Читать онлайн Прелестные наездницы, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава V в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прелестные наездницы - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прелестные наездницы - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прелестные наездницы - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Прелестные наездницы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава V

Как только Кандида вошла на конюшенный двор, то поняла: что-то случилось. Приветствие майора Хупера прозвучало отрывисто, и он не смотрел на нее. Кроме того, она видела, что рабочие и конюхи стояли группой, а затем начали расходиться, когда она направилась к ним. Что-то случилось, но что?
Она побежала за майором Хупером и догнала его, прежде чем он дошел до своей лошади, которую конюхи как раз выводили из стойла.
– Что произошло? – с тревогой в голосе спросила она.
Он повернулся и посмотрел на нее, но слова застыли у него на губах.
– Я поняла, в чем дело, – еле слышно прошептала Кандида. – Вы продали Пегаса!
Не было нужды в том, чтобы он подтвердил ее подозрения: выражение его лица сказало ей все.
– Как же вы могли? – жалобно сказала она. – Как вы могли сделать это после того, как обещали мне, что не продадите его?
– Я обещал вам, когда мы в первый раз встретились, что я не продам Пегаса сразу же, – ответил майор Хупер. – Он был с вами три недели.
– Три недели! Что значат три недели, когда Пегас – единственное, что у меня есть, единственное, что я люблю?! – вскричала Кандида.
Ее голос был полон страдания, а в глазах стояли слезы. Майор Хупер избегал ее взгляда.
– Все не так уж плохо, как кажется, – сказал он. – Вы поедете вместе с ним.
– С ним? – не поверила своим ушам Кандида. – Но как? В качестве кого? Что я буду делать?
– Миссис Клинтон вам все объяснит, – коротко сказал майор Хупер, и, отойдя в сторону, вспрыгнул в седло.
Он явно избегал ее, и Кандида поняла: бесполезно о чем-либо его расспрашивать. В нем появилась какая-то сдержанность, скрытность; она и раньше замечала нечто подобное, и тогда это часто делало для нее невозможным получить ответы на свои вопросы.
Она оглянулась, почти уверенная в том, что Пегаса уже нет. Но оказалось, что старший конюх подводил его к помосту для посадки. Кандида шагнула на помост, а затем взобралась в седло.
– Мне, право же, очень жаль, что так получилось, мисс, – сказал старший конюх тихим голосом, чтобы не слышал майор Хупер, – но для коня это лучший хозяин из всех возможных.
Кандида хотела что-то ответить, но не могла, потому что едва сдерживала рыдания, грозившие вырваться наружу. Майор Хупер и еще три конюха уже выезжали верхом, и девушке ничего не оставалось, как только последовать за ними.
В полном молчании они легким галопом объехали Риджент-парк. Все это время Кандида чувствовала ту же муку, что и в тот день, когда ехала на Пегасе на ярмарку.
Она попыталась успокоить себя, вспоминая слова майора Хупера о том, что будет вместе с Пегасом у его нового владельца, – но сколько это может продлиться?
Она вдруг почувствовала страх перед тем, что ее ждало впереди, – страх не только за себя, но и за Пегаса. А вдруг на нем будет ездить какой-нибудь любитель острых шпор? А вдруг его будут нещадно эксплуатировать – он ведь такой добрый и послушный? А вдруг его владелец, кем бы он ни был, окажется жестоким и загонит его?
– Лучше бы он умер уже сейчас, – прошептала Кандида.
Когда они проезжали улицу, на которой жила миссис Клинтон, майор послал конюхов вперед.
– Возле двери я оставлю вас, – сказал он Кандиде. Она поняла, что он не хочет разговаривать с ней, отвечать на ее вопросы.
– Лучше бы я работала в школе верховой езды, – сказала она и вдруг добавила: – Мне бы хотелось проехаться на Пегасе по барьерам.
Майор Хупер не отвечал, и Кандида разразилась мольбами:
– Позвольте мне, пожалуйста! Вы ведь понимаете, что это, возможно, в последний раз.
Майор неохотно уступил этой просьбе, и, видя по его лицу, что он согласен, Кандида развернулась и поскакала впереди него по дороге, которая вела к извозчичьему двору.
Один из конюхов открыл дверь школы верховой езды. Кандида начала прыгать на Пегасе через барьеры, чувствуя, что он перелетает через них, будто птица. Вверх – вниз, вверх – вниз, снова и снова, пока наконец он не взмок и Кандида не остановила его. Тут она увидела, что майор Хупер наблюдает за ней. Она соскользнула с седла, и конюх повел Пегаса, чтобы обтереть.
– Спасибо, – сказала Кандида.
– Послушайте, Кандида, – произнес майор Хупер севшим голосом. – Я знаю: вы думаете, будто я предал вас, но мне ничего другого не оставалось.
– Почему я не могу остаться здесь, с вами? – спросила Кандида. – В эти последние недели я была так счастлива. Вы сказали, что я хорошо работаю! Почему же я не могу продолжать на вас работать?
– Это невозможно, – ответил он. – Это не может продолжаться вечно.
– Почему же? – с мольбой в голосе спросила Кандида.
Хупер отошел от нее, и девушка поняла, что он не ответит на ее вопрос. Но тут он вернулся.
– Позвольте мне дать вам совет, – сказал он. – Не сопротивляйтесь естественному ходу жизни – двигайтесь вместе с ним. Вы, конечно, слишком молоды, слишком ранимы для всего этого, но альтернативы нет. Во всяком случае, я ее не вижу. Учитесь принимать вещи такими, как они есть, старайтесь ко всему приспособиться и не пытайтесь бороться: вам лишь будет еще больнее.
Ничего не понимая из того, что он пытался ей втолковать, она могла лишь смотреть на него снизу вверх глазами, полными слез.
– Вы были очень добры ко мне, – сказала она. – Но вы не понимаете, что значит чувствовать себя совершенно одинокой, знать, что единственное существо, которое ты любишь, которое что-то для тебя значит, забирают.
Майор Хупер встряхнул головой и, словно не в силах больше терпеть, быстро вышел из школы во двор.
– Вам лучше вернуться в дом, – бросил он через плечо.
Кандида хотела догнать его, чтобы попрощаться и поблагодарить за то, что он позволил ей ездить на его лошадях, но поняла, что не сможет этого сделать. Она больше не чувствовала в сердце горечи, думая о нем, так как знала, что майор был по-своему честен с ней, как бы странно это ни могло выглядеть.
Она поверила, когда он сказал, что ему ничего больше не оставалось делать, и хотя не понимала, что происходит, ненавидеть его не могла.
Медленно, в крайне подавленном состоянии Кандида вышла из конюшни. Она не слышала, как старший конюх сказал майору Хуперу:
– Я знал, что она примет это близко к сердцу, сэр. Она любит этого коня!
– Он будет в хороших руках, – машинально сказал майор Хупер, а затем добавил: – Не смотрите на меня так. Разве вы не видите, что я чувствую себя так, будто совершил убийство?
Он побрел прочь. Возле какого-то стойла он так яростно отругал рабочего за совершенно незначительную провинность, что парень после этого был весь белый и трясся. Затем майор прошел к себе в бюро и захлопнул за собой дверь.
Добравшись до дома, Кандида поднялась к себе в комнату, разделась, вымылась и надела простой, но по моде халат – один из тех, что миссис Клинтон купила ей в первую же неделю.
В доме царили тишина и покой. Никому не разрешалось шуметь, особенно по утрам, потому что хозяйка вставала поздно. Кандида давно уже поняла, что из-за шампанского, выпиваемого в больших количествах по вечерам, миссис Клинтон вставала с тяжелой головой и чуть ли не до самого обеда была очень раздражительной. Поэтому Кандида, насколько возможно, старалась не попадаться ей на глаза.
Она потихоньку спустилась в столовую, где на столе уже стоял завтрак. Ей казалось, что любая еда вызовет у нее тошноту, но все же пригубила чашку слабого чая и попыталась представить себе, что ждет Пегаса и ее.
Кандида удивилась, когда некоторое время спустя открылась дверь и в комнату вошла миссис Клинтон, полностью одетая, даже в шляпе и с шалью на плечах. Было видно, что она пребывает в благодушном настроении.
– Доброе утро, Кандида, моя милая, – сказала она. – Ну как, хорошо покаталась? В парке, должно быть, сейчас чудесно.
Кандида сцепила пальцы.
– Майор Хупер сказал, что вы мне все объясните… о том, что Пегаса… продают, – выдавила она, и голос ее дрожал.
– Разумеется, я вам все расскажу, – ответила миссис Клинтон. – Вы очень везучая девушка; право же, вам повезло.
Кандида ничего не сказала. Побледнев, она лишь ждала. Миссис Клинтон попыталась улыбнуться.
– Не печальтесь вы так, девочка моя. Вы будете довольны, очень, когда я скажу, что вас ожидает.
– Майор Хупер пообещал мне, что не продаст Пегаса, – тихим голосом сказала Кандида.
– Глупости только не болтайте! – почти сердито сказала миссис Клинтон. – Вы ведь не можете продолжать работать на извозчичьем дворе всю оставшуюся жизнь. Я не для этого так одела вас и сделала сенсацией Лондона.
– Если бы только они вчера не увидели Пегаса, – пробормотала Кандида. – Если бы мы только не ездили в парк! Из-за этого кто-то захотел купить его, разве не так?
– Конечно, так, – согласилась миссис Клинтон. – Повлиял также тот факт, что верхом на нем были вы. Он и вы – великолепная пара, весь Лондон об этом говорит.
Кандида махнула рукой.
– Я не хочу об этом слышать, – сказала она. – Я лишь хочу знать, что будет с нами: с Пегасом и со мной.
– Я расскажу вам, – сказала миссис Клинтон.
Разговаривая, она смотрела куда-то в сторону, и у Кандиды создалось впечатление, что миссис Клинтон тщательно подбирает слова. В этом она была права: еще одеваясь, миссис Клинтон размышляла о том, что скажет.
Кандида была до смешного наивна. Совершенно необычным было также то, что девушка эта думала не столько о себе, сколько о своем любимом коне.
Неудивительно, что миссис Клинтон была в хорошем настроении. Прошлым вечером наступил момент величайшего триумфа ее жизни: пришел Джон и доложил, что ее хочет видеть лорд Манвилл.
Именно этого она и ждала, именно это планировала, и казалось почти невероятным то, что она так хитроумно задумала вместе с майором Хупером, дало в точности те результаты, на которые было рассчитано.
– Проведите его сюда, Джон, – сказала она, пытаясь сдержать торжествующие нотки в голосе.
Миссис Клинтон стояла в гостиной перед камином, когда вошел лорд Манвилл. Она достаточно часто видела его, но до этого момента не осознавала, как он высок, как необычайно красив, какие у него широкие плечи.
«Неудивительно, – подумала она, – что он известен как «сердцелом». Лишь какая-нибудь очень странная женщина не влюбится в него».
Едва он появился в комнате, как миссис Клинтон подумала, что он пришел лишь потому, что ничего другого ему не оставалось. В прошлом он старательно избегал знакомства с ней, и было ясно, что теперь, когда рыбка заглотнула наживку, ей надо быть еще внимательнее.
– Добрый вечер, милорд, – улыбнулась она, приседая в реверансе. – Это большая честь для меня. Я долго надеялась, что мы когда-нибудь встретимся.
– Я слышал о вас, миссис Клинтон, – сказал лорд Манвилл, и голос его был холоден, – но до сих пор не нуждался в ваших услугах. Майор Хупер, однако, убедил меня, что лишь вы можете устроить знакомство, которое мне в данный момент необходимо.
– Майор Хупер сказал правду, – промолвила миссис Клинтон. – Не соблаговолите ли присесть, милорд? Выпьете бокал шампанского?
– Нет, благодарю вас, – решительно ответил лорд Манвилл. – Я здесь по делу, миссис Клинтон, и по такому, которое желал бы завершить как можно скорее.
– Очень хорошо, милорд. Вам нужно, чтобы я представила вас мисс Кандиде Уолкотт?
– Совершенно верно, – согласился лорд Манвилл. – Я уже выписал майору Хуперу чек на две тысячи гиней. Это чудовищная, непомерная сумма, но и конь этот исключительно хорош.
– Вы также увидите, что и наездница прелестна, – мягко сказала миссис Клинтон.
– Надеюсь, так и будет, – сказал лорд Манвилл. – Очень надеюсь. Насколько я понял, надо еще и вам платить, за одежду, например…
– Разумеется, милорд, – ответила миссис Клинтон. – Девушка появилась у меня без…
Лорд Манвилл поднял руку.
– Детали опустим. Меня не интересует история этой молодой леди, – резко сказал он. – Все, что мне надо знать, это сколько вы просите, а также, сможет ли данная особа послезавтра переехать в Манвилл-парк.
– Она будет готова, – пообещала миссис Клинтон. – Может быть, вы хотите, чтобы я послала за ней сейчас?
– Это совершенно не обязательно, – отрывисто ответил лорд Манвилл. – За багажом приедут около девяти часов. Сам я буду здесь в половине одиннадцатого, если вас обеих это устраивает.
Он произнес эти слова так, что они были больше похожи на команду, чем на просьбу.
– Кандида будет ждать, – заверила его миссис Клинтон. – А сумма, причитающаяся мне, милорд, – около двухсот фунтов.
– Она будет доставлена вам в течение дня, – сказал лорд Манвилл и повернулся к двери. У выхода он слегка поклонился.
– Всего хорошего, мадам.
– Всего хорошего, милорд. Благодарю вас, – ответила миссис Клинтон, стараясь, чтобы ее голос прозвучал так же холодно, как и его.
Дверь за ним закрылась, и миссис Клинтон услышала, как он спускается по лестнице. Она зажала рот рукой, чтобы подавить смешок. Ну и надменность, ну и высокомерие!
И все же, какой мужчина! Не удержавшись, она перебежала через комнату к окну и из-за кружевных занавесок увидела, как он пересек мостовую и сел в свой легкий открытый двухколесный экипаж. В левую руку он взял поводья, а в правую – хлыст. Тигр, опустив уздечку пожака, тоже вскарабкался в повозку, и та тронулась.
Миссис Клинтон все смотрела на лорда Манвилла, пока тот не исчез из виду. Слегка сдвинутый набок цилиндр, почти классические черты лица, резкая линия подбородка, ширина плеч – в общем, мечта любой женщины, даже такого возраста, как она.
И вот теперь он от нее зависит! Она заставила его прийти к ней! Все эти годы он избегал ее общества, хотя она устраивала развлечения почти для всех его друзей.
Да, она победила. Своими способностями, своим умом миссис Клинтон добилась того, что могло бы показаться невозможным: она вынудила «сердцелома» обратить на нее внимание и воспользоваться ее услугами.
Рано или поздно все узнают об этом, и это в немалой степени пойдет ей на пользу. Но как объяснить это Кандиде? Даже в момент триумфа этот вопрос беспокоил и смущал ее. Она сказала себе, что это просто нелепо. Никогда раньше ее не волновали чувства ни одной из ее подопечных.
Для нее это были просто имена, которые она могла заносить в свои тетради. И уже одно то, что она имела их, приносило значительный и постоянно увеличивающийся доход.
Но Кандида была совершенно не похожа на других. В чем именно, этого миссис Клинтон не хотела объяснить даже самой себе. Сейчас она с величайшей осторожностью, одно за другим, подбирала слова.
– Пегаса купил лорд Манвилл, – сказала она, почти ожидая, что лицо Кандиды озарится радостью при звуке этого имени.
– Он настоящий джентльмен, – продолжала она, в то время как Кандида молчала. – По мнению майора Хупера, это один из лучших знатоков лошадей во всей Англии. Пегасу, откровенно говоря, очень повезло, что он будет в его конюшнях.
– Майор Хупер говорил, что я должна быть вместе с Пегасом, – сказала Кандида. – Что мне нужно делать?
Миссис Клинтон несколько мгновений собиралась с мыслями.
– Я думаю, пусть вам это скажет лорд Манвилл, – медленно произнесла она. – Завтра он приедет, чтобы забрать вас в свое поместье. Мне говорили, что Манвилл-парк – чудесное место. А сейчас мне надо навестить мадам Элизу и заплатить ей то, что я задолжала. Так что вам, Кандида, видимо, лучше всего подняться к себе и начать собирать вещи. Розе это лучше не доверять, особенно платья.
– Но мне не во что положить вещи, – сказала Кандида.
– О, дорогая, а разве я вам не говорила? – сказала миссис Клинтон. – Пару дней назад я купила несколько чемоданов. Я велю Джону принести их с чердака.
– Вы купили чемоданы?! – воскликнула Кандида. – Значит, вы так и рассчитывали, что я уеду? Но почему? Что я сделала? Мне так нравится быть здесь, с вами.
Лицо миссис Клинтон смягчилось.
– Я знаю, моя дорогая, и мне тоже нравится, когда вы со мной, – сказала она, – но вы ведь не можете остаться здесь навсегда, это просто невозможно. У меня в доме никогда раньше не жили девушки, а кроме того…
Она вдруг замолчала.
– А кроме того – что? – спросила Кандида.
– Ничего, ничего, – быстро произнесла миссис Клинтон. – Ну все, я не могу проводить весь день в разговорах. Предоставьте это мне, Кандида, и доверьтесь мне: я все делаю для вашего же блага.
– Я вас больше никогда не увижу? – спросила Кандида.
– Конечно, увидите, – ответила миссис Клинтон. – Вы вернетесь: они всегда возвращаются. Но тогда уже и ситуация будет другой.
Она говорила все это почти самой себе, и Кандида посмотрела на нее в растерянности.
– Я не понимаю, – сказала она. – Вы не могли бы объяснить мне?..
– У меня нет времени, – раздраженно ответила миссис Клинтон. – Если я не поеду к мадам Элизе сейчас, она может уехать к клиенту. Будьте хорошей девушкой, Кандида, идите наверх и собирайте вещи. Это займет некоторое время. И еще, будьте любезны, замените атласную подушку в гостиной. Этот несносный лорд Линдторп опрокинул на нее вчера вечером бокал портвейна. Лучше бы он пил шампанское, от него хоть пятен не остается. Новую наволочку вы найдете в бельевом шкафу.
– Я заменю ее, – сказала Кандида.
Миссис Клинтон не дослушала, потому что уже пересекала холл, а Джон открывал для нее входную дверь. Медленно, как будто каждый шаг давался ей с трудом, Кандида поднялась наверх.
В своей маленькой спальне она села на кровать, вновь и вновь спрашивая себя: что все это могло значить? Почему никто ей ничего не объясняет? И что нужно от нее лорду Манвиллу?
Он был очень богат, это не вызывало сомнений. Может быть, он держал школу верховой езды? Она понимала, что такая идея была нелепой, но все же она хоть как-то объясняла то, что Кандиде не приходится расставаться с Пегасом. Конечно, неприятно было уезжать от майора Хупера и миссис Клинтон, к которым она за несколько последних недель очень привязалась. Миссис Клинтон была человеком непредсказуемым, но все же по-своему добрым.
Кандида понимала, что миссис Клинтон многому научила ее. Если бы, например, лорд Манвилл попросил ее организовать званый ужин, она смогла бы сделать это. Знала она и финансовую сторону ведения хозяйства, знала, какие обязанности должны выполнять слуги в большом доме.
Благодаря миссис Клинтон она также умела танцевать, знала, какой реверанс надо сделать тому или иному человеку, даже принцу, что, впрочем, по ее мнению, вряд ли ей когда-нибудь могло понадобиться.
Да, миссис Клинтон была добра и майор Хупер тоже. Было очень приятно и полезно дрессировать его лошадей, учить их спокойно и послушно ходить по двору, чтобы даже неопытный наездник мог ничего не бояться. Кроме того, она могла каждое утро ездить на Пегасе, прыгать на нем через барьеры в школе верховой езды.
При мысли о том, что все это надо оставить, ей хотелось плакать, но слез не было… Размышления ее были прерваны Джоном, который внес новые чемоданы, обитые сверху сияющей черной кожей. Он принес пять чемоданов разных размеров и поставил их на ковер в спальне.
– Такова судьба, – улыбнувшись, сказал он. – Мне так жаль, что вы уезжаете, мисс.
– У меня нет никакого желания уезжать, – печально ответила Кандида.
– Моя мама, бывало, говорила, что надо терпеть, если нельзя ничего поделать, – сказал ей Джон. – Не вешайте носа, мисс!
Слегка приободрившись, Кандида около часа собирала вещи, пока у нее не заболела спина. Тогда она решила спуститься и сменить наволочку на подушке в гостиной, прежде чем вернется миссис Клинтон.
Она принесла из бельевого шкафа свежую наволочку бледно-розового атласа с вышитыми незабудками. Кандида с улыбкой подумала, что ее мать сочла бы это безвкусным. Наволочка пахла лавандой: миссис Клинтон имела обыкновение раскладывать среди белья специальные мешочки.
Девушка прошла в гостиную и нашла ту наволочку, на которой его светлость оставил большое багровое пятно от портвейна. Она собралась было заменить ее, когда вдруг услышала голоса.
Один из них был громкий и агрессивный, хотя слов разобрать она не могла. Слышался также протестующий голос Джона.
«Должно быть, это один из друзей миссис Клинтон, – подумала Кандида. – Но странно, что он пришел в такое время. Они ведь появляются только вечером».
К ее удивлению, голоса зазвучали громче, и вдруг дверь гостиной распахнулась.
– Я же сказал вам, сэр, что миссис Клинтон нет дома, – почти прокричал Джон.
– Не беспокойтесь об этом, мой юный друг, – ответил джентльмен, почти силой врываясь в комнату. – Я хочу видеть молодую леди. Присутствие миссис Клинтон совершенно необязательно.
Произнеся эти слова, джентльмен захлопнул дверь, оставив Джона за порогом. Кандида удивленно уставилась на большого, кричаще одетого мужчину средних лет с таким выражением на лице, от которого она тотчас смутилась. В соответствии с тем, как ее учили, она присела перед ним в реверансе.
– К сожалению, миссис Клинтон нет дома, – спокойно сказала она. – Вы можете подождать ее; я не думаю, что она задержится надолго.
– Я совсем не жажду, чтобы она побыстрее вернулась, – ответил незнакомец. – Я пытался увидеться с вами, моя милая, со вчерашнего утра, но все никак не получалось. Однако теперь мне это наконец удалось. Ну что же, давайте познакомимся.
– Мне очень жаль, – быстро сказала Кандида, – но у меня есть дела наверху. Прошу меня простить.
– Ничего подобного, не прощу, – улыбаясь, ответил он.
– Я не думаю, что миссис Клинтон…
– К черту миссис Клинтон! – перебил он ее. – Неужели мы будем говорить об этой скучной женщине, в то время как я хочу поговорить о вас? Итак, давайте попробуем сначала. Я – сэр Трешэм Фокслей, а вы… как ваше имя?
– Кандида Уолкотт, – ответила девушка.
– Прелестное имя для прелестной леди, – с одобрением в голосе произнес сэр Трешэм. – Ну а теперь давайте перейдем к делу. Я увидел вас вчера и понял, что вы именно та девушка, какую я искал. Недалеко отсюда у меня есть маленькая, уютная вилла, которая прекрасно подойдет вам, а что касается лошадей, то все мои конюшни в вашем распоряжении. Ну а если вы еще чего-нибудь захотите, то я для вас это куплю.
– Это очень любезно с вашей стороны, – смущенным голосом произнесла Кандида, – но…
– Любезно? Разумеется, я хочу быть любезным! – заявил незнакомец. – И вы ведь тоже будете любезны со мной, правда? Заверяю вас, я ценю таких красавиц, как вы, и ценю гораздо выше, чем те безответственные молодые денди, с которыми вам приходится общаться. Более того, я позабочусь о том, чтобы бриллиант вашей красоты находился в соответствующей оправе. Каждая женщина хочет этого. Любой красавице необходимо обрамление, и именно это я готов дать вам.
– Боюсь, я не могу принимать подарки от незнакомца, – быстро сказала Кандида.
Сэр Трешэм откинул голову и рассмеялся.
– Восхитительно, – сказал он. – Невозможно представить себе ничего более привлекательного – простодушие, никакой алчности! И вы умны, как я и предполагал, когда увидел вас вчера на этом огромном черном монстре. И где только Хупер достал его?
Кандида вся напряглась. Джентльмен явно был сумасшедший, она была уверена в этом. Он не имел никакого права так пренебрежительно говорить о Пегасе.
– Боюсь, сэр, что у меня есть важные дела, которыми я должна заняться, – сказала она, выходя из комнаты.
Но прежде чем она дошла до двери, он загородил ей дорогу.
– Нет, так просто вы от меня не убежите! Я вас, наверное, напугал, не так ли? Ну хорошо, не будем слишком быстро гнать лошадей. Человек я прямой, знаю чего хочу, и иду к этому напролом, но, если у вас другие правила игры, мы сделаем так, как вы пожелаете. Могу ли я, моя дорогая, прелестная, восхитительная мисс Кандида, иметь честь отобедать с вами или, если хотите, отужинать?
– Нет, я… боюсь, что нет, – ответила Кандида.
– На вас уже, наверное, кое-кто имеет виды, не так ли? – улыбнулся сэр Трешэм. – Ну что же, тогда скажите ему, что вы им больше не интересуетесь! Потому что, уверяю вас, моя дорогая, я позабочусь о вас, как никто другой.
Не оставалось никаких сомнений, что джентльмен действительно сумасшедший, и вот он стоит между Кандидой и дверью. Ее вдруг осенила идея.
– Позвольте принести вам освежающего напитка, сэр. Она попыталась обойти его, но он протянул руки и удержал ее.
– Нет, не надо никаких освежающих напитков, мне нужны лишь вы. Ну же, моя дорогая, небольшой поцелуй, чтобы начать наше знакомство, а затем можем и продолжить.
Кандида вскрикнула и попыталась оттолкнуть его. К ужасу своему, она поняла, что он очень силен и ее попытки освободиться лишь забавляют его. Он притянул ее ближе… Она закричала, и тут открылась дверь.
– Позвольте узнать, что здесь происходит? – раздался голос миссис Клинтон.
Сэр Трешэм обернулся и ослабил свою хватку. Изогнувшись, Кандида быстро вырвалась и, чуть не столкнувшись с миссис Клинтон, стоявшей в дверях, выбежала из гостиной и вихрем пронеслась вверх по лестнице. Ее щеки пылали, и она тяжело дышала, когда наконец достигла своего убежища – спальни. Кандида захлопнула дверь и заперла ее.
– Как же может мужчина вести себя подобным образом? – вслух спросила она.
Как он посмел так разговаривать с ней да еще пытаться поцеловать ее?
Она была шокирована и возмущена. Все же для себя она уже составила твердое мнение, что сэр Трешэм был сумасшедший. Только сумасшедший захотел бы делать подарки тому, кого никогда раньше не встречал. Кроме того, было что-то совершенно ужасное в том, как он смотрел на нее.
Она не могла этого объяснить, но знала лишь, что чувствует к этому человеку инстинктивное отвращение. Ей стало стыдно, что она так долго оставалась в гостиной.
Внизу же происходил следующий разговор.
– Вы не имели права вламываться в мой дом, сэр Трешэм, – говорила миссис Клинтон. – Джон сказал вам, что меня нет дома, и ваше поведение не достойно джентльмена.
– Ох, ох, скажите пожалуйста, – улыбнулся сэр Трешэм, удобно устраиваясь в одном из мягких кресел. – Вы прекрасно знаете, зачем я здесь, и чем скорее мы обсудим все условия, тем лучше. Вы ведь понимаете, что я для вас хороший клиент.
– Да ну? – усомнилась миссис Клинтон. – Вот так новость! Вы ведь помните ту последнюю девушку, с которой я вас познакомила. Она вам, видимо, совершенно не подошла.
– Я не понимаю, что вы этим хотите сказать, – ответил сэр Трешэм.
– Прекрасно понимаете, – возразила миссис Клинтон. – Вы обещали мне не только сто гиней за знакомство, но и пятьдесят фунтов за ту одежду, которую я для нее купила, но вы, надеюсь, помните, что, когда она переехала на вашу виллу, вы сказали, что одежда на ней неновая и уже использовалась в других подобных случаях. И вы мне не заплатили.
Сэр Трешэм, казалось, слегка смутился.
– Я богатый человек, миссис Клинтон, – сказал он. – Но я не люблю, когда меня принимают за простака. Эту девушку, как я впоследствии узнал, видели у Креморна и у Кейт Хэмилтон в доброй половине тех платьев, которые вы, по вашим словам, приобрели исключительно для меня. Вообще-то, я собирался заплатить вам. Она была со мной месяцев шесть, и, как оказалось, с ней было довольно приятно.
– Тем не менее я все еще жду этих денег, – сказала миссис Клинтон.
– И вы их получите, – ответил сэр Трешэм. – Сейчас я выпишу чек. Или, может быть, вы предпочитаете наличными?
Произнося это, он вытащил большую пачку десятифунтовых банкнот из внутреннего кармана пальто. Отсчитав пять купюр, он протянул их миссис Клинтон. Та взяла их и положила в ящик своего стола, затем сказала:
– Ну а теперь всего хорошего, сэр Трешэм. Я не занимаюсь делами в это время суток.
– Подождите, послушайте, миссис Клинтон, – запротестовал он. – Я приезжал сюда вчера в три часа дня, и мне сказали, что вас нет дома. Я приехал снова – теперь уже в пять, а затем в семь, и получил тот же самый ответ. Мне нужна эта девушка, а также лошадь, если это необходимо, и я готов заплатить за них.
Миссис Клинтон улыбнулась.
– Мне очень жаль, сэр Трешэм, но вы опоздали.
– Черт побери, что значит – опоздал? – вскричал он. – Кто был здесь до трех часов?
– Это мое дело, – ответила миссис Клинтон.
– Я не допущу, чтобы какое-то ничтожество обходило меня, – сказал сэр Трешэм. – Кому она досталась? Манвиллу?
– Вы достаточно хорошо меня знаете, сэр Трешэм, чтобы понять, что я никогда не выдаю имена своих клиентов и не осуждаю их личные дела, – отрезала миссис Клинтон. – А теперь, если позволите, я просила бы вас уйти. Если вы пожелаете еще раз зайти ко мне сегодня вечером в должное время, я, конечно, попробую найти для вас что-нибудь подходящее. Есть одна весьма хорошенькая молодая вдова. Не думаю, что вы ее раньше встречали.
– Мне не нужна весьма хорошенькая молодая вдова, – прорычал сэр Трешэм. – Мне нужна эта девушка, Кандида, и я получу ее.
Миссис Клинтон покачала головой, одновременно дергая за шнур колокольчика возле камина.
– Вы не можете так поступать со мной, – сердито сказал сэр Трешэм, когда Джон открыл дверь.
– Сэр Трешэм уходит, Джон, – невозмутимым тоном произнесла миссис Клинтон. – Проводите его до кареты.
– Ладно, черт возьми, ваша взяла, но это в последний раз, – злобно прошипел сэр Трешэм.
Все же он вышел из комнаты и, шагая впереди Джона, спустился по лестнице. Миссис Клинтон слегка вздохнула, но никакого беспокойства на ее лице не было. Она привыкла иметь дело с мужчинами, подобными сэру Трешэму Фокслею. Они всегда закатывали сцены, если не получали то, чего хотели, но она была совершенно уверена, что, хоть они и могли дуться и не заходить к ней в течение нескольких месяцев, в конце концов все равно возвращались.
В Лондоне не было больше никого, кто мог бы соперничать с ней, когда речь шла о поставках подобного высококачественного товара.
В то же время она надеялась, что он не слишком огорчил Кандиду. Невозможно предсказать, что может выкинуть такая чувствительная и безыскусственная девушка, как Кандида. Она может убежать, может отказаться ехать к лорду Манвиллу.
С озабоченным выражением лица миссис Клинтон поднялась наверх. Она постучала в дверь спальни Кандиды.
– Кто там? – В голосе Кандиды явно чувствовался страх.
– Это я, моя дорогая, – ответила миссис Клинтон. Она услышала, как Кандида побежала к двери и отперла ее.
– Он ушел? – спросила Кандида, затаив дыхание. Миссис Клинтон вошла в комнату и огляделась.
– Я вижу, вы уже немало потрудились, собирая вещи, – сказала она. – Это очень хорошо. Мне очень жаль, что вас побеспокоил сэр Трешэм. Когда он выпьет несколько бокалов вина, то начинает нести совершеннейший вздор. Я надеюсь, он вас не очень расстроил?
– Я испугалась, – объяснила Кандида. – Он хотел поцеловать меня.
– Как недостойно он, должно быть, себя вел, – с сочувствием сказала миссис Клинтон. – Но ничего не поделаешь. Это потому, что он такой одинокий человек. Его жена стала калекой вскоре после свадьбы, и у него нет детей. Его нельзя не пожалеть. Как я уже сказала, когда он выпьет, то совершенно не понимает что делает. Завтра он уже не будет помнить, что вам говорил и существуете ли вы вообще.
– Вы уверены? – спросила Кандида.
– Я знаю сэра Трешэма не первый год, – ответила миссис Клинтон. – Ну ладно, не думайте об этом больше. У меня с ним состоялся серьезный разговор о том, что не следует заходить ко мне в то время, когда маловероятно, что я дома. Мне кажется, он видел вас в Гайд-парке и вбил себе в голову, что вы ему очень понравились. Он вам что-нибудь предлагал?
– Он говорил что-то о том, что даст мне дом и лошадей, – сказала Кандида. – Я не могла понять, что он имеет в виду.
– Он не имел в виду ничего особенного, – успокаивающим тоном сказала ей миссис Клинтон. – Он очень, очень богатый человек и постоянно без счета тратит деньги на любых людей. Да вот, к примеру, на днях он дал десять фунтов дворнику на перекрестке. Тот чуть не упал замертво от изумления. Но таков сэр Трешэм – совершенно непредсказуемый, но с добрым сердцем.
Кандида рассмеялась.
– Я вполне понимаю, – сказала она. – Конечно, с моей стороны, глупо было пугаться, но он не пропускал меня к двери, а когда попытался поцеловать меня, я подумала о том, как он омерзителен.
– В этом вы совершенно правы, – согласилась миссис Клинтон. – Но я, как мне кажется, привыкла к нему как к старому знакомому. Не думайте о нем больше; маловероятно, что ваши дорожки когда-нибудь пересекутся. В следующий раз, когда я увижу его, он, уверена, уже и забудет о том, что вы когда-либо существовали. Как я сказала, он такой только, когда выпьет.
– Я… я понимаю, – сказала Кандида. – Полагаю, я мало имела дела с мужчинами и поэтому не знаю, как с ними обращаться.
– Вы научитесь, – пророческим тоном заверила ее миссис Клинтон. – Ну а теперь, моя дорогая, давайте-ка заканчивайте собирать вещи. Все шляпки надо уложить в коробки, и обращаться с ними надо особенно аккуратно.
– Я знаю, – согласилась Кандида. – А как вы думаете, могу я сегодня вечером зайти на извозчичий двор, когда все уйдут? Я хотела бы убедиться, что с Пегасом все в порядке.
Миссис Клинтон, уже шагавшая к двери, остановилась на мгновение.
– Не думаю, что вам стоит это делать, – сказала она. – Я только что встретила майора Хупера, и он сказал мне, что конюх лорда Манвилла недавно уехал от него вместе с Пегасом. Он уже, наверное, приближается к Манвилл-парку, и вы увидите его завтра.
Увидев выражение лица Кандиды, она быстро вышла из комнаты.
– Одному Всевышнему известно, что будет с этим ребенком, – прошептала она, спускаясь по лестнице. – Наверное, я не должна была этим заниматься.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Прелестные наездницы - Картленд Барбара

Разделы:
Глава iГлава iiГлава iiiГлава ivГлава vГлава viГлава viiГлава viiiГлава ixГлава xГлава xiГлава xii

Ваши комментарии
к роману Прелестные наездницы - Картленд Барбара



Меня всегда волновала тема чистоты и благородства в человеческих взаимоотношениях ... особенно - в оношениях мужчины и женщины и я благодарен автору "Прелестных наездниц" за подаренную ею возможность снова переживать эти удивительные чувства
Прелестные наездницы - Картленд БарбараВиктор
3.10.2010, 23.51





Книга превосходная,не перестаю петь деферамбы Картленд.Талантищеее.
Прелестные наездницы - Картленд БарбараОльга М
17.05.2014, 18.36





Очень классный роман. Я в восторге. Мне нравятся многие книги автора.)))9/10
Прелестные наездницы - Картленд БарбараКарина
16.07.2014, 14.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100