Читать онлайн Танцуя на радуге, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Танцуя на радуге - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Танцуя на радуге - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Танцуя на радуге - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Танцуя на радуге

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Проснувшись утром, Лоретта не могла поверить, что вчерашний вечер ей не приснился.
Несмотря на предостережения Ингрид, ей казалось невероятным, что маркиз во всех отношениях оказался совсем иным, чем она ожидала, чем ей про него рассказывали.
Как мог он говорить с ней так? Как мог он отвести ее к фонтану, а затем проводить домой с бережностью, с какой не стал бы себя вести ни один мужчина — это она понимала, несмотря на всю свою неискушенность и невинность.
— Не понимаю, — шептала она. — Я не понимаю его, не понимаю, почему он такой, какой он есть. Ей очень хотелось посоветоваться с Ингрид, но она знала, что ее кузина — и никто другой — не сумеет понять чувства, которые пробудил в ней маркиз.
Да и застенчивость помешала бы повторить то, что он ей говорил.
Завтрак ей подали в постель, а потом, услышав от Мари, что так принято, она оделась неторопливо и спустилась вниз, когда утро было уже на исходе.
Ингрид нигде не было.
Лоретта прошла в малую гостиную, куда ее проводили, когда она только приехала, и села почитать газеты, полные последними парижскими сенсациями.
Однако она успела только просмотреть заголовки, когда открылась дверь и лакей доложил:
— Граф де Марэ, мадам!
Лоретта в отчаянии поглядела по сторонам.
Она надеялась, что, может быть, заедет маркиз предложить ей прокатиться по Булонскому лесу.
Графа она не ждала и подумала, что он назойлив — ведь он же заезжал накануне вечером.
А он уже шел к ней, и ей очень не понравилось выражение его глаз. Он поднес ее руку к губам и поцеловал — не слегка коснулся губами, но поцеловал!
— Доброе утро, месье, — сказала Лоретта, как она наделась, ледяным тоном. — Моя подруга не предупредила меня, что ожидает вашего визита.
— Я заезжал к вам вчера вечером, но вы ко мне не вышли, — ответил граф. — И потому сегодня во избежание недоразумений я приглашаю вас, прекрасная дама, на прогулку в экипаже по Булонскому лесу, а затем мы позавтракаем у «Пре Каталан».
— Это весьма любезно с вашей стороны, но, к сожалению, я уже приглашена.
— Не верю! — злобно отрезал он. — А если это Фабиан де Соэрден, то я не позволю вам поехать с ним!
Лоретта выпрямилась.
— Не думаю, месье, что у вас есть право распоряжаться мной!
— Тут вы ошибаетесь, — возразил граф. — Мое право в том, что я нахожу вас пленительной, восхитительной и очень-очень соблазнительной, и не намерен уступать вас тому бездушному сердцееду, чьи любовные похождения возмутительны и гнусны.
Он говорил с такой язвительностью, что Лоретте захотелось встать на защиту маркиза, но она знала, что это было бы большой неосторожностью.
И она сказала только:
— Мне кажется, месье, этот разговор излишен. Я могу лишь поблагодарить вас за приглашение и выразить сожаление, что не могу его принять.
— Я уже сказал вам, что намерен позавтракать с вами сегодня, а вечером пообедать, — ответил граф. — И уверяю вас, моя прелесть, что я всегда умею настоять на своем, когда дело касается красивой женщины.
Он шагнул к ней.
— Мне достаточно одного взгляда на вас, и вы можете не объяснять мне, что еще никто не пробудил в вас огня любви, той страсти, которая сделает вас даже еще красивее.
Лоретта почувствовала отвращение и брезгливость только потому, что он приблизился к ней.
Отталкивало ее не только что он говорил, но и как говорил.
Она хотела отступить, но он схватил ее за запястье.
— Ты сводишь меня с ума! — вскричал он. — Я научу тебя наслаждениям, о которых ты сейчас и не подозреваешь!
Он притянул бы ее к себе, но Лоретта вскрикнула возмущенно и попыталась вырвать руку.
— Как вы смеете… прикасаться ко мне! — гневно сказала она.
Граф усмехнулся, и она поняла, что ее сопротивление только раздразнивает его, и она испугалась выражения в его глазах.
— Пустите… меня!
Но он только беспощадно притянул ее к себе, она вскрикнула, и тут дверь открылась.
С неописуемым чувством облегчения Лоретта увидела Фабиана де Соэрдена и Хью.
Они вошли в гостиную и застыли на месте, увидев, что происходит. Граф тотчас выпустил запястье Лоретты, и она сказала, запинаясь после такого потрясения:
— Я как раз… говорила графу… что я завтракаю… с вами, месье.
— Разумеется, — подтвердил маркиз без малейшей паузы. — Как видите, я не опоздал. Мой экипаж ждет внизу, и перед завтраком мы можем прокатиться по Булонскому лесу.
Лоретта радостно вздохнула. Маркиз так быстро все понял!
А маркиз подошел к графу, говоря:
— Доброе утро, Марэ! Мне не сказали, что вы тут.
— Я приехал за леди Бромптон, — ответил граф, — так как вчера вечером обещал, что мы позавтракаем вместе.
Лоретта испуганно прошептала:
— Это… неправда!
— Боюсь, вы опоздали, Марэ, — сказал Фабиан де Соэрден. — Мое приглашение было сделано раньше. Мне кажется, с нами это случается довольно часто.
В его тоне слышалась явная, насмешка, и граф уставился на него в бешенстве.
— Придет день, и я поквитаюсь с вами, Соэрден! — сказал он. — Не сомневайтесь.
Маркиз улыбнулся.
— Неужели вы предлагаете еще одну дуэль? Прошлая обернулась таким фарсом, что весь Париж хохотал.
Граф настолько потерял власть над собой, что Лоретта испугалась, как бы он не набросился на маркиза с кулаками.
Затем с восклицанием, больше всего напоминавшим проклятие, он вышел из комнаты, и Лоретта совсем без сил опустилась на кушетку.
— Марэ становится все более и более невыносимым, — заметил маркиз.
— Совершенно с вами согласен, — ответил Хью. — Он чрезвычайно неприятный человек, и вам никак не следует, Лора, допускать с ним хоть какую бы то ни было короткость.
— Разумеется, я не… давала ему никакого повода! — вскричала Лоретта. — Он ужасен, отвратителен и он… внушает мне страх!
— Я проверю, уехал ли он, — сказал Хью и вышел из комнаты.
Фабиан де Соэрден сел на кушетку рядом с Лореттой.
— Больше вам не надо его страшиться, — сказал он. — Я сумею защитить вас и от Марэ, и от всех, ему подобных!
Он увидел по ее лицу и глазам, как она потрясена, и сказал тихо и ласково без обычной усмешки в голосе:
— Поднимитесь к себе и наденьте самую нарядную свою шляпку. Я хочу, чтобы в Булонском лесу все мои друзья завидовали мне, что я сопровождаю вас.
Понимая, что он искренне хочет ее ободрить, Лоретта ответила ему дрожащей улыбкой и послушно встала с кушетки.
Но уже возле двери она вдруг подумала, что граф, возможно, еще в доме, и, словно читая ее мысли, Фабиан сказал:
— Я провожу вас до лестницы.
И взял ее под руку, как накануне в лесу, когда они ушли от фонтана.
Она почувствовала, что он оберегает ее и что нелепо бояться графа. Какой вред может он ей причинить?
«Просто я ничего не знаю о мужчинах и о том, как они себя ведут», — подумала Лоретта.
Она откинула голову и попыталась идти со спокойным достоинством, но чувствовала, что сердце у нее бьется все так же часто.
В вестибюле, к ее облегчению, не было никого, кроме двух дежурных лакеев.
— Не мешкайте, — сказал тихо Фабиан. — Мне надо столько вам показать, а солнце сияет так ярко.
Вновь она трепетно улыбнулась ему и сумела сказать перед тем, как взбежала по лестнице:
— Спасибо за то, что вы так добры! Надевая очаровательную шляпку, отделанную белыми камелиями и зелеными листьями, которую подарила ей Ингрид, она подумала, что такой человек, как граф, не может не внушать ей ужаса.
Она даже не была способна вообразить, что мужчины позволяют себе подобное поведение — и после столь недолгого знакомства!
И ей пришло в голову, что, может быть, для него есть некоторое извинение — ведь она сама поставила себя в уязвимое положение, притворившись замужней женщиной.
И к тому же остановилась у Ингрид, чего никто из ее близких не допустил бы, узнай они о ее намерении.
— Мне следует вернуться в Англию! — сказала она вслух.
Но она знала, что совсем этого не хочет. Ей хотелось видеться с маркизом и — если быть честной с собой — не потому, что надо было искать доказательств его низости, чтобы найти вескую причину отказаться от брака с ним, но потому, что все в нем казалось ей завораживающим и необычным.
«Меня предостерегали… предостерегали!» — подумала она, спускаясь с лестницы.
И тем не менее ее охватило необоримое волнение, когда она вернулась в гостиную, где он разговаривал с Хью.
При виде нее они встали, и Хью спросил:
— Что мне сказать Ингрид? В котором часу вы вернетесь?
Лоретта посмотрела на Фабиана, и он сказал:
— Я привезу ее после завтрака часа в три, а потом заеду еще раз в восемь, потому что мы обедаем в «Гранд Верфур».
Он говорил с такой уверенностью, что у Лоретты не оставалось возможностей для возражения.
Однако она подумала, что Хью должен был бы удивиться, но он сказал только:
— Готовят там превосходно, и я считаю, что это самый романтичный ресторан в Париже.
— Я тоже, — ответил Фабиан, но смотрел он на Лоретту.
Они уехали, и Лоретта залюбовалась великолепной вороной парой. Она решила, что никогда еще не видела такого щегольского выезда, хотя ее отец и имел обыкновение говорить, что экипажи и всадники в Булонском лесу это всего лишь выставка мод.
Она подумала, что он был совершенно прав, едва увидела изысканнейшую элегантность «современных амазонок», как назвал их Фабиан. Молодые аристократы соперничали друг с другом, щеголяя самыми породистыми лошадьми и самыми щегольскими экипажами.
Лоретта и Фабиан почти не разговаривали, но он показал место, где обычно происходили дуэли, и прибавил:
— Полагаю, вы догадываетесь, что в Булонском лесу разыгрывается больше любовных интриг, чем где-либо еще в Париже.
Лоретта согласилась, что лес, бесспорно, чрезвычайно романтичен.
Когда они остановились у «Пре Каталан», она подумала, что столь восхитительного места для завтрака невозможно вообразить.
Ресторан выглядел точно окруженная садами вилла, где гости могли сидеть на лужайках за столиками в тени огромных пестрых зонтов.
Столики были искусно расставлены с таким расчетом, что даже сидевшие за соседними не могли услышать друг друга.
Лоретта смотрела по сторонам сияющими глазами.
И тут с какой-то неизбежностью к маркизу одна за другой начали подходить красивые дамы, восклицая с упреком:
— Фабиан! Вы совсем меня забыли! Когда я вас увижу?
Они, несомненно, искренне этого хотели, и Лоретта невольно восхищалась тактичностью, с какой он уклонялся от обещания.
Потом, когда наконец он поздоровался со всеми знакомыми, которые завтракали тут, маркиз сказал:
— Теперь вы понимаете, почему вчера вечером я пригласил вас туда, где мы могли беседовать без помех. И я повторю это сегодня вечером.
Лоретта промолчала, и он продолжал:
— Но я счел, что привезти вас сюда будет только честно, так как «Пре Каталан» — одна из достопримечательностей Парижа, с которой обязательно следует познакомиться в первый же приезд.
— Вы так добры ко мне, — сказала Лоретта, не подумав.
— Но как же иначе? — спросил он. — И пожалуй, «добр» тут неподходящее слово, потому что я просто не могу вести себя с вами иначе.
Он несколько секунд смотрел на нее молча, а потом спросил:
— Вы думали обо мне вчера ночью?
— Как я… могла… не думать? — ответила Лоретта.
И тут же строго себя одернула: она держится с ним слишком уж дружески, когда ей следует быть уклончивой.
Но она знала, что, попытайся она уклониться от ответа, он ей не поверил бы.
— Я лежал без сна и благодарил Бога, — сказал он негромко, — за то, что наконец нашел вас, и мое долгое-долгое паломничество наконец-то завершилось.
Лоретта попыталась сделать вид, будто не поняла, но от необходимости ответить ее спасло появление официанта с меню и уже заказанным шампанским, которым он наполнил их бокалы.
Кушанья, как и следовало ожидать, были восхитительными.
Однако Лоретта обнаружила, что ей трудно думать о чем-либо, кроме человека, сидящего напротив, и не замечать, что он не спускает глаз с ее лица.
— Полагаю, — сказал он, когда завтрак подошел к концу, — что у вас должны быть какие-нибудь несовершенства, как у всех людей, но пока мне не удается их обнаружить.
Лоретта засмеялась:
— Пожалуйста, не ищите слишком усердно. Я очень хорошо сознаю свои недостатки.
— Но где же они? — сказал Фабиан, словно размышляя вслух. — Я нахожу вас настолько безупречной — ив том, как вы выглядите, и в том, как вы говорите, и в ваших мыслях, — что не могу представить себе, чтобы самый придирчивый критик нашел бы, в чем вас упрекнуть.
— Вы не знакомы с моими родственниками, — ответила Лоретта. — Уверяю вас, они весьма взыскательны ко всем, и я не составляю исключения.
Она говорила шутливо, но, взглянув на Фабиана, обнаружила, что его выражение очень серьезно.
— Вы говорите о своих родственниках, но не о своем муже. Расскажите мне о нем.
Просьба была такой неожиданной, что Лоретта смешалась и, хотя попыталась скрыть это, не могла вымолвить ни слова, а щеки ее залил румянец.
— Видимо, он очень странный человек, если позволил такой редкой красавице, как его жена, уехать в Париж одной, — продолжал Фабиан. — А также разрешил ей остановиться у Ингрид в ее двусмысленном положении, и в довершение позволяет вам знакомиться с мужчинами вроде меня, когда только каменные истуканы не будут говорить вам о любви.
— Я не могу… обсуждать это, — кое-как наконец выговорила Лоретта.
— Почему? Только не говорите, будто из любви к нему, ведь я знаю, моя прекрасная малютка Лора, что вам ничего — или почти ничего — неизвестно о любви, да и о мужчинах тоже, раз уж на то пошло.
— Не понимаю, почему вы… полагаете, что я такая… невежественная, — ответила Лоретта, чувствуя, что ей каким-то образом следует вступиться за себя.
Фабиан засмеялся очень нежно.
— Вы так молоды и так не испорчены, — сказал он. — Я забыл, что в мире есть женщины вроде вас, и тем не менее вы, как ни невероятно это звучит, вы замужем!
— Да, я замужем, — твердо сказала Лоретта. — И, как я уже предупреждала вас, месье, вы не должны говорить со мной таким образом.
— Но как я могу удержаться? — спросил Фабиан. — И как вы можете помешать тому, что чувствуете ко мне?
Лоретта хотела было сказать, что ничего к нему не чувствует, а просто видит в нем интересного знакомого.
Но тут она снова взглянула на него, и вновь ее глаза оказались в плену его взгляда. У нее не хватило сил их отвести.
— Мое сокровище, вы открыты душой, — сказал он негромко. — Я знаю о вас все и еще знаю, что волную вас. Пусть вы это отрицаете, но ваше сердечко бьется немного чаще, потому что мы здесь вдвоем, и ваши губы, на которых я еще не запечатлел поцелуя, ждут моих.
Его слова заставили Лоретту окаменеть.
С огромным усилием (ей даже почудилось, что она себя ударила) она сказала:
— По-моему… мне пора… вернуться домой.
— Я отвезу вас туда, — ответил Фабиан, — а вечером мы продолжим этот разговор с того места, где остановились.
Лоретта хотела сказать, что не будет его слушать, но она знала, что это ложь.
Ей хотелось, чтобы он говорил и говорил с ней этим особым голосом, от которого по всему ее телу словно пробегали солнечные лучи.
Она сознавала, хотя и пыталась отгонять эти мысли, что от его слов и звучащей в них искренности ее охватывает сладкая дрожь.
«Да, он флейтист из сказки, как сказала мне Ингрид, — думала она, — и подобно всем другим глупеньким женщинам я бегу за ним навстречу гибели!»
Она пошла впереди него через лужайку туда, где стоял его экипаж в тени деревьев.
Когда маркиз подсадил ее, она снова подумала, ощутив трепет от прикосновения его руки, что ей надо скорее уехать из Парижа.
«Не делай глупостей!» — сердито приказала она себе.
Тут он сел рядом с ней, взял вожжи, и ей почудилось, что это Аполлон правит лошадьми, запряженными в небесную колесницу.
Никто не мог бы выглядеть столь неотразимым, столь лучезарно-обаятельным, и тем не менее он был достоин презрения, как ее предостерегали.
Фабиан поехал по лесу кружным путем. Он хотел, чтобы Лоретта насладилась красотой деревьев и цветов, улыбнулась мальчуганам, игравшим на поляне в мяч.
Но через несколько минут они уже оказались на широком, обсаженном каштанами бульваре.
По тротуарам неторопливо двигались пешеходы, за столиками сидели люди с неизменными чашками кофе в руке.
Фабиан остановил лошадей перед домом Хью.
Когда грум подбежал взять лошадей под уздцы, маркиз спрыгнул на мостовую, помог ей сойти, говоря:
— Au revoir, моя прекрасная маленькая богиня, до вечера.
Лоретта остановилась у нижней ступеньки крыльца.
— Если я… поеду, — произнесла она с усилием, — вы не должны… говорить мне… подобные вещи.
— По почему?
— Потому что это… дурно, — начала она.
— Нет ничего дурного, — сказал Фабиан тихо, — в том, что я чувствую к вам и что вы чувствуете ко мне. Мы можем говорить об этом, пока звезды не осыпятся с небес, но свои сердца мы изменить не в силах, а отрекаться от любви, как вам известно, это кощунство.
И вновь он говорил с глубокой серьезностью.
А когда он взял ее руку, Лоретта вновь всем своим существом ощутила, как его магнетизм устремляется к ней, подчиняет своей власти.
Так ничего и не сказав, Лоретта поднялась по ступенькам.
— Так до восьми часов! — С этими словами маркиз сел в свой экипаж.
Ингрид ждала ее в вестибюле.
Она поцеловала Лоретту, восклицая:
— Меня удивило, любовь моя, когда Хью рассказал, что ты завтракаешь с Фабианом, и даже еще больше, что граф позволил себе подобное!
— Омерзительный человек! — воскликнула Лоретта.
— Согласна. И все же он имеет большой вес в финансовом мире, а я хочу, чтобы Хью был в хороших отношениях с «королями финансов», так же как с политиками, которые правят нами.
— Я понимаю, — тихо ответила Лоретта, — но мне так трудно быть… вежливой с графом, когда он ведет себя так… неслыханно.
— Он воображает, что каждая женщина влюблена в него, а не в его деньги, — сказала Ингрид.
— А почему он так ненавидит маркиза? Ингрид рассмеялась:
— И ты спрашиваешь? Потому что они уже не раз сталкивались, ухаживая за той или иной новой красавицей, и всякий раз победа оставалась за Фабианом.
— Я не хочу больше видеть графа! — твердо заявила Лоретта.
— Я постараюсь, — ответила Ингрид, — но это будет нелегко.
Лоретта сняла шляпку со словами:
— Я тебе в тягость, Ингрид? Ты хочешь, чтобы я уехала?
— Ну что ты! — воскликнула Ингрид. — Я в восторге, что ты здесь, и ты просто не можешь себе представить, как для меня важно, что в своих затруднениях ты обратилась ко мне!
Ее голос стал низким от волнения, когда она добавила:
— Могу только уповать, что сумею тебе помочь. Если мне это не удастся, то не по моей вине.
Лоретта нервно прошлась по комнате и остановилась у окна со словами:
— Ты мне уже помогла!
— Если бы я была в этом уверена! — проговорила Ингрид у нее за спиной. — Возможно, я ошибаюсь, но у меня такое чувство, что ты находишь Фабиана гораздо более привлекательным, чем ожидала.
Это была правда, и Лоретта сумела только кивнуть, а Ингрид сказала:
— Как ни странно, несмотря на репутацию Фабиана, несмотря на его успех у женщин, мужчины, как правило, за исключением графа, относятся к нему с симпатией и доверием. Хью его вернейший друг.
Лоретта прекрасно поняла, как много значат такие слова в устах Ингрид.
Когда ее отец отзывался о ком-либо неодобрительно или с презрением, он никогда не ошибался, и человек этот оказывался во всех отношениях нежелательным.
И то, как Ингрид отозвалась о дружбе Хью с тем, против кого она с такой настойчивостью ее предостерегала, внесло еще больше смятения в чувства и мысли Лоретты…
Чтобы переменить тему, она сказала:
— У нас есть днем какие-нибудь дела?
— Можно поехать по магазинам, если хочешь, — ответила ее кузина. — Конечно, в Париже есть еще масса достопримечательностей, которых ты не видела, но это я оставлю на Фабиана.
— Когда он привез меня сюда после завтрака, я надеялась, что он пригласит меня совершить прогулку по городу.
— Вероятно, — объяснила Ингрид, — он сегодня играет в поло и не хотел подвести свою команду.
— В поло? — переспросила Лоретта.
— Я думала, ты знаешь, — ответила Ингрид, — почему Фабиан меньше интересуется скаковыми лошадьми, чем его отец. Он ведь выдающийся игрок в поло. Собственно говоря, он член команды, представляющей Париж.
— Я ни малейшего понятия об этом не имела, — ответила Лоретта. — Конечно, я заметила, какие у него чудесные лошади, но он никогда не приезжал в Англию на скачки, и я решила, что они интересуют его только, как средство передвижения.
Ингрид засмеялась.
— Скажи ты это Фабиану, он бы упал в обморок! У него есть собственные лошади, ничуть не уступающие отцовским, а его конюшня в Нормандии слывет лучшей в стране. И у него есть скаковые лошади, только в отличие от дюка он на них не помешан.
— Теперь я понимаю, почему папа с ним не знаком, — заметила Лоретта. — Это казалось мне загадочным.
— Ты еще многое в Фабиане найдешь загадочным, — ответила Ингрид. — Очень жаль, что в мужья он не годится, хотя во всех других отношениях безупречен.
Они заговорила о другом, но мысли Лоретты все время возвращались к маркизу.
Притворяться перед собой не имело смысла, и, поднявшись в спальню переодеться к обеду, она почувствовала, как сильно хочет быть с ним, слушать его.
Да, когда он говорил о их чувствах друг к другу, она смущалась.
Но в ней пробуждались ощущения, о которых она старалась не думать, в которых не осмеливалась признаться себе.
«Если я сейчас так мучаюсь, — думала она, строго себя одергивая, — так что же я буду чувствовать, если выйду за него замуж, а он оставит меня для другой женщины?»
Мысль эта была нестерпимой, и, нежась в душистой воде ванны, она попыталась обрести спокойствие, равнодушие, высокомерие.
Затем она надела еще одно из красивых платьев, которые выбрала с Ингрид у Лаферье.
В нем она казалась полураспустившейся розой.
Однако легкие штрихи бархата на серебре шифона придавали ему интригующую изысканность.
Нет, оно явно не предназначалось для девушки, только начинающей выезжать в свет!
Естественно, у нее не было драгоценностей, какие носят замужние женщины, и Ингрид одолжила ей брильянтовое колье с подвеской — большой идеальной формы грушевидной жемчужиной.
К нему были серьги и браслеты, чтобы надеть поверх длинных перчаток, того же цвета, что и ее платье.
— Ты обворожительна, как никогда! — воскликнула Ингрид, увидев ее.
Лоретта зашла к ней в спальню попрощаться до утра, так как Ингрид должна была обедать с маркизом в гораздо более поздний час и пока отдыхала в шезлонге в элегантнейшем неглиже из зеленого газа.
— Проведи приятно время, любовь моя, — сказала Ингрид, — но помни: не теряй ни головы, ни сердца. Если речь идет о Фабиане, их не вернуть.
— Буду помнить, — ответила Лоретта с некоторой неуверенностью.
Затворяя за собой дверь, она не видела, с какой тревогой ее кузина посмотрела ей вслед.
Перекинув через руку бархатную пелерину, Лоретта медленно спускалась по ступенькам, и в тот момент, когда она сошла в вестибюль, к ней торопливо подошел лакей, дежуривший у парадной двери, и сказал:
— Господин, который вас ждет, мадам, просит, чтобы вы не мешкали, так как его лошадям не стоится.
Лоретта не обратила внимания на некоторую странность этого поручения — ведь лошади Фабиана были великолепно вымуштрованы.
Она почти сбежала с крыльца к карете, и грум тотчас распахнул перед ней дверцу.
И вот тут она удивилась, что Фабиан не встретил ее снаружи.
А когда она опустилась на сиденье, то увидела, что в карете никого нет.
Дверца тотчас захлопнулась, лошади рванулись вперед рысью, и Лоретта, было привставшая, снова села, чтобы ее не швырнуло на пол.
Карета мчалась по Елисейским полям с совершенно излишней быстротой, и Лоретта подумала, что произошла какая-то ошибка.
Она хотела окликнуть кучера или грума, но оба окошка были плотно закрыты.
Может быть, маркиз придумал новый способ заинтриговать ее? Или это все-таки ошибка?
И тут у нее мелькнуло страшное подозрение, настолько страшное, что она побоялась облечь его в слова.
Лоретта наклонилась, опять попыталась открыть сначала одно окно, потом другое, но они не поддавались, а карета неслась так быстро, что открыть дверцу она побоялась.
— Что… происходит? Что… это? — спрашивала она себя.
И пока она пыталась сообразить, что должна будет сделать, если оправдаются ее худшие подозрения, бульвар остался позади.
Тут дома отстояли далеко друг от друга, и Лоретта поняла, что они едут вдоль Булонского леса.
Затем лошади свернули в ворота, по сторонам замелькали клумбы и деревья. Карета остановилась перед портиком большого дома.
«Да, конечно, произошла ошибка! — с облегчением сказала себе Лоретта. — Кучер должен был заехать за какой-то дамой и, вероятно, ошибся домом. Я сама виновата. Мне следовало быть осмотрительнее и сообразить, что маркиз непременно вошел бы хотя бы в вестибюль».
Лакей распахнул дверцу, и она спросила по-французски:
— Чей это дом?
— Мадам, месье ожидает вас там, — ответил лакей.
— Но как его зовут? — настойчиво спросила Лоретта.
— Он ждет, мадам, и просит вас подняться к нему.
Сделать ничего было нельзя, а продолжать этот разговор не имело смысла, поэтому Лоретта сказала, выходя из кареты:
— Прикажите кучеру подождать. Произошла ошибка, и ваш хозяин распорядится, чтобы меня отвезли обратно.
При этих словах она вошла в вестибюль, где другой лакей уже ждал, чтобы проводить ее по широкой лестнице в парадную гостиную, как она подумала.
Дом выглядел великолепно обставленным и дышал роскошью.
Лоретта уже не сомневалась, что действительно произошла ошибка и сейчас она окажется в обществе совершенно незнакомых людей.
«Надо настоять, чтобы меня тотчас отвезли домой, — решила Лоретта. — Ведь маркиз должен вот-вот приехать и будет недоумевать, что со мной случилось».
На верхней площадке лестницы она увидела часы и сказала себе, что была очень глупа, поверив, будто это мог быть маркиз.
Накануне он заехал за ней в точно назначенное время, а сейчас стрелки показывали всего две минуты девятого.
А сюда она ехала от Елисейских полей по меньшей мере десять минут.
Еще один лакей открыл высокую дверь и молча впустил ее.
Она сделала шаг-другой и остановилась как вкопанная.
В большой комнате ее ждало не целое общество незнакомых людей, а всего один человек — граф де Марэ.
Выглядел он как-то странно.
Лоретта только через две-три секунды поняла, что на нем надет не фрак, а стеганый парчовый халат.
Иногда после охоты ее отец облачался в халат, но далеко не такой пышный.
Лоретта смотрела на графа широко раскрытыми глазами, не зная, что сказать, как выразить свое граничащее с ужасом возмущение, что ее обманом привезли к нему.
И тут она заметила, что находится вовсе не в гостиной, но в спальне!
У стены стояла широкая, напоминающая софу кровать с занавесями, а позади графа — большое трюмо, отражавшее и его спину, и кровать.
Лампы под розовыми абажурами придавали комнате оттенок сладострастия. К Лоретте вернулся голос.
— Как вы посмели… привезти меня сюда подобным образом! — начала она.
Тут она услышала, что дверь позади нее захлопнулась, а граф шагнул к ней со словами:
— Вы приехали! Как я жаждал этого, моя прекрасная дама! И теперь вы уже не сможете отказаться пообедать со мной.
— Как я говорила вам утром, месье, я уже приняла другое приглашение, — сказала Лоретта, — и поражена вашим неслыханным поведением!
Он был уже совсем рядом. Она испуганно попятилась к двери и попыталась повернуть ручку.
Дверь была заперта!
А когда она снова взглянула на графа, то увидела, что он посмеивается.
— Спасения нет, моя прелесть! — сказал он. — С тех пор как мы сидели рядом за обеденным столом, вы противились мне самым обворожительным образом, и если вы будете и дальше сопротивляться, поверьте, тем мне будет приятнее и волнующе.
— Заманив меня сюда хитростью, вы же знали… что я буду… сопротивляться, ведь так? — сказала Лоретта.
— Я хочу тебя! — произнес граф низким вкрадчивым голосом, который совсем перепугал Лоретту.
Она беспомощно уставилась на него. Затем, словно бы поняв, что, пожалуй, ее негодующий тон был ошибкой, она сказала:
— Прошу вас… будем вести себя, как… цивилизованные люди. Вы знаете, я здесь… не по своему желанию… и могу только… умолять вас… как благородного человека… отпустить меня.
— И как разочарованы вы были бы, если бы я поступил так! — ответил граф. — Однако, как вы сказали, мы будем вести себя цивилизованно и начнем с бокала шампанского. Торопиться некуда, у нас впереди вся ночь.
Сказал он это таким голосом, что Лоретта чуть не закричала от ужаса.
Но затем с гордостью и самообладанием, какого она в себе не подозревала, ей удалось выговорить:
— Да, я выпила бы шампанского. Но вы не можете не понимать, как я потрясена… подобным… похищением.
— Но я же говорил вам, что всегда добиваюсь своего, — ответил граф. — Ну а теперь, прошу вас, садитесь. Я хочу смотреть на вас и заверить, на случай если вы сомневаетесь в моих словах, что я еще никогда не видел такой совершенной красавицы и притом столь бесконечно и абсолютно желанной.
Он сделал знак Лоретте последовать за ним к кушетке, за которой находился плотно занавешенный эркер, а рядом стоял столик.
На столике Лоретта увидела бутылку с шампанским в большом золотом ведерке со льдом на золотом подносе, а рядом — всякие графины и бутылки.
Она села, чувствуя, что вот-вот не выдержит, кинется к двери, будет бить по ней кулаками и кричать, чтобы ее выпустили.
Но она не сомневалась, что слуги графа ее не услышат.
Ее пробрала холодная дрожь при мысли, что дверь эту запер за ней лакей, как ему приказал граф.
А тот сел, и она заметила, что под халатом на нем были брюки от фрачной пары и тонкая батистовая рубашка.
И вместо положенного накрахмаленного стоячего воротничка — мягкий галстук, снять который, поняла она, так просто!
От этой мысли ей стало почти дурно, и она старательно отвела взгляд от кровати напротив, уже успев заметить шелковые, отороченные кружевом простыни и пухлые подушки, украшенные монограммами графа.
Он же наливал шампанское в бокалы со словами:
— Золотистое вино, так гармонирующее с золотом ваших волос! И возьмите канапе с паштетом, за которым я специально посылал в Страсбург, или, если предпочитаете, то с икрой.
Борясь с дурнотой, Лоретта отпила шампанского, а граф продолжал:
— Потом мы поужинаем в соседней комнате, но сначала, моя прекрасная дама, я намерен научить вас тому, на что не способен ни один англичанин — той страсти, тайны которой были известны древним египтянам и индусам, а они славятся как искуснейшие любовники!
Он говорил так, будто каждое слово дарило ему наслаждение, возбуждало его непонятно и отвратительно.
При этом, почувствовала Лоретта, он словно бы раздевал ее мысленно. И невольно она отпрянула от него.
Он усмехнулся.
— Еще немного, — сказал он, — и я сделаю тебя моей. И тогда, моя обворожительная неразбуженная англичаночка, ты станешь более женственной, более умудренной и, как ни кажется это невозможным, даже более желанной, чем в эту минуту.
Прежде чем Лоретта успела отодвинуться, он обнял ее за талию, забрал бокал и притянул ее к себе.
Она попыталась высвободиться, но почувствовала, что он очень силен.
— Нет! Нет! — вскрикнула она.
Но он неумолимо прижал ее к своему телу.
«Фабиан, помоги мне… помоги мне!» — взмолилась она беззвучно.
И будто в ответ на этот крик души ее осенило, как вырваться от него.
Она подняла ладонь, будто защищаясь.
И смахнула на пол расстегнувшуюся сережку Ингрид.
Лоретта вскрикнула с притворным испугом:
— Моя сережка! Не наступите на нее, она очень хрупкая!
Граф посмотрел на сережку под низким столиком.
А когда он нагнулся, Лоретта протянула руку у него за плечом, схватила неоткупоренную бутылку минеральной воды с золотого подноса и изо всех сил ударила графа бутылкой по затылку.
Он со стоном повалился вперед, а она ударила его снова.
Затем, приподнявшись, чтобы удар получился сильнее, она стукнула его по затылку в третий раз.
Когда граф растянулся на полу между столиком и кушеткой, Лоретта услышала позади себя какой-то шум.
Невольно оглянувшись, она увидела, как занавески эркера раздвинулись, и в комнату вошел Фабиан.
Она вскрикнула с таким облегчением, что стены отозвались эхом.
Бросив бутылку на кушетку, она обежала столик и кинулась на шею маркиза, восклицая:
— Я… убила его! Я… убила его! Ах, Фабиан, я убила… его!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Танцуя на радуге - Картленд Барбара

Разделы:
Примечание автораГлава 1Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Танцуя на радуге - Картленд Барбара



девочки кто хочет провести легкий вечер читайте еще одну красивую сказку о любви этой писательницы - отдых обеспечен
Танцуя на радуге - Картленд Барбаранаталия
27.07.2012, 14.15





как приятно отвлечься и забыть...девочки надо читать сказки и хоть на вечер оторваться от всего...отдахнула и отвлеклась
Танцуя на радуге - Картленд Барбаравава
7.03.2014, 10.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100