Читать онлайн Такая как есть, автора - Кауи Вера, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Такая как есть - Кауи Вера бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.87 (Голосов: 31)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Такая как есть - Кауи Вера - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Такая как есть - Кауи Вера - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кауи Вера

Такая как есть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

Лондон, 1957–1961
Александра Мэри Брент появилась на свет душной августовской ночью, как раз в тот момент, когда теснящиеся в небе тучи разродились потоками освежающего дождя. Первые раскаты грома предупредили появление на свет девочки.
– Схватки продолжались всего четыре часа! – Мэри Брент была потрясена. – И это первые роды?!
Ее сын ничего не ответил и вернулся к Еве – в спальню.
Ева разбудила Джона словами:
– Джон, по-моему, роды уже начались.
Сама Ева оставалась спокойной. У нее уже был некоторый опыт – Еве было лет двенадцать, когда ей приходилось помогать матери-акушерке принимать роды у женщин в Пуште.
Послали за акушеркой. Джона отправили из комнаты, чтобы он не мешался. Мэри постоянно открывала окна и проветривала комнату: она полагала, что свежий воздух – это то, что необходимо.
Когда акушерка спустилась вниз, чтобы выпить чашку чая, она сказала:
– Долго ждать не придется. Ребенок выскочит как пробка из бутылки.
Так оно и случилось. Девочка весила ровно девять фунтов. Она была довольно крупной, глаза у нее были как фиолетовый бархат. Новорожденную завернули в одеяльце и протянули матери, но Ева устало проговорила:
– Нет, нет, только не сейчас… Я слишком слаба, чтобы удержать ее, – и вернула акушерке.
А Джон был в восторге. Втайне от Евы он мечтал именно о девочке, но поскольку Ева никогда не заговаривала о будущем ребенке, он предпочел не обсуждать с ней этого. Когда его пригласили, чтобы он подержал на руках «свою» дочь, Джон принял сверток с волнением и трепетом, не представляя, что ему предстоит увидеть. Но к вящей радости обнаружил фарфорового херувимчика с такими же темными волосиками и длинными ресничками, как и у матери. Девочка смотрела на него во все глазенки. «Как хорошо», – подумал Джон с облегчением, какого до сих пор никогда не испытывал, – что она такая красивая…»
Чуть позже он снова пришел навестить Еву. Ребенок уже лежал в колыбельке у кровати, посасывая кулачок. Джон попытался вынуть ручку из крошечного ротика, но девочка оказалась довольно сильной.
– Ну и хватка у нее – как плоскогубцами вцепилась, – с воодушевлением воскликнул Джон. – Какая она красивая!
– С таким-то носом? – возразила Ева. Это было наследие Ласло. Ева вознегодовала. Девочка будет постоянно напоминать ей о человеке, о котором она хотела бы навсегда забыть. И, может быть, чем дальше, тем больше девочка будет походить на своего отца. Не только нос, но и глаза – тоже его. Сейчас они бархатисто-фиолетовые, но могут изменить свой цвет и стать темно-ореховыми. Еву словно кипятком обдало. Ласло Ковач нашел способ напомнить ей о прошлом, которое она так поспешно вычеркнула из своей жизни.
Идея назвать девочку Александрой Мэри – Мэри, естественно, в честь матери – принадлежала Джону. Еву совершенно не волновало, как будут именовать дочь. Мысли ее были заняты только одним: когда она сможет снова приступить к работе.
Свекровь и слушать не хотела о том, чтобы в дом взяли кормилицу.
– Кормилица, – возопила она, – никогда!
– А что, ты сама собираешься присматривать за ребенком?
– Разумеется, нет. Ты мать ребенка. И хотя я никогда в жизни не поверю при таком носище, что Джон ее отец, ты обязана оставаться дома и нянчить ее сама, исполняя материнский долг. И потом, где будет жить няня?
– Она будет ухаживать за ребенком только днем. А вечером мы с Джоном будем ею заниматься, – ответила Ева.
– Джон приходит с работы усталый, он не сможет заниматься ребенком.
– Но ему так хочется!
– Очень глупо с его стороны, учитывая, что это не его дочь.
Но именно Джон гулял с девочкой, именно он проводил с нею каждую свободную минуту, кормил ее – как настаивала Ева – из бутылочки, пеленал, купал и укладывал спать. Девочка редко плакала, но уж если начинала, то поднимала визг неимоверный. Вес она набирала быстро и как положено.
А Ева тем временем начала снова обслуживать своих клиентов. Косметический бум, который пришелся на время Макмиллана, никогда не приносил столько доходов, сколько в те годы.
Индустрия в этой области быстро развивалась; и в этом огромном потоке не стоило труда затеряться. Ева поняла, что пора искать нужного человека, который поможет ей выплыть. В женской консультации она познакомилась с женой одного предпринимателя, который занимался продажей акций. Ева, поговорив с ним, схватила все с лету; быстро заказала рекламные проспекты и разослала их покупателям. И на нее обрушился поток заказов. Она отправила всем желающим однотипные послания на глянцевой бумаге, в которых сдержанно обещала обеспечить их столь желанными кремами, если только они будут запрашивать их в близлежащих магазинчиках, чтобы Ева могла отправлять туда нужное количество. Успех превзошел ожидания. Теперь ей уже требовались помощницы, чтобы успевать справляться с выполнением заказов. Девочки, которых она набрала, думали, что продавать косметику – это сплошное удовольствие. Ева не стала рассказывать им о том, что и в этом деле, как любом другом, человека кормят ноги. Но отобрала среди них тех, у кого была великолепная кожа, и дала им возможность бесплатно пользоваться ее кремами.
Опять ей помог все тот же новый знакомый. Он нашел ей двух девушек, которые уже работали в больших фирмах. Они согласились помочь Еве в распространении продукции, которая им понравилась. Одна из них обосновалась в местном супермаркете, а другая в магазине в Кройдоне – большом торговом центре.
Ева также отыскала фабрику, которая производила косметическую продукцию для большинства торговых домов, и заключила договор на выполнение ее заказов. Правда, вскоре она поняла, что ее требования к качеству гораздо выше возможностей производителей. Необходимость своего собственного производства была очевидной. А это означало, что ей надо найти человека с деньгами, руками которого она выполнит задуманное. К этому времени – в начале 1959 года – ее положение стало довольно стабильным, но она все еще не вошла в число основных поставщиков универсальных магазинов в западной части Англии. И Ева прикидывала то один, то другой вариант, раздумывая, как ей выбиться в лидеры. Она стала наведываться в Лондон, чтобы посмотреть, как организована продажа косметики в известных магазинах. Она обошла все магазины на Оксфорд-стрит, представлялась заведующим отделом косметики. Все они недоверчиво смотрели на нее и переспрашивали: «Э-э, простите, Ева…?» И она уходила под их холодными взглядами. Наконец в самом конце улицы она увидела магазин под вывеской «Брендон и Берн». Во время разговора с немолодой женщиной, заведующей отделом косметики и парфюмерии, она обратила внимание на кожу своей собеседницы и поняла – вот щелочка, через которую она сможет сюда проникнуть. Кожа у женщины была отвратительной – сухой и прыщавой. Она внимательно выслушала все, что ей говорила Ева, открыла баночки с кремами, принюхалась к аромату, даже попробовала пальцем, но, в общем, особенного интереса не проявила.
– Все хорошо, но ведь спроса на вашу продукцию пока нет, – объяснила она. – Создайте спрос, и я буду счастлива распространить ваши кремы.
– Вы поможете мне, если вы получите доказательства того, насколько действенны мои кремы? – спросила Ева.
– Каким образом?
– Позвольте мне поухаживать за вашей кожей.
Женщина непроизвольно прикоснулась к лицу рукой:
– Я консультировалась с лучшими дерматологами, и уж если им ничего не удалось…
– Мой крем составил гениальный дерматолог, – доверительно проговорила Ева. – Он предназначен как раз для такого типа кожи, как у вас. Дайте мне слово, что будете втирать крем каждый день в течение недели. Если никакого результата не будет – я больше не стану вас беспокоить.
Ее уверенность передалась женщине, и та согласилась попробовать. Она уже столько кремов перепробовала, что еще один ничего не мог испортить….
Но Ева дала ей не одну, а три баночки. Одну – со светло-зеленым лосьоном с экстрактом трав для очищения кожи.
– Вам надо убрать с кожи излишки жира.
– Но мне говорили совершенно противоположное… У меня сухая кожа.
– А меня мало волнует, что вам говорили. Прыщи появляются в тех случаях, когда поры закупорены. Этот лосьон открывает их. После этого необходимо снять весь отшелушившийся слой. Вы сами пальцами почувствуете это, затем смойте все мылом. Потрите лицо как следует. Потом ополосните лицо теплой – не холодной и не горячей – водой.
– Но мне рекомендовали совершенно отказаться от мыла.
– Это особенное мыло: умывайтесь им утром и вечером, не пропуская ни единого дня. И после того как умоетесь – только после этого смазывайте лицо кремом. Он оздоровит и оживит кожу. Всего лишь неделю. Я вижу, что вы не верите мне, но я-то знаю, что предлагаю. Моя продукция уникальна. На рынке нет ничего похожего.
Выражение лица женщины стало совершенно другим. Сомнения сменились заинтересованностью.
Ева вернулась в Уимблдон полная надежд. Кажется, ей удастся найти свою нишу. Кто знает, может быть, скоро она станет основным поставщиком в этой области. Ожидая результаты, Ева продолжала заниматься с девушками, которых выбрала из более чем двадцати претенденток. Корабль ее мечты медленно начал сходить со стапелей.
Неделю спустя она снова появилась в отделе продаж магазина «Брэндон и Берн». Заведующая была на седьмом небе от счастья. Ева подвела ее к окну и обнаружила, что прыщи исчезли и от них остались только бледно-розовые пятнышки.
– Надо продолжить в том же духе еще с недельку, – посоветовала Ева.
– Но что произошло с моей кожей? Это просто чудо!
– Что я вам и обещала!
– Мы берем ваши кремы и лосьоны на трехмесячное испытание. Мои самые лучшие продавщицы…
– Нет, не ваши девушки, – перебила ее Ева, – а я сама встану за прилавок.
– Но в магазинах нашей фирмы товары могут продавать только наши люди.
– И все же позвольте мне самой представить свою продукцию – это так важно для меня. Сейчас меня знают немногие, но, уверяю вас, со временем моя продукция займет место в лучших магазинах и салонах.
Женщина внимательно посмотрела на Еву.
– Да, – согласилась она, – думаю, что так оно и случится.
Итак, Ева заняла свое место за прилавком – это был небольшой уголок в огромном зале, рядом с косметическим отделом. Она пустила в ход все свое обаяние. Ей моментально удавалось привлечь внимание покупателей. «Если тебе удалось прикоснуться к руке покупательницы – все, она в твоей власти», – не уставала твердить Ева своим ученицам в салоне. И покупатели отходили от ее прилавка с баночками с ее кремами – золотые буквы на белых наклейках сообщали: «Ева Черни». Ее имя должны теперь запомнить.
Ева старалась узнать имена покупательниц, многие из них записывала на память потом, если считала, что клиентка окажется выгодной, расспрашивала их о детях, щебетала о всяких мелочах, выражала сочувствие, утешала и успокаивала, обещая, что жизнь их изменится к лучшему, когда они начнут пользоваться ее косметикой. Дважды в день она устраивала демонстрацию: показывала, как надо пользоваться ее кремами. Результатом ее усилий был поток покупательниц. В ее уголке постоянно толпились женщины. Их привлекало и то, что товары Евы были значительно дешевле других. К тому же Ева давала клиенткам возможность попробовать кремы на собственной коже.
– Попробуйте, попробуйте, – настойчиво предлагала она, – и вы очень скоро поймете, что не сможете обойтись без них.
Ее помощница однажды заметила:
– Зачем вы столько отдаете на пробу? Столько денег выброшено на ветер…
– На этот крючок ловится большая рыбина, – ответила Ева.
И вот наступил день, когда Ева с уверенностью могла сказать, что сумела добиться своего: в магазинах начали спрашивать продукцию Евы Черни. И вскоре отдел сбыта уже ориентировался не на продукцию фирмы «Брэндон и Берн», а заказывал аналогичные товары у Евы Черни. Полдюжины агентов других торговых фирм тоже проявили пристальный интерес к ее продукции. Ева пригласила молодых женщин в Уимблдон, чтобы провести с ними трехдневный курс обучения.
– Делайте ударение на том, что это чистейшая продукция, – наставляла она своих новых заказчиков. – Но именно поэтому выходите к прилавку с идеально чистыми руками: никаких невычищенных ногтей, никаких заусениц.
Она шла на работу к себе в салон к восьми и заканчивала в семь вечера. И так семь дней в неделю. Если она не была в салоне и не проверяла магазины, – а ее девушки никогда не знали, в какой момент и где она может появиться, – то консультировалась с химиком, который проводил исследования для нее.
Ева редко видела дочь. Александра оставалась с няней, когда Ева уходила, и уже спала в своей колыбельке, когда она возвращалась с работы. Так же мало ей удавалось и видеться с мужем. Джон почувствовал, что у Евы начался новый – переломный период в жизни. По вечерам она занималась тем, что продумывала, как лучше рекламировать продукцию и сообщать своим потенциальным покупателям о новых образцах. Этим занималась не она одна. Связи с типографией осуществляли другие люди. Текст рекламных проспектов придумала Ева. И так получалось, что как только ее проспекты оказывались в почтовом ящике, тотчас начинали поступать запросы. Ева продавала, демонстрировала, обучала, проповедовала, сама покупала новые кремы других фирм, чтобы проверить, чего достигли ее конкуренты и что можно взять на вооружение, но она все еще так и не достигла своей главной цели – супермагазинов фирмы «Хэрродз» – и полностью сосредоточила внимание на этом.
После долгих размышлений она поняла, чего еще не хватало ей. Духи! Их индивидуальный, неповторимый аромат должен связываться только с одним именем: Ева Черни.
Так поступали ведущие специалисты парфюмерной и косметической индустрии. Аромат духов «Голубая трава» связывался в памяти покупателей с именем Элизабет Арден. Элен Рубинштейн стала знаменита с ее духами «Небесный аромат». Эсте Лаудер была неотделима от запаха «Свежей росы». Интуиция подсказывала Еве, что настало время для появления нового типа духов. Она имела представление о том, как создаются новые ароматы, но она знала и то, насколько дороги всякого рода эксперименты в этой области. И все же она решилась – Ева задумала пробиваться на самый верх. Именно поэтому ее дорога неминуемо должна была привести к могущественному Генри Бейлу – владельцу самой большой парфюмерной компании вне Соединенных Штатов. Сам Бейл когда-то начинал у великого Франсуа Коти. Сейчас ему было шестьдесят. И он считался лучшим «нюхачом» в мире. Генри Бейл поддерживал активные контакты с производителями и торговыми агентами, поэтому имел представление о том, кто такая Ева Черни, видел, как быстро она поднимается вверх, и согласился встретиться с нею, когда она написала ему личное послание. Девиз Евы: «всегда стремись к вершине» – сработал и на этот раз. В дополнение она отправила и образцы своей продукции. Вскоре от Генри Бейла пришло письмо с просьбой позвонить в его офис на Парк Лэйн и сообщить удобную для нее дату и время встречи.
Следуя своему правилу, Ева подготовилась к встрече с Бейлом. Она узнала, что основные предприятия Бейла находятся в Швейцарии. В Англии ему принадлежит огромный завод, где изготавливается продукция для крупнейших косметических фирм, а также пищевые красители.
Он прожил со своей женой уже двадцать восемь лет, имел двух дочерей. Глядя на его фотографии, Ева пришла к выводу, что хотя господин Бейл и производил впечатление респектабельного швейцарского буржуа, тем не менее за его обычной внешностью угадывался человек незаурядный, привыкший быть хозяином положения. Жена была полной противоположностью своему мужу: полная, маленькая женщина, чьи интересы были сосредоточены исключительно на ее доме и близких. Две дочери Бейлов были замужем, их мужья, естественно, работали в компании тестя. Генри Бейл был счастливым дедом четверых внуков. Эдакий типичный семьянин. Их первую встречу Ева представила себе во всех деталях: она внимательно посмотрит в глаза Бейла, чтобы увидеть его реакцию на нее. И в зависимости от произведенного ею впечатления будет действовать дальше. А уж в его реакции она разберется!
Ева постаралась в тот день. Ведь женщина, продающая косметику, сама является ее рекламой. Она остановила свой выбор на голубого цвета платье, чтобы подчеркнуть цвет глаз. Легкий плащ был того же цвета. Кокетливая шляпка подчеркивала цвет ее золотисто-медных волос. Минут тридцать ушло на то, чтобы приготовить особенную смесь из имевшихся духов, – никаких шокирующих запахов и красок – ведь она как раз и шла за тем, чтобы Генри Бейл что-нибудь сотворил для нее.
Он вышел ей навстречу из-за стола, пожал руку и проводил до кресла. Даже на самых высоких своих каблуках она была намного ниже его.
Заняв свое прежнее место, он улыбнулся и проговорил на превосходном английском:
– Итак, мадам Черни, чего же вы хотите от меня?
Уже несколько месяцев назад Ева решила, что ей пора сменить фамилию и избавиться от всего, что с ней связано. Вычеркнуть фамилию и самих Брентов из жизни оказалось не труднее, чем стряхнуть пыль с детских штанишек. Либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Впрочем, о поражении Ева и не думала. Женщина, задумавшая такое дело, должна быть «мадам Черни». Что хорошо для Элен Рубинштейн – то хорошо и для нее. И она проговорила со спокойной уверенностью:
– Сначала скажите мне, пожалуйста, что вы думаете о моей продукции.
Все ее баночки были расставлены на столе. Она увидела, как Бейл берет из этого ряда тоник для кожи. Покручивая баночку в толстых пальцах, он проговорил:
– Наверное, вы зарабатываете кучу денег?
Этот человек явно знал свое дело.
Производство одного флакона тоника составляло два шиллинга и шесть пенсов, а продавался он за двенадцать шиллингов и шесть пенсов. Еве приходилось платить за лабораторию, за распространение, за упаковку, за рекламу – после всего этого, чистыми, она получала всего лишь двадцать пять центов выручки с каждой упаковки, будь то баночка или флакон.
– Слишком мало для выполнения того, что я задумала, – честно ответила она.
– А что же такое вы задумали?
– Новый состав. То, что даст возможность завоевать рынок. Я очень рассчитываю на вашу помощь.
Господин Бейл задумчиво посмотрел на нее.
– Это потребует огромных затрат.
– Потому я здесь.
– А вы имеете представление, о чем просите?
– Жасмин, тубероза, сандаловое дерево, кардамон, бергамот, цветы апельсина….
– Один фунт лепестков жасмина стоит двести пятьдесят фунтов. Розы – еще больше, а что касается бергамота, то… На изготовление одной унции эссенции уходит десять тысяч цветков жасмина, сотня специальных французских роз, около тысячи лепестков цветка апельсинового дерева, а также кардамона из Индии. В стоимость не включены лабораторные исследования – необходимо произвести множество проб, прежде чем удастся добиться выхода чистой продукции.
– Ну, если получится что мне надо, выручка покроет все затраты. Я не боюсь платить в тех случаях, мсье Бейл, когда знаю, что каждый израсходованный пенни принесет потом фунт прибыли.
Это откровенное признание не вызвало у него улыбки.
– Опишите мне, как вы представляете себе этот новый запах.
– Мне бы хотелось назвать их «Суть Евы». Эти духи должны как бы символизировать вечную женщину: таинственную, неуловимую, женственную до кончиков ногтей, но в то же время самостоятельную, потому что сегодня, в двадцатом веке, женщина не должна быть лишь тенью мужчины. Этот запах должен нести в себе нечто постоянное как сам мир и в то же время быть совершенно новым. Он должен врезаться в память, быть определенным и сильным и в то же время отличаться тонкостью. Никто не должен спрашивать: «Интересно, какими духами вы пользуетесь?» Все должны сразу их узнавать.
– Да, это впечатляет.
– Поэтому я пришла именно к вам.
Он задумчиво смотрел на ее миловидное лицо, излучавшее уверенность и безмятежность.
– Думаю, что моя продукция – самая лучшая в своем роде, – убежденно продолжала Ева. – Она не только хорошо смотрится – а упаковка это все, поэтому я думаю об особом флаконе для новых духов, – она и на самом деле хороша.
Мои клиенты – это люди высшего света, это женщины, которые хотят иметь все самого высокого качества и готовы платить большие деньги. Без моих духов им не обойтись, – закончила Ева и по молчанию, воцарившемуся в комнате, поняла, что господин Бейл слушал ее с полным вниманием.
– Рынок очень изменился теперь. Сегодня женщины стали очень серьезно относиться к своему внешнему виду и своей коже. Я как раз занимаюсь разработкой принципиально нового состава крема, который хочу назвать «Возрождение». У него будут особый состав и особая формула.
– Но фирма Эсте Лаудер уже производит восстановительный крем.
– И посмотрите, как он продается! Мой – еще один шаг вперед. Он будет стоить в три раза дороже, чем прежний крем. Но перед тем как запустить его на рынок, я хочу наладить выпуск духов, которые утвердили бы мое имя – Ева Черни.
– И что это за волшебные ингредиенты, которые входят в ваш крем?
– Формула пока хранится в тайне. Этот крем делала моя прабабушка. Она передала рецепт моей матери, а мать – мне. Формула его находится вот здесь. – Ева коснулась пальцем головы. – Но истинный секрет – способ продажи, а у меня есть пара идей насчет этого.
– Похоже, – с улыбкой проговорил Генри Бейл, – что у вас по каждому поводу есть свои идеи. Возможно, со временем мы их обсудим.
– Может быть, – согласилась Ева, – но сегодня самое главное для меня – это духи.
Их глаза встретились, и она поняла, что если его что-либо заинтересовало – так это сама Ева Черни. Как она и надеялась.
– Думаю, – сказал Бейл неторопливо, – вам следует поговорить с моим главным парфюмером.
Духи «Суть Евы» появились весной 1960 года и имели просто сногсшибательный успех. Ева настояла на масляной, а не спиртовой основе. «Мои духи должны быть стойкими. Я хочу, чтобы женщина, один раз надушившись, не доставала их снова и снова в течение дня. Женщина должна настолько пропитаться этим ароматом, чтобы он становился частью ее самой».
Ради этого Ева целыми часами просиживала рядом с парфюмером.
«Тепло, тепло… – говорила она, принюхиваясь к новому предложенному им сочетанию, – но все еще не горячо. Может быть, чуточку меньше жасмина?» Или же: «Слишком определенно. А запах должен нести в себе лишь намек и в то же время поражать с первой минуты».
Поскольку Ева совершенно точно знала, что ей нужно, она отвергала все то, что не соответствовало замыслу. Время шло. Счета росли, но Генри Бейл выводил свою подпись, не моргнув глазом. Он не сомневался, что Ева Черни пойдет далеко. И не только потому, что у нее был особый паспорт, который давал ей право входа куда угодно, – ее красота. Но и кое-что другое. Она завораживала его. Вот она – поток остроумия, шаловливость – вроде как пузырьки шампанского, а в следующую секунду – полная серьезность, деловитость, сосредоточенность. Она сама была, как подумалось ему, воплощенным образом собственных духов. Генри заметил, что заходит в лабораторию чаще, чем обычно, что ему нравится просто сидеть и наблюдать за нею, когда она что-то объясняет и доказывает. Он чувствовал странное удовлетворение, которого не испытывал уже много лет. Ева составилась из противоположностей – как и ее духи. Она с легкостью могла обворожить. В ней ощущалась сильная энергия, и в то же время в ней была какая-то беззащитная хрупкость.
То что она была по самой своей сути пиратом – в этом Генри Бейл нисколько не сомневался. Так же как и в том, что в ее прошлом было немало мужчин. Она принадлежала к числу таких женщин, за которыми сильная половина человеческого рода бросается без оглядки. И ему так нравилось быть с ней. В дни, когда он не видел Еву, время тянулось бесконечно долго. Они могли подолгу говорить о делах, обсуждать новые проекты. Бейл никогда не тратил на разговоры столько времени. Его жене совершенно не было дела до того, чем он занимается. Дочери и внуки – вот что в основном занимало ее. Генри Бейл все еще любил свою жену. Но вот уже много лет развлекался на стороне: так, ничего серьезного, просто чтобы пощекотать нервы, как унимают зуд на коже. Но Ева была более серьезным случаем. Неделя шла за неделей, месяц за месяцем, и Генри Бейл со страхом ожидал того дня, когда Ева, воздев руки к небу, рассмеется своим дразнящим смехом и воскликнет с торжеством: «Вот оно!»
Духи «Суть Евы» вывели все дела Евы Черни на орбиту настоящего успеха. Сбылась мечта Евы – представитель самого престижного торгового дома и сети магазинов «Херродз» обратился к ней с лестными предложениями. Она согласилась сотрудничать при условии, что «Херродз» даcт ей возможность продавать продукцию Евы Черни в комплекте. Тем покупательницам, которые берут весь набор – крем, лосьон, мыло и косметику, будет бесплатно выдаваться изысканный флакончик духов, по форме напоминающий листик – листик из райского сада.
Одновременно Ева продолжала работать и над кремом «Возрождение» – к осени он появился на рынке, чему предшествовала невиданная на рынке рекламная кампания. Ожидания Бейла полностью оправдались: понадобилось всего лишь девять месяцев, чтобы окупить каждый истраченный пенни на производство и рекламу духов. Генри Бейл с лихвой вернул свои вложения. Он представил Еву людям, которые оказались полезными для дальнейшего продвижения. Известная лондонская актриса, о красоте которой ходили легенды, хотя ей уже было за сорок, стала покупательницей Евиной косметики. Ева убедила ее напечатать одну из рекламных фотографий в иллюстрированном журнале. Актриса сидела у себя в уборной так, что было видно ее отражение в зеркале, а на переднем плане на ее столике стояла баночка с кремом, на которой отчетливо читалась надпись: «Ренессанс». Ева добилась разрешения напечатать эту фотографию в своей первой, в целую полосу, рекламе на страницах «Харперс базар».
Ева продолжала довольно часто появляться за прилавком, очаровывая и завораживая покупательниц, которые роем вились вокруг нее и которым она не уставала повторять:
– Это лучшая покупка в вашей жизни. Не буду говорить, что крем творит чудеса, – этого мне еще предстоит добиться, – но удивительные вещи он творит несомненно. Вы появитесь здесь через месяц и повторите мне эти же слова. Ну, а если нет, я верну вам деньги.
Естественно, ей ни разу не пришлось выполнить свое обещание. Ее борьба за качество сделалась легендой. Ева могла, заявившись на фабрику, – выкинуть всю приготовленную для отправки партию только потому, что ее острый глаз подметил в креме едва уловимый оттенок желтого или розового цвета, несвойственный крему.
– Так дальше не пойдет, – сказала она Генри, когда они обедали в «Рице». – Мне нужна своя собственная фабрика.
– Да, – согласился Бейл, – думаю, что так и следует сделать. Есть одно подходящее место.
– Где? – глаза ее сверкнули, словно блик солнца на воде.
– Неподалеку от моей собственной.
– В Швейцарии? – Сама Ева предполагала основательно обосноваться в Соединенных Штатах.
– Думаю, что именно там твои требования относительно качества и чистоты могут быть полностью выполнены. Швейцария славится своими клиниками. Горы, озера, чистый воздух, яблоневые сады, стабильность – и деньги. Думаю, тебе следует приехать посмотреть.
Их взгляды снова встретились.
– Хорошо, – сказала Ева. – Наверное, я сделаю это сейчас – самое время.
Когда она сообщила мужу о своем отъезде, Джон встретил это без всякого удивления. После рождения ребенка всякая близость между ними почти прекратилась. Но эмоционально, как он догадывался, Ева отдалилась от него уже давно.
– Прекрасно, – ответил Джон, – думаю, что нет никакой необходимости поддерживать то, что и раньше едва теплилось.
– Мой адвокат свяжется с тобой и уладит все необходимые формальности.
– Обвинение в супружеской неверности? Думаю, что с этим не будет никаких осложнений. – Джон усмехнулся.
– Все расходы по процедуре развода я беру на себя, – продолжала Ева, не обращая внимания на его насмешку. – И к тому же я хочу отблагодарить тебя за помощь.
– Вообще-то это здесь называется тайным сговором между истцом и ответчиком – сказал Джон, – но коль скоро такая практика распространена, с чего мне возражать? Но мне нужно больше, чем деньги, мне нужна дочь.
– Пожалуйста. Я не стану препятствовать.
– Нет, я хочу, чтобы это было сделано по закону. Алекс записана на мое имя, и официально она – мой ребенок. Мне нужно пять тысяч фунтов на ее воспитание и образование. Она чудесная девочка и заслуживает многого.
– Но ты ведь сам преподаватель, – съязвила Ева, – вот и плати себе зарплату. – Тем не менее Ева быстро поняла, как мало просит Джон, учитывая, как долго ему придется поддерживать дочь. И названная сумма не представляла для нее никакой проблемы: в среднем меньше четырехсот фунтов в год, если, как скорее всего и будет, Джон решит дать Алекс университетское образование. «Пусть делает, что хочет, – подумала Ева, – и они оба навсегда исчезнут из моей жизни».
– Я проконсультируюсь со своим адвокатом, – солгала она, – и он скажет, не слишком ли многого ты запросил. – А потом вдруг спросила с искренним изумлением: – Ты в самом деле любишь ее?
– Да. И Алекс обожает меня. К счастью, вы так редко виделись, что она воспринимает тебя как постороннего человека. А когда она станет постарше и начнет расспрашивать о тебе, я отвечу, что ты умерла во время родов. И это будет почти правдой. Ты отвергла ее еще тогда, когда носила в утробе.
– Ты знаешь, почему, – ответила Ева.
– Я знаю только то, что ты сказала мне. Но теперь я уже не настолько слеп, чтобы верить каждому твоему слову, как это раньше.
– И не только ты, – насмешливо бросила Ева.
– Брак с тобой многому научил меня.
– У меня свое предназначение. Ты никогда не понимал этого.
– Хотел бы узнать, почему ты считаешь, что у тебя какое-то особенное предназначение в этой жизни?
– Да потому, что знаю, кем я была, кто я есть и кем буду.
– Хотелось бы знать, в чем тут правда?
– У правды много ликов, но я распознаю только собственный. Я человек особенный, я родилась для славы. И знаю об этом с самого детства. Моя судьба предопределена свыше, и я не собираюсь ничего менять в этих планах. Пусть другие живут своими жалкими интересами, остаются безвестными и страшатся рисковать. Я другая, моя судьба – из тех, что задумываются наверху. У меня особый талант, дорога моя проложена, все двери нараспашку. И каждый раз открываются все новые и новые горизонты. – Ева воодушевилась, словно избранная, только смирения в ней не было. Сказанное ею выглядело так, словно она исполняла нечто большее, чем просто свой долг. Словно сама судьба остановила свой выбор на ней, не спрашивая ее согласия. – И у меня нет иного пути как идти вслед за своей судьбой.
– Это что – ты оправдываешься таким образом за то, что всегда делаешь только то, что, когда и как хочешь?
– Да, я давно решила, что значение имеет только то, что хочу я. С меня достаточно того, что я сама, а не другие будут распоряжаться моей жизнью. В Венгрии я была всего лишь марионетка.
– Но ты-то хочешь дергать за ниточки других. Зачем? Чтобы занять место Богини красоты? Сесть на трон и смотреть, как тебе поклоняются люди?
– Да, – твердо ответила Ева. – Именно этого я и хочу.
– Да, власти и славы. – Джон очень серьезно посмотрел на жену. – Будь осторожней, Ева. Такая игра становится опасной, потому что в какой-то момент начинаешь принимать воображаемое за реальность.
– Я знаю, на что способна, и даже ты не можешь не признать, что все, что я сделала, – превосходно.
– Да, только постарайся избавиться от губительной самоуверенности и убеждения, что никто не сможет манипулировать всем и всеми.
– Послушай Джон, тебе не о чем жалеть. Ты ведь не так уж и прогадал. Дав мне то, что я просила, получил от меня то, в чем нуждался. Уверенность в себе. Ведь было время, когда ты не решился бы диктовать свои условия – ни мне, ни кому другому.
– Может быть, ты и права, знакомство с тобой весьма расширило мои познания о жизни и о людях, – проговорил Джон задумчиво. – И я очень многое понял за эти четыре года. Может быть, мне уже не придется никогда увидеться с тобой – разве что я увижу тебя по телевидению или на страницах газет, – но я никогда не забуду тебя. Что было, то прошло – уж слишком ты от меня отдалилась. – Но я навсегда останусь благодарен тебе за многое. Ты подарила мне Алекс.
Улыбка сошла с лица Евы:
– Я рада, что смогла дать тебе хоть что-то. Ведь в этом мире все – и мужчины, и женщины – живут сами по себе и для себя. Если бы я не поняла этого, разве я бы смогла добиться такого успеха за четыре года?! Но не забывай о том, что, заботясь о себе, я забочусь и о других, я даю им работу.
– Нет, Ева. Ты ничего не делаешь для других – все только для самой себя. Ты используешь людей, а потом выбрасываешь. Я знаю, почему ты вышла за меня замуж, Ева. Благодаря мне ты получила британское гражданство. А я получил то, на что никогда не надеялся, – у меня есть дочь. И за нее я бесконечно благодарен тебе. Но если бы что-то в таком решении не соответствовало твоим планам, ты никогда не оставила мне Алекс. Я слишком хорошо тебя знаю.
Ева с удивлением смотрела на мужа. Неужели это тот самый влюбленный дурачок, которого она презирала? Она знала, что он давно разлюбил ее и это отчуждение было взаимным. Но сейчас Ева впервые за всю свою жизнь почувствовала, что из неприятной ситуации ей не удалось выйти победительницей.
– Ты очень изменился, Джон, – задумчиво произнесла она.
– Благодаря тебе.
Ева еще на несколько секунд задержала взгляд на своем бывшем муже, словно пыталась найти какие-то слова, а потом повернулась и вышла, так и не сказав ничего.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Такая как есть - Кауи Вера

Разделы:
123456789101112131415161718192021

Ваши комментарии
к роману Такая как есть - Кауи Вера



Это вызвало шок.Женщина,которая давит всех ився вокруг ради своей цели иникогда не успокаивается.её дочь,которая несмотря на ненавсть,ничего с этим не делает.Главный герой манипулятор - сам оказывается марионеткой.Роман оставил противоричивое чуство.
Такая как есть - Кауи ВераПоли
6.10.2011, 21.07





книга очень хороша! и перевод удачен; читайте с удовольствием!!!
Такая как есть - Кауи ВераЛюдмила
21.08.2012, 1.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100