Читать онлайн Выбираю любовь, автора - Картленд Барбара, Раздел - ГЛАВА СЕДЬМАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Выбираю любовь - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Выбираю любовь - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Выбираю любовь - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Выбираю любовь

Читать онлайн


Предыдущая страница

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Осторожно приоткрыв дверь своей спальни, Виола замерла и чутко прислушалась. Вот наконец дворецкий потушил огни в холле и, тяжело ступая, прошел в служебную половину дома.
Теперь она могла спуститься вниз и дожидаться там прихода Рейберна.
Как мучительно долго тянулся этот вечер! Казалось, он не кончится никогда. Каждая минута была словно целая вечность…
Виола мысленно перебирала в памяти события последних нескольких часов, пережитых ею.
К счастью, с мачехой ей объясняться не пришлось — единственным человеком, который знал о приходе полиции, был старый дворецкий, а на него вполне можно было положиться — ведь он служил еще у сэра Ричарда.
Виоле казалось — хотя сам старый слуга никогда об этом не говорил, — что он не одобряет экстравагантного поведения ее мачехи и надменную манеру, с которой она обращалась со слугами.
Поэтому, едва войдя в дом после расставания с Рейберном, Виола поспешила обрадовать дворецкого:
— Произошло недоразумение, Бейтс. Меня, должно быть, спутали с кем-то. Но все разъяснилось, и полицейские принесли мне извинения.
— Я так и подумал, мисс Виола, — облегченно вздохнув, промолвил верный слуга. — Вы ведь перестали встречаться с этими женщинами с тех пор, как стали невестой мистера Лайла.
— Да, я стараюсь держаться от них подальше, — подтвердила Виола. — Так что не говорите ничего ее светлости, когда она вернется.
За обедом она была задумчива и молчалива. Впрочем, леди Брэндон едва ли это заметила.
Собрание суфражисток, которое только что блестяще закончилось в Уимблдоне, произвело на нее неизгладимое впечатление и вселило уверенность, что и завтрашняя акция в Оксфорде пройдет столь же успешно.
— А почему бы и тебе не отправиться со мной, Виола? — вдруг спросила леди Брэнд он после десяти минутного разглагольствования на эту тему.
Девушка удивленно посмотрела на мачеху.
Со времени поездки в Кроксдейл-Парк леди Брэндон впервые обратилась к ней с подобным предложением.
— Ты уже давно не слышала выступлений миссис Панкхерст, — продолжала развивать свою мысль леди Брэндон. — А тебе стоило бы у нее поучиться! Ее методы воздействия на аудиторию могут весьма пригодиться в твоей будущей деятельности…
— Пригодиться… мне?.. — в изумлении переспросила Виола.
Леди Брэндон снисходительно улыбнулась.
— В качестве жены Рейберна Лайла тебе часто придется открывать выставки цветов, благотворительные базары и тому подобные мероприятия в его округе, а в его отсутствие — даже, возможно, произносить речи.
Она помолчала, многозначительно взглянув на падчерицу, и после паузы с воодушевлением продолжала:
— Кроме того, я надеюсь, что, выйдя замуж и заняв столь блестящее положение в обществе, ты по-прежнему будешь нам помогать. Мы хотим видеть тебя в наших рядах, Виола!
Бедная Виола уткнула глаза в тарелку и ничего на это не ответила.
Во время обеда она лишь равнодушно ковыряла еду вилкой, не в силах проглотить ни кусочка. К счастью, мачеха не заметила и этого.
Наконец, собравшись с духом, Виола сбивчиво начала:
— Мне кажется, когда мы поженимся… Рейберн не захочет, чтобы я… принимала участие в вашем движении…
— Значит, тебе придется убедить его в обратном, — отрезала леди Брэндон, грозно глядя на нее. — Умная женщина может добиться всего, чего захочет, от мужчины, который в нее влюблен!
Она издала короткий смешок.
— Правда, умной тебя никак не назовешь, Виола! Но, очевидно, Рейберн Лайл влюблен в тебя, иначе с чего бы ему хотеть на тебе жениться!..
На это возразить было нечего, и Виола промолчала. К счастью, мачеха переменила тему разговора, а вскоре, закончив обед и отдав необходимые распоряжения относительно завтрашней поездки в Оксфорд, удалилась в свою спальню.
Виола тоже поднялась к себе, и пока горничная помогала ей раздеться, принялась размышлять над словами мачехи.
Действительно, какой резон Рейберну жениться на ней? Ровно никакого! Она это понимала и воспринимала как должное.
В то же время такое положение вещей не могло не ранить чувствительное сердце девушки. А теперь еще этот непредвиденный скандал, который, возможно, разрушит карьеру Рейберна и репутацию самой Виолы…
Если даже Рейберну каким-то чудом удастся вытащить их обоих из той ловушки, в которую они угодили по милости леди Давенпорт, кто поручится, что в будущем подобная ситуация не повторится?
«У меня есть только один выход», — в отчаянии подумала Виола. Как это ей ни тяжело, но она должна дать Рейберну свободу…
Виола с нетерпением дожидалась, когда весь дом погрузится в сон. Она спустилась по лестнице, стараясь ступать как можно более осторожно. Впрочем, ее ночные туфли были такими мягкими, а ковер — таким толстым, что ей это удалось без труда.
Девушка зашла в кабинет отца — ждать Рейберна удобнее всего было здесь. Зажгла лампу, чтобы стало поуютнее, и, поскольку ночь была прохладной, решила растопить камин.
Виола никак не могла унять охватившую ее дрожь — не только потому, что на ней была только легкая ночная сорочка и халатик, но и от волнения. Постепенно это волнение переросло в откровенный страх. А что, если Рейберну не удастся то, что он задумал?..
Правда, он просил, чтобы она доверяла ему. Впрочем, в такой просьбе не было нужды — Виола и так полностью и безоговорочно доверяла Рейберну. Но ведь он не всесилен! А вдруг ему не удалось выполнить задуманное и ей завтра все же придется предстать перед судом?..
Виоле ясно представилась эта картина — любопытные, жадные до сенсаций репортеры, с готовностью записывающие в свои блокноты ее показания, строгие лица судей, констебли… Конечно, Рейберн постарается поддержать ее, но вряд ли им обоим удастся убедить судью и публику в том, что она не поджигала дом леди Давенпорт. Да и мотив налицо — ревность!..
Наверняка сюда же приплетут и ее связь с суфражистским движением.
Да, план мести был задуман брошенной любовницей мастерски! Леди Давенпорт не откажешь в умении строить козни.
«Вряд ли мне дадут меньше чем два месяца тюрьмы», — в отчаянии подумала Виола. Еще бы — ведь она покусилась на частную собственность, а к поджигателям закон весьма суров.
«Два месяца тюрьмы! Два месяца тюрьмы!» — тяжело билась в голове одна и та же мысль, от которой Виола холодела от страха.
Казалось, грозный голос судьи раздается прямо здесь, в кабинете. Виола заткнула уши и принялась горячо молиться, как молилась весь этот вечер, чтобы Рейберну все же удалось найти какой-то выход.
«Дело не во мне, — торопливо поправилась она. — Главное — это он! Только бы ему не пришлось уйти в отставку из-за этой коварной, подлой женщины и ее чудовищной лжи!..»
Она взглянула на часы. Как медленно тянется время! А может быть, часы вообще остановились?..
В кабинете, где весело потрескивал огонь, пожирая сухие поленья, стало уютно, но Виола, не в силах больше усидеть на месте, вышла в холл.
Через окна, расположенные по обе стороны от входной двери, туда проникал тусклый свет — это горел уличный фонарь. Он создавал причудливую игру теней, а его золотистый лучик вселял надежду и успокаивал…
Тикали старинные дедовские часы, отмеряя ход времени, которое, казалось, совсем остановилось, и сердце Виолы билось им в такт.
И вот, когда она уже отчаялась снова увидеть Рейберна и решила, что, наверное, он передумал и не заедет к ней, как обещал, за дверью послышались шаги. Шороха колес Виола не услышала — очевидно, Рейберн предусмотрительно оставил экипаж подальше от ее дома.
Ему даже не пришлось стучать — Виола распахнула дверь в ту же секунду, когда Рейберн поднялся по ступенькам. Впустив его внутрь, она приложила палец к губам, призывая соблюдать тишину.
Дело в том, что спальня леди Брэндон была расположена неподалеку, и, как уверяла эта достойная леди, спала она очень чутко.
— Шум транспорта меня не беспокоит, — любила повторять она, — а вот голоса! Не могу передать, как я ненавижу всех этих голосистых молочников и мусорщиков, которые ни свет ни заря начинают перекликаться через всю улицу!..
Виола осторожно закрыла дверь за Рейберном. Положив свою шляпу на столик в холле, он последовал за девушкой в кабинет сэра Ричарда. Так как эта комната находилась в задней части дома, не приходилось опасаться, что их разговор кто-нибудь услышит.
Впустив Рейберна, Виола шагнула вслед за ним, но дальше порога продвинуться не смогла — силы ей изменили. Широко раскрыв свои и без того огромные глаза, она молча и с волнением смотрела на Рейберна.
Он тоже не сводил с нее глаз. «Сегодня она похожа на фиалку даже больше, чем обычно!» — подумал молодой человек.
Халатик Виолы, сшитый из легкого белого шелка, был оторочен кружевом и украшен мелкими перламутровыми пуговицами, которые спускались от выреза до самого низа. Распущенные волосы обрамляли ее милое лицо и казались гораздо пушистее и длиннее, чем запомнилось Рейберну.
Она выглядела такой юной, такой хрупкой, такой беззащитной!..
Рейберн улыбнулся, и Виоле показалось, что весь кабинет внезапно озарился светом.
— Ну что?.. — еле слышно выдохнула она. Он даже не услышал ее вопроса, а просто по движению губ догадался, что она что-то сказала.
— Все в порядке, — мягко ответил Рейберн. — Все хорошо!
Виола закрыла лицо дрожащими руками. Внутри у нее как будто что-то надломилось, и слезы хлынули по щекам неудержимым потоком.
Рейберн торопливо подошел к ней, обнял и крепко прижал к себе.
— Все в порядке! — повторил он. — Я понимаю — ожидание всегда утомительно, но я никак не мог приехать раньше…
Теперь Виола рыдала у него на плече, но он продолжал свой рассказ, зная, что она жадно ловит каждое его слово.
— Леди Давенпорт отказывается от всех обвинений в ваш адрес. Она уже побывала в полицейском участке и заявила, что, очевидно, произошла какая-то ошибка. Решено закрыть дело.
Почувствовав, как затрепетала Виола в его объятиях, Рейберн мягко добавил:
— Итак, никакого скандала не будет! Кроме нас двоих, об этом никто не узнает, а нам надо постараться поскорее все забыть!..
— Вы говорите, что никто не узнает? — всхлипывая, переспросила Виола.
— Никто!
— Но как вам удалось?..
— Разве это имеет значение? — промолвил Рейберн. — Главное — вы на свободе, и нам не угрожает ни судебное разбирательство, ни сплетни, ни скандал… И теперь чем скорее вы забудете о леди Давенпорт, тем лучше!
Когда Рейберн произносил это имя, ставшее для него ненавистным, в его голосе зазвучали резкие нотки.
Тем временем Виола усилием воли заставила себя высвободиться из его объятий. Если бы это зависело только от нее, она могла бы простоять так целую вечность.
Щеки ее были мокры от слез, но она даже не делала попытки их вытереть.
— Я должна кое-что сказать вам…
— И я должен многое вам сказать, — перебил ее Рейберн, — но только после вас. Начинайте!
— Вы были так… добры ко мне, — запинаясь, начала Виола. — Я никогда не забуду, из какого ужасного положения вы спасли меня, объявив о нашей помолвке! Но ведь это… может повредить вам и… положить конец вашей карьере!..
Рейберн молча слушал, не сводя глаз с лица Виолы.
— На этот раз вам удалось… разрушить козни леди Давенпорт, — продолжала Виола, — но ведь есть еще моя мачеха… Я уверена — она не оставит попыток снова втянуть меня в суфражистское движение, невзирая на мои протесты…
— И что же вы предлагаете? — спросил Рейберн.
— Я предлагаю… расторгнуть нашу так называемую помолвку! Тогда вы навсегда освободитесь от меня…
Виола с трудом выговорила эти слова — ей казалось, что, предлагая такой шаг, она словно позволяет отрезать себе руку, ногу или, того хуже, частицу сердца.
«Если наша помолвка и в самом деле будет расторгнута, — в отчаянии подумала Виола, — моя жизнь превратится в будничное, серое существование, лишенное надежд на будущее». Но чего бы ей это ни стоило, она должна в первую очередь позаботиться о Рейберне, который столько раз приходил к ней на помощь.
— Так вы беспокоитесь обо мне? — словно прочтя ее мысли, спросил он.
— Ну конечно! — с жаром подтвердила Виола. — Вы такой умный, способный, образованный… Вы можете принести много пользы нашему обществу! Как же я могу позволить, чтобы вы пренебрегли всем этим ради того, чтобы… спасти меня от какого-то лорда Кроксдейла?..
— А если он снова начнет вас преследовать? — спросил Рейберн. — Неужели вы станете его женой, Виола?
От него не ускользнула дрожь, которая при этих словах прошла по телу Виолы, и то, как она судорожно сжала пальцы.
— Нет, это-то не будет никогда… Ну что же… — с напускной храбростью проговорила она, — постараюсь как-нибудь справиться сама… Уеду в Шотландию или еще куда-нибудь, где он не сможет меня найти!..
— И вы думаете, что это сделает вас счастливой?
Какое-то мгновение Виола боролась с искушением сказать Рейберну всю правду — что только он может сделать ее счастливой, что весь мир опустеет для нее, станет грозным и пугающим, если его не будет рядом…
Однако вместо этого она, горделиво вздернув свой маленький подбородок, произнесла следующее:
— Не беспокойтесь обо мне! Теперь вы наконец должны подумать и о себе…
— Именно это я и намерен сделать, Виола! — несколько загадочно ответил Рейберн. — Но прежде я должен вам кое-что объяснить. Эта мысль пришла мне в голову сегодня вечером, когда мы расстались, и я начал отчаянно пытаться спасти нас обоих из той щекотливой ситуации, в которой мы оказались не по нашей воле…
Виола взглянула на Рейберна и отвела с лица упавшую прядь волос. Только тут она почувствовала, что ее щеки до сих пор мокры от слез.
Поспешно поднеся ладонь к лицу, она принялась вытирать их. И вдруг Рейберн, улыбнувшись, подал ей носовой платок — кусочек тонкого мягкого полотна, приятно пахнувшего лавандой.
То ли от этого запаха, то ли оттого, что Виолу тронула забота Рейберна, но, так или иначе, она вдруг почувствовала, как любовь теплой волной накрывает ее всю, и снова заплакала.
В ту же секунду ей стало стыдно. Ну что он о ней подумает? Мало ему хлопот с ней, так она еще, в довершение всего, и разревелась, как дура! И Виола, скомкав драгоценный платочек, принялась поспешно вытирать щеки.
— Теперь вы похожи на фиалку, над которой пронесся ливень, — шутливо заметил Рейберн.
Его слова вернули Виолу к действительности, и она нервно затеребила пояс халатика.
— Извините, что я перед вами в таком виде… — начала оправдываться она. — Но если бы я осталась в вечернем платье, горничная наверняка сочла бы это странным и могла бы сообщить об этом мачехе…
— Не стоит извиняться, — успокоил ее Рейберн. — Если честно, то так вы выглядите еще прелестнее, чем в своем обычном наряде.
Услышав эти слова, Виола зарделась. А Рейберн неожиданно произнес:
— Поскольку нам предстоит долгий разговор, может быть, мы присядем?
Виола послушно уселась на диван.
Рейберн поместился рядом с нею, причем настолько близко, что их плечи соприкасались. Виола почувствовала легкое смущение, но тут же напомнила себе, что скорее всего сегодня они видятся в последний раз. Вероятно, сейчас Рейберн скажет, что он согласен расторгнуть помолвку…
Итак, она покорно ждала приговора, и несколько секунд, в течение которых Рейберн собирался с мыслями, показались ей вечностью.
— Я уже говорил вам, что после того, как мы с вами расстались сегодня вечером, я кое-что понял, — начал он. — Точнее, я знал это уже давно, только не мог выразить…
Он умолк. Виола догадалась, что он ждет ее реакции, и рискнула робко спросить:
— И что же вы… поняли?..
— Что я люблю вас!
Рейберн почувствовал, как она вздрогнула, а затем, повернув голову, посмотрела на него, словно не веря своим ушам.
— Да, это правда, — мягко произнес он. — Я люблю тебя, моя дорогая! Но только сегодня, когда мне пришлось в очередной раз спасать тебя, я понял, как много ты для меня значишь. Я не могу без тебя жить!..
Глаза Виолы озарились необыкновенным внутренним светом, придававшим ее лицу одухотворенность и чистоту.
Рейберн обнял ее и прижал к себе.
— И все же это не может быть правдой!.. — попыталась возразить Виола.
— Нет, это правда! — настойчиво произнес Рейберн, и их уста слились в поцелуе.
Никогда прежде он не прикасался к губам столь нежным, сладким, невинным. По телу Виолы пробежала сладостная дрожь, она теснее прижалась к Рейберну, и тут его рот стал более требовательным и настойчивым.
Виола была на седьмом небе от счастья. Стоило Рейберну поцеловать ее, как она почувствовала, что весь мир перестал существовать. Остались только он и она…
По мере того как его поцелуй становился все настойчивее, Виола чувствовала, что ее былые страхи отступают, а то, о чем она прежде осмеливалась только мечтать, становится реальностью.
В этом поцелуе слились воедино нечто возвышенное и духовное, нечто сродни ее самым горячим молитвам, и в то же время самый откровенный чувственный восторг. Ей показалось, что своим поцелуем Рейберн вернул ее к жизни, а точнее, она лишь сейчас поняла, что значит жить по-настоящему.
Время остановилось… В целом мире существовали только они двое. Наконец, с трудом оторвавшись от восхитительных губ Виолы, Рейберн нежно произнес:
— Я люблю тебя, моя драгоценная фиалочка! А теперь скажи, что и ты меня любишь…
— Да, я люблю тебя! — с жаром подтвердила Виола. — Люблю всем сердцем… всей душой… Но именно потому, что я так сильно тебя люблю, я и не могу допустить, чтобы ты пострадал… из-за меня…
— Я пострадаю лишь в одном случае — если ты откажешься выйти за меня замуж, — перебил ее Рейберн. — Только так, моя дорогая, мы решим все наши проблемы!
— Но твоя карьера!.. А вдруг я снова попаду в какую-нибудь историю и это тебе повредит?
— Как только мы поженимся, никто не посмеет вмешиваться в нашу жизнь, — твердо пообещал Рейберн.
И со смехом добавил:
— И я не позволю тебе голосовать за что-нибудь, кроме любви!
— Неужели ты думаешь, я к этому стремлюсь? — возразила Виола. — И все же, Рейберн, ты уверен, что хочешь этого?
— Да, дорогая, абсолютно! — подтвердил он. — И уж если тебе небезразлична моя судьба, то должен сказать, что у тебя есть единственный способ сделать меня счастливым и оградить от нападок врагов — стать моей женой!
— Я желаю этого всем сердцем, — призналась Виола. — Но мне и в голову не могло прийти, что ты полюбишь меня! Я ведь такая обыкновенная… Ну что я могу тебе дать?
Рейберн улыбнулся и крепче обнял ее.
— Ты можешь дать мне все то, что я хотел бы получить от своей жены, — серьезным тоном ответил он. — Вначале мне казалось, что я просто жалею тебя, как беспомощного испуганного ребенка, но со временем понял, что мне мало только защищать тебя. Нет, я хочу, чтобы ты принадлежала мне — сейчас и навеки!
Виола прерывисто вздохнула и посмотрела на Рейберна. «Никогда я не видел, чтобы женщина так светилась от счастья», — с нежностью подумал он.
— Но я иногда бываю такой глупой, — смиренно произнесла Виола. — И я совсем не такая блестящая красавица, как твои прежние… знакомые дамы…
— А мне такая жена и не нужна, — возразил Рейберн. — Этих качеств я насмотрелся предостаточно в тех женщинах, с которыми… развлекался прежде!..
Он ласково поцеловал Виолу в лоб.
— Поверь, дорогая, ни ты, ни я уже не сможем обойтись друг без друга!
— Я хочу быть твоей помощницей… хочу заботиться о тебе… и любить… — стыдливо закончила Виола.
Неожиданно в ее голосе зазвучала такая страсть, что Рейберн, наклонившись, снова поцеловал ее, и снова, как и в первый раз, весь мир перестал существовать для Виолы.
На этот раз он не ограничился губами. Когда им обоим уже начало казаться, что сейчас они задохнутся от этого неистового поцелуя, Рейберн, с усилием оторвавшись от губ Виолы, принялся целовать ее глаза, все еще мокрые от слез, щеки и шею.
Никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Это чувство даже трудно было описать словами, так разительно отличалось оно от всего, что происходило с ним до сих пор.
Рейберну казалось, что он прикоснулся к какому-то нежному цветку, наполнившему его не той чувственной страстью, которую обычно будили в нем женщины, а некоей духовной сущностью, о существовании которой в себе он даже не подозревал.
Казалось, Виола пробудила в нем высокие идеалы и бескорыстные порывы, которые владели им в сладостную пору юности, но были потом забыты, а точнее, принесены в жертву жестким политическим амбициям.
Она была так чиста, так добра, так невинна, что Рейберн верил — рядом с Виолой он и сам станет добрее, чище, благороднее. Словом, вернутся те лучшие черты его натуры, которые когда-то составляли неотъемлемую часть его характера…
— Я люблю тебя… Люблю… — прошептала Виола.
Она сама не понимала, почему прикосновения Рейберна наполняют ее таким восторгом. Когда-то в мечтах она именно так и представляла себе любовь, только действительность оказалась еще прекраснее, еще восхитительнее!..
— Мне так много нужно тебе сказать, моя драгоценная!.. — задыхаясь, проговорил Рейберн, глядя в восторженные глаза Виолы. — Но прежде всего я хочу увезти тебя из этого опасного дома! И давай не будем долго тянуть со свадьбой. Договорились?
— А это действительно может произойти скоро?.. — робко спросила Виола.
— Как только ты будешь готова, дорогая.
— Я готова хоть сейчас… или завтра! Рейберн рассмеялся и снова обнял ее.
— Именно такого ответа я и ждал, моя любимая фиалочка, но все же, мне кажется, удобнее сделать это послезавтра. За это время я успею получить специальную лицензию, и мы тихонько обвенчаемся в старинной часовне парламента. Причем я предлагаю заранее никому об этом не говорить, даже твоей мачехе…
— Неужели это возможно? — не веря своим ушам, спросила Виола. — Это было бы так чудесно! Как раз о такой свадьбе я мечтала — только ты, я и… бог…
Последнее слово она выговорила с некоторой робостью, опасаясь, как бы Рейберн не счел ее излишне чувствительной.
Он взял ее за подбородок и повернул к себе лицом.
— Молилась ли ты сегодня вечером, как обещала?
— Да, все время.
— Я чувствовал, что твои молитвы помогают мне, — тихо сказал он. — Мне казалось, что ты незримо присутствуешь рядом со мной и словно подсказываешь, как поступить и что сказать…
Рейберн на секунду умолк, а затем задумчиво продолжал:
— Видишь ли, моя любимая, в тебе есть нечто такое… Это даже трудно описать словами, но я все время чувствую, что ношу тебя в своем сердце, как некий драгоценный талисман. И он останется там на всю жизнь, чтобы помогать мне и направлять к добру и благу!..
Виола засветилась от радости.
— Именно этого мне и хотелось бы! Только я всегда считала себя такой… незначительной рядом с тобой — важным, серьезным, умным… Мне казалось, что я никогда не буду ничего для тебя значить…
— Ты для меня — все, — возразил Рейберн. — В тебе воплощено все то, к чему стремится любой мужчина, — иметь надежный, уютный дом, детей, словом, все то, что называется счастливой семейной жизнью!
Крепче сжав Виолу в своих объятиях, он продолжал:
— То вдохновение, что ты даришь мне, та любовь, которая светится в твоих глазах, наконец, твои бесхитростные молитвы, идущие из самой глубины души, — все это очень женственно, а значит, прекрасно!..
Виола молчала, не в силах говорить от переполнявших ее чувств, и Рейберн добавил:
— Никакие законы, никакие избирательные права не смогут сделать тебя более желанной для меня! Ты — женщина, и это твое высшее право…
— Я хочу быть… твоей женщиной, — прошептала Виола.
И тут же, устыдившись своих слов, «от смущения спрятала лицо на груди у Рейберна.
— Ты всегда будешь моей единственной женщиной, моей женой, моей любовью, — ласково произнес он. — До конца своих дней я буду любить тебя, обожать, боготворить!..
У Виолы вырвался счастливый вздох. Услышав его, Рейберн продолжал:
— Ты мой любимый цветочек, Виола, моя нежная фиалка, прекрасная и благоуханная, которая одарит счастьем того, кому выпадет на долю отыскать ее!
— Как ты отыскал меня… — прошептала Виола.
— А отыскав, уже ни за что не отпущу тебя, моя дорогая! Больше тебе нечего бояться…
А я ничего и не боюсь, когда ты рядом, — призналась она. — Я люблю тебя, Рейберн, люблю всем своим существом, каждой клеточкой! Я даже не могу описать словами, насколько велика моя любовь, но мне кажется, она достигает самых небес!..
— Я верю тебе, родная, — ласково прошептал Рейберн. — И мы всегда должны доверять друг другу и верить в нашу любовь!
— Я тебе верю… — тихо сказала Виола.
— А я верю, что вместе мы будем бесконечно счастливы, — подхватил Рейберн.
Наклонившись, он снова приник к ее устам, и благодаря этому страстному, настойчивому, восхитительному поцелую Виола почувствовала себя любимой и желанной. Не было больше ни страха, ни тревог, ни сомнений, были лишь они двое и их всепоглощающая Любовь!..


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Выбираю любовь - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Выбираю любовь - Картленд Барбара



Бредятина!!! Кое как дочитала, как-то вяло все, занудно, полная чушь, героиня дура и вечно ревущая размазня, короче жалко потерянного времени!
Выбираю любовь - Картленд БарбараАнара
28.03.2012, 12.11





милая сказкаrnно вечно ноющая гг ужасно бесит
Выбираю любовь - Картленд БарбараАля
20.03.2013, 15.43





интересная книга.Что касается героини, то никакая это не дура и размазня.А робкая девушка,которую все затюкали.
Выбираю любовь - Картленд Барбаранонна
8.01.2014, 16.14





видимо, у автора не было вдохновения
Выбираю любовь - Картленд БарбараЛюбовь
6.03.2015, 15.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100