Читать онлайн Свет луны, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свет луны - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.88 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свет луны - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свет луны - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Свет луны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Неома была счастлива, по-настоящему счастлива, от того, что ехала по лондонским улицам вместе с маркизом. Никогда прежде ей не приходилось пользоваться фаэтонами. Казалось, что сказочные птицы высоко подняли ее и она перенеслась в какой-то другой, волшебный мир. Всегда, когда она находилась рядом с маркизом, Неома испытывала подобное чувство. Украдкой посмотрев на маркиза, она подумала, что сейчас он выглядит еще более величественным и надменным. Он казался отрешенным от жизненной суеты, и эта отстраненность возвышала его над всеми.
В фаэтон были запряжены четыре превосходные лошади. Черно-желтый экипаж был украшен серебряными лампами, что придавало ему особую изысканность.
И хотя Неома сделала все, чтобы выглядеть привлекательной, она чувствовала себя нищенкой.
Неома вспомнила, как была поражена, когда, открыв дверь, она увидела стоявшего на пороге дома маркиза, а за его спиной — фаэтон с прекрасной упряжкой лошадей. Это было как в сказке. Эту карету прислал для нее добрый волшебник, чтобы отвезти на бал.
Маркиз без приглашения вошел в дом и стал осматривать его. Он заглянул в столовую, затем в гостиную. Было заметно, что владелец Сита с презрением относится к их жилищу, хотя Неома очень старалась создать в нем уют.
Затем он спросил:
— Вы готовы?
Неома кивнула головой, она была уверена, что голос непременно выдаст ее волнение.
Маркиз помог ей сесть в фаэтон, в то время как грум укладывал ее нехитрый багаж. Вскоре экипаж выехал на Кингз-роуд и направился в Сит.
Вернувшись накануне вечером на Ройял-авеню, Неома с трудом верила в то, что маркиз пригласил ее в Сит, точнее сказать, настоял на этом в обмен на пресловутую долговую расписку.
Пока они не приехали домой, Неома не могла сообщить Перегрину, что долговая расписка у нее. И лишь после ухода Чарльза и Аврил Перегрин с нетерпением спросил:
— Ну как? Ты нашла расписку? Его взгляд был таким беспокойным, что Неома не стала более испытывать его терпение и ответила:
— Да, вот она!
Неома вытащила расписку из ридикюля, который носила на запястье руки. Перегрин несколько недоверчиво посмотрел на расписку, но затем, обняв сестру, воскликнул:
— Какая же ты умница! Красавица ты моя! Как же тебе удалось ее найти? О Неома, не знаю, смогу ли я отблагодарить тебя!
Сначала Неоме казалось, что она не сможет солгать Перегрину, но, увидев, как радуется брат, сказала:
— Ты был абсолютно прав. Расписка находилась в письменном столе. Главное, теперь ты вне опасности. Однако обещай мне, что никогда больше не будешь играть в карты.
— Обещаю. Больше я не стану проигрывать две тысячи фунтов, — ответил Перегрин. — Просто не могу поверить в то, что мне больше не придется проводить бессонные ночи, с ужасом думая о неизбежности потери нашего поместья.
— Иди спать и ни о чем больше не думай, — успокоила его Неома. — Единственное, что мы сейчас сделаем, — сожжем эту долговую расписку, которая причинила столько вреда.
Она была уверена, что Перегрин согласится с ней, но вместо этого он взял у нее из рук расписку и сказал:
— Наверное, нам следовало бы поместить ее в рамку и повесить на стену, чтобы эта проклятая расписка всегда служила напоминанием и предостерегала меня от глупостей.
— Я думаю, ты и так будешь всегда помнить о своей ошибке, и тебе не понадобится этот злосчастный клочок бумаги.
Перегрин еще раз пробежал глазами расписку. Неома с беспокойством наблюдала за ним. Но он ничего больше не сказал, а только разорвал долговую расписку на мелкие кусочки, а затем подбросил их кверху.
— Я свободен! Свободен, Неома! И все — благодаря тебе! — ликовал Перегрин.
Девушка стала подниматься по лестнице.
— Пойду спать, я очень устала, — сказала она. — Но прежде должна проверить, есть ли чистый галстук, который ты мог бы завтра надеть. Тогда тебе не придется распаковывать свой багаж, а потом вновь его собирать. Ведь завтра ты уедешь рано утром.
То же самое касалось и ее, однако свое платье и ленты на капоре Неома должна была обязательно погладить.
— Мне нужны по крайней мере три галстука, в случае если я не смогу правильно завязать один из них, — заявил Перегрин.
— Не стоит думать об этом. Я сама тебе их завяжу.
Но все же Неома приготовила ему три галстука и отнесла их в комнату Перегрина.
Мысли о предстоящей поездке в Сит долго не давали ей заснуть. Весьма странным было то, что маркиз пригласил ее одну погостить в Сите. Может быть, маркиз хотел что-то узнать о своих лошадях, воспользовавшись ее особым чутьем. Ведь он был свидетелем того, как хорошо она справилась с непокорным Победоносным и как точно предсказала проигрыш Алмаза на Дерби. Наверное, маркиз хочет узнать мнение Неомы о других лошадях.
«Как прекрасно вновь прокатиться на лошади вместе с маркизом!»— подумала Неома.
Перед отъездом Перегрина она спросила брата, когда он возвратится. Ей хотелось покататься на лошадях не только в субботу, но и утром в воскресенье.
— Понятия не имею, — небрежно ответил он, — однако в любом случае я приеду не очень рано. Наверняка сэр Эдмунд устроит званый обед сразу же по окончании состязания.
— Прошу тебя, только не пей много, — умоляла Неома. — Ты же знаешь, как плохо потом себя чувствуешь.
— Я не собираюсь обращать на себя внимание других, — ответил Перегрин. — А если ты будешь приставать ко мне, то в конце концов мне придется стать священником и проповедовать на каждом углу идею воздержания!
Неома засмеялась. Представить Перегрина в таком качестве было просто невозможно. Он также засмеялся и обнял сестру.
— Если бы не ты, то сейчас нам не пришлось бы смеяться… Сомневаюсь, что я поехал бы к сэру Кортни. А раз так все вышло, я еду и хочу получить максимум удовольствия от такого захватывающего зрелища, как состязание боксеров.
В девять часов утра заехал Чарльз, чтобы забрать Перегрина и поехать с ним в особняк Эдмунда Кортни, находившийся на Парк-лейн. Перед отъездом Перегрин сказал:
— Мы вернемся в воскресенье непременно до обеда, поэтому приготовь что-нибудь вкусненькое. С нами пообедает Чарльз.
— Я, конечно, не откажусь, — заметил Чарльз, — если это не доставит особых хлопот.
Улыбнувшись, Неома произнесла:
— Ты же знаешь, я всегда рада тебе. И, как говорит Перегрин, постараюсь приготовить что-нибудь вкусненькое.
Впрочем, Перегрин всегда просил купить что-то особенное и вкусное к обеду, но, как правило, денег на это не давал. Правда, на этот раз у Неомы оставалось кое-что от тех двух гиней, которые выделял ей Перегрин перед поездкой в Сит.
Помахав рукой Перегрину и Чарльзу, Неома быстро вернулась в дом, она должна была перед отъездом застелить кровати и убраться в спальнях. Когда Эмили мыла пол, раздался какой-то грохот, означавший, что девушка что-то разбила. Неома не побежала на кухню посмотреть, что произошло, а вместо этого вошла в свою спальню, сняла платье, в котором подавала Перегрину завтрак, и надела то, в котором вчера приехала из Сита.
«Маркиз, наверное, подумает, что у меня только одно платье. И он будет недалек от истины. Ну и что из того? В конце концов, на этот раз я возьму с собой амазонку», — решила Неома.
В действительности амазонка принадлежала еще ее матери. Это платье из отменного материала было хорошо сшито, и ничего подобного Неома не могла себе позволить с тех пор, как умерли ее родители.
Она положила в коробку шляпу для верховой езды. Ей вспомнились слова маркиза о том, что ему нравится видеть ее с распущенными волосами, когда они переливаются на солнце.
«Невероятно, чтобы такой человек, как маркиз, произнес подобные слова. Правда, сказал он это холодным, безразличным тоном. Все же он странный человек», — подумала Неома…
Сейчас, находясь в фаэтоне рядом с маркизом, Неома подумала о том же, однако заменила слово «странный» на «загадочный». Она не понимала его, не понимала, почему маркиз поставил такое странное условие в обмен на спасение Перегрина от уплаты долга чести.
Она собиралась пробыть в Сите две ночи и целый день. Однако надо было вовремя вернуться в Лондон, чтобы приготовить отменный обед для Перегрина и Чарльза. Оставив Эмили деньги на мясо, она сказала, что его надо купить самое позднее в субботу днем, чтобы в воскресенье оно было еще свежим. Неома написала Эмили небольшой список того, что, необходимо было купить, и хотя служанка не умела читать, это без труда мог сделать продавец.
И даже теперь, сидя в роскошном экипаже, Неома беспокоилась, все ли она указала в списке.
— У меня такое ощущение, что вас что-то тревожит. Это так? — спросил маркиз.
— Ну что вы, вам показалось, меня ничто не беспокоит. У меня такое радостное ощущение, такое возвышенное чувство, как будто в этом фаэтоне мы поднялись над всем миром. Я впервые еду в таком экипаже.
— Неужели вы никогда не ездили в фаэтонах? — удивился маркиз.
Неома засмеялась:
— Все мои знакомые либо ходят пешком, либо, если они немного разбогатеют, пользуются наемными экипажами.
Она представила, как бы радовался Перегрин, как бы он был горд, если бы имел собственный фаэтон, хотя он никогда бы не смог содержать лошадей в таком же безупречном порядке, как у маркиза.
Вскоре они выехали за пределы Лондона. Неома с восторгом смотрела по сторонам. Она любовалась живописными группами деревьев, солнечными полянами, веселыми крестьянскими домиками.
— Как же здесь прекрасно, — произнесла Неома. — Не могу понять, почему многие стремятся жить в городе.
— Вы только подумайте, сколько бы приемов вам пришлось пропустить, если бы вы жили сейчас в провинции, — заметил маркиз.
Неома чуть было не ответила, что никогда еще не была ни на одном приеме или званом обеде, кроме как в Сите, но тут же подумала, что покажется маркизу скучной и неинтересной, если скажет подобное.
«Раз он пригласил меня в гости, то надо постараться не наскучить ему», — решила Неома и постаралась перевести разговор на тему о лошадях, ведь в этом вопросе у них было много общего. По ее просьбе маркиз рассказал, как долго и тщательно он занимался поисками подходящих скакунов.
Но вот показался Сит. Неома испытывала сейчас даже большее благоговение, чем тогда, когда уезжала отсюда в последний раз. Фаэтон уже двигался по длинной дороге, ведущей к особняку, и над деревьями появился сверкающий купол, когда у Неомы возникло чувство, что она едет туда, где ее ожидает что-то близкое.
— Какая красота! — вслух произнесла Неома. Это прозвучало настолько искренне, что маркиз повернулся, посмотрел на нее и улыбнулся.
— Мне кажется, — сказала Неома, — что в свой предыдущий визит я цитировала не того поэта, которого следовало бы.
— Мне, наверное, надо подготовиться к очередной вашей колкости в мой адрес, и все же я хочу ее услышать, — заметил маркиз.
— Когда вы смотрите на свой Сит, то, очевидно, мысленно говорите себе: «Я — царь всего, что вижу здесь, и никто не осмелится оспорить мое право».
Маркиз засмеялся, а затем сказал:
— Опять вы забыли конец фразы: «Лучше жить средь тревоги и страха, чем в этом ужасном месте править».
— Ну что вы, последняя фраза совершенно не имеет к Ситу отношения, — возмутилась Неома, — разве кто-то посмеет сказать, что в мире найдется более прекрасный особняк, чем Сит!
Затем Неома добавила:
— Конечно, вы можете возразить, что я… не вправе судить о подобных вещах, ведь я не имею достаточного жизненного опыта и вообще мало что видела в своей жизни.
— Я не хотел говорить ничего подобного, — ответил маркиз. — Наоборот, я весьма польщен столь высокой оценкой моего дома и особенно рад, что вы высказываете такие комплименты.
Удивленно посмотрев на него, Неома сказала:
— А я всегда думала, что вас не интересуют мнения других. Но, наверное, я ошибалась.
— Вы хотите, чтобы я сказал, что все зависит от того, кто высказывает свое мнение. Безусловно, ваше мнение мне интересно и важно.
— Мое?
— Конечно.
От слов маркиза Неома почувствовала неловкость и сразу же посмотрела в сторону особняка, затем тихо сказала:
— Я лишь подумала, что вы необычный, загадочный человек. Но одно я знаю точно: вы не такой, как о вас говорят.
— Что вы имеете в виду? — спросил маркиз.
— Говорят, что вы безжалостный человек, но это не так. Я знаю, что вы добрый, — ответила Неома. — Похоже, вам нравятся люди с дурной славой, но сами вы на них не похожи. Я, конечно, не уверена, но мне кажется, что вы понимаете… переживания других людей и умеете войти в их положение, хотя, возможно, в этом и не признаетесь себе.
Сейчас Неома подумала о Перегрине. Она всегда будет благодарна маркизу, что он аннулировал долг ее брата. Вспомнилось, с какой любовью обнял ее Перегрин, узнав о найденной расписке и о том, что больше ничто не угрожает ему. В ту минуту она внутренне благодарила маркиза за его понимание.
Маркиз ничего не ответил Неоме. Фаэтон, проехав через мост, приближался к парадному входу. Уже был разложен красный ковер, и строй лакеев с нетерпением поджидал их. Когда экипаж остановился, Неоме помогли спуститься на землю, и они вместе с маркизом поднялись по лестнице.
— Добро пожаловать в Сит! — сказал маркиз.
— Я так рада, что опять здесь, в Сите! — ответила девушка.
Войдя в вестибюль, она с восторгом посмотрела на картины Лягера, висевшие на стенах, вспомнив, как, уезжая в последний раз, с грустью расставалась с прекрасными творениями, думая, что никогда больше не увидит их. Затем они прошли в салон, и маркиз настоял на том, чтобы Неома выпила немного шампанского, прежде чем поднимется к себе в комнату.
Наверху ее встретила миссис Элвертон.
— Очень рада, что вы опять здесь, мисс, — сказала она.
Хотя слова миссис Элвертон были сказаны доброжелательно и приветливо, на ее лице, как показалось Неоме, промелькнул неодобрительный взгляд.
«Наверное, она удивлена, что со мной нет компаньонки. Но, к сожалению, я не смогу ей объяснить, почему приехала одна», — подумала Неома.
Она полагала, что остановится в той же комнате, в которой была в последний раз, однако они прошли дальше по коридору. Мысли о миссис Элвертон и о се недоброжелательном взгляде так увлекли Неому, что она сначала не заметила, в, какой находится комнате, пока не сняла капор и не посмотрелась в зеркало, чтобы привести волосы в порядок. Только сейчас она увидела, насколько красива и роскошна была эта комната.
Неома осмотрелась. Бирюзовые стены гармонировали с драпировкой парчового балдахина. Нарядный навес над кроватью был увенчан резным позолоченным куполом и украшен фигурками купидонов и голубей. Эта комната произвела на Неому такое же сильное впечатление, какое производило на нее все, что она видела в особняке.
«Мистер Грейстон почему-то не показал мне этой комнаты», — отметила про себя Неома. Она решила, что у нее еще будет время внимательно рассмотреть картины, висевшие на стенах. Ей показалось, они принадлежали французским мастерам. Теперь же надо поспешить. Нельзя заставлять маркиза ждать.
Быстро вымыв руки, она в прекрасном расположении духа спустилась вниз, радуясь тому, что теперь в салоне ей не придется видеть напыщенных болтунов и ярко разодетых дам или пьяных джентльменов, как лорд Дадчетт. Все вокруг казалось ей еще более прекрасным.
Маркиз стоял у открытого окна и смотрел в сад. Когда Неома подошла к нему, он спросил:
— Может быть, немного шампанского?
— Нет, спасибо.
Неоме не хотелось быть похожей на тех дам, которые, много выпив, вели себя непристойно в тот вечер, когда она впервые приехала в Сит.
Маркиз, видимо, угадал ее мысли и сказал:
— Может быть, забудем о том, что вас так неприятно поразило в моем доме в предыдущий раз? Кроме нас с вами, здесь никого нет. Почему бы нам просто хорошо не провести время?
— Именно этого я и хочу, — улыбнулась Неома. — Мне так многое хочется увидеть, многое узнать.
— И что же вы будете делать со своими знаниями?
— Я все это запомню на всю жизнь, — ответила Неома. — И тогда, когда мне будет плохо, я смогу мысленно обратиться к вашим чудесным картинам либо представить, что я опять в этой прекрасной комнате среди всего этого великолепия.
Она замолчала на мгновение, затем произнесла:
— Возможно, именно так надо изучать историю. Удерживая в своей памяти галерею чудесных воспоминаний и образов, мы можем всегда в нужную минуту воспользоваться ими, почерпнув для себя вдохновение.
— А как же быть с просчетами и ошибками, которых в прошлом немало?
— Безусловно, ошибки прошлого учат нас не повторять их вновь.
— Вы очень искренни и жизнерадостны, — заметил маркиз, — впрочем, это свойственно молодым.
Вскоре их пригласили на обед в небольшую столовую. Комната овальной формы с желто-зелеными стенами была украшена не картинами, а классическими скульптурами в нишах. Неома уже знала, что маркиз был в Греции, поэтому она стала расспрашивать его об этой удивительной стране, которую хотела бы увидеть.
— Я бы с удовольствием показал вам Акрополь, особенно он красив в полнолуние. Тогда бы вы поняли по-настоящему смысл своего имени, представив себя частицей лунного света.
— Это было бы прекрасно, — задумчиво произнесла Неома.
— Наверное, в доме должна быть картина с изображением Акрополя. Многие известные художники рисовали его. Впрочем, спросите об этом у мистера Грейстона.
— А разве вы точно не знаете? — недоумевала девушка. — Вы же должны знать, что есть в вашем доме.
— Вы правы, — согласился маркиз, — но обычно мои гости не интересуются тем, что у меня есть. Их интересует, что я им подарю.
Неома не хотела показаться грубой, поэтому продолжила разговор о картинах.
После обеда она поднялась наверх, чтобы переодеться для верховой езды.
Когда миссис Элвертон впервые привела ее в эту роскошную спальню, то предупредила, что ее служанкой, как и прежде, будет Элси. Поднявшись в комнату, Неома застала там Элси. Служанка раскладывала на диване ее амазонку.
— На этот раз вы взяли с собой подходящий костюм, — заметила Элси. — Я думаю, вам не понадобится жакет, сегодня очень жарко.
— Тогда я надену только блузку, — сказала Неома.
Возможно, маркизу покажется странным и необычным ее вид. Однако необычным было уже то, что ему нравилось видеть ее без шляпы во время езды.
Юбка амазонки, принадлежавшая матери, отлично сидела на Неоме, делая талию девушки еще более стройной. Уходя из комнаты, Неома все же взяла с собой жакет.
Маркиз уже ждал ее в вестибюле. Он смотрел, как Неома спускалась по лестнице, отчего ей почему-то стало неловко. Подойдя к маркизу, она тихо спросила:
— Не знаю, может быть, вы хотите, чтобы я надела жакет, но на улице, по-моему, очень жарко.
— Вы выглядите как нельзя лучше. Мне очень нравится ваш вид, — ответил маркиз, остановившись взглядом на ее волосах.
Улыбнувшись ему, она положила жакет на стул, и они вышли на улицу, где их ожидали лошади.
Маркиз взялся за ее талию, чтобы подсадить на лошадь. И от прикосновения его рук Неома неожиданно ощутила странное чувство, совершенно незнакомое ей. Но как только они устремились в сторону парка, Неома сразу же забыла обо всем на свете. Она ощущала лишь радость от того, что мчится на этой великолепной лошади.
На этот раз они катались несколько часов, почти не разговаривая.
На обратном пути к дому маркиз вдруг спросил:
— Вам хорошо?
— Конечно же! — ответила Неома. — Я счастлива! Разве можно не испытывать счастья, когда скачешь на такой прекрасной лошади? — наклонившись вперед, она погладила лошадь по гриве.
— Наверное, мне следует подарить вам эту лошадь. Неома засмеялась, приняв слова маркиза за шутку.
— Это очень забавно звучит, — сказала она. — Я думаю, жители Ройял-авеню очень бы удивились, увидев вечером лошадь, привязанную к фонарному столбу! Ведь в противном случае нам бы пришлось втащить лошадь в столовую, выбросив обеденный стол.
Маркиз молчал. Неома пустила свою лошадь рысью, подумав, что каждая минута, проведенная на этот раз в Сите, непременно останется навсегда в ее памяти.
День пробежал быстро. Они пили чай в одной из небольших уютных гостиных, затем сидели в библиотеке, где маркиз показывал девушке редкие книги. Это были первые издания тех авторов, произведения которых Неома читала и очень любила.
— Как вы сумели так много прочитать за свою такую короткую жизнь? — спросил маркиз.
— Я читаю очень быстро, — призналась Неома, — к тому же у меня довольно много времени, чтобы читать.
Она была готова сказать, что часами сидит одна. Сначала ей приходилось быть одной в поместье, а теперь и в Лондоне. Перегрин лишь заходит домой, чтобы переодеться, и никого, кроме служанки Эмили, она не видит. Неома привезла в Лондон много книг из поместья. Кроме того, она пользуется библиотекой, где можно брать книги на дом. Сначала она ходила в библиотеку чуть ли не каждый день. Затем поняла, что, несмотря на небольшую сумму, которую вынуждена платить за пользование книгами, эти деньги лучше было бы потратить на продукты. Тогда Неома решила брать по три книги в неделю и даже реже.
Посмотрев вокруг, она сказала:
— Интересно, что бы я выбрала, если бы вы мне предложили в подарок понравившуюся картину или пятьсот книг?
— Конечно, я могу и ошибиться, — ответил маркиз, — но думаю, что это были бы книги.
— Правильно! — воскликнула Неома. — В то же время мне трудно было бы сделать выбор, если бы речь шла, например, о Боттичелли из Серебряного салона или Ваучере из французского.
Удивленно подняв брови, маркиз сказал:
— Вы знали об этих картинах раньше или вам рассказал о них мистер Грейстон?
— Разумеется, я знала об этих художниках и видела репродукции их картин, — ответила Неома. — Мистер Грейстон рассказал мне о том, как картины попали к вашим предкам. Он также рассказал мне о жизни этих художников.
Взглянув на часы, маркиз сказал:
— Скоро время обеда. Но прежде, коль вы заговорили о подарках, мне хотелось бы кое-что вам подарить.
— Подарить мне?
Глаза Неомы заблестели от любопытства. Наверное, это будет какая-нибудь книга стихов, ведь они часто цитировали любимых поэтов. Неома пошла за маркизом в салон.
— Может быть, мне закрыть глаза?
— Да, закройте, — ответил маркиз.
Войдя в салон, девушка прикрыла руками глаза и произнесла:
— Я жду! Было слышно, как маркиз выдвинул какой-то ящик, затем задвинул его и подошел к Неоме.
— А теперь можете открыть глаза.
Опустив руки, она посмотрела на то, что протягивал ей маркиз. Вместо ожидаемой книги это была какая-то кожаная шкатулка. Она взяла ее и открыла. На мгновение Неома решила, что произошла ошибка. В шкатулке на черном бархате переливалось ожерелье, состоящее из семи бриллиантов, соединенных с крупными камнями из темно-синей бирюзы.
— Я подумал, что бирюза обязательно подойдет вам, — спокойно сказал маркиз.
Неома ничего не говорила. Она безотрывно смотрела на ожерелье, не понимая, как он может дарить ей такую дорогую вещь.
Видя крайнее замешательство Неомы, маркиз спросил;
— В чем дело? Я думал, что это понравится вам. Неома не могла смотреть маркизу в глаза. Она тихо сказала:
— Мне не хочется… чтобы вы думали… что я неблагодарная…
— Вы хотите сказать, что ожерелье не нравится вам?
— Нет, нет, что вы! Оно мне очень нравится! Оно превосходно… однако я не могу… принять его… в качестве подарка.
— Почему же? — грубо произнес маркиз.
— Пожалуйста… не сердитесь… это очень любезно с вашей стороны, — бормотала Неома, — однако… ни от кого… я не смогла бы принять такой дорогой подарок.
— Почему же? — опять спросил маркиз. Неома быстро закрыла шкатулку.
— Пожалуйста, постарайтесь понять, — умоляла она, — было бы… недостойно, очень… неприлично с моей стороны принять ваш подарок в то время, когда я не могу дать вам ничего взамен.
Подумав, что маркиз разозлен, она быстро добавила:
— Мне… трудно объяснить это… может быть, поговорим об этом… позже. А сейчас я лучше пойду и переоденусь к обеду.
Неома поспешно удалилась, даже не взглянув на маркиза, боясь встретить его недовольный взгляд.
Она быстро поднялась по лестнице в свою комнату. Там уже ждала Элси. Неома разделась, все время думая, зачем маркизу понадобилось покупать такой дорогой подарок, который она не способна принять. Мама, наверное, пришла бы в ужас при мысли, что можно принять такую дорогую вещь от постороннего человека. Единственным оправданием действий маркиза было его желание как-то сгладить неприятный осадок, который остался у Неомы от первого званого обеда, когда она стала свидетелем недостойного поведения пьяных женщин. Другого объяснения она не находила.
Внимание маркиза было ей приятно, и все же она не могла принять эту драгоценную вещь, стоившую сотни фунтов. В конце концов как бы она смогла объяснить Перегрину появление ожерелья?
Неома не переставала думать об ожерелье все время, пока одевалась и пока Элси укладывала ее волосы.
«Наверное, маркиз так богат, что покупает дорогие подарки так, словно покупает пару перчаток или книгу», — подумала Неома.
В любом случае принять такой подарок она не могла, однако ей не хотелось бы, чтобы ее отказ испортил им вечер.
Когда Неома спустилась в салон, маркиз уже ждал ее. Но его лицо не было сердито, напротив, он улыбался. Он предложил ей бокал шампанского, а когда она отказалась, то не стал настаивать.
— Для вас это уже третий обед в Сите. Я хочу, чтобы вы не чувствовали себя скованно и делали то, что хотите.
Сознание того, что маркиз не держит на нее зла, принесло девушке облегчение.
Уже смеркалось. Во время чудесного обеда они все время разговаривали.
Когда со стола была убрана вся посуда, на нем остались гореть только свечи. Маркиз потягивал коньяк.
— Не хотите ли сейчас вспомнить Каупера, Донна или, может быть, Драйдена?
От легкой улыбки в уголках рта Неомы образовались две ямочки. Немного подумав, она ответила:
— Вы выглядите словно полубог.
— Может быть, вы процитируете и конец стихотворения?
Подумав, Неома произнесла:
— Смелость городу, берет.
— Вот именно. Без скромности скажу, что я всегда считал себя храбрым человеком, — сказал маркиз.
Но Неоме сейчас вспомнились подчеркнутые маркизом строки в поэме Джона Донна:
«Нигде нет женщины, которая честна, правдива и верна, ».
Неома была уверена, что когда-то в жизни маркиза имело место разочарование, и, очевидно, из-за женщины.
Маркиз посмотрел на Неому, как будто уловил ход ее мыслей. Затем, отставив недопитый бокал, он сказал:
— Пойдемте в салон.
— Вы отказываетесь от порции любимого вами портвейна?
— Сегодня я уже не хочу ничего пить, — ответил маркиз, — а более всего я не хочу, чтобы вы уходили.
Они прошли по коридору в салон. В комнате портьеры были уже опущены. Горели свечи. Французское окно было распахнуто, очевидно, по указанию маркиза. Можно было выйти на террасу.
Уже было довольно поздно. Хотелось скорее оказаться на свежем воздухе. Увидев на небе звезды, Неома медленно направилась на террасу. Присоединившись к ней, маркиз взял ее под руку и повел по террасе, тянувшейся вдоль каменной балюстрады. Легким вечерним туманом были окутаны парковые деревья внизу. На небе появилась луна, освещавшая озеро. Закинув голову, Неома тихо произнесла:
— Как все красиво!
— И вы красивы. Свет Луны! — произнес маркиз. Его слова так удивили Неому, что, повернувшись к нему, она не заметила, как он обнял ее и поцеловал.
Совершенно растерянная, она не верила в реальность происходящего, поэтому не предприняла никаких попыток противостоять маркизу и высвободиться из его объятий. Но когда маркиз еще крепче прижал ее к себе, она ощутила странное незнакомое чувство, похожее на томление. Наверное, это чувство созревало внутри нее весь вечер. Приятное тепло растекалось по всему телу: от груди — к шее, к губам. Во время поцелуя она испытала удивительное чувство, которое не было ей прежде знакомо. Это было чувство соединения красоты Сита и чудесного неба, усыпанного звездами.
Ощущение Неомы от поцелуя можно было сравнить с ощущениями, которые она испытывала, слушая прекрасную музыку или глядя на красивую картину. Вместе с тем это чувство было похоже и на радость, которую обычно ощущают при верховой езде. И наконец, это возвышенное чувство напоминало ее состояние во время молитв…
Внезапно она поняла, что это была любовь! Именно такой она всегда себе ее представляла. Но в действительности это чувство оказалось более прекрасным, совершенным, более священным.
Маркиз прижимал ее все сильнее. Казалось, что она становится частью его существа. Неома ощущала нестерпимый жар, будто внутри у нее полыхало пламя. Когда маркиз поднял голову, прервав поцелуй, ей показалось, что прошла целая вечность.
Все вокруг было окутано сиянием. Маркиз стоял перед Неомой, озаренный не только лунным светом, но и светом ее сердца.
— Я люблю… вас! — Неома не была уверена, что произнесла эти слова вслух, но точно знала, что эти слова только что произнесла каждая клеточка ее тела и ее разума.
Это была… любовь, любовь, которую она искала. Она знала, что найдет ее. Но разве могла она подумать, что полюбит маркиза?
— Именно это я и хотел услышать, дорогая, — сказал маркиз. — Мне долго пришлось ждать, прежде чем услышать это от вас.
Посмотрев ей в лицо, он произнес:
— Однако более я не в состоянии ждать. Поднимайтесь в комнату и ложитесь в постель.
Облокотившись на балюстраду, он пропустил ее.
Неоме показались странными его слова, но, не смея ослушаться, она как завороженная прошла через салон, затем спустилась сначала в парадный вестибюль, а затем поднялась по лестнице, едва сознавая, что делает. Все еще находясь под впечатлением от поцелуя, она шла по коридору, ничего не видя на своем пути. Казалось, что вокруг играет приятная музыка и все происходит во сне. Это был прекрасный сон, во время которого она даже могла коснуться звезд. Ей совсем не хотелось возвращаться на землю, в реальную жизнь.
Дойдя до своей комнаты, она увидела камердинера маркиза, входившего в дверь комнаты, находившейся рядом. Открыв дверь своей комнаты, она вошла, и ей показалось, что все здесь залито светом. Через дверь, которую она раньше не замечала, вошла Элси.
— О, вы так рано вернулись, мисс! — воскликнула служанка. — Я не ждала вас так быстро.
Неома ничего не ответила. Тогда Элси произнесла:
— Его светлость распорядился поставить цветы в вашем будуаре — . Посмотрите, мисс, какая прелесть!
Служанка открыла дверь в небольшую комнату, и Неома вошла туда за Элси. Комната была изысканно обставлена. Небольшие диваны и кресла обтянуты голубой тканью, на низких столиках стояли вазы с цветами, наполнявшие комнату ароматом.
— Но разве это не прелесть, мисс? — спросила Элси. — А здесь находится спальня его светлости. Да вы, наверное, уже знаете об этом.
Служанка пересекла комнату и открыла еще одну дверь, через которую Неома увидела огромную кровать с пологом на четырех столбиках. Неома задержала свой взгляд на кровати и задумалась над словами Элси.
Что она имела в виду, говоря: «Да вы, наверное, уже знаете об этом». Почему она должна была знать об этом? Зачем ей надо было вообще думать, где находится спальня маркиза?
И вдруг, словно сбросив вуаль, закрывшую ей глаза, Неома все поняла. Она вспомнила, как вели себя подвыпившие женщины и мужчины во время первого ее визита в Сит. Комнаты этих дам и джентльменов находились рядом, как сейчас ее комната и комната маркиза. Только теперь ей стало ясно, зачем маркиз попросил приехать ее одну погостить в Сит… зачем он хотел подарить ей такую дорогую вещь… зачем он поцеловал ее, а затем отправил сюда, в постель.
Ужаснувшись открывшейся правде, девушка выбежала из гостиной и побежала по коридору, затем вниз, где, ей казалось, находилось единственное место, где можно было спастись. Это была церковь. Только здесь она могла найти сейчас успокоение и прийти в себя от этого кошмара.
Наконец, едва переводя дыхание, добралась она до церквушки. Дверь оказалась открытой. Как и во всем доме, здесь было светло. Над алтарем горели два шестирожковых канделябра. Упав на колени, она никак не могла начать молиться, не зная, какие подобрать слова. Вместо этого перед ней словно ожили образы тех падших женщин, которые вели себя отвратительно за обеденным столом. Она вспомнила о Вики Вейл с изумрудным ожерельем, а также глаза лорда Дадчетта в тот момент, когда он пытался поцеловать ее.
Раньше она не понимала ни самих этих людей, ни их поведения, но сейчас все это стало перед ней в образе отвратительного монстра. Она вспомнила, как разговаривали распущенные леди и с какой фамильярностью обращались с ними джентльмены. Единственное, что она в силах была сказать сейчас:
— Боже, помоги мне! Спаси меня! Как же я… могла быть такой глупой и наивной… согласившись приехать сюда? Почему я не догадалась, что меня здесь ожидает и зачем меня сюда пригласили?
Она плакала и вспоминала свою мать, молила ее о помощи:
— Прости меня, мама… прости за мою глупость… но я представления не имела о том, что… такие вещи вообще возможны в жизни…
Неома долго еще плакала, вымаливая прощения у бога и у своей матери, как вдруг сзади послышались чьи-то шаги. Наверное, это был маркиз. Медленно повернувшись, она убедилась, что это он. Затем поднялась и подошла к нему.
Маркиз смотрел на нее удивленно и даже озадаченно, видя ее испуганный взгляд и слезы на щеках.
— Что случилось? Чем вы так расстроены? Сложив руки вместе, она сделала усилие и произнесла:
— Я ничего не знала… не имела ни малейшего представления… прошу, поверьте мне. Я не поняла, что вы имели в виду… на что надеялись, пригласив меня сюда.
— И что же вы не понимали?
— Например, то, зачем… те женщины… их комнаты… находились рядом… с комнатами мужчин… я ведь думала… они просто друзья… Теперь понятно, почему Перегрин говорил, что не смог бы заплатить той…которая поехала бы с ним сюда. Мне тогда показалось это странным. И только теперь я многое поняла.
Слова Неомы были для маркиза громом среди ясного неба. Он пристально смотрел на нее, пытаясь понять, правда это или ложь. Спустя мгновение Неома тихо сказала:
— Я понимаю, что кажусь вам наивной… однако, поверьте мне, я никогда… не была знакома… с такими женщинами или… с теми джентльменами, которые были у вас в гостях. Возможно, это покажется вам глупым… очень глупым… Пожалуйста, простите меня, но я не могу… сделать то, что вы ждете от меня… это низко и дурно.
— Низко и дурно? — повторил маркиз. — Не хотите ли вы сказать, что Стандиш — не любовник вам?
— Н-нет… конечно же, нет! Как вы можете так думать, — возмутилась Неома. Она готова была уже признаться, что Перегрин является ее братом, но поняла, что этим признанием сделает плохо Перегрину. Маркиз был бы разъярен, узнав, что кто-то осмелился привести на его прием сестру, а не одну из тех распутных женщин, которых он ожидал.
— Вы говорите правду? — допытывался маркиз. Посмотрев ему в глаза, она удивилась, что он не верит ей, и добавила:
— Я никогда бы… не приехала с Перегрином. А сейчас… я в этом уверена как никогда, однако обстоятельства, о которых вы уже знаете, заставили меня это сделать.
— Ах да! Стандиш рассчитывал на вашу помощь в краже долговой расписки, — произнес маркиз.
Неома замерла, так как страшная мысль пришла ей в голову. Тогда она спросила:
— Если… я не сделаю… то, что вы хотите, вы заставите… Перегрина платить долг?
Ее голос дрожал, в глазах опять стояли слезы. Посмотрев на нее, маркиз спокойным голосом ответил:
— Может быть, поговорим об этом утром? Думаю, вы сейчас очень устали. Я тоже устал. — Маркиз вытащил из кармана носовой платок и вытер глаза Неоме.
— Идите спать, Неома, — произнес он. — И хорошо закройте дверь. Я обещаю, что ни я, ни кто-то другой не побеспокоит вас.
Неома смотрела на маркиза, моргая темными ресницами, влажными от слез.
— Вы… не сердитесь на меня?
— Нет, конечно, нет, — ответил маркиз. — Все, что произошло, конечно, крайне озадачило меня. Похоже, что я, так же как и вы, оказался полным глупцом.
Странно было слышать такие слова от маркиза.
Затем он добавил:
— Не беспокойтесь ни о чем. Спите спокойно! А завтра утром нас будут ждать лошади.
Сквозь слезы Неома улыбнулась и произнесла:
— Я такая… глупая…. такая глупая.
— Мне кажется, дело все в том, что вы еще очень молоды и неопытны.
— Но почему, почему… я ничего не знала о… таких вещах!
— Мы же договорились, что пока забудем обо всем, по крайней мере до утра, — сказал маркиз. — Пойдемте, я проведу вас до лестницы, а там вы сами найдете дорогу. Взяв за руку, маркиз повел ее по коридору. Уже у лестницы он поцеловал ее руку и сказал:
— Спокойной ночи, Неома. Спите спокойно. А завтра утром мы прокатимся на лошадях. Как вы думаете, это лучше сделать перед завтраком или позже?
— Мне бы хотелось как можно раньше.
— В половине восьмого вас устроит?
— Я буду готова к этому часу.
Посмотрев в глаза маркизу, Неома вновь ощутила внутренний трепет, который возник у нее впервые во время его поцелуя. Опасаясь своих чувств, она побежала по лестнице, ни разу не обернувшись и тяжело дыша, пока не добралась до своей комнаты.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Свет луны - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Свет луны - Картленд Барбара



чудесная нежная история любви мне нравятся такие романы читая их отдыхаешь потому что читать о любви всегда приятно легкий роман красивая любовь чистая открытая героиня прекрасна и герой уже имеющий горький опыт находит свое счастье в милой неискушенной девушке
Свет луны - Картленд Барбаранаталия
17.04.2012, 10.29





очень понравилось.спасибо.так надоел разврат в кино и книгах.отдыхаю душой где женщин уважают а не зовут телками.и ведь не обижаются и даже не догадываются что их неуважают.
Свет луны - Картленд Барбаралола
19.02.2014, 12.05





Скучно.Главная героиня- дурочка.
Свет луны - Картленд БарбараНаталия
20.02.2014, 13.57





Прекрасная книга,перечитываю не в первый раз,очень нравится
Свет луны - Картленд БарбараОльга М
18.05.2014, 14.21





Более чем банально.Такое впечатление, что это проба пера. Приторно так, что зубы слипаются. Г героиня святая простота - наивная девочка-даун. Ее брат еще лучше - ему 20 лет, а он в игры играется. Прочитала и забыла.
Свет луны - Картленд БарбараНюша
19.05.2014, 19.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100