Читать онлайн Триумф сердца, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Триумф сердца - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Триумф сердца - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Триумф сердца - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Триумф сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Дверь приотворилась настолько, чтобы Керисса могла вснуть головку в образовавшуюся щель. Она увидела, что Шелдон бодрствует, и решилась войти.
Девушка изучающе уставилась на него.
– Вам лучше?
– Намного. Я почти выздоровел. Он сидел, откинувшись на подушки, рука его покоилась на перевязи, но он был гладко выбрит, причесан и обрел свой прежний облик.
Керисса поспешно приблизилась к ложу больного. От его взгляда не укрылось, что она тщательно подготовилась к свиданию. Очаровательное прозрачное неглиже из нежно-голубого газа великолепно сочеталось с ее темными локонами.
– Как все замечательно складывается, монсеньор! – воскликнула она. – Вы, оказывается, настоящий герой! Все газеты полны восхвалений, о вашей храбрости уже слагаются легенды.
– Газеты? – насторожился Шелдон.
– Да… О вас напечатана целая колонка в «Бат Геральд», и там же интервью с Чап-меном и Бобо о том, что произошло.
– Дай-ка мне взглянуть.
На лбу Харкорта появилась морщинка, которая совсем не понравилась Кериссе.
– Вы чем-то недовольны?
– Меньше всего я желал бы попасть в газету, даже если она издается в Бате и только там ее и читают.
Он взял у нее газету и увидел, что вся первая страница посвящена их недавнему приключению.
Заголовок был кричащим и напечатан огромными буквами:
«ОТЪЯВЛЕННЫЕ НЕГОДЯИ НАШЛИ СВОЙ КОНЕЦ!
Грабители с большой дороги пали от руки благородного джентльмена!
Новость эта была встречена в Бате с ликованием. Двое известных негодяев, покушавшихся на жизнь и достояние уважаемых гостей нашего города на протяжении последних лет, наконец понесли заслуженную кару.
Известные под кличками Черный Джой и Рыжий Руф, эти мерзавцы останавливали экипажи, проезжающие через пустошь в окрестностях Бата, и грабили путников.
Их жуткая внешность и грубые манеры пугали женщин, и несчастные леди отдавали им все свои ценности. Так как бандиты нападали только на кареты, путешествующие без верховой охраны, они до сих пор не встречали сопротивления.
Но во вторник вечером безнаказанному разбою пришел конец.
Шелдон Харкорт, эсквайр, знатный гость нашего курорта, препровождал на лечение в Бат свою подопечную – графиню Кериссу де Валенс, дочь покойного герцога де Валенс.
Их карета попала в засаду на плоскогорье при подъезде к Бату.
Расследование показало, что именно Черный Джой открыл дверцу экипажа и, угрожая пистолетом, потребовал у путников деньги и ценности. В это время Рыжий Руф держал на мушке кучера и чернокожего слугу графини.
Не отвечая на наглое требование Черного Джоя, мистер Харкорт выстрелил в грабителя и смертельно ранил его, а тот, падая, разрядил свой пистолет в руку мистера Харкорта.
Рыжий Руф отвлекся на звуки выстрелов и тотчас был поражен кинжалом, брошенным с превеликим мастерством и большой силой чернокожим слугой.
Оба негодяя, поплатившиеся за свое разбойное ремесло, были найдены на следующее утро мертвыми возле дороги, а их лошади привязанными поблизости к дереву.
Графиня Керисса де Валенс и ее опекун остановились в гостинице «Белый олень», но никого не принимали, и представитель нашей газеты, пожелавший осведомиться об их здоровье, не был к ним допущен. Однако Тед Чапмен, их кучер, выступил в качестве свидетеля перед мировым судьей.
Мы убеждены, что все обитатели нашего города в глубоком долгу перед мистером Шелдоном Харкортом за избавление нас от мерзавцев, наводивших страх на путешествующих граждан столь непозволительно долгое время».
– Ну что я вам говорила? – воскликнула Керисса, заметив, что Шелдон добрался до конца статьи. – Разве это не льстит вашему самолюбию?
– Такого рода популярность, – ответил Шелдон, – мне не по душе. Будем надеяться, что в Лондоне не проявят интереса к этому незначительному событию.
Холодность Шелдона ошеломила Кериссу. Но при ее сообразительности Кериссе не стоило большого труда догадаться, что Шелдон не желает, чтобы стало известно о его появлении в Англии.
Легко было понять, что она ничего не добьется, задавая вопросы. Поэтому девушка сменила тему разговора.
– Мне столько вам надо рассказать. Франсина запрещала мне вас беспокоить вчера, а я провела время не без пользы.
Она присела на краешек кровати и произнесла с улыбкой:
– Если честно, я проспала весь день напролет.
– Мне об этом доложили, когда я поинтересовался, чем ты занята. Ему стоило немалых усилий скрыть восхищение, которое вызывал в нем сегодняшний вид его подопечной.
Продолжительный отдых вернул нежный румянец на ее щеки, исчезли тени из-под ее глаз. Личико Кериссы, обрамленное черными локонами, как бы притягивало к себе солнечный свет, льющийся из окна.
Снаружи был прохладный, но ясный день. Легкий морозец, словно шаловливый волшебник, заставил всю природу сиять, осыпав белым снежком землю, деревья и крыши домов. Сам прозрачный воздух, казалось, тоже светился…
Искорки вспыхнули в глазах Кериссы, когда она вновь заговорила:
– Но какое количество визитеров пожаловало к нам! Я собрала все визитные карточки, чтобы показать вам, а гостиная полна цветов.
Шелдон понимающе кивнул.
– Более драматично обставить наше первое появление в Бате не додумался бы никто. Сама жизнь подарила нам шанс.
– Это правда, – согласилась Керисса. – Кстати, один посетитель, оставивший свою карточку, сказал Франсине, что он главный церемониймейстер. Что это такое?
– Это означает, что ты получишь доступ в Зал ассамблей, где встретишь всех важных персон из тех, что сейчас находятся в Бате.
Губы Шелдона тронула циничная усмешка, когда он объяснил Кериссе:
– Рядовой курортник должен сам первым нанести формальный визит распорядителю церемоний, представиться и тогда только будет допущен в общество. А вполне возможно, ему и откажут.
– Но распорядитель церемоний пришел к нам сам!
– Значит, нас принимают за важных особ. Разве ты не этого хотела? – спросил Шелдон, явно подсмеиваясь над Кериссой. – Когда он в следующий раз явится и ты примешь его, тебе придется, разумеется, заплатить за наш абонемент.
– Мы должны что-то платить? – забеспокоилась Керисса.
– Могу заверить тебя, что в Бате, как и всюду, ничего не дается даром. Ничего не отдав, ничего и не приобретешь, – философски заметил Шелдон Харкорт.
Заметив тревожное выражение в глазах Кериссы, он поспешил успокоить ее:
– Впрочем, это пустяки! Ты уже твердо стоишь на первой ступеньке социальной лесенки, так что смело взбирайся выше!
– По-моему, вы этим не очень-то довольны…
– Я доволен за тебя.
– Но как было бы прекрасно… если б мы радовались вместе!
– Я буду радоваться не меньше, чем ты, но… издали, – улыбнулся Шелдон и продолжал деловым тоном: – Теперь выслушай меня. Первым делом ты должна поменять свое неглиже на пристойный наряд. Второе – ты отправляешься с Франсиной в курзал. Там, как я предполагаю, все уже с нетерпением ждут твоего появления.
– В курзал?.. – переспросила Керисса, не веря своим ушам.
– Ты будешь пить целебные воды. А их качают из-под земли насосами. Они на вкус отвратительны и пахнут не лучше, но запомни – ты приехала в Бат поправить свое здоровье. Так уж, пожалуйста, заставь себя проглотить пару стаканов водички.
– А потом?..
– Потом, если останешься жива… будешь действовать, смотря по обстоятельствам. Я тебя отпускаю в свободное плавание. Мне доктор не разрешил вставать с постели до завтра.
– О нет! Это ужасно! – запротестовала Керисса. – Я надеялась, что мы все будем делать вместе…
– Вряд ли это разумно. По-моему, постельный режим, прописанный мне доктором, для нас очень выгоден. Ты так трогательна в своем черном облачении, что, я уверен, найдется немало джентльменов, готовых утешать тебя в отсутствие опекуна.
Он был настолько саркастичен, что Керисса глянула на него в растерянности – не дразнит ли ее Шелдон, как обычно?
Но он прикрикнул:
– Быстрей! Быстрей! Не теряй времени! И немедленно скинь это неприличное одеяние, что на тебе сейчас, и никогда не появляйся в нем у меня на глазах. Даже опекуны не заслуживают пытки лицезреть столь юную прелестную особу в дезабилье.
Керисса вскочила.
– Не дезабилье, а неглиже! Разве вам оно не нравится? Это лучшее из моих неглиже, и я считаю, что оно очень миленькое…
– Чертовски миленько рассматривать тебя сквозь него, согласен, – заявил Шелдон. – А теперь прочь из моей комнаты, и дай мне возможность вести себя как инвалиду, каковым меня здесь считают.
– Мужчины всегда капризны, когда болеют, – сказала Керисса, – но так как я хочу, чтобы вы скорее выздоровели, то не буду вам перечить, а поступлю, как вы мне велите. Я знаю, что вам сейчас надо угождать во всем.
– Вот и угождай мне! Проваливай! – приказал Шелдон довольно грубо.
После ее ухода он снова взялся за газету.
По курортному расписанию было уже довольно поздно, когда Керисса, сопровождаемая Франсиной, появилась в курзале.
Греческие колонны украшали это поистине замечательное сооружение. Строили его долго, а последние штрихи наносил прославленный архитектор Томан Болдвин.
Керисса не могла не восторгаться при виде просторного зала с ослепительно белыми колоннадами, подпирающими устремленный ввысь потолок застекленными округлыми светлыми нишами с обоих концов, и галереей для музыкантов.
В нише возвышалась статуя джентльмена плотного сложения. Это был, как потом выяснила Керисса, Бью Нэш – мэр Бата в начале восемнадцатого столетия и фактический основатель самого известного курорта в Англии.
Однако Кериссе некогда было осматривать достопримечательности этого роскошного заведения. Первый визит всегда волнителен, когда чувствуешь себя чужаком и не знаешь, к кому обратиться.
Керисса заметила в дальнем конце зала безукоризненно одетую почтенную даму в широкополой белоснежной шляпке с голубой лентой вокруг тульи. Женщина подавала посетителям высокие стаканы со знаменитой целебной водой. К ней и направила свои стопы Керисса.
Она шла через зал медленно и с достоинством, скромно опустив глаза, и как бы не замечала, что все смотрят на нее.
Публики было уже не так много, как обычно по утрам. В ранние часы курзал бывал заполнен до отказа несчастными страдальцами, надеющимися на чудо. Теперь же те, кто присутствовал здесь, пришли на самом деле скорее не для лечения, а для того, чтобы пообщаться со знакомыми, как говорится – других повидать и себя показать.
Это был обязательный курортный ритуал. После приема порции отвратительно пахнущей жидкости леди и джентльмены расходились – кто в библиотеку и читальню за газетами, кто в уютные кафе.
Керисса была только на половине пути к цели, как уже ощутила, что кто-то идет рядом с ней, подлаживаясь под ее шаг.
Она подняла взгляд и обнаружила, что это сэр Ральф Тревеллин. Он выглядел еще привлекательнее и импозантнее, чем в знаменательный вечер ее появления в «Белом олене».
С поклоном сэр Тревеллин произнес:
– Какое счастье, графиня, что вы немного оправились! Я был у вас с визитом вчера, но мне сказали, что вы никого не принимаете. Я боялся, что ужасное событие, случившееся на дороге, нанесло вред вашему здоровью.
– Bonjour, сэр Ральф! – откликнулась Керисса и сделала изящный реверанс. – Как мне было приятно узнать, что вы навестили меня, и еще приятнее получить от вас прекрасный букет! Я благодарю вас! Благодарю!
– Это лишь ничтожная дань, плата за великое благодеяние, оказанное нашему городу вами и вашим мужественным опекуном. Мы у вас в вечном долгу.
– Вы необыкновенно любезны, – сказала Керисса. – Но мне бы не хотелось пережить подобное вторично.
– О, я вас понимаю!
– Нам просто повезло! Все могло кончиться гораздо хуже, – храбро заявила Керисса.
– Доктор Прайс сообщил, что рана мистера Харкорта не слишком опасна.
– Доктор Прайс очень строгий доктор, – улыбнулась Керисса. – Он не разрешает монсеньору вставать.
– Доктор Прайс знает свое дело, ему надо доверять. Хоть это и прискорбно, но из всякого положения есть выход. В отсутствие мистера Харкорта не окажете ли вы мне честь, графиня, позволив сопровождать вас и… – тут сэр Ральф сделал попытку пошутить, – и охранять!
– Я надеюсь, что здесь… я в безопасности. – Керисса оглянулась по сторонам с притворным испугом. – К тому же со мной моя служанка,
– Я не имею в виду нападение разбойников, – улыбнулся сэр Ральф. – Здесь вам это не грозит. Но поймите меня правильно, все в Бате горят желанием завести с вами знакомство…
– Со мной? – Изумление Кериссы казалось неподдельным.
– Разумеется, с вами. Вы не только главная героиня драмы, разыгравшейся в окрестностях курорта, но – извините меня за мою прямоту – еще и очень красивая женщина.
Керисса великолепно изобразила смущение и, казалось, потеряла дар речи. Сэр Ральф поспешил представить сконфуженную девушку находящимся поблизости дамам.
Она плохо расслышала их имена, но уловила, что каждая была обладательницей какого-нибудь титула.
Керисса отметила, что все они были не так уж шикарно одеты, как она ожидала, хотя платья их были пошиты из самых дорогих материалов. Шелка и бархат были отменного качества, а немногие драгоценности, которыми леди украсили себя, стоили, вероятно, целое состояние.
Свойственная девушке проницательность подсказала ей, что истинно благородные леди не выставляют себя напоказ и не гонятся бездумно за последней модой.
Ее положение в обществе не нужно утверждать броскими нарядами.
Керисса сделала для себя вывод, что выбранное ею на сегодняшний день скромное одеяние и отсутствие бриллиантов произвели на дам благоприятное впечатление. А то, что она держалась с достоинством, но без излишней самоуверенности, располагало к ней ее новых знакомых.
Керисса не стала ввязываться в светскую беседу. Извинившись и сославшись на предписание доктора Прайса пить целебную воду, она проследовала со своим спутником к стойке, где сэр Ральф галантно подал ей стакан.
Кериссе достаточно было сделать один глоток, чтобы убедиться, насколько прав был Шелдон, предсказывая, что вода придется ей не по вкусу.
Если говорить о вкусе, то он был отвратителен, но она проявила такт и не сказала об этом вслух. Однако пить воду и даже находиться близко от дурно пахнущих кранов она была не в состоянии.
Сэр Ральф выручил ее:
– Позвольте показать вам Королевские купальни?
– Вы хотите сказать, что мы можем увидеть их отсюда?
В Кериссе проснулось любопытство.
– Конечно, Королевские купальни как раз расположены за окнами, – сообщил сэр Ральф.
Он подвел ее к окну, и она увидела множество людей, вероятно, больных и калек, погрузившихся по горло в горячую, окутанную паром воду.
К удивлению Кериссы, женщины и мужчины купались вместе.
– Как необычно! – воскликнула она. Сэр Ральф рассмеялся.
– Действительно, вновь прибывшему в Бат человеку это покажется несколько странным, но люди готовы на все, чтобы избавиться от своих болезней, и, несомненно, здесь, на этом курорте, иногда совершаются чудеса.
– Но я ни за что не стану купаться вместе со всей этой публикой! – решительно заявила Керисса.
– Да, это не очень приятно, – согласился сэр Ральф.
– А как же с одеждой?.. Ведь они голые? – поинтересовалась Керисса.
– Перед купанием их раздевают пожилые женщины… специально нанятые… Они же потом вытирают купальщиков, заворачивают их в теплые одеяла и большинство курортников развозят по квартирам в специальных креслах.
Керисса с интересом посмотрела на него.
– А что это такое?
– Скоро вы их увидите, – пообещал сэр Ральф. – Кажется, это изобретение еще самого Нэша. Для инвалидов это незаменимый вид транспорта. Смотрите! Вот перед вами один экземпляр!
Сэр Ральф показал на кресло с большими колесами, которое толкал вдоль колоннады слуга в ливрее. В кресле восседала очень толстая и очень старая женщина, обвешанная бриллиантами и греющая руки в меховой муфте.
Керисса не могла сдержать смех.
– Вам еще не скоро придется путешествовать в подобном экипаже, – заверил девушку сэр Ральф. – Но здесь, в Бате, такой способ передвижения весьма распространен. Многие приезжают в таких креслах на званые обеды, чтобы лишний раз не запрягать лошадей в целях экономии.
– Я догадываюсь, что в Бате все как-то связано с целебной водой и ваннами.
– Конечно. Даже местные бисквиты названы кондитерами «ванны Оливера». Их пекут по рецепту знаменитого врача сэра Уильяма Оливера.
– Надеюсь, они съедобны и не так пахнут, как целебная вода! – сморщила носик Керисса.
Сэр Ральф сжалился и забрал у девушки стакан, который она по-прежнему сжимала в руке.
– Не пытайтесь влить в себя этой гадости больше, чем можете. Доктору Прайсу я вас не выдам.
– Спасибо, – улыбнулась Керисса. ~ Но сейчас, я думаю, мне следует возвратиться под крылышко своего опекуна. Вероятно, он уже интересуется, почему я так долго отсутствую.
– Мне хотелось бы еще многое вам показать и со многими людьми познакомить.
– Может быть… в другой раз, – неопределенно произнесла Керисса.
– Могу ли я предложить вам прогулку в моем экипаже во второй половине дня? Погода стоит чудесная, и я показал бы вам местные достопримечательности.
Керисса улыбалась. Тогда он произнес с мягкой настойчивостью:
– Пожалуйста, дайте согласие. Вы доставите мне удовольствие, которое я даже не в силах выразить словами.
– Мне надо посоветоваться с опекуном. Я впервые в Англии и боюсь совершить поступок, который сочтут неправильным. А в таком случае, я уверена, он очень рассердится на меня.
– Он строг с вами?
– Очень… – ответила Керисса с грустью. – Он старается… заменить мне моего отца.
Она тихо вздохнула, и Ральф сказал поспешно:
– Я догадываюсь, как вам грустно и одиноко, но мы в Англии сделаем все возможное, чтобы вы забыли пережитые вами беды.
– Забыть это невозможно… – тихо произнесла Керисса, – но, вероятно, со временем воспоминания перестанут быть такими… мучительными…
– Вы мужественная молодая леди!
– Я стараюсь… быть такой, но иногда… безуспешно.
– Если вам нужен верный друг, то вот он – перед вами. – Сэр Ральф понизил голос. – Всей душой готов служить вам.
Она бросила на него мимолетный взгляд, затем отвернулась, словно бы сконфуженная.
– Все же мне следует поскорее вернуться в отель.
– Я провожу вас, – сказал сэр Ральф.
Они отправились в обратный путь, а Франсина неотступно следовала за ними по пятам.
Так как «Белый олень» был совсем близко от курзала, прогулка закончилась через пару минут.
– Я уже поняла, что Бат действительно прекрасен, – произнесла Керисса, оглядываясь.
– Я покажу вам новые улицы, а полукруглую площадь и бульвары, которыми горожане весьма гордятся, мы сможем осмотреть, проехав в моем фаэтоне, – сказал сэр Ральф, предвкушая удовольствие от предстоящей совместной экскурсии.
– Я не имею права что-либо обещать вам, пока не поговорю с монсеньером.
– А нельзя это сделать сейчас? – настаивал сэр Ральф. – Ваша служанка могла бы выйти и сообщить мне ваш ответ.
– Пожалуй, я так и поступлю, – согласилась Керисса. – Если, конечно, монсеньор не спит.
– Я буду ждать! – сказал сэр Ральф и остался стоять в холле гостиницы.
– Благодарю вас за то, что вы были так добры ко мне! – произнесла Керисса детским голоском и стала медленно поднимать ся по широкой лестнице, догадываясь, что он смотрит ей вслед.
Она для приличия стукнула разок в дверь Шелдона и тут же ворвалась в спальню.
– Я имела ошеломляющий успех! – воскликнула она на ходу и, усевшись без приглашения на край постели, продолжила: – Сэр Ральф Тревеллин – тот человек, что прислал нам доктора Прайса, – у моих ног! Он пригласил меня на прогулку в своем фаэтоне. Сегодня после полудня… Я сказала, что ничего не делаю без вашего разрешения и что вы… очень строгий.
Шелдон воззрился на нее с неопределенным выражением на лице.
– Я выяснил у доктора, – сказал Шелдон после короткого молчания, – что сэр Ральф Тревеллин очень богатый человек, невероятно богатый. Но он впервые посетил Бат, и доктор о нем больше ничего не знает.
– А что еще требуется знать, если он очень богат? – беспечно заявила Керисса. – Решайте, монсеньор. Или мне ехать кататься с ним, или продержать его в состоянии неизвестности до завтрашнего дня.
– У него могут быть… иные цели, – задумчиво сказал Шелдон.
– Мне он таким не показался, – сказала Керисса. – Все леди, с которыми он меня познакомил в курзале, средних лет или старше, и у каждой, я уверена, имеется супруг и с полдюжины детишек, ожидающих мамочку дома.
– Доктор сказал, что Тревеллин здесь один и занял апартаменты в «Йорк-хаузе», а этот отель еще дороже, чем наш.
– А нам не стоит туда перебраться? – поинтересовалась Керисса.
– Может, и стоит. Это в любом случае пойдет нам на пользу. Доктор говорит, что весь Бат полнится слухами о нашем появлении на приеме у лорда Уолбертона и о том, какой мы произвели фурор.
– Как мне везет! – воскликнула Керисса. – С тех пор, как я попала в Кале, моя жизнь стала похожа на волшебный сон. Я все время скрещиваю мизинцы, чтобы вы не исчезли…
– Мы вроде бы завели разговор о сэре Тревеллине. Не вернуться ли нам к этой теме?
– Он проявил интерес ко мне, а я, как мы оба считаем, должна поймать на крючок еще нескольких кандидатов, чтобы было из кого выбирать. Вы не в счет, хотя я охотно включила бы вас в их число.
– Спасибо, – сухо откликнулся Шелдон, – но учти, что время не на нашей стороне, так что решай свою головоломку как можно скорее.
Последовала пауза.
– Вас волнует денежный вопрос? – осведомилась Керисса.
– Из всех волнующих меня вопросов этот на первом месте.
– А другие… вопросы?
– Нет надобности загружать ими твою головку в данный момент. Прогуляйся в свое удовольствие с сэром Ральфом и заодно приглядись к нему как следует, постарайся понять, что он из себя представляет. И не расточай понапрасну свой шарм.
– Не буду, – покорно кивнула Керисса.
Она отправилась на поиски Франсины.
Воодушевление, еще недавно светившееся в ее глазах, несколько поугасло.
Впрочем, поездка с сэром Ральфом на его фаэтоне оставила приятное впечатление.
Керисса, отбросив прочь тревожные мысли, от чистого сердца наслаждалась и роскошным фаэтоном, влекомым парой великолепных лошадей, и видами очаровательного городка.
Несомненно, и площадь Королевы, и бульвар, и эспланада являли собой образцы архитектурной выдумки и безупречного вкуса.
– У меня только одна надежда, что война с Францией не помешает осуществить намеченные планы еще большего украшения Бата, – признался сэр Ральф.
– Но война ведь не продлится долго? – высказала свое мнение Керисса.
– Надеюсь, но у всех войн, особенно на континенте, есть дурной обычай затягиваться.
Керисса вздохнула. Ее вздох напоминал дуновение ветерка.
– На долю Франции и так выпало много страданий.
– Ваши чувства понятны… Но давайте перейдем на более приятные темы. О вас, например.
– Я так думаю, что обо мне вы все уже знаете. А возвращаться в такой момент к воспоминаниям о счастливых днях… до начала революции… мне невыносимо… – Голосок ее дрогнул, но она продолжала: – Лучше поговорим о вас, сэр Ральф. Расскажите о себе.
– Я живу в очень большом доме, – начал он, – в Оксфордшире.
– Вы живете один?
– Да, за исключением тех случаев, когда меня навещают друзья. А это происходит довольно часто.
– Я так понимаю – вы нуждаетесь в них. Иначе бы вы почувствовали себя одиноким.
– Это правда, – согласился сэр Ральф. – Я уверен, что вам понравился бы мой дом, в меру красивый и весьма комфортабельный. Может быть, когда вы покинете Бат, вы вместе с вашим опекуном нанесете мне визит?
– В самом деле? О, я была бы счастлива. Я столько слышала хорошего о загородных домах в Англии, что мечтаю побывать хотя бы в одном из них.
– Надеюсь, ваш опекун описывал вам свой фамильный особняк, – предположил сэр Ральф. – Доннингтон-холл действительно впечатляющее здание. Оно просто ошеломляет своим внешним видом.
Керисса промолчала. Она не могла признаться, что никогда не слышала о Доннинг-тон-холле и о том, что Шелдон Харкорт как-то с ним связан.
– Расскажите мне о вашем доме подробней, сэр Ральф, – попросила она.
Сэр Ральф с большой охотой поведал ей о сокровищах, собранных его предками за многие века, о парке, созданном по проекту самого Брауна, и о фасаде в стиле Палладио.
Сэр Ральф не стал долго задерживать Кериссу, так как, едва солнце зашло, в воздухе заметно похолодало.
– Ночью ожидается сильный мороз, – предупредил он, поворачивая лошадей обратно к «Белому оленю». – Но все же в это время года в Бате теплее, чем где-нибудь в другом месте Англии.
– Мне повезло, что я попала сюда, – улыбнулась Керисса.
– А мне повезло, что я встретил вас здесь, – проявил галантность сэр Ральф.
Они уже подъезжали к отелю, когда он сказал:
– Осмелюсь надеяться, что ваш опекун позволит вам принять мое приглашение на обед, который сегодня вечером дает леди Имоджин Кенридж.
Керисса посмотрела на него озадаченно, и тогда он пояснил:
– Леди Имоджин – сестра маркиза Уичвуда. Она находится здесь со своей матушкой, вдовствующей маркизой. Поскольку они обе вдовы, то у каждой отдельный особняк.
Сэр Ральф остановил экипаж и продолжал:
– У леди Имоджин прелестный домик на площади Королевы. Я знаю, что она будет рада видеть вас у себя в гостях. Между прочим, она присутствовала на приеме у лорда Уолбертона, когда вы там неожиданно появились.
– Я бы с радостью согласилась, – сказала Керисса, – но должна сперва спросить разрешения у опекуна.
– Я пошлю одного из моих слуг за вашим ответом через полчаса.
Он улыбнулся несколько смущенно.
– Вероятно, я нарушаю некоторые формальности, приглашая вас так неожиданно, но уверен, что леди Имоджин черкнет вам личное письмецо, узнав, что вы вечером свободны.
– Благодарю за столь приятную поездку! – сказала Керисса.
Сэр Ральф бросил поводья подбежавшему груму и сам спрыгнул на землю, чтобы помочь даме сойти.
Он задержал ее ручку в своей несколько дольше, чем это было необходимо. Когда же она шагнула к подъезду, сэр Ральф произнес негромко, но настоятельно:
– Пожалуйста, подарите мне этот вечер. Я буду очень расстроен, если вы откажетесь.
В самой этой просьбе и в его тоне было что-то мальчишеское. Керисса невольно улыбнулась и проследовала в комнату Шелдона.
Ее щечки разрумянились на морозе, и выглядела она очаровательно, когда вошла в теплое помещение, где в камине ярко пылал огонь.
– Он уже всерьез ухаживает за мной, – сообщила Керисса без лишних предисловий. – Сегодня он пригласил меня отобедать у леди Имоджин Кенридж.
– У кого?
– У леди Имоджин Кенридж. Я уверена, что правильно произнесла это имя. Она дочь маркиза Уичвуда. Ее папочка, вероятно, скончался, так как сэр Ральф сказал, что ее брат теперь маркиз.
– Да, так оно и есть.
– Вы с ней знакомы?
– Можно сказать и так…
Что-то в его тоне насторожило Кериссу.
– Вы не хотели бы снова увидеться с ней?
– Дело не в этом. Она может знать о моем прошлом, и я бы предпочел избежать встречи с нею.
– Сэр Ральф сказал, что ваше родовое поместье называется Доннингтон-Парк.
– Значит, они знают, – едва слышно произнес Шелдон. – К сожалению, невозможно сохранить тайну, если не путешествовать инкогнито.
– А что это за тайна? – Керисса просто сгорала от любопытства.
– Когда-нибудь я все тебе расскажу, – ответил он, – но сейчас представляю, как твой ухажер подпрыгивает в нетерпении, желая узнать, согласишься ли ты провести с ним вечер.
– С леди Имоджин, а не с ним наедине, – поправила Керисса Шелдона.
– Надеюсь, что не наедине.
После короткой паузы он вдруг заговорил раздраженно:
– Чего ты ждешь? Скажи ему, что ты счастлива принять его предложение и готова прыгнуть ему в руки, едва только он протянет их. Ты же именно этого хочешь, разве нет?
Резкость его тона заставила Кериссу взглянуть на Шелдона с сомнением.
– Я думала, что мы… что у нас общая цель. Он очень богат… и живет один…
– Ты готова выйти за него замуж?
На какой-то момент воцарилась тишина.
Керисса колебалась.
– Я не совсем уверена в этом… но он вращается в нужных нам кругах… Он знает людей, с кем я бы хотела свести знакомство…
– Тогда пиши ему записку! – вырвалось у Шелдона. – Напиши, что с замиранием сердца, с трепетом, с дрожью в коленках… ждешь, когда он увлечет тебя куда ему заблагорассудится, а ты готова пойти за ним хоть на край света… а для начала на обед к леди Имоджин Кенридж.
Керисса прошлась по комнате.
– Для начала, я думаю, вам нужно выпить минеральной воды в курзале. После этого мир покажется вам прекрасным, – вызывающе сказала она.
Затем девушка покинула спальню, а Шелдон откинулся на подушки. Ему было весьма стыдно за себя. Он подумал: «Чем скорее я перестану вести себя как капризное дитя, тем больше от меня будет пользы. От долгого лежания мои нервы совсем расшатались».
Он начал приводить в порядок свои мысли и пришел к выводу, что его вынужденная пассивность, наоборот, помогает их общему с Кериссой делу. Вряд ли приглашение на обед последовало бы так быстро, если бы и его, опекуна молодой красотки, нужно было включать в список гостей. Нет ничего на свете более привлекательного для галантного мужчины, чем храбрая девушка, в одиночестве пробивающая себе путь в суровом и враждебном ей мире.
И вполне очевидно, что Керисса справляется с задачей самостоятельно и использует ситуацию с блеском и ради своей выгоды.
Однако у него возникла идея по поводу сегодняшнего вечера, и он вызвал Франсину.
Едва она явилась, Шелдон заявил тоном, не терпящим возражений:
– Ты будешь сопровождать мадемуазель Кериссу, когда она отправится на обед. Поедешь с ней в экипаже и подождешь в доме, чтобы проводить ее обратно.
Франсина выглядела удивленной, и Шелдон снизошел до объяснений:
– Мы должны оберегать репутацию мадемуазель. Было бы ошибкой с ее стороны предстать в глазах людей чересчур пылкой и неосмотрительной.
– Монсеньор рассуждает очень здраво, – кивнула Франсина.
В ее голосе и во взгляде чувствовалось одобрение.
– Я хорошо знаю высший свет и знаю, какие там ядовитые языки, – заметил Шелдон как бы про себя.
Он встретился с Кериссой, когда она, полностью одетая к званому обеду, зашла к нему в комнату, чтобы спросить, одобряет ли он ее внешний вид.
То, что она еще никогда раньше не выглядела такой привлекательной, сомнению не подлежало.
Обнаженные плечи, сверкающие белизной, но теплые, живые, в сочетании с платьем из черного нежного газа, принадлежавшим когда-то ее матушке, представляли зрелище, которым просто любоваться было нельзя, не испытывая при этом иных чувств.
Платье окутывало фигуру Кериссы, но и открывало взгляду все ее достоинства. Материнское ожерелье из жемчуга матово светилось на ее шее.
Франсина соорудила Кериссе такую прическу, что все ее завитки и локоны казались естественными, и в этой шелковистой темной массе волос яркими цветными пятнышками выделялись два крохотных бутончика роз.
Огромные глаза Кериссы, казалось, занимали все ее тонко очерченное личико, и когда она остановилась возле его кровати, требуя, чтобы он высказал свое мнение, Шелдон понял, что девушки подобной красоты ему в жизни не встречалось.
Он был убежден, что Керисса пленит всех гостей мужского пола на вечернем приеме, даже если женщины будут атаковать ее исподтишка и подпускать шпильки.
– По-моему, я сделала все, чтобы вам угодить! – первой подала она голос, так как Шелдон тупо молчал. – То, что вы хотели, то, кажется, и получили.
– А ты ждешь от меня аплодисментов? Их будет достаточно там, где они тебе действительно нужны.
– Вы все еще сердитесь? – поинтересовалась Керисса.
Не получив ответа, она подошла ближе, и ее ладонь легла на его рукав.
– Если бы я поступила так, как действительно хочу, то предпочла бы остаться здесь с вами, – сказала она тихо. – Мы могли бы пообедать вместе и поговорить о вещах… о которых я даже не имею представления… о том, чему только вы можете меня научить.
Ее пальчики сжали его руку крепче. Керисса продолжала:
– Но я знаю, что вас беспокоит отсутствие денег. И даже на еде нам следует экономить.
– Ты абсолютно права, – подтвердил Шелдон. – Прости, что я вел себя, как медведь, разбуженный во время зимней спячки, но моя болезнь меня бесит. Я не привык болеть.
– Конечно, вы не привыкли. Как и все мужчины, – умудренно заявила Керисса.
– Иди и развлекайся! И не беспокойся о том, как выглядишь. Ты все там перевернешь вверх тормашками!
Керисса посмотрела на него озадаченно.
– Как это… тормашками? Что означает это слово?
Шелдон улыбнулся.
– Это означает, что все онемеют при твоем появлении, а потом тебя провозгласят звездой курорта Бат!
Он увидел, что глаза ее заблестели, и расхохотался:
– Ты очень красива! Ты ведь хотела, чтобы я тебе это сказал, разве не так? Что ж, я это сказал. Теперь иди.
Керисса наклонилась к нему.
– Воп soir, монсеньор, – прошептала она и поцеловала Шелдона в щеку.
Дом на площади Королевы был скорее дворцом. В холле толпилось множество слуг в голубых ливреях с серебряными пуговицами.
Поднимаясь по плавно изогнутой лестнице наверх, Керисса услышала невнятный говор многих голосов и поняла, что приглашенных на скромный обед в «домике» гораздо больше, чем она ожидала.
В салоне с портьерами из голубой парчи, залитом светом пяти хрустальных люстр, собралось не менее тридцати гостей.
Стены были ослепительно белыми с позолотой, и когда Керисса увидела хозяйку дома, она сразу же сделала заключение, что все цвета в интерьере соответствуют платью, да и всему облику леди Имоджин.
Возраст гостеприимной дамы можно было определить примерно лет в двадцать пять, она была в самом расцвете красоты и женственности. Керисса рассчитывала встретить более пожилую женщину и поэтому в первый момент немного растерялась.
Зная, что леди Имоджин вдова, Керисса почему-то подумала про нее, что она ровесница сэра Ральфа. При виде молодой богини красоты в бело-голубом с золотом одеянии у Кериссы перехватило дыхание.
В высшем свете леди Имоджин провозгласили «бесподобной», как только она появилась на первом своем балу.
В семнадцать лет она взяла Лондон штурмом, в восемнадцать обвенчалась с Джулианом Кенриджем, сыном и наследником невероятно богатого пэра, чьи дикие выходки и безумные идеи неизменно находили отражение на страницах «Бомонда».
Он фактически покончил с собой три года спустя, затеяв чудовищный полночный стипльчез с завязанными глазами за приз в пятьсот гиней. Конечно, такой способ расстаться с жизнью нельзя было назвать разумным, но Джулиан Кенридж за время своего краткого пребывания на этом свете не совершил ни одного разумного поступка, за исключением выбора супруги.
Леди Имоджин не слишком долго оплакивала его. Она нашла весьма приятным для себя статус вдовы двадцати одного года от роду, обладающей огромным состоянием, благосклонности которой добивался практически любой мужчина.
Семья усиленно пыталась вновь выдать ее замуж и поскорее, но она отвергла все предложения, настаивая на том, что будет сама себе хозяйкой и благодаря богатству покойного супруга независимой от кого-либо.
В окружении принца Уэльского в Сент-Джеймсском дворце о ее любовных похождениях постоянно возникали толки, но, так как она была красива, богата и имела высокий титул, никто не посмел подвергнуть ее остракизму.
И она жила так, как хотела.
Леди Имоджин была свидетельницей необычного появления Кериссы и Шелдона в «Белом олене», и этот эпизод ее позабавил хотя бы потому, что был поставлен и разыгран мастерски.
Бат показался ей скучным. Однако удалиться на некоторое время из Лондона всегда приятно. Слабое здоровье ее матери послужило благовидным предлогом, чтобы улизнуть от очередного ухажера, который стал назойливым и начал тяготить ее.
Несмотря на толпу навязчивых поклонников, последовавших за ней на целебные воды, после месяца процедур и тщательно продуманных еще великим Нэшем обязательных курортных развлечений леди Имоджин пришла к выводу, что все это ей надоело.
Она стала искать взглядом вокруг новый предмет для забавы, но фантазия ничего ей не подсказывала, пока она не увидела, как бесчувственного Шелдона Харкорта торжественно вносят в отель.
Одного мимолетного взгляда на откинувшегося в позе мученика красивого мужчину было достаточно, чтобы мгновенно понять – объект для приложения переполнявших ее жизненных сил, а также умственных способностей найден!
Леди Имоджин всегда шла к цели экстравагантным путем. Но уж если она наметила что-то, никакие препятствия ее не останавливали и ничто не могло заставить ее изменить свои планы.
Решение она приняла еще до того, как слуги, уносящие тело страдальца, скрылись за поворотом лестницы. Шелдон Харкорт на какое-то время войдет в ее жизнь. Вопрос только в том, как скоро это произойдет.
Леди Имоджин видела, как сэр Ральф обхаживал Кериссу в курзале, и поняла, что удача сама плывет ей в руки и через эту парочку она непременно выйдет на мистера Харкорта.
– Я рада встрече с вами, графиня! – сказала она после того, как сэр Ральф представил ей Кериссу. – Я знаю, как нелегко вам приходится, как печально оказаться в одиночестве в чужом городе.
– Со мной мой опекун, – вкрадчиво вставила Керисса.
– О да, он мужественный боец. Но мы возьмем на себя заботу о вас, пока он прикован к постели.
– Вы очень добры, мадам, – пробормотала Керисса.
– Ну что вы! Все готовы вам помочь. Разрешите представить вас моим друзьям.
Она провела Кериссу по салону, и на девушку обрушилось столько английских благородных имен и звучных титулов, причем такой скороговоркой произнесенных, что запомнить их было совершенно невозможно. Но Керисса подумала, что сэр Ральф потом скажет ей, кто есть кто, и на этом успокоилась.
Она заметила, что все молодые люди в салоне глаз не сводят с обольстительной хозяйки дома.
К облегчению Кериссы, за столом ее усадили рядом с сэром Ральфом. Она была рада этому обстоятельству, так как уже успела привыкнуть к обходительному джентльмену.
Он смог поведать ей, что представляют из себя некоторые важные персоны, а также некоторые подробности их биографии.
Керисса вдруг обнаружила, что ей очень даже весело, хотя, конечно, было нехорошо смеяться над дряхлым пэром, чья жена проматывала денежки с такой быстротой, что он был вынужден увезти ее в Бат для смены обстановки. Но несчастья преследовали его и здесь. Вскоре супруга пэра пристрастилась к игорному столу и истратила за ним даже больше, чем за год, проведенный в Лондоне.
Один из представителей молодого поколения, мистер Арчи Арбенот, выискивал для себя богатую наследницу годами, но девица, которая держала его на крючке целый год, вдруг вздумала преподать ему урок. Когда он сделал ей наконец предложение по всей форме, она со смехом указала ему на дверь.
Среди гостей были и другие мужчины, выглядевшие весьма презентабельно, но, как выяснилось, все они состояли в браке.
За столом присутствовали и личности настолько малоприятные, что, несмотря на их звучные титулы и, вероятно, внушительные счета в банке, Керисса смотрела на них с содроганием и думала, что никогда не смогла бы заставить себя выйти замуж за подобного типа.
Словом, к концу обеда она призналась самой себе, что сэр Ральф был единственным, кто хоть как-то соответствовал ее представлениям о будущем муже. С чувством облегчения она также отметила, что, несмотря на несравненную красоту хозяйки дома, он смотрел на Кериссу с таким обожанием, как и раньше на прогулке.
После обеда все общество переместилось в гостиную к игорным столам, и сэр Ральф настоял на праве быть ее банкиром.
– Вероятно, я неправильно поступаю, соглашаясь на это, – сказала Керисса, испытующе взглянув на него и распахнув с наивной доверчивостью огромные свои глазищи.
– Почту за честь, если вы согласитесь… Я уверен, что изгнанница из объятой террором Франции не может себе позволить тратить деньги на такое пустое и рискованное занятие, как игры с фортуной.
– Я не так бедна, как многие другие несчастные эмигранты, – пролепетала Керисса тоном маленькой, но гордой девочки. – Правда, я не знаю, сколько денег папа успел перевести на мое имя в английские банки. Мне известно, что у меня есть какие-то средства, но, конечно, почти все наше состояние осталось во Франции.
– Я убежден лишь в одном, – заявил сэр Ральф. – Где бы вы ни оказались, хоть на краю света, ваше прелестное личико, графиня, откроет вам путь к богатству. Оно и есть ваше главное достояние.
– Спасибо. – Керисса мило улыбнулась.
В картах ей не повезло, и сэр Ральф расплатился за ее проигрыш.
Когда они собрались уходить, леди Имоджин с необычайной теплотой пожала Кериссе руку.
– У меня не было возможности поговорить с вами наедине, о чем я очень сожалею. Я обожаю Францию. Я люблю французов, их искусство, их цивилизованный образ жизни. Мы с вами должны подружиться, графиня!
– Благодарю вас, – произнесла Керисса в ответ.
– Когда мы вновь встретимся? – поинтересовалась леди Имоджин.
Она задумалась на мгновение и воскликнула, как будто ее только что осенила идея:
– А почему бы не завтра? И мне бы хотелось познакомиться с вашим опекуном. Не сможете ли вы прийти оба ко мне на ленч?
Керисса колебалась.
– Доктор Прайс сказал, что монсеньор может завтра встать с постели, но разрешит ли он ему выходить…
– Я думаю, что небольшая прогулка пойдет ему на пользу, – нетерпеливо прервала ее леди Имоджин. – Я скажу вам, что сделаю. Я пошлю за вами экипаж моей матери, который специально предназначен для больного человека… – С улыбкой она продолжила: – У нас не будет многолюдного приема. Вашему опекуну это, вероятно, еще не по силам. Мы позавтракаем в узком кругу – вы, я, он и сэр Ральф. А как только мистер Харкорт почувствует себя усталым, вас тут же отвезут обратно.
Леди Имоджин взглянула на сэра Ральфа.
– Разве это плохая идея?
– С моей точки зрения, идея превосходная! – согласился тот.
– Тогда решено, – произнесла леди Имоджин, прежде чем Керисса открыла рот.
– Если вы не дадите знать, что отказываетесь от приглашения, графиня, карета будет ждать вас у подъезда «Белого оленя» завтра ровно в полдень.
– Вы очень добры, – пробормотала Керисса. Иных слов она не нашла.
Только когда она очутилась в фаэтоне, сопровождаемая почтительной Франсиной, ей пришло в голову, что каким-то образом она оказалась пешкой в игре, затеянной с непонятной целью.
Разумеется, Шелдону будет интересно побывать в столь замечательном доме, полюбоваться обстановкой, картинами и скульптурами и… увидеть леди Имоджин.
Теперь, сидя рядом с сэром Ральфом который уверенной рукой правил своими великолепными лошадками, и довольная приятно проведенным вечером, она ощутила вдруг внезапное беспокойство. Не будет ли Шелдону слишком интересно общество леди Имоджин? Ведь она так красива и многоопытна.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Триумф сердца - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Триумф сердца - Картленд Барбара



Очень много ляпов, но зато минимум соплей, что не может не радовать. Впервые встречаю у Картленд героя джентельмена-авантюриста, который не стесняется говорить героине о своем нестиранном белье и прикрывать "неприлично топорщившиеся панталоны". Неужели автор узнала о плотских желаниях у знати? В общем, читать можно: 6/10.
Триумф сердца - Картленд БарбараЯзвочка
8.04.2011, 12.07





скучновато.в романе нет той изюминки,которую бы хотелось. 7 баллов.
Триумф сердца - Картленд Барбарамария
27.08.2012, 12.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100