Читать онлайн Плененное сердце, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава девятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Плененное сердце - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Плененное сердце - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Плененное сердце - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Плененное сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава девятая



Сабина на цыпочках прошла вдоль балкона, стараясь держаться в тени из страха, что ее кто-нибудь может увидеть. Могли еще не спать слуги. Или, что еще хуже, леди Тетфорд может стоять около окна. Тем не менее девушка дошла до узкой деревянной лесенки и стала спускаться, обнаружив, что это нелегкая задача — ходить в длинной юбке от костюма для верховой езды.
Амазонка, которую леди Тетфорд привезла ей из Парижа, выглядела бы странно во время охоты на английских полях, но это был очень модный костюм. В подобные наряды одевались прелестные француженки, и если бы у Сабины было время посмотреть на себя в зеркало, она смогла бы убедиться, что он ей очень идет. Но девушка собиралась в спешке.
Она натянула на себя отделанную кружевами рубашку и бархатный жакет с красивым вырезом, который выгодно подчеркивал тонкую талию. Не глядя на свое отражение, она надвинула на голову треугольную шляпку, украшенную длинным страусиным пером.
Надев перчатки, Сабина осмотрела комнату, потом задула свечи. Спускаясь с лестницы, она вспомнила, что у нее нет хлыста. Оставалось надеяться, что Гарри приведет такую резвую лошадь, которая не заметит его отсутствия. — У нее ушло не больше нескольких секунд на то, чтобы отыскать дорогу через залитый лунным светом сад, спуститься по каменным ступенькам, а потом по длинной тропинке пробежать между источающими душистый аромат цветочными клумбами. Здесь было гораздо темнее из-за теней, которые отбрасывали кипарисы и оливы.
Сабина заставила себя идти медленнее, выбирая путь с большей осторожностью, пока наконец не оказалась около стены.
Она оглянулась в поисках какой-нибудь подставки под ноги и обнаружила выступающий камень. Девушка с трудом подвинула его к стене, потом взобралась на него и, наконец, смогла увидеть дорогу по ту сторону сада. В течение некоторого времени она с отчаянием вглядывалась в темноту, но никого не видела, потом неожиданно заметила Гарри, нервно расхаживавшего по дороге немного дальше, чем она ожидала. Рядом с ним стоял грум, державший под уздцы лошадь.
— Гарри!
Сабина позвала брата, но так тихо, что тот не услышал.
Тогда она вместо того, чтобы еще раз его окликнуть, издала длинный негромкий свист, которым они пользовались в детстве, пытаясь привлечь внимание друг друга.
Гарри тотчас поспешил к стене.
— Это ты, Сабина?
— Да, я здесь. Трудность состоит в том, что мне нужно как-то перебраться через стену.
— Карабкайся наверх, — посоветовал Гарри. — Потом ты прыгнешь, а я тебя поймаю.
— Это не так просто, — ответила Сабина. Ее раздражало и смешило одновременно предположение брата, что она может с легкостью взобраться на стену, как когда-то в детстве, неотягощенная длинными юбками и элегантной одеждой, слишком узкой, чтобы заниматься гимнастическими упражнениями.
Тем не менее девушка не собиралась рассказывать Гарри о своих трудностях, потому что это могло занять много времени, а им надо было спешить. В конце концов ей удалось вскарабкаться на стену, правда, с чувством отчаяния она несколько раз слышала, как трещало ее платье.
— Вот молодец! — воскликнул Гарри. — Я был уверен, что ты справишься. А теперь прыгай.
— Я не собираюсь делать ничего подобного, — ответила Сабина. — Ты или не сможешь меня поймать, или мы оба упадем в пыль. Подойди ближе и очень осторожно снимай меня.
Гарри сделал так, как она ему сказала. Сначала крепко ухватился за ее ноги ниже коленей, потом стал постепенно опускать ее вниз, пока Сабина наконец не оказалась на земле.
— Слава Богу! Я сделала это! — воскликнула она, глядя на него и улыбаясь. Ее лицо покраснело от усилий, глаза сияли.
— На тебя совсем не похоже устраивать суету по поводу какой-то стены, сестричка, — упрекнул ее Гарри. — Мне не раз приходилось видеть, как ты очень ловко оказывалась по другую сторону и более внушительных препятствий. И потом, я бы запросто тебя поймал, ты легкая, как перышко.
— Я внизу, вот что главное, — сказала Сабина. — Кстати, давай пока потише, нас может кто-нибудь услышать. Я вижу, ты нашел лошадь.
— Неплохое животное, — заметил Гарри. — Пришлось потрудиться, пока я отыскал одну лошадку, не такую медлительную, как старый мул. Но мне пришлось сказать хозяину конюшни твое имя, иначе он не соглашался дать мне лошадь.
Сабина вздохнула с отчаянием:
— Ой, Гарри, я совсем забыла, что тебе нужно было какоенибудь поручительство. — Потом девушка пожала плечами. — Хотя ладно. Не имеет значения. В любом случае он не скажет леди Тетфорд до завтрашнего дня, что я выезжала верхом. Кроме того, он может вообще ничего ей не говорить.
— Мы попросим его держать это в тайне, когда ты вернешься, — предложил Гарри. — Сейчас мне не хочется ничего ему говорить, это будет выглядеть подозрительно.
— Да, ты прав, — согласилась Сабина.
— Я вообще не знаю, правильно ли поступаю, — продолжал Гарри. — Ты не сказала мне, куда собираешься и что намереваешься делать. Позволь мне ехать с тобой, сестричка.
Сабина покачала головой:
— Пет, Гарри, я не могу этого разрешить. Тебе нужно только доверять мне и молиться, чтобы у меня получилось помочь тебе.
— Если у тебя ничего не выйдет, я погиб.
На лице Гарри отразилось такое отчаяние, что Сабина погладила его по руке.
— Нет, Гарри, не думай об этом, — сказала она. — Я должна все уладить. Я должна.
Они подошли к лошади, и Сабина посмотрела на нее оценивающим взглядом. Она сразу поняла, что животное прекрасное, хорошо накормленное, полное сил, что заставляло его беспрестанно двигаться и переступать ногами.
— Человек в конюшне сказал, что эту лошадь он не стал бы рекомендовать женщине для поездок верхом, — сказал Гарри. — Я думаю, ему приходилось подсаживать не одну француженку с цыплячьим сердцем. Откуда ему знать, с каким азартом ты скачешь впереди всех по полю, когда гончие берут след.
Сабина улыбнулась и подавила вздох.
— Ты заставил меня заскучать по дому, Гарри, но охота уже не была прежней с тех пор, как ты уехал.
— Если бы ты знала, как я скучаю по дому, — сказал юноша. — Если бы только… — Он замолчал. Слова затихли в темноте, но Сабина знала, что осталось недосказанным. «Если бы я был в кавалерийском полку».
Именно туда стремилось его сердце. Но говорить об этом сейчас не было смысла, да и вряд ли такой момент мог наступить когда-нибудь. Она мечтала, что после замужества как-нибудь попросит Артура заплатить за Гарри, чтобы он мог заняться любимым делом. Но после того, что случилось сегодня, стало ясно: ее мечта была глупостью с самого начала.
— Помоги мне, Гарри, — попросила она напряженным голосом, почувствовав внезапный страх, о причине которого не хотела размышлять. Он послушно подсадил ее в седло. Сабина расправила юбку и взяла в руки поводья.
— Где мне тебя встречать? — спросил он.
— Жди меня здесь через два часа, — ответила она. — Я могу приехать позже, но ты не беспокойся. Я не знаю, сколько это займет времени.
Она уже собралась ехать, но рука Гарри удержала ее за поводья.
— Пожалуйста, поменяй решение, Сабина, и позволь мне ехать с тобой. Я не должен этого допустить. Подумай, что бы сказал папа.
— Я и еду для того, чтобы папа ничего не узнал, — ответила Сабина и поехала по дороге в гору раньше, чем Гарри успел сказать еще хоть слово.
Лошадь была в хорошей форме и хотя все время норовила пуститься вскачь, однако быстро поняла, что нежные пальчики, управляющие ею, принадлежат опытному наезднику, и когда они выехали из города, пустилась в спокойный, легкий карьер.
По дороге им встретилось несколько экипажей, заполненных людьми, направляющимися в казино или возвращающимися домой с одного из множества вечерних развлекательных мероприятий, устраиваемых в княжестве. Сабина быстро миновала их. Где было возможно, девушка отворачивалась, чтобы ее случайно кто-нибудь не узнал в ярком лунном свете. Но когда она проехала мимо последней виллы, дорога стала пустынной, и Сабина оказалась верхом на лошади в дикой, незаселенной местности.
Она поднималась в гору с тех пор, как оставила Гарри. Но сейчас Сабина, наконец достигла верхней Корнишской дороги.
Здесь можно было уже ехать быстрее, и она ощущала, как сильный ветер с моря, дувший в лицо, трепал ее волосы.
Было так приятно снова сидеть на спине лошади, и если бы не серьезная миссия, предстоявшая ей, она бы в полной мере насладилась верховой прогулкой. Сабина вдруг ощутила упоительное чувство свободы. В том, что она была совершенно одна в дикой, прекрасной местности, когда далеко внизу плескалось великолепное море, а впереди возвышались величественные скалы, было какое-то необъяснимое волшебство.
Сейчас ей стало легче понять цыган, объяснить себе, почему они ненавидят стены и предпочитают жить ближе к земле, под звездным небом.
Лошадь скакала галопом, и Сабина вдруг поняла, что беззвучно молится. Слова, знакомые с детства, срывались с губ.
Она молилась о том, чтобы цыганский король помог ей, чтобы удалось вернуть деньги и спасти Гарри от бесчестья.
Девушка старалась не думать, что произойдет, если цыган откажется или не сможет вернуть деньги. Она не позволяла себе даже на секунду обратиться к мыслям об Артуре и о том, что он сказал сегодня днем.
Выражение лица Гарри, когда он возвращался к ней из дома, запечатлелось у нее в сознании. Разве они смогли бы еще хоть раз положиться на милость Артура?
Сабина подумала, что она скорее бы предпочла ехать куда угодно или нырнуть на любую глубину за помощью, чем еще раз обратиться к нему.
И только один раз у нее мелькнула мысль, что она, должно быть, сошла с ума, если едет одна ночью так далеко просить помощи у человека, который всего несколько дней назад был ей совершенно незнаком. Луна вышла из-за облаков, и Сабина на мгновение придержала лошадь, заставив ее двигаться чуть медленнее. Почувствовав внезапно панику, девушка задала себе вопрос, правильно ли она поступает. Ей вдруг вспомнилась первая ночь, как цыганский король встал со своего места у костра и подошел к ней, испуганной, растерянной, понимающей, что танцующая девушка смотрит на нее враждебно, а на сотнях подозрительных лиц, повернутых к ней, читается один и тот же вопрос, зачем она пришла.
Он действительно выглядел, как король, гордо проходя через толпу своих соплеменников. И с того момента она не сомневалась, что может доверять ему. Когда же цыган вел ее назад к экипажу, поддерживая и помогая выбрать безопасный путь, Сабина почувствовала, что он силен не только физически, в нем еще присутствовали надежность и уверенность.
С внезапно забившимся сердцем девушка отбросила прочь все сомнения и страхи. Она правильно сделала, что поехала, сейчас она была в этом уверена.
Перед ней был небольшой подъем, а когда она его миновала, местность с правой стороны неожиданно стала гораздо протяженнее. С той первой ночи, когда у экипажа соскочило колесо по пути в Монте-Карло, ей больше не приходилось здесь бывать. К ее удивлению, костер находился на совсем небольшом расстоянии. Ей хорошо было видно яркое пламя на фоне черного неба и искры, взлетающие вверх, похожие на небольшой фейерверк.
Сабина натянула поводья. Если это были те цыгане, которых она искала, то они, очевидно, переместились поближе к Монте-Карло по сравнению с той ночью. Если это не они, то не окажется ли этот табор опасным и не таким заслуживающим доверия, как тот, который ее выручил, когда она нуждалась в помощи? Впрочем, костер был такой же, какой Сабина видела прежде. Ей не оставалось ничего другого, как подъехать ближе, чтобы убедиться, те ли это цыгане, которые ей были нужны, но просто по воле случая оказавшиеся гораздо ближе, чем она ожидала.
Сабина с трудом могла разглядеть крыши кибиток. Несколько раз на фоне пламени появлялись силуэты людей. Она повернула лошадь по направлению к костру и медленно поехала по высокой траве. И — словно повторялась та ночь — она опять услышала музыку. Та же самая безудержная мелодия в исполнении гитары и скрипки. И теперь, когда девушка подъехала ближе, ей показалось, что она опять видит сон, который ей уже снился раньше. Тот же полукруг из кибиток, толпа цыган, сидящих вокруг костра, и та же девушка, кружащаяся в танце, с волной темных волос и с золотыми украшениями, сверкающими в свете огня при каждом ее движении, Сабина тихо подъехала ближе, и опять, как в прошлый раз, танцующая девушка резко остановилась, не отрывая взгляда от Сабины, появившейся из темноты. Ее лошадь задергала головой, как будто испугавшись костра.
На этот раз Сабина заговорила первой.
— Добрый вечер, — сказала она по-французски. — Мне надо поговорить с вашим королем.
Несколько мгновений было тихо, а потом девушка ответила. Что она сказала, Сабина понятия не имела, поскольку она говорила на совершенно незнакомом языке, который ей вряд ли приходилось слышать раньше. Но в смысле высказывания сомневаться не приходилось. Цыганка подошла к Сабине совсем близко. Она явно осуждала ее, оскорбляла, приглашала других цыган посмотреть на Сабину. Ее мысль ясно передавалась взмахами рук, горящими глазами и презрительной гримасой. Почему она к ней так относилась, и чем Сабина заслужила такой прием, девушка не могла понять. Но мужчины и женщины, сидевшие вокруг костра, явно взволнованные речью цыганки, стали подниматься и подходить ближе и ближе. В конце концов Сабина, сидящая верхом на лошади, оказалась со всех сторон окруженной цыганами. А девушка все еще продолжала ругаться, показывая на нее длинными смуглыми пальцами. Ее лицо и тело выражали всю полноту ненависти и явное желание, чтобы Сабина ушла.
Музыка замолчала. Казалось, что все слушают молодую цыганку. И единственный звук, который можно было услышать, кроме ее восклицаний, было одобрительное бормотание остальных цыган.
— Но я должна поговорить с ним. Я должна, — старалась Сабина перекричать пламенную речь цыганки.
— Уходи! Ступай прочь! Уходи!
Сабина не понимала слов, но не сомневалась в том, что цыгане говорили ей именно это. Теперь ей показалось, что темноглазые люди подошли еще ближе. Она видела, как один из них протянул руку к уздечке. И в первый раз за все время она подумала, что они могут причинить ей зло.
И в тот момент, когда страх сковал ее и кровь отлила от лица, от чего она почувствовала слабость, дверь одной из кибиток по ту сторону костра открылась, и оттуда вышел цыганский король. Он остановился на небольшой площадке перед ступеньками, ведущими на землю.
Несколько мгновений молодой человек оглядывался вокруг, обеспокоенный шумом, не понимая еще, что его вызвало.
Потом один из цыган увидел его и что-то сказал, из-за чего те люди, которые стояли в непосредственной близости от него, повернули к королю головы. Это движение передалось остальным, ослабило напряжение, и цыгане обратили внимание на короля.
Только девушка-цыганка, не видя, что происходит, поглощенная своим гневом, продолжала что-то выкрикивать высоким звонким голосом. Но Сабина заметила того, кто ей был нужен, и, прежде чем цыгане сообразили, что она собирается сделать, направила лошадь вперед сквозь толпу цыган и подъехала прямо к кибитке. Сидя на лошади, она была с ним почти одного роста.
— Сабина, зачем вы приехали сюда?
Он говорил с ней по-английски, и она ответила ему на том же языке.
— Я вынуждена была приехать. Мне нужна помощь.
Он наконец понял, что произошло, и Сабина в первый раз увидела сердитое выражение на его лице, когда он смотрел на своих людей. Цыган произнес только несколько коротких фраз, но его тон и резкий голос ясно давали понять Сабине, что он ругал их. Мужчины выглядели смущенными, им явно было стыдно, а женщины опустили головы, прикрыв длинными ресницами глаза.
Только виновница возникшего конфликта стояла, высоко подняв голову, молча обжигая взглядом Сабину. Ее глаза, казалось, горели от сдерживаемой ненависти. Руки с множеством звенящих браслетов были презрительно скрещены на груди.
Тогда цыган заговорил с ней.
Было сказано только одно слово, но Сабина, даже не зная языка, поняла, что он прогоняет ее. И как только оно было произнесено, самоуверенность девушки мигом испарилась. Темные волосы упали на лицо, и она тут же ушла из света костра, скрывшись в тени кибиток.
Когда Сабина спешилась с его помощью, к лошади тут же подскочил цыган.
— Мне необходимо поговорить с вами, — сказала она, едва совладав с голосом.
— Вы окажете мне честь, посетив мое жилище? — спросил он.
— Конечно, — ответила она.
Он помог ей подняться по ступенькам, и они прошли через замысловато разукрашенную дверь. Кибитка была небольшой, и все-таки она поражала комфортом. По обе стороны были зажжены две лампы, на стульях лежали мягкие подушки, а диван, стоявший в дальнем конце, был накрыт великолепным покрывалом, расшитым золотом. Там находился также полированный письменный стол с инкрустацией, на котором цыган что-то писал, а пол был устлан мягким ковром.
Сабина с изумлением рассматривала обстановку, а потом заметила, что цыган, закрыв дверь, наблюдает за ней.
— Я и мечтать не мог, что когда-нибудь увижу вас здесь, — сказал он мягко.
Она немного покраснела, услышав, каким тоном было это сказано.
— Пожалуйста, не считайте меня эксцентричной, — сказала она. — Я никогда бы не осмелилась явиться сюда таким образом, если бы не дело чрезвычайной важности.
— Мне очень жаль, что мои люди вас напугали.
— Эта… эта девушка, которая танцевала, — спросила Сабина. — Почему она меня так ненавидит?
Наивность вопроса вызвала легкую улыбку у него на губах.
— Разве вы недостаточно чувствуете себя женщиной, чтобы ответить на этот вопрос? — спросил он.
Сабина вопрошающе смотрела на него, потом вдруг почувствовала, как краска прилила к щекам.
— Вы имеете в виду, что она… лю… — Она не договорила. — Мне это в голову не пришло, — добавила Сабина через некоторое время.
— Садитесь, — сказал он спокойно. — Позвольте мне предложить вам немного вина.
— Спасибо, мне не хочется, — ответила Сабина. Но он наполнил хрустальный бокал из золотой, покрытой узором фляги и протянул ей.
— Выпейте немного, — приказал он.
Ей показалось, что легче подчиниться, чем начинать протестовать. Сабина отпила немного из бокала, потом поставила его на стол. Сняв с головы шляпу, она попыталась пригладить взлохмаченные волосы.
— Что вы можете обо мне подумать… — начала она, но он перебил ее:
— Я подумаю, что вы такая же красивая, как и в ту первую ночь. Тогда волосы, растрепанные ветром точно так же обрамляли ваше лицо, как и сегодня.
Сабина улыбнулась, услышав его слова, но тут же обо всем забыла, кроме причины, приведшей ее сюда.
— Пожалуйста, не надо говорить обо мне. Мне надо вам кое-что рассказать.
— Я слушаю, — сказал цыган.
— Мне нужна ваша помощь, — начала Сабина. — Я никогда еще в жизни не нуждалась так в помощи. Пожалуйста… обещайте, что поможете мне, если сможете.
— Зачем вы это говорите? — спросил он. — Вы же знаете, что я готов служить вам и всегда полностью в вашем распоряжении. Приказывайте.
Его голос, казалось, отражался от стен кибитки, и Сабина, как зачарованная, смотрела ему в лицо. Ей почудилось, что она плывет в полной темноте к яркому слепящему свету, что огромные волны подхватили ее и несут вперед, и сопротивляться им у нее нет сил. Но потом девушка заставила себя, продолжить.
— Я вынуждена была прийти… но помощь нужна не мне, — пробормотала она, — а моему брату Гарри.
— Вашему брату? — переспросил цыган. — Мне казалось, что вы всегда беспокоились о сестрах Гарриет, Мелани, Ангелине и Клер. Все они должны много выиграть с вашим замужеством.
— Они все находятся в Англии, — ответила Сабина. — А Гарри здесь, в Монте-Карло. Его корабль вчера прибыл в порт, а сегодня он пришел навестить меня. — Она вздохнула. — Толь-, ко, пожалуйста, поймите правильно. Он молодой человек. Ему всего двадцать один год. Кроме того, они очень долго были в море, плавали близ африканского побережья, и он не видел белых-женщин и вообще никаких развлечений целых шесть месяцев.
Сабина замолчала, чувствуя, что не в силах продолжать.
После небольшой паузы цыган мягко сказал:
— Вы не хотите мне рассказать, что случилось?
— Я пытаюсь это сделать, — ответила девушка. — Но мне нужно, чтобы вы поняли… потому что кое-кто не смог понять, что Гарри на самом деле вовсе не такой плохой или глупый.
Он просто молодой, и еще у него очень мало денег, гораздо меньше, чем у других офицеров на корабле. Ему нечасто выпадает возможность развлечься.
— Я очень хорошо вас понимаю, — спокойно сказал цыган. — Когда человек молод, вполне естественно, что ему хочется быть веселым и беззаботным.
Сабина одарила его благодарной улыбкой.
— Я чувствовала, что вы сможете понять, — сказала она.
— И что же ваш брат такого натворил, что заставило вас так переживать? — спросил цыган. — Наверное, проиграл деньги в казино?
— Как вы догадались? — воскликнула Сабина.
— Это делают многие, приезжающие в Монте-Карло;
— И Гарри не исключение, — вздохнула Сабина. — Он проиграл… вы будете в ужасе… около ста фунтов!
— Вы хотите меня попросить одолжить ему денег? — поинтересовался цыган.
Сабина гордо выпрямилась на стуле.
— Нет, нет, конечно, нет! Мне и в голову не приходило просить дать или даже одолжить денег человеку, которого вы совсем не знаете, тем более такую огромную сумму. Пожалуйста, не думайте, что я пришла ради этого. Кроме того, я понимаю, что у вас не может быть таких больших денег.
— Не все цыгане бедные.
— Но сто фунтов — это целое состояние! Я не за этим пришла к вам. Когда Гарри рассказал мне, что проиграл деньги и выписал чек, который не может быть оплачен при предъявлении в банк, потому что у него почти ничего нет на счету, я пошла к своему… жениху, лорду Тетфорду.
— Это было очень разумно. И дал он вашему брату денег?
— Да… он… дал Гарри… денег, — ответила Сабина, не сознавая, что то, с каким нежеланием слова вырывались у нее и как потемнели глаза, сразу выдало, насколько неприятна была эта процедура.
— В таком случае у вашего брата есть деньги, — сказал цыган. — Я не понимаю, чем еще могу помочь.
— Мой жених дал Гарри денег, и он положил их в карман.
Брат собирался идти прямо в казино, заплатить долг и попросить вернуть чек, который он выписал накануне ночью, но встретил пару своих друзей, и они отправились поразвлечься в порт. Там они на беду познакомились с двумя женщинами и пригласили их на обед. И только когда они уже пообедали, и женщины ненадолго вышли, Гарри понял, что у него из кармана исчезли деньги. Вся сумма, которую ему дал Артур, я имею в виду, моего жениха, его так зовут.
— Исчезли? Вы хотите сказать, что те женщины украли их?
— Думаю, да. Они ушли в дамскую комнату и больше не вернулись.
— Понятно!
— И тут я подумала, что, может быть, вы нам сможете помочь, — продолжала Сабина. — Гарри сказал, что одна из девушек была блондинкой, но вот другая — темноволосая, похожая на цыганку, и зовут ее Катиша. Я подумала… подумала, что, может быть, вы ее знаете и заставите, если она цыганка, вернуть… деньги, которые она украла.
— Понятно. Вот, значит, зачем вы пришли ко мне.
— Ну, конечно. Неужели вы не понимаете, что, кроме вас, у нас во всем мире не осталось человека, который может нам сейчас помочь? Если вам не удастся вернуть деньги, вы не представляете, как все будет ужасно!
— А что тогда произойдет? — спросил цыган.
— Гарри сегодня придется написать папе и рассказать, что он натворил. Но поскольку он не может просить родителей найти такую сумму — им просто негде взять столько денег, — ему придется писать рапорт об увольнении.
Сабина говорила довольно спокойно, но в глазах у нее было такое трагическое выражение, что разрывалось сердце.
— Вы имеете в виду, что у вас нет никого, кто может дать или одолжить сто фунтов?
— Нет больше ни одного человека, у которого мы могли бы просто попросить об этом, — ответила Сабина. — А что касается одолжить, это тоже невозможно. Понимаете, Гарри пообещал вернуть деньги, которые он одолжил у моего жениха, в течение года. Это значит, что у него абсолютно ничего не останется для себя, он будет отдавать все свое жалованье.
— Я понял из ваших слов, что лорд Тетфорд дал ему эти деньги.
— Он дал их ему, — ответила Сабина, — но, конечно, Гарри должен их вернуть.
— Да, деньги даны в долг на довольно жестких условиях.
— Артура очень разозлил Гарри, — сказала Сабина тихо. — Он… не хочет ничего делать… для моей семьи.
— И поэтому вы пришли ко мне.
— Как вы думаете, вам удастся помочь нам? — спросила Сабина, стиснув руки. — Пожалуйста, я прошу вас, скажите, что сможете. Не знаю, что будут делать папа и мама, когда услышат, в какую беду попал Гарри. Они так им гордятся! Гарри их единственный сын, и у него все так хорошо складывалось. Он получил повышение по службе гораздо раньше, чем большинство молодых людей его возраста. Известие, что Гарри с позором покидает флот, ужасно огорчит их. Пожалуйста, помогите нам!
Цыган наклонился и взял Сабину за руки.
— Послушайте, Сабина, — сказал он. — Вы не должны меня умолять. Я хочу вам помочь, и обязательно помогу.
— Правда? Спасибо вам! Спасибо! — воскликнула Сабина. — Если бы вы только знали, что для меня значит слышать такие слова! У меня было предчувствие, что вы не оставите нас в беде.
И я не ошиблась.
— А почему у вас было такое предчувствие? — спросил цыган.
— Я не знаю, — ответила девушка. — В вас есть что-то… и всегда было, из-за чего мне казалось, что я могу вам доверять и что вы всегда сможете меня понять.
— А другие люди не поняли вас, судя по всему? — спросил он.
Сабина отвела взгляд и отняла свою руку.
— Другие люди… слишком нетерпимо относятся к человеческим слабостям и глупости.
— Возможно, они не понимают и других вещей. Например, как прекрасны вы, когда улыбаетесь, как необыкновенно трогательны, когда печальны. Вы знаете, что у вас темнеют от испуга глаза, а когда вы радуетесь, они так сияют, что меняется все ваше лицо.
Сабина вздохнула и встала.
— Я должна… идти, — поспешно сказала она. — Может быть, вам тоже следует пойти, чтобы найти Катишу? Вы не сможете ее заставить сразу отдать деньги?
— Вы собираетесь уходить, потому что вам действительно надо, — спросил цыган, — или потому, что боитесь меня слушать?
— Боюсь? — спросила Сабина тихо.
— Да, боитесь, — ответил он. — Вы бежите, Сабина, потому что ваше сердце просит остаться.
Сабина стояла очень тихо. Она не отвечала ему, не отводя глаз от перчаток, которые теребила в руках.
— Вам нечего мне сказать? — спросил он взволнованно.
Она вдруг повернулась к нему, бледная, с дрожащими губами.
— Да, у меня есть что сказать вам, — ответила она. — Верхнее… попросить.
— О чем?
— Пожалуйста… не дайте мне влюбиться в… вас.
Это был крик, вырвавшийся из глубины сердца, подобно крику ребенка, испугавшегося темноты. Несколько мгновений никто из них не двигался. Цыган просто стоял, глядя на нее, потом тихо сказал:
— Не запоздала ли ваша просьба?
Девушка опустила глаза.
— Да, Сабина, уже поздно, — продолжал он. — Слишком поздно поворачивать время вспять, забыть, что мы встретились по воле случая, притворяться, что не стояли рядом и не разговаривали, не смотрели в глаза друг другу и не читали там то, что боялись произнести наши губы. И мне кажется, моя дорогая, если бы вы были честны с собой, то признали бы, что уже любите меня немного.
— Нет! Нет! — прошептала Сабина.
— Вы совершенно уверены в этом? — спросил он. — Поклянитесь, глядя мне в глаза, что с момента нашей первой встречи я ничего не значу для вас, что вы никогда не думаете обо мне и никогда не хотели меня увидеть вновь. Скажите мне это твердо, без колебаний, и я уйду из вашей жизни, чтобы никогда больше не возвращаться.
— Я… не хочу вас просить… об этом, — пробормотала Сабина.
— Но вы просите меня не позволять вам влюбиться, — продолжал цыган. — А я вам говорю, что уже поздно. Подумайте, я не прикасаюсь к вам, а вы дрожите, словно находитесь в моих объятиях. Ваше сердце бьется быстрее, и дыхание участилось, как будто я сейчас коснусь ваших губ. Я не трогаю вас, но уверен, что в глубине сердца вы этого хотите.
Она быстро подняла голову в последней попытке протеста, но когда посмотрела на него, в ее распахнутых глазах горел свет, который нельзя было спрятать ни за какими словами. Он сказал ему правду вместо нее. Несколько мгновений она могла только дрожать, потом по телу разлилась приятная теплота и понимание того, что он прав. Это было так прекрасно и волнующе, как будто цыган и правда держал ее в своих объятиях.
Потом мир замер, как и они сами, словно их чувства существовали отдельно от полностью забытых тел. Наконец все-таки человеческое начало взяло верх, и он упал перед ней на колени, припав губами к ее платью.
— Я люблю вас, Сабина, — сказал цыган. — Я готов вечно служить вам и обещаю, что никогда не коснусь вас против вашей воли. Потому что моя любовь слишком сильна, и я знаю, что мы много значим друг для друга. Я никогда не поцелую вас до тех пор, пока вы не попросите меня об этом словом или жестом. Но я был бы слепым, глухим и недостойным любви, если бы не чувствовал в этот момент, что вы меня хоть немного любите, как бы вы ни пытались это отрицать.
— Я… мы не можем… не должны, — бормотала Сабина.
— Вы не должны, имеется в виду, — возразил цыган. — И все-таки — почему? Я мужчина. Я люблю вас. Конечно, не в моих силах предложить вам такую же жизнь и положение, как лорд Тетфорд, но я могу вам дать счастье.
— О пожалуйста, — взмолилась Сабина. — Вы не… понимаете. — Она закрыла лицо руками и отвернулась от цыгана, продолжавшего стоять перед ней на коленях. Потом девушка опустилась на стул с поникшей головой.
— Дорогая моя, я заставил вас плакать! — воскликнул цыган. — Глупец, как я мог, ведь мое единственное желание, чтобы вы были счастливы.
— Я , я думаю, что плачу от счастья, — ответила Сабина. — Потому что вы так добры, так хорошо ко мне относитесь. Если бы только мы встретились на несколько месяцев раньше. Но сейчас. слишком поздно.
Цыган встал и с любопытством посмотрел на ее опущенную голову.
— Почему слишком поздно? — спросил он.
— Из-за… очень многих вещей, — ответила девушка. — Мама… так обрадовалась нашей помолвке… из-за девочек.
— Гарриет, Мелани, Ангелина и Клер, — сказал цыган.
— Да… из-за всех моих сестер, — подтвердила Сабина. — Я знаю, что Артур не намеревается что-то делать для них, когда мы поженимся, но, может быть, мне удастся изменить его решение. Как бы то ни было, я смогу им отдавать свои вещи… одежду и деньги, если у меня они будут. Возможно, он позволит им приезжать иногда. Девочки и мама рассчитывают на это!
— И конечно, это будет совсем не то, если мы им предложим гостеприимство цыганского табора.
Сабина вспыхнула и отняла от лица руки.
— Все не так! — сказала она с жаром, — Вы не должны думать, что основная причина в том, что вы цыган, и я стыжусь этого. Я бы гордилась, если бы стала… — Она замолчала, а цыган наклонился к ней.
— Произнесите это, — настойчиво попросил он. — Скажите слова, которые я так жаждал от вас услышать.
— Я не должна, — возразила Сабина. — Как вы не понимаете? Мы даже думать об этом не должны. Я помолвлена с Артуром… и должна выйти за него замуж. Кроме того, Гарри должен ему… сто фунтов.
— Дорогая моя девочка, — мягко сказал цыган. — Неужели вы думаете, что какая-то жалкая сотня фунтов имеет значение, когда речь идет о целой жизни? Давайте уедем вместе.
Позвольте мне научить вас любить, жить, чувствовать. Научить тому, что значит настоящее счастье. Этому вас не научит ни один англичанин и вообще ни один человек в мире, кроме меня, потому что мы предназначены друг другу.
— Вы не должны… искушать меня, — прошептала Сабина. — Не надо меня просить о таких вещах. Я вовсе не сильная и не хорошая. Напротив, я слабая, безвольная и… плохая, если хотите знать. Мне все время хочется делать то, что я не должна. Я хочу… быть с вами. Хочу слушать то, что вы говорите. Хочу… чтобы вы прикасались ко мне.
Цыган вдруг отвернулся от нее.
— Вам надо идти, Сабина, — сказал он. — Есть границы, за которые мужчина не должен переступать, и я должен вести себя так, как полагается. Я люблю вас! Неужели вы думаете, что мне не хочется прижать вас к себе, покрыть лицо поцелуями, целовать ваши губы, глаза, шею, распустить волосы и тоже их целовать? Я люблю вас! А любовь — это не слабое анемичное чувство, каким сделали его англичане. Для меня любовь — могущественная сила, толкающая людей на отчаянные поступки. Это то, ради чего человек может голодать, украсть, драться и даже умереть. На мой взгляд, любовь должна быть такой. А сейчас вы должны идти, Сабина, а то я могу забыть, что вы моя гостья, которой я должен предложить лишь свое гостеприимство.
В голосе цыгана прозвучало столько эмоций, столько рвущейся наружу внутренней силы, что Сабина могла только слушать как зачарованная. Она чувствовала, что ее сердце готово вырваться из груди, что по телу разливается жар в ответ на его признание. Конечно, она любила его! Теперь Сабина знала точно, это любовь пробуждалась в ней, как разгорающееся пламя. Но потом, когда она уже колебалась и думала, что никакая сила в мире не сможет остановить ее желание броситься ему в объятия и предложить свои губы для поцелуев, даже мысли о которых вызывали у нее дрожь, цыган резко распахнул дверь.
Прохладный, ночной воздух ворвался в кибитку, отчего заволновалось пламя в лампах.
— Пойдемте!
Это было уже не предложение, а приказ. Цыган, не глядя на нее, протянул руку, чтобы помочь сойти со ступенек. Сабина машинально взяла со стола перчатки и шляпу, сознавая, что находится в заторможенном состоянии, и, не находя в себе сил ни думать, ни говорить, позволила ему свести себя по ступенькам на землю, где ее ждала лошадь.
Цыган помог девушке взобраться в седло с почти равнодушным видом, как ей показалось. Потом он отдал приказ, и через несколько секунд вернулся молодой парень, ведя крупного черного жеребца. Это было замечательное животное, похожее по изгибу грациозной шеи на арабского скакуна. На нем было седло, украшенное серебром, и стремя, тоже изготовленное из полированного серебра.
Цыган ловко вскочил в седло, отдал еще несколько приказов своим людям, и они вместе с Сабиной отправились в путь.
По мере того как лошади удалялись от лагеря, Сабина чувствовала, что невероятное напряжение спало, дыхание стало спокойнее и только тело буквально пело от необыкновенного удовольствия. Она сознавала, что едет рядом с ним, смотрела на его гордо поднятую голову и думала, что он кажется одним целым с конем, как человек, который с детства привык ездить верхом.
Что он сейчас думает о ней? Не только об отказе принять его любовь, но и о том, что она так цепляется за свою помолвку с Артуром. Возможно, в глубине сердца он упрекал ее за снобизм. Наверное, он думал, что она только из-за того, что может дать ей положение жены Артура, отказывается выйти замуж за бродягу-цыгана, человека, у которого нет постоянного дома. Конечно, он не понимает, что если бы она была свободной и у нее не было семьи, она осталась бы у него уже сегодня и никогда больше не вернулась в Монте-Карло.
Вот что такое любовь! Чувство, которое разрывает на части, сжигает тело, разум и душу. И все-таки — как она могла забыть о том, какую боль мог причинить ее поступок семье? И каких возможностей лишит их?
Гарриет рассчитывает приехать в Лондон, а мама словно помолодела со времени ее помолвки с Артуром. Это потому, что она стала меньше беспокоиться о будущем, и ей не надо экономить каждый фартинг, чтобы сшить для Гарриет несколько нарядных платьев, в которых она сможет отправиться в Лондон.
Сабина вдруг подумала об Артуре, о том, каким холодным грубым голосом он разговаривал с ней сегодня днем. Она вздрогнула и инстинктивно подъехала ближе к цыгану. Как будто почувствовав, о чем девушка думает и что в этот миг ощущает, он заговорил с ней в первый раз с тех пор, как они выехали из лагеря. Сабина смотрела на него в лунном свете, на темные волосы, открывавшие высокий красивый лоб. На непривычные глазу англичанки черты лица, красивого и располагающего к доверию. На рот, говорящий о великодушии, и темные глаза, в которых горел огонь, разожженный страстью, бушующей у него внутри.
— Мы едем рядом, — сказал цыган низким мелодичным голосом, от которого каждый раз начинали играть ее эмоции, как музыкальный инструмент, реагирующий на прикосновение рук настоящего мастера. — Бок о бок, Сабина. Значит ли это что-нибудь для вас? Для меня это воплощение мечты и надежда на то, что счастье возможно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Плененное сердце - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Плененное сердце - Картленд Барбара



Неплохой роман (другое название "Королевская клятва), но с присущими Картленд розовыми соплями. Ну и, конечно, познания автора в национальностях оставляют желать лучшего (считать, что венгры и цыгане – одно и то же, невежественно): 6/10.
Плененное сердце - Картленд БарбараЯзвочка
10.03.2011, 19.28





Увлекательная и чудесная сказка! Лишь конец подкачал: увлекательность и чудеса подменяются приторной сентиментальностью, граничащей с жестокостью. Что жаль!
Плененное сердце - Картленд БарбараКатя
27.02.2012, 11.52





Очень понравился роман. Прочитала на одном дыхании. Спасибо!
Плененное сердце - Картленд БарбараНаталья
22.09.2015, 15.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100