Читать онлайн Магия греха, автора - Кауи Вера, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Магия греха - Кауи Вера бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.32 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Магия греха - Кауи Вера - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Магия греха - Кауи Вера - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кауи Вера

Магия греха

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Когда Нелл порекомендовали очередного клиента, она хотела позвонить Филиппу, но раздумала, она не видела его уже около девяти недель. Ее жизнь напоминала работу хорошо отлаженного двигателя. Она занялась своим маленьким домиком, руководствуясь теперь уже собственным вкусом, поменяла мебель, перевесила картины и зеркала и поставила над камином огромный портрет Лиз в серебряной резной раме. Лиз напоминала здесь невесту Дороти Уайлдинг. По бокам в роскошных фарфоровых вазах стояли безумно-яркие розовые астры – любимые цветы Лиз. И еще одно изменение произошло у нее в доме – она больше не жила в нем одна. Первой появилась британская голубая, чье длинное и причудливое имя Нелл вскоре заменила на более короткое и близкое – Блоссом
type="note" l:href="#n_7">[7]
, потому что, когда ее принесли ей четырехмесячным котенком, то из комочка пуха и шерсти на нее смотрели блестящие, как золотые астры, глаза. Из-за их миндалевидного разреза и слегка косящего взгляда ветеринар, делавший ей прививки, назвал ее «маленькой китайской милашкой», а потом и Нелл, в свою очередь, переименовала ее в Мою маленькую китайскую императрицу. Затем длинное имя сократилось и осталась только Императрица, которой, по сути, киска и была.
Всю свою жизнь Нелл хотела иметь кошку. Она их просто обожала, но отец, никогда не менявший своего мнения, не позволял переступать порог их дома ни одному животному. Он считал, что собаки воняют, а кошки царапают мебель. Нелл умоляла его, но все ее просьбы были бесполезны. Однажды Нелл осмелилась принести в дом бездомного котенка, которого отец немедленно приказал отнести и сдать в Королевское общество защиты животных.
– Но они же выкинут его на улицу, – жалобно хныкала Нелл. – Ну пожалуйста, пожалуйста, разреши оставить его дома. Я буду следить за ним, он совсем не будет тебе мешать. Я обещаю. Это же всего лишь маленький котенок.
– Уже этого достаточно, чтобы его тут не было. Бесконтрольное воспитание животных, впрочем, как и людей, достойно порицания. Эта доброта приводит к тому, что животные никогда не сталкиваются с теми жестокими реалиями жизни, которых ты еще пока не в состоянии постичь своим умом.
А Нелл никак не могла постичь своим умом своего отца. Она проплакала всю ночь напролет и дала себе клятву, что в один прекрасный день у нее будет собственный кот, который ни от кого не будет зависеть. Блоссом стоила шестьдесят гиней, и за нее действительно можно было отдать такие деньги, поэтому, когда через пару недель после покупки Нелл позвонили и спросили, не проявит ли она интерес к ее брату, не находящему покоя с тех пор, как его разлучили с сестрой, она согласилась. Кота она назвала Бандл; по данным ему рекомендациям, это был настоящий проказник и забияка. Первые несколько дней после его появления в доме Блоссом пряталась под кровать, а когда она оттуда все-таки появлялась, то Бандл, более крупный и сильный, начинал гонять ее по всему дому. Однако у Блоссом был настоящий бойцовский характерен несколько выдранных клочков шерсти вскоре научили Бандла уважать общество других. После этого они стали жить дружно и днем обычно вместе спали или играли в большой утепленной корзине, а вечером и ночью нализывали друг друга, лежа в ногах кровати Нелл. Если Нелл отсутствовала более суток, то она нанимала женщину, приходившую кормить кошек дважды в день. Они могли свободно входить и выходить из дома через специальные отверстия в дверях. Возвращаясь с очередного свидания, она с радостью слышала вместе со звуком открывающейся двери их пронзительное мяуканье. Стремительно срываясь с ее постели, где они проводили почти все время в ее отсутствие, кошки неслись к ней по ступенькам лестницы и с искренней радостью, мягкие и пушистые, встречали у порога. Не раз, сидя в большом кресле у камина и гладя лежащих у нее на коленях животных, Нелл задумчивым взглядом окидывала комнату и грустно вздыхала. Да, ей нечего было больше желать. Стабильная работа, деньги сыплются как из рога изобилия, и дом ничем не хуже тех, о которых она мечтала всю жизнь. Ей очень, очень повезло. Нередко, сидя у телевизора, она открывала бутылку вина и поднимала первый бокал в память о Лиз, как бы мысленно обращаясь к ней.
Когда ей порекомендовали этого нового клиента, она ничего о нем не знала, никто из ее знакомых никогда не упоминал это имя, однако здесь не было ничего необычного, поскольку сферы деятельности ее клиентов были очень разными. Рекомендовал его мужчина, который достался Нелл после Лиз. Это был один из ее наиболее старых знакомых, обладающий огромными средствами и обожающий, чтобы его унижали и били, желательно железной щеткой для волос, по ягодицам. Вроде бы все ясно. Ничто не предвещало беду. Нелл расспросила об особенностях сексуальных склонностей будущего клиента, и ее заверили, что с ним проблем не будет, главное – внимание. Он был молодым и представительным человеком, женатым на чудаковатой женщине, воспитанной в духе викторианской морали, запрещавшей женщинам во время полового акта проявлять излишние чувства и разрешавшей лишь слегка раздвигать ноги. Имея подобную жену, он, естественно, не находил выхода своим сексуальным фантазиям и оставался неудовлетворенным. Нелл должна была одеться как няня и вести себя строго, как няни с непослушными детьми. «Господи, что случилось с британским высшим обществом?» – удивленно подумала она. Будет подан обед, во время которого она должна постоянно следить за клиентом, напоминать, что сидеть надо прямо, не сутулясь, что локти класть на стол неприлично, а если он не доест то, что ему положили в тарелку, лишать его сладкого. Нет смысла говорить о том, что он, конечно же, не доест обед и будет корчиться и кривляться как ребенок, за что справедливо будет ею наказан. «Прекрасно, – подумала Нелл, – еще одна тысяча фунтов, и безо всякого напряжения. Сценарий уже знакомый, с небольшими вариациями». Поэтому она с легкостью согласилась. Надев бледно-голубую униформу, белый передник и черные чулки (были особо оговорены черные чулки, капроновые, в сеточку максимальной степени тонкости) и стилеты на каблуках туфель, Нелл подумала, что на няню она совсем не похожа. Юбка была по меньшей мере дюймов на восемь выше колен, поэтому, когда она даже слегка наклонялась, виднелась нежная голая кожа ноги и застежки пояса для чулок. «Мужчины такие странные, – подумала она, – они возбуждаются от пяти сантиметров ничем не прикрытого тела больше, чем от миллиона обнаженных женщин, и к тому же совсем не придают значения настроению и словам. Да, опять будет скучно и нудно». Она уложила волосы в узел и закрепила его заколкой. Сверху надела белый накрахмаленный чепчик. Чтобы усилить впечатление, Нелл надела еще и специально купленные очки. Они были круглые, похожие на глаза совы, возможно, даже немного грубоватые, с простыми стеклами вместо линз.
Отвернувшись от зеркала, она взглянула на своих котов и шепнула им:
– Не волнуйтесь, на этот раз недолго. Если проголодаетесь, ешьте куриную печенку. Думаю, она вам понравится.
Запечатлев по поцелую на каждой пушистой головке, она в сопровождении довольного мурлыканья спустилась по ступенькам к ожидавшему такси.
Сначала все шло по заранее намеченному сценарию. После того, как «плохой мальчик», наказанный строгой «няней», опустив голову, послушно поплелся в спальню, Нелл сняла чепчик, вынула заколки из волос и распустила волосы. Ну, теперь еще немножко, и все. Она научилась играть первую часть представления с такими клиентами на интуиции, стараясь действовать согласно настроению и поведению клиента, порой полностью беря инициативу на себя. Если ему это нравилось, он подчинялся. Если нет, она быстро перестраивалась и отдавала инициативу ему. Чем дальше, тем лучше. В данном случае это было проявлением детской нереализованной фантазии, и больше ничего. Нелл даже не сомневалась, что, зайдя в комнату, увидит его одежду аккуратно сложенной на краю кровати, а сам он будет стоять на корточках или просто согнувшись и спустив штаны пижамы до самых щиколоток и отчаянно работая рукой между ног.
Она немного подождала, специально заставляя его помучиться, надеясь, что так быстрее наступит оргазм. Когда ей показалось, что он ждет уже достаточно долго, она вошла в комнату и обнаружила, что все обстоит так, как она и предполагала. Мужчина даже не оглянулся, но щетка уже лежала рядом с кроватью, чтобы вовремя оказаться под рукой. Нелл с удивлением взяла ее. Это была тяжелая, массивная, сделанная из серебра щетка с жесткими и острыми, как иголки, шипами. Она решила, что бить надо будет не в полную силу, а то она мгновенно проколет кожу.
– Наклонись! – приказала она строгим голосом. Он с готовностью подчинился, но Нелл снова сделала паузу: – Если ты готов попросить прощения, то я приму твои извинения.
– Не буду извиняться. Это был открытый вызов.
– Ну что ж. – Она ударила первый раз не очень сильно, думая, что через три, максимум пять таких ударов наступит облегчение, и все закончится. Но, несмотря на то, что его рука продолжала настойчиво трудиться на ниве мастурбации, а рука Нелл нанесла уже седьмой удар, он никак не мог «облегчиться». Она увеличила силу ударов, но даже после двенадцатого, нанесенного в полную силу, оргазм так и не наступил. «О боже, – подумала она, – он, видно, привык к таким вещам, скотина». До нее доносилось вроде бы довольное хрипение, свидетельствовавшее об удовольствии и подступающем оргазме, но вместо этого он выгнулся и стал мастурбировать еще яростней. Нелл почувствовала, что здесь что-то не так, и наклонилась чуть-чуть в сторону, чтобы увидеть выражение его лица. Оно раскраснелось и блестело от пота, рот был широко открыт, но он никак не мог кончить. «Он, наверное, занимается этим уже не первый год», – мелькнула у нее мысль. Рука уже устала, и после двадцатого удара она перестала их считать. Его ягодицы превратились в два красных пятна с крошечными капельками крови в местах уколов. Наверное, он почувствовал, что она уже выбивается из сил, потому что удвоил свои усилия и, повернувшись к ней, сказал:
– Сильнее, черт тебя побери... за что я тебе плачу деньги?!
После этих слов Нелл поняла, почему у него были трудности с оргазмом. В промежутке, когда он ее покинул и когда она вошла в комнату, он чего-то наглотался. Это было видно по его трясущимся щекам и выпученным глазам с сузившимися зрачками. Нелл бросила щетку и отступила назад.
– Не надо тратить время попусту. Если ты накачался наркотиками...
– Ты кого обвиняешь в приеме наркотиков? Да ты знаешь, кто я такой?! Я из тебя все мозги вытащу и намотаю на забор, если ты не будешь делать, как тебе велели и за что тебе заплатили!
Нелл отрицательно покачала головой. Так он может загонять себя до смерти, и получится, что она убила его, хотя на самом деле он просто накачался наркотиками до такой степени, что они подавили у него все сексуальные чувства. Наверное, это кокаин. Вот они, привычки и удовольствия богатеньких лентяев. Для того чтобы он дошел до оргазма, ей пришлось бы сделать из его зада хорошую отбивную.
– Ах ты, невинная сука! – Она не успела опомниться, как он выхватил у нее из рук щетку и принялся бить ею Нелл по голове. Он бил с силой и яростью человека, который не привык, чтобы ему перечили. Она подняла руки, чтобы хоть как-то защититься, но он уже успел ударить ее по лбу, по щеке и темени. Удары наносил физически сильный мужчина, и ей было действительно очень больно. Так как лицо и голова теперь оказались закрыты, он начал бить ее по другим незащищенным частям тела, но Нелл извивалась и уворачивалась как могла. Тогда он резко схватил ее за ногу и повалил на пол рядом с кроватью. Это никак не повлияло на скорость и силу ударов. Просто теперь для них открылось подходящее место: обнаженная плоть между чулками и юбкой. Нелл буквально взвыла от боли и, не соображая, что делает, схватилась за то, что попалось ей под руку – за его упругий, твердый пенис. Ощутив в руках трепещущий член, она сделала движение, которому ее научили девочки перед ее первым выходом на улицу. Она сжала его изо всех сил и повернула до предела сначала в одну, потом в другую сторону, а затем резко рванула вниз.
– Это смертельный трюк, – говорила ей Паола.
Она не обманула. Он заорал, и внезапно наступивший оргазм подкосил его ноги, как будто вся сила в одно мгновение покинула его тело и вместе с обильно хлещущей во все стороны спермой вырвалась наружу. Упав на пол, он сжался в комочек, как маленький ребенок, и жалобно застонал. Нелл отпрыгнула назад. На ногах у нее остались длинные красные полосы, щеки и лоб саднило, что уж говорить о самой голове. Она чувствовала головокружение и тошноту. «Слава богу, что все закончилось только тем, что он кончил, – подумала она. – Мне наплевать, кто он такой. Он не имеет права причинять мне боль и унижать». Она заковыляла к двери, потому что одна нога, как раз та, за которую он дернул, видимо, подвернулась и очень болела. Но не успела Нелл взяться за ручку, как дверь открылась и на пороге появились двое мужчин. Первого она сразу же узнала, потому что это был именно тот человек, который порекомендовал ей этого наркомана. Второго она никогда раньше не видела.
– Что случилось? – хладнокровно спросил он.
– Вы не говорили мне, что клиент глотает всякое дерьмо, вот что случилось! Он либо ввел, либо вдохнул наркотик, пока я готовилась. А когда я это заметила, он стал меня бить! – Нелл показала исполосованные ноги и руки. – Поэтому мне пришлось остановить его единственным способом, который я знала.
Он смерил ее взглядом с головы до ног.
– Вы пока останетесь в этом доме. Я вынужден попросить вас перейти в ту комнату.
Он просил ее таким тоном, что не возникало никакого сомнения: это приказ. Когда за ним закрылась дверь, Нелл осторожно опустилась на кресло, стараясь пристроиться так, чтобы не задеть саднящие царапины. Ну и что теперь? Тауэр? За то, что она имела дело с одним из них, причем так, как они привыкли это делать? Страх усиливался, и она почувствовала где-то внизу живота неприятную холодную слабость. Может, эти люди хотят наложить лапу на его владения и собственность? По правде говоря, он был седьмая вода на киселе, но все-таки родственником королевской семьи. Она приложила руку к пылающему лбу. Ей сказали, что здесь не более чем детские фантазии. Ничего предосудительного, ничего. И это они называют непредосудительным. Можно было сдохнуть, когда она колотила его по голой заднице уже онемевшей рукой. Вот тебе и строгая няня, вот и наказание для мальчика...
Она медленно откинулась в кресле и закрыла глаза. И все же она добилась результата! Он кончил! Не исключено, что она что-то там и повредила. Бывает. Теперь уже все равно все погибло. И дело и будущее. Но как же она могла догадаться, что он накачался наркотиками? Конечно, ей надо было сначала его проверить. Разве Лиз не говорила, что проверка нужна всегда?! Но рекомендация-то была от надежного клиента. Так где же она ошиблась? Ей надо было обо всем догадаться, когда они заставили ее подписать ту проклятую бумажку с обещанием прийти. Это всегда означает, что клиент – персона очень важная. Надо было слушать свою интуицию, подсказывавшую, что она поступает не так, как нужно. Следовало отказаться, и все. Или пойти к Филиппу и попросить совета. Но ведь она не сделала ни того, ни другого. Мысль о тысяче фунтов за тридцать минут работы заслонила все остальное. У этого ублюдка были те, кто думал и действовал за него, используя его, как куклу. Дом, оказывается, был не так уж пуст, как это казалось. Но хуже всего, если они засняли все на видеопленку. Она в тревоге встала, но беглый осмотр комнаты ничего не дал. Может быть, за зеркалом была еще одна дверь? Она стала кусать ногти и внимательно осматривать комнату. Вот что-то над кроватью подозрительное... Она даже замерла от неожиданности своего открытия. Черт! Двадцать один год жизни – и все надежды пошли прахом, ее кинули в воду, где плавали только одни акулы, и все – людоеды. Куда же это ее угораздило влипнуть? Мысли путались. Она еще никогда не была в столь сложной ситуации.
«Итак, ты хотела жить одна-одинешенька, без помощи и контроля других, не так ли? – издевалась она над собой. – Сама Мисс Независимость.
Ладно, – устало сдалась Нелл, – я допустила ошибку. Согласна. Прошу прощения. Я усвоила и этот урок. Больше это не повторится.
Все оказалось вполне закономерным. Чего хотела, то и получила.
Но ведь единственное, чего мне хотелось, так это быть свободной и независимой. Это было так прекрасно.
Конечно, приятно и прекрасно! Вот почему опасность всегда подкарауливает в самый неподходящий момент. Двадцать месяцев беспроблемной жизни должны были закончиться чем-нибудь подобным».
Слишком поздно она поняла, насколько наивной была, не доверяя телохранителям и считая их ненужными.
Дура!!! Как Лиз хорошо ее знала! Теперь-то было понятно, почему она просила Филиппа присматривать за ней! Лиз видела ее слепое желание «быть свободной любой ценой» и знала, что за это придется заплатить гораздо большую цену, чем она ожидала.
Нелл вздрогнула. Огонь в камине едва горел, но холод во всем теле шел не снаружи, а изнутри. Впервые за все время с момента ухода из дома Мики Шафнесси, столкнувшись с холодным одиночеством, она действительно испугалась. На этот раз очень сильно. Из-за своей глупости она оказалась втянутой во что-то более опасное и серьезное, чем уличная проституция и работа с сутенером.
Нелл уткнулась лицом в ладони. «Только бы вырваться отсюда, тогда я обязательно расскажу все Филиппу и буду всегда, всегда с ним консультироваться! Господи, я и шагу не сделаю без его слова! Пожалуйста, помоги мне выбраться отсюда!»
Неожиданно открылась дверь, и, убрав руки от лица и выпрямившись, она взглянула туда. Ее посредник вынырнул из темноты, но, не обратив на нее никакого внимания, снова оставил ее в одиночестве. Когда он вернулся, с ним был еще один человек. Судя по сумке, принесенной им с собой и очень напоминавшей саквояж, это был врач.
Нелл снова оставили одну. Дрожа от холода, она придвинулась поближе к огню. Когда-то давно она уже чувствовала нечто подобное. Она была одна против всего мира, но у нее хватило сил и терпения все вытерпеть и победить. У нее все-таки еще есть права. И у нее есть Филипп. Если он захочет снизойти до нее и пересмотреть свое отношение, то она последует любому его совету.
Дверь в спальню отворилась, и в комнату вошли двое. Врач молча осмотрел ушибы и царапины на теле Нелл.
– Чересчур грубо, – заключил он, обращаясь не к Нелл, а ко второму ее клиенту. – Однако серьезных повреждений нет.
По лицам мужчин и интонации говорящего ничего нельзя было определить. Они оба казались бесчувственными.
– Вот... – Доктор достал из саквояжа тюбик с какой-то мазью. – Смажете там, где болит. Это ускорит заживление царапин и синяков. – Нелл зажмурилась, когда он приложил что-то к ее щеке. – Больно? – спросил он.
– Немножко. – Она не хотела говорить им, что другой человек, ударив когда-то ее в это же место, сломал ей челюсть.
– Это продлится дня два-три, потом и следа не останется. – Доктор убежденно кивнул головой, закрыл свой саквояж, и мужчины отошли к двери. После непродолжительной беседы вполголоса врач ушел, а ее клиент остался.
– Теперь-то я могу уйти? – вежливо, но настойчиво спросила Нелл.
– Только после того, как вы подпишете вот это.
– Я не выписываю рецептов. Этим занимается врач.
– Ценю ваше чувство юмора, но это не рецепт. Это обязательство, что вы никому, я повторяю, никому никогда не расскажете о том, что здесь сегодня произошло. – Все это было сказано ровным голосом и без всякой интонации.
– Я никогда не говорю о своих клиентах.
– Я рад это услышать, тем не менее вы все-таки подпишите это.
Нелл прочитала документ и, увидев, что он отпечатан на машинке, поняла, что это был уже не первый случай, когда такие же, как и она, подписывали подобного рода бумаги. Они не друзья, а скорее тюремщики для него... После этого она размашисто поставила свою подпись: Клео Мондайн.
Он посмотрел на нее и, повернувшись, произнес:
– Ваше настоящее имя.
От его голоса и взгляда у нее побежали по спине мурашки. Она снова взяла ручку и написала: Нелл Джордан. Они все-таки еще не знали, как ее зовут. Хоть маленькая, но победа. Взяв из ее рук листок, он сложил его и с невозмутимым видом опустил во внутренний карман пиджака. После этого в его руке оказался белый конверт, который предназначался явно ей. Конверт был очень толстым.
– Ввиду тех изменений, которые, как я вынужден признать, оказались совершенно непредсказуемыми, плата за это свидание для вас была удвоена... из-за потрясения и ранений. Контактов с этим клиентом у вас больше не будет.
Нелл почувствовала, как у нее от слабости чуть не подкосились ноги, но она скрыла это и еще умудрилась заметить:
– Мне очень приятно это слышать. Он встал.
– Не сомневаюсь, что дорогу домой вы сможете найти сами.
Нелл надела плащ и вышла. Только в такси ее охватила страшная дрожь. Открыв дверь своего дома, она, как всегда, увидела радостные мордашки встречающих ее кошек и, подхватив их на руки, спрятала лицо в густой шерсти, с радостью слушая тихое довольное мурлыканье.
– Вы меня никогда не осудите, да? – прошептала она им самым нежным голосом. – Вы всегда будете меня любить, независимо от обстоятельств. Этот человек смотрел на меня так, как будто я только что вылезла из канализации, а сам он просто-напросто тошнотворный половой извращенец. Зато о себе он самого высокого мнения. Что же сделало его таким? Я-то, по крайней мере, не строю никаких иллюзий по поводу того, чем я занимаюсь, а он как объяснит свои занятия?
Наполнив горячую ванну, она плеснула в нее пену, и вода сразу же покрылась нежными пузырьками с приятным запахом. Нелл терла себя так, будто старалась содрать кожу. Она никак не могла отделаться от ощущения, оставшегося от этого вечера: она казалась себе грязной, оборванной, недостойной даже человеческого презрения. Ей никак не удавалось забыть о том отвращении, которое она видела в глазах этого – она думала о нем только как о надсмотрщике – человека. В душе ее остался осадок, который невозможно было отмыть никакими шампунями и щетками.
К тому моменту, когда она забралась в постель и два пушистых шарика своим теплом согрели ей ноги, ее гнев остыл, и она смогла взглянуть на ситуацию по-другому. У нее оставался только один путь – позвонить Филиппу и, проглотив обиду и унижение, поведать ему все, что произошло, попросив при этом прощения и предложив восстановить прежние дружеские отношения. Он не упустит случая поиздеваться над ее унижением и слабостью, но с этим она сможет справиться, потому что то, что он может дать ей взамен, для нее просто бесценно. Она еще недостаточно знает людей или знает только «хороших» людей из этого общества. Он же знает всех. Он мог бы помочь ей своим опытом, знаниями. Он своего рода дьявол, без союза с которым нельзя обойтись.
Он будет удивлен ее обращением, но наверняка не покажет этого, не проявит никакого энтузиазма по поводу встречи, протянув, как всегда, небрежно: «Чему я обязан таким удовольствием?»
Нелл несколько раз повторила про себя все, что она хотела ему сказать, чтобы история выглядела как можно правдивей и достоверней, но напрасно. Набрала номер, и, услышав его голос, она выложила все напрямую:
– Я попала в неприятную ситуацию, по собственной вине. Мне бы хотелось обсудить ее с тобой, но не по телефону. Ты бы не мог приехать?
Он, как всегда, понял все мгновенно и поэтому был немногословен:
– Через двадцать минут.
Когда он приехал, Нелл вежливо и искренне извинилась перед ним, не скрывая, что поступила очень глупо, отказавшись от его поддержки.
– Мне не надо было рвать с тобой, – заключила она. – Я прошу прощения. Лиз была права. Я действительно еще нуждаюсь в покровительстве. Ты простишь меня и будешь мне помогать в будущем?
– Конечно, но только тогда, когда ты станешь немного попроще и перестанешь относиться ко мне как к папочке.
Нелл рассмеялась и почувствовала в душе такое облегчение, что сделала то, что никогда бы не позволила себе сделать раньше. Она обняла Филиппа.
– Я вижу, что ты попала действительно в сложную ситуацию, – заключил он. – Ну, давай, расскажи мне все по порядку.
Когда она закончила свой рассказ, он вздохнул.
– Ну что ж, твоя первая ошибка – то, что один мой американский любовник называет «распущенность». Или расслабленность, называй как хочешь. Этот человечишко явно не более чем самый обыкновенный, но немного извращенный онанист. Думаю, что он отбывает срок в одном из тюремных заведений на северо-западе Шотландии. Их еще эвфемично называют клиниками, но на самом деле это просто-напросто дорогая тюрьма для членов наших так называемых «лучших фамилий», представляющих для самих этих фамилий большие трудности.
– Меня беспокоит только одно: есть ли у него власть и сила, благодаря которым он мог бы меня... убрать?
– Ну, не сегодня и не сейчас, это уж наверняка, потому что он дальний отпрыск рода и в будущем ему ничего не светит. Так, а теперь расскажи мне, как они вышли на тебя?
Нелл объяснила. Филипп покачал головой.
– Да, тут чувствуется очень опытная и высококлассная команда помощников, работающих на его семью. Можно назвать их... надсмотрщиками. – При этом слове Нелл удивленно подняла брови, потому что она окрестила их точно также.
– Он смотрел и разговаривал со мной, будто я грязная подстилка у двери его дома.
Филипп горько улыбнулся.
– Неудивительно, ведь его занятие – убирать навоз. Он работает на людей, которые его купили и платят ему деньги – так же, как и тебе. Но мне бы еще хотелось выяснить, откуда он узнал о тебе.
– Не знаю. Мне сказали, что он любит сцены из детства, связанные с нянечкой и наказанием щеткой, но не сказали, что оно будет достаточно жестоким. Дословно было сказано так: детские шалости.
– А кто они? Кого ты видела?
– Там был еще один человек. Более молодой, хорошо одетый, представительный. Он сообщил мне, что это случайное дело, простое, и женщина нужна только на один раз. Но необходима профессионалка. А после того, как все произойдет, мне надо забыть об этом и никогда не открывать рот. Об этом они беспокоились больше всего.
– Еще бы. – Филипп облизал губы; он всегда так делал, когда над чем-нибудь серьезно задумывался. – Предоставь это дело мне. Пока никуда не обращайся и не пытайся ничего узнать. Здесь есть не совсем понятные моменты, поэтому мне надо будет провести дополнительное расследование, назовем это так, и потом посмотреть, что получится.
Увидев на лице Нелл напряженное выражение, он улыбнулся и добавил:
– Доверься мне. Нелл вздохнула:
– Если честно сказать, то я это уже сделала.
– На этот раз ты хорошо усвоила преподнесенный тебе урок? – Теперь в его голосе не было ни капли сочувствия. Нелл кивнула головой:
– Это больше не повторится.
Через неделю Филипп позвонил ей сам:
– Жди дома, сейчас приеду. Войдя, он сразу же бросил:
– Тебя подставили.
Нелл удивленно уставилась на него.
– Помнишь похороны Лиз, когда я обнаружил тебя вместе с той женщиной в комнате? Я еще сказал тебе потом, что она была специалисткой в одном из садомазохистских обществ.
– Что-то припоминаю. Да, я ее помню. Ты сказал мне, что она вышла из игры, очень удачно выйдя замуж.
– Однако прежнее свое занятие не бросила. Как мне удалось узнать, а узнал я, честно говоря, половину, она поставляет клиентов живодерам из одного общества садомазохистов. Два раза в год она приезжает сюда из Австралии, якобы чтобы проверить свои вклады в банке. На самом же деле совсем с другой целью. Человек, нанявший тебя, использовался их обществом несколько лет назад. А вот тот, который был клиентом Лиз, а потом «по наследству» достался тебе, принимал в этом самое непосредственное участие. Так что тебя просто-напросто подставили.
– Но я никогда не была знакома ни с кем из подобных обществ, а этот клиент...
– Это неважно. Он тоже в какой-то степени был использован в качестве приманки. Ты клюнула на его репутацию, он на деньги и обещания, так что все просто. А этот, новый, явно не из тех, кого может удовлетворить простая проститутка.
– Еще бы! Если он нагрузился наркотиками...
– Я хорошо знаю, чем чревато употребление наркотиков для половых функций мужчины. У него, видимо, уже серьезные нарушения.
– Тогда почему же они его не остановили?!
– Зададим вопрос: кому это нужно?
Нелл удивилась:
– Так это специально?..
– Конечно! Он уже ни для кого не представляет интереса и никому не нужен. Но убрать его открыто невозможно. Поэтому, если он как-нибудь примет дозу наркотиков и, прости за грубость, откинет копыта, все испытают только облегчение. Он давным-давно находится в изоляции, наверное, большую часть своей жизни. Но в силу социального положения семьи надо демонстрировать, что о нем заботятся и что он еще что-то значит. Поэтому он еще и жив, но жизнь эта протекает вдали от Лондона, и сама понимаешь, в каких условиях. В качестве лекарства они иногда позволяют ему реализовать его фантазии с такими, как ты.
– Но... – Нелл замялась в нерешительности, – почему со мной?
– А почему бы и не с тобой? Ты же протеже Лиз.
– Но Лиз уже умерла!
– А ты – нет!
– Но, Филипп...
– Просто если ты ни на кого не держишь зла, это совсем не значит, что и все другие такие. Женщина, с которой я тебя видел, ненавидела Лиз. Да, да, ненавидела. Лютой ненавистью. Причем очень завидовала и бесилась, узнавая о ее успехах. По вашему разговору она почувствовала, что ты о ней не знаешь. Она никак не могла навредить бедняжке Лиз, а ты явилась для нее прекрасной жертвой, такой юной и неопытной. Это была одновременно и месть, и животное наслаждение проигрышем своей уже мертвой соперницы, скажем так. Так что можешь себе представить, какое она получила удовлетворение, даже находясь на другом краю света. Сейчас она наверняка там, в Австралии. И, возможно, очень долго оттуда не приедет. Теперь, я надеюсь, ты понимаешь, что я имел в виду, когда очень давно предупреждал тебя о необходимости и важности предварительной проверки?
Нелл кивнула головой. Потом очень ровным и спокойным голосом сказала:
– Согласись, что никогда не знаешь, откуда ждать неприятностей. Меня это даже никогда и не волновало.
– Это название одной из самых любимых песен Лиз, если ты помнишь.
Нелл слабо улыбнулась.
– Да. – Она откинулась назад и сделала глубокий глоток из бокала. Спиртное действовало успокаивающе. – Как хорошо она меня знала.
Филипп покачал головой:
– Совсем беззащитный ребенок.
– А что там насчет наркотиков? – спросила Нелл.
– Тебе это ничем не грозит, ты же ничего не знала. Это совершенно особое дело.
От этих слов у нее как будто гора с плеч свалилась.
– Спасибо, – тихо произнесла она, вложив в слова всю нежность и ласку, на которые была способна. – В будущем все новые клиенты обязательно сначала будут поступать на проверку к тебе, а уже потом в постель ко мне. Ну а теперь, может, останешься на ленч? Я приготовила такие толстые-претолстые котлеты из баранины...
Это была первая ошибка, результат ее самонадеянности. Пришлось признать, что она в этом случае доверилась сердцу, а не голове, позабыв о самом главном правиле: НИКОМУ НЕ ДОВЕРЯЙ. Что ж, пусть это послужит ей уроком, вторую такую ошибку она уже не допустит.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Магия греха - Кауи Вера

Разделы:
Книга 112345678Книга 2123Книга 312345678910

Ваши комментарии
к роману Магия греха - Кауи Вера



Дальше 2страницы не осилить.оценка 2
Магия греха - Кауи Веракатя
23.11.2012, 11.45





Книга заставляет подумать,это не обычное легкое,сиропно-сопливое чтиво для не особо обремененных мозгами дамочек. В романе показана жизнь такой,как она есть на самом деле. Читается не легко,но оно того стоит.
Магия греха - Кауи ВераАлина
5.10.2013, 12.50





это не женский роман, а бульварная скандальная книжонк про страдания проституток. Жирная двойка.
Магия греха - Кауи Вераkato
8.10.2013, 5.44





kato - это не бульварная, скандальная книжонка. Это серьезное, без сиропа, психологическое разбирательство жизненных ситуаций. У Веры почти все такие. Читать порой тяжело, но очень захватывает. Кто любит такие - очень советую. Тем кто хочет сказочку - это не сюда
Магия греха - Кауи Вераиришка
12.08.2014, 17.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100