Читать онлайн , автора - , Раздел - 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страница

23

Рождество ожидалось снежным. В Суссексе все было серым и голым, но низкие тучи обещали, что вот-вот пойдет снег. Дженни, которая большую часть пути от Лондона проспала, теперь проснулась, сладко зевнула и принялась задавать вопросы.
– Мы скоро приедем к тете Крис, мама?
– Еще пять минут, маленькая.
Джулия и сама испытывала нетерпение. Она ухватилась за приглашение Крис, как за спасательный канат. Уехать, побыть дома вместе со старой, близкой подругой, пожить в семейной теплоте и уюте – именно это ей требовалось после страшных событий последних недель. Ей хотелось поскорее приехать, но продвигались они медленно, потому что дороги Суссекса в этой глубинке оказались узкими и извилистыми, к тому же заросшими по бокам густым кустарником. Джулия почувствовала, что улыбается. Крис, до мозга костей городская жительница, наконец четыре года назад оказалась в глубокой деревне, выйдя замуж за фермера, и теперь большую часть дня ходила в резиновых сапогах. Но по ее письмам чувствовалось, что она счастлива. Счастлива так, что даже Джулия ей завидовала: никаких драм, никаких травм, никаких сложных отношений. Только обожающий ее и детей муж. Крис всегда бегала за мужчинами, заводила бесчисленные романы, особенно суетилась она в последнее время, пытаясь встать на якорь. Не было сомнений, что она этот якорь нашла. А Джулия, с ее разборчивостью и отвращением к подобным романам, попала из огня да в полымя, и еще до сих пор не зажили шрамы от ожогов.
Они свернули в последний раз и увидели вывеску: «Яблоневая ферма». Даже название – клише. Джулия свернула на недавно покрытую гравием дорожку и под скрип шин проехала последние сто ярдов между деревьями, которые дали ферме ее название. Тут они увидели старый, подлатанный дом, поднимающийся из трубы дым, свет в окнах, потому что уже спустились сумерки, и настало время чая. С одной стороны дома копались в пыли куры, где-то невдалеке ржала лошадь, а когда Джулия открыла дверцу машины, то сразу ощутила знакомый запах фермы и услышала вдалеке гудение трактора. Когда она вынимала Дженни из машины, дверь распахнулась и на пороге появилась маленькая круглая фигурка с протянутыми руками.
– Добро пожаловать, незнакомцы.
– Крис! Господи, Крис! – Джулия бросилась в объятия подруги, а Дженни последовала ее примеру, обхватив Крис за колени. Потом обе женщины разрыдались.
– Не смей на меня смотреть, – сразу же потребовала Крис, как только они отплакались друг у друга на плече. Ее мокрые глаза сияли счастьем. – Это все пироги да плюшки.
– Ты сама на плюшку похожа, – сказала Джулия сдавленным от эмоций голосом. У нее было такое чувство, что она вернулась домой.
– Очень тактично. – Крис снова обхватила Джулию руками, и они крепко обнялись. – Господи, до чего же хорошо опять тебя увидеть. Кажется, сто лет не виделись.
– Верно, хотя прошло всего несколько месяцев. Крис, милая, до чего же хорошо дома. Я жду не дождусь, когда смогу рассказать тебе…
– Надеюсь, ничего не утаишь. И Дженни тут! – Она наклонилась насколько могла из-за выпуклого живота, которого не было, когда Джулия уезжала в Америку, и поцеловала девочку. – Как ты выросла!
– Мне можно посмотреть близнецов, тетя Крис?
– Вне всякого сомнения. Я слышала какое-то шевеление как раз перед вашим приездом. Иди по лестнице, ты знаешь, где они.
Дженни побежала к деревянной лестнице.
Джулия оглядела теплую, уютную комнату и радостно вздохнула. Комната была украшена к Рождеству: бумажные гирлянды, остролист, большая елка в углу с блестящими шарами и звездами, свертки в цветастой упаковке. В кирпичном камине весело потрескивали поленья, и пахло свежевыпеченным тестом. На Крис был яркий фартук и пятна муки на розовых щеках. Женщины схватились за руки и улыбнулись друг другу.
– Я так рада, что ты смогла приехать к нам на Рождество, – сказала Крис.
– Провести Рождество в Калифорнии, где тридцать градусов жары? Да ни за что.
– Ну, здесь глубинка, когда выпадет снег, то будет как на Аляске.
– Чудесно. Тогда я точно буду знать, что дома.
Сверху доносились визг и хихиканье.
– Пусть играют, – спокойно заметила Крис. – А мы с тобой можем тихонько посидеть.
– И выпить, – согласилась Джулия, снова поворачиваясь к дверям. – У меня в машине бутылка «Джек Даниелс»…
Они принесли из машины чемоданы и поставили их в сторонку, потому что Крис сказала:
– Билл придет и отнесет их наверх. Он там, в поле, на своем возлюбленном тракторе. – Женщины уселись в потертые, но удобные кресла, стоящие по обеим сторонам камина.
– Умница! – воскликнула Крис, когда Джулия достала бутылку. – Мне это пойло пришлось по душе с того первого раза, когда Брэд нас угощал. И кстати, я умираю, так хочу все услышать, все-все. Давай только сначала пропустим по одной.
Она налила им щедрые порции.
– Ах… – облизала она губы. – Доходит до самого дальнего уголка.
Когда Джулия достала блок «Кента», Крис воскликнула:
– Все самое лучшее! Я бросила курить, так для младшенького лучше… – Она похлопала себя по выпирающему животу. – Но ради такого случая одну можно. Только Биллу не говори, ради всего святого!
– Как он?
– Свет моих очей, как всегда. Все эти годы я искала мистера Совершенство, а вышла замуж за совершенно простого парня. Мой Билл умудрился сделать мою жизнь счастливой. – И она импульсивно добавила: – Как бы мне хотелось, чтобы и ты могла сказать то же самое, детка. – В ее взгляде сквозило беспокойство. – Ты не очень подробно писала, но я умею читать между строчек. Похоже, ты прошла через Армагеддон.
– И вдобавок Апокалипсис.
– Расскажи мне все. Сама знаешь как говорят, поделишься – легче станет.
Но тут вопль возвестил о беде другого рода.
– Ну вот. – Крис тяжело поднялась. – Всем по местам стоять!
В комнату ворвались близнецы. Мальчик и девочка, по два года с небольшим, такие же жизнерадостные, как и мать, но крепенькие, в отца, с темными глазами и волосами. Они шли на руки к любому, широко улыбаясь, ласкаясь и целуясь.
– И когда следующий? – умудрилась спросить Джулия, пока дети старались удушить ее в объятиях.
– Весной, скорее бы, так надоело. Надеюсь, будет мальчик. – Она направилась на кухню. – Давай сначала их накормим. Тосты с маслом сойдут?
Джулия сидела, счастливо улыбаясь и деля свое внимание между Дженни и близнецами, а Крис тем временем нарезала тосты на длинные полоски и намазывала их маслом, поставив также на стол кружки с молоком. Вся троица с упоением принялась жевать, запивая хлеб большими глотками молока. После еды они отправились наверх играть, а обе женщины остались у камина.
– Ох, Крис… – голос Джулии опять дрожал от волнения, – как же хорошо вернуться.
– Так было плохо?
– Ужасно.
– Я прочитала обо всем в «Тайме» и только потом получила твое письмо. Длинный некролог. Ты ведь помнишь, отсюда всего десять миль до Эруна по прямой? Представляешь, мне после всего оказаться здесь? Здесь, где начались все твои беды, а мои кончились? Мы поехали на отпевание, ты об этом знаешь? Маркиз ведь наш хозяин. Народу пришло – прорва.
– Все работа самой леди Эстер.
– Как Брэд? – спросила Крис немного погодя.
– Изменился. Ох, Крис, и как изменился.
– К лучшему или худшему?
– К лучшему. Он стал несравненно лучше.
– Он уже выписался из больницы?
– Да. Поэтому и отложили похороны. У него было сотрясение мозга, сломана рука и ключица. Ну и трещины в ребрах, разумеется.
– Бедняга. – Крис задумалась. – Вот и говори после этого, что одним дается все. Ему крепко досталось. – Она встала и покопалась за диванной подушкой. – Вот. Я сохранила это для тебя.
Она протянула Джулии специальный выпуск эрунской газеты «Аргус», посвященный похоронам леди Эстер Брэдфорд. На панихиду прессу не пустили, но в газете было много фотографий членов семьи, входящих в частную часовню и выходящих из нее. Лицо Брэда ничего не выражало, он казался отрешенным. Эбби спряталась за вуалью, но лицо Битси было не закрыто, и при виде его Джулия ахнула. Точь-в-точь мать. Уставилась перед собой с тем самым выражением, какое Джулия так часто видела на лице свекрови. Безразличное и надменное.
Длинная статья в основном посвящалась воспоминаниям местного, населения о леди Эстер, которая была, как выразился один из репортеров, «английским цветком, пересаженным на чужую почву, но крепко держащимся за свои корни». Ее называли, весьма тактично, вне сомнения, «возвышающейся надо всеми, незабываемой личностью», – что, как сказала вернувшаяся с чаем Крис, было еще мягко сказано.
– Мне кажется, все пришли из любопытства. Хотели убедиться, что она в самом деле умерла! Честно, я такие вещи про нее слышала от местных! Нет, правда, Джулия, ее считали чем-то вроде гибрида между королевой Викторией и Мессалиной! Билл во время уборки каждый год нанимает одного старика, так, чернорабочего, который родился в усадьбе, и ему примерно столько же лет, сколько и твоей милой свекрови. Так вот он говорил, я цитирую, «видал ее у озера, она там браконьера едва не прикончила, честно. Прямо баба-яга, характер, как у чертяки».
– Именно это ее и убило, – заметила Джулия.
– Некоторые рассказывают, что шли в обход, только бы ее не встретить. Из-за нее один викарий вообще отсюда сбежал. А тот, кто сейчас, довольно милый человек, так он сам мне говорил, что боялся ее до потери сознания. «А мой отец, – так он сказал, – всегда дрожал от страха». – Крис зачерпнула сахар. – В свете этого неудивительно, что она сумела взять в руки даже такого пройдоху, как Маркус Левин. Знаешь, когда ты мне написала, что он сделал… – Крис покачала головой. – Иуда, ты верно сказала. Но ведь таким казался симпатичным!
– Именно казался.
– С той поры что-нибудь о нем слышала?
– Нет. Он глубоко залег, хотя никто и не собирался его преследовать, других дел хватало.
– Все, наверное, было ужасно.
– Я еще и не начала тебе рассказывать.
– Ну, так начинай! Твои письма так меня заинтриговали! Увлекательней, чем любой бестселлер.
Крис сидела, удивленно раскрыв глаза, пока Джулия рассказывала ей обо всем, что случилось. С того момента, как Брэд заметил ее в гостинице, и до того, как Кэролайн бросила на них машину. К своим собственным впечатлениям она добавила то, что слышала от других.
– Конечно, она выпила, но действовала вполне умышленно. Хотела нас убить. Я на мгновение увидела ее лицо, прежде чем Брэд оттолкнул меня, – такое можно увидеть только в аду. Машина превратилась в факел, ее нельзя было узнать, когда ее оттуда вытащили.
Крис поежилась.
– Хорошо еще, что Брэд все это время находился в больнице. Мать Кэролайн устроила жуткую сцену. Кричала и требовала возмездия. Она обвинила меня в том, что я увела Брэда, обзывала его мать по-всячески, чернила Брэда, камня на камне ни от чего не оставила. А потом поехала в Калифорнию и выложила все телевизионщикам. Мы жили, как в тюрьме. Кругом журналисты, телекамеры. Очень достойная бостонская семья – и вдруг столько мусора из дома вынесено. Затем было расследование, когда Брэд вышел из больницы, потом похороны Кэролайн, на которые миссис Нортон запретила Брэду приходить. Она даже вернула его цветы. Когда он раскрыл коробку – от них остались одни клочки.
– Господи! – выдохнула Крис.
– Я же говорила, Армагеддон.
– Бедняга.
– Он страдал, Крис, если бы ты только знала…
Как она теперь это знала. В конце концов она узнала правду.
Пока Брэд был в больнице, она не навещала его, хотя ей очень хотелось. Вместо этого она вернулась в Калифорнию, чтобы уладить дела со своими клиентами, объяснить им ситуацию, включая то, что ей придется вернуться в Бостон в связи с расследованием по делу Кэролайн. Как ни странно, самое большое впечатление на них произвело то, что она когда-то была замужем за Брэдфордом. Выяснилось, что все они слышали о леди Эстер и испытывали перед ней благоговение и страх как перед женщиной, возглавлявшей такую огромную финансовую империю. Они уверили Джулию, что она может отсутствовать столько, сколько понадобится.
Когда она вернулась, Брэд уже выписался из больницы, ходил хромая, рука в гипсе, но был вполне в состоянии давать показания.
Расследование проводилось в конференц-зале в деревне Брэдфордов, и прессы было куда больше, чем простых зрителей, – хотя люди ехали издалека, чтобы поприсутствовать на разбирательстве. Элайн Нортон наняла известного адвоката, который подверг Брэда суровому допросу, пытаясь выудить из него сенсационные сведения насчет его брака, отношений с первой женой, пьянства второй, роли, которую его мать сыграла в его жизни, и страшной ссоре, в результате которой, по словам Элайн Нортон, ее дочь выгнали с фермы в ужасном состоянии.
Он из кожи вон лез, пытаясь заставить Брэда признаться, что роман с его первой женой довел его вторую жену до таких отчаянных поступков, что ее алкоголизм был результатом того, что она чувствовала себя глубоко несчастной. Последнее Брэд признал, но от первого обвинения решительно отказался. Адвокат попытался сыграть и на Дженни, но адвокат Брэда запротестовал, и судья, к великому облегчению Джулии, поддержал его протест.
Она постоянно слышала шепот за спиной, ловила на себе неодобрительные взгляды, видела, как на нее показывали пальцем. Когда ее вызвали в свидетели, адвокат Нортонов постарался сделать из нее роковую женщину. Но она, следуя примеру Брэда, отвечала прямо и честно, подняв голову, ясным и четким голосом, отказывалась ловиться на каверзные вопросы и все время чувствовала на себе взгляд Брэда, хотя сама ни разу не посмотрела в его сторону.
Окончательный приговор был – смерть от несчастного случая в результате сильного опьянения.
Когда они выходили из здания, Элайн Нортон набросилась на Брэда с оскорблениями, пытаясь расцарапать ему лицо.
– Убийца! – визжала она. – Ты со своей дорогой мамочкой убил мою несчастную дочь! Тебе это так не пройдет, вот увидишь! Тебе и вашей холоднокровной семейке с вашими предками, которыми вы так гордитесь! Ты – убийца, слышишь! Ты и твоя шлюха! – И она плюнула Джулии в лицо.
Поспешно уводя Джулию, Брэд повернулся к ней и заговорил впервые за несколько дней.
– Я был жизнь отдал, чтобы избавить тебя от этого. – Джулия не посмела прикоснуться к нему, только ответила ему благодарным взглядом.
Они уехали в разных машинах. Он – с Эбби и Битси, она – с Сетом, который все это время служил ей надежной опорой. Он взял ее за руку и крепко сжал.
– Спасибо тебе, Джулия. От всех нас. – Больше он ничего не сказал, но Джулии и этого было более чем достаточно.
Днем, перед отъездом всей семьи в Англию на похороны леди Эстер, Брэд нерешительно предложил Джулии прокатиться.
Она с радостью согласилась.
«Наконец-то!» – благодарно подумала она. Она уж решила, что им никогда не удастся вернуться к той стадии их отношений, на которой они находились, когда Кэролайн попыталась убить их. После выхода из больницы Брэд был в очень тяжелом состоянии. Он говорил только в случае, когда к нему обращались. Он мало ел и совсем не спал. Эбби докладывали, что у него ночи напролет горит свет. Он выглядел ужасно, и все в нем говорило о том, что единственное желание Брэда – чтобы его оставили в покое. Так что никто и не решался к нему приблизиться.
Джулия, боясь совершить ошибку, тоже держалась на расстоянии, хотя и изводилась, пытаясь понять, что же именно привело его на грань полного срыва.
«Да тут богатый выбор, – горько думала она. – Просто фантастический. Смерть матери? Ее жизнь – что еще хуже? Ее роль в его жизни? Смерть его жены? Ее попытка убить его?» Закрой глаза, бери наугад, и все равно можешь вытянуть не ту карту. Если учесть, через что ему пришлось пройти, да и еще приходится проходить, удивительно, что он хоть как-то функционирует. Джулия посчитала хорошим знаком, что он предложил ей с ним поехать. Ее стало казаться, что та духовная близость, которая, как она считала, возникла было между ними, а потом разрушилась под воздействием его апатии и отрешенности, тоже ему небезразлична.
Всю дорогу до Бостона он молчал. Не сделал он и привычного поворота на Маунт Вернон-стрит. Вместо этого Брэд поехал к центральному офису. Внезапно она догадалась. Маркус! Те компрометирующие бумаги, которые он собирался использовать при необходимости. Что-то вышло наружу? Доказательства таких хитрых и незаконных сделок, что Брэда, как нового председателя компании, могут посадить в тюрьму? Джулия постаралась сдержать дрожь и последовала за Брэдом в здание. Но он не вошел в скоростной лифт, который бы поднял их на этаж, где находился кабинет леди Эстер. Лифт остановился на восемнадцатом этаже, где он подвел ее к двери, на которой висела табличка с фамилией: Д.Х.Лумис, доктор медицины.
Джулия в ужасе посмотрела на него. Так вот почему он так плохо выглядит? Может, его травмы привели к другой, смертельной болезни? Паника набегала волнами. «О Господи, – подумала она. – Только не это. Не позволяй ему умереть».
Когда они вошли в приемную, хорошенькая девушка, сидящая за столом, подняла голову и улыбнулась.
– Здравствуйте, мистер Брэдфорд. Доктор Лумис ждет вас.
Она нажала кнопку на переговорном устройстве.
– Мистер Брэдфорд пришел, доктор.
– Пусть войдет.
Дверь в боковой стене щелкнула, и Брэд ввел Джулию в уютную комнату, обставленную на манер гостиной, с картинами на стенах, глубокими креслами и растениями в горшках. Из-за стола встал мужчина и вышел им навстречу. Почти такого же роста, как Сет Эмори, но лысый как бильярдный шар и в больших очках в роговой оправе. Весьма элегантен в сером, шерстяном костюме-тройке. Золотая цепочка от часов на талии.
– Брэд, – произнес он несколько слащаво и повернулся к Джулии. – Мисс Кэрри. Приятно наконец познакомиться.
«Наконец? – подумала Джулия. Она еще больше расстроилась. – Почему Брэд на нее не смотрит?» Он не сводил глаз с врача, как будто держался пальцами за край над пропастью глубиной в десять тысяч футов, «Он болен, – подумала она. – И боится сам мне сказать. Попросил это сделать доктора».
Она не отдавала себе отчета, что глаза ее расширились настолько, что, казалось, занимали все лицо, и что она судорожно прижимает к груди сумочку, как будто хочет защититься, и что она бледнее, чем Брэд, у которого не было в лице ни кровинки. В ее уме промелькнул длинный список смертельных болезней. Рак? Серьезная сердечная болезнь? Костная болезнь? Множественный склероз? Болезнь Паркинсона? Но ведь ему всего тридцать шесть лет, проносилось у нее в мозгу. Она смотрела на Брэда так, будто пыталась разглядеть, что там у него внутри, но он не отводил взгляда от врача, который кивнул в знак молчаливой поддержки, потом повернулся к Джулии и сказал обезоруживающе:
– Сейчас я вам все объясню, обещаю.
Охватившая Джулию паника заставила ее ответить довольно резко:
– Надеюсь!
Снова повернувшись к Брэду, он сказал:
– Возвращайтесь через полчаса, хорошо?
Все еще не в состоянии взглянуть на Джулию, Брэд кивнул и быстро вышел.
Когда за ним закрылась дверь, Джулия поняла, что больше не может сдерживаться.
– Объясните мне, пожалуйста, что здесь происходит? – потребовала она.
– Брэд вам не объяснил?
– Никто мне ничего не объяснил! Он пригласил меня прокатиться, а привез сюда. От всех этих тайн можно рехнуться!
– Брэд не рехнулся, – тихо ответил доктор, как будто это слово объяснило ему то, что она чувствует. – Но он последнее время испытывает очень большой стресс.
Джулия почувствовала, что краснеет.
– Поэтому он пришел ко мне. Я – психотерапевт.
Джулия потеряла дар речи. Психотерапевт! Чего она только не напридумывала, а о его психическом состоянии даже и не вспомнила! Но, безусловно, здесь есть резон. То, что пришлось пережить Брэду меньше чем за месяц, может поколебать и более сильного человека.
– Почему бы вам не присесть? – предложил врач, снова читая ее мысли. – Когда она послушалась, он спросил, показывая на трубку: – Не возражаете, если я закурю?
– Нет.
Он набил трубку ароматным табаком.
– Меня пригласили еще в больницу. Когда он там лежал, врачей больше всего беспокоило его психическое состояние. Он почти не спал, в основном потому, что боялся, так как ему снились кошмарные сны. Ясно было, что он находится на грани нервного срыва, вот они и послали за мной. – Он чиркнул спичкой и глубоко затянулся. – Я смог с ним поговорить, и в конце концов он стал говорить со мной.
– Ему необходимо было выговориться. Я рада, что это произошло с профессионалом.
Доктор задул спичку, но долго сидел, потягивая трубку и глядя на нее глазами спаниеля так, что ей стало казаться, будто ее рассматривают под микроскопом.
– Значит, вы хотите ему помочь?
– Я пытаюсь.
– Хорошо. – Доктор выпустил облачко ароматного дыма в сторону Джулии, прежде чем спросить:
– Насколько вы осведомлены насчет его отношений с матерью?
– Они были необыкновенно близки. Настолько интимными, что они не допускали к себе даже меня, его жену.
– Вот именно. Вы нашли верное слово. Они были интимными. В смысле – сексуальными.
Джулия смотрела на него не отрываясь. Когда он убедился, что она не собирается ничего сказать и продолжает сидеть, он спросил:
– Насколько хорошо вы ее знали?
– Достаточно хорошо, чтобы бояться. – Ответ прозвучал механически, все силы уходили на то, чтобы справиться с собой.
– Она с вами когда-нибудь говорила о своем отце?
– Постоянно.
– В каком смысле?
Джулия попыталась выбрать наиболее точную из крутящихся в голове мыслей.
– Она верила в него, как другие верят в Бога.
– И творила Брэда по его образу и подобию?
– Да.
– Вот именно, – снова повторил доктор, удовлетворенно кивая. – И она обожала сына не меньше, чем боготворила отца. Насколько я мог заключить из слов Брэда, отношения его матери с отцом тоже были сексуальными.
Джулия промолчала. Сидела с каменным лицом.
– В случае с отцом вмешался паралич, так что леди Эстер была доминирующим партнером, а ей именно этого всегда и хотелось. Я имею в виду, что она занималась с ним оральным сексом.
Джулия старалась не потерять контроль над собой.
– Оральный секс характерен тем, что ставит мужчину в полную зависимость от женщины, она контролирует его сексуальность, его тело, его самого. Именно такие сексуальные отношения, по моему мнению, и предпочитала леди Эстер. Ей требовалось иметь человека в своей полной власти и собственности.
Доктор замолчал, попыхивая трубкой. Онемев от шока, Джулия молчала.
– Брэд описал мне с подробностями, как мать купала его, когда он был маленьким. Это был ежевечерний ритуал, который она не доверяла няньке. Она делала большую мыльную пену и покрывала ею его тело; гладила, ласкала, играла. Когда она вытирала его, она следовала за полотенцем губами. Он все это очень хорошо помнит, как и мы все хорошо помним наши первые сексуальные ощущения. Он рассказал мне не только то, что она делала, но и то, что она при этом говорила. И всегда об отце. Что она делала с ним то же самое, потому что он был единственным мужчиной, которого она любила. Она также говорила, почему она так поступает с ним. Все та же любовь. Разумеется, Брэд был слишком мал, чтобы понимать, что она с ним делает. Он лишь знал, что ему это нравится, он ждал этого, он испытывал наслаждение от тех ощущений, которые она в нем вызывала.
Джулия закусила нижнюю губу, стараясь подавить тошноту и не опозориться прямо перед врачом.
– Когда он достаточно подрос, чтобы понять, что это такое, вред был уже нанесен. Многие взрослые не умеют справляться с физическим и эмоциональным напряжением, связанным с сексом.
Джулия подумала о себе.
– Ребенок полностью беззащитен, именно поэтому у нас и существуют законы, призванные защитить тех детей, которые еще слишком малы, чтобы осознать тяжкие последствия такого рода актов. В случае с Брэдом можно сделать лишь один вывод: его мать развратила его.
Джулия не отрывала взгляда от своих рук. Костяшки пальцев побелели.
– Чего мы не должны упускать из виду, так это того, что она сама, очевидно, была с психической точки зрения глубоко больным человеком, и именно отсюда ее поступки. Еще следует учесть ее эмоциональное и сексуальное одиночество. Одинокая вдова, единственный сын. Тут легко можно преступить грань между материнской привязанностью и женскими потребностями. Только в случае леди Эстер ее главной потребностью была власть, та самая, которая происходит при полном контроле.
При последнем слове Джулия снова почувствовала укол совести. Слишком уж хорошо она с этим знакома. Она подавила свое первое дикое желание рассмеяться и отрешенно сидела, как бы окружив себя невидимой оболочкой, сквозь которую могла видеть и слышать, но не чувствовать.
– Ощущение постоянной вины, которое вызывают такого рода отношения, невероятно разрушительно: особенно если речь идет о совращении невинных. А кто может быть невиннее маленького ребенка? Такие отношения в нашем обществе запрещены, потому что они подрывают самые его основы, поэтому они всегда держатся в тайне, как постыдные. В случае с Брэдом, его мать объясняла их ее безмерной, бескорыстной любовью к нему. Ни на мгновение она не переставала подчеркивать, что никто и никогда не будет любить его так, как она. Разве не она создала его? Выносила его в своем теле? Дала ему жизнь? Он принадлежал ей, они – две половинки единого целого и посему неразделимы. Она постоянно повторяла, что между матерью и сыном существует связь настолько прочная, что разорвать ее может лишь смерть. Они едины, плоть от плоти, кровь от крови. Это травмировало его навсегда, привязало его к ней, чего она и добивалась, потому что она, как мне кажется, относилась к нему как к своей собственности, так же, как и к своему отцу. Из того, что Брэд мне рассказал, я понял, что его мать избавлялась от каждой женщины, которая грозила встать между нею и ее отцом. – Он подымил трубкой. – Позднее, разумеется, она точно так же вела себя с сыном.
Джулия закрыла глаза. Только когда слезы закапали на руки, она поняла, что плачет.
– Его чувство вины, разумеется, только укрепляло эту связь. Он стал бояться, причем не только за нее, но и ее самой. Той всесокрушающей любви, о которой она ему постоянно рассказывала и которая, по ее словам, могла убить ее, что еще больше углубляло чувство вины и ответственности за такую любовь. Любовь, которая обладает чудовищной силой и возможностью лишить ее жизни, если он ее отвергнет.
– О Господи… – Джулия снова закусила губу.
– Она здорово поднаторела в эмоциональном шантаже. Из-за нее Брэд стал не только бояться любить, но и быть любимым.
– Женщины…
– Да, они служили двум целям. Спастись от матери и дать выход той сексуальности, которую она в нем возбуждала, но не с ее помощью, и не ее способом. Он нуждался в полной сексуальной власти, хотел быть доминирующим партнером в любых отношениях. Быть мужчиной, делать самому, а не принимать то, что делают с тобой. И углубившись в секс, он избегал опасности влюбиться. Он очищался таким образом. Абсолютно ничего общего с тем, что делала с ним его мать, и посему – никакого чувства вины.
У Джулии возникло странное ощущение, что сыпавшиеся на нее удары сделали что-то с ее зрением. Она теперь видела с предельной ясностью все то, что до этого момента пряталось в тумане.
– Вот что он рассказывал мне во время наших встреч в последние недели. Вещи глубоко похороненные, о которых всегда молчали. Вещи настолько чудовищные, отравляющие организм, что они едва не сделали его эмоциональным калекой. То, что ему удалось сохранить свою собственную личность, говорит о том, что, к счастью, в нем есть внутренняя сила, которую следует вытащить на поверхность, развить, нарастить, ну приблизительно так, как человек наращивает свои мускулы. Разумеется, мать его была сумасшедшей. Ее ревность и собственнические чувства совершенно ненормальны. Но в то же время она была необыкновенно умной, что часто случается с сумасшедшими. Вспомните, к примеру, тот сердечный приступ, который якобы вызвали вы. Я просмотрел историю ее болезни. У нее было сердце льва. Ее убил мозг. Тот сердечный приступ был умышленно вызван, рассудком. С тем чтобы еще больше усилить ее влияние на сына. Вы едва не покончили с этим влиянием, и ее сын сыграл здесь большую роль, потому что женился на вас.
Джулия не могла долее сидеть спокойно. Она встала и подошла к окну, где и осталась стоять, глядя сквозь него, но ничего не видя.
– Все это, разумеется, ужасная трагедия. В его жизни нет ни одного уголка, где бы не побывала мать. – Он помолчал. – Что он теперь отчетливо осознал.
Джулия обернулась. Лицо ее побелело.
– Но не смог рассказать об этом мне?
– Да, хотя и хотел, чтобы вы знали. Для него это важно, потому что для него важны вы.
– Он тоже мне небезразличен.
– В самом деле?
– Да.
– То, что я вам рассказал сегодня, не вызвало у вас к нему отвращения?
– Нет.
– И что вы чувствуете?
– Печаль. Ужасную печаль.
– Это и в самом деле печально. Как я уже сказал, настоящая трагедия.
– Я всегда знала, что что-то такое есть, что-то плохое, но я никогда бы до подобного не додумалась.
– Куда уж там. Все еще существуют некоторые табу даже в нашем свободном обществе, где все позволено. Из них наиболее страшное табу – инцест.
Джулия содрогнулась, поняла, что снова начала чувствовать.
– Разумеется, все это разрывало его на части. Огромное психическое напряжение. Отсюда его кошмарные сны. – Доктор задумчиво подымил трубкой. – Отношения между матерью и сыном – вещь очень деликатная, совсем не такие, как между отцом и дочерью. Мать – создательница жизни, носит ее в своем теле. Именно поэтому многие религии поклоняются божеству-женщине. Мужчины всегда боялись этой способности женщин рожать детей и той власти, какую они над ними имеют. К тому же у Брэда не было отца, никакого мужского влияния, чтобы нейтрализовать материнское. Все, что он знал о своем отце, он узнал от сестер, помнивших его. Мать никогда о нем не упоминала, как и о той роли, которую он сыграл в рождении сына.
Джулия вспомнила, какая мысль пришла ей в голову во время того первого семейного ужина.
– Непорочное зачатие.
– Вот именно, – снова повторил доктор. – Эта женщина была дьявольски умна и опасна.
Джулия открыла сумку, достала оттуда бумажную салфетку, вытерла глаза и высморкалась.
– Что я могу сделать? – спросила она. – Скажите мне. Что я могу сделать?
– Принять. И понять.
– Я это могу, потому что на самом деле понимаю. Теперь.
– Тогда скажите ему об этом. Он отчаянно в этом нуждается. У него ощущение, что он вас чудовищно предал, что вы вышли замуж за подделку…
– То же можно сказать и про меня.
С хирургической точностью она описала ему свой собственный болезненный путь к себе самой, кульминацией которого стали разоблачающие высказывания Битси.
– Не она ошиблась, нарисовав мой портрет. Все было точно. Мной владела эгоистическая гордость. Моей свекрови, возможно, хотелось управлять другими людьми, мне же всегда хотелось управлять самой собой. Вот почему я относилась к Брэду с опаской. Он оказался единственным, кто сумел пробиться сквозь мой барьер, и это привело меня в ужас. Возможно, его мать была бесчеловечной, я же пыталась такой стать. Битси все разложила по полочкам. Я боялась выпрямиться, открыться. Вот почему я не боролась за него, как должна бы. И она это понимала. – Джулия сидела, углубившись в прошлое. – Именно поэтому ей и удалось от меня избавиться, ведь она знала, что я не уверена на все сто процентов ни в себе самой, ни в ее сыне. У меня были сомнения, и она этим воспользовалась.
– У нас у всех бывают сомнения. Иначе я остался бы без работы.
– Тем не менее. Я позволила своим сомнениям взять верх над всем остальным. У меня был этот пунктик насчет совершенства…
– Был?
– Ведь именно наши недостатки делают нас человечными. Мне больше по душе Брэд со всеми его недостатками и вывертами, готовый согласиться на меня, какая я есть, со всеми моими вывертами, чем нирвана совершенства, где я буду одна-одинешенька. Я уже пожила сама с собой и знаю, что этого недостаточно.
– Он боится того же самого. Что его вам будет недостаточна.
Джулия спокойно улыбнулась.
– Его мне всегда более чем достаточно.
– Тогда скажите ему об этом сами. Скажите ему все. – Доктор вынул трубку изо рта, внимательно посмотрел на Джулию и произнес: – Есть еще одна последняя вещь, которую я должен вам сообщить. Он импотент.
Он внимательно наблюдал за Джулией, так что, когда она сказала, что это не имеет значения, он ей поверил.
– Значит, вы в самом деле его любите.
– Если он больше никогда не дотронется до меня и пальцем, я все равно буду любить его.
– Я думаю, этого не следует опасаться. У него это, так сказать, временная неисправность.
– …временная неисправность. Я скоро все налажу. – Она вспомнила, каким уверенным голосом произнес Брэд эти слова в их первый вечер. Старый Брэд, вызывающе самоуверенный, сводящий с ума своей привлекательностью, тревожаще сексуальный. «Ох, бедный мой Брэд», – с тоской подумала она.
– Сексуально им двигала мать. Теперь ее нет, так что нет и этой движущей силы. Ему теперь нет нужды бежать и спасаться в сексе или чем-то другом. Когда он найдет себя как личность, как мужчину, он найдет и свою сексуальность – ту, которая обычна для нормального мужчины. Но он хотел, чтобы я рассказал вам все.
– Включая бородавки… – вспомнила Джулия, делая попытку улыбнуться. – Все очень запутано, верно? – добавила она.
– Человек – сложное существо.
– Я всегда думала, что знаю себя. А на самом деле я не знала себя совсем…
– Вот именно поэтому люди и приходят ко мне, именно это я и пытаюсь сейчас сделать с Брэдом: помочь ему найти себя.
– Сколько времени это займет?
– Несколько недель, никак не меньше, может быть, месяцев. Нужно побороть влияние многолетнего угнетения психики. Ваша помощь ему бы очень пригодилась. Я верю, что всегда надо иметь цель, надо к чему-то стремиться. Сейчас у него только надежда, у которой нет подтверждения. Вот почему я согласился ввести вас в курс дела. Что больше всего пугает его сейчас, так это то, что впервые в жизни он может оказаться совершенно один.
– Ему это никогда не нравилось.
– Тоже работа его мамочки. Она его таким образом наказывала, отдаляясь от него.
– Ну и сучка же она была, прости меня, Господи! – Джулия сжала зубы. – Исчадие ада, ни больше и ни меньше.
– И с этим ему надо смириться.
Джулия тоже это чувствовала. Что же тогда должен был чувствовать Брэд?
Брэд явно пребывал в нетерпении, потому что в этот момент раздался зуммер интеркома, и секретарша возвестила, что мистер Брэдфорд вернулся.
– Пусть подождет. Я сейчас освобожусь. – Прежде чем подняться, доктор отложил трубку. – Я пришлю его к вам. Скажите ему… докажите ему, что вы понимаете и принимаете его. И не судите.
– Так оно и есть.
– Прекрасно.
Доктор улыбнулся и вышел. Джулия ждала. Она полностью находилась во власти чувств, так что, когда Брэд появился на пороге, она кинулась к нему и обняла, шепча его имя.
Он держался напряженно, готовый к худшему, но, почувствовав ее тепло, заботу, он постепенно расслабился, и напряжение перешло в дрожь, которую он не мог унять, как ни старался. Он обхватил ее руками и держался за нее так, как будто боялся утонуть. Она видела, что он пытается заговорить, и еще крепче прижала его к себе.
– Прости, что я такой, какой есть, – наконец сумел выговорить он.
Она отодвинулась, чтобы посмотреть на него, и прижала свои пальцы и его крепко сжатым губам.
– Был, мой дорогой, – просто сказала она, а ее голос и глаза говорили ему о ее чувствах.
– Был.
Крис даже отвернулась от сияющего лица подруги, настолько откровенно все в нем читалось. Ей никогда не приходилось видеть такой Джулии. Такой открытой и незащищенной.
– Значит, ты поборола своих дьяволов? – наконец спросила она.
– Да, я победила. Мы обо всем поговорили, Крис. По-настоящему. Никаких больше игр. Одна лишь правда.
– Вроде исповеди?
– Вроде. – Но улыбка Джулии говорила, что это было совсем другое.
– Ты поддерживаешь с ним связь?
– Постоянно.
– Значит, он пишет тебе?
– Да. И какие письма! Ох, Крис, какие письма…
– Значит, ты его ждешь?
– Да.
– И уверена, что он придет?
Джулия улыбнулась.
– Вполне уверена, – ответила она твердо.
– Да, немало времени прошло. Но дело стоило того. Пробили часы.
– Давай кинем монетку, кого первым будем купать? – предложила Крис.
– Думаю, мы сможем засунуть их в ванну всех вместе. Давай я этим займусь. А ты отдохни, положи ноги повыше.
– Спорить с тобой я не стану.
– А я теперь вообще не спорю, – сказала Джулия. – Даже сама с собой.
– Говорила я тебе, ты сама свой злейший враг.
– Так оно и оказалось.
– У тебя такой вид, – заметила Крис, – будто ты рассчитываешь за что-то получить Нобелевскую премию.
– Мне это уже говорили, – улыбнулась Джулия. – Мне только осталось подождать дня вручения.
Укладывая дочь в постель, Джулия спросила:
– Ты написала письмо Санта-Клаусу?
– Да, вот оно… – Дженни вытащила смятый и испачканный листок бумаги. Джулия прочитала. Последним пунктом, тщательно написанным заглавными буквами, после куклы и коляски, а также игрушечного домика с мебелью, шло имя Брэд.
– Как ты думаешь, Санта-Клаус пришлет его? – с надеждой спросила Дженни.
– Если ты очень сильно этого пожелаешь.
– Давай пожелаем вместе? Ты ведь тоже хочешь, чтобы он приехал, правда, мама?
– Очень.
– Тогда давай пожелаем вместе.
Дженни крепко зажмурила глаза и сосредоточилась так, что ее мордашка порозовела. Шумно выдохнув, она сказала:
– Вот! Я пожелала сильно-сильно.
– И я.
«Может быть, наше пожелание и сбудется», – подумала Джулия, спускаясь вниз. Она тосковала по нему, мечтала о нем, он ей снился. В письмах она старалась поощрить его, поддержать, рассказывала о своих чувствах открыто, без утайки, и в ответ получала письма, которые перечитывала без конца.
В последнем, полученном два дня назад, он писал: «Скоро, Джулия, скоро. Мне кажется, я уже достиг вершины холма, и я не могу объяснить, как мне хочется поскорее увидеть открывающийся с него вид, потому что я знаю, что ты там, по другую сторону, ждешь меня. Я карабкаюсь и карабкаюсь, а Эбби с Сетом подталкивают меня сзади. Даже Битси принялась убирать препятствия с моего пути. Продолжай писать, твои письма – моя прямая связь с будущим. А пока помни, что я тебя люблю, и не как мое спасение, а как смысл моей жизни, как мою жизненную цель. Ты и Дженни, вот все, что у меня есть. Я очень хочу тебя видеть, дотронуться до тебя, поговорить с тобой, обнять тебя, и я скоро это сделаю, Джулия, совсем-совсем скоро…»
– Нужно только пожелать, – вслух сказала Джулия, и Крис, которая тем временем вытаскивала из буфета большую картонную коробку, закончила за нее:
– И все сбудется, все печали уйдут…
Джулия подошла, чтобы ей помочь. Крис выпрямилась, потирая спину.
– Думаю, я догадываюсь, чего ты пожелала, – усмехнулась она, – и, если это тебя приободрит, я всегда верила в фей…
Не успела она произнести эти слова, как раздался громкий, уверенный стук в дверь.




Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100