Читать онлайн Эликсир молодости, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Эликсир молодости - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.33 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Эликсир молодости - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Эликсир молодости - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Эликсир молодости

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

— Я очень волнуюсь, сестра Антуанетта! — сказала Трина, когда они ехали в роскошном экипаже герцога, запряженном двумя лошадьми.
— Так и должно быть, — кивнула монашка. — Однако, как внушала нам мать-настоятельница, мы всегда должны контролировать свои чувства.
Трина улыбнулась и ответила:
— Это очень трудно делать, ведь я не видела маму больше года. Она уверена, что я сильно изменилась.
— Думаю, что это именно так. Вы выросли и немного поправились. Девушка рассмеялась.
— Когда я приехала к вам, у меня были только кожа да кости, как говорила моя гувернантка. А все из-за того, что я сильно простудилась той зимой. Все, что мне было необходимо, — это солнце, которое я в избытке нашла во Франции.
В ее голосе звучала неподдельная теплота, когда она произносила эти слова. Они смотрели по сторонам на высокие, типично французские дома, мимо которых проезжали. По разноцветным жалюзи их нельзя было не узнать в любом городе мира.
— Неужели действительно прошел целый год, как вы в последний раз видели леди Шерингтон? — спросила сестра Антуанетта, как будто Трина только что не говорила ей об этом.
— Да, год и почти два месяца, — ответила ей девушка. — Если вы помните, во время рождественских каникул, когда умер мой отец, мама разрешила мне поехать в Испанию вместе с Пьереттой, а на Пасху я была в Риме со своей подругой Вероникой Боргезе.
— Ну конечно, я припоминаю! — воскликнула сестра Антуанетта. — Вы на самом деле много путешествовали, юная леди. Мне кажется, что вам очень нравится бывать в разных странах.
— Интересно, я действительно после этого поумнела, как хотела мать-настоятельница? — ответила Трина с сарказмом в голосе. — Увиденное во время путешествий вызвало у меня восхищение, однако Англию я люблю все же больше.
— Так и должно быть, — ответила монашка. — Прежде всего, Англия — ваша родина.
Трина с улыбкой на лице думала об огромном доме в Гэмпшире, где появилась на свет. Иногда он казался ей весьма мрачным, и она понимала, почему мать настаивала, чтобы она уехала к ее друзьям сразу после смерти отца.
Однако в поместье были ее лошади для верховой езды и любимые собаки, которые следовали за ней повсюду. Кроме того, в огромной усадьбе были сотни других вещей, дорогих ее сердцу, подобных которым она не смогла бы нигде больше найти.
«Теперь мы с мамой будем вместе, — повторяла она про себя, — и это будет чудесно!»
Теплое чувство счастья поднялось у нее в груди, когда она подумала, что теперь мать сможет быть с ней рядом больше, чем когда-либо прежде.
Покойный отец всегда хотел, чтобы жена была подле него. Трина знала, хотя он и старался не показывать этого, что он не одобрял их верховые поездки вдвоем, без слуг, прогулки по озеру на лодке и катание на коньках, когда оно зимой покрывалось льдом.
Ей было очень хорошо рядом с матерью, даже лучше, чем со сверстницами из пансиона, хотя у нее и было много подруг среди них.
Когда они подъезжали к Елисейским Полям, где, как она знала, находился дом герцога Д'Оберга, девушка поймала себя на мысли о том, что молится, чтобы понравиться матери после долгой разлуки.
«Я хочу, чтобы она любила меня, и хочу быть похожей на нее», — подумала девушка.
Экипаж подъехал к парадной двери. И в то же мгновение, как Трина вошла в холл, на противоположной его стороне открылась дверь, из которой появилась леди Сузи.
— Трина!
— Мама!
Два возгласа слились в один, и Трина бросилась к матери с распростертыми объятиями. Они крепко обнялись.
— Дорогая мама! Я так хотела видеть тебя! Я так соскучилась! — плакала от радости Трина.
— Я тоже считала часы, оставшиеся до нашей встречи, — вторила ей в ответ леди Сузи.
Она взяла дочь под руку и отвела в гостиную. Ярко светившее сквозь большие окна солнце осветило и лицо Трины под небольшой шляпкой. Леди Шерингтон не смогла удержаться от возгласа удивления.
Трина посмотрела на нее с недоумением.
— Ты так изменилась, так повзрослела! Трина, дорогая моя девочка, как ты на меня похожа!
Это было правдой. Трина была такого же роста, как и мать. Куда-то исчезла подростковая угловатость, и теперь у них были почти одинаковые фигуры, сходство усиливали одинаковые, цвета спелой кукурузы волосы, похожие на колокольчики голубые глаза, которые выглядели огромными на их утонченных лицах.
Посмотрев на дочь, леди Сузи даже всплеснула руками.
— Это абсурдно! Невероятно! Мне кажется, что я вижу свое отражение в зеркале.
— Мне бы ничего так не хотелось, как быть похожей на тебя, мама.
Леди Сузи без сил опустилась в кресло.
— Признаюсь, я немного ошеломлена. Я ожидала увидеть девочку-подростка, а вместо этого нашла молодую девушку, к тому же очень красивую!
— Ты говоришь комплименты сама себе, мама! — поддразнила ее Трина.
Леди Сузи посмотрела на нее с удивлением и тоже рассмеялась.
— О, Трина, я так скучала по тебе все это время, что ты была во Франции. После смерти твоего отца в доме стало совсем печально и мрачно.
— Я знаю, почему ты разрешила мне провести каникулы с друзьями, — сказала Трина. — Ты совершенно не думала о себе, а я была бы рада провести все это время с тобой.
— Со мной рядом были тетя Дороти и тетя Агнесс.
— Бедная, бедная мама! — сказала Трина, скорчив гримасу, и обе они рассмеялись.
— Они наперебой осуждали все, что бы я ни делала, — пожаловалась леди Сузи. — Вот почему я поехала во Францию, чтобы встретить тебя! Но они осудили и это!
— Я уверена, что они не одобрили бы и герцогиню Д'Оберг, — сказала Трина. — Ее племянница, которая училась вместе со мной, рассказывала, как находчива и остроумна герцогиня и как все в Париже стремятся получить приглашение на ее приемы.
— Это правда, — согласилась леди Сузи. — Сегодня она дает прием в твою честь. Она пригласила множество молодых людей, чтобы познакомить с тобой. В связи с этим меня волнует, есть ли у тебя подобающее такому случаю платье.
— Не беспокойся, мама. Когда ты на Пасху разрешила мне накупить нарядов в Риме, я потратила на это целое состояние!
— Я рада, — сказала леди Сузи. — Мне нравится платье, в котором ты сейчас. Оно просто прелестно.
Трина вскочила с кресла, сбросила дорожную накидку и начала вертеться во все стороны, чтобы показать матери элегантный покрой платья, а также продемонстрировать ей свою талию, о которой девушки в школе говорили, что мужчина может обхватить ее двумя ладонями.
— У тебя всегда был хороший вкус, Трина, — согласилась леди Сузи, — а я ведь представляла тебя все еще в детском платье.
— У меня есть целый гардероб, которому ты можешь позавидовать, мама. Однако мы, не откладывая, должны вместе проехаться по магазинам. Мне надо купить еще множество разных вещей.
Поколебавшись, леди Сузи сказала:
— У нас не так много времени на магазины.
— Почему?
— Потому что послезавтра мы отсюда уедем.
— Куда? — удивилась Трина.
Пытаясь не выдать владевшего ею сомнения, леди Сузи ответила:
— Я обещала погостить в Провансе у герцогини Астрид де Жирон.
То, как она это произнесла, опустив голову, чтобы случайно не встретиться взглядом с дочерью, вызвало немой вопрос в голубых глазах Трины.
— Кто она такая? Мне кажется, что я уже слышала где-то это имя.
— Ты наверняка встречала упоминание о герцогах Жиронских в своих книгах по истории.
— Я снова просмотрю их, чтобы освежить память, — решила Трина. — Однако все же расскажи мне о нынешнем герцоге Жиронском. Он твой друг, мама?
При упоминании о герцоге щеки леди Сузи предательски вспыхнули, и Трина воскликнула с изумлением:
— О, мама! Он что, твой поклонник? Как это прекрасно!
— Ты не должна говорить такие вещи, — быстро заметила леди Сузи. — Это не тот предмет, который я бы хотела обсуждать с тобой, дочка.
Говоря это, она поднялась с кресла и подошла к окну, словно не хотела, чтобы Трина видела ее пылающее лицо.
Трина тихо рассмеялась.
— Бесполезно, мама, — сказала она. — Тебе никогда ничего не удавалось скрыть от меня. Расскажи мне о герцоге. Он красив? Безумно влюблен в тебя?
— Трина!
Леди Сузи была шокирована и смущена словами дочери.
Трина подошла к ней и взяла за руки.
— Дорогая мама, я уже не ребенок. Несмотря на то что ты послала меня учиться в пансион при монастыре, я провела каникулы в Мадриде и Риме, где все говорят только о любви.
— Но ты еще так молода, — пробормотала леди Сузи.
— Чепуха! — возразила ей дочь. — Ты вышла замуж, когда тебе было столько же лет, сколько мне сейчас. К тому же, если хочешь знать, мне уже предлагали замужество!
— Трина, почему же ты ничего мне не писала?
— Да и писать-то было не о чем. На самом деле, даже если бы он был последним мужчиной на Земле, я бы никогда не согласилась выйти за него! Без ложной скромности скажу, что я и в школе была одной из немногих девушек, которым предлагали руку и сердце, а не только посылали открытки на Валентинов день!
— Надеюсь, ты никому не говорила об этом?! — спросила с ужасом леди Сузи.
— Конечно, я рассказала все подругам. Девушка не понимала, почему мать так реагирует на подобные пустяки.
— Если бы я не описала его в цветах и красках, мои подруги никогда бы не узнали, как он на самом деле отвратителен, — скривилась она.
Леди Сузи посмотрела на дочь и покачала головой.
— Я даже не знаю, смеяться мне или плакать, — сказала она. — Я ожидала увидеть крошку дочь, которую надо защищать от опасностей жизни…
Трина обняла мать.
— Мамочка, дорогая, ты сама всегда нуждалась в защите. Я поняла это, когда мне было восемь лет.
Леди Сузи вынула платок и вытерла выступившие слезы.
— Ну а теперь, мама, — решительно сказала Трина, — расскажи мне всю правду о герцоге де Жироне и объясни, почему мы едем в Прованс к нему в гости.


Трина бросила последний взгляд в высокое зеркало в своей спальне.
— M'mselle est ravissante! — воскликнула горничная, которая прислуживала ей.
— Mercfi ., — ответила ей Трина. — Я тоже считаю, что в этом платье не буду испытывать неловкости от того, что меня затмили парижские модницы.
Платье было очаровательным и очень ей шло.
Оно было белым, как и полагалось дебютантке. Легкий тюль охватывал плечи и каскадами спадал вниз, напоминая облака, из которых вот-вот прольется дождь.
Тысячи сверкающих драгоценных камней, пришитых на прозрачный материал, переливались при каждом ее движении.
Наряд Трины был полной противоположностью платью ее матери. Леди Сузи намеревалась сегодня выглядеть как вдовствующая королева, которая представляет свету свою юную дочь, поэтому надела весьма строгое розовато-лиловое платье.
Из всех нарядов, которые она носила во время траура, оно ей шло больше всего, хотя и вызывало резкое неодобрение сестер покойного мужа. Именно его она привезла с собой в Париж.
Леди Сузи знала, что, дополненное фамильными бриллиантами Шерингтонов, платье делает ее похожей на фиалку, приветствующую весну после темных и холодных зимних дней.
— Ты выглядишь прекрасно, мама, просто прекрасно! — воскликнула, увидев ее, Трина.
— Ты тоже великолепна, моя дорогая, — ответила леди Шерингтон. — Я горжусь тобой. Герцогиня Д'Оберг сказала, что весь Париж будет сегодня у твоих ног!
— Я надеюсь на это!
Девушка медленно повернулась перед зеркалом и приняла изящную позу.
— После полировки, на которую я потратила весь прошедший год, будет очень печально, если никто не обратит на меня внимания.
— Полировки? — непонимающе переспросила леди Сузи.
— Это именно то, чего ты хотела добиться от меня, когда посылала во французскую школу. Леди Сузи рассмеялась.
— Это смешное слово, но думаю, что оно довольно точно определяет то, чем ты здесь занималась.
— Ну конечно, это точное определение, — согласилась Трина. — Я чувствую себя дверным молотком, который только что отполировали до блеска. Он блестит и зазывает прохожих. Однако вопрос в том, кто возьмет его в руки и постучит им в дверь?
— Трина!
Леди Сузи была почти шокирована и в то же время восхищена столь образным сравнением дочери.
Все время, пока они готовились к приему, леди Сузи думала о том, как Жан примет Трину, и опасалась того, какое впечатление произведет герцог на ее дочь.
Она укоряла себя зато, что все еще воспринимала дочь как ребенка. Леди Сузи с трудом поверила своим глазам, когда увидела, какие чудесные превращения произошли с Триной со времени их последней встречи год назад. Ее девочка выросла, повзрослела и превратилась в прекрасную, уверенную в себе молодую женщину.


В гостиной было очень много людей, лица которых, как ей показалось, в одно мгновение вереницей проплыли перед ней.
Потом около нее оказался герцог де Жирон, и звук его голоса, как всегда, заставил учащенно биться сердце леди Сузи.
Он поднес ее руку к своим губам.
— Я никогда раньше не видел вас в таком нарядном платье, — сказал он так тихо, что только она могла расслышать его. — Оно приводит меня в восторг!
Сузи было невероятно трудно сосредоточиться на чем-то еще, кроме прикосновения его руки и его близости, которая заставляла ее трепетать, и она с усилием произнесла:
— Я хочу, чтобы вы познакомились с Триной. Повернувшись к девушке и с трудом выговаривая слова, она как можно спокойнее произнесла:
— Трина, познакомься, пожалуйста, с герцогом де Жироном.
Произнеся эти слова, она увидела изумление в глазах герцога и ослепительную улыбку, которой ее дочь приветствовала его.
— Это невероятно! — воскликнул герцог, переводя взгляд с Сузи на Трину. — Совершенно невероятно! Вы, должно быть, близнецы!
— Именно это, ваша светлость, я и сказала маме, когда встретилась с ней, — рассмеялась довольная Трина.
Леди Сузи поразила мысль, которая была настолько болезненной, что у нее возникло ощущение, что кто-то острыми когтями впился в ее сердце. Она подумала, что была круглой идиоткой, не подумав об этой возможности.
Однако именно это было бы решением всех волнующих Жана проблем…


— Это было экстравагантным до абсурда, — сказала Сузи.
— Что? — спросил герцог.
— Заказать специальный вагон для нашей поездки.
— Но я всегда так делаю, когда еду из Парижа в Арль.
Он сказал об этом как о чем-то само собой разумеющемся, однако они оба прекрасно понимали, что раньше для него это не составляло труда, потому что подобная роскошь оплачивалась деньгами жены. Теперь же этих денег больше не было.
— Кроме того, — продолжал герцог, — я хотел бы, чтобы вы с Триной получили удовольствие от посещения моего дома, а первые дорожные впечатления всегда очень важны.
— Да, это так, — согласилась Сузи.
Она не могла забыть об удивлении и, как полагала, восхищении в глазах герцога, когда тот впервые увидел ее дочь. Сузи пришло в голову, что со временем ей будет легче видеть де Жирона и Трину вместе. Наверняка это будет не так болезненно, как сейчас.
К концу приема у герцогини Д'Оберг весь ее жизненный опыт подсказывал, что ей необходимо немедленно вернуться в Англию, забрав с собой Трину.
В силу условностей, Жану будет трудно последовать туда за ними, в особенности если он не получит специального приглашения. Однако, если они решат уехать в какое-либо другое место в Европе, герцог сделает все возможное, чтобы помешать им, или отправится следом.
Потом Сузи попыталась внушить себе, что не должна убегать. Если де Жирон сильно полюбит Трину, она примирится с этим и не будет мешать его счастью, поскольку любовь предполагает самопожертвование ради любимого человека.
В то же время, несмотря на удивительное внешнее сходство, в Трине было нечто такое, что делало ее совсем не похожей на мать — ту Сузи, которую лорд Шерингтон увидел на первом балу и тремя днями позже попросил ее руки.
В свое время она была поражена, когда отец сказал ей, что не только восхищен мыслью о том, что его дочь выйдет замуж за такого выдающегося человека, как лорд Шерингтон, но и уже дал свое согласие на это, так скоропалительно все произошло.
Даже если бы Сузи возражала против отцовской воли, никто бы и не подумал слушать ее. Кроме того, в тот момент она совершенно не ощущала, что вообще выходит за кого-нибудь замуж. Все происходило словно бы во сне.
Единственное, что она осознавала в тот момент, — что лорд Шерингтон вызывает у нее благоговение и он очень стар.
Лорд уже миновал середину своей жизни, тогда как ее только еще начиналась.
Последовали письма, цветы, дорогие подарки. Шерингтон на самом деле, как и полагала ее мать, был совершенно очарован Сузи.
Девушка воспитывалась в кругу семьи, посещала только школу и совершенно не знала светской жизни. Поэтому когда все кругом с завистью твердили, что ей невероятно повезло, раз такой человек, как лорд Шерингтон, решил на ней жениться, то она испытывала от этого определенное удовольствие.
С тех пор как они поженились, ей пришлось довольствоваться общением с родственниками мужа да людьми среднего и пожилого возраста. Сузи не имела ни подруг, с кем могла бы поделиться сокровенными мыслями, ни кавалеров, внимание которых заставляло бы ее ощущать себя привлекательной женщиной.
Она видела только сверстников мужа, которых приглашали на обед после охоты в Шерингтон-парке. И тех же людей, которые присылали ответные приглашения посетить их где-нибудь в Йоркшире или Шотландии для участия в традиционных приемах во время скачек.
Хотя эти мужчины говорили ей комплименты, называли «очаровательной маленькой леди»и целовали руку, когда желали спокойной ночи, их жены относились к ней, как к школьнице.
Когда родилась Трина, лорд Шерингтон завел разговор о наследнике, однако вскоре серьезно заболел.
Сначала это был хронический бронхит, который сделал его почти инвалидом, потом артрит, который заставил его отказаться от всех подвижных удовольствий, доставлявших ему радость в ту пору, когда он был здоров.
Сузи стала сиделкой при раздражительном, придирчивом и часто несправедливом инвалиде. И что было хуже всего — общение с другими людьми становилось все более редким.
Только в детской Сузи могла спастись от постоянно недовольного и ворчливого голоса мужа. Там она могла вдоволь смеяться и играть с Триной.
Как только Трина достаточно подросла, мать стала забирать ее у няньки, игнорируя осуждающие взгляды родственников, и уводила на прогулки в лес или отправлялась кататься на коляске, в которую был запряжен славный смирный пони.
Когда Трина подросла, у них появилась возможность делать еще тысячи доставлявших им удовольствие вещей, которые интересуют только молодежь. Они могли часами смеяться и болтать о пустяках, когда рядом не было никого, кто бы сварливо заметил им, что они должны вести себя с большим достоинством.
Естественно, что в такой обстановке поразмыслить о том, что такое любовь, у Сузи просто не было возможности.
Так обстояло дело до недавнего времени, когда несколько дней назад она впервые повстречала Жана де Жирона. Сейчас ей уже казалось, что это произошло многие века назад.
«Почему я так странно чувствую себя при нем?»— спросила себя Сузи, но не нашла ответа.
В этот момент она смотрела на герцога, сидящего напротив на удобном диване катящегося в Арль вагона. Он выглядел крайне добродушным и в то же время очень уверенным в себе человеком.
Их взгляды встретились, и она почувствовала, как дрожь пробежала по ее телу. Каждая клеточка ее существа стремилась навстречу герцогу. Она поймала себя на мысли о том, что мечтает очутиться в его объятиях.
Содрогнувшись от столь смелой мысли, она посмотрела в другой конец вагона, где Трина читала журнал.
— Почему ты села так далеко? Подойди сюда и поговори с нами, — обратилась она к дочери.
— Мне очень удобно здесь, мама. Я не хочу быть третьим лишним!
— Ты не должна так считать! — почти сварливо сказала леди Сузи. — Больше никогда не говори так!
— Почему, если это правда? «Трина снова углубилась в чтение, и герцог с улыбкой в глазах спокойно сказал:
— Ваша дочь обладает тактом.
— Но мне бы хотелось, чтобы вы лучше узнали друг друга, — возразила леди Сузи. — А это невозможно сделать, если она будет себя так вести.
— У нас для этого будет предостаточно времени, а сейчас я хотел бы поговорить с вами.
— О чем?
Герцог сел поближе к леди Сузи, как будто не хотел, чтобы Трина услышала, о чем он будет говорить ее матери.
— Вы уже рассказали ей о нас? — спросил он. Леди Сузи не ответила. Герцог молча ждал, демонстрируя свое терпение. Она почувствовала, что он будет ждать ее ответа независимо от того, хочет она говорить или нет.
— Не совсем, — наконец выдавила она из себя, — однако она догадывается.
— Она должна быть очень глупой, чтобы не сообразить, что я люблю вас, — сказал герцог, — и что вы отвечаете мне тем же.
Леди Сузи непроизвольным жестом показала, что она не совсем согласна со словами герцога, и тот после небольшой паузы спросил ее:»
— Вы ведь не изменили своего мнения, Сузи? Вчера вечером я почувствовал, что между нами возник какой-то барьер. Я не знаю, чем он вызван, но чувствую, что он все же есть.
— Я ведь уже сказала, что ваше предложение попросту неосуществимо.
— Мне бы не хотелось обсуждать это снова, — сказал де Жирон. — Перестаньте думать обо мне и подумайте о себе. Я знаю, какова была ваша жизнь до сих пор, и намереваюсь полностью изменить ее.
Леди Сузи подумала, что это наверняка было бы самым чудесным событием в ее жизни, но напомнила себе, что должна быть строга с ним, если намерена спасти его от самого себя.
Если он женится на Трине, она по крайней мере сможет видеть его и слышать его голос.
В голове у нее промелькнул робкий вопрос — будет ли этого для нее достаточно. Но она тут же постаралась отогнать его.
Трина, с ее богатством и молодостью, по мнению леди Сузи, была именно той женщиной, которую хотел бы иметь герцог, и той хозяйкой, которая нужна была бы Жиронскому замку.
Как будто прочитав ее мысли, герцог заговорил о своем родовом гнезде:
— Мне не терпится поскорее показать вам то место, где я родился и где произошли основные исторические события в Провансе.
Он стал говорить громче, чтобы Трина также смогла его услышать.
— Ваш замок очень древний? — спросила девушка.
— Частично он был сооружен еще при римлянах, — ответил герцог, — однако больше всего поразят ваше воображение все же изобретения моего пра-прапрадедушки.
— Расскажите о нем, — попросила леди Сузи, на которую произвело большое впечатление воодушевление герцога.
— Это был герцог Бернард — одна из легендарных личностей в Провансе. Эксцентричная особа, которую никогда не забудут, прежде всего из-за того, что ему приписывалось обладание волшебной силой.
— Волшебной! — воскликнула Трина. — В каком смысле?
Герцог улыбнулся.
— Когда вы пробудете в Провансе какое-то время, то наверняка услышите, как местные жители говорят о каких-то людях, которых называют fadas.
— А что это за люди? — спросила Трина.
— На самом деле это мечтатели, художники, поэты и колдуны, которые верили в волшебные сказки, видели Богоматерь в кружеве листьев на деревьях и могли предсказывать будущее.
— Совсем как шотландские виски, — заметила Трина.
— Точно! — согласился герцог. — Слово fadas наверняка произошло от шотландского fada-fey!
— Так вот каким был ваш предок!
— Да, я считаю его легендарной личностью. До сих пор о нем сохранилось немало преданий.
Девушка, заинтересованная разговором, пересекла вагон и села рядом с матерью, как та и хотела. Когда она слушала герцога, в ее глазах горел неподдельный интерес.
— Мой прапрапрадедушка был изобретателем, далеко обогнавшим свое время, — продолжал свой рассказ де Жирон. — В те времена, когда он жил, между различными знатными родами в Провансе шла бесконечная борьба за власть. К тому же отдельные провинции постоянно сражались между собой, а Прованс даже бросил вызов всей Франции.
— Я читала, что их отряды постоянно пересекали Вар, — вспомнила Трина.
— Точно! — согласился герцог. — Именно тогда герцог Бернард восстановил все старые секретные ходы в замке и построил новые, которые были очень остроумно сконструированы.
— В чем же заключались его новшества? — спросила девушка.
— Во всем замке едва ли сыщется хоть одна комната, в которой герцог Бернард не мог бы мгновенно скрыться от чужих глаз.
— Как интересно! — воскликнула Трина. А герцог продолжал с воодушевлением, польщенный вниманием двух таких очаровательных слушательниц.
— Он вывез из Италии мастеров, которые были непревзойденными знатоками такого рода секретов. Вы могли дотронуться до какой-то облицовочной плитки на камине, и тот моментально поворачивался, открывая потайной проход. Или скрытый рычаг поворачивал плиту в стене, и никто потом не мог догадаться, что за холодным камнем находится какое-нибудь помещение.
— Продолжайте же! — воскликнула Трина, когда герцог на мгновение замолк.
— Узкие потайные лестницы были скрыты в башнях, — продолжал он, — с которых вы могли прямо с крыши попасть в подземелье, не появляясь в других частях замка.
— Мне даже не верится, что подобные вещи до сих пор существуют на свете. Я думала, что такое встречается только на страницах романов! — воскликнула Трина. — Вы их нам покажете?
— Я вам покажу все ходы, о которых знаю. Должен сообщить, что еще множество ходов остаются неисследованными, а часть из них, скорее всего, осыпалась.
— А люди считали, что герцог Бернард был волшебником, обладающим возможностью неожиданно исчезать и появляться из воздуха, — предположила Сузи.
— Они думали, что у него есть крылья ангела и он обладает коварством дьявола. Раз за разом его враги штурмовали замок, будучи уверенными, что он находится внутри. И хотя они обыскивали каждый уголок, им никогда не удавалось найти его.
Он рассмеялся и продолжил:
— Иногда он насмехался над ними из-за зубцов на стенах башни, но стоило сотням стрелков нацелить в него свои арбалеты, как его смех раздавался уже откуда-то из рва с водой.
— Так вокруг замка есть ров? — спросила Трина.
— Да, как и положено делать вокруг подобных строений, — ответил герцог, — а через ров перед главными воротами перекинут подъемный мост.
— Я всегда мечтала увидеть настоящий старинный замок, — сказала девушка. — Думаю, что именно такие замки описывала мама, когда рассказывала мне в детстве сказки.
— Я обязательно покажу вам замок, милые дамы. Как я уже говорил вашей матери, Трина, что она сама очень напоминает персонаж какой-нибудь сказки.
Леди Сузи поняла, что он имеет в виду поцелуй, который разбудил Спящую Красавицу, и покраснела, но девушка, поглощенная рассказом герцога, не обратила на это внимания.
— Покажете нам замок? Почему же мы не сможем жить в нем? — спросила она.
— По двум причинам, — ответил герцог. — Во-первых, потому, что моя бабушка, которая живет в доставшемся ей в наследство большом уютном особняке по соседству, вернее, «малом замке», как мы привыкли его называть, не смогла бы составить вам в замке компанию в силу своего преклонного возраста и нездоровья, а во-вторых, по причине, о которой я еще не успел ничего сказать вашей матери.
— По какой? — спросила с легкой тревогой леди Сузи.
— Я сдал замок в аренду!
— Сдали замок? — ошеломленно повторила она его слова.
— Только на летние месяцы. К тому же сумма, которую мне предложили, была настолько внушительной, что я не смог отказаться.
Герцог немного помолчал, а затем продолжил:
— Это значит, что я смогу жить там всю зиму, не беспокоясь о деньгах.
Леди Сузи понимала, что это объяснение предназначено специально для нее, однако без всякой связи с его словами сказала:
— Вы не должны были делать этого. Уверена, что одна только мысль о том, что в горячо любимом вами месте будут жить совершенно посторонние люди, должна быть неприятна вам.
— Когда мне сделали это предложение, — сказал, как будто не слыша ее, герцог, — мне показалось, что судьба решила смилостивиться надо мной, поэтому я не стал противиться ей.
Леди Сузи понимала, что он имеет в виду, однако боялась взглянуть на него, поэтому неизбежный вопрос задала Трина:
— Кто же арендовал ваш замок? Наверное, очень богатые люди?
— Без сомнения, — ответил герцог. — К тому же они англичане.
— Англичане? — в один голос воскликнули мать и дочь.
— Не знаю, доводилось ли вам когда-либо слышать о них, — сказал герцог, обращаясь к Сузи. — Вдовствующая маркиза Клайвдон, которая, я думаю, была известной в свете красавицей около десяти или пятнадцати лет тому назад.
— Конечно, я слышала о ней, — ответила леди Сузи. — Я помню, как отец однажды говорил мне, что она была самой красивой женщиной, которую ему доводилось видеть в жизни. К тому же со страниц многих газет и журналов годами не сходили ее портреты.
— Я так и предполагал, — сказал герцог. — Она захотела снять Жиронский замок, потому что верит, что в Провансе ей снова удастся вернуть свою былую красоту.
Леди Сузи и Трина посмотрели на него с удивлением.
— Как она собирается сделать это? Герцог пожал плечами.
— Прованс имеет репутацию не только прекрасного места для восстановления здоровья, где делают чудодейственные снадобья для лечения любых болезней, но в особенности как местность, где человек забывает о своих годах, сбрасывает с плеч груз прожитых лет и к нему возвращается молодость.
— Неужели это правда? — спросила леди Сузи.
— Это одна из легенд, которую постоянно повторяют в Провансе, и в особенности в окрестностях Арля.
— Почему именно там?
— Женщины в Арле, — ответил герцог, — не без основания пользуются репутацией самых красивых представительниц слабого пола во Франции. Они считают, что обязаны этим всем тем лечебным травам и снадобьям, слухи о которых, несомненно дошли до маркизы.
— Вы сами верите в это?
— Если быть честным до конца, — серьезно сказал Жан де Жирон, — я думаю, что своей красотой они обязаны только смеси итальянской и греческой крови, которая течет в их венах.
Он улыбнулся своим спутницам и добавил:
— Очень трудно не догадаться об этом, глядя на их лица с прямыми носами с хищно очерченными ноздрями, черными глазами и пышными волосами, которые обрамляют их классические профили.
— Мне не терпится взглянуть на местных красавиц, — сказала Трина, — вы так образно описали их.
— Когда они замечают, что на них смотрят, то начинают двигаться величественно, как королевы, — улыбнулся герцог, — и, конечно же, остаются молодыми гораздо дольше, чем женщины в других провинциях Франции.
— Вы, конечно, обеспечите своих арендаторов необходимыми лечебными снадобьями? — поинтересовалась девушка.
— Действительно, когда я два дня назад разговаривал с маркизой, это было единственное, что ее интересовало.
— Даже самый красивый человек начинает когда-то стареть, — заметила леди Сузи, — это неизбежный жизненный процесс, и он никого не минует.
В это мгновение она смотрела на внимательно слушавшую де Жирона Трину и думала, что герцог, несомненно, должен сделать сравнение между матерью и дочерью, и сравнение это будет не в ее пользу.
— Единственное, что я обещал сделать, — это найти ей эликсир молодости, описание которого сохранилось в одном из древних манускриптов в моей замковой библиотеке.
— Если хотите, я помогу его вам найти, — предложила Трина. — А мама, которая читает по-французски так же хорошо, как по-английски, будет еще одним полезным помощником.
— Мы должны найти нечто такое, что заставит маркизу почувствовать, что она не зря потратила свои деньги, — засмеялся герцог.
— Она одна собирается жить в замке? — спросила леди Сузи.
— Нет, я думаю, что ее сын какое-то время будет находиться вместе с ней. К тому же маркиза упоминала о том, что ее приедут навестить друзья. Что касается меня, то я считаю, что она приехала в Жиронский замок лишь для того, чтобы на время укрыться там от костлявых рук приближающейся старости.
— Наверное, я через несколько лет буду делать то же самое, — тихо заметила леди Сузи.
— Что касается вас, то сейчас вы выглядите так же молодо, как Трина, — ответил герцог. — Потребуется по крайней мере еще лет тридцать, чтобы вы начали беспокоиться о своих морщинах. Я же к тому времени буду выглядеть как восьмидесятилетняя развалина.
— Предположим, что мы действительно найдем древний рецепт эликсира молодости, — сказала Трина задумчиво, — тогда мы сможем производить его, разливать по флаконам и продавать за сумасшедшие деньги по всему миру. Матери моих подруг по Конвенту тратят астрономические суммы на всякие кремы и лосьоны, чтобы поддержать свою увядающую красоту.
— А что, это превосходная идея, — заметил герцог. — Остается удивляться, как такие деловые практичные мысли приходят в очаровательную девичью головку.
— Для тех, кто решит купить его, мы выдвинем обязательное условие — провести в замке целый месяц, и, конечно, за высокую плату, — продолжала увлеченно Трина. — И вскоре вы станете настолько богаты, что больше никогда не потребуется сдавать замок в аренду.
— У вас так много идей, — заметил герцог, — что мне остается только надеяться на то, что вы вместе с матерью приготовите этот эликсир молодости для маркизы. Должен признаться, что, когда она попросила меня об этом, мне не оставалось ничего другого, как согласиться, потому что маркиза была необычайно настойчива и предложила ко всему прочему крупную сумму денег. Теперь же нахожу, что эта идея совсем не так нелепа и даже забавна.
— Конечно же, — сказала Трина, — в особенности если у вас есть точный рецепт, спрятанный где-нибудь в пыльном манускрипте, до которого никто не дотрагивался целые столетия. Это же так интересно, мама! Мы сможем вместе делать настойки из лекарственных растений и потом смешивать их, добиваясь чудесного эффекта!
— Наверно, будет лучше, если мы испробуем его сначала на себе, — заметила леди Сузи, — чтобы быть уверенными в том, что наши пациенты не умрут в корчах от какого-нибудь редкого яда!
Герцог улыбнулся, услышав это, и сказал:
— Мы должны стать партнерами. Надеюсь, никто не возражает, что это дело должно быть чисто семейным.
Когда де Жирон говорил это, он бросил многозначительный взгляд на Сузи, однако та в этот момент размышляла о том, что деловая, практичная Трина, без сомнения, может принести герцогу намного больше пользы, чем она сама.
У нее более живой ум, больше энтузиазма молодости и жизненной силы, которые, как она считала, должны быть присущи жене герцога.
«Я слишком стара и не приспособлена к жизни, чтобы принести успех какому-либо предприятию», — подумала Сузи.
Она посмотрела в окно вагона, и удивилась тому, что солнце вдруг стало светить не так ярко, как четверть часа назад.


Когда они прибыли в Арль, там их уже ждали два экипажа. Одним из них был очень впечатляющий открытый кабриолет с четырьмя запряженными в него лошадьми, а другой — большое ландо для багажа и слуг.
— Как мне здесь нравится! — воскликнула Трина, когда они уже сели в экипажи. — Я припоминаю, что Прованс считается одной из красивейших частей Франции.
— Я тоже так считаю, — согласился герцог и добавил, глядя на Сузи:
— Это земля влюбленных, потому что здесь повсюду слышны трели соловьев.
Леди Сузи была несколько удивлена, а де Жирон продолжил:
— Вы услышите их еще до того, как ляжете спать. Они будут петь вам о любви, которой напоен здешний воздух.
Герцог говорил это с такой проникновенной интонацией, что его слова вызывали в Сузи чувства, которые она не могла скрыть. Она почувствовала, что краснеет, и постаралась перевести разговор на безобидную тему.
— Я очень рада, что в Провансе есть соловьи. Кто-то говорил, что во Франции не так уж много птиц из-за того, что здесь их нещадно истребляют — крупных в качестве дичи, а мелких — как врагов полей и огородов.
— В наших краях это не принято, — возразил ей де Жирон. — На моей земле сохранились зайцы и кабаны, там также водятся тысячи серых куропаток и овсянок.
— Мы все же не должны забывать, — заметила Трина, — что нашей основной целью являются лекарственные растения.
— Я покажу место, где вы сможете найти множество нужных трав, — улыбнулся герцог. — Хочу обратить ваше внимание на то, что воздух Прованса буквально пропитан запахами розмарина, лаванды, тмина и цветущих апельсиновых деревьев.
— Смотрите, вон шпили храмов! — воскликнула Трина. — Как красиво звенят колокола! Мы посетим церковную службу?
— Конечно, — кивнул герцог и снова со значением посмотрел на Сузи.
Они проехали главную улицу и покинули пределы города. Трина и леди Сузи с любопытством всматривались в окружающий пейзаж, разглядывали скалы, которые, как они знали, были характерной чертой Прованса. Белые, сверкающие на солнце, как головки сахара, они придавали окружающему пейзажу странный, немного дикий вид и в то же время придавали местности своеобразный облик.
На некоторых из этих утесов, горделиво вздымающихся к небу, можно было увидеть руины неприступных крепостей, которые так никогда и не покорились врагу. А внизу под ними громоздились жуткие каменные завалы, напоминавшие останки демонов и других сверхъестественных существ.
Путешественницы не уставали восторгаться увиденным и забрасывать герцога вопросами. Наконец Жан де Жирон указал вперед и воскликнул:
— Вот и мой замок!
Он стоял высоко над серебряной рекой, а за ним вздымались отвесные скалы. Башни замка буквально упирались в голубое небо. Он выглядел очень мощно. Казалось, что прошедшие столетия не оставили на нем своих следов. В то же время он казался неотъемлемой частью ландшафта, словно был творением самой природы, а не делом рук человеческих.
— Он прекрасен! — воскликнула Трина. Леди Сузи понимала, что герцог ждет, что она тоже выскажет свое мнение, однако в это мгновение она могла лишь молча смотреть на величавое сооружение.
Потом, понимая, что все же должна что-то сказать герцогу, она еле слышно прошептала:
— Это ваши корни, которые вы обязаны сохранить.
Герцог улыбнулся, как будто прочитал ее мысли, и леди Сузи поняла, что ему было приятно, что она относится к замку так же, как он сам.
Они пересекли реку по средневековому мосту и двинулись по обсаженной деревьями аллее, которая вела к замку.
Трина высунулась из экипажа, — чтобы лучше разглядеть все вокруг, а герцог положил свою ладонь на руку Сузи и сказал тихо, так, чтобы только она могла его слышать:
— С приездом домой, моя дорогая!
Леди Шерингтон хотела предупредить его взглядом, что не стоит говорить подобных вещей при Трине. Однако единственное, что ей удалось выразить глазами, это такую глубокую любовь к нему, что у де Жирона возникло чувство, будто Сузи его поцеловала.
Они миновали замок и двигались еще примерно с четверть мили через ухоженный парк к другому, гораздо меньших размеров строению, построенному в XVIII веке. Оно отличалось изысканным и утонченным стилем, традиционным для Франции того времени.
Когда экипаж остановился у парадной лестницы и выбежавшие слуги окружили кабриолет, чтобы приветствовать их, к герцогу подскочили несколько небольших собачек, которые повизгивали от радости и подпрыгивали, пытаясь заглянуть ему в глаза.
Среди встречавших было несколько пожилых слуг, которых он представил Сузи и Трине. Потом все прошли через просторный холл в гостиную, огромные окна которой выходили на прекрасный цветущий парк и реку.
В гостиной в удобном кресле сидела пожилая женщина, словно сошедшая с одного из шедевров художника Фрагонара. Ее совершенно седые волосы были тщательно уложены. Несмотря на то что ее лицо избороздили глубокие морщины, оно сохранило некогда присущие ему благородные аристократические черты.
Она протянула к вошедшему Жану высохшие руки, пальцы которых были унизаны многочисленными кольцами. Никто, глядя на нее, не сомневался бы, что она искренне рада видеть своего внука.
Герцог поцеловал ей руки, потом расцеловал в обе щеки.
«— Как твои дела, дорогой мальчик? — спросила она по-английски, поскольку гостьи были англичанками. Поступая так, хозяйка дома выказала им свое уважение, разговаривая на родном языке приезжих.
— Я очень рад видеть тебя, бабушка, — ответил герцог, — и хочу представить тебе своих друзей: леди Шерингтон, с которой я очень хотел тебя познакомить, и ее дочь Трину.
Герцогиня сощурилась и с улыбкой сказала:
— Или мои глаза обманывают меня, или в связи с преклонным возрастом у меня стало двоиться перед глазами.
Герцог рассмеялся.
— Не правда ли, это настоящее чудо, бабушка? Тебе тоже кажется, что перед тобой стоят две совершенно одинаковые женщины?
— Да, подобного я никогда не видела, хотя немало прожила на свете, — согласилась с ним старая герцогиня. — А теперь разрешите предложить вам немного освежиться. Вы, должно быть, устали от столь долгого путешествия.
Слуги принесли им вино и поднос с деликатесными маленькими корзиночками с паштетом, которые Трина нашла просто восхитительными.
Поскольку в их распоряжении был еще целый час до начала ужина, леди Сузи и Трина настояли на том, что должны хотя бы мельком осмотреть старый замок.
— Мы горим нетерпением после всего того, что вы о нем рассказали! — воскликнула Трина. — Пожалуйста, поедем туда сейчас же! В противном случае, я уверена, за ужином я не смогу проглотить ни кусочка, думая только о нем!
— Ну что ж, давайте отправимся туда, — сказал герцог, довольно улыбнувшись. — Вы прекрасно знаете, что я и сам очень хочу показать его вам обеим.
Он упомянул Трину, когда произносил эти слова, однако они предназначались только Сузи, хотя та и считала, что он всего лишь проявляет вежливость по отношению к ней.
Старый замок производил потрясающее впечатление. Сузи поняла, как много денег ушло на то, чтобы украсить его средневековые стены прекрасными гобеленами и картинами, а также заполнить подлинной старинной мебелью.
На полулежали сотканные столетия назад персидские ковры. Стены украшали прекрасные зеркала в золоченых рамах, созданные искусными мастерами. Их дополняли столы из ценных пород дерева, украшенные резьбой, позолотой и инкрустацией.
Огромные камины, способные сжигать в своих недрах целые стволы деревьев, должны были поддерживать тепло. Многие из них были облицованы мрамором, и изящный орнамент выдавал работу прекрасных мастеров. Потолки поражали взгляд искусными барельефами античных богинь и купидонов.
Леди Сузи и Трина восхищались каждой комнатой, в которую входили, до тех пор, пока не устали от их великолепия. В конце концов они добрались до библиотеки.
Там были тысячи книг, большинство из которых были переплетены в кожу и украшены золотым орнаментом. Книжные полки возвышались от пола до потолка.
Трина обвела библиотеку внимательным взглядом, и на лице ее отразилось отчаяние.
— У вас есть какая-нибудь идея о том, где могут стоять те книги о растениях, которые мы ищем?
— Сейчас я не могу вам ничего сказать, — ответил де Жирон, — но два раза в неделю сюда приходит хранитель библиотеки, который поддерживает тут порядок в течение долгих лет, и я уверен, что он скажет нам все, что мы хотим знать.
— Слава богу! — воскликнула Трина. — В противном случае нам с мамой придется провести здесь целое столетие, чтобы отыскать то, что необходимо.
— Я не возражал бы против этого, — с улыбкой заметил герцог.
Он вдруг неожиданно сменил тему разговора и сказал:
— Посмотрите в окно, я хочу вам что-то показать. Они подчинились его просьбе, однако увидели за окном все тот же прекрасный вид.
— Что именно вы хотели нам показать? — удивилась леди Сузи.
Она обернулась, когда произносила эти слова, и увидела, что комната пуста.
— Жан!
Дверь, через которую они вошли, была также закрыта, но герцога не было в библиотеке.
— Жан! — снова позвала она, внезапно испугавшись.
Вдруг секция книжных полок отодвинулась в сторону, и перед ней появился де Жирон!
Трина взвизгнула от восторга и захлопала в ладоши, как маленькая девочка.
— Так вот где находится одно из потайных мест! Покажите же мне, как им пользоваться, ну пожалуйста, покажите!
Герцог объяснил ей, что на резьбе, украшавшей книжную полку, спрятан маленький рычажок. Он тут же нажал его, и вся секция повернулась.
Трина настояла на том, чтобы самой испробовать действие хитроумного устройства. Когда панель закрылась за ней, герцог повернулся к леди Сузи.
— Ну, так как, моя дорогая — спросил он. — Вы хотите жить здесь со мной?
— Вы не должны задавать мне этот вопрос, — быстро ответила Сузи. — Вы прекрасно знаете, что я не могу дать ответ.
— Вы уже ответили, — возразил герцог, — признавшись, что любите меня. Это все, что я хотел услышать. Здесь будет наш дом, любимая. Здесь мы родим наших сыновей, здесь сделаем друг друга счастливыми.
— Пожалуйста, замолчи… Ты должен быть благоразумным, — взмолилась Сузи.
Герцог шагнул к ней и нежно поцеловал.
— Вот мое благоразумие! — произнес он. Когда книжная панель снова открылась и Трина вернулась в библиотеку, ее мать стояла на прежнем месте и смотрела в окно.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Эликсир молодости - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Эликсир молодости - Картленд Барбара



Безнравственные какие-то герои - ради наживы готовы обмануть доверчивую женщину. А если б не нашли сокровища? А изобретательности и авантюризму 18-летней выпускницы католического пансиона остается только позавидовать: 6/10.
Эликсир молодости - Картленд БарбараЯзвочка
4.04.2011, 13.44





Язвочка, вы мне кажетесь полынью. И всё же читаете романы романтической старушки! я принимаю её сказки, как средство от несварения жизненных ситуаций, больно бьющих и по уму и по душе и по сердцу. спасибо сказкам бабушки Барбары!
Эликсир молодости - Картленд БарбараЛюбовь.
3.03.2015, 12.17





Приятно,что одной из главных героинь не 18,а 36.конечно,как и всегда у картленд,не обошлось без пения ангелов,трелей соловья и звёзд, но в целом роман оставляет приятное впечатление и в состоянии помочь скоротать вечер.
Эликсир молодости - Картленд БарбараОльга
19.12.2015, 17.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100