Читать онлайн Огни Парижа, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава четвертая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Огни Парижа - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.2 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Огни Парижа - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Огни Парижа - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Огни Парижа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четвертая

Первой тишину нарушила Бланш.
– Объясни ей, Маргарита! – со вздохом сказала она и еще раз изучающе взглянула на Линетту.
Девочка прелестна, может быть, слишком наивна для той жизни, какую ей собираются предложить: зато с их помощью Линетта минует тот длинный и унизительный путь, который прошли они сами.
Бланш было четырнадцать лет, когда молодой продавец из лавки пригласил ее в «Клозери де Лила». В этом увеселительном заведении, где запах дешевых духов смешивался с запахом сигар, играла музыка, и Бланш, возбужденная вином и вниманием к ней мужчин, танцевала канкан.
Ее кавалер ушел, а Бланш осталась пить шампанское с его приятелями. Один из них соблазнил ее и несколько недель спустя увез в Бухарест.
Бланш с содроганием вспоминала ту неприглядную гостиницу с сомнительной репутацией, в которой они остановились. Вскоре она возненавидела своего любовника и сбежала от него в цыганский табор, решив зарабатывать на хлеб танцами под мандолину и скрипку. Но цыгане плохо обходились с ней, поскольку она была чужая, не их рода и племени, и Бланш снова бежала.
Наконец – вероятно, потому, что Бланш верила в своего ангела-хранителя, – она встретила князя, который влюбился в нее и ввел в высшее общество Валахии.
Как птица, которая всегда возвращается в родное гнездо, Бланш вернулась в Париж, и с тех пор успех сопутствовал ей во всем. Но сколько это продлится? Бланш прижала пальцы к деревянной спинке кровати (в душе она по-прежнему оставалась суеверной крестьянкой из своего родного Эндра).
Не только деньги важнее всего на свете, думала она, хотя с ними жизнь куда легче и привольнее. Главное в жизни – это счастье, и, поскольку самой ей повезло и она была счастлива, ей хотелось осчастливить и всех вокруг себя.
Тщательно подбирая слова, Маргарита тоже наблюдала за выражением лица Линетты, и начала издалека:
– Вам, быть может, известно, что во Франции браки заключаются по расчету. Мужчина практически лишен свободного выбора. Его отец, глава семьи, решает, кто для него подходящая партия.
– Мама говорила мне, – ответила Линетта. – В Англии это не так.
Линетта вспомнила, как любила мать ее отца. Их союз не был браком по расчету, mariage de convenance.
– В королевском семействе бывает только так, – возразила Маргарита, – и, насколько мне известно, английская аристократия берет пример со своих монархов.
– Пожалуй, вы правы, – неуверенно согласилась Линетта.
– Значит, вы можете понять, когда мужчина женится не на своей избраннице, он стремится найти женщину, которую он будет любить.
Маргарита сделала паузу, бросила внимательный взгляд на Линетту и продолжила:
– Вот почему он выбирает себе, по сути дела, «вторую жену» – ту, которую он по-настоящему любит, которой восхищается, за которой ухаживает, тратя на нее большие деньги.
– Это какое-то… странное положение, – усомнилась Линетта.
– Ну почему странное? – возразила Маргарита. – Не считаете же вы, что человек должен прожить всю жизнь без любви, без романтики, без женщины, которой он мог бы отдать свое сердце?
Линетта некоторое время молчала, а затем тихо спросила:
– Значит, такая женщина и есть… кокотка?
– Ну да, – с облегчением, что объяснение закончено, отозвалась Маргарита. – Но поймите, существуют разные разряды, или классы кокоток, и Les Grandes Cocottes – великолепные куртизанки – принадлежат к самому высшему классу, ими все восхищаются, эти женщины – самые влиятельные во всей стране!
– Значит, вы и Бланш… Grandes Cocottes? – уточнила Линетта.
– Разумеется! И под нашим покровительством вы войдете в самый высший круг.
– Мне бы хотелось… – робко сказала Линетта, – я бы желала лучше… выйти замуж по-настоящему.
Маргарита в негодовании даже всплеснула руками.
– А кто, вы думаете, женится на вас, когда у вас нет ни приданого, ни связей? – осведомилась она. – Помимо этого, дитя мое, все мужчины, кого вы встретите в свете, уже женаты. Родители отправляют их к алтарю, как только они закончат университет или достигнут совершеннолетия!
– Но все это… так необычно, – сказала Линетта. В голосе ее звучала неуверенность и тревога.
– Ты привыкнешь к этой мысли, – перебила ее Бланш. – Иметь друга, который обожает тебя, очень приятно, Линетта. Это значительно облегчает жизнь. Более того, с ним ты чувствуешь себя спокойно, в безопасности, под защитой.
При слове «защита» Линетта вспомнила о маркизе. Он действительно защитил ее, с ним она сразу почувствовала себя в безопасности. И тут Линетта решила уточнить еще одно обстоятельство.
– Ты хочешь сказать, – спросила она, – что мистер Бишоффсхайм и есть твой… друг?
– Ну конечно, – ответила Бланш. – Он полюбил меня еще до моего отъезда в Россию, а когда я вернулась, купил мне этот дом и с тех пор опекает меня и заботится обо мне.
Линетта и не ожидала услышать ничего другого, после того как накануне за ужином мистер Бишоффсхайм выступал в роли хозяина дома, а еще раньше Бланш просила его позволить Линетте пожить у нее.
И он заплатил за ее туалеты!..
– Ну, не надо так переживать, Линетта! – видя волнение, написанное на лице девушки, сказала Маргарита. – Я обещаю – мы позаботимся о вас и ваших интересах. Вы слишком молоды и хороши, чтобы потратить вашу жизнь и красоту, обучая детей или пытаясь найти себе мужа-англичанина. Только французы ценят красивых женщин и способны выражать свои чувства в бриллиантах.
Линетта судорожно стиснула руки.
– Вы уверены, что это… не дурно и не… грешно? – При этом она взглянула на статуэтку Христа на столике у постели.
– Только не во Франции, – поспешила ответить Маргарита. – И когда вы привыкнете к этой мысли, Линетта, вы поймете, что я и Бланш желаем вам только добра.
– Вы очень, очень добры, – застенчиво проговорила Линетта.
Ей хотелось расспросить их еще о многом, но она постеснялась.
У Маргариты есть ребенок. Что думает обо всем этом его отец? Как он относится к тому, что сын не может носить его имя?
Ужасная мысль вдруг посетила Линетту. Не потому ли она носит фамилию матери, что ее мать не была замужем? Не поэтому ли мать так упорно отказывалась говорить с ней об отце?
Нет, конечно же, нет, посмеялась над своими глупыми страхами Линетта. Ведь ее мать всегда носила венчальное кольцо. Линетта вспомнила ее слова: «День моей свадьбы был самым счастливым, самым замечательным днем в моей жизни. Мне казалось, что меня окружают ангелы».
Она никогда не произносила бы этих слов, если бы это не было правдой. Если Линетта и не носит фамилию отца, значит, на то была серьезная причина. Жаль, что она не узнала эту причину при жизни матери.
Посчитав, что все вопросы обсуждены и решение принято, Бланш и Маргарита занялись внешним видом Линетты.
Еще вечером Линетте казалось, что новых платьев ей хватит надолго, но у Маргариты было свое мнение на этот счет.
Она повезла девушку не к мадам Лаферьер, но к monsieur Ворту и заказала ей у него три платья на вечер и три – на день.
Все эти туалеты были очень красивы, но безумно дороги, и Линетта изо всех сил возражала против их покупки. Но Маргарита отклонила все ее протесты.
– Тысяча двести франков за платье – вовсе не дорого, – заявила она.
– Но я не могу просить мистера Бишоффсхайма тратить на меня еще какие-то деньги, он и так сделал это только ради Бланш.
– Мистер Ворт не станет торопить с оплатой, – вкрадчиво сказала Маргарита. – И совсем необязательно, чтобы по счету платил именно мистер Бишоффсхайм.
Линетта с тревогой взглянула на нее. Значит, Маргарита всерьез думает о «друге», которого она должна найти себе, который станет заботиться о ней, а она ему будет «второй женой».
Линетта опять вспомнила свою мать и mademoiselle, подумала, что вряд ли они посчитали бы правильным ее поведение, но что ей оставалось делать?
Если она откажется, Бланш может прогнать ее, и что с ней тогда будет?
Париж был таким огромным; оставшись одна, без друзей, она потеряется в нем.
Ей на память пришел человек, преследовавший ее на пароходе. Такие всегда смогут навязать свое присутствие одинокой девушке.
Если бы на пароходе не было маркиза и она не смогла бы укрыться в его каюте, что бы случилось?
Линетта не имела ни малейшего представления, чего хотел добиться этот неприятный мужчина.
Она выросла без отца и, уж конечно, ни с одним мужчиной не разговаривала наедине.
Может быть, правда лучше иметь друга, который бы заботился о ней?
Взять хотя бы мистера Бишоффсхайма. Он не отличается особой привлекательностью и уже не молод, но он добрый, похоже, что Бланш счастлива с ним.
Линетта снова вспомнила маркиза и пожалела, что не может посоветоваться с ним. Все-таки он англичанин, и потом он такой разумный и серьезный человек.
Ах, если бы она отыскала его, он наверняка подсказал бы, как ей следует поступать: принять или отклонить предложение Бланш и Маргариты.
Маргарита привезла Линетту домой ко второму завтраку. Бланш приехала из театра позже обычного. Она решила завтракать дома, поскольку собиралась мыть голову.
– Вечером мы опять поедем в Булонский лес, – сказала она, – а пока, Линетта, отдохни или почитай что-нибудь.
Линетта желала поближе познакомиться с Парижем, но одна идти гулять она опасалась, а попросить Бланш отпустить с ней кого-нибудь из прислуги девушка постеснялась.
Поцеловав Линетту, Маргарита собралась уезжать.
– Мы увидимся завтра или послезавтра, – сказала она. – А пока я подумаю и постараюсь найти для вас подходящего друга.
– Но я могу ему… не понравиться, – запинаясь, проговорила Линетта.
– Вы понравитесь очень многим, – засмеялась Маргарита. – Бланш и мне придется охранять вас от них! Но как ваши дуэньи мы будем очень разборчивы и привередливы!
Она снова поцеловала Линетту.
– Вы такое милое дитя, – воскликнула она. – Я надеюсь, что вы не скоро повзрослеете.
Линетта не поняла, что она имела в виду.
«Вероятно, – подумала она, – я так неопытна и невежественна, что кажусь моложе, чем я есть на самом деле».
Следуя совету Бланш, она взяла книгу и направилась в будуар, которым Бланш разрешила ей пользоваться.
В комнате, обитой розовым, с золотым шитьем шелком, размещалось множество предметов со всего света.
Там были испанские и португальские сундучки, миниатюрные китайские пагоды, искусной работы японские ширмы, фарфор, бронза, гобелены. По стенам стояли два больших кресла и две широкие кушетки.
Это была странная комната. Линетте она показалась пещерой Аладдина. Ей почему-то показалось, что Бланш собрала здесь все эти предметы не потому, что они ей нравились, – они представляли большую ценность.
Над камином висел еще один портрет Бланш, уже кисти Мане. Он никак не льстил самой натурщице, но сходство было несомненное.
Полуодетая Бланш – в голубом корсете и коротенькой нижней юбочке в оборках – была изображена стоящей перед зеркалом с пуховкой в руке.
«Как она могла согласиться позировать в таком виде?» – подумала Линетта.
Картина показалась ей еще вульгарней, когда она заметила на софе позади Бланш мужчину в вечернем костюме и цилиндре, созерцающего голубой корсет Бланш, и Линетте все это показалось крайне неприличным. Как могла Бланш показаться раздетой в обществе мужчины?!
Книга, которую взяла с собой Линетта, так и осталась нераскрытой.
На этот раз в Булонский лес они выехали в коляске, запряженной парой отличных пегих лошадей. Цвет обивки экипажа и на этот раз совпадал с цветом туалета его хозяйки. Золотисто-желтый атлас удивительно гармонировал с желтым платьем Бланш, расшитым топазами, а ее драгоценности – топазы и бриллианты, – казалось, сосредоточивали в себе солнечное тепло.
В белом платье, отделанном бирюзовыми лентами, и шляпке с перьями такого же цвета, Линетта была очень мила, но ей казалось, что она меркнет рядом с Бланш, хотя она и замечала устремленные на себя восхищенные мужские взгляды. При всей своей неопытности Линетта улавливала их чисто женским чутьем.
Прогулка длилась недолго, и, когда они вернулись домой, Бланш прислала Линетте своего личного парикмахера, чтобы он уложил ей волосы по последней моде: в локоны, ниспадающие с затылка на шею.
Пора было готовиться к вечернему посещению театра. В белом платье, отделанном букетиками подснежников, Линетта выглядела очаровательно.
Несмотря на то что уже наступил вечер, все еще было тепло, и горничная подала Линетте накидку из шифона, отороченную лебяжьим пухом, которая белым облаком окутала ее плечи.
– Ты прелестна! – сказала, спускаясь по лестнице, Бланш. На ней было новое платье, еще лучше предыдущих. – Все будут смотреть на тебя, и никто даже не заметит меня!
Линетта засмеялась.
– Публика аплодирует не твоим туалетам, а тебе, – сказала она. – Потому что ты – это ты.
– Благодарю за такие милые слова, – сказала Бланш. – Я обязательно передам их Бишу. Я часто говорю, что его комплименты недостаточно поэтичны, когда он старается мне польстить!
Приехав в театр, Линетта и Бланш разошлись. Бланш пошла готовиться к спектаклю, а Линетта направилась в ложу к мистеру Бишоффсхайму, втайне удивляясь, как ему не наскучило смотреть одно и то же из вечера в вечер.
Едва она заняла место, как открылась дверь, и в ложу вошел какой-то худой мужчина с бледным лицом.
– Могу я присоединиться к вам, Рафаэль? – спросил он.
Мистер Бишоффсхайм встал.
– Ну конечно, Жак, – ответил он и представил его Линетте: – Мой друг Жак Воссен. Он тоже банкир, и очень преуспевающий.
Мужчины обменялись улыбками, а Линетта подумала, что он выглядит старше мистера Бишоффсхайма.
Сев рядом, они принялись обсуждать курс акций и ситуацию на бирже, а Линетта тем временем сосредоточила свое внимание на сцене.
Бланш была в еще лучшей форме, чем накануне, и ее вызывали несколько раз уже в первом акте.
– Пойду навещу Бланш, – сказал мистер Бишоффсхайм. – А ты, Жак, пока присмотри за Линеттой. Я скоро вернусь. – И он вышел.
– Вчера вы рано нас покинули, – начал разговор мистер Воссен.
– Мне хотелось спать, потому что всю предыдущую ночь я провела в дороге, – ответила Линетта.
Она попыталась вспомнить, представляли ли ей вчера мистера Воссена, но так и не вспомнила. Он, видимо, был одним из тех людей, которые не выделяются в толпе.
– Вы, наверное, хорошо выспались, – скучным голосом заметил он.
– Я была слишком возбуждена, чтобы сразу уснуть, – возразила Линетта. – Слишком много событий произошло за один день, но все было замечательно!
– Я рад, что вам понравился Париж, – сказал Воссен. – Это очень занятный город для тех, кто знает, где найти себе развлечение.
Он продолжал что-то еще говорить, но Линетта его не слушала. Ей было гораздо интереснее наблюдать за публикой.
Шикарные дамы, сверкающие драгоценностями, обменивались приветствиями со знакомыми в ложах напротив. Рассматривая их туалеты, Линетта пришла к выводу, что платья с турнюрами и шлейфами для театра не годятся.
– Вы согласны? – донеслись до нее слова мистера Воссена.
– Да-да, конечно, – машинально ответила она. Прозвенел звонок, означавший конец антракта, и публика снова начала заполнять зрительный зал.
Вернулся и Бишоффсхайм.
– Бланш шлет тебе привет, – сказал он Воссену. – Она надеется, что спектакль тебе нравится.
– А как же иначе, когда Бланш выступает в главной роли? Она великолепна! Да что там – изумительна, мой милый Рафаэль! Ей просто не может быть равных!
Мистер Бишоффсхайм горделиво улыбнулся.
Когда спектакль закончился и Бланш вызывали снова и снова, а на сцене росла гора цветов, мистер Воссен обратился к Линетте:
– Я думаю, самое лучшее для нас будет уехать прямо сейчас. Если мы задержимся, разъезд будет длиться бесконечно.
Линетта взглянула на него с удивлением:
– А разве мы не дождемся Бланш?
– Вы же обещали поужинать со мной. Линетта беспомощно оглянулась на мистера Бишоффсхайма.
– Поезжайте с Жаком, – сказал он добродушно. – Если вы захотите присоединиться к нам попозже, он привезет вас на вечер к Каролине Летессье. Мы будем там.
Линетта хотела было возразить, но Воссен взял ее под руку и открыл дверь ложи.
– Вы не очень тактичны, – сказал он тихо.
– Нетактична? – удивилась Линетта.
– Ну конечно! Мой друг Рафаэль желает побыть наедине с обворожительной Бланш, – объяснил он, – так же, как и я мечтаю остаться наедине с вами.
Линетта сразу же почувствовала себя виноватой. Уж не слишком ли она злоупотребляет гостеприимством мистера Бишоффсхайма?
Разумеется, ему хотелось бы побыть с Бланш, а той – с ее «милым другом».
У Линетты не было ни малейшего желания ужинать наедине с мистером Воссеном; она почему-то была уверена, что он очень нудный человек, но ее несколько утешала мысль, что после ужина она снова встретится с Бланш и мистером Бишоффсхаймом.
С ловкостью, невольно приведшей Линетту в восхищение, мистер Воссен сумел вызвать свой экипаж к подъезду буквально через несколько минут.
Экипаж оказался очень удобным, и, когда ей на колени накинули полость из соболей, Линетта вспомнила, как мистер Бишоффсхайм назвал своего друга процветающим банкиром.
«Наверное, все банкиры очень богаты», – подумала она.
По дороге Воссен разговорился:
– Я дал себе вчера обещание при первой же возможности пригласить вас отужинать со мной, но я не мог даже надеяться, что эта возможность представится так скоро!
– Куда мы едем? – спросила Линетта, чтобы поддержать беседу.
– В «Английское кафе», – ответил он. – Вы о таком слышали?
– Мне кажется, Бланш называла что-то в этом роде, – неуверенно произнесла девушка. – Там хороший стол?
Мистер Воссен рассмеялся.
– Безусловно, это очень аристократическое заведение.
– Во Франции все так вкусно, – наивно сказала Линетта, – я чувствую, что если останусь здесь надолго, то растолстею.
– Я думаю, это маловероятно. Ваша фигура – само совершенство, как вам, вероятно, известно самой. Вы настоящая маленькая Венера – une petite Venus, и я просто очарован вами!
Линетту смутили его слова, и она попыталась сменить тему разговора.
– Расскажите мне об «Английском кафе», – попросила она.
Воссен загадочно улыбнулся.
– Вы все увидите сами. Позволю себе только заметить, что всякий, кто претендует на репутацию гурмана или по-настоящему светского человека, просто обязан посетить его, как только окажется в Париже.
«Английское кафе» снаружи выглядело совсем непримечательно, так же, как и большинство заведений, в которых можно было вкусно поесть и приятно провести вечер, и только лишь внутри ощущалась особая индивидуальность этого места.
Многочисленные коридоры вели в отдельные кабинеты, где можно было поужинать наедине или в семейном кругу. Самый знаменитый из них называли «Марево». Направляясь туда, дамы мечтали остаться неузнанными и никем не замеченными.
В подвальном этаже «Английского кафе» помещался ресторан, известный на всю Европу своими размерами и комфортом. Проходы в нем были посыпаны песком, а ниши в стенах заполняли бутылки, бесшумно доставляемые к каждому столику устройством, напоминающим игрушечную железную дорогу.
В парадные вечера своды потолка, колонны и ниши стен украшались разноцветными гроздьями винограда, и тогда все помещение напоминало огромный грот Вакха.
Но Линетте обо всем этом ничего не было известно.
Вместе с ними в кафе вливалась толпа людей, окружая их со всех сторон. Из дорогих экипажей выходили дамы, распространяя нежный аромат духов, и, сопровождаемые своими спутниками, или шли в ресторан, или поднимались по одной из многочисленных лестниц.
Мистер Воссен предложил руку Линетте, и они вошли в кафе. Пока ее спутник разговаривал с метрдотелем, девушка окинула взглядом зал ресторана, и она увидела, как официант провожал к столику троих мужчин. Сердце у нее замерло. Среди них она узнала маркиза.
В том, что это был он, Линетта не сомневалась: ни у кого другого не могло быть такой благородной осанки, таких уверенных изящных движений.
Девушка понадеялась, что ее с мистером Воссеном посадят недалеко от маркиза, она сможет наблюдать за ним, пока они будут ужинать, но, к ее большому разочарованию, метрдотель не повел их в общий зал, а пригласил следовать за собой и стал пониматься наверх по узкой лестнице.
«Неужели в ресторане нет мест?» – расстроенно подумала Линетта и уже хотела попросить мистера Воссена постараться найти столик внизу, но тут же одернула себя, решив, что он может счесть ее просьбу за каприз; и так он проявил внимание, пригласив ее на ужин, поэтому не следует предъявлять еще какие-то требования.
Заметив, что Линетта загрустила, Воссен поспешно объяснил:
– Внизу слишком шумно, а здесь нам будет удобнее разговаривать.
– Да, конечно, – неуверенно согласилась Линетта.
Не могла же она сказать, что предпочла бы находиться в большом зале.
Считая, что ей уже теперь ничего не остается делать, раз она согласилась, Линетта сняла накидку, положила ее на стул у двери и окинула взглядом комнату. Обстановка ей понравилась, правда, как показалось Линетте, широкая софа с множеством подушек здесь была совершенно не к месту.
Воссен долго изучал меню и наконец сделал заказ.
Официанты внесли горячие булочки, масло, блюдо креветок, орехи и оливки. С трудом разместив все это на столе, они удалились.
Воссен довольно улыбнулся:
– Я выбрал то, что вам наверняка понравится, – сказал он Линетте. – Поскольку вы впервые в Париже, я решил, что вы предпочтете их фирменные блюда, включая раков по-бордосски.
– Вы очень любезны.
– Я желал бы быть более чем любезным, – напыщенно произнес мистер Воссен. – Для меня большая честь, что свой первый вечер в Париже вы проводите в моем обществе.
– Было очень мило с вашей стороны пригласить меня, – с подобающей учтивостью ответила Линетта и попыталась как-то поддержать разговор. – Я не знала, что существуют рестораны, где можно ужинать отдельно от других, – простодушно сказала она.
– Французы всегда заботятся о влюбленных. Эти комнаты много повидали на своем веку, – хохотнул Воссен. – Сколько здесь побывало счастливых парочек – одному Богу известно!
Странно, подумала Линетта, раз это комната для влюбленных, то почему же они тут оказались?
Официанты принесли вино, которое мистер Воссен очень долго придирчиво пробовал, потом подали первое, и уже не было необходимости о чем-либо говорить.
Одно блюдо сменяло другое, подавали все новые и новые вина. Линетта ни разу не пробовала таких восхитительных блюд, но съесть все, что клали ей на тарелку, она была просто не в состоянии.
У мистера Воссена же, несмотря на его худобу, оказался отличный аппетит.
Беседа с мистером Воссеном не клеилась, что было отнюдь не удивительно. Линетта ничего не понимала в банковском деле, а о чем еще можно было разговаривать с банкиром?
Наконец подали кофе и ликеры, но Линетта отказалась от того и от другого.
– Пожалуй, официантам надо дать возможность унести лишнее со стола, – сказал Воссен и пересел на диван.
Линетте ничего не оставалось делать, как последовать его примеру.
Когда же будет прилично сказать, что ей пора домой, мучительно соображала девушка. А может, следует предложить поехать на вечер, где они смогут встретиться с мистером Бишоффсхаймом и Бланш?
Дождавшись, когда официанты выйдут из комнаты, Воссен промолвил:
– Теперь мы можем поговорить не таясь. Мне многое хочется узнать о вас, Линетта. – С этими словами он взял ее за руку.
– Я думаю, это вам следует рассказать мне о себе, – сказала девушка.
Она заметила, что банкир назвал ее по имени, но решила, что во Франции принято даже между малознакомыми людьми такое неофициальное обращение.
– Увы! Сейчас я могу говорить только о вас! И, прежде чем Линетта успела шевельнуться или заговорить, Воссен обвил рукой талию девушки и привлек к себе.
– Нам предстоит так много дать друг другу, – шепнул он. – Я очень богат. С этой минуты мое состояние и мое сердце принадлежат вам! – Он еще теснее привлек ее к себе и потянулся к ее лицу.
– Нет! – выкрикнула Линетта в ужасе. – Нет! Нет! – Она вскочила с дивана и с отвращением взглянула на Воссена.
Сердце у нее готово было выскочить из груди, во рту пересохло от страха.
– Послушайте, Линетта, я дам вам все, что вы захотите, все!
Банкир потянулся к ней, но Линетта отбежала на другой конец комнаты. Воссен засмеялся.
– Если вы желаете, чтобы я преследовал вас, – сказал он, улыбаясь, – я это сделаю, но имейте в виду: вы от меня никуда не денетесь! – Он сделал шаг в ее сторону, и Линетта поняла, что еще немного – и он сможет схватить ее.
На какое-то мгновение девушка потеряла способность соображать, ей показалось, что ее мозг парализован, но тут, как луч во мраке, перед ней мелькнул путь к спасению.
Стряхнув с себя оцепенение, она схватила свою накидку, выскочила за дверь и, не оглядываясь, побежала по узкой лестнице.
Ей показалось, что мистер Воссен зовет ее, и в ужасе, не видя ничего перед собой, Линетта бросилась бежать между столиками.
* * *
Маркиз был на приеме у принцессы Матильды, кузины императора и одной из самых влиятельных женщин во Франции.
Ее гостиную называли «подлинным салоном века», а его хозяйка была одной из самых изысканных представительниц Второй империи. Маркиз знал, что у нее он встретит самых выдающихся государственных деятелей, а также и самых блестящих и талантливых людей из мира искусства и литературы.
В салоне принцессы собирались художники, критики, поэты, министры и академики. Маркиз переговорил со многими и получил важные сведения, которые наверняка должны были заинтересовать Гладстона.
Великолепные залы дворца принцессы на улице де Курсель украшали шедевры живописи и скульптуры, которые могли бы украсить даже стены Лувра, славился своим великолепием и зимний сад, но, как всегда на больших приемах, было трудно найти что-нибудь поесть, и поэтому маркиз с готовностью принял предложение герцога де Рошфора поужинать втроем с виконтом де Касабланка в «Английском кафе».
– Касабланка всегда очень забавен, – сказал он маркизу. – К тому же он только что вернулся из Бордо и сможет рассказать вам о настроениях в провинции и о том, как там относятся к императору и императрице.
Поблагодарив принцессу за гостеприимство, они откланялись.
Маркиза в «Английском кафе» знали хорошо. Обменявшись несколькими словами с метрдотелем, маркиз, как всегда, попросил засвидетельствовать его уважение повару.
Адольф Дюглере по праву считался лучшим поваром Парижа; все остальные рестораны присвоили ему титул непревзойденного мастера. Он получал огромное жалованье в двадцать пять тысяч франков в год и отличался очень неустойчивым темпераментом: когда у него подгорал бифштекс или свертывался соус, он впадал в бурное отчаяние.
– Я живу в Париже, – пожаловался маркизу герцог де Рошфор, – но почему-то мне никогда не оказывают здесь такого внимания, как вам. Вы просто околдовали всех!
– Я был здесь последний раз два года назад, – откликнулся маркиз. – Тогда русский император с наследником, прусский король и Бисмарк, приехавшие на Всемирную выставку, ужинали вместе в la Grande Seize.
– Я слышал, – заметил герцог, – что Дюглере тогда превзошел самого себя. Тот банкет навсегда вошел в историю гастрономии.
– Вы правы, – согласился маркиз. – Я такого не ел ни до, ни после.
– Будем надеяться, что он и для нас постарается сегодня, – изрек виконт де Касабланка. – Вы – наш гость, Дарльстон, вам и делать заказ, а вина позвольте выбрать мне.
– Заранее не сомневаюсь в вашем выборе, – улыбнулся маркиз.
Маркиз уже доедал сыр, когда вдруг почувствовал, что кто-то остановился у него за спиной.
Он еще не успел повернуть голову, когда услышал тихий прерывающийся голос:
– Простите, милорд… можно мне… побыть с вами одну минуту?
Еще не видя лица, маркиз понял, что голос принадлежит его случайной знакомой. Судя по голосу, она была очень напугана.
Дарльстон медленно поднялся, успев заметить модное и дорогое платье Линетты, ее прическу и, к его величайшему удивлению, следы помады на губах – последнюю выдумку Бланш перед тем, как они отправились в театр.
Линетта зашла к ней в спальню показать новое платье, только что доставленное от мадам Лаферьер.
– Чудесно! – воскликнула Бланш. – Платье простое, но в то же время в нем есть особый шик, который, по-моему, может создать одна только мадам Лаферьер.
– Я очень рада, что тебе нравится, – произнесла Линетта. – А как тебе моя прическа?
– У Феликса отличный вкус, – одобрила Бланш. – Тому, что он предписывает сегодня, завтра следует весь Париж.
Бланш еще раз оценивающе взглянула на Линетту.
– Минутку, Линетта, – сказала она. – Пойди сюда!
Она подошла к туалетному столику и взяла маленькую круглую коробочку.
– С твоим великолепным цветом лица тебе не нужны румяна, но чуть-чуть помады – и ты будешь выглядеть просто потрясающе!
– Ты… уверена, что мне… следует пользоваться помадой? – неуверенно спросила Линетта. – Я всегда считала, что женщины, которые красятся…
Она запнулась, вовремя сообразив, что то, что она собирается сказать, Бланш может счесть грубостью.
Mademoiselle говорила, что актрисы «легкомысленные», и, насколько помнила Линетта, особенно она осуждала использование пудры и румян.
Словно догадавшись, что она хотела сказать, Бланш обезоруживающе улыбнулась и отвечала:
– Все кокотки, моя милая Линетта, красят губы. Мужчины выставляют напоказ орден Почетного легиона, а женщины – самих себя. – И она сама накрасила Линетте губы.
Помада не бросалась в глаза, но Линетта, пока они не приехали в театр, ощущала какую-то искусственность в себе.
Хотя краска почти вся стерлась во время ужина, алая полоска на ее нежных губах была все еще заметна, и маркиз сейчас смотрел на нее и не верил своим глазам.
– Там… один человек, – выговорила Линетта запинаясь.
Маркиз улыбнулся.
– Как? Еще один? Что-то надо с этим делать. Он повернулся к своим друзья, которые тоже встали.
– Извините меня, – сказал он, – я должен проводить эту даму домой.
Он не представил им Линетту и быстро пошел к выходу, поддерживая ее под локоть.
Когда они выходили, маркиз заметил ее взгляд, обращенный на одну из лестниц, но не сказал ни слова.
Усадив Линетту в экипаж, маркиз приказал кучеру ехать к маленькому ресторану, находящемуся невдалеке от «Английского кафе».
– Простите меня, – сказала Линетта, когда карета тронулась. – Я не должна была разлучать вас с вашими друзьями… но я не знала… что мне делать.
– Вы знали, что я там? – спросил маркиз.
– Я видела вас, когда мы… приехали, но… мы ужинали наверху… одни.
По тому, как она произнесла это последнее слово, маркиз сразу же понял, что случилось.
– Теперь вы в безопасности, – сказал он успокаивающе. – Я отвезу вас в какое-нибудь тихое местечко, где вы сможете успокоиться и рассказать, что с вами произошло.
Дарльстону хотелось узнать, какие события поджидали девушку после ее отъезда с Северного вокзала, прежде чем он успел предложить ей свою помощь.
Каким образом, спрашивал он себя, она могла так быстро преобразиться из скромно одетой девушки в эту модную особу? И кто мог ей посоветовать накрасить губы?
Они доехали так быстро, что для разговора по дороге не было времени.
Маркиз помог Линетте выйти и провел ее в маленький уютный ресторанчик, один из тех, что так типичны для Парижа.
Кроме них, в зале было две пары. Маркиз выбрал столик подальше от них, где никто не мог бы прислушаться к их разговору, и заказал кофе и бутылку шампанского.
Она прелестна, подумал он, искоса взглянув на Линетту, еще лучше, чем он воображал, и глаза у нее все те же – юные, невинные и очень испуганные.
Повинуясь невольному порыву, Линетта сказала:
– Я так рада, что вы были там! Я знала, что вы… защитите меня!
– А почему вы ужинали одни? – спросил маркиз. – Как могли те, у кого вы остановились, допустить это?
– А это было нехорошо, да? – наивно спросила Линетта и опустила голову. – У меня не было выбора.
– А что, если мы начнем сначала? – предложил маркиз. – Когда мы с вами говорили на пароходе, вы сказали, что на Северном вокзале вас встретят друзья.
– Мне не хотелось говорить правду, – покраснела Линетта. – Никто не знал, что я приезжаю. У меня было рекомендательное письмо к племяннице моей старой гувернантки.
– Как ее зовут? – поинтересовался маркиз.
– Бланш д'Антиньи, – доверчиво ответила Линетта.
– Вы сказали – Бланш д'Антиньи? – переспросил он резко.
– Да, – подтвердила Линетта. – Моя гувернантка думала, что ее племянница служит в семье на улице Фридлянд, но оказалось, что это ее собственный дом.
Маркиз был поражен. Он знал, кто такая Бланш д'Антиньи. Да и едва ли он, бывая повсюду в Париже, мог о ней ничего не слышать.
Он был приятелем князя, с которым Бланш уехала в Россию, и еще до их отъезда несколько раз встречался с ней.
Он слышал о ее возвращении в Париж и знал, что Рафаэль Бишоффсхайм стал ее постоянным любовником. Знавал он и других поклонников Бланш, которым случалось в то или иное время пользоваться ее милостями.
Но неужели Линетта, это дитя, живет в доме одной из самых известных в Париже куртизанок?!
После нескольких вопросов, маркизу стала известна вся история жизни Линетты до отъезда из Англии.
Девушка рассказала ему о мирном, спокойном существовании, которое они вели с матерью в своей маленькой деревушке. Она поведала ему о своей привязанности к мадемуазель Антиньи, о том, как та потратила на нее все свои сбережения и послала ее во Францию к своей племяннице Мари-Эрнестине.
– Значит, платье, что сейчас на вас, приобрела Бланш д'Антиньи? – спросил маркиз.
Линетта покраснела.
– Дело в том, что за него… и за другие… заплатил мистер Бишоффсхайм, – сказала она смущенно. – Я думала о том, что не следует его надевать, но Бланш сказала, что своими старыми платьями я буду бросать на нее тень.
– А о будущем вы подумали? – строго спросил маркиз.
Помолчав немного, Линетта сказала:
– Да… Бланш и ее подруга… мадам Маргарита Белланже… обсуждали со мной мое будущее сегодня утром.
– И что же они решили?
Этот вопрос привел Линетту в замешательство. Весь день она с тревогой думала о том, должна ли она стать une Grande Cocotte. Маргарита Белланже объяснила все так понятно и убедительно. Все, что она говорила, казалось в высшей степени разумным. Но сейчас, когда ей нужно было рассказать об этом маркизу, девушка засомневалась.
Маргарита сказала, что у нее нет другого пути, как стать чьей-то «второй женой».
Маркиза это наверняка шокирует.
Впрочем, подумала Линетта, все это не имеет к нему никакого отношения.
Он был очень добр к ней, дважды оградил ее от настойчивых ухаживаний, но это еще не дает ему права вмешиваться в ее жизнь, влиять на решения, которые должна принимать только она сама.
Но правда ли, что она приняла решение? И является ли это решением добровольным?
Она не была уверена, что поступит так, как ожидали от нее Бланш и Маргарита. Но и покинуть особняк на авеню Фридлянд она не может.
Куда она тогда денется? Ей не к кому обратиться за помощью.
Линетта беспомощно взглянула на маркиза, и он, уже в который раз, снова изумился, какой она выглядит юной и невинной.
– Скажите мне, – спокойно спросил он, стараясь не смутить и не испугать ее, – что же все-таки они предложили вам?
Линетта интуитивно чувствовала, что ее ответ неприятно поразит маркиза, но не могла ему не ответить, не могла скрыть от него мучившие ее сомнения.
– Они хотят, – проговорила она едва слышным голосом, – они хотят, чтобы я стала, как они… une Grande Cocotte!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Огни Парижа - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Огни Парижа - Картленд Барбара



Розовые-розовые сопли: 3/10.
Огни Парижа - Картленд БарбараЯзвочка
14.03.2011, 20.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100