Читать онлайн Сказки серого волка, автора - Кауфман Донна, Раздел - 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сказки серого волка - Кауфман Донна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.31 (Голосов: 39)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сказки серого волка - Кауфман Донна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сказки серого волка - Кауфман Донна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кауфман Донна

Сказки серого волка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

13

Он опять торчит под окном. Сторожит её.
Танзи вздохнула и опустила занавеску. Откинулась на спинку кресла и постаралась сосредоточиться на колонке, сочинением которой она сейчас якобы была занята.
Однако настроиться на рабочий лад никак не удавалось.
Ну как тут соберёшься с мыслями, если он дежурит под окнами?
Танзи обвела глазами рабочий кабинет в своей уютной квартирке на Рашн-Хилл. Типичное писательское гнёздышко. Господи, как хорошо вновь оказаться дома. В своём собственней жизненном пространстве. Сидеть на своём, пусть даже слегка продавленном стуле, видеть любимые репродукции на стенах. А её собственный мини-холодильник до отказа забит тем, чем жив писатель: банками кока-колы и «сникерсами».
Да, но было и кое-что новенькое. И дело не в том, что Танзи не нравились крошечные феи, которых Миллисент выбрала в качестве рождественских украшений для её комнаты в «Большом Харри». Просто в последнее время она всей душой привязалась к фигуркам овец и барашков, чьё постоянно увеличивающееся в размерах стадо разместилось на книжных полках по соседству с её компьютером.
Это читатели, которые не иначе как заболели предпраздничной подарочной лихорадкой, присылали их ей на адрес редакции. Всё началось с мягкой игрушки, которую прислал представитель мужской половины стада. К плюшевому барашку прилагалась записка: «Вступай в наши ряды, у нас травка слаще!» Танзи ещё пошутила по этому поводу, когда принимала участие в шоу Барбары Брэдли, и тогда её аудиторию словно прорвало — читатели и почитатели прямо-таки завалили её овечками и барашками всех форм и размеров. Одни фигурки были стеклянными, другие керамическими, третьи гипсовыми, но все до единой — ужасно смешными. Одна такая овечка даже щеголяла в свадебном платье — не иначе как это и была самая последняя подружка невесты.
Однако любимцем Танзи был игрушечный койот, подаренный ей Мартином. Шеф попросил, чтобы она поставила его в середину стада. Разумеется, койот — это ещё не волк, но всякий раз, когда её взгляд задерживался на нём, Танзи улыбалась. Вернее, это раньше она улыбалась. Теперь же, глядя на миниатюрную волчью фигурку, Танзи хмурилась, и в голову лезли неприятные мысли.
Нет, не может быть, что Соул-М8 и Мартин — одно и то же лицо. И всё же Танзи была вынуждена признаться себе: после рассказа Райли она не стала обсуждать материал своей очередной колонки по телефону, а предпочла воспользоваться для этих целей электронной почтой. Мартин удивился её нежеланию говорить по телефону, но Танзи сослалась на то, что совершенно измотана предпраздничной лихорадкой. Мартин проявил понимание и посочувствовал ей. Хм-м. Тоже подозрительно. Откуда у него это понимание? И сочувствие?
Мартин анализировал её колонку, Танзи же анализировала каждое напечатанное им слово, пытаясь обнаружить в том, что он писал, некий глубинный смысл. К её великому облегчению, таковой там не обнаружился. И почему же тогда, если она так уверена в себе, почему же она не решилась встретиться с Мартином лично, как просил её Райли. Танзи вновь бросила взгляд на койота и нахмурилась. И в следующий момент села, выпрямив спину. Ведь наверняка Мартин брал в руки эту фигурку, не мог не брать, иначе как бы он её ей подарил? Так, может, стоит передать её Райли, вот тогда все окончательно и выяснится.
На душе тотчас стало легче. Теперь она может успокоиться и не считать себя последней поганкой за то, что подозревает своего наставника и шефа. Танзи вновь переключила внимание на компьютер, и тут зазвонил телефон. Танзи застыла на месте, но затем всё-таки постаралась стряхнуть оцепенение. Вряд ли это Соул-М8. С того самого вечера на балу от него не поступило ни единого послания. Кто знает, может, он наконец отстал от неё? Увлёкся кем-то ещё. В общем, ей повезло, подумала Танзи. Тем не менее она нажала кнопку определителя номера и сняла трубку.
— Эй, привет! Тебе не кажется, что пора отвечать на мои звонки?
— Знаю-знаю, — раздался в ответ голос Слоан, правда, какой-то невесёлый. — Я тут совсем замоталась с новой выставкой. Так что после праздников мне наверняка понадобится хороший отдых — от праздников.
— Ну, я бы не хотела так долго ждать. Может, как-нибудь пообедаем вместе? Нам обеим нужен отдых от этой безумной гонки. Рина со Сью совсем свихнулись. Такое впечатление, будто они не приданое младенцу готовят, а выполняют какую-то божественную миссию. А Мэриел тем временем лепит в фотоальбом снимки его крошечного пениса. Так что, кроме тебя, на данный момент у меня никого нет.
«А ещё я переживаю за тебя», — хотела добавить она, но не стала. Хотя Танзи и была в их компании жилеткой, в которую все другие могли время от времени поплакаться, Слоан редко пользовалась причитающейся ей порцией.
— С удовольствием, — откликнулась Слоан, судя по голосу, искренне. — Кстати, несмотря ни на что, я всё-таки постараюсь присутствовать на вашем празднике.
Танзи закусила губу, не зная, как поступить дальше. Ведь, кто знает, может, этот звонок — её единственная возможность.
— Послушай, а вообще как ваши дела? Я имею в виду тебя с Вольфгангом. Все нормально?
Молчание, затем Слоан всё-таки ответила:
— Да-да. Все нормально.
Не хочет откровенничать. Даже в разговоре с подругой, что обидно. «Подумаешь, что они с мужем не ладят, — рассердилась про себя Танзи, — все равно я вытащу из неё правду».
— Мне казалось, между нами нет секретов. И вновь молчание.
— Нет, конечно, — раздалось какое-то время спустя в ответ. — Просто сейчас я не настроена обсуждать эту тему. Как-нибудь в другой раз.
По крайней мере она не пытается увильнуть, подумала Танзи.
— Хорошо. Я всё время у себя. Ты уже говорила с Риной и Сью?
Кто знает, может, тем удалось выудить из Слоан чуть больше?
— Ну да, чтобы выслушать очередную лекцию на тему, что я должна уделять больше времени другим, и всё такое прочее. Нет уж, увольте.
— Черт. Наверное, я должна чувствовать себя польщённой, раз уж ты позвонила мне.
Слоан усмехнулась в трубку.
— Наверное. Ты всегда знаешь, когда можно, а когда лучше не давить на больное место.
— Спасибо за комплимент. Пожалуй, ты права.
— Послушай, мне надо бежать. Ты передай остальным, что я принимаю официальное приглашение на ваш праздник. Кстати, а ты придёшь ко мне на открытие выставки?
У Слоан намечалось открытие выставки какого-то молодого гения, и она надеялась, что охваченные предпраздничной подарочной лихорадкой посетители приобретут кое-что из его работ. Если кто и умел привлечь внимание народа к произведениям искусства накануне Рождества, так именно Слоан. В этом ей не было равных.
— Да-да, постараюсь.
Танзи даже самой себе не хотелось признаваться, что она вынуждена свести к минимуму свои выходы в свет до тех пор, пока не прояснится ситуация с Соулом-М8.
— Кстати, можешь захватить с собой этого парня, которого ты приволокла на благотворительный бал.
— Помнится, ты упоминала, будто не разговаривала с Риной и Сью?
— Нет, конечно. Но Рина ежедневно пишет мне по электронке. Она утверждает, что, не держи она меня постоянно в курсе событий, я бы уже давно отстала от жизни.
Интересно, подумала Танзи, заикнулась ли Рина о записке? Не похоже, иначе Слоан наверняка позвонила бы раньше. Ведь даже если она и занята по горло, то все равно подруга. Рина наверняка весьма мудро рассудила, что у Слоан хватает собственных забот.
— Да-да, она такая. Если бы не Рина, откуда бы я знала, где сейчас распродажи обуви.
— Значит, ты приведёшь его?
— По крайней мере постараюсь. Большего не обещаю, — сказала Танзи и попыталась сменить тему. — А Вольфганг там будет?
Она знала, что муженёк наверняка надуется на Слоан, когда та представит ему новый талант. Такое в крови у всех людей искусства. Лично её такая неуёмная жажда славы свела бы с ума. Что касается Слоан, эта жажда уже привела подругу в объятия другого мужчины.
— Не знаю, — грустно усмехнулась Слоан. — В принципе я не особо жажду его там видеть.
— Ого. Может, всё-таки обсудим это? Слоан вздохнула:
— Да не слишком забивай себе этим голову. Можно подумать, ты его не знаешь. Впрочем, я от своих слов не отказываюсь. Хотя у нас с Вольфи все не так уж и безнадёжно. Мы с ним пытаемся найти общий язык, в двух словах не объяснить.
— Тем более незамужним вроде меня?
— Частично.
Танзи поморщилась, но, с другой стороны, каков вопрос, таков и ответ.
— Ну ладно, ладно, поговори лучше с Риной или Сью.
— Покорнейше благодарю. Мне только их лекций не хватало.
— Ну, вряд ли Рина станет промывать тебе мозги на тему семейной жизни, зато может выслушать. А такую светлую голову, как Сью, ещё надо поискать.
— Ах да, Солнышко-Сью и её образцово-показательный Пол. — Слоан даже фыркнула. — Нет-нет, благодарю покорно. И не предлагай мне поплакаться в жилетку Мэриел. Уж как-нибудь проживу без жизненной мудрости будущей мамочки.
Танзи расхохоталась.
— В таком случае у тебя никого не осталось, кроме меня, непросвещённой и непосвящённой. Ну, не отказывайся, встретимся где-нибудь в кафе, поговорим. Ведь даже если я приду на выставку, ты сможешь разве что помахать мне ручкой, и то сильно сомневаюсь. Обещаю, я не стану выносить суждений.
— Ну, если только ты мне дашь письменную расписку. Послушай, а может, нам лучше встретиться после праздников, когда всё уляжется? Я тебе обещаю.
— С глазу на глаз. Чтобы ты мне все как на духу выложила. Ты же меня знаешь.
— А по-твоему, почему я тебе звоню? Кстати, если ты собралась вытрясти из меня душу, то, боюсь, одним коктейлем не обойтись. В общем, я выбираю место, ты платишь по счёту.
— Что ж, идёт.
— Ну и отлично. Могу поставить галочку, что одно дело сделано.
Танзи решила, что подруга сейчас положит трубку, но та неожиданно выпалила:
— Танзи, Танзи, спасибо тебе. Все так сложно, хорошо, что мы созвонились. Но ты только не волнуйся. Все и вправду нормально. По крайней мере у меня. Послушай, когда будешь звонить Рине — ты ведь наверняка ей позвонишь, как только я положу трубку, — передай, чтобы и другие тоже не брали в голову. У меня все прекрасно, честное слово.
Голос Слоан звучал намного теплее. Озабоченность тотчас сменило любопытство, и Танзи моментально навострила уши.
— Нет-нет, и вправду прекрасно, как никогда, — добавила для убедительности Слоан. — Ну, пока, мне надо бежать.
Не успела Танзи спросить, по какой это вдруг причине и не имеет ли к этому отношение блондин Адонис, как Слоан уже повесила трубку. Танзи так и подмывало набрать номер подруги и потребовать ответа. Или сию же минуту отправиться к ней в галерею. Черт, прижать бы нахалку к стенке! Но от Слоан, когда та занята, никогда ничего не добиться. С другой стороны, бывает ли у Слоан когда-либо свободное время или же её жизнь — сплошная работа?
Кстати, следовало оскорбиться, когда Слоан сказала, что Танзи наверняка проболтается об их разговоре Рине. Впрочем, к чему обижаться, именно это она и намеревалась сделать. Танзи нажала кнопку ускоренного набора. Когда Рина подняла трубку, Танзи даже не поздоровалась.
— Я только что говорила со Слоан. По-моему, ты права.
— Это насчёт того, что у неё роман?
— Да, голос у неё был какой-то усталый. Хотя я более чем уверена, что виной тому не только переутомление. Когда я поинтересовалась у неё насчёт Вольфганга, Слоан попыталась уйти от ответа, промямлила что-то невнятное. Но в конце концов её прорвало и она призналась, что лично у неё все прекрасно. Как никогда, — добавила Танзи, пытаясь передать интонацию, с какой подруга произнесла эти слова.
— Что ж, я рада за неё, хотя, подозреваю, Вольфганг тут ни при чём.
Танзи только фыркнула.
— Не знаю точно, в чём там у них проблемы, но в любом случае, как мне кажется, поделом ему. Судя по её голосу, Слоан не обделена мужскими ласками и у неё кто-то явно есть на стороне. Мы с тобой обе знаем, что Вольфгангу не до того, он по уши увяз в своём искусстве. И вообще Слоан не слишком часто бывает дома.
— Хочешь сказать, что на это есть гостиничные номера? — сардонически усмехнулась Рина. — Кстати, о доме. У тебя самой как дела? Райли до сих пор пасёт каждый твой шаг?
Танзи подалась вперёд и отвела в сторону занавеску, глядя вниз с высоты второго этажа на другую сторону улицы, где был припаркован джип Райли, внутри которого сидел он сам. И сторожил её.
Танзи улыбнулась и помахала рукой. Райли не ответил на приветствие. Хотя, может, и ответил. Сквозь тёмные стекла почти ничего не видно. Но в одном Танзи была на сто процентов уверена: уж точно он ей не улыбнулся.
—  — Угу.
— Ты, кажется, говорила, что платишь ему только за то, чтобы он занимался расследованием.
— Так оно и есть. Но видно, у Миллисент своё мнение на сей счёт. Мне показалось подозрительным, что тётушка с такой лёгкостью согласилась с тем, что я буду оплачивать его детективные услуги из собственного кармана.
— Как я понимаю, это длится уже третий день? И он по-прежнему торчит у тебя под окнами в своей машине?
— Ну, это не машина, а настоящий танк размером с небольшой дом. Внутри все отделано кожей. И все эти современные примочки.
— А откуда ты знаешь?
— Он не единственный, кто умеет шпионить. Рина расхохоталась.
— Вы два сапога пара. Можешь говорить что угодно, но я удивляюсь, почему ты в следующую же секунду не затащила его к себе в постель, когда узнала, кто он такой на самом деле.
Что ж, такая идея возникала. И не раз.
— Знаешь, мне надоело слышать, когда обо мне говорят как о какой-то хищнице, готовой проглотить с потрохами первого попавшегося мужика. Нет-нет, я понимаю, прочитав мою колонку, наивный человек вообразит чёрт знает что. Но неужели мужчины такие идиоты, что не поймут, что к чему?
Рина многозначительно промолчала в ответ.
— Эй, что молчишь? Что-то мне припоминается, будто одна из нас последние годы только тем и занималась, что как перчатки меняла яхты и их владельцев.
— Верно, до тех пор пока не нашла то, что меня устраивало, — усмехнулась Рина. — Кстати, от вас, миледи, я тогда наслышалась немало шуточек по этому поводу. Но уж поверь, это не столько удовольствие, сколько тяжкий труд.
— Да ладно, будет тебе, — успокоила подругу Танзи. — Ведь и я не меняю дружков раз неделю, по принципу «надоел и проваливай».
— Ну, раз в неделю, может, и нет, но раз в год — это точно.
Танзи ответила не сразу. Она мысленно произвела кое-какие расчёты, после чего с видимым отвращением вздохнула.
— Согласна, только это означает совсем другое — что я сплю с мужчиной всего двенадцать раз за весь год. Если задуматься, то становится скорее грустно, чем смешно. Ведь я права?
— То есть ты засчитываешь секс-марафон по выходным как один раз, я правильно поняла?
— Ой, как смешно. Хотела бы я, чтобы секс-марафон был явью, а не вымыслом. Увы, сдаётся мне, что это городской фольклор.
— Ладно, давай не будем спорить, что лучше, количество или качество. Ты же знаешь, как я тебя люблю.
Танзи застонала.
— Я так и слышу, что за этим последует «но». Рина, лучше не надо, прошу тебя.
Танзи понимала, раз уж зашёл разговор на эту тему, сопротивляться бесполезно. Придётся выслушать очередную нотацию. В сотый раз.
— Но, — произнесла Рина, как Танзи и предполагала, — как самая близкая подруга я считаю за честь указать тебе, что, если ты и дальше будешь заводить себе дружков одноразового употребления, тебе никогда не найти своего Единственного. Ведь ты даже не успеваешь толком присмотреться к нему, понять, что за человек рядом с тобой.
— С меня довольно того, что я вижу, — проворчала Танзи. — К тому же мне не нужен этот твой Единственный На Всю Жизнь, — добавила она и поймала себя на том, что отвела в сторону жалюзи и теперь смотрела на Райли. — Меня вполне устраивает Мистер Субботняя Ночь. Или Мистер Понедельник После Обеда. — Она усмехнулась, услышав, как Рина фыркнула от возмущения. — Согласна, наверное, я поверхностный человек, зато у меня гибкий график. Что меня лично вполне устраивает.
— Это мы уже слышали, — с усмешкой прокомментировала Рина.
— Ну да, ха-ха-ха, — довольно произнесла Танзи. — Разрешаю тебе погрузить мои слова на яхту и отправиться в путешествие.
— И ты ещё называешь себе писательницей? С таким-то стилем? Если надеешься своим, как тебе кажется, в высшей степени остроумным юмором увести меня от темы, то ты заблуждаешься.
— Послушай, откуда в тебе это неожиданное желание непременно заковать меня в цепи? — Танзи снова раздвинула жалюзи. И вновь поймала себя на том, что смотрит на Райли. — У меня самые простые запросы. — Она вернула полоски жалюзи на место. — А моя самая сложная проблема состоит в том, покупать ли туфли сейчас или же дождаться распродажи, чтобы потом не терзаться, зачем я выбросила такие огромные деньги за пару шпилек, которые надену от силы пару раз в году. А в остальном моя жизнь меня устраивает. Замуж я не собираюсь. Мужчины — это, конечно, здорово, но лично для меня куда важнее шпильки.
— Что ж, понимаю, замужество исключается, — сухо отреагировала Рина. — Только не надо по этому поводу слишком переживать. Чтобы выйти замуж, нужно для начала обзавестись воздыхателем. — Танзи хотела возразить, но Рина не дала ей вставить даже слово. — Нет-нет, я не призываю тебя выскочить замуж, я хочу сказать другое: может, тебе для начала найти кого-то постоянного. Я даже предлагаю нечто совершенно неслыханное — почему бы тебе не узнать его как можно лучше, прежде чем прыгнуть к нему в постель? Или заняться любовью прямо на ковре в гостиной. Это уж как тебе самой нравится.
— Я тебя поняла, хотя и считаю это напрасной потерей времени. Уж лучше заняться чем-то более приятным, но менее обязывающим. Кстати, все парни, с какими я встречалась, солидарны со мной. По крайней мере никто ещё не вступал со мной в препирательства по этому поводу.
— Вот именно. Ты даже не удосуживаешься их как следует узнать. Тут не до выяснения отношений.
— Вот именно. Зачем выяснять отношения, если можно хорошенько оттянуться в постели?
— А вот узнай ты его получше, и у вас наверняка бы возникли разногласия на тот счёт, какие любовные вкусности слаще. А потом, глядишь, ты проникнешься к нему настоящими чувствами. Нет-нет, этим только все испортишь. Потому что ему ещё приспичит употребить слово на букву «л», после чего от него уже так легко не отделаться. Я права?
Танзи устало откинулась на спинку кресла.
— О Господи!
Рина виновато вздохнула.
— Извини, наверное, я наговорила лишнего. Но ведь я тебя знаю лучше, чем остальные. Поверь, настанет момент, когда тебе захочется впустить кого-то в свои мысли, а может, даже и в сердце, а не только в…
— Можешь не продолжать, — прервала её Танзи.
— Знаешь, ты настолько привыкла держать свои чувства при себе, что уже не знаешь, как открыться кому-то.
Взгляд Танзи вновь скользнул к окну. Поймав себя на этой предательской слабости, она резко развернула кресло, чтобы сидеть лицом к двери. А потом поступила так, как всегда поступала, когда ощущала угрызения совести. А именно — перешла в наступление.
— Кто бы говорил! Вспомни сама, куда завели тебя твои чувства? Ну разве только к разводу.
— Ладно, допустим, что это так. Можно подумать, мне не известно, что ты считаешь, будто я вышла за Гаррисона исключительно ради денег, что противоречит твоим принципам. В твоих глазах я запятнала себя несмываемым позором. Кстати, тебе, как первой волчице в нашей небольшой стае, следовало меня похвалить. Уж если кто по идее и должен был одобрить такой хищный шаг с моей стороны, так именно ты. Разве не твоё правило: делаю что хочу, и наплевать, что скажут другие.
— Господи, Рина, неужели ты и впрямь такого низкого мнения обо мне? — Танзи отнюдь не была уверена, что ей хочется получить ответ, поэтому она продолжила свою страстную речь: — Я не делаю людям больно, я не обращаюсь с ними как с неодушевлёнными предметами. Надеюсь, глядя на меня, трудно заподозрить дурное. Если же тебе кажется, будто я о тебе низкого мнения, то, уверяю тебя, ты ошибаешься.
— Однако ты не одобряешь моего замужества, — возразила Рина и усмехнулась. — По-твоему, люди женятся и выходят замуж только по любви Ну кто бы мог подумать, что из всех нас ты окажешься самой сентиментальной? Знал бы кто об этом! Нет, конечно, если я решила не мучить себя поисками родственной души, это ещё не значит, что тебе не стоит этого делать. Честное слово, я до сих пор верю в брак по любви ничуть не меньше, чем ты.
— Стой разницей, что когда дело дошло до замужества, ты предпочла сделать вид, будто напрочь об этом забыла. А мои причины ты знаешь. Видимо, в моих генах не заложено мечтать об уютном гнёздышке, домишке за белым штакетником.
— Как мне кажется, в твоём возрасте уже пора перестать прикрываться выбором, который когда-то сделала твоя мать и этот её донор спермы. Можно подумать, ты не знаешь, что жить надо собственным умом, самой выбирать, когда дело касается любви и замужества. Ну и мужчин, если на то пошло.
— А я и так все выбираю сама, в особенности мужчин. Меня в первую очередь интересует приятная сторона отношений. Что же касается менее приятной — то пусть с ней разбираются другие, кому такое нравится. Кстати, Миллисент тоже никогда не была замужем. И как мне кажется, моё незамужнее состояние её вполне устраивает. Не исключено, что я беру пример именно с неё.
— Ну все, убедила, сдаюсь. Наверное, ты права. Не мне поучать тебя, когда у самой за плечами два распавшихся брака. Правда, могу сказать одно: зато сейчас я счастлива. Нет, не просто счастлива, а счастлива, как никогда. Тебе кажется, будто я остепенилась? Наверное, я просто перестала мечтать о несбыточном. Вот уж в чём действительно нет ничего хорошего. Одни только слезы, когда твои мечты рушатся. И пусть мы с Гаррисоном в постели уже не сгораем от страсти, но он мне по-настоящему дорог. Именно он. А не его счёт в банке. И что важно, он любит меня. И что ещё важнее, он нежен со мной. Он уважает меня. Смешит меня. Как я уже сказала, жизнь не сводится только к сексу. Я сама лишь недавно начала открывать для себя, что, кроме секса, в ней есть самые разные вещи. У каждого из нас свои собственные желания. Хочешь верь, а хочешь нет, но Гаррисон тонко чувствует, чего мне хочется, и готов выполнить едва ли не любое из них, — мечтательно произнесла Рина. — Я искренне желаю, чтобы и у тебя был кто-то, готовый выполнять твои желания не раз и не два в день, а всю жизнь.
Второй раз за утро Танзи была вынуждена слушать в трубке отбой. Какое-то время она сидела, перебирая в уме сказанное Риной и с каждой секундой чувствуя, как внутри нарастает дискомфорт. Нет, такое самокопание ещё позволительно, когда из него на потеху читателям на свет появится материал для очередной колонки. Когда же мысли лезут в голову исключительно ради тебя самой — нет уж, увольте.
Танзи нахмурилась и, резко развернув кресло, вновь села лицом к письменному столу.
— Можно подумать, она в этом что-то смыслит! — воскликнула она, обращаясь к шеренге барашков, выстроившихся на книжной полке. Те лишь молча уставились на неё. — Ну да, вам легко меня осуждать! Ведь вы у меня стадо ласковых агнцев!
Танзи вновь повернулась к экрану компьютера. Черт, хоть и не хочется себе в этом признаваться, но, похоже, Рина права и наверняка намеревалась дать ей дельный совет. Эх, и почему ей не хватило терпения выслушать подругу до конца!
Танзи вздохнула и велела себе выбросить из головы ненужные мысли. Она наклонилась вперёд и решительно положила пальцы на клавиатуру компьютера. За работу. Ей ещё предстоит сочинить колонку.
Не лучший способпозабыть обо всём, но на данный момент и он сойдёт.
Сейчас можно заглянуть правде в глаза, задуматься, почему все происходит именно так, а не иначе. Если, конечно, ей это нужно. Обычно этим Танзи и занималась. И главное, у неё здорово получалось. Другое дело, что в настоящий момент ей меньше всего хотелось копаться в жизни подруг, не говоря уж о своей собственной. Танзи года три не получала никаких вестей от матери. Короткий телефонный звонок по случаю дня рождения с яхты у греческих островов. Помнится, в трубке тогда слышались чьи-то громкие голоса и смех, и Танзи едва разобрала, что говорит мать. Единственное, что она поняла, — это приглашение. Хотя они с матерью даже по телефону общались крайне редко, Пенелопа — не иначе как мучимая угрызениями совести — неизменно приглашала дочь погостить.
Танзи клюнула на эту удочку лишь однажды и совершила ошибку. Ей тогда было всего двадцать два, в руках свеженький университетский диплом, и Танзи не терпелось ринуться в бой, чтобы начать крушить устаревшие идеалы. Вернее, один из них — отношения с матерью.
Её хватило ровно на сорок восемь часов. Как выяснилось — хотя, собственно, чему было удивляться? — матери требовалась подружка, а не дочь. Когда Танзи наотрез отказалась называть её по имени, чем оскорбила мать в самых её лучших, хотя и по-юношески сумасбродных чувствах, Пенелопа обиделась и наговорила ей неприятных слов. Затем мать попыталась помириться с ней, она даже представила своего тогдашнего любовника, а потом, поссорившись с ним, вообще предложила его дочери. Но Танзи была сыта по горло выходками матери и первым же рейсом вернулась домой.
Танзи вздохнула. Неужели и её ждёт точно такая судьба? Может, она потому и избегала матери, что в глубине души понимала, что видит в ней себя? Неужели и ей самой уготовано подобное никчёмное будущее? Нет, в одном Танзи была уверена точно — она никогда не станет измерять успех в жизни тем, есть ли рядом с ней мужчина или нет. Молодой ли, старый, все равно.
Танзи привыкла гордиться силой своего характера, своей самостоятельностью и самодостаточностью. Ей не нужен никто, чтобы почувствовать себя личностью. Нет, конечно, есть ещё драгоценная тётушка, которая привыкла брать на себя заботу о семейных проблемах. И конечно, время от времени в её жизни случались мужчины. Нет, честно, что плохого в таком устройстве вещей?
Хорошо, а когда она станет старше? Что ж, когда станет, тогда и задумается на эту тему. Но она никогда не последует примеру матери, которая тащит к себе в постель мужчин все моложе и моложе, словно пытается доказать что-то себе и миру.
Танзи устало обмякла в кресле. Черт, понадобилось же Рине разворошить все это прямо сейчас! Вот уж спасибо, можно подумать, не хватает других проблем. Конечно, если как следует задуматься, то Рина здесь совершенно ни при чём. Так что нет причин винить лучшую подругу в том, что на неё вдруг ни с того ни с сего накатили сомнения и внутренняя неудовлетворённость. Уж если и возлагать на кого-то вину, так на того, кто в этом действительно виноват.
А именно — на широкие плечи Райли Парриша.
Ведь с него всё и началось. Замужество Рины, в результате которого Танзи осталась последней незамужней дамой в компании, тоже сыграло свою роль. Заронило в душу сомнение. Нет, она нашла в себе силы не отчаиваться, сумела превратить сей факт в нечто позитивное — в первую очередь благодаря своей авторской колонке. И тут на горизонте нарисовался Райли. И сделал то, за что ему нет прощения. Вместо того чтобы попытаться затащить Танзи в постель, он пробрался к ней в душу.
И хотя Танзи попыталась переложить ответственность за случившееся, за пережитый ею в последнее время стресс, в конечном счёте всё сводится к одной простой истине: она не может без Райли. В постели или где-то ещё.
Ну вот. Она себе во всём призналась.
Ей нужен мужчина. Причём не только для секса.
«Смотри, ни до чего хорошего это тебя не доведёт, особенно если учесть, что Райли теперь вынужден часами томиться под противной холодной моросью».
И надо же, чтобы именно в эти минуты Танзи мечтала о том, чтобы он оказался в её постели. Райли же, наверное, — отчаянно пытается придумать, как бы ему поскорее спихнуть с себя это задание.
Нет, конечно, в принципе она могла бы перебраться назад к Миллисент. Или же пригласить Райли в дом. Кстати, Танзи сама не могла бы сказать, что её смущает больше. Как только Миллисент узнала о её выходке, она тотчас вернулась домой. И хотя она обожала тётушку, провести в обществе Миллисент больше, чем несколько праздничных дней, было свыше её сил. Кроме того, вряд ли там хватит места ещё и для Райли. Ведь у неё всего одна кровать. И вообще, кто сказал, будто она спит и видит его в одной постели с собой?
А вот это уже откровенная ложь. Конечно же, она спит и видит его в одной постели с собой. А какие это сны — страстные, с горячей испариной! Кстати, нашлось в них место негородской сказочке про любовь до гроба. Танзи поёрзала на стуле. Стоит только вспомнить об этих снах, как тотчас кое-где начинается зуд. Однако даже если закрыть глаза на все её нескончаемые сексуальные фантазии, впервые за столько лет Танзи захотелось оказаться в одной постели с человеком, который только усложнит ей жизнь, вместо того чтобы сделать её приятнее и легче.
«Но почему?» — не унимался внутренний голос.
Танзи проигнорировала наглеца. И не потому что опасалась, что он вновь заявит о себе. Хотя, если события будут продолжаться дальше в том же духе, она за себя не поручится.
Возможно, впервые в жизни ей не хотелось перескочить самую главную часть. А это значит, что Рина не так уж и заблуждается. Может, действительно стоит попробовать установить с Райли отношения, основанные не на сексе? Ведь вполне возможно, если она без лишних церемоний затащит его в постель, все сразу закончится, не успев толком начаться. Собственно, как раз к такому она и привыкла. Потому что затянувшиеся постельные отношения чреваты разного рода осложнениями. Например, начинает хотеться чего-то большего.
К тому же в таких случаях назад дороги нет — нельзя же притворяться, будто вы не спали друг с другом. Вот почему, если Райли нужен ей в первую очередь как друг, то в постель его лучше не пускать.
Правда, если учесть, что Райли привык откровенно заявлять, что ему нужно, то можно легко себе представить, что за этим последует. Не пройдёт и десяти минут, как они будут готовы перегрызть друг другу глотки. Так стоит ли вообще загружать себе мозги, заставляя их отбивать бесконечную умственную чечётку, если ещё не известно, сумеет ли она вообще затащить его к себе в постель, даже если очень захочет? Увы, это откровение не принесло Танзи заветного душевного успокоения, а жаль.
Но ведь он хочет её! Уж в чём-чем, а в этом не было никаких сомнений. Ну если и не всегда, то в отдельные моменты. Причём моменты весьма странные. Танзи вспомнились обескураживающие откровения Райли на тот счёт, какие физические мучения ему доставлял её домашний наряд — футболка с эмблемой клуба и домашние тапки с кроличьими ушами.
И вот она сидит дома, в рабочем кабинете, и пытается делать своё дело. А Райли тем временем в машине пытается делать своё.
Танзи сердито фыркнула, наклонилась вперёд, пробежала пальцами по клавишам и деловито уставилась в пустой экран монитора. Что делать с Райли? Нет, такой материал подождёт. Пока в срочном порядке нужно дописать сегодняшнюю порцию.
— Спасибо тебе Господи, — прошептала она и с облегчением вздохнула.
Друзья и дружки. Казалось, что может быть понятнее и проще, и все равно я до сих пор плохо понимаю, что значат эти слова. По крайней мере применительно к одному человеку. Хотя, если признаться честно, я и не пыталась понять. Друзья у меня есть. Время от времени бывают и дружки. Смешивать одних с другими — значит навлекать на себя лишние неприятности. Куда разумнее держать две эти категории порознь. По крайней мере тогда каждый из них понимает, чего от него ждут. Никаких обид, никаких проблем. И главное, знаешь, кого в какой момент звать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сказки серого волка - Кауфман Донна

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману Сказки серого волка - Кауфман Донна



Роман конечно длинноват, но стиль письма мне понравился.
Сказки серого волка - Кауфман ДоннаЮлЯ
21.12.2013, 7.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100