Читать онлайн Выбираю любовь, автора - Картленд Барбара, Раздел - ГЛАВА ПЯТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Выбираю любовь - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Выбираю любовь - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Выбираю любовь - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Выбираю любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЯТАЯ

Виола посмотрела на Рейберна удивленно и недоверчиво.
— Положитесь на меня, и все будет в порядке, — шепнул он и по ее глазам понял, что девушка полностью ему доверяет.
Рейберн окинул взглядом гостиную — все остальные гости сидели за столами, погруженные в карточную игру.
Бросив на стол карты, молодой человек негромко произнес:
— Давайте выйдем на балкон.
Виола послушно встала, и через открытое французское окно они вышли на просторный балкон, где перед обедом гости пили чай.
По краю его шла каменная балюстрада, откуда открывался великолепный вид на зеленый, словно покрытый изумрудным бархатом луг и клумбы с яркими цветами, тянувшиеся до самого озера, гладкая поверхность которого поблескивала в отдалении.
Солнце уже село, но малиновый отсвет заката еще виднелся позади высоких дубов, составлявших гордость Кроксдейл-Парка. Высоко в небе уже зажглась первая звездочка — крошечная светящаяся точка на необъятном черном покрывале ночи.
Рейберн подошел к самой балюстраде и наклонился вниз. Виола встала рядом с ним.
— У нас мало времени для беседы… — начал он тихо, — так что слушайте меня внимательно.
Виола подняла на него глаза. В них светилась такая надежда, которую он не вправе обмануть. Было видно, что она готова сделать все, что ей ни предложит ее спаситель.
— Итак, мы публично объявим о нашей помолвке, — продолжал Рейборн. — Она может длиться неопределенно долгое время — до тех пор, пока не исчезнут затруднения, которые мы сейчас испытываем, или до того, как мы найдем другой выход.
— А у вас тоже возникли какие-нибудь затруднения? — спросила Виола.
Рейберн улыбнулся.
— Да, и очень серьезные. Но ваши, в отличие от моих, требуют немедленного решения!
— Я бы не хотела причинять вам… столько беспокойства…
— При чем тут беспокойство? Просто вы помогаете мне, а я — вам, — твердо возразил Рейберн. — Мы объявим, что помолвлены, и тогда граф не посмеет посягать на вас!
— Моя мачеха будет очень разгневана, — робко начала Виола. — Впрочем, я ее больше не боюсь!..
— Так в чем же дело? — спросил Рейберн, видя, что она все еще колеблется. — Что вас смущает?
— Не хочу быть вам обузой…
— Но ведь я уже сказал — вы мне очень поможете, а вовсе не будете обузой, — возразил молодой человек.
Рейберн произнес эти слова весьма решительно и заметил, что тревога на лице Виолы снова сменилась надеждой.
— Вы так добры ко мне, так добры!.. Как только я вас увидела, то сразу подумала: «Вот единственный человек, который может меня спасти!»
Вы так верите в меня? — удивленно спросил Рейберн, смущенный и растроганный ее порывом.
— Да, очень! — с жаром ответила Виола. Сзади раздался звук шагов — кто-то вышел на балкон. Виола поспешно обернулась, ожидая увидеть хозяина дома, но это оказалась леди Брэндон. По выражению ее глаз и сурово сжатому рту чувствовалось, что она чрезвычайно недовольна поведением своей падчерицы.
Виола быстро придвинулась к Рейберну, словно ища у него защиты. Он же, спокойно улыбнувшись, не дал леди Брэндон опомниться и заговорил первым:
— Как приятно, что именно вы первая пожелаете нам счастья!
Его слова настолько изумили леди Брэндон, что она словно окаменела и некоторое время стояла молча, переводя взгляд с Виолы на Рейборна.
— Что вы имеете в виду? — грозно начала она, но Рейберн поспешно перебил ее:
— Виола только что сделала меня счастливейшим из мужчин! Разумеется, мы надеемся, что вы благословите наш союз…
Леди Брэндон не могла не заметить язвительную нотку в его голосе. Черты ее лица исказились от гнева.
Однако, как ни странно, она ничего не сказала, и Рейберн понял — упустив графа в качестве жениха для Виолы, леди Брэндон решила, что заместитель министра иностранных дел — вполне равноценная, если не лучшая, замена.
И все же она с трудом заставила себя улыбнуться.
— Это так неожиданно! — наконец проговорила она. — Я даже не знала, что вы знакомы…
— С Виолой я познакомился относительно недавно, но сразу же проникся к ней глубоким чувством, — не вдаваясь в ненужные детали, ответил Рейберн. — Я хорошо знал ее отца.
Таким образом, для дальнейших возможных возражений леди Брэндон не осталось никакой почвы, и, обернувшись к падчерице, она сказала почти любезно:
— От всей души поздравляю тебя, Виола, и надеюсь, что ты будешь счастлива с сэром Лайлом!
По тону леди Брэндон чувствовалось, что на самом деле она в этом сильно сомневается. Впрочем, Виоле было не до этих тонкостей — радуясь, что все неприятности позади, она искренне поблагодарила мачеху.
— Вообще-то я вышла на балкон, чтобы сказать вам, как вызывающе вы себя ведете, — пояснила леди Брэндон. — Но теперь вижу, что у вас есть на это оправдание.
— Еще какое! — с улыбкой подтвердил Рейберн.
Пожалуй, мне пора возвращаться к остальным гостям, — продолжала леди Брэндон. — Полагаю, вы не собираетесь делать секрета из своей помолвки?
— Отнюдь! — возразил Рейберн. — С вашего разрешения, я завтра же дам объявление о ней в раздел светской хроники «Тайме».
Возражений со стороны леди Брэндон не последовало.
Она, как и намеревалась, вернулась в гостиную, а Рейберн с улыбкой обернулся к Виоле.
— Итак, первое препятствие мы преодолели!..
— Вы вели себя замечательно! — воскликнула Виола. — Поначалу мне показалось, что мачеха рассердится и будет возражать, но потом, по-моему, она поняла, какой вы… важный человек.
«А девочка весьма проницательна! — с удовольствием отметил про себя Рейберн. — Сразу догадалась, почему леди Брэндон так благосклонно отнеслась к нашей помолвке…»
Правда, оставался еще лорд Кроксдейл… И в ту же минуту, словно граф был неким сказочным злым духом и его можно было вызвать силой воображения, Виола и Рейберн увидели его — он стоял в центре гостиной и разговаривал с леди Брэндон.
Спустя несколько минут граф вышел к ним на балкон. По выражению его лица чувствовалось, что новость о помолвке Виолы и Рейберна не столько удивила его, сколько привела в ярость.
— Что я слышу? — резко обратился он к Рейберну. — Вы помолвлены с Виолой? А почему я об этом ничего не знаю?
— По той простой причине, что мы сами до сегодняшнего вечера не были уверены в своих чувствах, — с обезоруживающей улыбкой ответил Рейберн. — Но в такую чудесную ночь хочется чего-нибудь романтического!..
Граф окинул его быстрым внимательным взглядом. Чувствовалось, что он догадывается — за всем этим кроется другая причина, вот только неизвестно, какая именно…
Затем он обернулся к Виоле и взял ее за руку.
— Вы уверены, дорогая, — вкрадчиво начал граф, — что не поторопились, заключив помолвку в столь юном возрасте?
— Мне уже почти девятнадцать, — возразила Виола.
— Это не так уж много для такого серьезного шага, как замужество, — продолжал граф. — Впрочем, как справедливо заметил Лайл, сегодняшняя ночь настраивает на романтический лад!..
Он старался не подавать виду, что раздосадован подобным оборотом дела, но об этом ясно свидетельствовало выражение его лица. Виола сочла за благо отвернуться, чтобы не встречаться с ним глазами.
— Нам надо обязательно отметить это важное событие! — торжественно произнес граф. — И, разумеется, объявить всем присутствующим о вашем будущем браке…
Если лорд Кроксдейл рассчитывал, что Виола или Рейберн попытаются избежать немедленной огласки, то он ошибся.
— Все равно рано или поздно об этом узнают все, — добродушно сказал Рейберн, — так почему не прямо сейчас?
Он словно бросал вызов графу, на что тот, поколебавшись с минуту, задумчиво повторил:
— Действительно, почему не сейчас?.. И все трое вернулись в гостиную.
Встав посередине и окинув взглядом присутствующих, граф громко возвестил:
— Прошу внимания, друзья мои! Мне только что стало известно, что двое самых молодых моих гостей, Виола и Рейберн, решили отправиться в плавание по бурному житейскому морю в одном судне. Я думаю, мы все должны поздравить будущих супругов!
Со всех столов стали доноситься удивленные возгласы и радостные восклицания. Исключение составлял лишь стол, за которым сидела леди Брэндон, — очевидно, она уже успела сообщить новость своим соседям.
На какое-то время бридж был забыт. Все гости, встав со своих мест, собрались в середине комнаты, чтобы пожать руку Рейберну и поцеловать Виолу.
Слуги внесли шампанское. Все выпили по бокалу за здоровье жениха и невесты. Только после этого суматоха понемногу улеглась, и гости вернулись к прерванной игре.
Взяв Виолу за руку, Рейберн увлек ее в дальний конец комнаты и усадил на диван. Здесь они могли наконец поговорить спокойно, не опасаясь, что их услышат.
Глаза девушки сияли от радости, хотя лицо оставалось немного бледным — слишком много волнений выпало на ее долю в этот вечер.
— И что мы будем делать дальше? — поинтересовалась она.
— Ничего особенного, — ответил Рейберн. — В понедельник вернемся в Лондон и будем как можно дольше тянуть с днем свадьбы. Бывает, что помолвка длится полгода, и такой срок ни у кого не вызывает подозрений. Д к тому времени мы наверняка придумаем массу способов, как нам избежать клятв у алтаря!
Виола молчала.
Рейберн удобно расположился на диване, она же сидела на самом краешке, натянутая, как струна, и нервно комкала в руках крошечный кружевной платочек.
Она была так юна, свежа и миловидна, что Рейберн с удовлетворением отметил: «По крайней мере, я спас ее от графа!»
И в то же время чувствовалось, что Виолу что-то тревожит.
— Чего вы боитесь? — спросил Рейберн.
— А вдруг мачеха опять заставит меня сделать что-нибудь такое, что нанесет вред вашей карьере?..
— Так вы беспокоитесь за меня?
— Ну да! А как же иначе? Ведь вы были так добры, так великодушны… — с волнением произнесла Виола.
— В ваших словах есть определенный резон, — признал Рейберн. — Я поговорю с леди Брэндон и предупрежу ее, что, если она вовлечет вас в какой-нибудь скандал, я буду вынужден — ради моей будущей политической карьеры — расторгнуть нашу помолвку.
— Но мне кажется, вы уже рискуете! — взволнованно сказала Виола. — Если наши имена появятся рядом в газете…
— Ну, пока вы не сделали ничего предосудительного, — успокоил Виолу Рейберн. — И потом, я знаю, на что иду!
— Но если вы пострадаете по моей вине, я себе никогда этого не прощу!
— Это чрезвычайно мило с вашей стороны, — ласково произнес Рейберн, — но поверьте мне — я сам могу о себе позаботиться! Единственное мое желание — видеть вас счастливой и довольной…
В ответ девушка одарила его улыбкой — словно веселый луч солнца мелькнул из-за хмурых туч.
— Как мне повезло, что я вас встретила! Я даже не подозревала, что на свете есть мужчина, который способен быть таким добрым и бескорыстным…
— Я думаю, что вы заблуждаетесь, Виола. Наверняка многие мужчины поспешили бы вам на помощь, узнай они, что вы попали в беду, — несколько сухо заметил Рейберн.
Виола поняла намек и взглянула на графа Кроксдейла, который, даже играя в карты, умудрялся не спускать глаз с молодой пары.
— Нет, вы совсем другой! — возразила она. — Когда я с вами, я… ничего не боюсь!..
— Надеюсь, что вы во мне не разочаруетесь, — сказал Рейберн. — От ваших слов я начинаю себя чувствовать рыцарем, который пришел на помощь прекрасной даме!
— Так оно и есть, — с серьезным видом подтвердила Виола. — Вы даже не представляете, что со мной творилось, пока мы сюда ехали! Я чувствовала себя такой несчастной… Не знала, что мне делать…
И, опустив голову, добавила еле слышно:
— Я даже начала жалеть, что та бомба… Ну, помните, у вас дома? Что она не взорвалась — тогда меня бы уже не было на свете…
— Вы не должны так говорить! — запротестовал Рейберн. — Слышите, никогда больше так не говорите и не думайте об этом! Я уже трижды спасал вас, Виола, и знайте, что спасу и в четвертый, и в пятый, и в сотый раз, если только понадобится!..
Виола подняла на него глаза.
— Вы редкий человек, — прошептала она. — Просто не верится, что судьба была так благосклонна ко мне и устроила нашу встречу…
Голос ее дрогнул при этих словах, и это чрезвычайно тронуло Рейберна. Их глаза встретились, и оба долго не могли отвести взгляд.
Рейберн старался убедить себя, что смотрит просто потому, что пытается понять, что именно делает эти глубокие, темные зрачки такими выразительными.
На самом деле была еще одна причина, по которой он не мог отвести глаз от Виолы, — ему снова, как недавно на балконе, захотелось обнять ее, защитить от жестокого мира, успокоить…
Улыбнувшись, Рейберн сказал:
— Не только у вас есть причины быть благодарной. Как я уже сказал, вы в равной степени оказываете услугу мне. С помощью этой помолвки я смогу разрешить некоторые собственные проблемы.
Виола, собравшись с духом, спросила:
— А та красивая леди… ну, та, с которой вы были у маркизы Роухэмптонской… она очень рассердится, когда узнает о нашей помолвке?..
«Этого следовало ожидать», — подумал Рейберн. Такая умная и наблюдательная девушка, как Виола, не могла не понять, что проблема, о которой он упомянул, каким-то образом связана с Элоизой Давенпорт.
Тщательно подбирая слова, он сказал:
— Думаю, что леди Давенпорт будет немного удивлена этим сообщением — впрочем, так же как и гости графа, когда им объявили эту новость несколько минут назад. А вообще-то я бы вам посоветовал не забивать себе голову такими вещами!
— Вы хотите сказать, что мне не стоит говорить о ней? — с детской наивностью спросила Виола.
— Надеюсь, что мы всегда сможем говорить между собой откровенно на любую тему, — ответил Рейберн. — Однако должен заметить, что если мужчина до женитьбы был знаком с дамой, которую в обществе обычно называют «очаровательной леди», его будущей жене лучше как можно меньше об этом знать!
— Понимаю, — задумчиво произнесла Виола, — и прошу вас — если я буду делать ошибки или неправильно себя вести, вы мне сразу же об этом скажите. Мне бы не хотелось, чтобы из-за меня вы попали в неловкое положение…
Рейберн улыбнулся.
Ему нравилась манера этой девушки говорить разумные вещи, причем всегда к месту, а ведь от особы столь юной этого было трудно ожидать. Вообще, на взгляд Рейберна, Виола очень отличалась от обычной светской девушки, каких он в большом количестве встречал в обществе.
«Наверное, это происходит потому, что она так чувствительна и разумна», — предположил он.
Обычно женщины, которыми увлекался Рейберн Лайл, быстро ему надоедали. Они были слишком предсказуемы. Еще до того, как они раскрывали рот, можно было угадать, что они скажут. И так же очевидны были их поступки.
Хозяин дома поднялся из-за карточного стола и подошел к Виоле и Рейберну.
— Теперь ваша очередь играть, Лайл, — сказал он. — Надеюсь, вам повезет больше, чем повезло мне в последнем роббере!
— Недаром же я ношу прозвище Счастливчик Лайл! — задорно отозвался Рейберн. — Сейчас мы это проверим!
Он знал, что эти слова вызовут досаду графа, и произнес их нарочно, чтобы позлить его. Улыбнувшись Виоле, Рейберн направился к игрокам.
Граф же опустился на диван возле Виолы. Впервые, находясь рядом с ним, девушка вовсе не испытывала страха — напротив, смело взглянула ему в глаза и даже улыбнулась.
— Вы счастливы? — спросил граф.
— Очень! — с жаром ответила она.
— Я и не знал, что вы близко знакомы с Рейберном Лайлом. Кажется, сегодня днем вы поздоровались с ним не слишком радушно.
Виола с легкостью нашла ответ.
— Тогда я еще не сказала мачехе о моих чувствах к Рейберну и мне приходилось соблюдать осторожность…
Граф, похоже, вполне удовлетворился этим объяснением. Помолчав немного, он сказал вполголоса:
— Вы не представляете, как я огорчен и разочарован тем, что вы решили выйти замуж за другого!..
— Простите, но я вас не понимаю…
— Мне казалось, вчера вечером вы должны были понять, что я в вас влюблен, — возразил граф. — Ах, Виола, это была любовь с первого взгляда! И как раз во время этого уик-энда я намеревался просить вас стать моей женой…
— Простите, если я… причинила вам боль… Виола испытывала страшную неловкость и страстно желала, чтобы этот неприятный для нее разговор кончился как можно скорее.
— Это не просто боль, — сухо заметил граф. — Я чувствую себя одураченным, обманутым! Словно у меня украли то, что уже, казалось, принадлежит мне…
В его голосе зазвучала такая страсть, что Виола невольно содрогнулась, но тут же вспомнила, что теперь граф ничего не может ей сделать — у нее есть Рейберн, и он защитит ее.
— Мне очень жаль, что все так сложилось. Еще раз прошу меня простить, — повторила она после паузы.
Жаль настолько, что вы можете и передумать? — живо поинтересовался граф. — Поймите, Виола, я дам вам гораздо больше, чем Рейберн Лайл, хотя он, конечно, очень богат! Переменить решение еще не поздно… — Помолчав, он добавил: — Известная поговорка гласит: «Лучше быть милашкой старика, чем рабыней молодого». И вы, Виола, были бы моей милашкой, если бы согласились выйти за меня замуж! А со временем — кто знает? — даже, может быть, и сами полюбили меня…
Виолу охватило чувство гадливости, и она инстинктивно отпрянула от графа. Сделав над собой усилие, девушка подавила в себе отвращение и проговорила:
— Я чрезвычайно признательна за все те добрые слова, которые вы мне только что сказали, но ведь я помолвлена с Рейберном, а он вряд ли бы их одобрил!..
— Черт бы его побрал! — выругался граф, забыв о хороших манерах. — Он сумел обойти меня на самом финише, а я терпеть не могу проигрывать… Повторяю, Виола, вы мне нужны, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить вас изменить свое решение до того, как вы станете женой Лайла!..
Виолу испугали слова графа, произнесенные им с такой настойчивостью. Стараясь сохранять достоинство, она поднялась с дивана и сказала:
— Надеюсь, ваша милость меня извинит — путешествие было таким утомительным… Могу я удалиться к себе в спальню?
— Да, конечно, если вы этого хотите, — вежливо отозвался граф. — Но знайте — в следующий раз вам так легко от меня не отделаться!..
Виола направилась к дверям, испытывая чувство невероятного облегчения.
Граф предупредительно распахнул их перед нею, но прежде чем выйти из гостиной, она бросила прощальный взгляд на Рейберна, который, сидя за столом, играл в бридж.
Виола помахала ему рукою, а он, приподнявшись, вежливо поклонился. Затем девушка вышла в мраморный холл. Граф последовал за нею.
Это ее ничуть не встревожило, так как Виола знала, что в холле наверняка находятся слуги, в обязанности которых входило зажигать свечи. Хотя в имении графа, как и во многих загородных домах знати, уже имелось электрическое освещение, по давней традиции гости поднимались к себе в спальни, неся в руках подсвечник со свечой.
Взяв у слуги изящный подсвечник, Виола протянула свободную руку графу и сказала:
— Спокойной ночи, милорд, и спасибо за то, что пригласили меня в ваш чудесный дом!
Он с силой стиснул ее пальцы и, так как вокруг были слуги, сказал лишь:
— Спокойной ночи!
После этого граф поцеловал руку Виолы. Хотя ей по-прежнему это было не слишком приятно, былого страха от его прикосновения она уже не испытывала.
Не оборачиваясь, девушка начала медленно подниматься по ступеням, чувствуя, что граф не сводит с нее глаз.
Войдя в свою спальню, Виола заперла дверь.
Воскресные газеты опубликовали сообщение о том, что в Париже скоропостижно скончался лорд Давенпорт. Рейберн чувствовал, что некоторые гости графа украдкой наблюдают за ним, ожидая его реакции на это печальное известие.
Многие задавались вопросом: знал ли молодой человек об этой трагедии еще в Лондоне, и если да, то почему он объявил о своей помолвке с Виолой Брэндон?
Дамы искали случая поговорить с Рейберном, надеясь в его поведении найти ответ на мучившую их загадку.
— Вряд ли эта утрата разобьет сердце Элоизы, — говорили одни.
— А вообще-то Джордж был весьма снисходительным мужем — никогда не возражал против того, чтобы жена имела любовника, да еще и сам часто и надолго отлучался из дому! — вторили им другие. И все при этом внимательно смотрели на Рейберна Лайла.
— Я полагаю, что леди Давенпорт была привязана к своему мужу гораздо сильнее, чем это казалось со стороны, — сухо ответил он, понимая, что ему не отвертеться от ответа.
Он понимал, что эти слова удивили его собеседниц, и теперь они недоумевали — неужели Рейберн Лайл так скоропалительно решил жениться потому, что Элоиза Давенпорт отвергла его?
В глубине души все присутствующие в Кроксдейл-Парке дамы, а особенно обе соседки Рейберна по столу, которые за обедом пытались флиртовать с ним, были убеждены, что ни одна женщина, которой он подарил свою благосклонность, не отвергнет его ради другого мужчины, а уж тем более ради мужа.
— А леди Давенпорт знает о вашей помолвке? — с любопытством спросила хорошенькая блондинка.
Рейберн промолчал — ему не хотелось посвящать кого-либо из гостей графа Кроксдейла в свои личные дела. На самом деле он написал Элоизе письмо и отправил его в Лондон с вечерней почтой.
В своем послании он благодарил ее за ту дружбу, которую она ему подарила, и выражал надежду, что будет счастлив с Виолой.
«Я чувствую, что пришла пора обзавестись женой, которая поможет мне в моей политической карьере, — писал далее Рейберн. — И Виола Брэндон как раз та девушка, которая чрезвычайно подходит мне в этом отношении — и во всех других!»
Письмо было составлено таким образом, что Элоиза была вольна понять его как угодно, а постороннему человеку, вздумай он заглянуть на эти страницы, и в голову не могло прийти, что автор письма и его получательница еще недавно были любовниками.
— О нашей помолвке любой человек узнает уже в понедельник, — спокойно ответил Рейберн в ответ на вопрос любопытной блондинки. — Сообщения появятся в разделе светской хроники «Тайме» и «Пост».
— Возможно, это ранит сердце Элоизы сильнее, чем смерть Джорджа, — высказала дерзкое предположение блондинка.
— Как вы, однако, язвительны! — с упреком произнес Рейберн.
— Но я ведь женщина, а большинство из них именно таковы, — задорно отозвалась она. — Ваша беда, мистер Лайл, заключается в том, что вы слишком привлекательны, а это не дает покоя нашему чувствительному полу!
— Ваши слова льстят моему мужскому самолюбию, — парировал он, — но весьма низко оценивают мои моральные принципы!
— Просто после женитьбы вам придется вести себя более осмотрительно, — посоветовала Рейберну неугомонная блондинка, — хотя бы первое время.
В последней фразе содержался совершенно откровенный намек. Впрочем, Рейберну и так было известно, что брачные узы не накладывали на мужчину слишком строгих обязательств.
С женщинами дело обстояло совсем иначе.
От них требовалось безукоризненное поведение по крайней мере в течение нескольких первых лет супружества, и лишь по окончании этого сорока. когда у женщины появлялись дети, она была вольна вести себя более свободно — при условии, разумеется, что имени ее не коснется какой-нибудь скандал.
Все это было Рейберну отлично известно и воспринималось как должное. Сейчас же он впервые задумался над тем, каким, в сущности, варварским кодексом поведения руководствуется современное, на первый взгляд цивилизованное, общество.
Сколько сердец было разбито в угоду этим неписаным жестоким законам! А Виола, такая невинная и бесхитростная! Сможет ли она выжить в мире, где все построено на лжи и коварстве, где легкомысленный флирт почти узаконен и даже внебрачные связи уже никого особенно не удивляют?..
«Ничего страшного! — попытался успокоить себя Рейберн. — Повзрослеет и привыкнет…»
И тут же подумал, что как раз ему-то это вряд ли понравится. Нет, он не хотел бы видеть, как постепенно меняется Виола, как она становится похожа на всех остальных светских дам, постоянно занятых ловлей мужчин в свои сети!
Эти бездушные кокетки ведут хладнокровный счет поверженным мужским сердцам, подобно тому как их мужья хвастаются количеством фазанов, убитых ими на охоте!..
Нет, не о такой жене мечтал Рейберн Лайл, и он очень надеялся, что, если вдруг помолвка не обернется розыгрышем, который был так удобен сейчас им обоим, и их с Виолой соединят крепкие супружеские узы, она никогда не станет похожей на этих светских львиц, которых он так хорошо знал.


Уик-энд, роскошный и ленивый, неспешно катился дальше, и Рейберн с каждым часом все больше осознавал, насколько разительно отличается Виола от остальных присутствующих в Кроксдейл-Парке дам. На их ярком, раздражающем глаз фоне, сотканном из всевозможных цветов и оттенков, она была подобна тоненькому светлому лучу, который ласкает взор, греет душу и сердце.
По мнению Лайла, в Виоле была какая-то одухотворенность, которой он до сих пор не встречал ни в одной женщине и которую даже не предполагал найти в существе столь юном. Кроме того, она, несомненно, была гораздо умнее и начитаннее, чем ему показалось вначале.
Очевидно, это была заслуга ее отца, умнейшего и образованнейшего человека своего времени, с которым Виола проводила много времени. Именно поэтому она превосходила знанием большинство девушек своего возраста.
Положение Виолы и Рейберна как будущих молодоженов позволяло им вести себя гораздо свободнее, чем если бы они были просто знакомыми, и молодой человек не преминул этим воспользоваться.
Пока остальное общество развлекалось игрой в крокет, молодые люди бродили по саду, любуясь чудесными розами. Иногда Рейберн катал Виолу по озеру на лодке, и во время этих прогулок между ними, как правило, завязывалась непринужденная беседа.
Виола рассказала Рейберну, о чем говорил с ней граф накануне вечером, когда подсел к ней на диван.
— Оказывается, моя мачеха была права, — призналась девушка. — Граф действительно собирался сделать мне предложение, и если бы не вы, мне бы пришлось… принять его!..
— Не придавайте серьезного значения его угрозам, — посоветовал Рейберн. — То, что он собирается преследовать вас, пустые слова. Ничего он не сможет сделать!
— Вы уверены?
— Абсолютно, — безапелляционно ответил молодой человек. — Он не решится пойти на открытую ссору со мной.
Ободряюще улыбнувшись, он добавил:
— И я, по правде сказать, очень этому рад — ведь если бы дело происходило не сейчас, а лет пятьдесят назад, мне бы пришлось вызвать графа на дуэль, а я не отношусь к сторонникам подобных поединков!
— Какой ужас! — воскликнула Виола. — Подумать только — ведь он мог бы вас убить…
Она настолько разволновалась, что даже не обратила внимания на слова Рейберна, сказанные беспечным тоном:
— Однако вы не очень-то в меня верите! А между тем, если бы отношения между нами пришлось выяснять таким образом, скорей всего наоборот, я бы вышел победителем…
Но Виола слушала Рейберна вполуха, погруженная в мысли о том, как было бы ужасно, если бы граф и в самом деле его убил. В его лице она не просто лишилась бы своего единственного защитника, но и потеряла человека, который с недавних пор стал так много значить в ее жизни…
Эта мысль преследовала девушку весь день — и во время ленча, и за чаем, и потом, когда она поднялась к себе в комнату, чтобы отдохнуть перед обедом.
Виола думала и о том, что почти весь этот уик-энд провела в обществе Рейберна и это было так чудесно! Но вряд ли в дальнейшем им удастся видеться так часто.
Вскоре они вернутся в Лондон, и он по-прежнему будет проводить долгие часы в парламенте на заседаниях в палате общин. Кроме того, как он сообщил ей, на следующей неделе ему предстоит множество официальных встреч.
Конечно, Рейберн может наносить визиты к ним на Керзон-стрит. А вот ей можно появиться у него дома только в сопровождении кого-то из старших.
В те дни, когда он будет занят в палате общин, они не смогут вместе обедать. Конечно, их наверняка будут приглашать к себе на приемы общие знакомые, но в этих случаях им вряд ли удастся перекинуться хоть словом наедине.
Пока же Виола радовалась тому, что после обеда все сели за карточные столы — значит, у нее появился шанс побыть в обществе Рейберна.
А вот вчера вечером это было бы затруднительно — после обеда, на котором присутствовало ни много ни мало шестьдесят человек, в том числе и его величество король, все тоже сели играть в карты. Но тогда никому даже в голову не могло бы прийти не последовать высочайшему примеру, а заняться чем-нибудь другим. Его величество слыл большим поклонником бриджа, хотя его единственной партнершей была миссис Кеппел, а играли они в отдельной комнате.
Виола вполне сносно играла в бридж, но не очень любила это занятие, тем более что, как ни странно, ее место оказалось не за тем столом, где сидел Рейберн. Девушка сразу поняла, что это происки хозяина дома, который еще не расстался с надеждой расторгнуть ее помолвку с Лайлом.
«Если придется играть и сегодня, — рассуждала Виола, — то хорошо бы нас посадили рядом! А еще лучше было бы сыграть в пикет — тогда мы могли бы поговорить, как в первый вечер…»
Когда джентльмены вернулись в гостиную, Виола посмотрела на Рейберна так призывно, что он тут же подошел к ней, на что она в глубине души и рассчитывала, и спросил:
— Чем вы хотели бы заняться?
— Мне хочется поговорить с вами! — откровенно ответила Виола.
И тут же торопливо добавила, испугавшись, что ведет себя слишком настойчиво:
— Впрочем, если вы не расположены играть в бридж, конечно…
— Я с удовольствием сделаю так, как вы хотите, — галантно ответил Рейберн.
Увидев, как радостно заблестели глаза Виолы, он подумал, что любому мужчине было бы лестно сознавать, что он тому причиной.
«А что, если она в меня влюбится по-настоящему? Это бы очень осложнило все дело», — молнией промелькнуло у него в голове. Но Рейберн тут же успокоил себя — зачем заранее расстраиваться? Об этом можно будет подумать позднее — если, конечно, такая проблема и в самом деле возникнет.
— Может быть, пойдем посмотрим картины, что висят в соседней комнате? — предложил он.
— А я и не знала, что там есть картины, — простодушно призналась Виола.
— Ну как же так! Быть в гостях у графа Кроксдейла и не увидеть его знаменитой коллекции живописи — это никуда не годится. Стыдитесь! — шутливо поддразнил ее Рейберн.
Тогда, разумеется, мне обязательно надо ее посмотреть, — с готовностью отозвалась Виола. — Но только вы должны стать моим экскурсоводом. К сожалению, я слабо разбираюсь в живописи хотя искусство очень интересует меня…
Рейберн протянул ей руку, чтобы помочь подняться, и в этот момент рядом с ним возник граф.
— Моя сестра очень просит вас, Лайл, быть ее партнером в партии в бридж, — сказал он. — Как вы знаете, она играет лучше всех в нашей семье и считает таким же выдающимся игроком вас.
— Леди Эмили, безусловно, мне льстит — улыбнулся Рейберн, понимая, какие цели преследует хозяин дома. — Кроме того, я уже обещал Виоле показать ваши знаменитые картины так что не будете ли вы так любезны передать вашей сестре мои извинения?
— А вот показать свою коллекцию картин больше приличествует мне как ее хозяину, — возразил граф. — Жаль, что я сам не додумался до этого раньше! Надеюсь, вы простите? — добавил он, обращаясь к Виоле.
— Но мы можем пойти и все вместе, — предложил компромисс Рейберн. — В глубине души я считаю себя знатоком искусства, а ваша коллекция, как я уже имел удовольствие сообщить Виоле, славится на всю страну!
Граф поморщился.
— Мне кажется, было бы жестоко оставлять мою сестру без партнера! — продолжал настаивать он.
Рейберн понял, что его загнали в угол, откуда не так просто было выбраться.
В самом деле, не устраивать же публичную сцену! Оставалось только надеяться, что у Виолы хватит сообразительности придумать какой-нибудь благовидный предлог — например, сказать, что она устала и раздумала смотреть картины.
Но стоило Рейберну отойти, как Виола оказалась не в силах противостоять натиску графа. Взяв девушку за руку, он повел ее в галерею, непосредственно примыкавшую к гостиной, где накануне играли в карты король и миссис Кеппел.
— Все картины, которые висят в этой комнате, — начал граф, — принадлежат кисти голландских живописцев. Я горжусь тем, что у меня есть изумительные работы Кейпа и ван дер Хейдена. А на прошлой неделе мне посчастливилось купить картину, прекраснее которой я в жизни не видел!
С этими словами он закрыл дверь, а Виола, предвкушая удовольствие, подошла взглянуть поближе на знаменитые шедевры. Все они были размещены на стенах весьма искусно и великолепно освещены.
— Я люблю творения голландцев, — сказала она.
— А я люблю вас, дорогая Виола! — страстно произнес граф. — Вы прекраснее любой картины в моей коллекции, и я, как и раньше, — даже сильнее, чем раньше! — хочу, чтобы вы принадлежали мне!..
— Вы не должны так говорить…
— Вы не можете помешать мне высказать свои чувства, — возразил граф. — А что касается вас, Виола, то я чувствую себя так, будто у меня украли бесценное сокровище, сокровище, которое я уже начал считать своим…
Он хотел подойти поближе, но Виола в испуге отпрянула.
Поспешно отвернувшись, она попыталась сосредоточить свое внимание на картине, но поняла, что не может, — слишком сильно колотилось от страха ее сердце.
— Позвольте мне показать вам и другие мои приобретения — может быть, они больше придутся вам по вкусу, — предложил граф.
Виола обрадовалась — значит, он больше не будет стоять так близко! — и, ничего не подозревая, последовала за графом через картинную галерею в следующую гостиную.
Эта комната была отделана в голубовато-серебристых тонах, а картины, украшавшие ее стены, принадлежали кисти французских мастеров — прекрасный пейзаж кисти Буше и несколько великолепных работ Фрагонара. Виола пожалела, что с нею нет Рейберна, — он наверняка получил бы большое удовольствие.
Но когда граф закрыл дверь и в эту комнату, Виола поняла — увы, слишком поздно! — что ей не следовало заходить сюда.
В галерее ее отделяла от Рейберна всего одна дверь, и если бы она закричала, он бы наверняка ее услышал. Здесь же, в этой уединенной комнатке, удаленной от большой гостиной, которой явно очень редко пользовались, надежды на спасение было мало…
Виола, занервничав, ускорила шаг и таким образом оказалась даже дальше от двери, чем граф.
— Вы прекраснее любой из моих картин, — хрипло произнес он.
От его тона Виоле стало не по себе. Страх снова овладел ею.
— По-моему, нам пора возвращаться, — пролепетала она, запинаясь. — Рейберн наверняка не захочет…
— Меня не интересует, чего захочет или не захочет Рейберн, — меня интересуете только вы! Послушайте, Виола…
Она не шевельнулась, даже не повернула головы.
— Посмотрите на меня, — попросил граф, — я хочу видеть ваше лицо!
Виола решила, что не пристало ей, взрослой девушке, отворачиваться, словно капризному ребенку, и она, хоть и с опаской, взглянула в глаза графу.
Однако выражение его лица заставило ее содрогнуться.
— Вы должны принадлежать мне! — страстно произнес граф. — Я давно собирался сделать вас своей женой, а Рейберну вы и не нужны вовсе! Он просто хочет использовать вас, чтобы улизнуть от коготков Элоизы Давенпорт, — ведь теперь, когда ее муж умер, красавица-вдова наверняка захочет, чтобы Рейберн на ней женился!..
Он произносил слова резко, почти грубо. Заметив, что Виола удивлена его словами, граф Кроксдейл продолжал:
— Знайте же, что Лайл сделал вам предложение лишь затем, чтобы ускользнуть от выполнения своих обязательств перед женщиной, с которой он, как вы, вероятно, выразились бы, «жил в грехе» в течение последних шести месяцев. Вы не нужны ему, Виола, и он не любит вас так, как люблю я!..
Приблизившись к ней, он настойчиво добавил:
— Выходите за меня замуж, дорогая Виола, и я сделаю вас счастливой! Со мной вы познаете настоящую любовь! Разве этот молодой повеса Лайл что-нибудь в ней понимает?
Буквально выкрикнув последние слова, граф схватил Виолу в объятия и попытался поцеловать в губы.
Однако стоило ему коснуться ее щеки, как она очнулась. До этого Виола, слушая неприятные для нее слова графа, словно была погружена в какой-то странный гипнотический сон, теперь же девушка пришла в себя и начала яростно сопротивляться.
Она с силой уперлась руками в грудь графа и как можно сильнее отклонила голову назад, чтобы избежать прикосновения его губ.
И тут же Виола поняла, как она слаба и беспомощна против этой грубой мужской силы.
Одновременно девушка с ужасом заметила, что, раз прикоснувшись к ней, граф совершенно потерял контроль над собой и теперь жаждет только одного — полностью подчинить ее своей воле.
«Еще несколько секунд — и он поцелует меня!» — пронеслось в голове у Виолы. Ее охватило такое отвращение, что она закричала.
Однако ее слабый голосок прозвучал едва слышно. Итак, надежды нет — она оказалась в руках графа, а уж он свою добычу не упустит!
Граф между тем жадно и торопливо покрывал поцелуями щеки, лоб и глаза Виолы. И хотя она, как могла, пыталась увернуться, его губы уже почти добрались до ее рта.
И вдруг девушка услышала, как открылась дверь и гневный мужской голос громко спросил:
— Что, черт возьми, здесь происходит?
Это был Рейберн! Сердце Виолы радостно забилось. Итак, он еще раз спас ее…
Виола почувствовала, что граф разжал руки.
Собрав остатки сил, она наконец высвободилась из его объятий.
Подбежав к Рейберну, девушка уцепилась за лацканы его сюртука, не в силах вымолвить ни слова — так велико было пережитое ею напряжение. Казалось, она даже дышит с трудом…
По-детски уткнувшись в плечо Рейберна, Виола почувствовала, как он нежно обнял ее, и ей сразу стало спокойнее.
Рейберн больше не произносил ни слова, лишь в упор смотрел на графа, который, чтобы скрыть возникшую неловкость, тщательно сдувал со своего сюртука воображаемую пылинку.
Тишина становилась зловещей. Наконец граф произнес:
— Только не устраивайте сцен, Лайл! Мы цивилизованные люди и, надеюсь, обойдемся без скандала.
— Согласен, — ответил Рейберн. — И в самом деле — если мы с Виолой покинем ваш дом сегодня, это вызовет ненужные толки.
Граф ничего не сказал, а Рейберн продолжал:
— Мы уедем завтра рано утром. Я надеюсь, что до тех пор вы не станете попадаться нам на глаза!
Граф поджал губы — слова эти прозвучали не слишком любезно, но возразить ему было нечего. Даже не взглянув на Виолу, он быстрым шагом вышел из гостиной, громко хлопнув дверью.
Виола все еще судорожно цеплялась за Рейберна, не в силах поднять на него глаза.
Сквозь тонкий шифон вечернего платья молодой человек почувствовал, как она дрожит.
— Все уже позади, — мягко сказал он. — Я надеялся, что у вас хватит благоразумия не оставаться с ним наедине!
— Я… я не думала… я даже не могла предположить…
Виола произнесла эти слова почти шепотом, так что Рейберн с трудом их расслышал.
— Забудьте об этом! — посоветовал он. — Больше вам не придется с ним встречаться.
Он мягко разжал ее руки, которые все еще держали лацканы его сюртука. Но Виола, продолжая прятать лицо у него на плече, вдруг тихо сказала:
— Он говорил ужасные вещи… про вас…
— Какие именно? — поинтересовался Рейберн, заранее догадываясь, каков будет ответ.
Запинаясь, Виола тихо проговорила:
— Он сказал, что вы просто используете меня, чтобы… ускользнуть от леди Давенпорт…
Рейберн напрягся, услышав эти слова.
— Пусть так, но лорда Кроксдейла это совершенно не касается! — резко сказал он и уже мягче добавил: — Давайте сядем, Виола, мне нужно кое-что вам сказать…
Он усадил ее на диван и только сейчас заметил, как она бледна и какое грустное выражение застыло в ее глазах.
— Вы уверены, что поступаете правильно, предлагая помолвку? — спросила Виола. — Ведь леди Давенпорт такая красавица!.. И мне кажется, она вас любит… Стоит ли вам рисковать своим счастьем ради того, чтобы помочь мне?
Она не сводила глаз с Рейберна, и по ее взгляду чувствовалось, что думает она в первую очередь о нем, а не о себе.
Было ясно, что в такой ситуации надо говорить только правду.
— Даже если леди Давенпорт меня любит, — осторожно начал Рейберн, — хотя я, по правде говоря, очень в этом сомневаюсь, я ее не люблю и жениться на ней не собираюсь ни при каких обстоятельствах. Я уже говорил вам, Виола, что не только я помогаю вам, но и вы мне, и просил, чтобы вы мне доверяли!..
— Я доверяю вам… доверяю полностью и безоговорочно, — без колебаний заявила Виола. — Просто мне бы не хотелось, чтобы вы пострадали… из-за меня… Ведь вы были так добры ко мне!
— Ну, не такой уж я Дон-Кихот, каким вам представляюсь! — улыбнулся Рейберн. — Во всяком случае, я очень рад, что именно вы оказываете мне своеобразную услугу. Мне это очень приятно…
— Правда? — с замиранием сердца спросила Виола.
— Правда! — посерьезнев, ответил Рейберн. Девушка облегченно вздохнула, но тут же снова озабоченно и испуганно спросила:
— Вы не допустите, чтобы граф… снова начал преследовать меня?..
— Я советую вам немедленно отправиться наверх и закрыть дверь своей спальни, — ответил Рейберн. — Я собираюсь отбыть в Лондон завтра, сразу же после завтрака, и возьму вас с собой. В этом случае вы будете гарантированы от повторения сцен, подобных той, что я только что видел.
— А если моя мачеха скажет, что я должна ехать с нею?.. — неуверенно спросила Виола.
— Думаю, что даже она не будет возражать против нашего совместного путешествия — ведь поедем мы в открытой машине, где, кроме нас, будут находиться также мой шофер и камердинер, — сказал Рейберн. — И потом, не забывайте, что мы помолвлены, а значит, имеем на это полное право!
— Благодарю вас от всего сердца! — с чувством произнесла Виола и машинально дотронулась до щеки, которой только что касались губы графа. Казалось, она хочет стереть это неприятное воспоминание.
Рейберн прекрасно понял ее чувства и мягко посоветовал:
— Забудьте о том, что произошло!..
— Это было ужасно! Я так испугалась… Я не ожидала, что граф поступит так вероломно, — сказала Виола. — Впрочем, все могло бы обернуться гораздо хуже, если бы вы вовремя не подоспели мне на помощь…
Да, я снова спас вас! — улыбнувшись, подтвердил Рейберн. — Это уже входит у меня в обычай.
Он встал и протянул ей руку.
— Я больше никому не позволю пугать вас, обещаю!
— Я очень вам благодарна, — тихо сказала Виола.
Ее темные выразительные глаза были устремлены на Рейберна.
И опять ему пришло в голову, что ни одна женщина не сравнится с Виолой — столько своеобразной красоты было в ее милом лице.
— Послушайте, Виола… — начал он. Она с трепетом ждала продолжения.
— Я считаю, что мы должны сполна насладиться нашей помолвкой. Мы можем прекрасно проводить время вместе, и не только для того, чтобы досадить вашей мачехе или графу!
И снова в глазах Виолы зажегся мягкий свет, преображающий ее лицо, который так нравился Рейберну.
— Правда? А я думала, что, когда мы вернемся в Лондон, вы не захотите меня видеть… Ведь вы так заняты, — запинаясь, пробормотала Виола.
— Наоборот, я очень хочу вас видеть как можно чаще! — чистосердечно признался Рейберн. — Нам будет хорошо вместе, я в этом не сомневаюсь. Договорились?
— Конечно! — сияя, произнесла Виола.
— Я буду заботиться о вас и, если надо, защищать.
Виола искоса взглянула на дверь, словно опасаясь, что там все еще стоит граф и поджидает ее. И опять Рейберн понял все без слов.
— Не думаю, что граф отважится снова к вам приблизиться, — сказал он. — Лорд Кроксдейл прекрасно понимает, что если я расскажу приятелям, как он пытался расторгнуть нашу помолвку и украсть мою невесту, это скоро станет известно в обществе, и ему не поздоровится!
Он непроизвольно сжал кулаки и добавил:
— Черт возьми! Вероятно, мне следовало поколотить его как следует, но ведь он гораздо старше меня… И потом, я не люблю подобных сцен!
— Прошу вас, никогда не делайте этого! — взмолилась Виола. — Граф — влиятельный человек. Он может погубить вас… разрушить вашу карьеру…
— Сомневаюсь, — возразил Рейберн. — Но все равно приятно, что мы вели себя как цивилизованные люди, хотя, должен сознаться, мне это было не по душе!
Виола вздохнула.
— Извините! Вот опять из-за меня вы попали в неловкое положение…
— Да, у вас просто особый дар создавать подобные ситуации, — поддразнил ее Рейберн.
Однако заметив, что лицо Виолы сразу же омрачилось, поспешил добавить с улыбкой:
— Не огорчайтесь — мне это даже начинает нравиться! Ведь до сих пор моя жизнь была слишком однообразна и бедна событиями…
Рейберн прищурил глаза, как будто вспоминая что-то:
— Постойте-ка, вначале бомба… потом полицейский участок… а сегодня я спас вас из рук злодея! Интересно, каков будет следующий акт этой драмы?
— От души надеюсь, что следующего акта не будет! — невольно вырвалось у Виолы. — Поверьте, мне ужасно стыдно, что со мной постоянно происходят такие неприятные вещи… Только одно меня утешает — что каждый раз вы оказываетесь рядом! И я не устаю в своих молитвах благодарить господа за это…
Искренность ее тона заставила Рейберна посерьезнеть. Взглянув на Виолу, он задумчиво произнес:
— Я так и думал, что вы не забываете возносить молитвы…
— А как же иначе?
Действительно, как же иначе… — повторил Рейберн с таким видом, будто его слова имели какой-то особый, скрытый смысл. — Ну что же, я думаю, событий для одного вечера более чем достаточно. Отправляйтесь-ка спать, Виола, и пусть вам приснятся развлечения, которым мы с вами будем предаваться в Лондоне! Забудьте листовки и всех этих воинствующих суфражисток, сластолюбивых графов и тому подобную чепуху и думайте только о том, о чем приличествует думать робким нежным фиалкам, ищущим убежища под зеленым листочком!..
— Именно это я постоянно и делаю, — подхватила девушка, — ищу убежища и поддержки… И так получается, что в роли защитника всегда выступаете вы… Когда мне нужна помощь, вы в нужную минуту всегда оказываетесь на месте!..
— Надеюсь, так будет и впредь, — улыбнулся Рейберн.
Он открыл дверь, ведущую в холл.
Рейберн считал, что Виоле лучше не возвращаться в гостиную, где продолжалась карточная игра, а пройти прямо к себе в спальню. Граф наверняка придумает, как объяснить ее отсутствие.
Сам же Рейберн намеревался ненадолго показаться в гостиной, а затем тоже удалиться в свою комнату.
Ему предстояло поработать над некоторыми документами, которые он прихватил с собой, и молодой человек решил, что с гораздо большим удовольствием займется ими, чем проведет вечер в пустой болтовне с графом и его гостями.
В холле их уже ждал слуга с зажженной свечой. Взяв ее в одну руку, Виола протянула другую Рейберну и некоторое время не отнимала, как будто ей не хотелось отпускать его.
— Спокойной ночи, Виола, — сказал Рейберн. — Желаю вам приятных сновидений! И помните — завтра в девять часов мы уедем отсюда.
— В девять часов… — повторила она.
Ее глаза не отрывались от лица Рейберна. Казалось, она хочет сказать нечто другое, чем эти обыденные слова.
Он легонько пожал ей руку и удалился.
А Виола, поднимаясь по ступенькам к себе в спальню, думала о том, что она любит этого человека всем сердцем…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Выбираю любовь - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Выбираю любовь - Картленд Барбара



Бредятина!!! Кое как дочитала, как-то вяло все, занудно, полная чушь, героиня дура и вечно ревущая размазня, короче жалко потерянного времени!
Выбираю любовь - Картленд БарбараАнара
28.03.2012, 12.11





милая сказкаrnно вечно ноющая гг ужасно бесит
Выбираю любовь - Картленд БарбараАля
20.03.2013, 15.43





интересная книга.Что касается героини, то никакая это не дура и размазня.А робкая девушка,которую все затюкали.
Выбираю любовь - Картленд Барбаранонна
8.01.2014, 16.14





видимо, у автора не было вдохновения
Выбираю любовь - Картленд БарбараЛюбовь
6.03.2015, 15.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100