Читать онлайн Свет луны, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свет луны - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.88 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свет луны - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свет луны - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Свет луны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Когда они возвратились в особняк, Неома быстро поднялась в свою комнату, чтобы переодеться.
Стук в дверь раздался в тот момент, когда Неома переодевалась и ей помогала служанка. Стучали в смежную с комнатой Перегрина дверь.
— Войдите, — ответила Неома, не зная, как объяснить Элси, чтобы та оставила ее одну.
Но служанка оказалась достаточно опытной, и она сразу же вышла в коридор, как только вошел Перегрин. Подождав, пока за Элси закроется дверь, он сказал:
— Я должен поговорить с тобой. Наши планы изменились. Вчера вечером сэр Эдмунд Кортни пригласил меня и Чарльза к нему домой.
Угадав желание Неомы знать, зачем их пригласили, Перегрин добавил:
— Сэр Эдмунд, заядлый боксер, любит устраивать у себя в Хатфилде кулачные бои.
Перегрин был страстным болельщиком этого вида спорта, и по его голосу можно было понять, что он жаждет увидеть один из таких боев.
— В этот раз у сэра Эдмунда состязаются два известных чемпиона. Можешь представить, какое захватывающее зрелище там ожидается.
Неома знала, что Перегрин всегда интересовался профессиональным боксом. Но Перегрину не позволяли участвовать в боях, потому что их мать не хотела даже слышать о том, чтобы мужчины избивали друг друга кулаками.
— Я, конечно, могу понять твое желание, дорогой, — сказала она, — но разве ты не говорил, что мы уедем отсюда раньше?
— Мы уедем сегодня же вечером, — ответил Перегрин, — как только возвратимся со скачек. Вдруг Перегрин тихо засмеялся.
— Не думал, что ты сможешь придумать какой-нибудь предлог, чтобы не присутствовать вчера на обеде! Что же там творилось! Женщины будто обезумели и совершенно потеряли всякий стыд.
Неома хотела уже сказать, что ей случайно удалось избежать этого пиршества, но вместо этого спросила:
— В котором часу мы уедем? . — Сразу же, как возвратимся из» Даунса «, — ответил Перегрин. — Полагаю, что это будет до пяти часов дня, ведь маркиз обычно уезжает сразу же после больших скачек.
— Экипаж уже заказан?
— До Лондона нас обещал довезти Кортни на своем кабриолете, — ответил Перегрин. — Затем на следующий день рано утром мы с Чарльзом отправимся в Хатфилд, а поскольку там будет холостяцкая вечеринка, то вопрос о твоем присутствии не стоит.
Неома облегченно вздохнула, но было заметно, что Перегрин собирается сказать ей еще что-то.
— Я слушаю, дорогой!
Заглянув через плечо Неомы и убедившись, что никто их не подслушивает, Перегрин тихо произнес:
— Настал наш час!
— Что ты имеешь в виду?
— Раз вчера у тебя болела голова, ты можешь сказать, что чувствуешь себя еще нехорошо и не поедешь сегодня на скачки.
Затем помолчав, Перегрин добавил:
— Чарльз узнал, где маркиз хранит деньги. Без сомнения, там же лежит и долговая расписка.
— Как удалось Чарльзу это выяснить? — спросила Неома.
— Кортни попросил у маркиза дать ему денег взамен чека, чтобы он смог поиграть в карты. Чарльз захотел сделать то же самое.
Неома воскликнула:
— Неужели он опять сел играть? Наверное, он проиграл?
— Нет, к концу вечера он даже выиграл, — сказал Перегрин, — однако я все же предупредил его, что он опять совершает большую глупость.
— Мне тоже так кажется, — заметила Неома. — Как он может быть таким безрассудным? Он может проиграть все, что мы выиграли на скачках.
— Об этом я ему и говорил, — ответил Перегрин, — однако крепкие вина маркиза, наверное, сильно ударили ему в голову. Что-либо доказывать Чарльзу было бесполезно.
— О Перегрин! Ну как вы оба можете быть такими глупцами? — недоумевала Неома. И как маркиз позволяет таким молодым людям, как Перегрин и Чарльз, много пить, подталкивая их на карточную игру! Неома вспомнила, что в книге Джо на Донна рукой маркиза были подчеркнуты следующие слова:
Простишь ли мой порок,
Который мне помог
Над всеми побеждать и побуждать их
К совершению греха?..
Именно этим маркиз и занимался на своих приемах, где царили безудержное пьянство и карточная игра.
» Ненавижу его!«— в ярости подумала она, но тут же перед ее глазами возник образ совершенно другого маркиза, с которым она ехала рядом сегодня утром, который так грациозно держался в седле. Трудно было поверить, что один человек может быть таким разным.
— Пожалуйста, расскажи, что же было потом? — спросила Неома.
— Маркиз повел Кортни и Чарльза в свою гостиную, которая находится в его апартаментах на этом этаже.
» Именно оттуда приносила экономка книги для меня «, — отметила про себя Неома.
Можно было догадаться, что задумал Перегрин.
— Если ты останешься и не поедешь на скачки, то легко можешь проникнуть в гостиную маркиза и осмотреть его письменный стол. Чарльз сказал, что в среднем ящике стола лежат деньги.
Воцарилось молчание, затем Неома спросила:
— Как ты… можешь предлагать мне такое? Я не в состоянии… украсть… у маркиза…
— Это надо сделать! — ответил Перегрин. — Ты же знаешь, что осталось только три дня, чтобы достать две тысячи фунтов. Ради бога, Неома, где я смогу найти такую сумму?
— Я знаю… знаю, — несчастным голосом произнесла Неома, — но…украсть у человека, который любезно нас принял у себя… это низко, подло.
Перегрин подошел к окну и посмотрел через окно в парк.
— Две тысячи фунтов — для маркиза ничто, но, если я их не найду и маркиза не устроит наше поместье в счет долга, тогда я вынужден буду отправиться во Флит .
— В долговую тюрьму? — вскричала в ужасе Неома. — Никто, даже маркиз, не смеет поступить с тобой так!
— Я уверен, что он именно так и сделает. Но если я и не попаду в тюрьму, то наверняка меня исключат из Уайтса и ни в один другой клуб больше не примут. И что тогда мне придется делать? — с горечью в голосе спрашивал Перегрин.
На этот вопрос ответа не было. Положение Перегрина было безвыходным, и никто, кроме Неомы, не сможет ему помочь.
— Тяжело вздохнув, она проговорила так тихо, что Перегрин едва услышал ее:
— Скажи… где Чарльз видел… деньги.
…Когда Неома и Перегрин вошли в зал, где был накрыт завтрак, там уже сидело несколько человек. По их виду можно было судить, что они провели ужасную ночь, а сейчас пожинают плоды своей распущенности.
Неома быстро поела. Она нервничала из-за того, что предстояло ей сделать. Затем вместе с Перегрином они направились в холл. Там он тихо сказал:
— Надеюсь, у тебя все получится! Ради бога, смотри, чтобы тебя не застали» на месте преступления «. Тогда мы окажемся в худшей ситуации, чем сейчас».
— Я буду осторожной! — пообещала Неома.
Уже в холле она задумалась, не покажется ли странным маркизу то, что она отказалась поехать на скачки, сославшись на головную боль, в то время как на утренней прогулке она не выглядела страдавшей от головной боли. А может быть, маркиз решит, что у нее не было желания ехать на скачки в компании женщин, которых она презирала, поэтому предпочла остаться одной и провести время за чтением?
Объяснив Перегрину, что именно надо сказать маркизу, Неома поднялась в свою комнату. Внезапно ей в голову пришла мысль, что у нее есть предлог, чтобы войти в гостиную маркиза. Знаком свыше можно считать то, что миссис Элвертон предложила ей книги из гостиной маркиза. Если кто-нибудь застанет там Неому, она скажет, что брала книги и принесла их обратно.
Сердце Неомы сильно билось. И не только потому, что ей предстояло совершить кражу, но и от того, что она должна войти в личные апартаменты маркиза. Она успокаивала себя тем, что если не будет спешить и подождет, то не столкнется ни с кем из многочисленных слуг.
Как только она услышала звук горна, возвестившего, что карета выехала из поместья на дорогу, Неома спустилась вниз, чтобы найти мистера Грейстона.
Перед тем как выйти из своей комнаты, ей удалось узнать у служанки важную информацию.
— Вы не поедете на скачки, мисс? — спросила Элси, увидев, что Неома не собирается надевать капор, лежавший на стуле.
— Нет, Элси, — ответила Неома, — я думаю, это было бы слишком утомительным, ведь мы отправляемся в Лондон вечером, а не завтра утром.
— Я уже знаю об этом. Когда вы ушли на завтрак, камердинер мистера Стандиша сказал мне, что он распорядился упаковать вещи к пяти часам.
— Мои вещи тоже надо собрать к этому часу.
— Это будет несложно, — заметила Элси, — у вас вещей вполовину меньше, чем у остальных леди. Неома промолчала, а служанка сказала:
— Я соберу ваши вещи сразу же после обеда. Утром я кое-что должна сделать по распоряжению миссис Элвертон. Не волнуйтесь, все будет готово вовремя, мисс. Я подготовлю и то платье, в котором вы поедете.
— Спасибо, — сказала Неома и тут же спросила:
— А когда вы обедаете?
— Обычно в полдень, мисс, но когда хозяина нет дома, то мы обедаем позже.
— Когда же?
— Где-то около часа дня, мисс, но я буду у вас в комнате к двум часам. Не волнуйтесь за ваш багаж.
— А я и не волнуюсь, — улыбнулась Неома, довольная тем, что узнала все, о чем хотела. — Если у меня останется время, то я бы хотела погулять по саду, — сказала она. — Может быть, вы спросите, могу ли я пообедать в половине первого?
— Я думаю, это вполне возможно, мисс. Единственное: вам придется обедать в небольшой обеденной комнате, потому что вы будете одна.
— Прекрасно, — ответила Неома и поспешила на поиски мистера Грейстона.
Все утро она осматривала роскошные комнаты особняка. Трудно подобрать слова, которые бы точно передали ощущения Неомы. Любуясь картинами и фарфором в парадном дворцовом покое, она поймала себя на мысли, что могла бы годами смотреть на все это и никогда бы не устала.
Библиотека оказалась такой, какой описывала ее миссис Элвертон. Большое помещение со множеством стеллажей и полок поражало не только разнообразием книг, но и прекрасной росписью потолка, сделанной художником Верри. Мистер Грейстон рассказал, что письменный стол из красного дерева сделан по эскизу известного Уильяма Кента. Затем Неома побывала в обеденном зале. Теперь, когда здесь никого не было, она могла спокойно насладиться картинами Ван-Дейка. Более внимательно Неома рассмотрела и столики для закуски с позолоченной отделкой и с мраморным верхом.
В двенадцать часов мистер Грейстон сказал:
— К сожалению, мы должны прерваться, мисс Кинг. Через пять минут у меня встреча с доверенным лицом его светлости. Если хотите, после обеда я покажу вам еще несколько комнат.
— Вы же знаете, я буду только рада. Спасибо вам за то, что вы мне уже показали. Не могу выразить словами, как я восхищаюсь этим прекрасным особняком.
— Всегда рад быть полезным такой признательной особе, как вы, — ответил мистер Грейстон, — будет жаль, если мы не закончим с вами нашу экскурсию.
— Мне тоже будет жаль. Может быть, я зайду к вам около двух часов? — спросила девушка.
— Конечно, я буду у себя, — пообещал мистер Грейстон.
Как только он ушел, Неома отправилась в гостиную, чтобы подождать, когда ее пригласят на обед. У нее совсем не было аппетита. Она напряженно думала о том, что ей предстояло сделать. Каждая клеточка ее тела сопротивлялась тому, что должно было случиться. Это шло вразрез с ее жизненными принципами, но иного пути не было. Только выкрав долговую расписку, она сможет спасти брата и уберечь его от тюрьмы.
По окончании обеда Неома услышала, как позвонили в колокольчик. Это означало, что прислуга приступила к еде.
Во время экскурсии с мистером Грейстоном Неома увидела план дома. Поэтому она точно знала, где находятся «Королевские покои», считавшиеся апартаментами маркиза.
«Королевскими покоями» называлась собственно спальня маркиза. Однажды в ней ночевал Георг II во время своего визита в Сит, а в смежной комнате останавливалась его супруга. Неоме не давала покоя мысль:
«Неужели в этой комнате живет сейчас Вики Вейл?»
Странно, что все приглашенные джентльмены и леди, приехавшие с ними, были размещены в смежных комнатах. Неома хорошо помнила, что у них в доме во время званых приемов для мужчин-холостяков отводилась одна половина дома, а для незамужних дам — другая.
В доме маркиза все было по-другому. «Наверное, — подумала Неома, — приехавшие джентльмены и их дамы являются такими хорошими знакомыми, что не захотели отдаляться друг от друга и попросили, чтобы им выделили смежные комнаты». Что касается ее, она была даже рада, что комната Перегрина находилась рядом с ее комнатой.
Поднявшись наверх, она вошла в свою комнату. Эл-си там не было. Стараясь сохранять спокойствие, Неома дрожащей рукой взяла две книги, которые приносила ей миссис Элвертон. Это были книги Эдмунда Берке и Фрэнсиса Бэкона.
От страха ее сердце готово было выскочить из груди, когда она направилась по длинному коридору к «Королевским покоям». Внезапно ей в голову пришла мысль: не заперта ли комната маркиза? Но тут же Неома подумала, что вряд ли в такой дом заберутся воры и грабители, а гости маркиза, конечно, не способны на воровство.
Осторожно открыв дверь личной гостиной маркиза, Неома вошла и замерла от восхищения, хотя она и предполагала, что эта комната будет роскошной. Посредине стоял огромный письменный стол с позолоченными ножками. Вдоль стен тянулись массивные книжные шкафы. Однако Неома вскоре прервала осмотр комнаты. Она должна как можно быстрее найти долговую расписку, которая могла стать роковой для ее брата, да и для нее самой.
Положив книги на стол, она медленно открыла средний ящик стола. Как и говорил Перегрин, здесь оказались соверены, какие-то записки, несколько ручек и другие небольшие предметы. Выдвинув ящик еще немного, Неома увидела здесь два чека. На одном была подпись сэра Эдмунда Кортни, на другом — Чарльза. Отложив чеки в сторону, она засунула руку глубже, обнаружив какой-то клочок бумаги. Однако это оказалась записка со сведениями о лошадях. С ужасом она решила, что, вопреки ожиданиям Перегрина, ей не удастся ничего найти. Затем она просмотрела еще несколько записок, полагая, что найдет нужную ей расписку. Однако ничего похожего не попадалось. В ящике стола лежали соверены и три серебряные кроны, о которых отец всегда говорил, что они крайне неудобны и слишком тяжелы, чтобы носить их с собой. «Должна же здесь быть эта злосчастная долговая расписка! Она должна быть здесь», — подумала Неома.
Однако, осмотрев ящик еще раз, она ничего не нашла. Наверное, маркиз хранил подобные вещи в другом месте. Но и в верхнем ящике оказались лишь отдельные листы бумаги и перьевые ручки. Затем Неома обследовала самый нижний ящик и там также ничего не обнаружила.
Она была в отчаянии, открывая следующий ящик, в котором оказались какие-то документы и письма.
Неома продолжала искать, как вдруг раздался чей-то голос:
— Может быть, я вам помогу?
Даже если бы сейчас к ее уху приставили дуло револьвера, то, наверное, она не испугалась бы так, как испугалась этого голоса. Неома не сдвинулась с места. У нее возникло лишь одно желание — умереть, — Интересно, чем вас привлекли мои личные вещи? — произнес маркиз голосом, полным сарказма. Именно таким тоном разговаривал он, когда Неома впервые его увидела.
Довольно долго Неома стояла, затаив дыхание, а затем громко вздохнула и оглянулась. Ей казалось, что она сейчас похожа на утопающего, который пытается перед смертью вспомнить всю свою жизнь. Наверное, она теперь навсегда запомнит этот раскрытый ящик стола с рассыпанными золотыми монетами.
— Если, вы явились сюда за деньгами, — сказал маркиз, — то, думаю, зря потратили время, ведь то, что здесь лежит, не утолит ваш голод.
Произнося эти слова, маркиз все ближе подходил к ней. Он уже стоял напротив девушки, как бы гипнотизируя ее и заставляя смотреть ему в глаза.
— Я… я… не собиралась брать… ваши деньги, — сделав над собой усилие, прошептала Неома, зная, что это только половина правды.
Ведь именно за деньгами она пришла сюда, хотя эти деньги пока существовали лишь на бумаге. Однако в сознании Перегрина это были вполне реальные деньги, которые надо было отдать маркизу.
— Полагаю, я вправе потребовать объяснение? — строго спросил маркиз.
Неома взглянула сначала на маркиза, затем на открытый ящик стола. Она поняла, что ей придется рассказать всю правду. Что еще осталось делать?
— Я… я… все вам объясню… я скажу вам, что… здесь делала, — пролепетала она, — если… если… вы обещаете поверить мне.
— Думаю, это не тот случай, когда вы можете ставить мне какие-либо условия, — ответил маркиз. — Неужели я должен признаться, что, пока вы не злоупотребили моей доверчивостью, я вам верил?
Маркиз подошел к камину и, повернувшись, произнес:
— Полагаю, ваши действия были заранее хорошо спланированы. Это все Стандиш придумал или вы сами?
От голоса маркиза Неома вздрогнула. Ее жалкий вид вынуждал маркиза вести себя более благосклонно, поэтому он произнес:
— Наверное, вам лучше сесть, пока я буду слушать ваши объяснения и решу, какие ответные действия стану предпринимать.
— Действия? — удивилась Неома.
— За кражу или попытку кражи суд предусматривает суровые наказания.
Видимо, маркиз не переставал думать, что в карманах у Неомы лежит несколько соверенов. Она подошла к нему и сказала:
— Пожалуйста… пожалуйста, выслушайте меня.
— Именно это я и собираюсь сделать, — ответил маркиз. — Поэтому лучше вам присесть.
Неома села на стул рядом с камином, на который указывал ей маркиз. Она действительно была не в состоянии держаться на ногах.
— В тот вечер в Уайтсе, когда вы… выиграли деньги… у Чарльза… — ее голос дрожал.
— У Уоддездона? Так, значит, и он тоже в этом замешан? — спросил маркиз. — А я-то думал, что вы со Стандишем работаете в одиночку.
— Все произошло из-за того… что вы выиграли… слишком много денег у Чарльза в то время, как он…был слишком пьян.
— Не понимаю связи одного с другим! — проговорил маркиз.
— Неужели вы думаете… что если бы он не был пьян, то играл бы с вами столь безрассудно?
Сейчас Неома негодовала, как и в тот момент, когда узнала от Перегрина, что маркиз прекрасно понимал, в каком состоянии был тогда Чарльз. Она решительно заявила:
— Чарльз не осознавал, что делает. Если бы он находился… в полном рассудке, то ни за что не стал бы играть в карты… у него просто не было и нет денег!
Маркиз молчал, и Неома продолжила:
— То же относится и к Перегрину. Они оба едва сводят концы с концами в Лондоне, они слишком бедны, чтобы играть в карты в клубе или где-нибудь еще!
— Тогда им вообще не следовало бы садиться за карточный стол.
— Как правило, они этого и не делают. Но в тот вечер они много выпили, особенно Чарльз, который вдруг возомнил себя богачом.
— У вас получилось почти правдоподобное объяснение, — с насмешкой заметил маркиз.
Неома посмотрела на него и почувствовала, что не было смысла объяснять что-либо этому человеку. Все ее слова покажутся ему нелепыми, и он все равно не поверит ей. Если б можно было сейчас уйти из комнаты! Пусть маркиз думает так, как ему хочется. Но уйти она не могла, мысли о Перегрине не позволяли сделать это.
Заметив нерешительное выражение ее глаз, маркиз более доброжелательно сказал:
— Так я вас слушаю, продолжайте!
— Вы могли бы… сесть? — спросила Неома. — Когда вы… вот так возвышаетесь надо мной, как стена… я теряю дар речи и… боюсь еще больше…
— Значит, вы боитесь! — заметил маркиз. — Наверное, это ваша первая противозаконная выходка?
— Конечно, да! Неужели вы можете подумать, что я способна… на преступление? — сердито сказала Неома, но сразу замолчала. Затем уже более спокойным тоном добавила:
— Пожалуйста… позвольте мне… все рассказать вам… а потом уж судите меня… если посчитаете мои действия ужасными.
Маркиз ничего не сказал. Тогда Неома быстро добавила:
— Чарльз и Перегрин — друзья с детства. Будучи детьми, они играли «в богачей». В тот злополучный вечер в Уайтсе они играли друг с другом в пикет. И чтобы никто не смеялся над тем, что они играют просто так, Чарльз и Перегрин делали вид, что играют на деньги. Если кто-то проигрывал, то писал другому, якобы выигравшему, фиктивные долговые расписки.
Посмотрев на маркиза, Неома поняла, что он догадывается о том, что она сейчас скажет.
— Когда вы выиграли шесть тысяч фунтов у Чарльза, — сказала она, — две тысячи фунтов из той суммы, что он заплатил вам, были как раз отмечены в фиктивной долговой расписке, которую Чарльзу написал Перегрин.
Неома замолчала, тогда маркиз спросил:
— Вы хотите сказать, что Стандиш не может выполнить своих обязательств?
— Конечно, не может! — ответила Неома. — В данный момент у него нет даже двадцати фунтов, не то чтобы двух тысяч. Однако он все время твердит, что это долг чести, и он обязан заплатить вам деньги, и должен это сделать… через три дня!
Голос Неомы задрожал, она готова была заплакать.
— На что же он рассчитывает, если не выполнит своих обязательств? — тихо спросил маркиз.
— Вы прекрасно знаете, на что он может рассчитывать! — воскликнула Неома. — Либо он отправится во Флит, либо его исключат… из клуба… и закроют перед ним все двери.
Сложив руки вместе, как будто собираясь молиться, она произнесла:
— Пожалуйста… пожалуйста, будьте добросердечнее. Что же он тогда будет делать?
— Это так важно для вас? — неожиданно спросил маркиз.
— Для меня это более чем важно! Если можно так сказать… это для меня — все! — Неома чуть было не добавила: «Потому что он мой брат», но вспомнила предостережение Чарльза: никто не должен знать, что Перегрин привозил с собой в Сит сестру. Поэтому она дала такое объяснение:
— Перегрин был очень добр ко мне. Я хотела помочь ему и думала, что если украду долговую расписку, то, возможно, вы и не заметите ее исчезновения.
— А я и не заметил бы, потому что подобными вопросами занимается мой человек в Лондоне. Вот они разбирается со всякого рода «долгами чести».
Изумленно посмотрев на него, Неома сказала:
— Значит… здесь нет расписки?
— Конечно же, нет, — ответил маркиз. — Когда я играю, мой ревизор отслеживает все, в том числе «долги чести», как вы их изволили назвать.
Этого и следовало ожидать! Как Перегрин с Чарльзом не подумали о такой возможности, прежде чем затеяли подобный план?
Маркиз пристально смотрел на девушку. Спустя мгновение Неома спросила:
— И… что же вы теперь сделаете?
— Как раз об этом я себя и спрашиваю, — ответил маркиз.
— А почему… почему вы возвратились?
— Потому что узнал от Стандиша, что вы уезжаете вечером. Вот и подумал, почему бы нам вместе не пообедать.
Слова маркиза удивили Неому.
— Я также подумал, что, очевидно, для вас это последняя возможность посмотреть всех моих лошадей. Ведь вы увидели лишь некоторых.
— Да, мне очень хотелось бы этого, — пробормотала Неома, — однако этой возможности у меня более никогда не будет.
В этот момент ей вспомнились все прекрасные минуты, проведенные в Сите, особенно их поездки с маркизом на лошадях и то, как бережно маркиз поддерживал ее, помогая взобраться на лошадь.
— Можете представить, как я был изумлен, когда по возвращении застал вас не за чтением Джона Донна, как ожидал, а бесцеремонно копающейся в моем личном письменном столе.
— Я… я уже пыталась… объяснить вам, почему… это делала, — потерянным голосом ответила Неома.
Вдруг, не отдавая отчета в своих действиях, Неома встала на колени перед маркизом:
— Пожалуйста… пожалуйста, не требуйте выплаты Перегрином долга… в две тысячи фунтов. Единственное, что у него есть, это дом… в деревне. Пока он не нашел покупателя на него, да и вряд ли дом будет стоить этих денег… но Перегрин даст вам документ на право владения домом. Если он, правда, сделает это, у него ничего более не останется, кроме одежды.
Сейчас у маркиза было такое высокомерное выражение лица, что Неома полностью согласилась с Аврил, которая называла его надменным эгоистом, неспособным понять переживания других людей.
— Пожалуйста… имейте сострадание, ведь… вы тоже пережили разочарование в жизни.
— Кто вам это сказал? — перебил ее маркиз.
— Я узнала об этом, когда читала Джона Донна и увидела там фразы, подчеркнутые вами.
— Если я и подчеркивал их, — хладнокровно сказал маркиз, — это было очень давно и сейчас ничего не значит.
— Пусть в молодости, но все-таки вы подчеркнули их. Может быть, вам стоит задуматься над тем, что Перегрин очень молод. Ему лишь девятнадцать лет.
— Значит, он так же молод, как я тогда — воскликнул маркиз.
— Да, это так! А в молодости человек может совершать ошибки, о которых потом очень сожалеет. После короткого молчания маркиз тихо сказал:
— Как я понял, на самом деле деньги мне должен не Стандиш, а Чарльз Уоддездон?
— Но Чарльз также не в состоянии вам заплатить.
— Мне кажется, этим двум молодым людям надо было бы заняться чем-нибудь серьезным. Они играют с огнем.
— Я тоже так думаю, — сказала Неома, — однако… Неома вовремя остановилась. Она чуть было опять не проговорилась, что Перегрин ее брат и что он не смог поехать учиться в Оксфорд из-за недостатка денежных средств. Вместо этого она произнесла:
— Что бы вы ни думали о них… пожалуйста, будьте снисходительны!
Маркиз внимательно и как-то странно оглядел ее. Неома продолжала стоять на коленях.
— У меня есть к вам одно предложение. Я хочу, чтобы вы серьезно к нему отнеслись.
— Да, хорошо, — нервно ответила Неома, не представляя, что он может предложить.
— Думаю, что вы уже наслышаны о моей репутации человека сурового и безжалостного, неспособного делать добрые дела.
Она с удивлением посмотрела на него. Неома не ожидала, что маркиз прекрасно знает мнение окружающих о себе.
Словно прочитав ее мысли, маркиз с презрительной усмешкой сказал:
— Я прекрасно знаю, что говорят обо мне остальные, и позвольте заверить вас, что это истинная правда.
— Но зачем… зачем вы так поступаете? — спросила Неома.
— Сейчас я не хочу говорить о себе. Поговорим лучше о вас.
— Обо мне?
— Учитывая ваше желание помочь Стандишу, я думаю, мое предложение вы встретите с одобрением, — сказал маркиз.
— Что… это за предложение? — с дрожью в голосе спросила Неома, предчувствуя что-то страшное.
— Я ликвидирую долг Стандиша, — произнес маркиз, — или, если хотите, пусть он думает, что вы выкрали у меня долговую расписку, а я, как болван, даже не догадываюсь об этом.
Он произносил слова угрожающим тоном, который не понравился Неоме. Затем он добавил:
— Взамен вы приедете в Сит после того, как все гости разъедутся, и погостите у меня.
Неома подумала, не ослышалась ли она, и переспросила:
— Погостить… погостить у вас… здесь?
— А почему бы и нет? — спросил он. — Думаю, что если вам не очень интересен я сам, то, может быть, мои лошади вас заинтересуют?
— Вы хотите…. чтобы я… осталась здесь одна?
— Не думаю, что будет уместно, если кто-то приедет с вами, — сухо пояснил маркиз.
— И на какое время?
Сделав неопределенный жест рукой, маркиз сказал:
— А это уж от вас зависит.
Неома сразу же решила, что могла бы поступить так, как просил ее маркиз, тем более что Перегрина не будет и он не узнает, что она отсутствовала. Он говорил, что уедет из Лондона завтра рано утром. Она могла бы тут же отправиться в Сит, а вернуться в воскресенье перед приездом Перегрина. Обдумывая это, Неома спрашивала себя, зачем нужно маркизу, чтобы она приехала в Сит. Наверное, подобное предложение ужаснуло бы Перегрина.
Но Перегрин может никогда и не узнать об этом. Однако внутренний голос подсказывал ей взвесить все «за»и «против» подобного предложения. Но самым существенным «за» являлось то, что, если она примет предложение маркиза, долговая расписка Перегрина будет уничтожена.
И все же Неома не понимала, что побудило маркиза сделать подобное предложение.
— А как же быть с долговой распиской Перегрина, если она в Лондоне?
Маркиз слегка улыбнулся:
— Думаю, мы могли бы подделать такую расписку.
— Да, я знаю, как Перегрин расписывается, кроме того, в тот вечер он был изрядно пьян и наверняка не помнит отдельных деталей.
— Вот и хорошо, — произнес маркиз. — Сейчас мы попытаемся воспроизвести этот документ, но прежде я хотел бы точно знать, принимаете ли вы мое предложение.
— Я все никак не могу понять… зачем вы хотите… чтобы я приехала? — недоумевала Неома. — Но одно я знаю точно, что проехаться с вами еще раз на лошади… я бы не отказалась.
— На это я также очень рассчитываю, — сказал маркиз и направился к своему столу. Неома встала.
Было ясно, что маркиз, заглянув в ящик стола, пересчитывает про себя соверены. Тогда Неома быстро сказала:
— Вы же не думаете, что я способна украсть у вас деньги?
Сев за стол, он посмотрел на Неому. По его взгляду можно было судить, что две тысячи фунтов — для него не деньги.
Внезапно девушка вспомнила о лорде Дадчетте, и дрожь пробежала по ее телу. Маркиз это заметил.
— Я… я вспомнила вдруг о лорде Дадчетте. Вы ведь… не дадите ему мой адрес в Лондоне?
— Если он и попросит, то я просто не смогу ему дать ваш адрес по той простой причине, что не знаю его, — ответил маркиз, — но даже если буду знать, то никогда не сообщу ему, где вас искать, а тем более о том, что вы приедете сюда.
— Этот ужасный человек пугает меня, — объяснила Неома. — Именно по этой причине я не вышла вчера к обеду.
Ничего не ответив, маркиз открыл ящик стола и вынул оттуда листок бумаги. Он разорвал его на две части. Очевидно, маркизу было известно, какими бывают подобные расписки. Затем он передал ей одну из половинок.
— Долговая расписка так велика? — спросила она.
— Да, она достаточно объемна, а внизу должна стоять подпись.
Неома без труда смогла воспроизвести подпись Перегрина, умышленно расписавшись дрожащей рукой. Она подумала, что именно так Перегрин тогда и расписался, ведь он был изрядно пьян.
— Я думаю, вам следует сразу же порвать расписку, как только вы ее покажете Стандишу.
— Так я и сделаю, — согласилась девушка, — спасибо, спасибо вам огромное за вашу доброту.
— У нас еще будет возможность обсудить мое доброжелательное к вам отношение, но это будет в другой обстановке, — ответил маркиз. — Надеюсь, я теперь развеял ваше чувство беспокойства, которое заметил сразу же, как только вы появились в Сите.
— Я очень, очень боялась того, что мы задумали. Страшно было даже представить, что кого-нибудь из нас поймают… так, как вы поймали меня.
— Значит, я не ошибся, когда сказал, впервые увидев вас, что вы — совершенно непредсказуемы.
— Теперь я постараюсь не создавать у вас подобного мнения о себе, — ответила Неома, — но здесь в Сите многое воспринимается не так, как привыкла воспринимать я.
— Может быть, — ответил он таким тоном, что заставил ее усомниться в том, простил ли ее маркиз.
Когда Неома уже держала расписку в руке, она спросила:
— Так что мне сейчас делать? Мистер Грейстон обещал мне кое-что показать в вашем особняке. Посмотрев в окно, маркиз сказал:
— Сегодня такой прекрасный теплый день, и мне не хочется сидеть в доме. Может быть, прогуляемся по саду?
— Я бы не отказалась, — ответила Неома, — еще раз примите мою благодарность за то, что вы сделали… Я очень, очень вам признательна.
— Надеюсь, завтра, когда мы останемся одни, вы выразите мне свое доброе отношение, — заметил маркиз.
Слова маркиза показались Неоме странными. Она недоуменно смотрела на него. Маркиз добавил:
— Пока я не знаю вашего адреса. Вы также не сказали, в котором часу лучше заехать за вами.
— Я живу на Ройял-авеню, дом шесть.
Маркиз записал адрес, затем, взглянув на Неому, улыбнулся.
— Странно, мой дом находится по соседству с вами.
— Ваш дом рядом с нашим? — изумилась Неома. — Однако зачем вам такой маленький домик?
— Он мне нужен по той же причине, по какой ваш дом, номер шесть, нужен Козмо Блейку.
— Дом, где я сейчас живу, действительно был приобретен неким господином для одной актрисы. Но вскоре она поссорилась с ним и переехала в более респектабельный район Лондона. Именно так мне сказали.
— Звучит весьма правдоподобно, — заметил с усмешкой маркиз, — однако, я думаю, вы могли бы присмотреться к дому номер семь. Может быть, он вам больше подошел бы?
— Сомневаюсь, что в Лондоне нашелся бы дом, который нравился бы мне так же, как мой собственный дом в провинции. Я люблю жить на природе, вдали от городской суеты. Вот почему у вас, в Сите, несмотря на то что некоторые вещи меня поразили, мне очень понравилось… особенно то, что я имела возможность проехаться с вами на лошади.
— Я думаю, у нас еще будет возможность этим заняться, — сказал маркиз. — А сейчас пойдемте в сад. Да, и вот что еще. Вас устроит, если я заеду за вами на Ройял-авеню к одиннадцати часам завтра утром?
— Да, но вы… не скажете об этом… Перегрину? — с тревогой спросила она, подумав, что маркизу, наверное, странно услышать такую просьбу.
— А вы не собираетесь ему об этом говорить?
— Нет, конечно же, нет. Если он узнает об этом, то может… запретить мне поехать к вам.
— И вы подчинитесь ему?
Неома чуть было не сказала, что обязана подчиняться Перегрину, но сочла, что подобная фраза показалась бы неуместной.
— Мне бы не хотелось его… расстраивать, — тихо произнесла Неома.
— Нет, конечно же, я не скажу, — ответил маркиз. — Это хорошо, что у вас есть выбор.
Неома не поняла, что он имел в виду, однако не стала ни о чем спрашивать.
— Могу я отнести расписку к себе в комнату и взять капор? — спросила она, взглянув на важный клочок бумаги, который сжимала в руке.
— На вашем месте я бы спрятал расписку в надежное место. А вот на голову лучше ничего не надевайте, чтобы я смог полюбоваться вашими чудесными волосами, когда они так необыкновенно переливаются на солнце.
От такого комплимента девушка покраснела и быстро проговорила:
— Я скоро вернусь. Встретимся в вестибюле.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Свет луны - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Свет луны - Картленд Барбара



чудесная нежная история любви мне нравятся такие романы читая их отдыхаешь потому что читать о любви всегда приятно легкий роман красивая любовь чистая открытая героиня прекрасна и герой уже имеющий горький опыт находит свое счастье в милой неискушенной девушке
Свет луны - Картленд Барбаранаталия
17.04.2012, 10.29





очень понравилось.спасибо.так надоел разврат в кино и книгах.отдыхаю душой где женщин уважают а не зовут телками.и ведь не обижаются и даже не догадываются что их неуважают.
Свет луны - Картленд Барбаралола
19.02.2014, 12.05





Скучно.Главная героиня- дурочка.
Свет луны - Картленд БарбараНаталия
20.02.2014, 13.57





Прекрасная книга,перечитываю не в первый раз,очень нравится
Свет луны - Картленд БарбараОльга М
18.05.2014, 14.21





Более чем банально.Такое впечатление, что это проба пера. Приторно так, что зубы слипаются. Г героиня святая простота - наивная девочка-даун. Ее брат еще лучше - ему 20 лет, а он в игры играется. Прочитала и забыла.
Свет луны - Картленд БарбараНюша
19.05.2014, 19.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100