Читать онлайн Магия греха, автора - Кауи Вера, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Магия греха - Кауи Вера бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.32 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Магия греха - Кауи Вера - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Магия греха - Кауи Вера - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кауи Вера

Магия греха

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

– Ты явно не в себе, моя дорогая Нелл. В твоем поведении появилась несобранность, даже рассеянность. Тебя что-то беспокоит, вспомни старое выражение: если кто-то разделит твою проблему, то это уже полпроблемы, – проговорил Филипп.
– У меня нет никаких проблем, – ответила Нелл.
– Ну-ну... Забыла, с кем ты разговариваешь? Физиогномика – это мое призвание. Всю правду и ложь человечества можно прочесть по лицам, если, конечно, умеешь читать. Твоя ложь заключается в том, что можно было бы назвать... э-э... полным отсутствием. Ты пришла ко мне, и мне очень приятен твой визит, не скрою, мне не очень-то нравится валяться на больничной койке. Но ты, находясь здесь, все равно отсутствуешь. Ты где-то в другом месте. Осмелюсь спросить, может, с кем-то другим, а?
– Какими наркотиками тебя накачали? – усмехнулась Нелл.
– Которые уничтожают вирус пневмонии. Она чуть не убила меня вчера утром. Могу поклясться чем угодно, что когда я ложился спать, то был абсолютно здоров. Перед этим я встречался с безумно прекрасным и сладким тунисцем. Моя дорогая, у него дивное тело... я такое видел только один раз в жизни, это была статуя, которую изваял Пракситель.
– Мне сказали, что ты был совсем плох. Врачи знают, что у тебя положительная реакция на СПИД?
– Я сказал им это сразу же, как только они меня сюда притащили. Потом, когда приехал мой доктор, я предоставил разбираться во всем остальном ему.
– Ну и каковы прогнозы? – спросила Нелл.
– У меня СПИД, – довольно прохладно ответил Филипп. Он пожал плечами и вздохнул: – Теперь не просто положительная реакция, а болезнь. Потому-то я так быстро и заболел, что моя иммунная система сильно поражена. Время превратилось в моего злейшего врага.
Нелл промолчала.
– Не могу сказать, что это для меня неожиданно. – Филипп по-дружески похлопал ее по руке, лежащей на его ладони. В этот момент молчание было таким же тяжелым, как и камень отчаяния на сердце у Нелл. Она не любила Филиппа Фолкнера так, как любила Лиз. Она вообще не могла причислить его к искренне любимым людям. Она просто привыкла к тому, что он постоянно находился рядом. Несмотря на все условия и протесты Нелл, он все равно вмешивался в ее жизнь. Если бы он почувствовал, что уже не может помогать ей и влиять на ее поступки, он сам бы «уступил» ей дорогу. Она знала, что Филипп по-своему любит ее. К печальному известию она была готова уже давно, еще тогда, когда он сказал ей о положительной реакции на СПИД, но думать об этом – одно дело, а услышать из уст Филиппа – совсем другое. И сейчас Нелл чувствовала, что ее сознание не может примириться с мыслью о смерти.
Она глубоко вздохнула, чувствуя, что постепенно начинает осознавать случившееся.
– Мы должны сделать все возможное – за то время, что у тебя осталось.
– Первый раз в жизни я вынужден признаться, что мне нечего терять.
Их глаза встретились, и она рассмеялась.
– Поэтому теперь ты вполне спокойно можешь поведать мне, что там у тебя случилось, – мягко произнес Филипп. – Дальше меня это все равно не уйдет.
«Да, как же – как же, жди», – подумала Нелл. Пикантные истории, снабженные злобными комментариями, представляли для Филиппа особый интерес и особое удовольствие. Обсасывать чужие проблемы по косточкам было его любимым занятием. Он делал это обычно в кругу единомышленников, разносивших потом эти истории по всему свету, как пыльцу на цветы. Единственные секреты, которые можно было доверить Филиппу, – это его собственные тайны.
– Да ничего у меня не случилось, – повторила Нелл со вздохом. – Честно говоря, мне кажется, что я начинаю скучать... – На этот раз она отплатила ему той же монетой. – Но теперь у меня появятся кое-какие заботы, которые займут мое лишнее время, не правда ли? Кого ты хочешь, чтобы я известила о твоей болезни? Может, съездить к тебе на квартиру и привезти твою записную книжку? Нужно ли еще что-нибудь? Я полностью в твоем распоряжении.
Филипп скривился. Лиз сама бы все ему рассказала, ее не надо было упрашивать. Упрашивать выслушать совет. Нелл никогда не прислушивалась ни к чьим советам, а, оставаясь прикованным к этой больничной койке в госпитале, ему все равно не удастся узнать, что произошло. Хотя можно нанять для этого людей...
– Да, мне очень нужна моя записная книжка. Может быть, если я дам тебе лист...
– Вестминстерская больница? – спросил Марк Стивенс. – Что она там делает?
– Навещает мистера Филиппа Фолкнера, – ответил сержант. – В определенных кругах это очень известный джентльмен, сэр. Вы когда-нибудь слышали о Короле Королей? Ну так вот, Мистер Фолкнер известен как Королева Королев. – После этих слов возникла драматическая пауза. – У него обнаружен СПИД. – Билл Росс наткнулся взглядом на холодные голубые глаза. – В больнице у меня есть свои люди, сэр. – Он достал блокнот. – Кажется, мистер Фолкнер и эта леди старые друзья. У нее есть ключ от его квартиры, расположенной возле Вестминстерского аббатства. Оттуда она привезла ему сумку с вещами. Я навел кое-какие справки о мистере Фолкнере. В полиции никаких документов на него нет. Но он очень хорошо известен в свете. Происходит из древней фамилии. В его свидетельстве о рождении указано, что он сын мистера Хью Фолкнера, но ходят слухи, что он отпрыск более знатного отца, я бы сказал, даже приближенного к престолу. Он, естественно, очень самоуверенный и самовлюбленный. О нем упоминают даже в «Кто есть кто». Вот список посетителей за последние несколько дней. Здесь есть несколько очень высокопоставленных персон.
– Они знакомы с мисс Мондайн?
– Не могу сказать, сэр. В момент посещения ими больного ее там не было. Она обычно приходит после полудня, а они по вечерам.
– Мисс Мондайн приходит сама? Как она себя ведет?
– Вот, сэр, что можно еще добавить.
Билл Росс положил перед своим боссом стопку фотографий, снятых одним из полицейских, специально для слежки спрятанным в фургоне неподалеку от дома Нелл.
– В этом доме есть еще третья обитательница.
– Что?!
– Вот эта молодая леди, сэр.
Это была Нелл. С распущенными волосами, в одежде от «Маркса и Спенсера».
– Кто это такая, черт побери?!
– Не имею ни малейшего представления, сэр. Но тут есть еще одна странная вещь, сэр. Ни одна из этих трех женщин ни разу не появлялась в обществе другой. Их все время видели по отдельности. Мисс Джордан – владелица дома, так? Она бывает здесь по вторникам, средам и четвергам. Мисс Мондайн выходит из этого дома только по вечерам и бывает там еще по выходным. Она же водит автомобиль.
– Какие-нибудь другие посетители были?
– Ни одного.
Марк Стивенс внимательно изучал фотографии новой незнакомой ему женщины. Немного расплывчатое лицо, но видно, что красивое, открытого типа. Очень густые каштановые волосы с глубоким отливом. Великолепная фигура. Грудь под футболкой упругая и высокая. Нельзя сказать, что огромная, но далеко не маленькая. Джинсы туго обтягивают стройные и длинные ноги. Она носит темные очки, но все равно в этой женщине было что-то не то, она была очень похожа на... на кого-то похожа, но он не мог понять, на кого. Где же он мог раньше ее видеть?.. И кто она такая? Подруга? Или, может быть, родственница? Он ухватился за эту мысль. Здесь была какая-то связь. Она явно чем-то напоминала ему мисс Джордан. Только более юную. Может быть, племянница? Или кто-то еще из родственников, кто присматривает за домом, пока тетушка занята и не может делать это сама? «Вот черт! – подумал Стивене. – С каждой минутой все становится сложнее и запутаннее! Почему эти две женщины проводят так много времени у нее в доме? Правда, когда Клео Мондайн нет дома, кому-то надо присматривать за ее кошками. Но ведь сейчас она здесь. Тогда зачем они наносят ей эти ненужные визиты?»
Неожиданно его поразила нелепая, почти невероятная догадка. Могло ли так быть, что обе мисс Джордан, и эта суперсовременная и респектабельная, и старомодная стареющая, просто-напросто работали на эту «девочку по вызову»? Они получали жалованье за то, что находили ей клиентов и клали ее деньги в банк. Возможно, эта молодая женщина тоже была втянута в это дело и удовлетворяла более покладистую, нетребовательную клиентуру, а их дом был просто местом встреч и свиданий? Не одна, а две «девочки по вызову», работающие на совершенно разных уровнях, за совершенно разные деньги, но занимающиеся одним делом... «Думаю, пришло время для следующего визита к мисс Мондайн», – подумал он.
– Мне бы хотелось знать, дома ли мисс Клео Мондайн, – распорядился он. – Как только она войдет в дом, сразу же сообщите мне.
Марк снова углубился в изучение фотографий, сравнивая третью женщину с мисс Джордан. «Сначала очки, – подумал Стивене. – У мисс Джордан были затемненные толстые стекла, защищавшие ее слабые глаза от яркого света и усиливавшие зрение. А у незнакомки были очки...» – Марк достал из ящика стола увеличительное стекло. И стал рассматривать фотографию в увеличенном виде.
– «Рейбенс», – громко произнес он вслух. – Минимум пятьдесят фунтов стоят. Но она носит джинсы и самую обыкновенную футболку. – Он рассмотрел кроссовки.– «Топ-сайд ере». – Он узнал их потому, что сам купил точно такие же в Сан-Диего. Тогда он отдал за них шестьдесят долларов – это около сорока фунтов. Он перевел лупу на сумку, висевшую на плече незнакомки, и с удовлетворением покачал головой. Сразу было видно, что она соответствует самым высоким стандартам моды. На руке были часы. Только благодаря сильной лупе ему удалось разглядеть, что точно такие же часы он видел у Клео Мондайн. «Картье-Риволи». Циферблат по окружности украшен сапфирами, а ремешок из крокодиловой кожи. Шесть сотен за штуку. Фунтами. Да... Марк Стивенс откинулся в кресле. Итак... Этот дом скорее не бордель, а база. Мисс Джордан просто приходит, проверяет записи на автоответчике и заносит их в книгу свиданий. А те две ездят на встречи. Теперь неудивительно, что она не хотела раскрывать свои карты. Они, наверное, заработали уже целое состояние, и, естественно, им очень не хочется его потерять. Прекрасно. Просто великолепно! Дом спокойный, ничем не выделяется, практически никого из посторонних там не бывает. Соседи постоянно в разъездах. Никаких назойливых зевак с парковочных стоянок, которые могли бы наблюдать за уединенной жизнью трех женщин.
«Да, – подумал он. – Пришло время поговорить с ней еще раз». У него было такое чувство, что здесь что-то не так, что все то, что он видел и что ему докладывали об этих странных женщинах, где-то не сходится. Почему-то, думая о них трех, он мысленно обращался только к одной Клео Мондайн, а не к мисс Джордан или незнакомке. Может, обман? Слишком уж умная леди прячется под этой вуалью. Марк Стивенс четко понимал, что женщины затеяли какую-то игру, и это начинало его злить. Хуже всего, что они не просто играли в свою игру, а разыгрывали его, как наивного простака. Получается, что у них своего рода женская кооперация. Клуб феминисток. Но кем бы они ни были, на этот раз ей придется ответить на несколько вопросов, и для нее будет лучше, если она ответит на них честно.
К тому моменту, когда он подъезжал к маленькому уютному дому мисс Мондайн, первый приступ гнева уже прошел. Оскорбленной оставалась только его профессиональная гордость, потому что его водили за нос как последнего идиота. Он не имел ничего против мисс Джордан или третьей женщины, они не совершили никакого преступления. Если они и работают, используя этот маленький домик, то это еще не является противозаконным. В их действиях не будет ничего противозаконного до тех пор, пока они не будут использовать сам дом для свиданий. Но их делом можно заниматься где угодно. Что касается Клео, то она уже зашла слишком далеко. Она рискует своим собственным положением, до которого ему, честно говоря, не было никакого дела. Стивенс надеялся, что уж на этот раз он подловит ее.
Она, наверное, была в ванной, потому что ему пришлось позвонить дважды. После этого дверь наконец открылась, и перед ним предстала Клео в легком халате для купания. Вокруг головы у нее в виде тюрбана было намотано махровое полотенце.
– Ну и что на этот раз?! – холодно спросила она.
Его голубые глаза, казалось, готовы были испепелить ее на месте, но улыбка была самой приветливой.
– Всего лишь несколько дополнительных вопросов, – заверил он.
– Черт побери, и зачем я только ввязалась в это... – Она повернулась и, не оборачиваясь, пошла в комнату, предоставив ему возможность самому закрыть за собой дверь. Из холла они прошли на кухню. Она ждала его, скрестив руки на груди, в позе назидательной матери.
– Зачем вы следите за мной, суперинтендант? – с яростью в голосе проговорила она. – Зачем?
«Потому что это единственный способ встретиться с тобой, – признался он сам себе. – Если бы я пригласил тебя куда-нибудь, то ты бы наверняка отказалась, а в моем положении нельзя поступать наобум, я нахожусь на верху иерархической лестницы своей карьеры, и люди, которые поднимаются по ней вместе со мной к самой вершине, такие же жесткие и беспощадные, как и я».
– У меня есть еще кое-какие фотографии, которые я бы хотел показать вам. Там может оказаться некто из вашего прошлого.
– Сомневаюсь. То, что я узнала Тони Панаколиса, было чистой случайностью. Он не нравился мне тогда, не нравится и сейчас. Это очень редкий случай, чтобы люди из его мира имели какие-либо общие дела с такими женщинами, как я.
– Вы говорите все то же самое. Так мы не добьемся никаких результатов. Любая крупица информации, какой бы малой она вам ни казалась, может оказаться бесценно важной и поможет нам в проведении расследования по делу.
Марк видел, что женщина была недовольна, явно еле сдерживается, чтобы не сорваться. Раньше она была намного спокойнее. Он только сейчас обратил внимание на то, как взволнованно ее длинные пальцы теребили бахрому роскошного халата. Ему нравились ее прекрасные руки. Он представил, что должны чувствовать эти руки, когда они ласкают, но резко отбросил ненужные мысли и настроился на разговор. Он, видимо, слишком долго таращил на нее глаза, потому что она вдруг перестала дергать бахрому и потуже затянула пояс на халате без пуговиц. Подняв глаза, он увидел, что она внимательно смотрит на него.
– Послушайте, э-э... если вы хотите подняться наверх и закончить то, что вы делали до моего визита, то идите, а я пока приготовлю кофе, – предложил он.
– Нет, спасибо, – ответила она с прохладной вежливостью человека, желающего побыстрее избавиться от нежеланного гостя. – Давайте приступим к делу, по которому вы пришли, и побыстрее с ним закончим. – Она отвернулась и, достав чашки с блюдцами, поставила их на поднос. – Не могли бы вы присесть и не мешать?
– Может быть, я могу вам чем-нибудь помочь?
– Той бесцеремонности, которую вы себе позволяете в отношении меня, вполне достаточно. Так что спасибо, – отрезала она.
«Да, хороша, ничего не скажешь», – подумал он. Но его примирительная усмешка осталась без внимания.
«Определенно радоваться нечему. Она, наверное, лежала в теплой ванне, маленькие пузырьки щекотали ей подбородок, или, может быть, принимала душ, с радостью чувствуя, как жесткие струи омывают ее стройное, упругое тело. А черные роскошные волосы зачесаны наверх. Когда она открыла ему дверь, у нее было выражение лица человека, недовольного тем, что его не вовремя побеспокоили. Но ведь это произошло лишь потому, что она заставила волноваться меня».
Он прошел в гостиную и стал ждать. Войдя через некоторое время в комнату с подносом в руках, она села напротив него так, что кофейный столик оказался между ними. Пока она наливала кофе, он не хотел ничего говорить. Кофе был черный и очень крепкий. Она протянула ему чашку. Марк чувствовал, что молчание парализует его дыхание. Одна из кошек запрыгнула к ней на колени и, перебравшись на диван, стала умываться.
– Итак, фотографии... – напомнила она.
– Вот... – Он протянул ей еще одну пачку черно-белых фотографий. На всех был Тони Панаколис, но с разными людьми. Она начала их просматривать. Первая, вторая, третья... Когда она взяла в руки четвертую, на которой этот грек был с какой-то блондинкой, Марк заметил, что она напряглась. Какое-то мгновение она еще смотрела на нее, а потом отложила в сторону и стала просматривать остальные. Закончив, Клео вернулась к этой фотографии и еще раз внимательно посмотрела на нее. После этого отложила ее в сторону.
– Мне приходилось встречаться с блондинкой в 1979-м. Это одна из девочек, работавших на Мики Шафнесси, когда и я еще была с ним. Она тогда была у него на особом счету – его девушка. Ее имя Синди Льюис. Позже я слышала, что она тоже его бросила, потому что он избивал ее и однажды сломал один или два ногтя. Она была помешана на своих ногтях. Они были у нее очень длинными и даже немного загибались, но она считала, что это высший класс. Она ушла, потому что он попортил ее красоту. Синди практически не изменилась, разве что выглядит немного посерьезней, и, насколько я помню, у Мики она не носила прическу «Долли Партон».
Взяв фотографию, Марк внимательно посмотрел на выглядывающую из широкого рукава руку блондинки. Было видно, что эта женщина регулярно ходит к косметологу и делает маникюр. На безымянном пальце у нее – кольцо с бриллиантом размером с пятипенсовую монету, а длинные ногти загнуты, как когти хищной птицы. Каждый ноготь выступал, по крайней мере, на целый дюйм за конец пальца.
– Сейчас она известна как Синди Сеарл. Она любовница Тони Панаколиса на протяжении последних пяти лет. Снималась в некоторых его суперсексуальных порнофильмах в главных ролях. Что еще вы могли бы рассказать мне о ней?
– Самовлюбленная, тщеславная, корыстная, глупая и злая. Толстая, как бочка, хитрая и пронырливая и всегда знает, кто, где, когда и как может принести ей пользу. С теми, кого она не считает потенциальными врагами, может быть достаточно дружелюбной. Но для врагов очень опасна. Коварная, один раз она очень быстро избавилась от девушки, к которой Мики Шафнесси стал проявлять внимание. Я не была там сама, но мне говорили, что она не предупредила эту девушку, когда к ней подошел клиент, которого уже все хорошо знали как любителя поиздеваться над женщиной во время свидания... Синди была рядом и в нужный момент подсунула этому извращенцу под руку веревку. Тот связал бедную девушку так, что чем больше она сопротивлялась, пока он ее насиловал, тем туже у нее на горле затягивалась петля. Синди схватили и даже судили за это, но для той девушки все было кончено. Синди, естественно, все отрицала. Она сказала, что предупредила девушку, но та не послушалась совета, поэтому Синди думала, что она сама сможет справиться с клиентом. Когда я была у Мики Шафнесси, меня предостерегали, чтобы я ей не доверяла. Последнее, что я о ней слышала, что она уехала обратно к себе в Сэлфорд, сдав Мики полиции из-за того, что он, видите ли, сломал ее драгоценные ногти. Так как он теперь мертв, она решила, видимо, что можно спокойно вернуться назад и сделать карьеру.
– Бриллиант настоящий, норковое манто – тоже. Тони проявляет немало усердия, чтобы она соответствовала стилю той женщины, которую она сама себе выдумала. А остальных мужчин и женщин вы не знаете?
– Нет.
– Они все в прошлом проститутки, а теперь помощники Тони Панаколиса. Он их содержит на свои деньги. – Марк Стивенс остановился, чтобы сделать глоток кофе. – Вы были с Синди друзьями?
– Нет. Мы были просто знакомы друг с другом, вот и все.
– С тех пор как вы стали самостоятельно... работать, вы ничего о ней не слышали?
– Я бы и не вспомнила о ней, если бы вы не показали мне фотографию.
– Вы не удивлены, что она живет с таким человеком, как Тони Панаколис?
– Нет. Синди никогда не была разборчивой в своих связях, а особенно если дело пахло большими деньгами.
Кошка, закончив свой утренний туалет, решила перейти на другое место и легко, одним прыжком, запрыгнула на колени к своей хозяйке. Та почесала у нее за ухом и погладила шерсть на загривке. В ответ раздалось тихое урчание, как будто под шерстью был спрятан маленький моторчик. Кошка стала на задние лапы и ткнулась мордочкой в шею Клео. Марк обратил внимание, что это была очень большая и очень пушистая кошка.
– Блоссом, как ты себя ведешь! – Нелл хотела сказать сердито, но получилось мягко и нежно. Почувствовав в голосе хозяйки ласку, кошка стала лизать ей лицо и тыкаться в подбородок. Она делала это с такой силой, что тюрбан из полотенца на голове у Клео стал потихоньку сползать назад и один конец, завернутый под левым ухом, медленно высвободился. Клео еще не успела что-либо понять, как развернувшееся полотенце упало на плечи, и Марк Стивенс увидел светло-каштановые волосы. Причем абсолютно сухие.
Кошка, испугавшись упавшего полотенца, спрыгнула и убежала.
Клео даже не пошевелилась. Казалось, будто она мгновенно застыла. Взгляд Стивенса был прикован к ее волосам. Совсем не короткие, не черные и не мокрые, а длинные, каштановые и сухие. У него на лице было выражение внимания и задумчивости, у нее – неприступности.
– Так здесь всего одна женщина... – произнес Марк Стивенс голосом человека, который наконец-то все понял. – Вы и Клео Мондайн, и мисс Джордан, и третья таинственная женщина.
Он видел, что выражение ее лица менялось по мере того, как она начинала понимать смысл его слов, как будто хотела сказать: «Какого черта... ломать комедию. Теперь-то вы все знаете». Она скинула с себя халат и осталась в желтой футболке и джинсах в обтяжку.
Марк Стивенс усмехнулся:
– Поздравляю вас. Вы ловко меня провели. Вы просто великолепная актриса. Честно говоря, я был сбит с толку мисс Джордан. Так с кем же из вас я все-таки встречался? Сейчас-то вы хоть настоящая?
– Да, я Элеонор Джордан, но все знают меня как Нелл. Те две женщины... это моя выдумка.
– Вы сами до этого додумались? Эта порочная троица ваших рук творение? – Увидев вспыхнувший в ее глазах злой огонек, он понял, что попал в точку. – Но зачем вы их придумали? – спросил он, чувствуя одновременно восхищение и удивление.
– У меня были на это свои причины, не имеющие к этому делу никакого отношения. Мне бы очень хотелось, чтобы вы об этом никогда не узнали. Здесь нет ничего запретного и незаконного.
– Но... – начал было он.
– Мисс Джордан – это мой внутренний мир, если вам так нравится, она полная противоположность Клео Мондайн...
– Элеонор Джордан... это что, имя для будущей роли? Приберегли напоследок?
– Нет, это еще одна частичка моего внутреннего «я». Элеонор – это мое имя, но так называл меня только отец.
– Нелл звучит более естественно?
– Да. Меня все всегда знали как Нелл, к тому же я всегда думала о себе только как о Нелл, а не как об Элеонор. Это мое настоящее «я».
– Но у мисс Джордан не было зеленых глаз, – неожиданно вспомнил он.
Она наклонила голову и что-то сделала со своими глазами. Когда он снова взглянул на нее, то увидел, что глаза стали светло-серого цвета, с тонкими черными ободками вокруг зрачков.
– А седые волосы?
– Крашеный парик.
Он восхищенно покачал головой.
– Ловко вы меня провели, – снова повторил он. – Третья женщина поставила меня в затруднительное положение. Я решил, что здесь живут трое.
– Нет, только я и кошки.
Блоссом, услышав, что разговор идет в спокойном тоне, вернулась и, громко фыркнув, одним прыжком вскочила на руки к Стивенсу.
– Блоссом!
– Ничего. Все нормально. Я люблю кошек. – Марк безошибочно нашел за ухом у кошки ее любимое место, и через секунду та, тихо урча, устроилась у него на коленях, разбросав свои лапы в разные стороны, как крылья самолета. – Спасибо, Блоссом, – с благодарностью сказал Марк. Услышав свое имя, кошка подняла на него глаза и понимающе мигнула.
– Если вы считали, что здесь есть еще какая-то таинственная женщина, значит, вы вели за мной постоянное наблюдение, да?
– Нет, но я признаюсь вам, что время от времени за вами наблюдали.
– Зачем? – От возмущения она даже передернулась.
– Просто чтобы убедиться, что вы на самом деле та, за кого себя выдаете. Я верил вам до тех пор, пока не появилась Нелл. Это и сбило меня с толку. Вы ради этого устроили весь маскарад?
– Нет. Я уже говорила вам почему. Клео зарабатывает деньги, а Элеонор – только прикрытие для Клео. Что-то надо делать днем. – Как бы защищаясь и оправдываясь, она добавила: – Вреда никому нет никакого, это просто доставляет мне удовольствие, что ж здесь плохого?
– У вас были какие-то причины стать Клео?
– Да. Она не должна была иметь ничего общего с Элли Литтл. У нее не должно было быть никаких грехов ни в прошлом, ни в настоящем... никаких проблем, только – будущее.
– Она была как бы частью той подруги, которая умерла?
– Да.
– А Филипп Фолкнер?
Он увидел, как ее светло-серые глаза заволокло дымкой.
– Вы все-таки следили за мной все это время.
– Я расследую преступление со смертельным исходом, – железным голосом отрезал он. Это уже был суперинтендант Стивенс, а не просто Марк Стивенс. Она опустила глаза и, наклонившись вперед, взяла чашку с кофе. Он заметил, как легко и плавно переместилась у нее под майкой упругая грудь, и понял, что ее там ничто не сдерживало.
– Филипп играл во всем этом свою роль, – призналась она. Неожиданно она подняла ресницы и взглянула ему в глаза. – Но вы и так уже наверняка знаете, кто он такой, – с вызовом проговорила Нелл.
– Да, знаем.
– Он был очень хорошим другом той женщины, которая нашла и воспитала меня. Он был ее... духовным наставником, думаю, так можно было бы его назвать. После ее смерти он стал моим советником. В этом мире практически нет таких вещей, о которых бы он ничего не знал, а людей – еще меньше, если, конечно, этот человек стоит того, чтобы о нем знали. Он ужасный сноб. – Марк хотел задать какой-то вопрос, но она не дала ему этого сделать, быстро добавив: – Нет, об этом деле он ничего не знает. Он не является моим духовным наставником. – Эти слова были чистой правдой.
– Хорошо. Пусть он лучше не знает ничего, потому что для него это может оказаться тайной, которую он будет не в состоянии сохранить.
У Клео на лице снова появилась слабая улыбка.
– Я вижу, вы за ним тоже немало наблюдали.
– Но не в качестве преступного элемента. Как и вы, он все делает с максимальной осторожностью, тем более если его занятия связаны с нарушением закона. Список его любовников своего рода «Кто есть кто».
– Филипп говорит, что именно благодаря ему они там и появляются.
Они улыбнулись друг другу и рассмеялись. Она откинулась назад. Это было первым признаком «отступления» с ее стороны и свидетельством, что он кое-чего уже добился.
– Так, значит, вам потребовалось столько времени лишь для того, чтобы переодеться в этот халат?
– Да.
– И сколько вы собирались продолжать игру, я имею в виду розыгрыш?
– До тех пор, пока мне это было бы удобно. А разве есть закон, запрещающий подобное?
Он решил попытаться подойти с другой стороны.
– А когда вы ушли от Мики Шафнесси, вы не боялись, что он попытается вас найти и отомстить?
– Боялась... но только пока не узнала, что Синди сдала его полиции.
– И с тех пор вы ни разу не контактировали с тем миром?
– Ни разу.
Она заставила себя выдержать его испытующий взгляд.
– Вы сделали пластическую операцию, да? – наконец спросил он. – Поэтому-то я и не смог вас узнать.
– Да, пришлось. Мики сломал мне нос и челюсть. Еще у меня была трещина в левой скуле. Хирург воспользовался предоставленным ему шансом поэкспериментировать и произвел кое-какие изменения. Но вы не узнали меня не по этой причине. Вы не узнали меня потому, что просто не помнили.
Она была не так далека от истины. Факт оставался фактом – он ее не помнил.
– Значит, маловероятно, что Синди вас узнает?
Он еще не успел закончить фразу, как она выпалила:
– О нет! Хватит! Я с этой компанией не хочу иметь ничего общего! – В ее голосе прозвучала нескрываемая злоба, а серые дымчатые глаза подернулись штормовыми облаками. – Я давным-давно порвала с ними и не намерена восстанавливать эти связи. Не надо думать, что в моем случае вы имеете дело с девочкой, оставшейся такой же подстилкой, что и в молодости. Я давно порвала с прошлым и живу теперь другой жизнью. Я выполнила свой долг как член общества, суперинтендант, просто как человек. Решив рассказать вам эту историю, я пошла на безумный риск. Я опознала того человека с ковром, а теперь еще и Синди Льюис. Чего вы еще хотите?!
– Положить конец убийству детей, а также арестовать тех людей, которые получают удовольствие от сексуальных извращений с детьми, а затем убивают их с такой легкостью, будто тушат свечи.
Стивенс заметил, что Нелл стала понемногу успокаиваться и появившаяся бледность на лице была «белым флагом» отступления.
– Как вы думаете, зачем я позвала вас тогда в первый раз в бар? – спросила она, откинувшись в кресле. Постепенно ее гнев сменился осторожностью. Он знал, что, если она воспользуется своей властью – могущественными связями со своими высокопоставленными клиентами, она сделает себе только хуже. Когда они все узнают, суперважные клиенты, естественно, станут все отрицать, в том числе и знакомство с ней. Ее власть в настоящий момент заключается в том, что она ему нужна. Ему бы очень не хотелось прибегать к угрозам.
– Я не собираюсь угрожать вам, – спокойно сказал Марк Стивенс, – у меня нет на это никаких полномочий. И я не могу заставить вас делать то, что вам не хочется делать. Мы не в полицейском государстве. Также я не могу вас шантажировать. Единственное, что мне остается, это попросить вас помочь нам. Если бы вам удалось встретиться с Синди, поговорить о старых временах, спросить ее, что она сейчас делает, где бывает, при этом поведав ей, как бы невзначай, собственную, тщательно подготовленную версию своей жизни с того момента, как вы расстались с Мики Шафнесси. Возможно, она даже захочет, чтобы вы встретились с Тони Панаколисом. Мы знаем, что она вербует для него кадры. Нет... – Он увидел, что она снова вспыхнула. – Мне бы не хотелось, чтобы вы зашли слишком далеко и стали работать на него. – После этих слов возникла пауза. – Но, если бы мы попросили вас об этом, это дало бы нам возможность узнать кое-что новое о нем и том деле, которое мы расследуем.
Нелл саркастически улыбнулась и ответила:
– Надо ли мне представляться его партнеру, Резо Доминициану?
– Его сейчас нет в стране. Я вам это уже говорил. Кроме того, Доминициан пассивный партнер и вряд ли имеет хоть какое-нибудь отношение к производству фильмов.
Это было сказано со спокойным выражением лица, хотя в его необыкновенно голубых глазах промелькнул веселый огонек. Однако, встретившись вновь с его взглядом, она почувствовала, что у нее пропало всякое желание смеяться.
– Вы думали об этом? – спросил он. – Вы же прекрасно понимаете, что при проведении расследования я должен проверять каждую мелочь, и, поверьте, таких мелочей у этих людей за последние годы накопилось немало. Я не собираюсь умолять вас на коленях, у меня тоже есть гордость. Но именно сейчас мне очень нужна помощь, и вы, мисс Джордан, можете оказать ее больше, чем кто бы то ни было. С вашей помощью я мог бы проникнуть в жизнь человека, никогда и никому не доверявшего и не доверяющего свои тайны и секреты. Это просто чудо, что вы знаете любовницу Тони Панаколиса, хотя с момента вашей последней встречи и прошло много лет. Я бы ни за что не послал вас туда, где вам грозила бы хоть малейшая опасность. Я не настолько безрассуден. Но если бы вы согласились подумать над моим предложением...
Она думала... А он ждал. «Какая же она все-таки красивая, – подумал он. – Мягче и нежнее, чем Клео, хотя не такая неотразимая, как та. У нее лицо, которое никогда не в состоянии забыть. Необычные глаза. Нежнейшая кожа. Она даже говорит не так, как обычные женщины. У Клео голос немного жестче и властнее, но это исходит из ее привычки заниматься активным сексом по сценарию. Мисс Джордан говорит нерешительно, даже немного извиняющимся тоном... А голос Нелл звучит вполне естественно, потому что это ее собственный голос». Он был уверен на сто процентов, что сейчас она не играет, потому что не было для этого никакой необходимости. Это была та Нелл, о существовании которой не знал почти никто. Ее мог знать Филипп Фолкнер, но кто еще? «Я твой должник, Блоссом», – подумал Марк. Неудивительно, что она так заинтриговала его с самого начала. Три женщины в одном теле. Причем три абсолютно разные женщины, ничем не похожие друг на друга. Не возникало никакого сомнения, что Нелл была ключевой фигурой в этой триаде. Оставалось только непонятным, зачем ей понадобилось создавать еще два дополнительных персонажа. Но он это узнает. Он хочет это узнать. Очень хочет.
Стивенс чувствовал интуитивное влечение к этой женщине, но его разум отгонял даже намек на эти мысли. Один из его инструкторов в Брамшилле, умудренный опытом долгих лет работы в столичной полиции, предупреждал его, чтобы он избегал иметь какие-либо отношения с красивыми женщинами при исполнении служебных обязанностей.
– Эта проблема серьезно заставит тебя задуматься о своем половом члене, – говорил он. – Я повидал немало перспективных, многообещающих полицейских, которые в конце концов так ничего и не добились, потому что никак не могли понять разницу между чувствами и разумом, между полицейским и просто мужчиной. У тебя тоже наступит время, когда придется решать для себя подобный вопрос.
«Вот и пришло время», – подумал Марк Стивенс. Он поставил на столик свою чашку.
– Сколько времени вам надо, чтобы обдумать мое предложение? – спросил он.
– Не звоните мне, я сама с вами свяжусь. – Нелл смягчила резкость фразы нежной улыбкой.
Но он в ответ не улыбнулся.
– Надеюсь, мне не придется ждать очень долго. Все то время, пока мы пытаемся обнаружить, где действует эта банда, существует угроза, что они совершают насилия над все новыми и новыми детьми.
Он видел, что ее лицо как-то неестественно передернулось, но это выражение промелькнуло настолько быстро, что он даже не успел его запомнить и оценить.
– Но где они находят детей?
– Это обычные беглецы, дети улиц. Некоторые из них, доведенные до отчаяния, продаются за низкую плату, чтобы не умереть с голоду, другие попадают в переделки, потому что верят обещаниям. Для них это единственный способ заработать деньги.
Он заметил, как она снова вздрогнула, сделал паузу для большего впечатления и после этого добил ее остальной информацией.
– Мы опознали уже пять тел. Мы знаем, как и почему они погибли. А вот где сейчас находятся остальные двадцать с лишним детей, мы не знаем. Все они беглецы, все потерялись уже много, очень много месяцев назад, порой даже лет. Могут быть и другие причины их исчезновения, с этим никто не спорит. Может быть, они просто сами скрываются. – Марк снова помолчал. – Но это уже не наше дело, по крайней мере, оно находится не в нашей компетенции.
Она подняла голову и посмотрела на него таким взглядом, как будто хотела пригвоздить к креслу.
– И не в моей тоже! – бросила она таким резким тоном, что кот в ужасе свалился на пол и умчался на кухню. – Мое дело было сообщить вам то, что я знаю, и все! А теперь я должна еще заботиться о детях, которых совращают сексуальные маньяки! Я должна... – она не договорила, потому что, должно быть, заметила на его лице какое-то неприятно-резкое выражение, заставившее ее вспомнить об осторожности. Ее профессиональное спокойствие вернулось к ней. – Вы знаете, есть явно неприятные моменты в моей профессии, – продолжила она другим тоном, – но, по-моему, сексуальные извращения с детьми выходят за рамки самых больших неприятностей.
– Я не раз сталкивался с тринадцатилетними проститутками, – сухо сказал он.
– Я тоже. И практически всегда их первыми клиентами были их собственные отцы.
Ее голос задрожал от отвращения, хотя он и не понял причины столь сильного эмоционального возбуждения. В какой-то момент ему даже показалось, что это не просто отвращение, а ярость. Судя по тому, что творилось в ее душе, она сейчас была необычайно взволнована, но спокойное выражение лица и такие же спокойные, ничего не выражающие глаза скрывали ее глубинные чувства. Создавалось впечатление, что она отгораживалась от него невидимой стеной, которая не позволяла рассмотреть ее настоящее лицо. Но все-таки были какие-то проблемы, заставлявшие Нелл волноваться так сильно, что даже ее непроницаемая отчужденность давала трещину, позволяя по мимолетным проявлениям недовольства и раздражения судить о происходящем в ее душе. Марк понимал, что, если довести этот гнев «до кипения», ее слабые места станут заметны еще сильнее. Да, ключик к потайной двери был где-то рядом. Понимая это, он уже не сомневался, что скоро разгадает тайну этой непостижимой женщины.
Марк Стивенс встал. Ему хотелось все хорошенько обдумать и кое с кем посоветоваться, чтобы убедиться, что он действительно на правильном пути. А сейчас для него важно то, что она еще не поняла, как сильно перед ним раскрылась.
– Хорошо, – проговорил он с видом человека, который наконец понял, что большего ему на этот раз добиться не удастся, и смирился. – Я согласен, вы должны обдумать мое предложение. Я прекрасно понимаю, о чем прошу... – Он смотрел ей прямо в лицо. Он хотел, чтобы она все поняла без слов...
Нелл подняла глаза, и он, не выдержав, отвел взгляд в сторону. Но Марк успел заметить, что его молчаливое послание было получено и прочитано.
– Хорошо, – единственным словом ответила она.
– Я перезвоню вам после уик-энда.
Тихий кивок головы вместо ответа. Она безразлично отнеслась к его желанию уйти, значит, ей тоже надо подумать и еще раз «пощупать» ту шаткую почву, по которой они только что ходили вдвоем, чтобы окончательно убедиться, что она «не оставила на ней слишком много следов».
«Она доверилась только мне, – думал он, садясь в машину. – И только потому, что я запомнился ей своей справедливостью по отношению к падшим женщинам и детям. Гнев превращается в вину, вина превращается в разъедающую душу отраву. Жизни калечатся и ломаются так, что потом их уже никак нельзя исправить». То, что она представляла собой в эмоциональном плане целое минное поле, не оставляло у него никаких сомнений.
«Все оказывается намного сложнее, чем я предполагал», – подумал Марк. Но он не мог ждать, пока все станет на свои места и правда обнаружится сама собой.
Нелл отнесла чашки в кухню и стала их мыть. Руки привычно выполняли знакомую работу, в то время как она обдумывала сложившуюся ситуацию. Мысли метались в ее голове подобно тому маленькому мышонку, которого Банда недавно принес в дом. Загнанный, замученный, задерганный, обезумевший и еле живой от страха мышонок уже почти сдался, когда Нелл не выдержала и, взяв полотенце, завернула в него серый комочек, чтобы вынести на улицу. Мышонка она спасла, но ее спасти некому. Она сама допустила довольно грубую ошибку, позволив, чтобы ее раскрыли... и, самое главное, кто! Блоссом!
На мгновение остановившись, она посмотрела на свои мыльные руки и поняла, что вынуждена признаться самой себе в том, в чем очень долго не хотела признаваться: он нарушил ее покой. Она не могла спокойно думать о нем, прекрасно понимая, что она знает о нем так же много, как теперь и он о ней. О чем бы они ни разговаривали, между ними все время оставалось почти физически ощутимое напряжение. Она наговорила сегодня слишком много глупостей... да, слишком много... Но Нелл не могла припомнить ни одного мужчины, который бы заставлял ее так сильно волноваться и нервничать. С клиентами она никогда не ощущала ничего подобного. И только теперь поняла почему. С клиентами она себя контролировала, а с Марком Стивенсом – нет. Он выбрал свой собственный путь в отношениях с ней и четко следовал ему, но, поступая таким образом, он слишком опасно приближался к той грани, за которой трудно было соблюдать какие-либо ограничения или запреты. За этой гранью находилась запретная зона, причем для нее она была еще более запретной, чем для кого бы то ни было. Даже Лиз предупреждала ее, чтобы она никогда не переходила эту границу. Она знала, что, допустив ошибку, которая может оказаться для нее роковой, она дала ему возможность разглядеть за непроницаемой стеной отчуждения и хладнокровия частичку ее истинного лица. Пусть он не разгадал всех ее страхов и метаний, однако увиденного было вполне достаточно, чтобы возбудить его любопытство. Теперь он не остановится и будет постоянно подстегивать ненасытное желание выведать как можно больше, пока не узнает все.
«А это значит, что мне надо немедленно порвать с ним всякие отношения. Встреча с Синди Льюис – это полная катастрофа, она сулит одни неприятности. Я не могу позволить Стивенсу еще раз явиться сюда. Пора поднимать мост в моем замке и опускать входную решетку. С этого момента, моя дорогая девочка, ты переходишь на осадное положение...»




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Магия греха - Кауи Вера

Разделы:
Книга 112345678Книга 2123Книга 312345678910

Ваши комментарии
к роману Магия греха - Кауи Вера



Дальше 2страницы не осилить.оценка 2
Магия греха - Кауи Веракатя
23.11.2012, 11.45





Книга заставляет подумать,это не обычное легкое,сиропно-сопливое чтиво для не особо обремененных мозгами дамочек. В романе показана жизнь такой,как она есть на самом деле. Читается не легко,но оно того стоит.
Магия греха - Кауи ВераАлина
5.10.2013, 12.50





это не женский роман, а бульварная скандальная книжонк про страдания проституток. Жирная двойка.
Магия греха - Кауи Вераkato
8.10.2013, 5.44





kato - это не бульварная, скандальная книжонка. Это серьезное, без сиропа, психологическое разбирательство жизненных ситуаций. У Веры почти все такие. Читать порой тяжело, но очень захватывает. Кто любит такие - очень советую. Тем кто хочет сказочку - это не сюда
Магия греха - Кауи Вераиришка
12.08.2014, 17.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100