Читать онлайн Стремление к совершенству, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Стремление к совершенству - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Стремление к совершенству - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Стремление к совершенству - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Стремление к совершенству

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Лошадям тяжело было преодолеть крутой подъем грунтовой дороги, и карета двигалась еле-еле, но наконец в просвете между деревьями показался дом, который она искала.
Дарсия предполагала, что здание будет большим и роскошным, поскольку его строил граф, но ее ожидания не оправдались. Граф был высокого роста, и что-то в его облике напоминало щеголей времен короля Георга, которые смотрели с портретов, украшавших стены галерей Роули-хауса. Поэтому она вообразила, что и вкусы его соответствуют этой эпохе. Дарсия мысленно рисовала себе дворец в стиле палладио, в котором доминировало величественное центральное здание с фронтонным портиком на фасаде, к нему по обе стороны примыкали менее высокие крылья; когда строительство будет закончено, предполагала она, на крыше установят многочисленные статуи и урны, силуэты которых будут вырисовываться на фоне неба.
То, что она увидела в действительности, не было ни грандиозным, ни монументальным. У нее перехватило дыхание, когда она увидела перед собой дом, с первого взгляда показавшийся ей до странности знакомым. Потом она поняла, что именно таким ей виделся в детских снах дворец прекрасного принца.
Трудно было поверить, что его мог построить англичанин. Дарсия даже засомневалась, туда ли она попала. Но увидев груды досок и камней, рабочих, снующих вокруг, незавершенное строительство, она поняла, что это и есть цель ее путешествия.
С юных лет отец приучил Дарсию разбираться в архитектурных стилях и понимать красоту любого здания, будь то венецианские piazzas, римские palacias или французские chateaux. Сам лорд Роули обладал изысканным вкусом и никогда не считал, как большинство англичан, что только английское достойно внимания. Дарсии запомнилось, что особенное впечатление на него произвели старинные замки Вале и Турин.
И теперь, подъехав еще ближе, она легко узнала в недостроенном здании черты этих замков, а изящные башенки, как бы тянущие его к небесам, были просто скопированы с башен замка герцога Ноэль Мантенон.
Карета остановилась. Лакей, спрыгнув с козел, открыл дверцу и сказал:
— Кучер говорит, дальше не проехать, мадемуазель, там все перекопано.
— Тогда ждите меня здесь, — велела Дарсия.
Она вышла из кареты и, пройдя вперед, убедилась, что через канавы, прорытые для укладки дренажных труб, никакая карета, конечно же, проехать не может.
У парадной двери она на минуту остановилась, изумленно разглядывая дом. Ее поразили не только башни, но и необычная для Англии форма крыши, увенчанная лесом высоких кровель, шпилей, каминных труб причудливой формы, позаимствованной, как показалось Дарсии, у замков Блуа и Шамбор. Она с улыбкой подумала, что граф, по всей видимости, стремился использовать в своем доме все лучшее, что увидел во Франции.
Заинтригованная и взволнованная, она поднялась по ступенькам. Дверь была открыта, и Дарсия вошла в дом.
Она очутилась в овальном холле. Пол был покрыт цветными мраморными плитами, уложенными замысловатым узором. Судя по всему, их недавно закончили класть.
Дарсия повернула налево и, пройдя по галерее, выходящей окнами на фасад дома, оказалась у небольшой квадратной комнаты. В центре ее стоял простой деревянный стол. На столе были разложены чертежи, а над ними склонился человек.
Он стоял к Дарсии боком, по атлетической грации фигуры и тонкому изящному профилю она узнала графа.
Должно быть, он почувствовал чье-то присутствие, потому что, не отрывая взгляда от чертежей, спросил:
— Что вы думаете об этой комнате? В плане у вас ничего не отмечено.
«Значит, он еще не знает, как отделать комнату, — подумала Дарсия. — Это судьба… Или удача, никогда не изменявшая отцу в его делах, сопутствует и мне тоже?»
Могла ли она представить себе, выезжая из Лондона, что обнаружит панели самого Ришелье в Летти-Грин и они окажутся столь подходящими для дома, который возводит граф?
Не дождавшись ответа, граф поднял голову, и увидел ее.
Не скрывая удивления, он произнес:
— Простите, я думал, что это мой архитектор. Дарсия медленно подошла к нему. Собираясь в эту поездку, она специально не
стала надевать ни одно из новых роскошных и ярких платьев, купленных в Париже. Несмотря на протесты и негодование горничной, она настояла, чтобы ей приготовили какое-нибудь из тех простеньких муслиновых платьев, которые она носила еще в пансионе. В нем она выглядела очаровательно, может быть, потому, что его простота подчеркивала ее собственную привлекательность.
— Пожалуйста, извините меня… милорд, — произнесла она тихим, нерешительным голосом. — Но я привезла с собой… то, что я думаю, может заинтересовать вас.
Граф удивленно поднял брови, потом сказал:
— В данный момент меня интересует лишь то, что имеет отношение к моему дому.
— Я так и думала, — кивнула Дарсия. — То, что я хотела бы вам предложить… мне кажется, можно использовать для оформления той комнаты, где мы сейчас находимся.
Ей показалось, что во взгляде графа мелькнул скептицизм, словно ему уже до смерти надоели толпы докучливых торговцев, предлагающих купить то одно, то другое.
— Разумеется, — торопливо добавила Дарсия, выбрав единственно верный, по ее мнению, подходящий тон, — возможно, у вас уже есть… вы приобрели декоративные панели для отделки стен.
— Панели? — переспросил граф. — Вы имеете в виду французские ламбри?
— Милорд, я могу вам предложить резные панели, которые некогда украшали дворец Ришелье в Париже.
Граф пристально посмотрел на нее и недоверчиво спросил:
—  — Неужели это возможно? — Неожиданная улыбка преобразила его лицо. — Наверное, я сплю, а вы мне снитесь. Ведь я больше недели терзаюсь раздумьями, что же мне делать с этой комнатой, а теперь я точно знаю, что здесь должны быть панели, и причем непременно французские.
— Я захватила с собой небольшую панель в качестве образца. Она в карете, милорд.
Граф направился к двери, ведущей в соседнюю комнату, и Дарсия услышала, как он кому-то сказал:
— Надо забрать резную панель из кареты у дома и принести ее сюда.
Послышался гулкий звук шагов по незастеленному полу, и граф вернулся.
— Мне следовало бы предложить вам сесть, но, как видите, у нас пока прискорбная нехватка стульев.
— Можно взглянуть на ваши чертежи? — попросила Дарсия. — Позвольте заметить, что у вас самый красивый дом из тех, что я когда-нибудь видела за пределами Франции.
— А вы бывали во Франции?
— Да. На меня произвели огромное впечатление замки Вале и Турин.
— Тогда вы обнаружите здесь кое-какие их черты.
— Я уже обнаружила, — кивнула Дарсия.
— Эти замки показались мне настолько прекрасными, что еще тогда я подумал: если когда-нибудь буду строить собственный дом, в нем обязательно найдет отражение все, что волновало и воодушевляло меня в них.
Он коротко рассмеялся.
— Все вокруг твердили мне, что я совершаю ошибку, но ваши слова подтверждают мою правоту.
— Ну конечно же, вы правы! — с воодушевлением подтвердила Дарсия. — В наше время люди редко осмеливаются делать то, что нравится им, а не подчиняться общему мнению.
Граф явно был польщен тем, что она сказала, но глаза его были по-прежнему прикованы к чертежам, лежащим на столе. Один из них воспроизводил внешний вид дома, и, как заметила Дарсия, он в точности воплощался в жизнь. Чертеж внутренней планировки дома был испещрен многочисленными пометками, касающимися расстановки мебели, предполагаемого цвета стен и прочего в таком же духе.
Она нашла на чертеже комнату, где они сейчас находились. Она обозначалась как «комната для завтрака», а галерея, по которой она шла сюда, называлась «восточной галереей».
— Когда вы вошли, я как раз пытался определить, в какой цвет красить стены и какие картины лучше бы здесь повесить, — сказал граф и провел ладонью по плану. — Но эта комната слишком мала, чтобы вешать в ней какие-нибудь картины, а мне не хотелось бы оставлять стены голыми. И тут как раз появились вы!
— Уверена, — сказала Дарсия, — что резных деревянных панелей будет вполне достаточно, а над камином я посоветовала бы повесить большое зеркало.
Она помолчала, потом добавила:
— В нем отражалась бы хрустальная люстра, висящая на цепях в центре комнаты.
Граф изумленно уставился на нее:
— Неужели я не ослышался? Кажется, вы не только пришли из моих снов, но еще, как сказочная фея, способны угадывать мысли.
Пока он говорил, послышались шаги идущих по восточной галерее рабочих. Через минуту они внесли в комнату резную панель, за которой их посылали. Не дожидаясь указаний, они поставили ее к стене напротив окна, и граф впился жадным взглядом в золотистую бронзу старинного дуба с вырезанными искусной рукой мастера прошлого века изящными ангелочками.
Рабочие вышли. Граф, не отрываясь, разглядывал панель, словно боялся, что она исчезнет на его глазах. Наконец он спросил:
— И у вас есть панели на всю комнату?
— Да.
— Нет смысла говорить, что они великолепны! Не могу представить ничего, что так соответствовало бы стилю моего дома.
Он осторожно коснулся тончайшей резьбы и сказал:
— Не сочтите меня невежливым, но я до сих пор не узнал, как вас зовут, и не спросил, почему вы приехали именно ко мне.
Прежде чем Дарсия успела ответить, он добавил:
— Совершенно очевидно, что каким-то магическим образом вы почувствовали, что я в вас нуждаюсь, но я уверен, что и у фей есть имена.
— Мое имя — Дарсия. Граф поднял брови:
— И все?
— Все, что сейчас имеет значение.
Граф озадаченно перевел взгляд с нее на стоявшую у стены панель.
— Видимо, панель, которую вы показали мне, связана с чем-то ужасным. Но даже если она украдена, доставлена контрабандным путем или приобретена каким-то другим незаконным способом, я все равно не смогу от нее отказаться.
Дарсия рассмеялась. Звонкие переливы ее смеха в пустой комнате, напоминали радостное щебетание птиц в весеннем лесу.
— Ни то ни другое, милорд. Просто я заехала к вам без сопровождения, к тому же никто из моих близких не знает о том, что я здесь.
— Я очень вам благодарен, — сказал граф. — И клянусь сохранить вашу тайну.
— Благодарю вас.
— И все же скажите, эти панели… они действительно принадлежат вам? И вы вправе продать их мне?
— Вы можете в этом не сомневаться.
— Ну тогда нам остается только договориться о цене.
Дарсия развела руками.
— А во сколько их оценили бы вы?
— Скажу честно, они стоят гораздо больше, чем я могу себе позволить за них заплатить.
— Не сочтете ли вы назойливостью с моей стороны, если я попрошу показать мне ваш великолепный дом. Он такой необычный, и у меня, кажется появились интересные идеи по его оформлению.
— Ничто не доставит мне большего удовольствия! — ответил граф.
Он собрал чертежи и, держа их под мышкой, прошел к двери в противоположной стене. За ней оказалось помещение, предназначенное, судя по всему, для зимнего сада, пройдя через который, они попали в просторный зал.
— Здесь будет столовая, — объяснил граф. — Интересно, как бы вы оформили ее?
Дарсия огляделась. Каминная полка была покрыта изящной резьбой. Три окна выходили в сад.
Граф ждал ответа, а Дарсия чувствовала, что он был прав, говоря, будто она каким-то таинственным образом может читать его мысли. Казалось, ей не надо было что-то придумывать, она словно заранее знала, что ему может понравиться, как бы проникнув в его сокровенные думы.
— Ну и как? — поинтересовался он через некоторое время.
— У вас есть какие-нибудь гобелены? Вместо ответа он резко спросил:
— Кто-нибудь говорил вам о том, чем я располагаю?
Дарсия отрицательно покачала головой:
— Если откровенно, я не имею ни малейшего представления о том, чем вы владеете и владеете ли вообще чем-нибудь.
— Тогда что вам обо мне известно?
— Только то, что пожар уничтожил ваше родовое поместье и вы решили построить себе новый дом поближе к Лондону.
— Тогда я скажу вам, что среди сокровищ, спасенных из Керкхэмптон-хаус, были гобелены Бюве, созданные по рисункам Франсуа Буше.
— Никто не говорил мне об этом, — сказала Дарсия твердо, — но после ваших слов мне стало ясно, почему вы спланировали эту комнату именно так: конечно же, гобелены будут смотреться здесь изумительно. А в дополнение к ним вам понадобится обюссонский ковер.
— Вы просто пугаете меня, — отрывисто бросил граф и пошел дальше.
Следующая комната, расположенная, как поняла Дарсия, сразу же за овальным холлом, через который она вошла в дом, была задумана как гостиная. В ней уже был расписан потолок, а карниз покрыт массивным листовым золотом.
Она огляделась, отметив, что и здесь тщательно соблюдены все пропорции. Тем временем граф обратился к ней:
— Мне уже страшно спрашивать вас, но все же какой цвет предпочли бы вы для этих стен?
— Возможно, вас удивит мой выбор, но я полагаю, что хорошим фоном для картин была бы розовая шелковистая парча. Ведь эту комнату трудно представить себе без картин.
Граф подошел к окну, чтобы полюбоваться открывающимся из него видом.
— Можно попросить вас подойти сюда? — позвал он.
Дарсия подошла. Из окна открывался чудесный вид.
Сразу за подножием холма, на котором был расположен дом, начиналась равнина, простиравшаяся до самой линии горизонта, подернутой легкой дымкой тумана. Залитый лучами весеннего солнца пейзаж был настолько красив, что Дарсия могла лишь молча любоваться им, не в силах найти слова, чтобы выразить восхищение.
— Еще подростком я впервые увидел эту красоту, — сказал граф, повернувшись к Дарсии. — Мы с отцом охотились и забрались в эти места за лисицей, которая весь день ускользала от нас. Мы разделились. Я начал замерзать и пустил лошадь рысью, просто для того чтобы согреться. Я выехал на холм, как раз когда показалось солнце и осветило эту великолепную картину.
Он помолчал в задумчивости.
— И тогда будто кто-то шепнул мне, что однажды я вернусь сюда и все это будет принадлежать мне.
— Думаю, — проговорила Дарсия, помедлив, — что независимо от того, построили бы вы этот дом или поселились где-нибудь в другом месте, этот пейзаж все равно остался бы… вашим.
Заметив, что граф не совсем ее понимает, она пояснила:
— Всякий раз, когда мы видим что-нибудь столь же красивое или слышим музыку, которая пробуждает в нас самые лучшие мысли и чувства, эта красота становится частью нас и потерять ее уже невозможно.
— Кто научил вас этому? — Голос графа стал резким.
Дарсия улыбнулась:
— Наверное, никто. Мне кажется, любой может прийти к такому заключению, если хорошенько задумается.
Граф хотел что-то ответить, но передумал. Вместо этого он вытащил из жилетного кармана часы, посмотрел на них и произнес:
— Время идет, мисс Дарсия, а нам еще нужно многое обсудить и, если условия окажутся приемлемыми для нас обоих, договориться, как и когда я смогу забрать панели оттуда, где они сейчас хранятся.
Перемена в его поведении была столь неожиданной, что на мгновение Дарсия почувствовала себя почти оскорбленной, но потом догадалась, в чем дело. Видимо, граф испугался того почти сверхъестественного совпадения их мыслей, которому не мог найти объяснения.
Поэтому она ответила ему в точно такой же несколько суховатой манере:
— Я все понимаю, милорд. И не хочу отнимать у вас время. Остальные ламбри находятся в Летти-Грин, это в двух милях отсюда, и если вам удобно забрать их завтра, я договорюсь, чтобы вашим людям показали, где они хранятся.
— А цена? — спросил граф.
Дарсия слишком часто бывала с отцом на аукционах, чтобы не суметь определить реальную стоимость этих панелей. Однако она назвала вполне доступную цену, не слишком высокую, но и не слишком низкую, чтобы не вызывать у графа подозрений относительно ее прав собственности.
Он никак не отреагировал, и она добавила:
— Я знаю, что могла получить больше, если бы занялась их продажей в Лондоне, но мне нужны деньги, и я не хочу ждать. То обстоятельство, что панели находятся близко отсюда, милорд, значительно облегчает дело для нас обоих.
— Мне остается только с радостью принять ваше предложение, — наконец произнес граф. — Чек вам нужен сейчас, мисс Дарсия, или мои люди привезут его с собой, когда приедут забирать оставшиеся панели?
— Меня это вполне устроит, — ответила Дарсия. — И позвольте выразить вам благодарность за то, что вы с таким вниманием отнеслись к моим скромным советам относительно отделки этого прекрасного здания.
Она уже хотела попрощаться, когда граф с неожиданным порывом заговорил с ней:
— Когда вы сказали, что у вас появились кое-какие мысли, вы имели в виду конкретные вещи?
— У меня есть несколько картин, а также кое-какая подходящая мебель, — ответила Дарсия, — но мне бы хотелось еще раз осмотреть дом, прежде чем что-либо предлагать.
Отвечая таким образом, она хотела наказать его за явное желание избавиться от нее побыстрее. Видимо, он испугался той легкости, с какой она, совсем незнакомый ему человек, читает его самые сокровенные мысли и чувства.
Прежде чем граф сообразил, как ему оправдать свой внезапный порыв, Дарсия пришла ему на помощь, сказав:
— Я бы могла заехать к вам, если вы не против, как-нибудь в другой раз, когда представится случай. Вряд ли это получится в ближайшие дни, поскольку у меня намечено много дел, которые отнимают немало времени.
Взгляд графа стал напряженным.
— Если эти дела связаны с продажей сокровищ, подобных сегодняшнему, — торопливо произнес он, — я был бы признателен за возможность первому взглянуть на них.
— Боюсь, что не могу дать вам столь опрометчивое обещание, милорд, — решительно и довольно холодно сказала Дарсия. — В конце концов я приехала сюда, только подчиняясь минутному порыву и, должна признаться, охватившему меня любопытству. Мне очень хотелось посмотреть, что за дом вы здесь возводите.
— Однако вы захватили с собой образец панели! Да, ей следовало бы учесть, что граф достаточно внимателен.
— Я везла его в Лондон, — ответила Дарсия. Граф издал глухой звук, не то стон, не то ворчание:
— Мне невыносима даже мысль, что вы могли оказаться не так любопытны или приехать сюда в какой-нибудь другой день, только уже без ламбри.
— Может быть, это судьба, милорд. Ведь именно она руководит нашими поступками и нашей жизнью.
— Хорошо, но если судьба оказалась на моей стороне сегодня, вы не должны позволить ей покинуть меня завтра. Прошу вас, приезжайте снова, мисс Дарсия, и привозите мне все, что, на ваш взгляд, может занять достойное место в моем доме.
— Я об этом подумаю, — пообещала Дарсия. — До свидания, милорд.
Она сделала реверанс и, прежде чем граф опомнился, вышла из гостиной, почти бегом миновала холл и, спустившись по ступенькам, оказалась на залитом солнцем дворе.
Подойдя к карете, она обернулась. Граф стоял у парадной двери и смотрел ей вслед.
Она помахала рукой на прощание и торопливо села в карету.
Ей очень хотелось оглянуться и убедиться, что он все еще смотрит ей вслед, но она подавила это желание. Что-то неведомое, но очень важное произошло в ее жизни, и, почувствовав это, Дарсия испугалась.
Она заехала в Летти-Грин; миссис Коснетт все еще была в Роуз-коттедж, и Дарсия предупредила ее, что на следующий день приедут забрать панели из сарая в саду.
— Я рада, что вы пристроили их, мэм, — сказала миссис Коснетт. — По правде говоря, муженек мой давно присмотрел этот сарай для своих инструментов.
— Да, он может им пользоваться, но у меня к вам есть просьба, миссис Коснетт.
— Какая, мэм?
— Вы не должны упоминать имени мисс Дарсии при тех, кто сюда приедет.
Решив, что миссис Коснетт такая просьба покажется странной, Дарсия объяснила:
— У мисс Дарсии есть причины, которые препятствуют ее возвращению в Англию. Боюсь, ей не понравится, если станет известно, что она распоряжается своими вещами из-за границы. Поползут слухи…
Дарсия могла рассчитывать лишь на то, что миссис Коснетт не станет проявлять излишнее любопытство, поэтому была удивлена, увидев в ее честных глазах понимание.
— Мне все понятно, что вы говорите, мэм. Мы все знаем, что его сиятельство не живет в Англии из-за всех этих скандалов. Очень скверные вещи болтали, да мисс Грейтон всегда говаривала, что и половине-то из них не верит.
— Уверена, что мисс Грейтон была права, — сказала Дарсия. — Люди любят преувеличивать, миссис Коснетт, но всем известно, что сплетни бывают лживыми и злыми.
Миссис Коснетт вздохнула. Дарсия продолжила:
— Я дружна с мисс Дарсией и надеюсь, что слухи вокруг имени его сиятельства скоро будут забыты и тогда Роули смогут вернуться домой, в Англию.
— Понимаю ваши чувства, мэм. Да и здесь много тех, кому недостает его сиятельства. Ну и, конечно, поболтать о нем все тоже не прочь, при нем и жить веселее было.
Дарсия не удержалась от смеха. В словах женщины была правда. Веселые выходки отца разнообразили жизнь тех, кто его окружал, а рассказы об этом великом авантюристе будоражили кровь. Но при этом все эти люди спокойно жили у себя дома, а отец в свой собственный дом вернуться не мог.
Она оставила миссис Коснетт, довольную тем, что ни ей, ни ее мужу не придется искать работу, и пообещала приехать на следующей неделе.
Затем Дарсия направилась домой. По дороге она строила планы, которые скорее всего удивили бы маркизу и уж наверняка встревожили бы графа.
Следующая неделя была расписана от начала и до конца: визиты, обеды, вечера, балы — по нескольку на день. Список полученных приглашений, который вел мистер Кертис, рос как снежный ком, пока Дарсия не взмолилась:
— У меня больше нет ни минуты свободного времени, его не хватает, даже чтобы писать письма, я до сих пор не разослала благодарности тем, от кого получила цветы еще неделю назад, а, согласитесь, те, кто приглашает нас на приемы, имеют некоторые преимущества.
— Я рад бы помочь вам, но, к сожалению, это не в моих силах, мадемуазель, — сочувственно произнес мистер Кертис.
— Ты ведь не жалуешься, ma chere? — вмешалась маркиза.
— Пока нет, но мне нужен свободный день, чтобы съездить в Роули-Парк.
— Разумно ли это? Эта поездка только расстроит тебя.
— Не думаю. Важно лишь, чтобы там никто не узнал, кто я такая. — Говоря это, Дарсия посмотрела на мистера Кертиса.
— Я предполагал, что вы поднимете этот вопрос, мадемуазель. За домом присматривают новые люди, все прежние слуги, как вы помните, были отправлены на пенсию, и, если вы сами не будете к ним заходить, они вряд ли увидят вас.
— Это как раз то, что я хотела узнать, — сказала Дарсия. — Я возьму ту же карету, что и в прошлый раз. Хотелось бы, чтобы она была подана завтра к одиннадцати часам утра.
— Дарсия, Дарсия, не принимай поспешных решений! — воскликнула маркиза. — Мы обещали завтра быть на обеде у герцога Бедфордского.
Дарсия улыбнулась:
— Вот здесь-то вам и придется вспомнить о дипломатии, но не забудьте потом рассказать мне, какое оправдание вы придумали.
На следующее утро, ровно в одиннадцать часов, Дарсия сбегала по ступенькам, как школьница, отпущенная на каникулы.
День выдался теплый. Дарсия снова была в простом платье, а ее шляпа с широкими полями для защиты от солнца, была украшена только веночком из полевых цветов и несколькими зелеными ленточками под цвет ее глаз.
Она была такой юной и очаровательной, что лакей, провожавший ее до кареты, с восхищением посмотрел ей вслед.
Сначала она заехала в Роули-Парк и при виде дома, теперь пустого и запертого, почувствовала, как к глазам подступили слезы.
Ребенком она была так счастлива здесь, и теперь ей хотелось, как, впрочем, многим до нее, повернуть время вспять.
Как хорошо было бы снова смотреть из окна детской, радуясь солнышку, и знать, что сразу после завтрака они вместе с отцом отправятся на верховую прогулку.
Бывали, правда, и дни, когда его не было рядом. Где-то там, в Лондоне, он снова шокировал всех своим поведением или искал развлечений на континенте.
Но зато сколько было радости, когда он возвращался! Казалось, все в доме оживало в его присутствии, становилось волнующим и захватывающим, время мчалось словно на крыльях, и казалось, что в сутках не хватает часов, минут, секунд.
Дарсию впустили в дом, и она прошлась по комнатам. Чехлы из голландского полотна покрывали мебель, укрыты были и картины. Вместо привычного аромата цветов, в доме стоял тот тяжелый запах, свойственный нежилым помещениям.
Дарсия переходила из комнаты в комнату в поисках того, за чем приехала. Найдя, она попросила смотрителя отнести это в карету.
Отъезжая, Дарсия почувствовала, что возбуждение, охватившее ее еще в Лондоне, усиливается. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ее раздражало, что лошади так медленно взбираются на холм. Но вот наконец перед ней предстал дом графа, еще более красивый, чем он показался ей в первый раз. Она видела его таким, каким он должен был стать по завершении строительства, и не замечала ни груды камней, ни штабелей доски, ни снующих рабочих. Она видела зеленый бархат лужаек, кустарники и цветники, обрамляющие аллеи традиционного французского парка.
И душа ее ликовала и пела от этой красоты.
Дарсия приблизилась к дому, но, прежде чем успела подняться по ступенькам, навстречу вышел граф, протягивая ей руку:
— Наконец-то вы здесь! Я уже начал думать, что больше вас не увижу! Как вы могли так долго не приезжать? Как вы могли забыть, что так нужны мне?
Он взял ее за руку и повел по восточной галерее гак быстро, что Дарсии приходилось почти бежать.
— Все уже готово! Я сразу, как только прибыли панели, заставил всех работать. Я так ждал вас, чтобы вы оценили сделанное.
Он провел ее в комнату для завтрака, и, увидев закрытые панелями стены, Дарсия поняла, что ничего лучше для этой комнаты придумать было бы невозможно.
В лучах солнца, проникающих из окон, резные купидоны и обвивающие их ленты, казались золотыми. Хрустальная люстра на бронзовых цепях свисала с потолка в центре комнаты. Все было именно так, как она себе представляла.
Граф стоял и наблюдал за выражением ее лица.
— Подошло! Все подошло! — Дарсия захлопала в ладоши.
— Подошло в совершенстве, как будто эти панели были созданы для этой комнаты! — согласился граф. — Но как вы могли знать… Как вы догадались, что это именно то, что мне нужно?
Она не ответила, разглядывая люстру, и он продолжал:
— Мне хотелось, чтобы комната была полностью готова к вашему приезду. Поэтому я сразу же повесил люстру и зеркало именно так, как вы предлагали.
Дарсия остановилась в дверном проеме и поэтому еще не успела увидеть зеркала над камином, который был справа от нее. После слов графа она повернулась посмотреть на него. Зеркало было в золотой раме, украшенной резными купидонами, в точности как на панелях Ришелье.
— Вы не разочарованы? — спросил граф, словно просил ее одобрения.
— Все именно так, как я рисовала эту комнату в своем воображении, — тихо проговорила Дарсия.
Ей показалось, что граф вздохнул с облегчением. Потом он спросил:
— Не пройти ли нам по дому? Только после вашего отъезда я осознал, что не следовало отпускать вас так быстро. Мне действительно нужна ваша помощь.
Дарсия засмеялась:
— А мне показалось, что мое присутствие вас раздражает.
— Как вы могли такое подумать? — с живостью возразил граф, но, прочувствовав, что в ее словах есть доля правды, тут же добавил: — Вы правы, как всегда. Да, мне казалось, будто вы вторглись в мои владения и если я не буду осторожен, то потеряю то, что до сих пор считал только своим.
— Я вовсе не хотела вас поучать.
— Знаю, знаю, — сказал он. — Я сам потом злился на себя из-за своего глупого поведения.
— Считать своим то, что действительно принадлежит тебе, — это вовсе глупость.
— Да, но можно скатиться до эгоизма и стать собакой на сене. Но я говорю не об этом. Тогда, беседуя с вами, я столкнулся с чем-то, что никогда не встречалось мне раньше.
— Что вы имеете в виду?
— Я почувствовал… как бы это объяснить… будто в вашей власти таинственным, или, если хотите, магическим, способом точно определять, что необходимо для этого дома.
Дарсия рассмеялась:
— Я не колдунья, поверьте мне.
— Возможно, но это меня встревожило.
— А сейчас вы забыли о своих страхах?
— Я убедил себя, мисс Дарсия, что вы проницательная и умная деловая женщина. Вот и сейчас вы наверняка знаете не хуже меня, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не просить, нет, умолять вас поскорее поведать мне, что еще вы привезли и подойдет ли это для моего дома.
— Уверена, что подойдет, но вы затрудняете мою задачу, — сказала Дарсия.
— Каким образом?
— Я видела лишь две комнаты, а остальные вы не захотели мне показать.
— Простите меня и не держите, пожалуйста, зла на мое поведение, которое, признаюсь, было непростительным.
Он подумал, что Дарсия может не принять извинений, и добавил:
— Я готов умолять вас о прощении любым способом, если хотите, я встану на колени перед вами, только не исчезайте опять. Я даже сам заезжал к вам в коттедж. Женщина, которая была там, сказала мне, что не знает, когда увидит вас снова. Можете себе представить, как я беспокоился?
— Мне и в голову не пришло, что вы станете беспокоиться по этому поводу. — Дарсия действительно была поражена. — Совершенно очевидно, что в прошлый раз вы только и думали, как бы от меня избавиться.
— Вы жестоки, — с упреком сказал граф. — Ведь я уже принес вам свои извинения. К тому же я был сурово наказан за свое поведение. Ну почему бы нам не начать все сначала, с того момента, как судьба привела вас в мою жизнь?
Дарсия подумала, что невозможно продолжать сердиться на человека, который так привлекателен в своей неподдельной искренности.
— Считайте, что вы прощены, — ответила она. — Я действительно привезла кое-что, и это вас заинтересует.
Глаза графа загорелись, и когда он давал указания рабочим, голос его звучал взволнованно.
Оставшись одна, Дарсия прошла через открытую дверь в зимний сад, а затем в столовую. Она отметила, что за это время в комнате была проделана большая работа, и теперь оставалось только разместить гобелены и повесить люстру.
И все-таки для полного завершения недоставало последнего штриха. Но вот в комнату внесли то, за чем она ездила в Роули-Парк… Раздался восторженный возглас графа. Перед ними была картина Буше, изображавшая купидонов. Дарсия знала, что ее изысканная цветовая гамма придаст завершенность комнате, в которой предполагалось разместить гобелены, сделанные по эскизам того же художника.
Граф не спускал с картины восторженных глаз.
— Я повсюду искал что-то похожее, — произнес он. — Откуда она у вас? Кому она принадлежит?
— Она принадлежит мне.
— Теперь, возможно, да, — уточнил он. — Но от кого вы ее получили?
Граф ждал ответа, и после небольшой паузы Дарсия сказала:
— Я никогда не раскрываю имен своих клиентов.
— Значит, это ваша профессия? Дарсия не отвечала.
— И вы ведете дела одна? Но вы же еще так молоды. Может быть, вы представляете интересы своего отца? — допытывался граф.
Дарсия отошла к окну и стала любоваться пейзажем. Граф подошел к ней.
— Я хочу услышать ответ.
— Я думаю, милорд, — произнесла она, — что у каждого из нас есть свои секреты, и я не вижу причин делиться ими с посторонними… или с малознакомыми людьми.
— Абсурдное заявление.
— Почему?
Она взглянула на него и поняла, что он не в состоянии выразить словами своих чувств.
Спустя некоторое время граф все же произнес:
— Я хочу, чтобы мы подружились, мисс Дарсия, потому что мне нужна ваша помощь, ваши советы, ваша поразительная способность подбирать для моего дома удивительные вещи.
— То, о чем вы говорите, сугубо деловые отношения, — быстро поправила Дарсия.
Граф покачал головой:
— Разве только интересы дела побуждают вас догадываться о моих планах и целях? Или вы скажете, что угадываете желания каждого, кому предлагаете ту или иную вещь? Будь так, это приносило бы вам огромную выгоду. Но что-то подсказывает мне, что дело не в этом.
— Почему же?
— Не знаю, — ответил он. — Если ваша интуиция не подводит вас в отношении меня, то я чувствую то же самое в отношении вас. Не буду говорить о ваших способностях, они поразительны. И все-таки я уверен, хотя у меня нет реальных оснований так думать, вы совсем не такая, какой хотите казаться!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Стремление к совершенству - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Стремление к совершенству - Картленд Барбара



У Картленд не бывает полутонов. Если соперница красива и богата, то она непременно невежественная дура и шлюха впридачу. Герои, как всегда, самые красивые, умные, богатые. Несмотря на этот примитив и большое количество противоречий, роман неожиданно понравился: 8/10.
Стремление к совершенству - Картленд БарбараЯзвочка
5.03.2011, 20.50





Роман очень понравился .
Стремление к совершенству - Картленд БарбараСофи
8.01.2014, 14.00





После прочтения романа остались противоречивые чувства,но в принципе нормально 8 из 10!
Стремление к совершенству - Картленд БарбараЕнот
16.01.2014, 20.31





роман в стиле Картленд.богаты красивы умны героини изредка бес приданого.но очень очаровательны и убивают на повал с первой встречи.читается легко.спасибо.
Стремление к совершенству - Картленд Барбаранина
26.02.2014, 8.37





Мне очень нравится как она пишет и я давно читаю ее книги
Стремление к совершенству - Картленд Барбаратаитяна
26.10.2014, 17.52





Картленд есть Картленд.Она предсказуема, но ведь так хочется верить в сказку...Чтиво для отдыха.9
Стремление к совершенству - Картленд БарбараЕЛЕНА
10.11.2014, 21.41





еще один слабоумный герой, прибранный к рукам более сильной женщиной
Стремление к совершенству - Картленд БарбараВиктория
6.11.2015, 20.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100