Читать онлайн Тайна горной долины, автора - Картленд Барбара, Раздел - ГЛАВА 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайна горной долины - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.39 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайна горной долины - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайна горной долины - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Тайна горной долины

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 2

Лорд Стрэткарн встал со своего стула с высокой спинкой и спросил:
— Не хотите ли вы посмотреть, как танцуют в Шотландии?
— Очень, очень хочу! — воскликнула Леона. — Но разве мне не следует оставить вас?
— Думаю, сегодня я обойдусь без портвейна, — ответил он и повел ее по высокой каменной лестнице на следующий этаж.
Мать рассказывала Леоне, что в каждом шотландском замке есть так называемая «комната главы клана». Это место, где он принимает своих соратников, где разрабатываются планы сражений и где развлекаются.
Конечно, Леона видела в своем воображении невероятно большую, торжественную залу, но стоило им войти, как она едва не ахнула от удивления и неожиданности.
Казалось, этот зал простирался в длину через весь замок. В одном конце находилась музыкальная галерея, все стены были увешаны оленьими головами и рогами, щитами и старинными палашами.
Но самым необычным был потолок, отделанный деревом. Там размещалось оружие клана Стрэткарнов.
В камине, как и ожидала Леона, горели толстые бревна, а по залу в ожидании вождя бродили члены клана, одетые в одежду цветов Маккарнов.
Все это выглядело очень пестро, но Леона знала, что одежда шотландских горцев появилась сравнительно недавно, и в недалеком прошлом это был не просто килт горца, не просто кусок ткани, обозначавший принадлежность к тому или иному клану, но — девиз, особый знак отличия.
У каждого клана свой девиз, воинственный и яростный призыв сражаться до смерти и помнить героическое прошлое. Определить, к какому клану принадлежал человек, можно было по особым знакам из вереска, дуба или мирта, которые они носили под шапками.
Каждое растение имело свое мистическое значение, охраняло от колдовства и несчастий, а еще это растение было предметом первой необходимости в жизни клана. У Макнейлов, например, это были морские водоросли.
«Именно морскими водорослями, — объясняла миссис Гренвилл, — Макнейлы удобряли бесплодные земли своих западных островов».
На Маккарнах были прекрасно скроенные килты, складки которых разлетались в стороны при ходьбе.
Лорд Стрэткарн подвел Леону к небольшой площадке рядом с музыкальной галереей, на которой были установлены два стула с высокими спинками, украшенные геральдическими узорами.
Они уселись, и тут же члены клана начали танцевать зажигательные шотландские танцы.
Леоне часто рассказывали о легкости и подвижности, которые проявляли шотландские мужчины в танце. Теперь она могла воочию убедиться, что это не было преувеличением.
Шотландцы держали спину и тянули мысок, они танцевали рил. А волынка рыдала и смеялась. Леона была уверена, что в жизни не видела ничего более чудесного и увлекательного.
Сидя рядом с лордом Стрэткарном, она думала о том, что он — самый настоящий глава клана, а еще вспоминала о тех временах, когда главы кланов безраздельно властвовали в своих узких горных долинах.
«Вождь защищал свой клан, и они шли за ним везде и беспрекословно подчинялись его приказам», — рассказывала ее мать.
Но потом миссис Гренвилл грустно добавляла: «Увы, шотландские горцы были забыты своими вождями, а без них они пропали!»
Они не могли представить себе жизни без лидера.
Леона знала, что даже в XVI и XVII веках глава клана был человеком, чьи опыт и мудрость заметно превосходили опыт и мудрость большинства англичан.
«Вождь мог говорить на английском и на гэльском языках, — рассказывала миссис Гренвилл, — и очень часто знал еще греческий, французский и латынь. Он посылал своих сыновей учиться в университетах Глазго, Эдинбурга, Парижа и Рима!»
Она улыбнулась и продолжила: «Он пил французские красные вина, носил кружевные воротнички и проводил время так, как было принято среди его народа».
Она снова погрустнела и добавила: «Но теперь вождям недостаточно охоты на оленя, волка, дикую кошку или шотландскую куропатку. Они пришли на юг, оставив своих людей, как овец без пастуха». Глядя на лорда Стрэткарна, с интересом наблюдавшего пляску, Леона подумала, что он был таким вождем, которому небезразлична судьба его народа.
Как же ей хотелось, чтобы мама сейчас была рядом, чтобы она узнала, что Леоне так же сильно, как и ей когда-то, нравятся шотландские танцы, нравится сидеть в этой огромной зале и слушать звуки волынки!
Когда члены клана закончили танцевать, лорд Стрэткарн представил многих из них Леоне.
Она заметила, что он непременно упоминал, что в ее жилах течет кровь Макдоналдов и что это ее первый визит в Шотландию, но ни разу не сказал о том, что она — гостья герцога Арднесского.
У нее возникло ощущение, что между герцогом и лордом Стрэткарном несколько натянутые отношения, и Леона попыталась вспомнить, была ли когда-либо междоусобная борьба между Маккарнами и Макарднами.
Как жаль, что сейчас она уже не в силах вспомнить многого из того, что рассказывала ей мать в своих историях о Шотландии, в захватывающих легендах о военных кампаниях и суевериях, которые были частью ее жизни, частью ее самой.
Наконец, поблагодарив танцоров, лорд Стрэткарн проводил Леону в гостиную на первом этаже.
— Спасибо вам, — проговорила она. — Мою благодарность трудно выразить словами.
— Вам понравилось? — спросил он.
— Это так волнует, — ответила она, — мама была права, когда говорила, что никто не может быть легче на ногу, чем шотландец, танцующий рил!
Лорд Стрэткарн подошел к столику с напитками, стоявшему в углу гостиной, и налил Леоне лимонад.
Когда он подал ей стакан, они подошли к камину и остановились напротив огня. В таинственном свете пламени волосы Леоны мерцали золотом, и ее голову, казалось, окружал нимб.
Они стояли и слушали, как ветер завывает за стенами замка, как в окна стучится дождь.
— Благословляю этот ветер, который занес вас сюда сегодня, — произнес лорд Стрэткарн низким голосом. — Это нечто такое, чего я никогда не ожидал.
— Для меня это все похоже на волшебство, — сказала Леона. Говоря это, она снова подняла глаза на лорда, и снова его взгляд заворожил ее.
— Вы очень красивы! — сказал он тихо.
В его голосе было нечто такое, что заставило ее покраснеть.
Смутившись, она отвернулась и устремила взгляд на языки пламени в камине.
Они стояли в тишине. Затем, вспомнив о том, как эффектно он выглядел в роли вождя клана, Леона спросила:
— Вы остаетесь здесь круглый год?
— Это мой дом, моя жизнь, — ответил он. — Здесь я живу! К ее удивлению, при этих словах голос его сильно изменился.
Появилось что-то неожиданно резкое, даже жесткое в том, как он ответил, и когда она удивленно подняла глаза, лорд Стрэткарн сказал:
— Думаю, вы сильно устали, мисс Гренвилл. Для вас этот день был очень тяжелым. Наверное, вам уже хочется отдохнуть.
Его тон и манеры заставили Леону почувствовать, что он закрылся от нее и больше уже не был так близок и надежен, каким казался со времени происшествия на дороге.
Ей так хотелось сказать, что у нее нет ни малейшего желания идти спать, что ей хочется остаться здесь и разговаривать с ним!
Ей хотелось так много узнать, ей нужно было так много услышать! Но она подумала, что предлагать такое, пожалуй, будет с ее стороны неприлично. Возможно, ему просто наскучило ее общество.
Неожиданно она почувствовала себя юной и неопытной девочкой.
Наверное, робко подумала Леона, следовало бы сказать, что она хочет отправиться спать, как только они вышли из комнаты вождя.
Вместо этого она позволила ему продемонстрировать, что он готов избавиться от ее общества и поставить ее в довольно унизительное положение.
— Могу я еще раз поблагодарить вас за вашу доброту? — спросила она.
Она подняла на него умоляющий взгляд, но он смотрел совсем в другую сторону. Лорд Стрэткарн прошел к двери, открыл ее и шагнул в коридор.
— Миссис Маккрей ожидает вас, — произнес он. — Спокойной ночи, мисс Гренвилл.
— Спокойной ночи, милорд.
Леона присела в реверансе и пошла по коридору одна. Она слышала, как лорд снова вернулся в гостиную.
«Что я сказала не так? Почему он так переменился?» — спрашивала она себя, лежа в постели. От полыхающего камина по комнате разбегались странные тени.
Она слышала нежность в его голосе, когда он говорил: «Вы очень красивы!»
А потом, после ее простого вопроса, в голосе его появилась резкость, это неоспоримо. Он почти оттолкнул ее. Леона испытывала боль.
— Ничего не понимаю, — тихо проговорила Леона, совсем расстроившись. Занятая своими мыслями, она наконец заснула.
— Уже утро, мисс, и ветер прекратился, — объявила миссис Маккрей, входя в комнату.
Она отдернула занавески, и тут Леона услышала звуки волынки в другом конце дома.
Солнце осветило комнату, разливая по ней свой золотой свет. Казалось, все ночные страхи и беспокойство растаяли без следа, и ей захотелось встать и, возможно, позавтракать с лордом Стрэткарном.
Но миссис Маккрей представляла это себе совсем иначе.
— Я приказала принести ваш завтрак сюда, мисс, учитывая то, как трудно вам пришлось вчера.
— Сегодня я себя чувствую прекрасно! — ответила Леона.
Она посмотрела в сторону тяжелого подноса, который вносила в комнату служанка, чтобы водрузить его на постели рядом с ней, и осмелилась спросить:
— Не будет ли его… светлость ожидать… что я спущусь позавтракать с ним?
— Его светлость позавтракали час назад, — ответила миссис Маккрей. — Обычно он очень рано встает, но сегодня лорд предположил, что когда вы будете одеты, то, возможно, захотите осмотреть сады, прежде чем уехать.
— Да, конечно, мне бы этого очень хотелось! — согласилась Леона.
Она быстро позавтракала, и после того, как миссис Маккрей помогла ей одеться, служанке было приказано упаковать ее сундук.
В глубине души Леона надеялась, что сегодня ветер будет таким же сильным, как вчера, и она не сможет продолжить свой путь или что экипаж герцога все еще не будет починен.
Попрощавшись с миссис Маккрей и выйдя из комнаты, она увидела в коридоре двух лакеев, которые ожидали, когда будет готов сундук, чтобы снести его вниз в экипаж, который, как догадалась Леона, уже стоял у ворот замка.
У нее появилось странное чувство, будто ее заставляют делать что-то, чего она совсем не хочет, и она отметила про себя, что с удовольствием осталась бы в замке лорда Стрэткарна еще. Ей совсем не хотелось ехать к герцогу Арднесскому.
«Это кажется мне нелепым, — размышляла она, проходя мимо гостиной, — но я чувствую себя так, будто оставляю здесь нечто очень ценное».
Однако все ее наблюдения за собственными ощущениями были забыты, стоило ей увидеть лорда Стрэткарна, сидящего за письменным столом.
. Когда она вошла, он поднялся ей навстречу, и Леоне пришлось подавить в себе желание броситься к нему и рассказать, как рада она его видеть.
Вместо этого она сделала реверанс.
— Доброе утро, мисс Гренвилл, — произнес он без улыбки.
— Доброе утро, милорд.
— Вы хорошо спали?
— Очень хорошо, благодарю вас.
— Как видите, за ночь ветер утих, и сегодня будет теплый, солнечный день.
— Миссис Маккрей сказала, что вы покажете мне сады.
— Если это доставит вам удовольствие»
— Мне бы очень хотелось посмотреть на них!
— Думаю, вы найдете их достаточно красивыми, — сказал он. — Они были заложены при моей матушке, и с тех пор я всегда старался воплотить все ее желания.
Они спустились вниз по лестнице, и когда вышли к садам через боковую дверь замка, Леона поняла, что гордость лорда Стрэткарна вполне оправданна.
Они шли от замка к озеру и с обеих сторон были защищены кустарником. Вокруг росли такие растения и цветы, которые практически невозможно вырастить в климате Шотландии.
Солнце в тот день было очень теплым, а холмы покровительственно окружали озеро.
Теперь, когда Леона смотрела на серебряную озерную гладь, она видела, что вокруг в тени холмов ютятся небольшие фермы, а на небольших зеленых участках пасутся стада лохматых шотландских коров с огромными рогами.
— У вас много земельных угодий? — спросила Леона.
— Не так много, как хотелось бы, — ответил лорд Стрэткарн, — но у меня много акров земли на востоке в сторону моря и на юге в сторону Инвернессшира.
Леоне показалось, что взгляд его потемнел.
— Мои владения заканчиваются на вершине холма. Дальше начинаются владения герцога Арднесского.
— Так близко? — воскликнула Леона. — А далеко ли его замок?
— По дороге, — ответил лорд Стрэткарн, — вам придется проехать десять миль, ну а если напрямик, то не более трех миль отсюда.
— Как замечательно! — воскликнула Леона.
— Надо пересечь много ущелий, расселин и горных рек, а эти реки, когда разливаются, могут легко смыть дорогу, несмотря на то что она построена гораздо выше.
— Теперь я понимаю, — кивнула Леона. Неторопливо беседуя, они спускались к озеру. Внезапно
Леона остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на замок, оставшийся позади.
— Боже, как он прекрасен! — воскликнула она в восторге. — Просто сказочный дворец! Я и представить себе не могла, что он так красив!
Замок действительно был как из сказки. Стены, возведенные из серого камня, поднимались высоко вверх и увенчивались ступенчатыми башенками.
Точно так же, как и о танцорах, которых она видела вчера вечером, Леона подумала, что замок выглядит очень легким, чего трудно ожидать от такого огромного здания.
— Кажется, я понимаю, почему он так много значит для вас, — сказала она лорду Стрэткарну.
— Я уже говорил вам вчера, — ответил он, — это — мой дом и здесь я должен жить, если хочу заботиться о своем народе и защищать свой клан.
Леона уже собралась выразить по этому поводу свою радость, но лорд Стрэткарн переменил тему разговора.
— Думаю, мисс Гренвилл, — сказал он, — что его светлость ожидает вас. Экипаж уже у дверей, вам пора в путь.
— Да… конечно, — согласилась Леона.
Она снова расстроилась: ей казалось, что она первой должна заговорить о своем отъезде, а не ждать, пока ей напомнят.
В то же время ей совсем не хотелось уходить из солнечного сада.
Она неторопливо повернулась, чтобы еще раз посмотреть на озеро.
— Надеюсь, что теперь, когда я в Шотландии, у меня будет шанс увидеть, как ловят лосося, — сказала она. — Мой отец, который очень любил рыбачить, часто рассказывал мне, какое это волнующее зрелище!
— Люди нередко разочаровываются, — ответил лорд Стрэткарн. — Да и в жизни приходится разочаровываться часто.
Он двинулся в сторону замка. Леона больше ничего не могла придумать, чтобы отложить свой отъезд, и последовала за лордом Стрэткарном, утратив всякую надежду.
Она посмотрела на вересковые поля вдали.
— А как вы распознаете границы своих владений? — спросила девушка. — Может быть, они как-то обозначены?
— Думаю, что мои люди настолько изучили каждый дюйм моих владений, что в состоянии сказать мне, какая часть вереска принадлежит герцогу Арднесскому, а какая — мне, — произнес лорд Стрэткарн. — Впрочем, на вершине холма есть большая пирамида из камней, которая была сложена столетия назад — по ней я узнаю, что достиг границы своих владений.
Они приближались к замку, и когда они по тропинке вышли из сада, Леона увидела запряженный лошадьми экипаж, ожидающий ее у входа.
— Это было… так мило с вашей стороны… позволить мне переночевать здесь, — сказала она. — Я надеюсь, мы… еще когда-нибудь встретимся.
— Полагаю, это маловероятно.
Леона остановилась, чтобы посмотреть на лорда Стрэткарна. Ее глаза широко распахнулись от удивления.
— Но… почему? — спросила она.
— Мы с его светлостью расходимся во взглядах на некоторые вопросы, — ответил лорд Стрэткарн.
— Я… все пыталась… вспомнить… не слышала ли я что-нибудь о… междоусобице между вашими кланами, — после некоторого колебания сказала Леона.
— Мы сражались в прошлом, — ответил лорд Стрэткарн, — но мой отец и герцог объявили перемирие.
— Которое теперь нарушено?
— Которое теперь нарушено!
Лорд Стрэткарн не стал больше ничего говорить. Он сделал шаг вперед, как будто хотел поскорее отвести ее к экипажу.
— Значит… я больше вас… никогда не увижу? — спросила она тихим голосом.
— Я не могу появиться в замке герцога Арднесского, — ответил он. — Но позвольте мне повторить: вы здесь всегда желанный гость и, как я уже говорил вчера, я всегда к вашим услугам.
В его голосе прозвучала нежность, и Леона почувствовала, как солнечное тепло окутывает ее тело.
— Тогда… могу ли я… навестить вас? — спросила она с сомнением.
— Буду надеяться, что вы так и сделаете.
Лорд Стрэткарн обернулся посмотреть на вересковые поля позади него.
— До каменной пирамиды совсем недалеко, стоит до нее добраться, и вы — в моих владениях.
— Я… буду помнить об этом, — сказала Леона, глубоко дыша.
Он заглянул в ее глаза, и Леона подумала, что он собирается сказать что-то очень важное. Он уже почти открыл рот, но тут их прервали.
К ним шел слуга.
— Прошу прощения, милорд, но кучер герцога говорит, что лошади ведут себя беспокойно.
— Спасибо, Дункан, — сказал лорд Стрэткарн. — Мисс Гренвилл уже готова ехать.
Они вошли в холл замка, где Леону ждал ее дорожный плащ. Она надела его и обратила внимание на то, что все остальные ее вещи уже в экипаже.
Леона протянула руку.
— Я искренне благодарна вашей светлости за помощь и гостеприимство.
Он взял ее руку в свою, но не поцеловал, как надеялась Леона, а поклонился. Леона присела в реверансе и пошла к экипажу.
Кучер вел себя очень нетерпеливо. Едва Леона устроилась на сиденье, как он хлестнул лошадей, и экипаж тронулся с места.
Она наклонилась вперед, но лишь краем глаза увидела лорда Стрэткарна, стоящего на ступенях замка и глядящего ей вслед. Лошади перешли на иноходь. Впереди лежала дорога через вересковые поля.
Когда они достигли того места на дороге, где предыдущей ночью коляска перевернулась, Леона оглянулась на замок, возвышавшийся на берегу прекрасного озера.
Она опустила вниз окно коляски, чтобы видеть лучше, и сейчас, когда солнце освещало окрестности, снова подумала о том, что еще никогда не видела места красивее.
Сиреневые вересковые поля, огни на воде, маленькие фермы, расположившиеся вокруг озера под прикрытием холмов, казались еще более прекрасными, чем раньше.
И сам замок выглядел идеальным воплощением всей таинственности и романтики высокогорий Шотландии.
— Какое великолепие! — сказала себе Леона с легким вздохом.
Затем замок скрылся из виду.
Пока они ехали, она размышляла, из-за чего это лорд Стрэткарн так сильно поссорился с герцогом, что они даже не встречаются.
Леона не могла забыть выражения его лица, когда она сказала ему, что собирается погостить в замке Арднесс.
Почему это показалось ему таким странным?
Затем она убедила себя в том, что шотландцы очень вспыльчивы по натуре и никогда не прощают обид.
Достаточно только вспомнить рассказы матери о Кэмпбеллах, чтобы понять, насколько глубоко они способны чувствовать.
«Возможно, мне удастся как-нибудь помирить их друг с другом», — подумала Леона.
Она знала, что ей этого хочется, чтобы иметь возможность видеть лорда Стрэткарна. И чем скорее, тем лучше.
Дорога, по которой они ехали, была узкой и каменистой. Но лошади скакали довольно резво, и, по подсчетам Леоны, они уже проехали четыре или пять миль, когда карета внезапно остановилась и послышались громкие голоса.
Она выглянула из окна, и к своему удивлению увидела несколько людей, собравшихся у небольшой фермы.
Стоял жуткий шум, и она изумленно наблюдала, как двое мужчин тащат постельные и столовые принадлежности, прялку и одежду из дома, а две женщины и несколько детей кричат на них.
Люди с других ферм бежали по дороге, и лошади не могли ехать дальше. Теперь Леона с ужасом наблюдала, как двое, которые вынесли из дома всю мебель, поджигают крышу!
Трудно было понять, что здесь происходит. Одна женщина с ребенком на руках прокричала на гэльском языке:
— Thaтоclan air a bhi air amтип! Потом последовали гневные крики.
«Они убивают моих детей!» — перевела Леона и увидела, что кроме двух людей, поджигающих дом, там было еще трое полицейских.
Она вышла из экипажа.
Шум и крики были ужасны, но она видела, что женщины пытаются спасти хотя бы кур, которые были заперты в курятнике и могли быть зажарены заживо.
Как только ферма занялась огнем, какой-то человек бросился в полыхающий дом и выскочил оттуда, неся на руках полуголого, плачущего ребенка.
— Что происходит? Что здесь происходит? — спросила Леона.
Голос ее было почти невозможно различить во всеобщем гаме, но человек, одетый лучше других и явно обладающий авторитетом, вышел вперед и резко сказал:
— Вам лучше ехать дальше, сударыня. Я расчищу дорогу, чтобы лошади могли пройти.
— Что происходит? — спросила Леона.
— Этих людей выселяют, сударыня.
— Выселяют? — воскликнула Леона и тут же добавила: — Вы имеете в виду, что здесь происходит очистка земли?
— Его светлости нужна земля, сударыня.
— Для овец? — спросила Леона.
— А, да, так и есть. А теперь, сударыня, если вы сядете в экипаж, то сможете ехать дальше.
Человек, с которым она разговаривала, отвернулся, и Леона увидела, что кучер держит открытой дверцу экипажа и ждет, когда она займет свое место, чтобы продолжить путь.
— Помогите! Пожалуйста, помогите! — крикнула ей женщина. Мгновение она колебалась, собираясь ответить, но тут полицейский ударил женщину дубинкой, и та упала на землю.
Леона хотела пойти к ней, но стоило ей сделать несколько шагов, как рядом снова оказался человек, с которым она разговаривала.
— Пожалуйста, сударыня, уезжайте же наконец! — бросил он довольно резко. — Вы ей ничем не поможете, а его светлости очень не понравится, если вы станете здесь задерживаться.
Леона хотела вмешаться и запротестовать против такого обращения с женщинами и детьми, но каким-то образом она снова оказалась в экипаже, дверца была захлопнута, и лошади уже во весь опор скакали по расчищенной дороге.
Она выглянула из окна и увидела горящую ферму.
Затем она увидела, что другие люди, которые наблюдали за первым выселением, осознав, что то же может произойти и с ними, стали сами выносить мебель из своих домов.
Леона откинулась на спинку сиденья, она была на грани обморока от ужаса.
Она слышала разговоры о принудительном выселении с целью очистки земель с тех пор, как себя помнит, при этом всегда рассказывали о страшных способах, которые применялись.
Ее мать, обычно мягкую и спокойную, охватывал необоримый гнев, когда она рассказывала об этом, и часто она горько плакала от отчаяния.
Но Леоне всегда казалось, что так было давным-давно. Она и представить себе не могла, что такая невыносимая жестокость существует где-то до сих пор.
Мама часто рассказывала ей, как в 1762 году сэр Джон Локарт Росс сделал обязательным разведение овец на севере и по нечаянности уничтожил самую суть, дух высокогорных районов.
Пять сотен его шевиотовых овец выжили в суровом климате Шотландии, несмотря на то что все пророчили им гибель.
Но овцы прекрасно росли, и поскольку шерсть — товар довольно ценный, лендлорды усмотрели в разведении овец еще один источник доходов.
Многие шотландские лендлорды в то время были на грани банкротства, и вот они увидели в своих бесплодных землях и узких горных долинах прекрасное пастбище для овец.
Но, естественно, первой необходимостью стало очищение земель от людей, их заселявших.
Веками горцы сносили суровые зимы, занимались своими фермами, выращивали крупный рогатый скот.
Они не могли поверить в то, что теперь им придется оставить дома и уехать с земли, которую они считали своей собственностью.
Они обратились за помощью к вождям своих кланов — и не получили ее.
Многие не понимали, почему им надо перебираться ближе к морскому побережью и с трудом сводить концы с концами или ехать за море в неизвестный мир, где их ожидает полная неизвестность.
Их фермы поджигали прямо над их головами, а с ними самими обращались, как с преступниками.
С самого раннего детства Леона слышала рассказы о страданиях людей сначала в Сатерленде, а потом в Росс-и-Кромарти.
Для ее матери это было предательством всего, во что она верила, всего, что было частью ее наследия.
Но миссис Гренвилл находилась далеко от своей родины, и ей было достаточно сложно представить себе реальную картину того, что происходило там, было трудно понять, как же не оказалось никого, кто мог бы защитить горцев.
Все это происходило задолго до рождения Леоны, и только пять лет назад, в 1845 году, в газете «Тайме» разгорелись яростные споры относительно принудительного переселения людей в Шотландии.
Редактор Джон Делани выяснил, что девяносто крестьян в Росс-и-Кромарти были выселены из Гленкалви и им пришлось поселиться на церковном дворе, так как они лишились крыши над головой.
Прежде в «Таймс» не уделялось внимания принудительному выселению людей в Шотландии, но теперь Джон Делани сам поехал туда и оказался свидетелем издевательств над людьми из Гленкалви, .
Когда миссис Гренвилл читала вслух его репортажи об увиденном, слезы градом катились по ее щекам.
Мистер Делани выяснил, что все коттеджи в горной долине были пусты, за исключением одного, где умирал дряхлый старик.
Остальные люд» сидели на склоне холма: женщины аккуратно одеты, в красных или обычных платках на головах, мужчины — в своих клетчатых пастушьих пледах.
Погода была сырой и холодной, а людей выгнали из долины. У них было всего три повозки, на которые они усадили своих детей. Джон Делани писал, что все, происходящее в Шотландии, было результатом «холодной, бессердечной расчетливости, которая столь же отвратительна, сколь невообразима».
— Почему же их никто не остановил, мама? — спрашивала Леона свою мать.
— Эти люди рассказали редактору «Таймс», что они никогда не видели своего лендлорда и что от его имени действовали его доверенные лица, именно они творили все эти жестокости.
Леоне все это было очень трудно тогда понять, но теперь, слыша детский плач и видя отчаяние и безысходность на лицах людей, наблюдающих, как поджигают их дома, она чувствовала тошноту и головокружение от отвращения и гнева.
И она знала, кто за это в ответе.
Было бесполезно пытаться закрывать глаза на то, что они едут по земле герцога, и несчастные, которых сейчас лишали крова, были его людьми.
Им, как и другим насильно изгнанным, придется, сбившись в кучку, отправиться к морскому побережью.
Единственный выход — сесть на корабль и отправиться далеко через океан. Но на этом корабле люди часто гибнут от холода, недостатка пищи или становятся жертвами эпидемий оспы или тифа.
«Это не может быть правдой! Не может быть, чтобы все это началось сначала!» — думала Леона.
Она вспоминала, как проклинала ее мать овец, которые вытеснили горцев из их долин и с вересковых полей, где остались только призраки тех, чье мужество и выносливость некогда служили настоящей гордостью Шотландии.
«Как же может герцог поступать так со своими людьми?» — негодовала Леона.
Теперь она прекрасно понимала, почему лорд Стрэткарн был в плохих отношениях с герцогом.
Она видела на земле лорда фермы, где разводят скот. Они располагались вдоль берега озера.
На земле, которой он владел, не было овечьих стад, и сердце ее смягчилось, поскольку теперь она поняла, почему его народ так нуждался в нем и почему ему нужно оставаться среди них, если придется защищать интересы своих людей.
Затем, сильно нервничая, она подумала о том, что ей следует сказать герцогу при встрече и как удержаться от слов проклятия, которые могут сорваться с ее губ, едва она увидит его.
«А может быть, он не знает? Может быть, он не понимает, какие страдания приходится переносить этим людям?» — сказала она себе.
Но ведь выселение происходило всего в нескольких милях от замка.
Неужели он может быть настолько слеп?
И если он был в своих владениях в отличие от многих северных лендлордов, которые жили в Англии, тогда как их доверенные лица совершали от их имени такие ужасные преступления, то, естественно, он не мог не знать о происходящем.
Лошади бежали вперед по дороге среди вересковых полей, а Леоне нестерпимо хотелось выпрыгнуть из экипажа и бежать назад, в замок лорда Стрэткарна,
Как же она хотела, чтобы у нее хватило на это смелости! Но экипаж неумолимо катился вперед, и с этим ничего нельзя было поделать.
Леона была напугана до глубины души и в первый раз пожалела о том, что не отказалась от приглашения герцога и приехала в Шотландию.
«Как мне… объяснить ему, что я… чувствую?» — спрашивала она себя.
Она вспоминала ужас в голосе матери, когда та читала вслух репортажи из «Таймс» и рассказывала ей, как разбивали кланы и высылали их в разные концы света.
Она часто цитировала Эйлина Далла, слепого барда из Гленгарри, который писал о страданиях простого народа Шотландии.
— Эйлин Далл выбирал очень сильные, значимые слова, — объясняла ей мать. — Он сравнивал грехи лендлордов с грехами Содома и Гоморры. — Она глубоко вздохнула.
Даже Макдоналды, ее предки, как потом узнала Леона, были не без греха.
Ее отец однажды упомянул о том, что из всех шотландских лендлордов ни один не избавлялся от своих людей так легко, как Макдоналды из Гленгарри или Чишолмы из Странгласса. Ее мать тогда не стала спорить, она просто заплакала, и иногда Леоне казалось, что выселение людей волновало ее гораздо больше, чем битва при Гленкоу.
Теперь, увидев все собственными глазами, она понимала, почему ее мать приходила в такой ужас и плакала.
«Это неправильно! Это нечестно!» — бушевала Леона.
С каждой милей, приближавшей ее к замку Арднесс, она чувствовала, как усиливается гнев, но в то же время ее стала охватывать смутная тревога.
Путь, наполненный переживаниями, начал казаться ей нескончаемым. Наконец экипаж стал спускаться с высокой дороги, по которой они ехали, с тех пор как покинули замок лорда Стрэткарна.
Дорога вела вниз в горную долину, сначала она петляла среди темных елей, а потом по поросшим вереском полям.
На пути не попалось ни одной фермы, но время от времени Леона замечала каменные стены без крыш. Она была уверена, что не так уж много лет прошло с тех пор, как эти дома были заселены.
Через горную долину бежала быстрая речка.
Некоторое время они ехали по дороге вдоль реки, а горы по обеим сторонам поднимались вверх так резко и были такими высокими, что все, казалось, было укрыто тенью, падавшей от них.
Но тем не менее они обладали собственным величием и красотой.
Здесь не было мягкого очарования окрестностей замка лорда Стрэткарна, здесь природа была более суровой и выразительной, но Леоне в тот момент все казалось предвещающим опасность.
Только подъехав к самому замку Арднесс, она осознала, как близко находится от моря.
Вдали, в самом конце горной долины, она увидела белые гребни морских волн, а высоко над устьем реки возвышался замок Арднесс.
Он производил гораздо более сильное впечатление. Этот замок наводил ужас. Такого Леона не ожидала.
Наверное, замок был построен как защита против вражеских кланов и викингов. Это была неприступная крепость огромных размеров.
Под крепостью текла река, позади бушевало море, а серый камень, из которого она была сложена, резко выделялся на фоне холмов. Жуткое зрелище.
Они миновали мост и теперь ехали по дороге между низкими скрюченными деревьями и густым кустарником.
Та башня, что ближе к морю, была, очевидно, построена раньше, и вместо окон там зияли узкие щели бойниц. Остальная же крепость была серого камня с эстакадной крышей, готическими окнами и оружейными башенками шестнадцатого столетия.
Экипаж подъехал к замку. Огромная дверь была как грозный бастион из древесины с железными петлями. Каменные навесные бойницы были высоко вверху, так чтобы можно было облить непрошеного гостя расплавленным свинцом.
Вокруг суетилось множество слуг, все одеты в килты, и из-за того, что Леона нервничала, они казались ей огромными бородатыми мужчинами устрашающего вида.
Один из них повел ее в огромный квадратный зал, а затем вверх по широкой каменной лестнице, на которой шаги звучали громко и гулко.
Наверху слуга распахнул перед ней дверь и зычным голосом объявил:
— Мисс Гренвилл, ваша светлость!
Комната оказалась гораздо больше, чем предполагала Леона. Потолок был высокий, сводчатый, а окна пропускали очень мало света.
Герцог стоял в дальнем конце залы перед резным камином. Когда она подошла к нему, то почувствовала, будто уменьшается в размерах, тогда как он оставался огромным и могущественным.
Таковы были ее первые впечатления, несколько преувеличенные вследствие волнения. Впрочем, герцог и в самом деле был высок, седовлас и вид имел чрезвычайно властный.
Он высоко держал голову, но Леона видела, что человек этот очень стар и лицо его испещрено глубокими морщинами.
Теперь она прекрасно понимала, что имела в виду мать, описывая его наружность как устрашающую.
Рука, которую он протянул ей, была настолько больше ее собственной, что Леоне показалось, будто ладонь попала в ловушку, из которой не выбраться.
— Наконец-то вы приехали! — воскликнул герцог. Голос у него был звучный, и хотя он улыбался, девушку не оставляло ощущение, что в тоне его содержался упрек.
Леона присела в реверансе. Когда она поднялась, герцог все еще держал ее руку и неотрывно смотрел на нее взглядом проницательным и изучающим. Леону это привело в некоторое замешательство.
— Надеюсь, вам уже доложили, ваша светлость, что вчера вечером экипаж перевернулся.
— А это означает, что вам пришлось остаться на ночь в замке Стрэткарна. Чрезвычайно прискорбный факт! Моим людям стоило лучше заботиться о вас.
— Это совсем не их вина, — сказала Леона. — Ветер был очень силен, дождь слепил им глаза. Я думаю, просто колеса соскочили с дороги.
— Их накажут! — резко бросил герцог. — Но вы! Наконец вы приехали!
— Я здесь, ваша светлость, — кивнула Леона, — однако по пути сюда я наблюдала ужасную сцену.
— Что это было?
Его вопрос прозвучал, как пистолетный выстрел.
— Выселение… Ваша светлость…
Герцог не ответил, и Леона продолжила:
— Это была самая… унизительная и самая… душераздирающая сцена, которую я когда-либо… видела в своей жизни.
Она собиралась говорить об этом жестко, но голос ее звучал слабо и взволнованно.
— Мама часто рассказывала о принудительных выселениях, — продолжала она, — но я не… верила в то, что такие вещи происходят до сих пор. По крайней мере не здесь!
— Осталась всего одна горная долина, в которой живут упрямые болваны, не желающие делать то, что им сказано, — ответил герцог.
— Но их фермы… их поджигали!
— Вы не имели никакого права останавливаться! — воскликнул герцог.
— Не в этом дело, — покачала головой Леона. — Это происходило на моих глазах… и… один ребенок… он чуть не сгорел заживо!
Герцог сделал беспокойное движение, и девушка поняла, что он взбешен.
— Думаю, что после дороги вам захочется помыться, прежде чем вы отведаете еды, приготовленной специально для вас, — холодно произнес он. — Вас проводят в вашу спальню.
Его рука опустилась на колокольчик, и хотя Леона собиралась сказать ему еще очень много, слова почему-то застряли у нее в горле.
Девушка поняла, что он отмахивается от нее, как от назойливой мухи, и все, что она сказала, не произвело на него ровно никакого впечатления.
Никогда она еще не чувствовала такого бессилия и беспомощности.
Но прежде чем она снова обрела голос, прежде чем успела собраться с мыслями, ее уже вели по коридору. Леона оказалась в огромной спальне, где уже ожидала экономка.
Кроме нее, там находились еще две служанки. Все они присели в реверансе.
— Я миссис Маккензи, — сказала экономка, — это Мэгги, а это Джанет. Мы здесь, мисс, чтобы прислуживать вам.
— Спасибо, — сказала Леона.48
— Его светлость приказали нам исполнять все ваши просьбы и пожелания. Все, что вам понадобится, мисс, вам тут же принесут.
— Спасибо, — повторила Леона.
Ей стало интересно, что будет, если она попросит, чтобы выселенным людям послали пищу и одежду.
Именно это она хотела больше всего, но она знала, что у нее ни за что не хватит смелости даже обмолвиться об этом.
«Неудивительно, что лорд Стрэткарн рассорился с герцогом», — подумала она.
Как ей хотелось снова вернуться в замок лорда Стрэткарна…
А может, ей больше хотелось увидеть… его хозяина?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Тайна горной долины - Картленд Барбара

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Тайна горной долины - Картленд Барбара



короткий рассказ но романтичный
Тайна горной долины - Картленд Барбараяна
4.02.2012, 0.48





"Очень интересный роман! Читайте, не пожалеете!"
Тайна горной долины - Картленд БарбараНИКА
4.02.2012, 21.29





Хрень собачья мыло жалею что начала читать зря потратила время Польстилась на коменты
Тайна горной долины - Картленд БарбараЛика
5.02.2012, 0.27





Какая милая сказка! Плохие - только плохие, хорошие - однозначно хорошие. Приятная романтическая чушь!
Тайна горной долины - Картленд БарбараТатьяна
23.02.2012, 9.03





начиная читать романы барбары картленд нужно быть готовым к милой сказке которая всегда заканчивается хорошо а ведь это главное ее книги для отдыха а что читать выбор каждого читателя кому что нравится люди разные а романы тем более выбирайте что кому по душе
Тайна горной долины - Картленд Барбаранаталия
16.03.2012, 8.38





Очень интересно и увлекательно. Как всегда чудесный конец.Читайте и отдыхайте.
Тайна горной долины - Картленд БарбараСофья
22.03.2012, 18.00





ідіотизм бред.
Тайна горной долины - Картленд Барбаратася
10.01.2013, 22.14





Какой то роман вышел скомканный что-ли , недописанный, неполный ...ничем не зацепил ...5 баллов
Тайна горной долины - Картленд БарбараВиктория
4.05.2013, 17.21





понравилась сказка.но читать как в прошлом обращались с людьми ужас.сейчас все таки помягче но мошенников развелось....
Тайна горной долины - Картленд Барбаравава
2.03.2014, 7.48





Начиная читать романы Барбары Картленд нужно быть готовым к серьезному искажению исторических фактов. Не вожди выселяли, а хозяева. После битвы при Каллодене в 1746г. было введено административное устройство как в Англии, земли отобраны и отданы англичанам, многие вожди сложили головы в битве, многие разделили судьбу проданных в рабство, согнанных с земель,увезенных на чужбину... Автор, как англичанка "мило опускает" эти моменты...
Тайна горной долины - Картленд БарбараKotyana
26.04.2016, 14.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100