Читать онлайн Звезды в волосах, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Звезды в волосах - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.97 (Голосов: 161)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Звезды в волосах - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Звезды в волосах - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Звезды в волосах

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 12

Гизела очень медленно, с трудом приходила в себя. Ее терзало ощущение непоправимой катастрофы, страх, желание убежать. Потом до нее дошел стук колес. Она почувствовала на ногах что-то мягкое и теплое, и еще что-то мягкое, но крепкое за плечами. Гизела открыла глаза. Оказалось, что она едет в карете неизвестно куда. Рядом с ней сидел и смотрел на нее лорд Куэнби.
На секунду его лицо поплыло у нее перед глазами, как в тумане. Но потом, сделав над собой усилие, она окончательно пришла в себя и ясно его увидела.
— С вами все в порядке, — тихо произнес он, но от его голоса она опять впала в панический ужас и растерялась.
— Я должна идти… я должна… — пыталась проговорить Гизела, но слова едва шли с языка, пока она изо всех сил старалась приподняться с мягкого сиденья кареты.
— Не шевелитесь, — велел он, и она машинально подчинилась.
Лорд Куэнби протянул руку и коснулся холодных пальцев Гизелы. Она затрепетала от его прикосновения, и в горле забился пойманной птицей страх.
— У вас был шок, — сказал он. — Закройте глаза и не шевелитесь. Я обо всем позабочусь.
— Но я… не могу… — начала бормотать Гизела.
— Делайте, что вам говорят.
В его голосе звучала такая непреклонность, что она тут же закрыла глаза и стала молиться, чтобы вернулось забвение. Если бы только она могла умереть! Если бы только она могла погрузиться в темноту и больше ничего не чувствовать! Что он должен думать? Что она может сказать ему? Как объяснить? Вопросы стучали у нее в голове, пока она покорно ехала с закрытыми глазами.
Она сидела, не двигаясь, но каждый мускул в ее теле был напряжен, каждый нерв немилосердно натянут, словно для того, чтобы мучить ее сознанием всего происходящего. И почему только такое должно было случиться? Почему из всех людей именно с лордом Куэнби она столкнулась на Юстонском вокзале? И почему, завидев его, она так по-глупому себя повела и упала, стараясь скрыться от него? Если бы только она замешалась в толпе, он подумал бы, что случайный взгляд, брошенный на незнакомку, — не более как плод его воображения.
А теперь ей предстояло взглянуть правде в лицо. Сердце забилось так сильно, что Гизела даже на минуту отвлеклась от головной боли. Наверное, она ударилась о железное колесо тележки носильщика, подумала девушка. Вот почему так ныла рана надо лбом, у самого края волос. Ей захотелось потрогать ушибленное место, но она боялась даже шевельнуться. По крайней мере, если она будет сидеть с закрытыми глазами, то он не станет говорить с ней. Гизела пришла к выводу, что больше всего она сейчас боится того, что он может ей сказать. И хотя у нее во всем теле была слабость, ее мозг продолжал лихорадочно работать. Девушка начала обдумывать, как ей убежать.
Гизела не знала, куда он ее везет. Наверное, к себе домой. Сможет ли она, когда карета остановится, убежать, промчаться по улице и спрятаться где-нибудь, где он не сумеет ее найти? Гизела попыталась представить, как будет действовать. Но ей мешало его присутствие. Она думала, что никогда больше не увидит его — и вот он рядом, под той же накидкой, что лежала у нее на коленях, откинулся на те же подушки, что поддерживали ее.
Гизеле слышались постукивание колес по булыжной мостовой, позвякивание упряжи, топот копыт. Все это напоминало какой-то странный, фантастический сон, который может прерваться в любую секунду, но тем не менее он был реальностью.
Она до боли сжала пальцы, пока ногти не впились в мягкие ладони, и вспомнила вдруг о сумочке, в которой лежали деньги. Десять фунтов, врученные ей мачехой, и бриллиантовая брошка, подарок императрицы, — вот и все, что отделяло ее от голодной смерти. Гизела в ужасе открыла глаза.
— Моя., сумка, — прошептала она. — Где… где она?
— Она здесь, — успокоил ее лорд Куэнби. — Рядом с вами.
Гизела положила на сумочку руку и облегченно вздохнула.
— Благодарю вас… — сказала она. — Я…
Но слова замерли у нее на устах. Карета остановилась возле дома. Она мельком разглядела в окно большую площадь с цветником в самом центре, внушительный подъезд с колоннами, лакеев в напудренных париках, спешащих к карете.
— Я должна… идти, — сумела произнести Гизела.
— Это мой дом, — сказал лорд Куэнби. — Я приглашаю вас войти и позаботиться о своей ране.
Это было приглашение, но она сразу поняла, что его не удастся отклонить. Гизела лихорадочно огляделась вокруг, прикидывая, далеко ли унесут ее ноги, если попробовать бежать. Но, прежде чем она решилась на что-либо, лорд Куэнби взял ее за локоть и стал помогать ей подниматься по лестнице, ведущей в огромный холл с мраморным полом.
Ей было стыдно признать, но в ногах была такая слабость, что, казалось, они вот-вот подогнутся. Девушка почувствовала, что невольно опирается на своего спутника, что рада его поддержке. Голова ее почему-то была очень легкой, а дальние углы холла ни с того, ни с сего заплясали у нее перед глазами.
— Пошлите за миссис Банке, — услышала Гизела резкий и властный голос лорда Куэнби, прозвучавший у нее над головой.
— Миссис Банке здесь, милорд.
Гизела снова чуть не потеряла сознание. Она никогда не потворствовала выдумкам о новомодных обмороках, что было вполне обычным явлением среди друзей леди Харриет. Но теперь она убедилась в одном преимуществе такого состояния, когда человек отключается от всего вокруг: так, по крайней мере, он избегает последствий любых, даже самых глупых своих поступков.
Лорд Куэнби снова заговорил с кем-то:
— Миссис Банке, с этой леди произошел несчастный случай. Мне кажется, она повредила себе голову. Позаботьтесь, пожалуйста, о ней и, если сочтете необходимым, немедленно пошлите за врачом.
— Бедняжка! Пойдемте со мной, мисс, на вас лица нет. — Женщина запричитала с материнской теплотой.
Гизела благодарно взглянула на нее. Седовласая экономка в традиционном черном шелке и со связкой ключей на поясе протянула к ней руки. Девушка почувствовала, как ее подхватили со всех сторон и повели вверх по лестнице, и чуть было не расплакалась оттого, что кто-то проявил к ней внимание и заботу. Ее отвели в просторную спальню на втором этаже и помогли сесть в кресло. Миссис Банке, казалось, не отдавала никаких приказов, но вот уже одна горничная суетилась возле камина, разжигая огонь, другая несла горячую воду и льняное полотенце, третья — сухие травы, которые придали воде тонкий аромат и, как показалось Гизеле, успокоили боль с той минуты, как миссис Банке промыла этой водой рану на ее голове. В дверь постучал лакей. Он принес бокал вина, который миссис Банке заставила Гизелу выпить.
— Вы замерзли и дрожите, мисс, — говорила она. — Нет ничего лучше глоточка вина, чтобы разогреть кровь и вернуть румянец на щеки. Выпейте до дна. Это гораздо полезнее, чем все микстуры, которые может прописать доктор, к тому же они почти всегда ужасно противные.
Гизела послушалась, она была слишком слаба, чтобы спорить. Экономка оказалась права: Гизела сразу ощутила тепло, к ней постепенно стала возвращаться смелость, как и румянец на щеках.
— Так-то лучше, — одобрительно промолвила миссис Банке. — Да и удар был не такой уж сильный. Завтра появится синяк, но кожа не содрана и, что самое главное, ничего не будет заметно. Такие чудные волосы скроют что угодно.
— Спасибо, — улыбнулась Гизела. — Мне действительно стало лучше.
— Когда происходят несчастья, ум всегда страдает больше тела, — заметила миссис Банке. — А теперь позвольте помочь вам, мисс, снять это платье. Его нужно почистить и зашить. Во что оно превратилось — вы сами видите.
Гизела испуганно оглядела себя. Боже, что о ней подумал лорд Куэнби! Платформа на вокзале была мокрой и грязной, дождь шел не переставая с той минуты, как она. покинула Таусестер. Там, где она упала, было сплошное пятно грязи, а от подола оторван большой неровный кусок, скорее всего юбка зацепилась за тележку. Рассматривая свое платье, Гизела вспомнила о багаже!
— Сундук! — воскликнула она. — Никто не догадался привезти мой сундук?
— Он был на вокзале? — спросила миссис Банке.
— Да, в багажном вагоне, — ответила Гизела.
— Тогда можете быть уверены, его милость и думать о нем не стал, — заключила экономка. — Разве все мужчины не одинаковы? Безответственные, недальновидные создания, никогда ни о чем не подумают. Хотя можно было бы надеяться, что камердинер его милости позаботится о вашем багаже. Я узнаю, мисс, и если сундука в доме нет, я сейчас же отошлю лакея на его поиски.
— О, огромное вам спасибо! — поблагодарила Гизела.
Она снова откинулась на спинку кресла, чувствуя, как постепенно улеглось волнение. Если она лишилась всех своих вещей, какими бы убогими они ни были, все равно она не могла ничего купить себе взамен.
Оставшись одна, Гизела впервые огляделась по сторонам. Комната была обставлена с тем же хорошим вкусом и артистизмом, что и в замке Хок. Здесь тоже чувствовалась неуловимая, но тем не менее чрезвычайно явственная атмосфера роскоши и богатства. Подсвечники и чернильные приборы на столе из начищенного до блеска серебра, дорогие безделушки на камине, шторы из дамаста, картины в золоченых рамах и полированная мебель — все это свидетельствовало о достатке, на который Гизела взирала с благоговением и завистью.
Девушка взглянула на свою сумочку и облегченно вздохнула. По крайней мере, она не осталась без последнего гроша, хотя, конечно, эти жалкие крохи не шли ни в какое сравнение с богатством лорда Куэнби. Она поблагодарит его за доброе участие и помощь, затем уберется отсюда как можно скорей.
Гизела стала прикидывать, сколько ей придется отдать на чай слугам. А миссис Банке примет ли от нее деньги, или экономка чересчур важная для этого особа? А как отблагодарить лакея, который поехал за ее сундуком, и тех, кто поможет отнести его в коляску? Ей придется нанять экипаж, правда, куда ехать — она не имела ни малейшего представления.
Слезы набежали на глаза. Какая она все-таки беспомощная, какая неразумная! И знает она так мало о том мире, где собирается жить. Но другого выбора не существовало.
Миссис Банке поспешила вернуться к Гизеле.
— Как я предполагала, мисс, никто не подумал о вашем багаже. Я велела одному из лакеев поскорее мчаться на Юстонский вокзал. А пока его милость велел передать вам, что он надеется, вы чувствуете себя лучше и сможете пообедать с ним.
— Поблагодарите, пожалуйста, его милость от моего имени, — тихо проговорила Гизела, — и скажите, что у меня были другие планы. Я бы хотела уехать, как только прибудет мой багаж.
— Я передам ваши слова его милости, — ответила экономка, — Но прежде чем я спущусь вниз, позвольте ваше платье, мисс. Понадобится какое-то время, чтобы привести его в порядок.
— Да, да, конечно, — поспешила согласиться Гизела, вставая с кресла и быстро расстегивая пуговицы.
Ей было стыдно, что миссис Банке увидит ее поношенные, залатанные нижние юбки, но и их пришлось снять, так как они тоже были измазаны; а экономка тем временем достала из гардероба мягкий бархатный халат.
— Надеюсь, вы не откажетесь надеть вот это, — сказала она. — Он принадлежит кузине его милости, леди Мэри Хок. Она всегда останавливается в этом доме, когда приезжает в Лондон, поэтому здесь много ее вещей. Очень милая молодая леди. Начнет выезжать в свет в следующем году. Мы все надеемся, его милость устроит бал в ее честь.
— Вы уверены, что леди Мэри не рассердится, если я надену ее вещь? — немного волнуясь, спросила Гизела. Миссис Банке рассмеялась.
— Леди Мэри с радостью отдаст свой лучший наряд любому, кто скажет, что нуждается в нем, — улыбнулась экономка. — Я всегда говорю, что ее легко обведет вокруг пальца всякий, кто хоть немного ее знает. Она плакала навзрыд у меня на руках, потому что у итальянца-шарманщика заболела обезьяна. А сколько раз она являлась в дом с пустым кошельком, когда очередной мошенник рассказывал ей душещипательную историю — чистейшую выдумку от начала до конца?
Гизела слушала болтовню миссис Банке, а сама думала; что в один прекрасный день леди Мэри выйдет замуж за своего кузена и станет хозяйкой этого прекрасного дома и, замка. Наверное, об этом уже думают обе семьи. От халата исходил едва уловимый аромат чудесных духов. Гизела представила себе леди Мэри — светловолосую, кроткую, очень милую, достойную жену для любого мужчины.
«Я никогда не выйду замуж», — подумала Гизела и почувствовала внезапный укол ревности; она потеряла свое сердце навсегда, а лорд Куэнби был свободен в своих желаниях и мог жениться на ком угодно.
Миссис Банке собрала сброшенную одежду и повесила ее на руку.
— Я скоро вернусь, мисс, — пообещала она, — Как вы себя сейчас чувствуете?
— Превосходно, — ответила Гизела. — По правде говоря, я — притворщица. Мне просто нравится, что вы суетитесь вокруг меня.
Миссис Банке заулыбалась.
— И делаю это с удовольствием, уверяю вас. Я часто говорю: в этом доме мало молодежи. От этого никуда не денешься.
Экономка заторопилась из комнаты, а Гизела, провалившись в кресло, уставилась на огонь.
Шло время. Ей нужно было уезжать поскорее, чтобы найти приличный ночлег. Гизела не знала, как подступиться к этому вопросу. Наверное, возничий экипажа сможет ей что-нибудь посоветовать, но она не должна спрашивать его, если рядом будут слуги лорда Куэнби. Придется подождать, пока экипаж не отъедет подальше, тогда она остановит его и спросит, где лучше всего поискать приличные комнаты внаем.
Скорее всего сегодня она потратит денег больше, чем было бы необходимо или разумно. Зато завтра пораньше она обойдет все улицы, сколько сможет, и разыщет какую-нибудь дешевую и приличную комнатку, где поживет, пока не найдет себе места.
При мысли о поисках работы Гизела совсем упала духом. Что она умела делать? Чему ее обучили? Все-таки она пострадала от падения больше, чем думала, так как на глаза опять легко навернулись слезы. Она со злостью смахнула их. Не время поддаваться слабости. Сейчас она должна быть сильной и решительной.
Снова появилась миссис Банке.
— Я передала его милости вашу просьбу, мисс, — сообщила она, — и он попросил меня сказать вам, что если у вас свои планы на вечер, то он будет очень признателен, если вы спуститесь к нему вниз, как только почувствуете в себе достаточно сил.
Сердце у Гизелы так и подскочило.
— Но я не могу… то есть… у меня нет одежды, а платье еще не готово, — неуверенно проговорила она.
— Я подумала об этом, мисс, — ответила миссис Банке. — Быть может, вы согласитесь накинуть одно из платьев леди Мэри. Мне бы не хотелось торопить девушек, которые занимаются вашим платьем. Бесполезно. Они только все напортят. Я знаю, так уже бывало. Если вы наденете наряд леди Мэри для разговора с его милостью, то они как раз успеют закончить ваше платье, да и сундук к этому времени будет здесь.
Экономка рассуждала весьма разумно. Но Гизелу почему-то начала бить дрожь.
— Я… не уверена… подойдет ли мне… платье леди Мэри… — начала увиливать Гизела, стараясь выиграть время.
— Буду очень удивлена, если оно не придется вам впору, — ответила экономка. — Только что, спускаясь вниз, я подумала, что у вас почти одинаковые фигуры. Леди Мэри, может, чуть-чуть повыше вас, мисс, но так как она еще школьница, то носит платья чуть короче, чем вы. Как бы там ни было, примерить платье большого вреда не принесет, не так ли?
— Ну, конечно, — пробормотала Гизела, чувствуя, что ее подталкивают к чему-то страшному, неизбежному, от чего нет спасения.
Экономка подошла к шкафу.
— Боюсь, юная леди увезла с собой все вечерние платья, — сказала она. — Они ей понадобятся при окончании школы. Но осталось одно очень миленькое платьице, которое, я уверена, вам понравится. Оно действительно хорошенькое.
Миссис Банке вынула из шкафа бледно-зеленое муслиновое платье с отделкой из кружев. Это было платье совсем юной» девушки, но такое милое, каких Гизела и не видела.
—  — Я могу испортить его.
— О, нет! — запротестовала миссис Банке. — Это всего-навсего домашнее платье. Леди Мэри надевает его только на семейные обеды. По правде говоря, она давно его носит. Я не удивлюсь, если в следующий свой «приезд леди Мэри прикажет унести его из шкафа.
— Значит, вы думаете… она не стала бы возражать?.. — спросила девушка.
Гизеле очень хотелось настоять на том, чтобы вернули ее собственное платье и тогда, быть может, ей удастся покинуть этот дом, не повидав лорда Куэнби. Но она прекрасно понимала, что если предложит подобное, то получит удивленный отказ миссис Банке, которая поставила себе целью сделать старое поношенное платье чистым и опрятным. Кроме того, хотя Гизела и боялась встречи с лордом, чувство справедливости говорило ей, что это его право и она обязана вынести все.
Гордость, о которой она и не подозревала, диктовала ей, что теперь она не может убежать от него. Это было бы против правил. Она обманула его и теперь должна, если в ней осталась хоть какая-то честь, отвечать за последствия. Если бы она смогла убежать от него раньше, когда только увидела на вокзале, тогда другое дело. А теперь она у него в доме, он внимательно ее разглядел и наверняка обо всем догадался. Сейчас она не может струсить и удрать, как бы ей этого ни хотелось. Она обязана спуститься вниз и предстать перед ним, рассказать ему всю правду и молча вынести его гнев.
Он рассердится — у нее не было сомнений. Представив, что он ей скажет, она снова затрепетала. Гизела дважды имела возможность увидеть, каков он в гневе. Это будет третий раз. Сейчас от одной мысли о предстоящем разговоре девушка была близка к обмороку.
Гизела настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как миссис Банке помогала ей надеть и застегнуть платье. Только когда все было готово, Гизела повернулась, чтобы рассмотреть себя в зеркале. В первую секунду она не разглядела даже своего отражения, а потом увидела, что платье леди Мэри придало ей вид очень юной, неопытной и неуверенной в себе девушки.
Вот и еще раз одежда преобразила Гизелу. В этом зеркале отражалась не властная, гордая и прекрасная императрица, как и не сломленная и затравленная девочка, которую выгнала из дома жестокая мачеха. Это было юное существо с широко распахнутыми глазами на пороге жизни. Кружева, скрывшие незрелость фигуры, подчеркивали белизну кожи; рыжие волосы блестели как начищенная медь при свете свечей, пока миссис Банке ловко закалывала их.
— Теперь вы готовы, мисс, — сказала она, — и беру на себя смелость сказать, выглядите вы чудесно.
— Благодарю вас, — застенчиво промолвила Гизела.
— Его милость ждет вас, — продолжила миссис Банке. — Я покажу вам, как пройти в холл, а один из лакеев проводит вас до дверей библиотеки.
— Благодарю… вас, — вновь повторила Гизела, чуть не застучав зубами.
Спускаясь вниз, девушка вцепилась в перила. Если бы только сейчас что-нибудь произошло! Если бы лорда Куэнби неожиданно вызвали в Букингемский дворец, или если бы начался пожар, она бы смогла скрыться в поднявшейся суматохе. Все равно что — лишь бы избежать встречи с ним.
Лакей в великолепной ливрее с блестящими пуговицами вышагивал впереди Гизелы по мраморному полу огромного холла. Подойдя к библиотеке, он распахнул перед девушкой обе створки дверей из красного дерева. Гизела очень медленно сделала несколько шагов и оказалась в большой комнате, в которой тем не менее можно было удобно отдохнуть и расслабиться. Гизела увидела глубокие кресла, обтянутые красной кожей, каминную решетку на ножках. В комнате стоял слабый запах сигар, смешанный с ароматом сосны и оранжерейных цветов.
Она медленно продвигалась вперед, как будто каждый шаг давался ей с невероятным трудом. Он ждал ее, стоя у камина с отрешенным видом. Гизела заметила, что он переоделся, надев поверх белоснежной вечерней рубашки темно-синий бархатный смокинг, подчеркнувший стальную голубизну его глаз — глаз, которые; как показалось Гизеле, сверлили ее насквозь, так что невозможно было ничего утаить от него, стоило ей ступить в полукруг света перед камином.
— Вам лучше?
Она не ожидала, что первый вопрос будет о ней. От удивления девушка раскраснелась.
— Да. Мне уже… совсем хорошо, спасибо.
— Я мог бы подождать, если вы предпочитаете еще немного отдохнуть.
— Я вполне пришла в себя, — твердо произнесла Гизела. — Как только доставят с вокзала мой багаж, я должна буду уехать.
— Я очень сожалею, что не побеспокоился о вашем багаже. Упустил из виду, что у вас могли остаться вещи в поезде, так как думал только, не поранились ли вы.
— Уверена, сундук отыщется, — сказала Гизела с отчаянным оптимизмом.
— Ни секунды не сомневаюсь, — согласился лорд Куэнби. — Вы в Лондоне с визитом?
— Да-да… то есть… да, — Гизела не знала, что ответить.
Она стояла перед ним, заикаясь, пока он, неожиданно вздрогнув, не вспомнил о хороших манерах.
— Присядьте, пожалуйста, — указал он на кресло возле камина.
— Сп… спасибо.
Гизела опустилась в кресло, расправив широкую юбку, и вспомнила, кому принадлежит надетое на ней платье.
— Миссис Банке уговорила меня надеть платье вашей кузины, леди Мэри, пока приводят в порядок мою одежду. Очень надеюсь, леди Мэри… не рассердится на меня за это.
— Думаю, она будет в восторге, — ответил лорд Куэнби. — Мне жаль, что пострадало ваше платье.
— О… это совсем неважно, — сказала Гизела.
Наступила неожиданная тишина, в которой Гизеле слышалось только биение собственного сердца. А потом он задал вопрос, которого она почему-то боялась.
— Вы мне скажете, как вас зовут?
— Гизела… Мазгрейв, — тихо ответила она.
— Родственница сквайра Мазгрейва? Гизела вскинула на него глаза.
— Я была… его дочерью.
— Дочерью!
Лорд Куэнби казался удивленным.
— Вы… знали моего отца? Лорд Куэнби качнул головой.
— Нет, но сегодняшние газеты сообщили о его смерти.
— О!
Гизела снова умолкла.
— Вы, наверное, приехали в Лондон, чтобы приобрести траурное платье? — предположил лорд Куэнби. Гизела поспешила отвергнуть такую мысль.
— Нет! Нет! Я ушла… из дома.
Говоря это, девушка отвернулась и стала смотреть на огонь, в отблесках которого четко обозначились правильные черты ее лица, чуть вздернутый носик, печальная складка у рта.
— Не слишком ли большая дерзость с моей стороны узнать, почему? — спросил лорд Куэнби.
— Вам это будет неинтересно, — ответила Гизела. — Моя мачеха, леди Харриет, не любила меня. А теперь, когда отец умер, в Грейндже для меня больше нет места. Она наследовала все.
— Понятно. Итак, вы приехали в Лондон к родственникам. Быть может, мне связаться с ними?
— Нет, нет! У меня нет никаких родственников.
— Что же вы тогда намерены предпринять?
— Пока… не знаю, — начала Гизела, но тут же вспомнила, с кем она говорит. — Мне кажется, милорд, это касается меня одной. Очень любезно с вашей стороны, что вы интересуетесь моими делами, но, уверяю вас, вам можно отбросить вежливость. Я здесь только для того, чтобы рассказать вам все, что вы, может быть, захотите узнать о… другом деле. После чего я немедленно покину ваш дом. Я вполне понимаю свое положение.
— Рад это слышать, — сказал лорд Куэнби с едва уловимой улыбкой на устах. — Но должен признаться, я в полном неведении. Когда я увидел вас на вокзале, мне показалось, что я, должно быть, сошел с ума. Но потом я разглядел вас поближе, и сходство с дамой, за которую вы себя выдавали, не кажется мне таким уж очевидным. Сам не пойму, как я мог ошибиться.
— Но я… похожа на императрицу, — возразила Гизела.
— В чем-то, безусловно, — согласился лорд Куэнби — Черты лица, волосы, глаза. Но что касается всего остального, сомневаюсь, что имеется очень сильное сходство. Я, конечно, поставлен в невыгодное положение, так как никогда не видел лично императрицу.
— Простите меня за то, что… случилось, — пролепетала Гизела. — А теперь… пожалуйста… разрешите мне уйти…
Она почувствовала, что не может больше оставаться в этой комнате. Волнение, не покидавшее ее ни на секунду, спокойствие, с которым он задавал ей вопросы, — все оказалось еще страшнее, чем она предполагала.
— А вы не считаете, что я имею право получить какие-то объяснения? — спросил он.
— Да, да, конечно, — согласилась Гизела. — Но в первую очередь во всем, что случилось, виноваты вы сами. Ее величество полагала, что на вашем месте будет ваш отец; она считала, что мне предстоит провести несколько дней в замке со стариком, который, по собственным его словам, был глух и почти ничего не видел. Обмануть такого не составило бы труда.
— Вполне справедливо, — холодно отметил лорд Куэнби — В последнее время мой отец очень мало слышал из того, что ему говорилось, а видел еще меньше. Но все равно остается вопрос, зачем понадобилась эта комедия?
Гизела стиснула руки.
— Императрица могла бы потерять три дня охоты. Лорд Куэнби откинул голову и от всей души расхохотался.
— Так вот в чем причина, — сказал он. — Никакой сенсации или драмы. Просто боязнь потерять целых три дня в поле.
— Когда ее величество услышала о том, что произошло, что в замке были вы, — продолжила Гизела, — она очень расстроилась.
— Она узнала обо всем, как я догадываюсь, до вашего приезда, — произнес лорд Куэнби, слегка прищурившись. — Вот почему вы так поспешно уехали.
— Да. Именно поэтому, — призналась Гизела.
— И вы так боялись ослушаться королевского приказа, что все мои мольбы не могли заставить вас задержаться еще ненадолго.
Гизела вспыхнула и уставилась в пол.
— Я… служила ее величеству. И не в моих силах… было не выполнить ее приказ.
— Понимаю, — сказал он. — А какие приказы вы выполняете сейчас?
— Н-никакие, — запинаясь, проговорила Гизела. — Можно мне теперь уйти?
— Куда? — поинтересовался он. — Не думаете же вы, что я окажусь настолько равнодушным и невнимательным хозяином, что не задам этого вопроса. Куда вы пойдете?
— У меня… есть планы.
— Могу я узнать, какие, если не секрет?
— Думаю, милорд, они ни для кого, кроме меня, не представляют интереса, — немного встревоженно ответила Гизела.
— Должен с вами не согласиться, — возразил лорд Куэнби. — Становится поздно, а Лондон — странное и довольно страшное место. Молодой особе совершенно не подобает бродить одной по его темным улицам.
— Я могу за себя постоять, — вздернув подбородок, заявила Гизела.
— Сомневаюсь, — ответил лорд. — Посмотрите, что уже с вами произошло. Вы стали орудием в чужих руках; вас поставили в унизительное положение, достойное всяческого осуждения, только потому, что вы случайно похожи на одну очень красивую любительницу развлечений.
— В этом не было никакого вреда, — сказала Гизела.
— Вы уверены? — спросил лорд Куэнби. Она вдруг вспомнила, как всего два дня тому назад убегала из Серебряного Будуара, вспомнила, как он вынул из ее волос сверкающие звезды, как от поцелуев она становилась слабой и податливой в его руках. Кровь прилила к лицу Гизелы, она смущенно заморгала и вскочила с места.
— Мне нечего больше добавить, милорд. Моя личная жизнь касается только меня. Я могу только просить у вас прощения за прошлое, а в будущем, умоляю вас, даже не вспоминать о моем существовании.
— Но почему я должен так поступить? — спросил лорд Куэнби.
— Ради императрицы, — объяснила Гизела. — Ее величество боится, что английская королева может узнать о случившемся. Вы ведь… о, прошу вас, милорд, вы ведь ничего не расскажете в Виндзоре?
— Наверное, самое правильное было бы так и сделать, — ответил он.
— Нет! Нет! К чему такая ненужная жестокость, которая может причинить императрице непоправимый вред? — воскликнула Гизела. Совершенно забыв о себе, она подошла к лорду Куэнби и коснулась его рукой. — Пожалуйста, никому не рассказывайте об этом.
Умоляю вас.
Он посмотрел на нее с высоты своего роста. Ей показалось, лицо его было очень строгим и непреклонным.
— Есть вещи, которые невозможно простить, — сказал он.
— О, не думайте так, — просила Гизела. — Если задета ваша гордость, я могу только просить о снисхождении.
— Я не о себе беспокоюсь, — сказал лорд Куэнби, — а о вас. Непростительно, что вас поставили в такое положение.
Гизела рассмеялась почти с облегчением.
— Но я нисколько не была против! — призналась она. — Понимаете? Я — никто! Впервые в жизни мне выпала удивительная возможность носить чудесные платья и украшения, побывать в таком доме, как Истон Нестон, а потом в вашем замке; мне прислуживали, оказывали всяческие почести, а ведь я знала только оскорбления. Не думайте обо мне. Эти несколько дней я никогда не забуду.
— А теперь, когда все позади, у вас не осталось рубцов на сердце? — спросил лорд Куэнби.
Гизела немного помолчала. Разве могла она ответить, что все ее сердце болело и тосковало от любви, которую он пробудил в нем?
— У меня нет никаких сожалений, — твердо заявила она спустя минуту, — Никаких.
— И тем не менее, их должно было быть у вас немало, — возразил он. — Надеюсь, вы понимаете, как вас скомпрометировали? Вас, юную девушку, вынудили Приехать в мой дом и остаться в нем на несколько дней. Я добивался вашей любви, держал в своих объятиях, целовал вас. Неужели это ничего для вас не значит?
— Пожалуйста… не говорите об этом, — взмолилась Гизела. — Не меня вы обнимали, а… императрицу. Знаю, мне не следовало позволять вам этого. Я поступила так, как она бы никогда не поступила. Но… дело в том… сама не знаю, почему… я не могла иначе.
— Почему вы это говорите? — спросил он.
— Не… могу объяснить, — призналась она.
— Но я все же хотел бы получить объяснения, — настаивал лорд Куэнби. — Почему вы позволили мне целовать вас? Почему вы не позвонили слугам и не попросили защитить вас? Почему вы не уехали в тот вечер?
Гизела дрожала.
— Я… я не знаю.
— Или вы думали, что так себя ведут королевы и императрицы? — продолжал он свои вопросы. Гизела сильно побледнела и отвернулась.
— Все дело в моем невежестве, милорд, — тихо промолвила она, — в невежестве человека, не имеющего представления об обществе, к которому вы привыкли.
— Ну а теперь, раз это случилось, — продолжал лорд Куэнби, — теперь, когда вы понимаете, что я скомпрометировал вас, вы также должны сознавать, что мне остается только одно — просить вашей руки.
— Нет! Нет, это абсурд! Вам, безусловно, не нужно этого делать, — воскликнула Гизела. — Даже если вы сделаете такую глупость и предложите мне выйти замуж, я могу только ответить отказом.
— Почему? — поинтересовался лорд Куэнби.
— Потому что нет оснований для такой галантности, — ответила Гизела. — Я уже сказала вам, эта поездка не причинила никакого вреда. Если вы только сами не расскажете о ней кому-либо, никто в целом мире не узнает о том, что произошло.
— Кроме вас.
— А какое это имеет значение? — спросила Гизела. — Я — никто. Я исчезну из вашей жизни и из ее — тоже. Императрице совсем необязательно вновь встречаться со мной, а то, что я снова оказалась на вашем пути, можно объяснить только самым невероятным совпадением.
— Но оно все же произошло, — заметил лорд. — Поэтому еще раз, мисс Мазгрейв, я прошу вас оказать мне честь и стать моей женой.
— Я вынуждена отказать вам, — промолвила Гизела. — Благодарю вас, милорд, но мой ответ — нет.
— А если я скажу вам, — тихо продолжил он, — что очень бы хотел жениться на вас, что этот брак сделал бы меня счастливым человеком?
— Потому что… я напоминаю вам императрицу? — вспыхнула Гизела. — Каким неудачным был бы такой брак! Я могу притвориться другим человеком на несколько часов, но не на всю жизнь. Как вы совершенно справедливо заметили, даже в то короткое время, что я представляла императрицу, я вела себя не как подобает королевским особам, а скорее, как простолюдинка.
— Вы вели себя как женщина, — возразил он. — И, я думаю, даже императрица может позволить себе быть просто женщиной.
— Но только не в тот раз, — заметила Гизела.
— Отчего? — удивился лорд Куэнби. Он стоял и смотрел ей в лицо до тех пор, пока Гизела бесконечно трогательно не произнесла:
— Нам нечего больше сказать друг другу, не так ли, милорд? Вы сохраните тайну императрицы, а я… буду вам вечно благодарна за это.
— Но почему именно вы? — спросил лорд Куэнби. — Если кому и быть благодарной, то самой императрице.
Гизела посмотрела ему в глаза.
— Вы ведь не станете говорить с ней об этом? — спросила она. — Прошу вас, милорд, не надо. Она доверяла мне, а я предала ее доверие тем, что снова повстречалась с вами. Хотя здесь и нет моей вины, но это не оправдание.
— Мне кажется, я должен иметь охрану или, по крайней мере, награду, чтобы охранить такую важную тайну, — чуть насмешливо улыбаясь, заметил лорд Куэнби. — Вам лучше всего выйти за меня замуж, на всякий случай, чтобы я не проговорился.
— Теперь вы шутите, — сказала Гизела. — Все эти разговоры о женитьбе очень благородны, милорд, но, я точно знаю, никуда не приведут. Мой сундук, наверное, уже доставлен. Вы позволите мне уехать?
Он покачал головой.
— Нет, — отрезал он. — До тех пор, пока вы не дадите мне разумного объяснения, почему не будете моей женой.
— Потому что вы просто смеетесь надо мной, — бросила ему Гизела в неожиданном приступе гнева. — Жестоко и бесчеловечно дразнить меня, я и так чувствую себя в глупом положении. Я знаю, что оскорбила вас. Знаю, что вела себя недостойно и, возможно, очень предосудительно, оставаясь с вами в замке. Но теперь это все в прошлом. У вас такая насыщенная жизнь, вы легко забудете меня.
— А если я скажу, что не в силах забыть вас? — произнес лорд Куэнби. — Что вы просите о невозможном?
— Я не понимаю, что вы хотите этим сказать, — ответила Гизела.
— Мне кажется, понимаете, — возразил он. — Поэтому позвольте спросить еще раз. Вы выйдете за меня?
— Нет! Конечно, нет!
— Но почему?
— Если хотите, я открою вам одну очень серьезную причину, — резко произнесла Гизела. — Я — незаконнорожденная. Моя мать вышла за сквайра Мазгрейва после того, как обнаружила, что у нее будет ребенок.
— А кто был ваш отец? Гизела тяжело вздохнула.
— Императрица полагает, что им был герцог Максимилиан.
— Так вот откуда сходство, — сказал лорд Куэнби. — Герцог — великий человек. В одном его мизинце больше обаяния, чем у многих людей, вместе взятых. Насколько я понимаю, вам нечего стыдиться быть членом его семьи.
— Стыжусь я или нет — к делу не относится, — отрезала Гизела. — Но с вашей точки зрения — это и есть ответ на вопрос. Вы не можете жениться на особе без роду и племени.
— Думаю, мне решать самому, — сказал лорд Куэнби. — Это ваше единственное возражение против брака со мной?»
Гизела не ответила, и он спустя немного времени снова спросил:
— Ты выйдешь за меня, маленькая Гизела?
— Нет!
Она стояла к нему вполоборота, но краткий ответ прозвучал твердо и ясно.
— Что мне еще сказать, чтобы уговорить тебя? Быть может, я опустил самое важное? То, что я люблю тебя. Она повернулась к нему, гневно сверкнув глазами.
— Это не правда, и вы не должны так говорить! Это оскорбляет само слово «любовь». Вы не любите меня и перестаньте меня мучить… Я не в силах больше:., это выносить…
Ее голос оборвался на последних словах. Она повернулась и хотела кинуться к двери. Но лорд Куэнби молниеносно поймал ее за руку. Гизела была остановлена на бегу и стояла, чувствуя дрожь в каждой клеточке, не только от страха, но и от злости, которую он вызвал в ней.
— Что ты знаешь о любви? — спросил он. — Откуда тебе знать, настоящая моя любовь или нет? Ты можешь судить только о своей собственной.
— Но я никого не люблю! — воскликнула Гизела.
— И тогда его рука взяла ее за подбородок и чуть приподняла голову, чтобы он мог взглянуть ей в глаза.
— Это ложь, — мягко возразил он, — Неужели ты снова должна лгать мне, да еще в такой момент?
— Я не… лгу! — взорвалась она, но тут же замолчала, потому что слова замерли у нее на устах.
— О, ты — дитя, — пробормотал он. — Неужели ты думаешь, что меня может обмануть твоя гордость или притворство? Ты любишь меня, Гизела. Ты любила меня в тот вечер, когда я обнял тебя и впервые поцеловал твои губы. Я знал, что нашел бесценное сокровище или, скорее, звезду, до которой, как я полагал, никогда не сумею дотянуться. И ты еще можешь предположить, даже на минуту, что я забуду тебя после всего?
Он посмотрел ей в глаза и обнял. Гизела невольно попыталась вырваться, но тут же замерла в крепких объятиях, чувствуя близость его губ. Все ее существо наполнилось восторгом от его прикосновения.
— С того вечера, когда я поцеловал твои волосы и ты в испуге убежала, я ни о чем не мог думать, только о тебе, — продолжал лорд Куэнби. — Мне кажется, я тогда догадался, что ты не та, за кого себя выдаешь.
Я полюбил тебя и жаждал всеми фибрами своей души, и не способен был здраво размышлять, даже вообще размышлять. В Лондоне я оказался потому, что на завтра мне назначили аудиенцию в Букингемском дворце, не пойти на которую — невозможно. Но после нее я собирался покинуть Лондон и направиться прямо в Истон Нестон. Мне нужно было знать правду.
— Не я вам нужна, — прошептала Гизела, — а императрица.
— Мне нужна женщина, которую я поцеловал, — возразил лорд Куэнби. — Женщина, к чьим волосам я прижался лицом, чьи глаза смотрели в мои, и я увидел в них пламя, которое вторило огню, бушевавшему в моей груди. Вот эта женщина и нужна мне. И мне все равно, кто она — королева или нищенка.
— Она нищенка, — всхлипнув, пролепетала Гизела.
— А это еще лучше для меня, — сказал лорд Куэнби. — Потому что тогда она будет вся моя, моя навсегда. Ты слышишь, Гизела? Однажды ты попыталась убежать от меня, но во второй раз тебе это не удастся.
Его губы были совсем близко от ее губ, руки все крепче обнимали девушку.
— Мы очень скоро поженимся, — говорил он. — Потому что я боюсь потерять тебя. Я искал тебя всю жизнь и стал даже думать, что ты просто пригрезилась мне.
Он поцеловал ее, от прикосновения его губ Гизела что-то неразборчиво прошептала и отдалась на милость восторженного трепета, охватившего все ее тело. Она чувствовала его поцелуи — долгие, страстные, сильные, и понимала, что ничего не нужно говорить, объяснять, все и так понятно им без слов. Они созданы друг для друга. Они — одно целое. Мужчина и женщина, которых нельзя разлучить, потому что у них одна любовь на двоих.
— Я люблю тебя! — прошептал он низким, глубоким голосом.
— Я… люблю тебя! — услышала Гизела свой ответ, слабый и взволнованный.
Он все еще не выпускал ее из своих рук.
— Я уже тебе говорил как-то, — напомнил он, — что ты зажгла звезды в моем сердце. А теперь скажу, дорогая, что ты сама стала для меня звездой — звездой, за которой я последую, куда угодно.
Он снова поцеловал ее. Их губы слились, ее тело все напряглось, а потом она почувствовала его руки в своих волосах: он вынимал шпильки, роняя их на пол, пока длинные шелковые пряди цвета меди не окутали пышным покрывалом ее плечи и не упали ему на грудь.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Звезды в волосах - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Звезды в волосах - Картленд Барбара



Сопливо, примитивно, масса противоречий: 2/10.
Звезды в волосах - Картленд БарбараЯзвочка
28.06.2011, 0.13





Среднячок
Звезды в волосах - Картленд БарбараЛора
5.02.2012, 16.48





Красивая сказка, недобрая, местами жестокая от легкомыслия и поверхностности. А финал совсем никуда...
Звезды в волосах - Картленд БарбараКатя
29.02.2012, 13.13





Офегительная книга такой поворот событий что читала книгу на одном дыхании.
Звезды в волосах - Картленд БарбараОля
7.05.2012, 22.35





//Неразгаданное сердце// и //Звёзды в волосах// - два лучших произведения Б.Картленд!!!
Звезды в волосах - Картленд БарбараНатали
17.05.2012, 19.54





Сюжет местами притянут за уши. Но при этом роман оставляет приятное впечатление, легко читается, наивная сказка.
Звезды в волосах - Картленд БарбараЕлена
12.09.2012, 8.24





Красивая сказка о красивой любви! То чего не хватает в жизни. Думаю мужчинам есть чему поучиться в таких романах - как ухаживать за девушками.
Звезды в волосах - Картленд БарбараАлевтина
19.10.2012, 20.59





роман из моего дества,я так давно его искала!спасибо,получила море удовольствия от прочитанного!
Звезды в волосах - Картленд Барбараольга
15.06.2013, 0.31





Ну сказака, ну и что!? Очень приятная причем! Главное, чтобы у вас не осталось рубцов на сердце!. И чтобы кто-то зажег звезды в вашем сердце!!!
Звезды в волосах - Картленд БарбараЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
30.06.2014, 15.51





Роман понравился, приятный во всех отношениях. Наивный конечно, как и все подобные творения.
Звезды в волосах - Картленд БарбараАнна
25.07.2014, 5.39





Так себе.
Звезды в волосах - Картленд БарбараКэт
22.10.2014, 18.43





Неправдоподобно, но мило.
Звезды в волосах - Картленд БарбараТаня Д
13.12.2014, 1.27





Романы у этого автора какие то не завершённые. Больше всего поражает, что у героев за два дня возникает страстная любовь до гроба.
Звезды в волосах - Картленд БарбараПланета
24.02.2015, 21.16





Мило:)
Звезды в волосах - Картленд Барбарамими
5.08.2015, 7.04





взрослым тоже полезно рассказывать, то есть, читать сказки на ночь!
Звезды в волосах - Картленд Барбаралюбовь
11.09.2015, 18.51





А мне понравилось!
Звезды в волосах - Картленд БарбараНаталья 66
16.02.2016, 15.23





Романы Барбары Картленд прекрасны! И этот один из лучших. Любовь и невероятные приключения написаны с большим мастерством, с богатой фантазией, без пошлости, красивым слогом. Этот роман особенно взволновал моё сердце, такая пронзительная история, неожиданные повороты, интрига до последних строк. Я в восторге!
Звезды в волосах - Картленд БарбараЮлия
15.04.2016, 14.01





Чудесное творение!
Звезды в волосах - Картленд БарбараЕлена
21.05.2016, 22.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100