Читать онлайн Зловещая тайна, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Зловещая тайна - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.91 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Зловещая тайна - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Зловещая тайна - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Зловещая тайна

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 15



С минуту в холле царило изумленное молчание. Затем лорд Милборн спокойно спросил:
— Какие вы имеете основания для подобной просьбы, сэр?
Мистер Уорлингем выпрямился.
— Мои основания, милорд, в том, что на самом деле подлинный лорд Брекон — это я. У меня есть доказательства, что человек, называвшийся таковым, живший в замке и хозяйничавший в поместье, никто другой как самозванец.
Кэролайн хотела было сказать что-то, но лорд Милборн взглядом остановил ее.
— Вы можете это доказать? — спросил лорд Милборн медленно и спокойно, смягчая своим невозмутимо достойным видом драматизм ситуации.
В ответ Джервис Уорлингем кивнул Джейсону Фэйкену. Схватив за руку женщину в черном чепчике, горбун выволок ее на середину холла.
— Эта женщина может представить доказательство, милорд, — проговорил он громким грубым голосом.
— Одну минуту, — остановил его лорд Милборн. — Ваше имя?
« — Джейсон Фэйкен.
— Ваша профессия?
После легкой заминки горбун ответил:
— Адвокат.
— Практикующий?
Снова ответу предшествовала чуть заметная пауза.
— Служил раньше в конторе Розенберга, Спэрроу и Кохена.
Кэролайн задохнулась от изумления. Теперь все вставало на свои места. Теперь она поняла, откуда Джервис Уорлингем узнал, что сэр Монтегю шантажировал лорда Брекона. Джейсон Фэйкен был связующим звеном в цепи событий между опрометчивым поступком Мелиссы и убийством в развалинах коттеджа. Ни Розенберг, ни сэр Монтегю и не подозревали, что Джервис Уорлингэм получал свои сведения от бывшего служащего фирмы.
Это было для него еще одним средством избавиться от своего кузена. Кэролайн догадывалась, что Джервис Уорлингем как-то узнал об обстоятельствах смерти покойного лорда Брекона и решил, что, обвинив Вэйна в убийстве, он легко сможет доказать это, объяснив его преступные наклонности наследственностью. Но утверждение, что Вэйн — самозванец… Это уже что-то новое.
Внезапно Кэролайн вспомнила, как мистер Уорлингем вошел в холл, когда Вэйн показывал ей фамильные портреты. Она заметила, что Вэйн не похож на большинство своих предков. Помнится, тогда еще в разговор с непозволительной смелостью вмешалась Доркас.
Не дала ли она ему невольно ключ к какой-то тайне, о которой Вэйн и не подозревал? Сердце Кэролайн забилось; она едва сдерживала волнение.
— Продолжайте, мистер Фэйкен, — проговорил лорд Милборн.
— Здесь со мной миссис Дженкс, — сказал горбун. — Она может представить вашей светлости неопровержимые доказательства, которые подтверждают заявление моего клиента, что он действительно лорд Брекон.
Он встряхнул женщину за руку, так что та захныкала от страха, и затем приблизил к ней свое безобразное, злобное лицо:
— Говори! Рассказывай его светлости все, что знаешь!
Женщина зарыдала, Джейсон Фэйкон снова тряхнул ее за руку.
— Остановитесь! — раздался вдруг чей-то голос. Все обернулись, и Кэролайн увидела на верху лестницы Доркас. Ее изможденное суровое лицо в гневе казалось страшным.
Женщина в черном чепце закрыла лицо руками. Доркас быстро спустилась и подошла к ней.
— Марта Дженкс! — в ярости обратилась она к женщине. — Ты сошла с ума? Как ты смеешь нарушить клятву и говорить о том, что ты побожилась не разглашать?
Женщина теперь уже рыдала во весь голос. Она отняла руки от лица и умоляюще сложила их.
— Доркас, — простонала она, — я не могла не прийти. Они заставили меня. Они поймали моего Тома… с зайцем в руках… и сетью в кармане. Его сошлют… если я не сделаю, что мне велят.
— Так пусть ссылают, — проговорила Доркас с нескрываемым презрением в голосе. — Лучше это, чем знать, что моя сестра оказалась предательницей.
Миссис Дженкс в отчаянии ломала руки.
— Хорошо тебе говорить, Доркас… но ведь Том мой сын… чтобы его сослали… за ребячью шалость;… Разве можно это вынести?..
Доркас опять хотела было заговорить, но лорд Милборн помешал ей.
— Помолчите, — сказал он громко, глядя на Доркас. — Как вас зовут?
Кэролайн решила, что Доркас не ответит, так как в гневе она, казалось, не видела никого, кроме сестры, которая рыдала уже почти в полном беспамятстве. Но привычка всей жизни — повиноваться — взяла верх. Сделав реверанс, она ответила:
— Меня зовут Доркас, милорд, и я — личная горничная вдовствующей леди Брекон.
— Очевидно, Доркас, вам известно нечто, что до сих пор держалось в тайне, но теперь должно быть открыто. В настоящий момент речь идет о спасении или гибели двух людей. Один из них, его светлость лорд Брекон, другой — его двоюродный брат мистер Джервис Уорлингем. Помимо обвинения в убийстве, угрожающего одному из джентльменов, мистер Уорлингем утверждает, что он законный обладатель титула, этого замка и поместья. По его словам, это может доказать женщина, которую вы называете вашей сестрой. Но похоже, что» она не в состоянии ясно изложить обстоятельства дела. Не лучше ли, Доркас, поскольку вам эта история явно хорошо знакома, чтобы вы нам ее и рассказали? Сейчас уже не стоит ничего скрывать, поскольку рано или поздно все станет известно.
Пока лорд Милборн говорил, Доркас не сводила с него глаз, но выражение ее лица оставалось непроницаемым. Когда он закончил, она повернулась к стоявшей рядом сестре и негромко спросила ее:
— Что ты им уже рассказала. Марта?
— Все, — раздалось в ответ. От мучительных переживаний женщина едва стояла на ногах, так что Доркас и Джейсон Фэйкон должны были ее поддерживать.
— Помогите ей сесть, — приказал лорд Милборн.
Опустившись в кресло, женщина склонила голову чуть ли не до колен и продолжала плакать, уже беззвучно.
— Итак, Доркас, — проговорил лорд Милборн.
— Да, выслушаем истину во всей ее красе, — издевательски усмехнулся мистер Уорлингем.
Доркас посмотрела на него.
— Я скажу правду, сэр, — зловещим тоном произнесла она, — но вам она едва ли принесет утешение. — Она повернулась к лорду Милборну:
— Заговорив, я должна буду раскрыть не свои тайны, но моей госпожи. Правильно ли это?
— Да, Доркас, — отвечал лорд Милборн. — Насколько я понимаю, эти тайны касаются сына вашей госпожи.
— Да, милорд.
— Тогда говорите все.
Голос Доркас был тверд, но Кэролайн заметила, что пальцы, сцепленные поверх передника, побелели от напряжения.
— Я стала личной горничной моей госпожи, когда она была еще девочкой. Она жила на Севере, и я тогда жила неподалеку от тех мест. Мой отец был рыбаком.
Как-то, когда моя госпожа уже подросла, после одной суровой зимы здоровье ее расстроилось, и доктор посоветовал ей поехать на юг. Было решено, что она погостит у моих родителей, незадолго до того поселившихся в маленькой деревушке близ Плимута. Мы отправились вместе, моя госпожа и я.
Через несколько недель на теплом воздухе ей стало лучше. Она с удовольствием проводила время, катаясь на лодке с моим отцом и гуляя по округе. Так она и познакомилась с одним джентльменом…
— Можем ли мы узнать его имя? — прервал ее лорд Милборн.
— Ройд. Мистер Ройд. Моя госпожа виделась с ним каждый день, а вскоре призналась мне, что влюблена.
Я очень испугалась, потому что отец моей госпожи, полковник Стюарт, вдовец, был человек суровый и гордый. Он ни за что бы не признал жениха, с которым его дочь познакомилась при столь необычных обстоятельствах. Кроме того, мне было известно, что мистер Ройд небогат, хотя и вполне благородный, прекрасный джентльмен и мог бы сделать мою госпожу счастливой, будь все по-другому.
Я умоляла мою госпожу сразу же вернуться в Йоркшир, но она отказалась. И несколько дней спустя они подошли ко мне, сияющие, и сказали, что поженились.
Я вскрикнула от ужаса, но они успокоили меня и попросили не расстраиваться. «Мы поедем и расскажем все папе, — сказала моя госпожа. — Одна я бы побоялась, но вместе с мужем мне ничего не страшно». Через неделю мы должны были возвращаться, а за день до нашего отъезда мистер Ройд поехал в Плимут, чтобы приготовиться к путешествию и взять денег из банка.
Часы проходили, но он все не возвращался. К ночи моя госпожа обезумела от беспокойства, и мы обе сидели в ожидании, дрожа от страха и волнения. Утром, когда он так и не появился, она была совершенно вне себя. Наконец какой-то мальчишка-оборвыш рассказал, что мистера Ройда затащили на борт английского военного корабля «Триумф», который отплыл куда-то сегодня рано утром.
Моя госпожа упала в обморок, услышав об этом, и я думала, что она умрет, но худшее было еще впереди. Через неделю мы узнали, что «Триумф» встретился в проливе и вступил в бой с французским военным судном.
Силы были неравны, и только помощь других британских судов в последний момент спасла англичан от плена. «Триумф» вернулся в порт, потеряв большую часть своего экипажа убитыми и ранеными. Среди убитых был и мистер Ройд.
Несколько недель я думала, что моя госпожа не выживет, но наконец здоровье ее немного поправилось, хотя она и была очень угнетена. К тому времени нам необходимо было возвращаться в Йоркшир. Полковник Стюарт в письме приказывал дочери вернуться, и мне нечем было объяснить нашу задержку.
Мы вернулись, но не похоже было, чтобы перемена климата принесла моей госпоже какую-нибудь пользу.
Она не могла признаться отцу, что вышла замуж; с момента расставания она вообще ни с кем словом не обмолвилась о муже, даже со мной. Одно упоминание его имени вызывало у нее такую истерику, что я сочла за благо молчать, чтобы не расстраивать ее.
К домашней жизни она относилась безразлично.
Потом, месяц или больше спустя после нашего возвращения, мы узнали то, чего я в глубине души опасалась больше всего: моя госпожа ожидала ребенка. Она смертельно боялась, что отец узнает об этом. И было чего бояться: полковник Стюарт никогда бы не простил ей замужества без его согласия, а узнай он, что должен родиться ребенок, он бы жестоко обошелся с моей бед-: ной госпожой.
Мы все скрывали, пока положение ее не могло уже более оставаться незаметным. Тогда моя госпожа сказала отцу, что с приближением зимы ей полезно было бы вновь уехать на юг и провести там самые холодные; месяцы. К счастью, полковник сам хотел поехать в гости в Шотландию и согласился, чтобы мы вернулись к моим родителям. Мы поспешно отправились снова в Плимут. Там у моей госпожи родился ребенок. Это был мальчик, которого назвали Вэйном, потому что таково было одно из имен мистера Ройда.
Доркас на мгновение умолкла. Молчали и все собравшиеся в холле. Ее слушали с большим вниманием, и сам лорд Милборн наклонился вперед в кресле, опершись подбородком на руку.
— Теперь нашей главной заботой было найти кого-то для ухода за ребенком. Мальчик был прехорошенький. Моя госпожа обожала его и слышать не хотела, чтобы отдать его в приют для подкидышей.
Мои родители были уже старые и больные, а то бы они услужили ей, потому что полюбили ее, как и все, кто ее знал. И тут я подумала о своей сестре, бывшей замужем за фермером по фамилии Дженкс в Какхерсте.
Я съездила к ней, и она согласилась взять ребенка на воспитание, а я вернулась в Плимут за своей госпожой.
Вместе с ней мы поехали в Какхерст и передали ребенка моей сестре, а сами остановились в гостинице.
Мы собирались провести там дня два, а затем вернуться в Йоркшир, но, когда пришло время расставаться с сыном, моя госпожа не могла от него оторваться.
Она любила ребенка безмерно, особенно потому, что видела в нем единственное, что связывало ее с бесконечно любимым ею человеком.
Каждый день я предлагала отправиться в дорогу, и каждый день она находила предлог задержаться и все время проводила на ферме с маленьким Вэйном, ухаживая за ним, лаская его и надрывая себе сердце, потому что должна была оставить его и вернуться домой.
Тогда-то она и встретила лорда Брекона. Мы возвращались с фермы в деревню через поместье его светлости, не зная, что находимся в чужих владениях.
Милорд ехал верхом, и было ясно, что, как только он увидел мою госпожу, он пленился ее красотой и обходительностью. Он пригласил ее пообедать в замке, а через несколько дней предложил ей руку и сердце.
Когда она мне рассказывала об этом, она сказала:
«Ты понимаешь, что это значит, Доркас? Если я выйду за лорда Брекона, то смогу видеть моего сына, я буду с ним рядом — моим любимым, моим крошкой Вэйном».
В конце концов, посомневавшись, она приняла предложение его светлости, и мы собрались в Йоркшир, сообщить эти новости полковнику Стюарту. Но в то самое утро, как нам уезжать, моя госпожа получила печальное известие о смерти отца. Он умер от удара в доме у своего приятеля. Несмотря на страх перед отцом, моя госпожа была огорчена его смертью, потому что другой родни у нее не было. Его светлость лорд Брекон был очень добр и, когда миновал первый порыв ее горя, убедил ее выйти за него сразу же, чтобы он мог защитить ее и заботиться о ней. Они скромно обвенчались в часовне замка при немногих свидетелях.
Через девять месяцев после свадьбы она родила еще ребенка. Это был опять мальчик, но совсем непохожий на ее сына от первого брака. Ребенок был болезненный, и через два часа после рождения с ним случился приступ конвульсий, повторявшийся с некоторыми перерывами, несмотря на весь мой уход за ним. Его светлость был ужасно рад рождению наследника. Он осыпал мою госпожу подарками и ничего не жалел для благополучия сына.
К несчастью, здоровье моей госпожи внушало серьезные опасения, и доктор сказал, что ей с ребенком нужна перемена. Мы должны были поселиться в Бате, и его светлость выехал вперед, чтобы все подготовить к нашему приезду. Моя госпожа и я должны были последовать за ним днем позже. Но когда уже подали карету, у бедного ребенка начались судороги, и я думала, что ему пришел конец. Но он отдышался, и, держа его на руках, я села с госпожой в карету. Она со времени своего разрешения выходила из дома всего раз-другой и теперь, когда я поместилась с ней рядом, прошептала:
«Я велела кучеру остановиться на ферме. Я должна повидать моего маленького Вэйна: не могу уехать, не увидев его. Я сказала слугам, что ты хочешь проститься с сестрой».
Это было неосторожно, но у меня духу не хватило с ней спорить. Когда мы приехали на ферму, она ринулась в кухню, схватила ребенка из колыбели и обняла, покрывая поцелуями его личико. «Посмотри на него, Доркас! — воскликнула она. — Какой он хорошенький!
Видишь, он мне улыбается! О, Вэйн, Вэйн, как я люблю тебя, мой бесценный!»
В этот момент несчастное создание у меня на руках пискнуло. Я взглянула на него, сравнивая этих двух детей одной матери. И да простит меня господь, преступная мысль пришла мне в голову. Я знала, что ребенок, которого я держала на руках, долго не проживет. Его дни были сочтены и никакой уход, никакие деньги не могли удержать его на этой земле. Я шепнула несколько слов моей госпоже — и как теперь вижу ее взгляд, сначала полный ужаса, а потом вспыхнувший надеждой и счастьем, так что все лицо ее вдруг изменилось. «О, Доркас!» — только и смогла она прошептать. Мы сказа ли сестре, и она поклялась всем святым не открывать эту тайну ни единой душе. Сменить одеяльца было делом одной минуты. Одежду поменять было невозможно, так как мастер Вэйн был вдвое крупнее своего единоутробного брата. Когда миледи шла к карете, походка ее была легкой, глаза блестели, она сама несла мастера Вэйна. Мне она его не доверила.
По прибытии в Бат нам очень трудно было устроить так, чтобы его светлость ничего не заподозрил.
Возможно, это нам бы не удалось, если бы дела не потребовали его возвращения в замок. Пока же он оставался с нами, мы держали его в неведении, потому что всякий раз, как он желал взглянуть на ребенка, я говорила, что малыш спит и его нельзя тревожить. Мы оставались в Бате несколько месяцев, и все это время моя госпожа писала его светлости, как чудесно воздух помог ребенку и каким он растет большим и крепким.
Моей госпоже тоже стало лучше, и даже печальное известие о смерти ее второго сына спустя неделю, как мы оставили его на ферме, не омрачило ее радости, стоило ей взять на руки ребенка мистера Ройда.
Вот и вся история, милорд, и если моя госпожа поступила дурно, судите не ее, а меня. Бог мне судья, я поступила, как было лучше тогда для моей госпожи, потому что была предана ей, как и теперь, и такой всегда останусь.
Доркас замолчала и поднесла руки к глазам. Она не плакала, но Кэролайн казалось, что она все время терла глаза, как будто они у нее болели. Пока Доркас вела свой рассказ, она не отрываясь смотрела на лорда Милборна. Тот откинулся на спинку кресла и сказал очень тихо:
— Благодарю вас, Доркас.
Затем он взглянул на мистера Уорлингема.
— Справедливость вашего заявления доказана, сэр, — сказал он кратко, — но я обвиняю вас в убийстве грума, ранее состоявшего у вас в услужении, и намерении скрыть преступление и навлечь подозрение на невиновного. Вы можете воспользоваться услугами защиты. — Он повернулся к констеблю:
— Сопроводите этого джентльмена и его слугу Джексона в Мейдстонскую тюрьму, где они должны будут находиться до суда.
Констебль, внимавший всему происходящему с раскрытым ртом, подтянулся:
— Слушаюсь, милорд.
Его светлость обратился к Гидеону и его отцу:
— Вам обоим предстоит дать показания на суде, — сказал он. — В свое время вам сообщат, где и когда состоится заседание. До тех пор вы должны оставаться здесь и не покидать этих мест. Вам понятно?
— Да, милорд.
Они поклонились, и лорд Милборн поднялся с места. Кэролайн тоже встала и с удивлением увидела, что Доркас по-прежнему не сводит глаз с лорда Милборна.
Теперь, когда он повернулся так, что свет падал ему в лицо, Доркас широко раскрыла глаза и чуть слышно что-то спросила у него. Кэролайн не слышала ее слов, но лорд Милборн, несомненно, понял ее и быстро кивнул в ответ.
— Да, Доркас, т сказал он.
Доркас вскрикнула и всплеснула руками.
Лорд Милборн обратился к Кэролайн:
— А теперь, дорогая моя, проводите меня к вдовствующей леди Брекон, я хочу говорить с ней.
— Пойдемте, дядя Фрэнсис, — Кэролайн повела его через холл вверх по лестнице.
Она думала, что лорд Милборн намерен осторожно сообщить леди Брекон, что ее многолетняя тайна открылась и происхождение Вэйна обнаружилось. Но больше всего ее занимала другая мысль: Вэйн больше не пленник своей наследственности. Он свободен, свободен от терзавшего его кошмара, от Кэсси, от страха безумия!
Вэйн свободен. Весь мир чудесным образом преобразился для Кэролайн. Пусть он беден и незнатен, зато богат во всем остальном, и это единственное, что имеет значение. Разве здоровый дух и здоровое тело не величайшее богатство на земле? О чем же еще мечтать, если они смогут принадлежать друг другу как муж и жена, иметь детей и не бояться, что может быть чем-то омрачена их любовь?
Ее сердце ликовало, глаза горели, как звезды. Она не знала, как заговорить с лордом Милборном — не было слов, но Кэролайн была уверена, что он все понимает, и воспринимала его молчание как проявление сочувствия.
Они свернули в коридор, ведущий в покои леди Брекон когда за ними послышались шаги. Их догоняла Доркас, неуклюже, но стремительно бежавшая по коридору; фартук ее развевался, по лицу струились слезы. Не говоря ни слова, она обогнала Кэролайн и лорда Милборна и без стука ворвалась в комнату леди Брекон. Испугавшись, не повредилась ли она внезапно в рассудке, Кэролайн поспешила следом. Доркас с криком упала на колени возле постели госпожи:
— Миледи, он жив! Мистер Ройд… жив! О, миледи, миледи!
Леди Брекон внезапно поднялась, протягивая к Доркас руки, и тут же, повернувшись, увидела в дверях лорда Милборна. Мгновение, показавшееся всем бесконечным, она смотрела на него, не отрываясь; тишину в комнате нарушали только рыдания Доркас. Леди Брекон так побледнела, что Кэролайн встревожилась, не потеряет ли она сознания.
Выступив вперед, лорд Милборн взял ее за руки.
— Это я, Маргарет, — сказал он.
Леди Брекон вскрикнула. Никогда в жизни Кэролайн не слышала, чтобы в одном возгласе слилось столько чувства. В нем звучало столько восторга и радостного изумления, что слезы затуманили глаза Кэролайн.
Как сквозь туман она видела, как лорд Милборн поцеловал руки леди Брекон, а потом сжал их так, словно не собирался отпускать.
Леди Брекон не потеряла сознания. Напротив, она улыбалась, глаза ее блестели. В смущении, чувствуя себя лишней, Кэролайн хотела было удалиться, но, когда она уже подошла к двери, лорд Милборн ее остановил.
— Не покидайте нас, Кэролайн, — сказал он.
— Вы уже слышали так много, что должны услышать и конец истории. И Доркас тоже, — добавил он, глядя на женщину, утиравшую глаза кончиком передника.
— Фрэнсис, мой дорогой Фрэнсис, — тихо проговорила леди Брекон, — ты ли это?
— Да, любимая, это я. Если бы ты только знала, Маргарет, что я перенес за все эти годы, разыскивая тебя понапрасну! Я обыскал весь Йоркшир. Мне сказали, что твой отец умер, но никто не знал, где ты и жива ли вообще.
— Но что случилось с тобой, Фрэнсис? И что привело тебя сюда теперь?
— Это уже другая история, дорогая, — отвечал он, взглянув на Кэролайн. — Я расскажу тебе все в свое время. Достаточно только сказать, что судьба своими неисповедимыми путями вернула мне тебя и я могу наконец назвать тебя своей женой, а Вэйна — своим сыном.
Леди Брекон вздрогнула, и Кэролайн увидела, как ее пальцы сжали руку лорда Милборна. Она тихо спросила:
— Так, значит, ты знаешь?
— Да, любимая, знаю.
— И ты прощаешь меня? Я поступила так потому, что надеялась, так будет лучше для Вэйна. Я думала, что тебя нет в живых, и я не могла вынести мысли о том, что ему суждено жить в бедности и лишениях. Ты не сердишься?
Наклонившись, лорд Милборн поцеловал ее руку.
— Как я могу сердиться на тебя? Но теперь все уладится, это я тебе обещаю.
Леди Брекон вздохнула с облегчением.
— Вэйн узнает, что ты его отец. Этого я всегда желала, превыше всего на свете.
— Когда я искал тебя, я не знал о его существовании, — сказал лорд Милборн. — Как же я рад этому! То, что я потерял тебя, было уже достаточно тяжелым ударом.
— Но что же случилось с тобой, любимый? — снова спросила леди Брекон.
— Я никак не доберусь до сути, — улыбнулся лорд Милборн. — Слава богу, Маргарет, у нас с тобой еще будет время рассказать обо всем друг другу. Вкратце же история такова. После того, как вербовщики затащили меня на борт «Триумфа», как ты и слышала, нас атаковали французы. Мы храбро сражались, но их было вчетверо больше. Доркас сказала, что «Триумф» им захватить не удалось, так как другие британские суда пришли ему на помощь. Я этого не знал. Меня ранило в голову, и я упал в море. Я пришел в себя на плоту, где был еще один моряк, который меня и спас.
Я был тяжело ранен и ничего не помню, кроме изнуряющей жажды и усилий моего спутника удержать меня на месте. Два дня нас носило по волнам, пока нас не подобрали французские рыбаки. Они высадили нас на побережье Бретани и обращались с нами очень хорошо. Но я потерял память. Местный лекарь залечил мне рану на голове, но больше он ничем не мог мне помочь.
Я жил у рыбаков, больной, совершенно для них бесполезный, с полгода. То, что они не посадили меня в тюрьму и не выкинули в море, свидетельствует об их сердечной доброте. Затем по счастливой случайности я подружился с одним французом, образованным человеком, философом и литератором. Мы много беседовали с ним, и он вскоре догадался, что, несмотря на скромность моей одежды, я был не простого звания.
Он поселил меня в своем доме и пригласил из Парижа врача, который нашел мое состояние любопытным, но неизлечимым.
Мой друг возил меня и к другим врачам, но и те ничего не могли для меня сделать.
По-моему, только благодаря моему другу, который обеспечил мне отдых и занятия, подобающие моему подлинному положению, память ко мне вернулась. Перовое, что я вспомнил, — это твое лицо, Маргарет. Я ясно видел его перед собой, но прошло еще много времени, прежде чем я вспомнил, как тебя зовут и что ты моя жена. Потом, постепенно, все это пришло ко мне.
Меня охватило лихорадочное нетерпение, я рвался вернуться домой и найти тебя. Я с ужасом понял, что с момента нашей разлуки прошло три года.
Мой друг дал мне денег на дорогу и помог переправиться в Англию — это было нелегко, так как между нашими странами все еще шла война. Вернувшись, я узнал, что твой отец умер и ты исчезла. Старики, у которых ты жила близ Плимута, тоже умерли. Я чуть с ума не сошел, когда все мои попытки, отыскать тебе кончились неудачей.
Полтора года спустя мои обстоятельства изменились. Оба моих кузена погибли, сражаясь против Бонапарта, а мой дядя, граф Милбори, умер. К моему изумлению, я оказался единственным, наследником. Из бедняка, никому не нужного, кроме тебя, моя дорогая, я превратился в богача и обладателя старого и славного титула. Ты можешь себе Представить, как мне не хватало тебя?
— Мой бедный Фрэнсис! — заговорила леди Брекон. — Если бы ты только знал, как я страдала, как тосковала по тебе! После рождения моего третьего ребенка я уже не пыталась вернуться к жизни. Я хотела остаться одна со своими воспоминаниями о тебе. Мне казалось, то, что я сделала, было лучше для Вэйна. Отец оставил мне кое-какие деньги, но их было недостаточно, чтобы Вэйну жилось так, как я хотела. Я обманула лорда Брекона, и мое единственное оправдание только в том, что он был счастлив, считая Вэйна своим сыном.
— Тебе не в чем упрекать себя, Маргарет, мы поговорим об этом позже, а теперь, любимая, мне придется покинуть тебя.
— О нет, нет, Фрэнсис! — вскрикнула леди Брекон.
— Очень ненадолго, уверяю тебя. Но я должен вместе с Кэролайн отправиться на поиски Вэйна. Его нет сейчас в замке, и это еще одна история, которую слишком долго рассказывать. К тому же за сегодняшний день ты уже довольно пережила. Ты веришь мне, Маргарет, что я вернусь к тебе очень скоро? Нам с Кэролайн крайне важно найти твоего сына… и моего.
— Я сделаю все, что ты хочешь, — сказала леди Брекон, — но только, Фрэнсис, любимый мой, не задерживайся.
— Не беспокойся об этом, Маргарет. Мы уже и так потеряли слишком многие годы.
Он вновь поцеловал ее руки, но она отняла их и раскрыла ему объятия. Кэролайн отвернулась: слишком много нежности было в этом порыве для посторонних глаз.
Лорд Милборн вышел из комнаты ее светлости с таким счастливым лицом, словно годы отступили и он снова помолодел. Но, несмотря на все потрясения, он быстро отдал вполне конкретные и четкие распоряжения. Марию и камердинера Вэйна отправили как можно скорее укладывать вещи, для них и для багажа приготовили фаэтон, а Кэролайн с лордом Милборном уже спешили в его карете по дуврской дороге. Он держал ее за руку, и оба были настолько счастливы, что это невозможно было передать словами.
Ехали они быстро, остановившись лишь позавтракать в Сэйл-Парке, расположенном недалеко от Кентербери. Здесь, пока они наскоро перекусывали, им сменили лошадей. Никогда еще Сэйл-Парк не казался Кэролайн более прекрасным и гостеприимным. Его знаменитые сады сверкали всеми цветами радуги. Кирпич дворцовой постройки и зеркальные стекла освещались яркими лучами солнца. Голуби кружились над газонами, а в серебре пруда отражались лебеди.
Не теряя времени, они снова пустились в дорогу.
Внезапно встревожившись, Кэролайн спросила:
— Вэйн обещал дождаться меня в Мэндрейке. Вам не кажется, дядя Фрэнсис, что он может скрыться куда-нибудь, считая, что тем самым спасает меня от несчастья?
— Куда бы он ни отправился, мы его найдем, — решительно сказал лорд Милборн, и Кэролайн, взглянув в его доброе лицо, теснее прижалась к нему.
— Как это замечательно, дядя Фрэнсис, что вы — мой свекор. Трудно даже поверить этому. Мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон, — Лучшей невестки я бы не желал, — сказал лорд Милборн, улыбаясь.
— И подумать только, когда-нибудь Сэйл-Парк будет нашим, — начала было Кэролайн, но тут же спохватилась. — О, дядя Фрэнсис, я не то хотела сказать… получилось так, будто я желаю вашей смерти, но я так ненавижу замок Брекон…
— Так почему же не сказать об этом прямо? Да, Кэролайн, когда-нибудь Сэйл-Парк будет принадлежать Вэйну и тебе. Но так как в нем больше сотни комнат, я думаю, вы уже сейчас можете использовать его как свою резиденцию, по крайней мере пока не найдете что-нибудь получше. Мы с Маргарет не будем вам мешать. Я думаю, нам так же, как и вам, захочется уединения.
— Больше всего на свете, дядя Фрэнсис, мне хочется жить в Сэйл-Парке.
— К тому же, — продолжал лорд Милборн, — есть еще и Милборн-Хаус в Лондоне, и охотничий домик в Лестершире, оба они в вашем распоряжении. У вас, молодежи, найдется чем заняться, а Вэйну полезно будет приобрести более респектабельных друзей. Я буду настаивать на этом.
Кэролайн засмеялась:
— Это и правда жалкая компания. Но вы понимаете, дядя Фрэнсис, в каком он был состоянии, а жить спокойно в этом ужасе просто невозможно.
— Конечно, понимаю.
Кэролайн счастливо вздохнула:
— Я чувствую, словно все заботы свалились с меня.
И у Вэйна будет такое же ощущение. Пусть Джервис Уорлингем наслаждается тем, что он лорд Брекон, никому другому этот титул не понадобится, я уверена, что на нем лежит проклятье. Боже мой! Мне только что пришло в голову: ведь я не знаю настоящего имени Вэйна — и своего тоже.
— Вэйн — виконт Шеррингэм, — отвечал лорд Милборн, — и я имею честь приветствовать госпожу виконтессу.
— Чудесное имя, мне оно сразу же понравилось. Но, дядя Фрэнсис, — вдруг испугалась Кэролайн, — а я по-прежнему его жена?
— Ну, конечно, — улыбнулся лорд Милборн. — Имена на брачном свидетельстве придется заменить. Я сам повидаюсь по этому поводу с епископом. Но ты жена Вэйна по закону и перед богом.
— Как это замечательно!
Вздохнув с облегчением, Кэролайн прислонилась головой к плечу лорда Милборна и долго сидела так молча, в полном удовлетворении, пока они неслись все дальше и дальше.
Через час в отдалении они увидели море, и Кэролайн в восторге воскликнула:
— Мы уже почти дома, дядя Фрэнсис Дай бог, чтобы Вэйн дождался нас и не наделал каких-нибудь глупостей.
Она не могла скрыть своего нетерпения, с бьющимся сердцем ожидая появления на горизонте высокой крыши Мэндрейка. Въехали они через парк. Лакеи в бордовых с серебром ливреях распахнули двери подъезда. Оставив в карете шляпу, забыв о приличиях, о лорде Милборне, обо всем на свете, стремясь поскорее увидеть Вэйна, Кэролайн выпрыгнула из кареты и взбежала по ступеням, на верху которых их уже дожидался старый дворецкий, которого она знала с детства.
— Где Ньюмен? — спросила она, задыхаясь.
— Я пошлю за ним, если вашей светлости будет угодно, — отвечал дворецкий. — Его светлость и ее светлость в серебряной гостиной.
— Кто-кто? — переспросила Кэролайн и, не дожидаясь ответа, вбежала в холл и распахнула дверь гостиной.
К своему изумлению, в дальнем конце комнаты у камина она увидела трех людей: один из них был ее отец, рядом с ним Вэйн, а на софе, глядя на них, сидела ее мать. Полуденное солнце золотило ее белокурые волосы.
— Папа! Мама! — воскликнула Кэролайн.
С просветлевшим лицом, она бросилась к мужу, протягивая к нему руки.
— Вэйн! Я так боялась, что ты не дождешься меня!
Он взглянул на нее, но, к ее величайшему удивлению, прошел мимо навстречу появившемуся в дверях лорду Милборну. Он приблизился к нему, высоко держа голову и расправив плечи, как перед строем:
— Я готов отдать себя в руки правосудия, милорд, — произнес он отчетливо.
Лорд Милборн положил руку ему на плечо.
— Все в порядке, в этом нет необходимости, мой мальчик, — сказал он и повторил неожиданно дрогнувшим голосом:
— Мой… мальчик.
Кэролайн не могла больше сдерживаться. Она бросилась к Вэйну, слова так и рвались с ее губ, — Все и впрямь хорошо, Вэйн. Я с трудом сама этому верю. Ты не лорд Брекон, а лорд Шеррингэм, и нет; больше никаких тайн, никакого мрака, никаких ужасов. Тебе не нужно ничего бояться. Титул принадлежит Джервису, и его обвиняют в убийстве.
Вэйн смотрел на нее как на безумную, и тут решительно вмешался лорд Валкэн:
— Что все это значит? Я ничего не могу понять. Может быть, ты объяснишь, Фрэнсис?
— Да, конечно, — отвечал лорд Милборн. — Юстин и Серена, поздравьте меня, я — самый счастливый человек в мире, я нашел жену и — сына.
— Сына? — воскликнул лорд Валкэн.
— Да, и что самое невероятное, нашел его уже женатым… на твоей дочери, Юстин.
На лицах лорда Валкэна и Вэйна отразилось такое изумление, что леди Валкэн поднялась с софы и, подойдя к лорду Милборну, подняла к нему свое очаровательное лицо:
— Я не вполне еще понимаю, что произошло, Фрэнсис, но счастье нашего давнего и лучшего друга делает счастливыми и нас.
Лорд Милборн поцеловал ее в щеку.
Неожиданно Кэролайн бросилась на шею матери:
— Мама! Как все чудесно! Как я счастлива! Не знаю, как тебе все объяснить. Но почему вы здесь? Я думала, что вы с папой на континенте.
— Мы там и были, — отвечала своим нежным голосом леди Валкэн, — но, к счастью, мы были всего в миле от Кале, когда кузина Дебби прислала грума с известием о твоем замужестве. Как ты могла, скверная девчонка, устроить такое в наше отсутствие?
— Но, мама… — робко начала Кэролайн.
Леди Валкэн рассмеялась:
— Не бойся, Кэролайн. Мы не сердимся на тебя, особенно теперь, когда познакомились с твоим мужем.
Твой отец и я и правда в восторге от нашего зятя. Несмотря на все печальные обстоятельства, которые он нам изложил с достойной уважения откровенностью, лучшего мужа тебе мы не могли бы желать.
Она улыбнулась Вэйну. Кэролайн тоже посмотрела на него. Ее рука каким-то образом оказалась в его руке, и он сжимал ее так, что пальцы у нее онемели. Наконец Вэйн заговорил.
— Неужели это правда, сэр? — спросил он лорда Милборна, и голос его дрогнул.
— Правда. Ты — мой сын от нашего брака с твоей матерью, Вэйн. Это случилось еще до того, когда, считая меня умершим, она вышла за лорда Брекона. Семейство Уорлингем с их отравленной кровью не имеет к тебе никакого отношения.
— Слава богу!
Это восклицание, казалось, вырвалось у него непроизвольно. Глаза его и Кэролайн встретились, и они забыли обо всем на свете, кроме друг друга. Они не слышали разговоров, не замечали понимающих улыбок, которыми обменялись лорд и леди Валкэн с лордом Милборном. Они не видели, как маркиза, взяв обоих мужчин под руки, увела их через открытые двери на залитую солнцем террасу.
Они по-прежнему стояли рука об руку, глядя друг на друга.
Неожиданно Вэйн глубоко вздохнул, словно все несчастья, накопившиеся за последние годы, унеслись наконец из его сердца. Он медленно отпустил руку Кэролайн, и словно невидимая рука стерла сего лица угрюмые следы напряжения и суровости.
Он не отрывал глаз от ее очаровательного лица, от твердого маленького подбородка девушки, чья решимость и отвага помогли ему преодолеть ужас и отчаяние, которые могли запугать до смерти любую другую женщину. Он смотрел на ее прелестные губы и наконец заглянул в ее сиявшие любовью глаза, неугасимый свет которых, он знал, будет светить ему путеводной звездой всю его жизнь.
Кэролайн ощутила перемену, происшедшую в нем.
Никогда уже ей больше не придется брать на себя инициативу, ни заставлять, ни принуждать его повиноваться себе. Ее былая власть кончилась. Ей остается соблазнять, увлекать, обольщать его, но он останется ее повелителем.
Его пристальный взгляд заставил ее зардеться от смущения. Вэйн улыбнулся, и теперь это была улыбка молодого и беззаботного человека. Он поклонился ей и заговорил, впервые с тех пор, как они остались одни.
Говорил он тихо и серьезно, но в голосе его звучала едва сдерживаемая радость:
— Ваш слуга, леди Шеррингэм.
От счастья у Кэролайн кружилась голова. Но она с лукавой усмешкой отвечала ему:
— Я что-то не помню, сэр, чтобы имела удовольствие быть знакомой с вами!
— У вашей светлости на удивление короткая память. А я вот помню поцелуй через окошко кареты, золотой день, среди сосновых деревьев, похищенный у вечности обед наедине, когда мы пили нектар…
Кэролайн подняла брови.
— Тем более странно, что я едва могу припомнить виконта Шеррингэма.
— Не желали бы вы познакомиться с ним поближе?
Кэролайн поджала губы.
— Не вполне уверена в этом. Он, безусловно, хорош собой, но меня предостерегали, что под овечьей шкурой часто скрывается волк. Он может быть… жесток, если захочет.
— Настолько жесток, что однажды покинул вашу светлость, когда, будь у него хоть капля здравого смысла, ему следовало бы остаться. Я очень хорошо помню этот момент и вашу светлость при огне камина. Сначала на вас был пеньюар, но потом…
Кровь бросилась Кэролайн в лицо, и, словно защищаясь, она подняла протестующе руку.
— Довольно! Это уж слишком. Позвольте мне удалиться, милорд. Я должна переодеться и привести себя в порядок.
Кэролайн поспешила к двери, ноне успела она открыть ее, как Вэйн тихо, но таким тоном, что она не могла не остановиться, произнес:
— Подойди сюда, Кэролайн.
Она замерла на бегу, но не обернулась и ответила, не глядя на него:
— Я вернусь… позже.
— Подойди ко мне.
— Ты мне… приказываешь?
— Да, и ты должна мне повиноваться.
— Вот как, а могу ли я полюбопытствовать, почему?
— Подойди сюда, и я все объясню тебе.
Кэролайн обернулась. Затаив дыхание, с полураскрытыми губами, не сводя с него глаз, она стала медленно приближаться к мужу. Сердце рвалось из ее груди так, что тонкие кружева платья трепетали. Она подошла еще ближе. Вэйн не сделал ни шагу навстречу, но ждал, пока она окажется с ним рядом. Под его взглядом она опустила глаза. Секунду он молчал, потом произнес негромко:
— Ты меня боишься, Кэролайн?
Она взглянула на него и тут же вновь опустила длинные ресницы.
— Отвечай же.
— Немного… пожалуй, — прошептала она.
— Посмотри на меня! — приказал он, но из-за страшного смущения и легкой дрожи она не в силах была этого сделать.
Тогда Вэйн нежно обнял ее, и когда она хотела было спрятать лицо у него на груди, приподнял его за подбородок и повернул к себе.
— Завтра мы едем в Париж, ты и я, — сказал он. Когда она широко раскрыла глаза, он добавил:
— Мы проведем там медовый месяц. Одни. Ты боишься остаться со мной наедине, моя нежная, неукротимая, непокоренная любовь?
— Вэйн! — Кэролайн трепетала от его прикосновений.
— Но даже если и так, моя любимая, я напомню тебе кое о чем. — Вэйн сжал ее в объятиях, Кэролайн ощутила бурное биение его сердца, увидела вспыхнувший в его глазах огонь, пламенем разгоравшийся в ней самой.
— Я напомню тебе, — повторил он у самых ее губ, — что ты моя, любимая. Моя навсегда… моя жена.

загрузка...

Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Зловещая тайна - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Ваши комментарии
к роману Зловещая тайна - Картленд Барбара



Этот же роман идет под названием "ДУЭЛЬ СЕРДЕЦ ". Несмотря на наличие ляпов роман неплохой, без соплей и чрезмерного обожествления любви, присущих автору. Хотя интрига несколько надуманна: 6/10.
Зловещая тайна - Картленд БарбараЯзвочка
28.03.2011, 23.20





отличный роман
Зловещая тайна - Картленд Барбарамарина
6.01.2013, 13.41





ОТЛИЧНЫЙ СЮЖЕТ ПРЕКРАСНО НАПИСАН УВЛЕКАЕТ ОТ ПЕРВОЙ ГЛАВЫ И ДО ПОСЛЕДНЕЙ ОЧЕНЬ РЕКОМЕНДУЮ ПРОЧИТАТЬ.
Зловещая тайна - Картленд БарбараИРИНА
6.01.2013, 21.05





роман хороший 10 балов.
Зловещая тайна - Картленд Барбаратату
22.06.2015, 15.01





хорошо! Столько всего накручено, что до самого конца трудно было отыскать истину.
Зловещая тайна - Картленд БарбараЛюбовь
5.08.2015, 21.42





мне очень понравился роман!!! 10 баллов
Зловещая тайна - Картленд Барбараанастасия
17.08.2015, 22.45





Приятный роман. Прикольная героиня. Правда, все ждала первую брачную ночь. 8/10
Зловещая тайна - Картленд БарбараВикки
20.08.2015, 12.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100