Читать онлайн Желание сердца, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Желание сердца - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.12 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Желание сердца - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Желание сердца - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Желание сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Тихо играла музыка, мелодия лилась не навязчивее журчания ручейка или ветра, шумящего листьями на деревьях. Огоньки в чашах с цветами потускнели, но лепестки медленно кружились с потолка всю ночь и теперь полностью засыпали Корнелию.
Очень-очень тихо, стараясь не потревожить мужчину, который спал рядом с ней, она соскользнула с софы и лепестки роз посыпались с нее бело-розовым дождем. Она неслышно собрала свои вещи и быстро оделась. В памяти ее всплыли слова Рене:
«Иван ничего не упускает из виду. Возле дверей всегда стоит наготове карета с лошадьми на тот случай, если кому-то станет скучно или он захочет уехать пораньше».
Тогда Корнелии показалось странным, почему Рене так сказала, но теперь она поняла, что это высказывание предназначалось для нее. Она неслышно двигалась по благоухающей комнате. Бриллиантовые заколки, украшавшие прическу, были разбросаны где-то среди цветов, но она не стала терять время на их поиски.
Откинув в сторону шелковую портьеру, закрывающую вход, она увидела, что рассвет близок. Звезды все еще ярко светили, но небо стало полупрозрачным, его густая чернота поблекла до зыбкой тусклости ночи, которая почти на исходе.
Вдалеке поблескивали огоньки, но теперь их было меньше, и вся картина, как и музыка, дышала покоем и нежностью. По воде пробежал ветерок, он тронул щеки Корнелии и всколыхнул распущенные по плечам волосы, скрывшие их обнаженность и обрамившие ее лицо так, что глаза казались слишком для него велики, когда она с беспокойством! оглянулась вокруг.
Как же ей вернуться в замок? В этот миг как по волшебству появился слуга. Он шел так тихо, что оказался совсем рядом с ней, прежде чем она увидела его. Не говоря ни слова, он укутал Корнелию темно-синей бархатной накидкой, отделанной соболем. Накидка свисала до пола и была с капюшоном, который Корнелия набросила на голову.
Все так же молча он показал рукой, и она увидела, что рядом с террасой ждет гондола. Слуга помог ей забраться в лодку и, как только она уселась, погнал лодку, правя с быстротой и умением, совершенно не похожим на неторопливую манеру, с которой ее и герцога перевезли через озеро на обеденную террасу.
На ступенях замка ожидали другие слуги. Не нарушая молчания, они провели ее по темному дому, освещением служил фонарь в руках одного из слуг. У парадного входа она увидела карету и быстро спустилась. Лакей помог ей сесть и набросил на колени меховой коврик. Затем подождал немного, прежде чем закрыть дверцы кареты, и она поняла, что он ждет указаний.
На секунду она растерялась. Куда отправиться: в апартаменты Рене или обратно в «Ритц»? Она чуть наклонилась вперед и, когда заговорила, то дала совсем не то распоряжение, которое намеревалась.
— Поезжайте на площадь Мадлен, — сказала она.
Дверь захлопнулась, и лошади помчались с головокружительной быстротой. Корнелия откинулась на мягкие подушки, закрыв глаза. Ей не хотелось спать, мозг работал ясно и отстраненно. Корнелия сидела неподвижно, сцепив руки на коленях, пока лошади не подвезли ее к высоким каменным ступеням, ведущим в церковь святой Марии Магдалины. Дверцы распахнулись, Корнелия чуть поглубже надвинула капюшон и шагнула из кареты.
Пока она ехала, наступил рассвет, и величественный фасад церкви, украшенный колоннадой в стиле римского храма, был залит бледно-золотым солнечным светом.
— Подождите меня, — распорядилась Корнелия и начла медленно подниматься по ступеням.
Мимо нее прошла уличная девица, разукрашенная яркими перьями и мишурой, а из дверей показалась крестьянка с тяжело нагруженной корзиной, женщина бормотала под нос молитвы.
Корнелия толкнула перед собой дверь. Внутри было очень темно и тихо, казалось, движение шло только от сотен мерцающих огоньков, зажженных перед статуями святых. С минуту она стояла оглядываясь, а затем, повернувши направо, нашла часовню, которую искала.
Раньше ей не приходилось здесь бывать, но все был для нее знакомо. Разве графиня де Кейль не говорила ей, что это ее самая любимая церковь в Париже, и не описывала много раз?
— Всю жизнь я несла свое горе и радость к Магдалине, обычно говорила она Корнелии и рассказывала, как еще девочкой молилась из года в год в часовне, справа от орган чтобы у нее был счастливый брак, и как молитвы принесли ей и любящего мужа и преданных детей.
Часовня была темной, но свечи освещали огромны каменные фигуры над алтарем. Они изображали, как хорошо знала Корнелия, венчание Святой Девы. С минуту она стояла, любуясь чудесными статуями Прадье, а затем упала на колени и начала молиться, как не молилась никогда в жизни, чтобы Господь благословил и ее брак тоже.
Ей хотелось прибавить и свою свечу к тем, что не переставая горели всю ночь, но не оказалось при себе денег, и она удовлетворилась еще одной молитвой, молитвой благодарности.
Не желая дольше задерживать карету и опасаясь, что теперь, когда наступило утро, церковь начнет заполняться людьми, Корнелия заторопилась прочь. Ряды цветочного рынка сбоку от церкви оживились. Она заметила красные и белые розы и почувствовала, как внезапно сжалось ее сердце. Сможет ли она когда-нибудь снова смотреть на розы, не вспоминая о прошлой ночи?
Корнелия велела кучеру отвезти ее в «Ритц» и, оказавшись в отеле, поспешила мимо ночного портье наверх по лестнице в свой номер. Все было тихо, окна зашторены, дверь в гостиную закрыта.
Корнелия прошлась по комнате и отдернула шторы. Солнце ворвалось мощным потоком. Она расстегнула бархатную накидку и сбросила ее на пол. Подняв руки, откинула со лба волосы, примявшиеся под капюшоном. Затем как во сне, думая о чем-то своем, она переоделась в ночную рубашку из чистого шелка, разложенную для нее на кровати, а сверху надела халат из темно-розового атласа, отделанный полосками горностая. Потом она закрыла лицо руками и сидела, думая, вспоминая, чувствуя!..
Когда Вайолет пришла в десять часов будить хозяйку, то нашла ее за письменным столом. Вокруг были разбросаны бесчисленные листы бумаги, которые она скомкала, написав несколько слов.
— Вы уже проснулись, ваша светлость? — всполошилась Вайолет. — А я думала, что ваша светлость еще спит. Что заказать на завтрак?
— Кофе и фрукты, пожалуйста. Больше ничего.
— Очень хорошо, ваша светлость.
Вайолет отправилась на поиски официанта. Корнелия продолжала писать, и когда принесли завтрак, она даже не вспомнила о нем. Отбросив много вариантов, она продолжала бороться с письмом, которое никак ей не давалось. В полдень снова заглянула Вайолет и обнаружила, что кофе остыл, а фрукты не тронуты.
— Я принесу вам другой кофе, ваша светлость, и, пожалуйста, съешьте что-нибудь. Если это и дальше будет продолжаться, вы так похудеете, что ни одно из ваших новых платьев вам не подойдет.
— Возможно, они мне никогда не понадобятся, — тихо ответила Корнелия.
— Не говорите так, ваша светлость. Я жду не дождусь того дня, когда мы сможем избавиться от этих уродливых английских туалетов.
Корнелия вздохнула.
— Вчера привезли сундуки от мадам де Вальме? — тут же спросила она.
— Да, ваша светлость, мы больше туда не поедем?
— Нет, Вайолет.
Лицо Вайолет ясно выражало любопытство, но Корнелия больше ничего не сказала и встала из-за стола. Тут послышался стук в дверь. Вайолет пошла выяснить, в чем дело. Корнелия услышала ее удивленный возглас, а затем в комнату вошла Рене. На ней была густая вуаль. Рене откинула мягкие тюлевые складки и слегка надула губки.
— Фу! На улице жара, а тут еще эта вуаль, которую я всегда ненавидела, — воскликнула она, — но нельзя же было повредить вашей репутации. Мне не хотелось, чтобы в отеле узнали о визите к вам пресловутой мадам де Вальме.
— Какой чудесный сюрприз!
Корнелия протянула руки и ласково поцеловала Рене.
— Я пришла потому что обеспокоена, дорогая, — сказала ей Рене.
— Давайте сядем, — предложила Корнелия. Вайолет предусмотрительно удалилась из комнаты, и они остались вдвоем.
— Так о чем вы беспокоились? — спросила Корнелия.
— Во-первых, о вас, — ответила Рене с улыбкой. — Вы прелестно выглядите сегодня. По крайней мере, на этот счет мои опасения были напрасны.
Корнелия взяла в ладони руку гостьи.
—Я очень-очень счастлива, — сказала она. — В то же время…
— В то же время?.. — подхватила Рене.
— Я не знаю, как долго продлится мое счастье.
— Как раз об этом я и пришла поговорить. Герцог уже приезжал ко мне домой и спрашивал о вас.
— Так рано? — воскликнула Корнелия.
— Да, в первый раз он приехал около семи часов, как мне передали слуги. Ему сказали, что мадемуазель Дезире нет. Я полагаю, что он вернулся сюда, переоделся и вновь приехал с визитом около половины десятого. К тому времени я уже была дома и велела слугам сказать, что они ничего не знают, пока я сама с ним не переговорю. Заставив прождать почти до одиннадцати, я наконец приняла его. Дезире, он в отчаянии. Что мне прикажете с ним делать?
— Вы думаете, он любит меня? — спросила Корнелия.
— Уверена, что да, — ответила Рене. — Он человек, который способен на очень глубокие чувства, если их пробудить, а вы, моя малышка, сделали это. Он любит вас, как до сих пор никогда не любил.
— Но достаточно ли сильно? — засомневалась Корнелия. Рене слегка вздохнула и отвернулась, чтобы не видеть беспокойства в глазах подруги.
— Нам остается только ждать, — сама себе ответила Корнелия.
Она поднялась и подошла к письменному столу.
— Все утро я пыталась написать ему письмо. Трудно было подобрать слова, но все же я чувствовала, что должна написать хоть что-то.
Она постояла секунду с конвертом в руке, затем открыла его и вынула письмо.
— Я хочу просить вас передать ему это, — сказала она, — вы были для нас обоих самым дорогим другом, поэтому лучше, если вы прочтете.
Рене взяла письмо. Оно было очень коротким и написано по-французски:
Я люблю вас всем сердцем, — писала Корнелия, — но я покинула Париж, и Вы не сможете найти меня. Если мы больше никогда не встретимся, знайте, что я люблю Вас.
Глаза Рене неожиданно наполнились слезами:
— О моя дорогая, — сказала она, — мудро ли рисковать столь многим?
— Чтобы выиграть все? — спросила Корнелия.
— А если проигрыш?..
— Если проиграю, — ответила Корнелия, — значит, прошлой ночью Дезире умерла.
— И вы никогда ему не признаетесь?
— Никогда. Рене поднялась.
— Вы гораздо храбрее и сильнее, чем я предполагала. Я успела полюбить вас и буду теперь молиться, чтобы все у вас было хорошо.
Корнелия поцеловала ее, крепко обняв.
— Что бы ни случилось, вы всегда останетесь моим другом, — сказала она, — но нам будет сложно встретиться, если только любовь не окажется важнее положения и не возьмет верх над гордостью.
— Я буду молиться за вас обоих.
Рене положила письмо в сумочку, снова поцеловала Корнелию, прежде чем опустить на лицо непроницаемую вуаль, и вышла из комнаты, тихо притворив за собой дверь.
Корнелия внезапно почувствовала, что совершенно измотана. Сбросив розовый пеньюар, она забралась в кровать и чуть не заснула, прежде чем Вайолет успела прибежать на ее звонок.
— Пошлите к его светлости сказать, что я не выйду ко второму завтраку, — пробормотала Корнелия.
Один взмах ресниц, и она снова провалилась в сон. Ей показалось, что она проспала очень недолго, когда ее разбудил голос Вайолет.
— Ваша светлость, ваша светлость!
К Корнелии медленно вернулось сознание.
— Что случилось? — спросила она.
— Его светлость настаивает на немедленном разговоре с вами.
От испуга Корнелия сразу проснулась и села в кровати.
— Он не должен сюда войти, — сказала она, представив себя со стороны с распущенными волосами и в розовой ночной сорочке.
— Нет, ваша светлость, он просит, чтобы вы немедленно оделись. Он ожидает вас в гостиной.
Корнелия не задавала больше вопросов, а встала и торопливо прошла в ванную, приготовленную Вайолет. Очень быстро одеться было весьма трудно, и хотя двери были закрыты, Корнелия не сомневалась, что герцог вышагивает взад-вперед, по ковру, сцепив руки за спиной и склонив в задумчивости голову.
Одевшись наконец в очередное пастельное платье из своего гардероба и не забыв черные очки, Корнелия вошла в гостиную.
— Добрый день, — сухо поздоровалась она. — Прошу прощения, что не спустилась ко второму завтраку, но я не совсем хорошо себя чувствовала.
— Второй завтрак! — воскликнул герцог, как будто впервые слышал о таком.
— Вы разве ничего не ели? — поинтересовалась Корнелия.
— Нет… мне кажется, что нет, — ответил он, — но это не имеет значения.
Вид у него был взволнованный, полубезумный, от обычной неспешной вежливости не осталось и следа. Лицо покрывала бледность, под глазами пролегли темные круги бессонницы, но помимо этого в лице его читалось выражение, которого Корнелия раньше не видела и которое не совсем понимала.
— Я хотел с вами немедленно поговорить, — сказал герцог, — потому что мы тотчас должны отправиться в Англию.
— Сегодня? — удивилась Корнелия. — Но мы ведь собирались уехать завтра!
— Да, я знаю, — ответил герцог, — но планы придется изменить. Наш немедленный отъезд продиктован настоятельной необходимостью.
— Но почему?
— Сожалею, но не могу вам ответить в данную минуту. Я только прошу вас верить, что сегодняшний отъезд чрезвычайно важен.
— Вы получили письмо… телеграмму… заболела ваша мать? — осведомилась Корнелия.
— Ничего подобного, — нетерпеливо ответил герцог. — Это дело частного порядка, и я расскажу вам о нем в свое время, если позволите. Как скоро вы будете готовы?
— Думаю, как только управится Вайолет, — ответила Корнелия.
— Хаттон спустит вниз мои сундуки через полчаса, — сообщил герцог. — Вы отдадите распоряжения своей горничной?
— Да, конечно, если вы этого желаете.
Корнелия направилась в спальню. Герцог раздраженно постукивал пальцами по столу с видом человека, которого окончательно вывели из себя. Корнелия передала Вайолет все, что должна была сказать.
— Если почувствуешь, что не справляешься, позови на помощь горничную из отеля, — предложила она, а затем, вместо того чтобы вернуться в гостиную, села на диван в своей спальне.
Она поняла, что не может сейчас находиться рядом с герцогом. При виде его сердце начинало биться быстрее, и ей стоило большого труда не кинуться к нему в объятия.
Корнелии хотелось притянуть к себе это измученное волнениями лицо, провести пальцами по его усталым глазам и прошептать ему на ухо правду — что Дезире здесь, рядом, и до нее можно дотронуться губами. Она знала, что теперь он страдает, и спрашивала у самой себя, лежит ли ее записка у его сердца, и целует ли он ее так же, как она целовала все письма, которые получала от него. Она любила его — Господи! — как она любила его! Тяжело было видеть герцога несчастным, но все же только через это его страдание они могли завоевать путь к настоящему счастью. С железной решимостью Корнелия принудила себя к хладнокровию. За несколько последних недель она приучилась разводить свои мысли и чувства в разные стороны.
В присутствии мужа она была сдержанной и даже подавленной, если выступала в роли Корнелии. Надевая черные очки, она сразу ощущала ту застенчивость, которая была неотъемлемой частью характера Корнелии до тех пор, пока она не превратилась в Дезире.
Но притворство теперь давалось труднее, чем когда-либо. Прошлая ночь сняла все последние барьеры, сдерживающие красноречие Корнелии. Вспоминая слова, которые сами приходили на ум, нетерпеливость поцелуев и восторг любви, она знала, что никогда больше не будет испытывать неловкость или сознание, поскольку двух слов связать не может. Если же к ней и придет застенчивость, то только та, от которой финальная неизбежная капитуляция становится еще слаще.
От одной этой мысли она задрожала и поднесла руки к лицу. А вдруг он не выдержит последнего испытания, что, если все-таки он недостаточно любит? Найдет ли она в себе силы отказаться от любви, не достигшей той самой высокой вершины, которую она сама для нее выбрала?
— Я должна быть сильной — должна! — вслух произнесла Корнелия.
— Вы что-то сказали, ваша светлость? — спросила Вайолет из другого конца комнаты.
— Только самой себе.
— Все готово, ваша светлость, — сообщила Вайолет, затягивая широкий ремень вокруг последнего сундука с полукруглой крышкой.
— Я передам его светлости, — сказала Корнелия.
Она прошла по комнате, отворила дверь в гостиную. Герцог сидел на стуле возле погасшего камина, обхватив голову руками. На секунду она почувствовала, что полностью обезоружена. Невыносимо было видеть такое горе, такие страдания. Как она могла навлечь все это на него! Еще секунда, и она пролетела бы по комнате и опустилась бы на колени перед ним. Но хотя он не слышал, как она вошла, какое-то шестое чувство подсказало ему, что за ним наблюдают. Он поднял глаза и резко вскочил:
— Вы готовы?
Голос его был груб, и Корнелия взяла себя в руки, хотя успела сделать первый шаг.
— Да, я готова, — машинально ответила она.
— Хорошо. Мы успеем на четырехчасовой поезд с Северного вокзала. Я попытался заказать билеты. Надеюсь, путешествие не будет слишком неприятным.
Его надежды не оправдались. Как потом вспоминала Корнелия, эта поездка оказалась сродни ночному кошмару. В последнюю минуту им было отказано в отдельном купе, так как поезд был битком набит туристами, возвращавшимися в Англию.
В Булонь они прибыли глубокой ночью и были вынуждены остановиться в отеле на набережной, чтобы успеть на утренний паром. Корнелия была слишком озабочена, чтобы обращать внимание на собственные удобства, а герцог, как видно, был глух ко всему, кроме одного — непреодолимого желания без малейшего промедления оказаться дома. Но выражения лиц Вайолет и Хаттона красноречиво свидетельствовали об их мучениях.
Больше всего Корнелию беспокоило, почему отъезд был таким поспешным. Она не понимала, по каким причинам герцог изменил свои планы, и ей с большим трудом удалось удержаться от вопросов.
После бессонной ночи она была очень усталой и надеялась, что сможет отдохнуть в булонском отеле, но всю ночь напролет гудели корабли, шло оживленное движение, раздавались крики и пение людей, поэтому Корнелия в конце концов оставила все попытки заснуть, села у окна и начала вспоминать:
— Если ты когда-нибудь разлюбишь меня, я совью веревку из твоих волос и придушу тебя ею!
— А если вдруг… ты разлюбишь меня?
— Я никогда никого не буду любить, кроме тебя! Ты все, о чем я когда-то мечтал, все мои надежды и желания, воплощенные в одном человеке.
— А что, если… через какое-то время… ты разочаруешься во мне?
— В тебе? Дорогая, как плохо ты понимаешь, что я чувствую к тебе! Жизнь моя, сердце мое, это настоящая любовь!


Корнелия наблюдала за рассветом, серым и низким. Ночью начался сильный ветер, и при свете дня она увидела, что на море вспенились яростные волны, которые с брызгами накатывали на берег.
Все пассажиры рано встали и приготовились подняться на борт, но тут им было объявлено, что капитан хочет подождать, чтобы шторм немного стих. Поэтому Булонь они покинули только в полдень и после неприятного штормового плавания достигли Фолкстона, опоздав почти на два часа.
Шел проливной дождь, и Корнелия невольно пожалела герцога, ведь даже стихия, казалось, настроена против него; но к тому времени, когда они прибыли в Лондон в кромешной тьме, она уже чувствовала полное изнеможение. Самым разумным было бы ночевать в родовом особняке, несмотря на то что слуги их не ждали, но герцог обнаружил, что, хотя они и пропустили два поезда в Котильон, оставался еще один, отправлявшийся из Лондона в одиннадцать часов.
Неужели этот мрачный, забывающий о ее удобствах человек, думала Корнелия, тот самый, кто целовал ее грудь и говорил:
— Ты всего-навсего дитя, и я должен оберегать тебя! Ты только ребенок, и я должен научить тебя! Ты только маленькая девочка, хотя и пыталась заставить меня поверить, что ты женщина! Моя милая, смешная девочка, неужели ты в самом деле полагала, что меня могут обмануть красные губы и нарумяненные щеки?
— Но ты обманулся… в тот первый вечер… в «Максиме».
— Но только пока не взглянул в твои глаза и не прочитал в них искренность и невинность. Было в них еще что-то — боязнь. Ты опасалась меня, потому что я мужчина и ты не знала, как я могу с тобой обойтись! Кровь то приливала, то отливала от твоих щек! О моя глупышка, ты в самом деле полагала, что женщина, какой ты притворялась, могла бы так себя вести?
— Ты… ты смеешься надо мной!
— Это потому, что я безумно счастлив. Неужели ты не понимаешь, какой ужас я испытывал оттого, что мог потерять тебя — но теперь ты моя!


Они приехали на Паддингтонский вокзал и долго ждали поезда. Когда в конце концов Лондон остался позади, поезд тащился еле-еле, и на станцию, от которой им еще предстояло добираться до Котильона, они приехали только в час ночи. Однако благодаря телеграмме, высланной заранее, их ждала карета, а слуги в Котильоне приготовились к их прибытию.
Корнелия и думать не могла, что этот огромный замок покажется ей домом, но она так устала, что при виде знакомых очертаний испытала чувство, словно ее тут давно ждут. Даже не пожелав герцогу спокойной ночи, она позволила отвести себя в спальню и в скором времени уже крепко спала.
Она заснула глубоким сном, как после большой физической усталости, а когда проснулась, то в первый момент не поняла, где находится. Вчера она была так измотана, что даже не заметила, что ей отвели огромную парадную спальню, в которой жили все невесты из рода Роухамптонов.
Сейчас в солнечных лучах, просочившихся сбоку от штор, она имела возможность полюбоваться голубыми с серебром стенами и розовыми парчовыми портьерами, падавшими с резных карнизов, установленных еще во времена Карла П. Были там канделябры уотерфордского стекла, зеркала, обрамленные ангелочками из дрезденского фарфора, мебель из серебра и орехового дерева времен королевы Анны, и повсюду были символы любви, оставшиеся от многих поколений, знавших любовь и преданность.
Куда ни бросишь взгляд — повсюду сердца и сплетенные руки, купидоны и острые стрелы. Огромная кровать, на которой она спала, имела четыре резных посеребренных столбика с весенними цветами и крошечными птичьими гнездами, примостившимися среди веток.
Корнелия улыбнулась сонно и счастливо, потом вдруг сразу проснулась от холодного ужаса, пронзившего ее. А что, если теперь, когда они возвратились в Котильон, Дезире забыта?
Стоило ей подумать об этом огромном замке, она сразу поняла, что это идеальная обитель для герцога и всего того, что олицетворяло его высокое положение — титул, наследственное место при дворе, обязанности крупного землевладельца.
Когда-то он хотел убежать вместе с тетей Лили, это правда, теперь же от него требовалось совсем другое. Свет обрушил бы порицание на Лили, а не на герцога, потому что она была замужем, и разрыв в ее семье вызвал бы скандал. А прегрешения мужчины скорее всего простились бы, ведь он был холостяком и ничем не связан.
Но теперь он превратился в обидчика, и все пошло бы иначе. Он стал бы виновником развода, навлек бы на себя позор. Пришел бы конец всем королевским визитам в Котильон, которые вызывали столько толков, он не имел бы права входить в королевскую ложу на скачках в Аскоте, ему не позволялось бы появляться при дворе. Разводы происходят все чаще, это правда, но виновная сторона по-прежнему остается парией, сосланной за пределы приличного общества.
— У него есть так много — как он может от всего этого отказаться? — прошептала Корнелия.
Она вспомнила его портрет, висевший над камином в библиотеке в наряде, который он надевал на коронацию Эдуарда VII. Вид у него там очень заносчивый и высокомерный, с темной головой, горделиво поднятой над белым горностаевым воротником. И этим тоже ему придется пожертвовать — почетным местом, которое переходило по наследству к главе семьи с тех пор, как первый граф Вайн, предшественник герцогов Роухамптонов, был оруженосцем на коронации короля Генриха VI.
«Может, я прошу слишком многого», — вздохнула Корнелия и тут только поняла, что на окнах сдвинут коралловый шелк гардин. Оказалось, пришла Вайолет. Она взбила две подушки в изумительном кружеве и положила их под голову Корнелии, а затем принесла капот из голубого шифона, в котором можно было сидеть в кровати.
— Только что доставили письмо для вашей светлости, — сообщила Вайолет, внося поднос с завтраком, — слуга ждет ответа.
— Письмо? — удивилась Корнелия. — Но никто не знает, что мы здесь!
— Человек ждет, ваша светлость.
Корнелия взяла письмо. На конверте она увидела герцогскую корону. Распечатав послание, она внимательно прочитала его и сказала Вайолет, стоявшей возле кровати:
— Одеваться немедленно, Вайолет, и пошли кого-нибудь сообщить герцогу, что я скоро спущусь и хочу его видеть.
— Его светлость уже просил меня передать вам поклон от него, — ответила Вайолет, — и сказать, что он просит вашу светлость прийти в библиотеку, как только вы сможете.
— Я буду готова через двадцать минут, — быстро ответила Корнелия, — и велите слуге подождать.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Желание сердца - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Желание сердца - Картленд Барбара



Восхитительный роман! Один из лучших! "Дезире-значит желание", "Уроки куртизанки" - это один и тот же роман, но именно "Желание сердца" обладает более живописным переводом.
Желание сердца - Картленд БарбараСтроптивая
19.07.2011, 14.31





Ну, может я чего-то не поняла, но для меня роман- НОЛЬ! Прочла тысячи книг, очень многие Картленд, но это... Очень не люблю осуждать произведения, считаю, что если я их не поняла и не приняла- это мои личные проблемы. Но тут прям какая-то ненависть к главному герою, а героиня- дурочка какая-то.
Желание сердца - Картленд БарбараАрмина
24.07.2012, 3.15





ГГ просто подлец, роман пустой, нет глубины образов. Если этот герой бросается на симпатичную мордашку, что будет когда жена постареет. А героиня при ее то деньгах могла бы найти более достойного мужа
Желание сердца - Картленд БарбараНатали
3.09.2012, 9.50





в начале роман казался скучным и очень хотелось бросить читать эту книгу, но с каждой следующей главой начел все больше заинтерисововать. совершенным его назвать нельзя, для него подходит слово-хороший
Желание сердца - Картленд БарбараDanka
14.01.2013, 13.13





Очаровательно !!! Чудесно!! Роман завораживает. захватывает. читается с интересом. Героиня молодец, добилась своего счастья!
Желание сердца - Картленд БарбараСофи
19.01.2014, 13.42





скучно, тупо
Желание сердца - Картленд Барбараla femme
19.01.2014, 16.06





Как в волшебном фонаре отражаются чувства главных героевrnЛюбовь,способная на все ради любимого человекаrnЭто гимн прекрасному сказочному союзу двух сердецrnА Барбара Картленд удивительная фея,rnкоторая дарит сказку всем Золушкам на светеrnИ даже сама принцесса Диана чмтала ее книги
Желание сердца - Картленд БарбараЛика
18.02.2014, 18.02





Интересно, но длинно и нудно
Желание сердца - Картленд БарбараЛюбовь.
1.04.2015, 16.18





Читаю любовные романы с 14 лет, сейчас мне уже больше 35. И считаю, что это самый лучший любовный роман в моей жизни!!! Начало книги может показаться скучноватым, но зато потом...Всем советую прочитать!!!
Желание сердца - Картленд БарбараЕвгения
22.12.2015, 0.19





Ойойой тупой роман! Здоровый мужик из-за старухи губит и себя и ещё одну лохушку - героиню. А она и её тупейшая служанка приняли решение все равно остаться. Никакого уважения к себе у обоих героев. Короче, какой-то тупой роман, никакой логики.
Желание сердца - Картленд БарбараАнна
2.01.2016, 16.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100