — кошмарна! — так отозвалась Диана о своих работодателях. — У меня нет ни времени, ни терпения, чтобы приноравливаться к замашкам этого ковбоя и этой сексуально озабоченной старой девы!
Последней стала Шуна Мередит, которая в свои тридцать три года была самой старшей из трех. Шуна продержалась дольше всех — две недели.
— Простите, мисс Драммонд, — произнесла она мягко, корректно, но вместе с тем решительно. — Боюсь, то, чего требует мистер Бернс, я дать ему не способна. Ему не столько требуется секретарь по связям, сколько жена, при том что подобные отношения не скреплены брачными узами. Все преимущества остаются за мистером Бернсом. Видите ли, эгоистом я бы его не назвала. Скорее он привык жить один. Ну а мисс Менненгер считает своей обязанностью оберегать своего патрона от притязаний англичанок, готовых, по ее мнению, зайти как угодно далеко, чтобы подчинить себе такого наивного, простодушного американца. Но в мистере Вернее столько всего намешано, — с улыбкой продолжала Шуна, — что уж ни наивным, ни простодушным его не назовешь! Просто его устраивает, чтобы о нем так думали. Но все же, мисс Драммонд, я не гожусь для требуемой должности. Вот почему Клэр решила предложить на эту должность себя. Услышанное заинтриговало ее. Для Клэр Джейк Бернс знаменовал собой некий вызов. Если она сумеет справиться, тогда можно сказать, что снова стала сама собой. Не прежней Клэр, разрушенной, опустошенной, а выросшей вместо нее новой, более крепкой личностью, которая сумеет выстоять, несмотря на все потрясения, которая имеет теперь сверхчувствительную защиту, готовую подать сигнал тревоги, едва лишь обидчик переступит невидимую грань. Это новое «я» было надежно защищено от всевозможных эмоциональных атак. В этом смысле Джейк Бернс никакой угрозы для Клэр не представлял. Все три предыдущие претендентки были в высшей степени привлекательны и соблазнительны как женщины; судя по их отзывам, каждая воспринималась им не иначе как сотрудник в юбке. Диана Форбс оказалась разговорчивей, она поведала Клэр и Молли о «блондинках Бернса».
— У него их целый гарем, — рассказывала Диана. — Каждая — жалкая пародия на Мэрилин Монро. Он их меняет, как простынки!
После чего проницательная Молли сделала вывод:
— По-моему, Диану злит, что она никак не может втиснуться между этими блондинками.
«Итак, — размышляла Клэр, — Джейку Бернсу не нужна собственно женщина. Ему нужен новейший образец автомата — эстетически безупречный, новейшей технологии, с лазерным управлением и безотказный. Иными словами, — заключила Клэр, — ему нужна именно я! Джейк Бернс превосходный испытательный полигон для новой особы по имени Клэр Драммонд. Если сумею справиться с ним, значит, сумею справиться с кем угодно!» И Клэр старалась убедить в этом свою партнершу.
— Ты слишком спешишь, — не сдавалась Молли. — И кроме того, не учитываешь чрезвычайно важного обстоятельства.
— Какого обстоятельства?
— Работая с Бернсом, ты попадешь в самую гущу того общества, с которым, как мне кажется, ты окончательно порвала! А ему надо, чтобы ты сводила его как раз с этой ненавистной тебе публикой, которая некогда окружала вас с Рори.
— Ты не права, — сказала Клэр. — Джейку Бернсу нужен человек, который, как опытный лоцман, введет его в нужную гавань. Да, Рори женился на мне по тем же соображениям, но ему так и не удалось осуществить свою цель. Его принимали в обществе, потому что с ним была я, и он это знал и потому ненавидел меня, а заодно и всех их. Джейк Бернс согласен платить. Это чистый бизнес. И если ему придется обнаружить, что в нашей стране не все покупается за деньги, пусть это послужит ему хорошим уроком. Я не просто проведу Джейка Бернса в желаемую гавань, я надежно пришвартую его к самому лучшему причалу. — Клэр видела, что здравый смысл Молли уступает ее доводам, но что касается чувств, те явно сопротивляются. — Агентство запущено в ход и развивается. У него отличная репутация. Мы полностью соответствуем своему названию, и с моим уходом ничего не изменится.
— Где я найду такую, как ты?
— У меня появится прекрасная возможность подыскать себе замену и, так сказать, разрекламировать наш бизнес. В нашу сторону повернутся те, кто до сих пор этого не сделал.
— Значит, ты уже все окончательно решила? — вздохнула Молли.
— Бесповоротно.
— Ладно, что делать, если ты так настроена, но тебе еще придется убедить свою мать.
— Она не сможет отговорить меня.
— Она по-прежнему винит себя в том, что не остановила тебя раньше; вспомни, что из этого вышло. И ведь именно она потом освободила тебя из твоей темницы!
— Да, я была уверена, что она сможет помочь, как только узнает, что происходит. Моей матери всегда надо знать, что происходит. Только тогда она может определить, что требуется сделать. Но теперь она поймет, что решение принимать мне.
Молли развела руками, констатируя fact accompli
type="note" l:href="#FbAutId_7">[7]
.
— Вот что я тебе скажу: ты смелая женщина. Я бы лично не стала входить в клетку ко льву, пока его не усыпят. Ты не из трусливых!
«Было, все было! — подумала Клэр. — Была трусихой, была рабой! Рабой человека, которого любила без памяти и которому, хоть и слишком поздно это осознала, верить было нельзя. Человека, который был плодом моей фантазии. Я придумала Рори Баллетера таким, каким хотела его видеть. Разве не я сама говорила своей матери в день свадьбы, что он для меня — воплотившаяся мечта?» Но одного Клэр не сказала ей — как не сказала никому, кроме одного доброго и терпеливого человека, который день за днем, многие недели и месяцы помогал ей справиться с собой, погасить ад внутри, свыкнуться с собственными неудачами. Клэр не рассказала про то, в какой жуткий кошмар превратилась для нее эта мечта. Это началось сразу после того, как по окончании охотничьего сезона они уехали из Шотландии. На сей раз не во Францию, а в Италию; сперва в Рим, затем на север, во Флоренцию, и под конец — в Милан. Снова Рори потянулся к прежней публике — к тем, кто прожигает жизнь и кто привык тратить на это колоссальные средства. «И как эти люди не понимают, — думала Клэр, наблюдая за всем этим, но не принимая участия, — ведь он их использует!» Ей потребовалось немного времени, чтобы понять, что Рори не терпится заняться быстрым зарабатыванием денег. Теперь все семейные деньги были в его распоряжении. Клэр приходилось обращаться к нему за каждым пенни. Все, что было выручено за охотничий сезон, оказалось промотано, и Рори отчаянно искал, за что бы ухватиться; и вдруг снова возник Бруно де Соуза с очередным предложением. Как-то вечером Рори вошел к Клэр и велел укладывать вещи.
— Мы едем в Ниццу!
— Я полагала, Франция для нас исключена? — вопросительно посмотрела на него Клэр.
— Уже нет. Бруно сказал, что там все спокойно. Им не к чему придраться в отношении нас.
— Пока не к чему!
— Делай, что тебе говорят! — категорично бросил Рори. Оказалось, он снова вложил средства в поставки кокаина, который Бруно де Соуза получал из Колумбии. К своему ужасу, Клэр поняла, что Рори пристрастился к наркотикам. Под влиянием кокаина колебания в его настроении становились все более непредсказуемыми. Он стал издеваться над Клэр, демонстрируя свою власть над ней. И под конец стал открыто водить в дом женщин. Слишком поздно до Клэр дошло, что женщины у него были постоянно, буквально с первого дня; тогда, во время их медового месяца, в ночь, когда разразился шторм и Рори нигде не могли найти, он на мокром песке в двух шагах от казино развлекался с Ванессой Карлайл. Рассказывая Клэр об этом, Рори вызывающе хохотал.
— Ты проглотила это, заглотнула крючок вместе с наживкой!.. Ни с каким Монти Гленавером я не встречался — его там и в помине не было! Я трахал Ванессу! Она была вся на взводе, ух, как она этого хотела! Все ей было мало! Ее ирландец в постели был так себе, а она из тех, кто без этого никак обойтись не может. Уж как только она мне не отдавалась! — И Рори принялся расписывать Клэр во всех мельчайших подробностях, что вытворяла тогда Ванесса. — Она, эта Ванесса, одна из самых классных моих баб, но она такая же нищая, как и я. Нам с ней обоим нужна была подпорка. Она подцепила себе этого Джонни Гэллехера, ну а мне подвалило счастье наткнуться на тебя.
Он заставлял Клэр выслушивать рассказы о своих похождениях. Про уик-энды в Коудрей-парке, про другие уик-энды на лоне природы — когда под всеми кровати ходили ходуном, кроме твоей, Целомудренная Крошка! Что, не знала? Так тебя все называли!
Очередной смешок. — Да ну, где тебе! Ты была невинна до омерзения! Даже если бы я прямо у тебя на глазах этим занимался, все равно ты бы нашла для меня какое-нибудь оправдание! Как же ты меня достала своими идиотскими оправданиями! Да понимаешь ли ты, до чего мне опротивело видеть, как ты тупо смотришь на меня кроткими кукольными глазками? Сначала я находил удовольствие в твоей невинности; когда только дотрагивался, наверное… Пока мне не стало все это надоедать. Дьявол, как же ты мне осточертела!
И все в том же духе, причем молчание Клэр еще более подзуживало Рори:
— Да меня просто воротит от тебя! От тебя и твоего гнусного благородного происхождения! Вы, Драммонды, уж так вознеслись к небесам, куда нам, грешным, до вас!
— Не потому ли ты на мне женился? Ведь я из семейства Драммонд, вот и решил ты заполучить себе хоть какую-то респектабельность!
Сильный удар наотмашь по лицу свалил Клэр с ног.
— Сколько раз говорил, придержи язык! Стоит тебе открыть рот, тотчас принимаешься меня унижать! — Тут он дико заморгал ресницами и завопил, подражая выговору техасской миллионерши: — «А правда, леди Баллетер, что вы происходите сразу от трех британских королей?» Британских королей! Да пошли вы!
«Вот что, оказывается, его мучает!» — думала Клэр, прикладывая руку к горевшей щеке. Она понимала и раньше, как Рори обижают такие расспросы, но то, что спустя столько времени он помнит об этом случае, говорило о том, что гордость его была отчаянно уязвлена. И становилось понятным, почему он так старался унизить ее. Рори приводил домой своих любовниц, иногда одну, иногда двух, а иногда и трех, и заставлял Клэр смотреть, как они всячески предавались неудержимому разврату. То, что Клэр молча сидела и смотрела на все невидящими глазами, только еще больше разъяряло Рори, и он вопил, чтобы она убиралась с глаз долой.
И вот как-то раз Клэр задала ему вопрос:
— Почему ты не отпускаешь меня, Рори? Ты ведь меня не хочешь. Я даже неприятна тебе. Так отпусти меня!
— Отпущу, когда сочту нужным! Рори Баллетера не бросают! Никогда, поняла?
Он еще долго бесновался, и, слушая его, Клэр поняла, до какой степени это испорченный человек. Недовольство, ярость, зависть и жалость к самому себе так сильно изуродовали его, что он безнадежно деградировал как личность; и, вероятно, Рори уже был таким, когда Клэр с такой безоглядностью в него влюбилась. Она сидела перед ним молча, не двигаясь. Как призрак. Не реагируя на его крики.
— Никто никогда от меня не отказывался!
Он почти захлебывался от ярости. И вдруг Клэр поняла, что эти слова относятся не к ней, его жене. Эти слова были обращены к его матери, которая бросила Рори, когда он был еще слишком мал, чтобы понять, почему она так поступила. И это оставило в его душе глубокую рану на всю жизнь. Отец, разбазарив состояние, не оставил сыну почти ничего, что могло бы унять боль уже уязвленной гордости. А Рори все продолжал орать, сыпать угрозы, ругательства, обвинения, и в конце концов, не в силах перенести молчание Клэр, его рука, взметнувшись, ударила ее по лицу — раз, другой и потом еще, третий. Когда Клэр поднялась с пола, кровь текла у нее изо рта.
— Прочь с моих глаз! — прошипел Рори.
Однажды на уик-энд к ним приехал Дэвид Грант. И тут Рори, как всегда на людях, принялся изображать из себя необыкновенно любящего, внимательного, преданного и нежного супруга. Но Дэвида провести было не так-то легко; по холодной отстраненности Клэр он заподозрил, что между супругами не все гладко. Дэвид проявил к Клэр участие, был с ней предупредителен, заботлив, и она была ему за это благодарна.
— Если тебе когда-нибудь потребуется дружеская помощь, — сказал он Клэр при отъезде, — вспомни обо мне!
— Спасибо, Дэвид! Непременно!
Дэвид взял Клэр за руку, сжал ее в своей, коснулся губами ее щеки и произнес взволнованно:
— Это все из-за мерзкой публики, с которой он связался!
Отвратные типы. Недостойные. Прошу тебя, Клэр, оторви его от этих людей! Но если не сумеешь — вспомни обо мне!
Повернувшись в последний раз перед тем, как сесть в машину, Дэвид бросил на Клэр выразительный взгляд. В машине за рулем его ожидал Рори.
В тот же вечер Рори с издевательской интонацией заметил Клэр:
— Неужели ты не видишь, что он ловит каждое твое слово? Вертится вокруг тебя, как похотливая собачонка?
— Я не давала ему ни малейшего повода!
— Что, и он для тебя нехорош? Куда ему, он всего лишь какой-то Грант!
— Между прочим, он твой лучший друг!
Рори рассмеялся:
— Это он так думает!
— Тогда зачем же ты с ним общаешься? Только потому, что он тебя обожает? Потому, что ты для него — герой?
— Ему так удобно, и мне так удобно. — Рори подошел к сидящей Клэр, присел с ней рядом. — Если уж тебе вздумается слегка гульнуть, ради бога, подцепи себе кого-нибудь достойного тебя! Я не удивлюсь, если окажется, что Дэвид все еще девственник, а ты, после того, чему я тебя обучил, его здорово удивишь! — Тут Рори принялся поигрывать завитком на шее у Клэр. — Знаешь, я бы не стал возражать, если бы ты завела с кем-нибудь роман. Разве это не естественно с твоей стороны — захотеть отплатить мне той же монетой? Признавайся, были такие мысли?
— Нет!
— Это почему?
— К обещаниям у алтаря я отношусь очень серьезно!
Рори рассмеялся:
— Какая же ты дура!
С маниакальной настойчивостью он продолжал все время возвращаться к этой теме; снова и снова твердил Клэр, что не будет против, если она захочет найти утешение где-то на стороне.
— Ведь ты же знаешь, что я тебя больше не хочу! А у тебя наверняка возникает потребность, так ведь? Интересно, сколько я уже с тобой не сплю? Должно быть, ты готова лопнуть от тоски?
И Рори принялся целовать и ласкать напрягшееся в сопротивлении тело Клэр, готовое в любой момент ее предать. Рори по-прежнему обладал силой возбуждать в теле Клэр страстный отклик и обычно доводил ее почти до экстаза, но в этот момент вставал и грубо бросал ее, до боли сведенную судорогой неудовлетворенного желания.
И вот Рори снова пригласил Дэвида. Клэр догадывалась о его планах и решила Дэвида предупредить.
— Я понимаю, я вижу, как он изменился! Он, наверное, употребляет наркотики? Так странно держится, — озабоченно говорил Дэвид.
— Будь осторожен, Дэвид! Ему доверять нельзя. Он специально подталкивает меня к тебе. Задумал какой-то дьявольский план. Я не хочу давать ему повода к раздражению.
— Оставь его, Клэр! Уедем со мной! Я уверен, ты будешь счастлива со мной, я постараюсь все сделать для этого! Я полюбил тебя еще тогда, когда ты шла к алтарю с Рори, но ты никого тогда, кроме него, не видела. Я ведь вижу, тебе плохо с ним. Я уезжал от вас в прошлый раз с чувством, будто чего-то тебе не сказал. Оставь его, поедем со мной. Ему уже не поможешь. Эта проклятая публика, с которой он связался, духовно и нравственно растленные типы, и мне невыносимо видеть, как он губит тебя!
Темные, преданные, как у спаниеля, глаза с мольбой смотрели на Клэр, и это почему-то ее раздражало; Клэр понимала, что Рори прав. Дэвид Грант не для нее. Он даже не представляет себе, на что способен Рори; и никогда он, такой добропорядочный, такой прямолинейный и непогрешимый, этого не поймет.
— Нет, Дэвид! Мне бы не хотелось оказывать тебе медвежью услугу и вызывать на тебя огонь Рори!
— Да черт с ним, с Рори! Я только о тебе забочусь!
— Нет! — покачала головой Клэр. — Сама расстелила себе постель, мне в нее и ложиться.
И именно в ее постель нагрянул ночью Дэвид. Она сразу же поняла, что он сильно не в себе; видно, Рори наконец удалось приобщить его к курению кокаина. Дэвид не был крупны мужчиной, он был среднего роста и некрепкого телосложения, но, сильно накачанный кокаином, он жаждал немедленного сексуального удовлетворения. Как тигр он набросился на Клэр, и ее охватило такое отчаяние, такая безнадежность, что у нее не нашлось сил оказать ему должного сопротивления. И она уступила Дэвиду. То, что произошло, было лишено любви, безрадостно и в довершение всего крайне быстротечно. Потом он рыдал. Клэр не стала его успокаивать. Она лежала в темноте на спине, испытывая усталость, опустошенность и щемящее чувство тоски. Вскоре Дэвид встал и заплетающимся шагом вышел из спальни.
Весь следующий день Клэр пролежала в постели, сославшись на головную боль. Больше Дэвида она не видела, так как, спустившись вечером, узнала о его отъезде. Ночью Рори явился к ней в спальню и бесцеремонно поинтересовался, не уехал ли Дэвид оттого, что Клэр его отвергла. Когда Клэр ответила отрицательно, Рори принялся избивать ее, приговаривая:
— Признавайся, ты его прогнала? Ах ты, лицемерная и лживая шлюха! Моему лучшему другу уступить не могла! Что ты ему сказала?
— Ничего!
— Врешь! Я видел, какой он уезжал! Ты сломала его так же, как пытаешься сломать и меня, сука паскудная!
За этим последовал удар. Но на этом Рори не остановился.
Он орал на Клэр, угрожал еще долго, пока от его крика у нее не начала раскалываться голова.
— Признавайся, что ты с ним сделала? — кричал Рори ей в ухо, тряся, как тряпичную куклу.
— Ничего я ему не сделала! — выкрикнула Клэр ему в ответ. — Это он мне сделал! Он ворвался в спальню, одуревший от наркотиков, и взял меня силой! Это ты хотел узнать? Прошу тебя, Рори, — прорыдала она, — отпусти меня… пожалуйста, отпусти… я больше так не могу! Скажи всем, что это моя вина, только отпусти, умоляю тебя!
Она закрыла лицо руками, тело содрогалось от конвульсивных рыданий. Внезапно почувствовав, как в ее пальцы уперлось что-то холодное, Клэр отняла руки от лица. Рори наставил на нее пистолет, метя прямо в голову. Она услышала, как он взводит курок.
— А теперь говори правду! — тихо произнес он. — Ты его совратила? Ты заманила его к себе в постель? Ты назначила ему свидание? Говори правду, не то я пристрелю тебя, поняла? Пущу пулю прямо в висок. Давай правду! Ты заманила его к себе в постель?
Клэр обуял ужас; во рту сразу стало сухо, сердце забилось с такой силой, что ей показалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. Она поняла, что Рори не шутит. Увидев в его глазах маниакальный блеск, Клэр осознала, что ему ничего не стоит нажать курок. Рори придвинул пистолет еще ближе, Клэр ощутила, как холодная сталь уперлась ей в висок.
— Выкладывай правду! — скомандовал он по-прежнему тихо. — Дэвид никогда бы не мог себе такое позволить… и ты это знаешь, и я это знаю! Только в одном-единственном случае это могло произойти: если ты ему сама предложила. Верно?
— Я не стану врать тебе в угоду, — произнесла Клэр как можно тверже, хотя голос плохо ей повиновался и было трудно дышать. — Дэвид надышался кокаином и был… не в себе. Он с силой накинулся на меня. Да, я ему уступила. Я просто лежала без движения.
Клэр ощущала страшную усталость; прикрыв глаза, она ждала выстрела. Но вдруг перестала чувствовать прикосновение стального дула к виску. Открыла глаза. Рори сидел на кровати. Пистолет по-прежнему у него в руке, но уже не был направлен на нее.
— Ну-ка, расскажи, — миролюбиво произнес он, — каков Дэвид в постели? Хорош или нет? Как я? Лучше? Что он с тобой делал?
Голос Рори был спокоен, в нем звучало любопытство, но во взгляде было что-то такое, отчего все тело у Клэр покрылось гусиной кожей. «Он безумен! — подумала она. — Господи боже, он смотрит на меня совершенно как безумный!»
— Я говорил тебе, чтоб ты подыскала себе любовника, говорил или нет? — продолжал Рори самодовольным тоном. — Теперь рассказывай — рассказывай все!
Он еще долго ее допрашивал. Клэр умирала от страха, вся дрожала, но старалась отвечать на его вопросы. Рори кивал, улыбаясь.
— Бедняга Дэвид!.. Я так и думал, что он в постели ничего собой не представляет, но мне казалось, что ты благодаря моим урокам обогатишь его опыт! — Рори поднялся с кровати, небрежно держа в руке пистолет. — Что ж, — добавил он по-прежнему миролюбиво, — теперь нам все известно, не так ли?
Повернулся и вышел из спальни. Даже тихонько прикрыл за собой дверь. Клэр тотчас метнулась в ванную комнату, где в течение нескольких минут ее буквально выворачивало наизнанку. Остаток ночи она провела, скорчившись на кафельном полу, упершись локтями о край ванны, отчаянно дрожа и строя планы побега. Ей стало ясно, что ее муж безумен.
Наутро, когда Клэр собралась выйти из своей спальни, она обнаружила дверь запертой на ключ. Рори продержал ее взаперти и без пищи двадцать четыре часа. Она могла лишь пользоваться в ванной водой. Лежа на кровати, она ждала. Должно быть, Клэр задремала, потому что внезапно с испугом проснулась, услышав, как с громким стуком распахнулась дверь.
— Посмотрим, посмотрим! — Голос Рори заставил ее отшатнуться к дальнему краю постели. — Как там моя неверная женушка? Моя недостойная, неверная женушка!
Тут он набросился на нее. Схватил за волосы, откинул голову назад и принялся обзывать всевозможными грязными словами. Говорил, что она предала его. Что наставила ему рога. И с кем — с бесхребетным слюнтяем Дэвидом Грантом!
— Как ты посмела так со мной поступить? Ты что, не поняла — я тебя испытывал? Ты осмелилась позволить этому кретину Дэвиду Гранту — Дэвиду Гранту! — прикоснуться к своему телу после меня! Если бы это был мужчина — настоящий мужчина, — я бы не стал возражать, но нет, ты решила унизить меня, отдавшись этому слизняку, этому ничтожеству! Я знаю, ты специально так сделала! Ты намеренно решила отдаться тому, кого я в грош не ставлю, чтобы показать, как низко ты меня ставишь!
Клэр смотрела на него, смешавшись, совершенно сбитая с толку. Со сна она не могла вникнуть в хитросплетение его мыслей.
— Ты же сам велел, чтобы я была с ним полюбезней! — неуверенным тоном проговорила она.
— Мало ли что я велел! Ты считаешь, что это тебя извиняет? «Ах, сэр, я исполняла ваш приказ!» — кривляясь, передразнил ее Рори. И уже более спокойно продолжал: — Сама знаешь, никто ему не поверит! Кто поверит Дэвиду Гранту, не способному турнуть даже гуся! — Тут его голос сорвался на крик: — Смеяться будут надо мной, шлюха ты этакая! — Он набрал в грудь побольше воздуха. — Ну что ж, теперь мне следует тебя за это наказать, не так ли? Не так ли?
Рука Рори перестала тянуть Клэр за волосы, передвинулась вниз, к шее. Клэр увидела, как другой рукой Рори расстегивает пояс брюк.
— Нет, Рори, нет! — в панике метнулась от него Клэр.
— Да, Рори, да!
Он схватил ее за кисть, повалил на живот, задрал до пояса ночную сорочку, обнажив ее маленькие, круглые ягодицы.
— У тебя всегда была прелестная попка! — сказал Рори, нежно ее поглаживая. — Кругленькая, сладкая, как персик! А Дэвиду она как, понравилась?
Услышав хохот Рори, Клэр начала бешено сопротивляться, но он зажал ей руки над головой одним усилием своей большой мускулистой руки.
— С ним я после разберусь, — сказал он, — сперва с тобой…
Он начал хлестать ее ремнем, пока Клэр не потеряла сознание, после чего бросил ее лежать на постели с исхлестанной до крови спиной. На сей раз Клэр провела в заточении трое суток.
Потом явился Рори и, видя, как она страдает от боли, произнес:
— Ну будет, будет… — как успокаивают раскапризничавшегося ребенка. И добавил: — Сейчас Рори тебе поможет, и станет лучше…
И принялся обмывать ей раны теплой водой, смазывать антисептиком, после чего приложил болеутоляющую мазь. Затем переодел Клэр в чистую ночную сорочку, аккуратно, на живот, переложил на кушетку и сменил запачканное кровью постельное белье. Потом снова переложил Клэр на кровать, подсунув под поясницу подушку, чтобы израненные ягодицы не терлись о простыню, покормил ее из чашки горячим мясным бульоном. В довершение подал Клэр стакан с водой и две таблетки:
— На, прими, сразу снимет боль!
Перепуганная, растерявшаяся, не соображающая, как ей быть, что говорить, Клэр сделала, как он велел.
— Так ты поняла, что я был вынужден тебя наказать? Провинившихся всегда следует наказывать! — От улыбки Рори Клэр бросило в дрожь. — Ну что. теперь ты больше не будешь так скверно поступать, да? — Клэр молчала, и Рори снова повторил, уже гораздо жестче: — Не будешь?
— Не буду! — еле слышно проговорила Клэр.
Рори улыбнулся:
— Вот и умница! — Он наклонился, чтобы ее поцеловать, и Клэр сделала над собой усилие, чтобы не отшатнуться от его губ. — Спи спокойно! — благодушно сказал Рори и вышел.
Клэр услышала, как повернулся ключ в замке.
Ее мучило постоянное ощущение тошноты, а также непреходящее состояние страха, в котором она теперь жила; и, только намыливаясь в ванной, Клэр обнаружила, что грудь стала чувствительной. Это означало приближение менопериода. Само тело всегда давало ей это понять. И тут сердце екнуло внутри. Выбравшись из ванны, Клэр кинулась в спальню, схватила сумочку, чтобы достать карманный еженедельник, где вела учет циклам, как учила ее мать. Клэр листала страницы в обратном порядке. Последняя пометка стояла на дате «20 октября». Сейчас конец января.
— О боже!.. — Клэр в отчаянии села на постель. «Я беременна! — пронеслось в мыслях. — Боже мой, я беременна, и это ребенок Рори!» После того эпизода в Шотландии, когда Рори взял ее силой, с тех пор он перестал спать с ней, Клэр прекратила пить противозачаточные таблетки. Потрясенная, она сидела в оцепенении, уставившись перед собой невидящими глазами, как вдруг новая волна страха охватила ее. «Он не поверит мне! — думала она. — По крайней мере, в том маниакальном состоянии, в котором находится. Он решит, что это ребенок Дэвида. И можно себе представить, как он к этому отнесется!..»
Клэр перевела дух и поймала себя на мысли, что уж лучше бы этот ребенок был от Дэвида, потому что инстинктивно, она понимала: меньше всего она хочет ребенка от Рори Баллетера. Поднявшись, Клэр пошла за своей гермесовской сумочкой а-ля Келли. Там, в нижнем потайном отделении под замшевой подкладкой, хранились у нее деньги, которыми ей потихоньку удавалось разжиться у Рори. Каждый вечер перед сном, перед тем как раздеться, он выкладывал содержимое своих карманов на комод: кучи бумажек и просто мелочь. Клэр временами удавалось незаметно стянуть у него банкноту. У нее оказалось чуть больше десяти тысяч франков. Иными словами, тысяча фунтов. «Этого, конечно, хватит!» — подумала она.
По ночам, лежа без сна и без слез, она хладнокровно обдумывала, как ей быть, и наконец составила продуманный план действий. Ужас перед создавшейся перспективой подгонял ее мысли. Никогда еще так четко не работал ее ум, желание выжить не было столь сильно, цель не казалась столь ясна. На следующей неделе, съездив на пару дней в Париж, Рори устроил дома очередной прием. Клэр выждала, пока не настал нужный момент, пока не сочла, что уже пора, и как бы заскользила по залу, переходя от одной группки к другой, и вот наконец влилась в ту, в центре которой находилась Дениз Теру, дорогая куртизанка, начинавшая свою карьеру в кордебалете «Фоли Берже». Ее нынешний любовник был деловым партнером Рори, также имевшим отношение к торговле наркотиками. Дениз, обычно неприступная, как скала, с Клэр была на удивление любезна.
Воспользовавшись этим, Клэр еле слышно произнесла:
— Мне бы хотелось с вами поговорить. Наедине.
Не отрывая делано внимательного взгляда от человека, который уже довольно долго нудно и запутанно что-то рассказывал, Дениз, еле заметно шевельнув губами, спросила:
— Где?
— Вон там, у окна!
Клэр понимала, что выходить на глазах у всех из зала небезопасно. Пока еще Рори не утратил бдительность, он все еще следит за тем, что она делает, с кем говорит. Если заметит, что она у окна радушно беседует с Дениз, то расценит это как свидетельство ее послушания. Ну а среди такого шума — ведь в зале находилось более двух десятков гостей — вполне возможно общаться так, чтобы тебя не услышали вокруг.
Улыбаясь, Клэр направилась прямо к высокому, до потолка, окну, выходящему на балкон. Клэр распахнула створки, и внутрь ворвался свежий ветерок; было приятно вдохнуть прохладный, чистый воздух после сигарного дыма и смешения всевозможных дорогих духов.
— Как хорошо, глоток свежего воздуха… — сказала Дениз, проследовавшая за Клэр.
На ее лице играла легкая улыбка: вежливая, но в то же время в ней читалась скука, которую Дениз и не пыталась особенно скрывать. Все присутствующие дамы относились к Клэр с некой снисходительной, смешанной с жалостью насмешливостью. Тут Дениз сказала:
— Так я вас слушаю!
— Мне нужна ваша помощь!
— Какая именно?
— Мне нужно без огласки сделать аборт!
Дениз поднесла к губам свою неизменную сигарету в длинном нефритовом мундштуке, сделала глубокую затяжку, выпустила серо-голубой дымок, который был тут же подхвачен ночным ветерком. Ее глаза встретились с прямым взглядом Клэр.
— Так-так! — тихо произнесла Дениз. — В глухом омуте, говорят, черти водятся?
— Я как-то слышала, вы говорили на эту тему. Поняла, что сами неоднократно делали. Хорошо отзывались о своем акушере; рассказывали, как тщательно, как умело он делает.
— И… какой он дорогой? — проговорила Дениз.
— Сколько?
— Зависит от того, какой срок.
— Десять недель.
Женщины, улыбаясь, стоят у окна — обычный дамский разговор на званом вечере, не более того.
— Минимум десять тысяч франков! — сказала Дениз.
— Прошу вас, сведите меня с ним! Назначьте мне время. Дениз смотрела в эти большие фиалковые глаза. Ясные, горящие, очень решительные. Повела обнаженными плечами, как будто из окна повеяло прохладой.
— Как можно скорее! — предупредила Клэр, изображая губами улыбку, но глаза не улыбались.
— Естественно! — проговорила Дениз. Улыбнулась в последний раз. — Я свяжусь с вами! — сказала она и направилась обратно к своей компании.
— Но почему вы не захотели иметь ребенка от собственного мужа? — спросит много позже ее психоаналитик.
— Я не думала о нем как о своем ребенке! Я не могла иначе.
Считала его продолжением Рори, и потому все во мне восставало против этого. Понимала, если сказать Рори, то он решит, что это ребенок Дэвида; и что бы я ему ни говорила, его переубедить было бы невозможно. И еще, сама мысль о том, что придется еще семь месяцев терпеть этот ад, еще более чудовищный, чем прежде, была для меня невыносима. Наверное, я ощущала необходимость изгнать из себя этого беса, удалить его физически. Это была инстинктивная реакция. Едва я осознала, что у меня будет ребенок от Рори, как тут же поняла, что я этого вовсе не желаю! Я ненавидела его, я его боялась; я не могла полюбить порождение этого зла, этого извращенца, этого психопата! Я жаждала гибели его семени. Потому я доверилась Дениз. — На лице у Клэр появилась еле заметная кривая усмешка. — И она повела себя молодцом! Связалась не со мной, с Рори, сказала ему, будто я попросила познакомить меня с «портняшкой», которая ей шьет, превосходно воспроизводя лучшие образцы моделей от кутюр. Своему любовнику Дениз выдавала эти туалеты за оригиналы, а разницу прикарманивала. Посещая сезонные показы моделей, Денизь зарисовывала фасоны и передавала своей портнихе, которая затем изготовляла совершенно потрясающие дубликаты. Эта женщина много лет проработала в салоне Юбера де Живанши и затем ушла оттуда, считая себя не оцененной по заслугам.
Изготовление подделок стало ее местью. — Тут в усмешке Клэр появилась злость. — Ну а аборт — моей! Видите ли, Рори стал поговаривать о ребенке, о сыне, разумеется; ведь он бы был наполовину Баллетер, наполовину Драммонд.
— Он смотрел на меня, как на племенную кобылу — с наилучшей из возможных родословной! Все острил, что надо меня «покрыть», непристойно потешался, гадая, кого бы это подыскать на роль «возбудителя». — Голос Клэр звучал отстраненно, бесстрастно, равнодушно излагая факты. — Но многие месяцы он ко мне не прикасался: ни разу с той самой ночи, когда он меня изнасиловал. — Она подняла взгляд на врача; ее глаза, в обрамлении теней, сверкали ледяным блеском. — В этом совокуплении не было любви, только ненависть и презрение. Он использовал меня.
И Клэр надолго замолчала. Психоаналитик подождал немного, лотом спросил:
— Итак, Дениз позвонила Рори?
— Да. Он был удивлен, но и обрадован. Сказал, наконец-то я взялась за ум. Дениз заехала за мной, сказала Рори, что мы вернемся к ужину, и повезла меня к акушеру. Это оказался молодой человек; очень опытный гинеколог, но основной доход имел от абортов. По-прежнему запрещенные во Франции, они там дороги. После операции мне позволили передохнуть пару часов. Затем в пять часов появилась Дениз, чтобы меня забрать. Доктор дал мне болеутоляющее. Когда мы приехали домой, Дениз сказала Рори, что у портнихи мне стало дурно и что мне нужно отлежаться. Рори уже куда-то убегал, и вникать ему было некогда. Я отправилась в постель, где и провалялась целые сутки. Потом поднялась, и жизнь потекла, — снова кривая усмешка, — по-старому.
— И что вы после всего этого чувствовали?
— Облегчение.
— Не испытывали чувства вины?
— Нет. Только не это. Вовсе нет. Я сделала то, что должна была сделать. Все очень просто. Мысль о ребенке была противна мне, и несравненно больше, чем сам аборт. Я понимала это так: хочу избавиться от некой раковой опухоли, чтобы спасти свою жизнь.
— Почему вы сказали мужу об аборте?
— Из мести. Так я решила покарать его! Он представить себе не мог, — снова кривая усмешка, — что какая-либо женщина может по своей воле избавить себя от его ребенка! Это сильнейший удар по его самолюбию. Вот почему я ему об этом сказала. — Кривая усмешка исчезла, лицо снова приняло неживое выражение. — Я знала, что он никогда мне этого не простит.
— Вам не нужно было прощение?
— Только не его прощение! Я больше не хотела иметь ничего общего с этим человеком.
— Как он воспринял, когда вы ему все рассказали?
— Сначала изумленно уставился на меня. Он был глубоко потрясен, это было очевидно. Никак не ожидал, что я могу проявить столько хладнокровия. Думал, что я по-прежнему влюблена в него, что я не посмею избавиться от ребенка — его ребенка! Потом спросил, почему я так поступила.
— Потому что ненавижу тебя! — сказала тогда Клэр со всей страстью, которую еще сохранила в себе. — Мне ненавистно твое лицо, звук твоего голоса, само твое присутствие! Мне ненавистен звук твоих шагов, твоя самоуверенность и само влюбленность, твоя убежденность в собственном совершенстве! — Глаза Клэр жгли Рори ледяным лучом. — Но так как ничто тебя не изменит, ты не сможешь понять, что эта… операция — так или иначе твоя вина. Ты методично убивал мою любовь, вот почему я убила твое дитя. Ты уничтожил все мои чувства к тебе своим самоупоенным эгоцентризмом! Я презираю тебя за твою лживость, за алчность, за то, что ты нечист на руку, за твои бесконечные измены. Ты пользовался мной; сломал меня, превратил в свою собственность, в… в вещь, чтобы пользоваться, когда и как тебе вздумается. Ты никогда не видел во мне человека, я уж не говорю женщину. Единственное, чего ты от меня когда-либо хотел, это только деньги. Все, теперь я освободилась от тебя! Я избавилась от твоего ребенка и от всего того, что связано с тобой. Рори продолжал смотреть на Клэр; должно быть, он понял, что она дошла до такой стадии, что сделалась недосягаемой для него, невосприимчивой к физической боли, к словесным оскорблениям. Она, как Рори всегда и предполагал, но отказывался в этом сознаться, оказалась более сильной личностью, чем он: мощнее характером, волей и жизненной силой. Можно забить ее до бесчувствия, но при этом дух останется несломленным.
Рори повернулся и вышел из комнаты.
— И сразу после этого, — потом рассказывала Клэр своему психоаналитику, — он начал эту кампанию, чтобы свести меня с ума.
— Вы поняли, что он дает вам лекарство?
— Не сразу. Сначала он подмешивал в пишу. Я сделалась апатичной, вялой, плохо соображала. Утратила ощущение времени, большую часть дня спала или просто лежала в полузабытьи, мне трудно было говорить. Я пыталась не пить таблетки, но он заставлял; сам открывал мне рот, закидывал их внутрь, давал воды, чтобы запить. Потом, когда довел меня до совершенно беспомощного состояния, привел сиделку Дефарж, свою любовницу. Они обычно занимались любовью прямо при мне, но мне было наплевать. Когда они уходили спать, я доползала до того места, где стояла вода, старалась пить побольше, чтобы вымыть все из организма. Когда они догадались, стали прятать от меня воду. Я сдалась, решила, что все кончено, но тут пришла Молли… Я поняла, что она — мой последний шанс, и перестала принимать таблетки. Я прятала их под язык, глотала воду, а после, когда оставалась одна, выплевывала.
— Как вы думаете, отчего же после освобождения у вас произошел нервный срыв?
— Реакция. Требовалось время, чтобы восстановить себя.
— И вы считаете, что восстанавливаетесь?
— А вы не видите? Разве я не обсуждаю с вами эту тему?
Я рассказываю вам то, что. клянусь, никогда бы не рассказала ни одной живой душе!
— И это помогает?
— Да. Теперь я вижу все гораздо ясней.
— И что же вы видите?
— Белоснежный снаружи склеп. Вот каков с виду мой ослепительный муж. А внутри у него все мертво, только он скрывал это от меня. Когда я выходила за него замуж, я видела только великолепный фасад, которым он предстает перед всеми; и только пожив с ним и настрадавшись от него, я открыла ужасные тайны, которые он в себе прячет. Бесценное сокровище обернулось для меня дешевой подделкой.
— Но ведь, бесспорно, определение ценности объекта зависит от того, как сильно мы его любим?
— А как насчет оценки того, как любят нас? — спросила Клэр.
— Значит, ваше нынешнее отчуждение связано с тем, что вы не чувствовали себя любимой тогда?
Снова на лице Клэр появилась кривая усмешка.
— В моей душе произошли изменения. — Голос прозвучал до неприятного сухо. — Одно скажу: я поняла, что никогда, ни при каких обстоятельствах больше не откажусь от своего «я», от своей индивидуальности ради очередного мужчины. — Клэр улыбнулась врачу. — Наверно, я произвожу впечатление желчной? Классический пример потухшего вулкана?
— Из того, что вы рассказали, я вижу, что не издевательства ожесточили вас. Вас ожесточило ощущение собственного краха.
— Не я потерпела крах, — сказала Клэр. — Это моя любовь потерпела крах в моих глазах.
— А может быть, то, что вы считали любовью, было на самом деле сильное увлечение? Ваше самобичевание в большей степени говорит именно за это.
Клэр повернулась к врачу:
— Что бы это ни было, только я не желаю снова попадаться на эту удочку! Я поняла, в чем состоял мой промах. Разве не в этом смысл? Вот уже несколько месяцев я являюсь на исповедь к вам, вы — мой духовный отец. Я принесла вам свое покаяние. Теперь отпустите мне мои грехи и предоставьте жить, как я хочу.
— Но я не бог. К тому же у вас остались неразрешенные проблемы.
— Пятьдесят миллионов людей населяют Британские острова, и, держу пари, среди них нет ни одного, который бы не мучился неразрешенными проблемами. Сама жизнь — это проблема. Но я поняла и еще кое-что. Что бы вы обо мне ни думали, я считаю, что полностью очистилась от всей этой грязи. Вы исследовали мое сознание, мое подсознание. Я была вся разбита на куски, но теперь пора все снова собрать воедино. Я уверена, что никто, кроме меня, этого сделать не сможет.
Через три дня Клэр вернулась в прежнюю жизнь, чтобы начать все сначала.
И теперь, глядя на Молли, она сказала:
— Ну что, попытка не пытка?
— При условии немедленно дать деру, если запахнет каленым железом!
Клэр расхохоталась.
— Молли! — с нежностью сказала она. — Ну что бы я без тебя делала?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Ты в моей власти - Кауи Вера

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

Часть вторая

Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Часть третья

Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18Эпилог

Ваши комментарии
к роману Ты в моей власти - Кауи Вера



Прекрасный роман, читала с удовольствием. Как полностью перевернулась судьба ГГ, какой муж красавец, спортсмен двуличная скотина, садист и в конце встреча,любовь, нежность, но страсти маловато.
Ты в моей власти - Кауи ВераЛика
3.08.2012, 18.49





Читала лет 8 назад, обажаю эту книгу!вот нашла ,буду читать и наслаждаться!
Ты в моей власти - Кауи ВераЭмма
18.10.2012, 20.01





Интересно, сюжет захватывает,НО на мой взгляд, слишком уж много трагичного происходит в жизни каждого из героев. Нет легкости от прочтения.
Ты в моей власти - Кауи ВераКаролина
19.10.2012, 13.28





не смогла дочитать(, стало скучно
Ты в моей власти - Кауи Веравиола
19.10.2012, 14.26





.Книга затронула до слез,необычный сюжет держит в напряжении.Жаль ,что низкий рейтинг.Читаю
Ты в моей власти - Кауи Вератата
19.10.2012, 15.29





Роман интересный,но очень длинный и не много кроважадный. Насилие пресутствут. Что-то в духе Шелдона
Ты в моей власти - Кауи ВераОльга
19.10.2012, 21.19





Господи, ели дочитала. Задумка сюжета хорошее, но так нудно написан, затянут, и ГГ-ня не понравилась.
Ты в моей власти - Кауи ВераНастя
20.10.2012, 7.58





Да, мне тоже показалось что затянут слишком, и как-то написан скучновато, хотя возможно тут дело в переводе. Задумка в принципе неплохая.
Ты в моей власти - Кауи ВераЮлия Р.
23.10.2012, 10.54





очень интересный роман
Ты в моей власти - Кауи ВераНелли
25.01.2013, 19.55





Очень сильно и страшно. Влюбиться и полюбить можно, не понимания, кто этот человек. Советую прочесть. Есть и отличный любовный роман, и триллер
Ты в моей власти - Кауи ВераКэт
25.01.2013, 20.28





Прочитала роман,казалось что все происходит со мной,таким ярко выраженным к жизни он мне показался!?Таких мучений,к-е пережила Клер,не дай Бог никому!!!
Ты в моей власти - Кауи ВераОКС
21.08.2013, 11.29





А я никому ничего не скажу. Зачем дур ориетировать
Ты в моей власти - Кауи ВераЗая
21.08.2013, 12.06





Сильный роман,печальный.Гг жертва мужа садиста смогла выстоять,пережить кошмар,найти в себе силы поверить в любовь.Мне напоминает роман "Голубоглазый дьявол"
Ты в моей власти - Кауи ВераТатьяна
18.10.2013, 1.51





А я полностью согласна с Заей
Ты в моей власти - Кауи ВераАкулина
10.11.2013, 10.12





Да, именно так- очень сильно и страшно. Романы, как любовь, есть ваниль, есть ... Жесткач разный. Прочитать стоит
Ты в моей власти - Кауи ВераМила
10.11.2013, 10.42





очень тяжелый роман.но стоит того чтобы прочитать.мна напомнил книгу Раевской Людмилы "За любовь".
Ты в моей власти - Кауи Верататьяна
31.01.2014, 21.44





Очень интересно, читайте.10
Ты в моей власти - Кауи ВераВ.А,
24.06.2015, 22.00





Интересный, но слишком затянут. Долго читала... но бросить даже и в мыслях не было.
Ты в моей власти - Кауи Вераив
24.11.2015, 21.38





Интересный, но слишком затянут. Долго читала... но бросить даже и в мыслях не было.
Ты в моей власти - Кауи Вераив
24.11.2015, 21.38





никахих чувств. автор не может погружать читателя в состояние реального времени. Как будто читаешь со стороны. Ни эмоций, ни переживаний. Сюжет интересный, а вот исполнение....? Даже описание издевательств мужа, не вызвало переживаний за героиню , да простит меня читатель за тавтологию . Все очень просто, и поверхностно! Любительницам Симоны Вилар, Полины Раевской, Шенон Дрейк, Ульяны Соболевой этого автора не рекомендую, разве что отдохнуть от книг, и прочитать банальный, пустой роман.
Ты в моей власти - Кауи Верагость
7.12.2015, 17.20





Роман на троечку. Сюжет хороший, а вот исполнение...? Автор не обладает способностью погружать читателя в атмосферу героев романа. Читаешь поверхостно, не испытываешь глубоких эмоций, даже издевательства Рори не трогают, потому что идет все с позиции описания действий, а не с внутренних переживаний героев. Все банально, приметивно. поверхностно. Любителямrn Симоны Вилар, Хизер Грэм ( Шенон Дрейк), Полины Раевской, Ульяны Соболевой, Ольги Горовой этот роман не читать
Ты в моей власти - Кауи Верагостт
7.12.2015, 17.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100