Читать онлайн Очаровательная грешница, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Очаровательная грешница - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.08 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Очаровательная грешница - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Очаровательная грешница - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Очаровательная грешница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7



Несколько мгновений все изумленно молчали. Затем капитан Вестей воскликнул:
— Это несправедливо! Нечестно! Невозможно себе представить, что люди могут такое вытворять.
— Вопрос в том, что мне со всем этим делать? — горько проговорил маркиз.
— Что же тут неясного? — сказал капитан Вестей. — Я думаю, что вы должны продолжать играть свои роли, как и начали. К тому же шесть месяцев не такой уж большой срок.
— И ты думаешь, что мы сможем держать мою женитьбу в тайне все это время? — спросил маркиз.
— Кто знает о свадьбе сейчас? — спросил капитан Вестей. — Только слуги, а они не станут болтать. Есть еще Смитерс, конечно! Но он поймет, что не в ваших интересах сообщать о том, что вы совершили тайное бракосочетание в день смерти вдовы. Он поймет, или мы убедим его в том, что для сохранения чести семьи будет лучше, если о свадьбе будет объявлено без лишнего шума и после окончания траура.
— Через шесть месяцев, — добавил маркиз.
— Именно!
— Неплохая идея, — согласился маркиз, — хотя, как я понимаю, может возникнуть немало трудностей в ее осуществлении.
— Я совсем не вижу причин для твоего волнения, — заверил его капитан Вестей. — Никто и не ждет, что ты появишься в обществе раньше чем через шесть месяцев. Ты можешь поехать в Чард. У слуг можно взять клятву молчать, а лучше всего, если Мелинда отправится туда сама по себе. Дама, останавливающаяся у тебя в доме, я думаю, не станет таким уж заметным событием.
— Вы забыли об одном, — тихо перебила их Мелинда.
Мужчины удивленно повернулись к ней, потому что до сих пор она ничего не говорила.
— Забыли? — переспросил маркиз.
— Да, — ответила Мелинда. — Я не намерена продолжать весь этот фарс.
— Вы не намерены?! — еле выговорил маркиз, гневно устремив на нее взгляд своих темных глаз. — Понятно! — медленно сказал он, немного помолчав. — Деликатность создавшегося положения не ускользнула от вашего внимания, мисс Стэнион. Вы поняли, что козыри у вас на руках и что я, как выяснилось, не смогу обойтись без вас. Очень хорошо! Какова ваша цена?
— Моя… цена? — спросила Мелинда.
— Да, да. Давайте не будем притворяться, — резко ответил маркиз. — Вам очень повезло, не так ли? Вы держите меня за горло своей рукой и не позволите забыть об этом. Давайте отбросим все притворство, смешки и девичьи ужимки и перейдем к делу. Что вы хотите?
— Я… я… ничего… не хочу, — запинаясь, произнесла Мелинда. — Только… уйти… отсюда.
— Вы что же, думаете, что я вам поверю? — прищурясь, спросил маркиз.
— Я старалась выразиться как можно понятнее, — ответила Мелинда. — Я сделала все, что от меня требовалось. Вы обещали мне пятьсот гиней. Если вы не против, я бы хотела получить деньги завтра утром как можно раньше, а затем уехать.
— И затем уехать! — повторил маркиз. — Может ли человек попасть в худшую ловушку, в какую он попадает не подумав? Я совершенно в вашей власти, да? Ну, так, как я уже говорил, назовите вашу цену. На что вы рассчитываете? На тысячу? Две тысячи? Пять тысяч?
Какая разница? Вы знаете так же хорошо, как и я, что мне придется заплатить вам.
Мелинда встала, качнув широкими юбками. Она побледнела и сильно сжала руки.
— Наверное, я очень… глупа, — сказала она, — раз вы не поняли меня. Дело не в деньгах. Я просто хотела бы уехать, получить заработанные деньги и уехать.
— Я вас слышал, — сказал маркиз. — Но какой бы глупой вы ни были, вы должны понять, что именно этого вы и не сможете сделать, потому что по крайней мере в течение шести месяцев я вынужден представлять вас своей женой.
— Может быть, — предложила Мелинда, — я смогла бы приехать к концу этого срока.
— Вы что же, думаете, что за это время никто ничего не узнает? — спросил маркиз. Он говорил хриплым голосом, выдававшим то напряжение, которое ему требовалось, чтобы сдерживаться.
— Простите, — сказала Мелинда, — но я не могу остаться.
Она с тревогой огляделась. Ей казалось, что стены сдвинулись и стали ее тюрьмой. Внезапно она представила себе вечеринку, на которой они только что были. Если все шесть месяцев ей придется выносить подобное общество, то она не выдержит. Она не знала, что у благородных господ могут быть такие друзья.
Она все еще не поняла, что именно она видела и что, собственно, там происходило, но была уверена в том, что это дурно и не правильно. А события двух последних дней так измучили ее, что она чувствовала, что больше не вынесет.
— Простите, — повторила она, — но я должна… уехать.
— Послушайте, Мелинда, — перебил ее капитан Вестей. — Вы не можете поступить так с бедным Дрого!
Разве вы не понимаете, что это будет стоить ему два миллиона фунтов? Это звучит невероятно, но это так.
— Почему вы по-настоящему не женились на какой-нибудь знакомой и милой девушке? — жалобно спросила Мелинда.
— Хотите правду? — резко ответил маркиз. — Потому что мне отвратительны все женщины. У меня нет желания жениться.
— В каком-то смысле я могу это понять, — сказала Мелинда, вспомнив о полковнике Джиллингеме. — Но я не могу остаться у вас на шесть месяцев, вы тоже должны это понять.
— Но почему? — спросил маркиз. — У вас есть другие планы?
— Я… я собиралась… — начала Мелинда, думая о Нанне.
— Это Хартингтон, не так ли? — перебил ее маркиз. — Ну, и что же он предложил вам? Что бы там ни было, я удвою или даже утрою ставку, если хотите.
Дом? Экипаж? Драгоценности? Лошади? В течение этих шести месяцев вы будете обходиться моими лошадьми, а по окончании этого срока получите самую лучшую пару, которая только есть на свете.
— Мои планы не имеют никакого отношения к лорду Хартингтону, — запротестовала Мелинда устало. — Он влюблен в даму, которую вы называете Скиттлз. Он посоветовал мне не влюбляться, а я заверила его, что у меня и не было таких намерений.
— Это только подтверждает, — сказал маркиз, — что у вас нет сердца. Если бы в вас была хоть капля сострадания, вы бы поняли мою просьбу и пожалели меня.
Мелинда не смогла сдержать улыбку. В том, что она, Мелинда Стэнион, без гроша за душой, без положения в обществе, может пожалеть могущественного лорда Чарда, было нечто совершенно нелепое. Но затем, вспомнив, насколько сильно его могущество, она испугалась.
— Пожалуйста, пожалуйста, позвольте мне уйти, — взмолилась она.
— Но так нельзя! — воскликнул капитан Вестей. Вы должны понять это, Мелинда. Дрого сделает все, что вы захотите, даст вам все, что пожелаете. Вы станете богатой женщиной. А это уже кое-что.
— Я хочу только пятьсот гиней, которые вы мне обещали, — сказала Мелинда. — Этого достаточно.
Маркиз возмутился.
— Неужели вы думаете, что я вам поверю? — выпалил он. — Что такое пятьсот гиней для такой женщины, как вы? Да вы потратите их на платья за месяц, если не быстрее! Неужели вы предпочитаете вести жизнь, которую вы ведете теперь, той жизни, которую я предлагаю вам? Вы будете сама себе хозяйка, вы сможете дарить вашу благосклонность кому захотите, никто не сможет приказывать вам. Вы получите достаток, даже роскошь, и станете важной дамой в своем мире. И сможете развлекаться. Разве вас это не устраивает?
Мелинда покачала головой. Она думала о маленьком коттедже, в котором она планировала жить в деревне вместе с Наиной. У нее перед глазами пробежали лица, увиденные на вечеринке, с которой они только что приехали, они привели ее в ужас, — такие люди никогда не будут развлекаться в ее доме.
— Боже мой! Что мне делать? — в отчаянии спросил маркиз капитана Вестея. — Будь на ее месте любая другая женщина, она бы ухватилась за эти предложения. И Рози, и Лора, и Иоланта, и даже Скиттлз. Что у нее на уме? Или она находится под чьим-то покровительством?
— Я ничего об этом не слышал, — сказал капитан Вестей. — Ты должен признать, что мне приходилось действовать в спешке.
Говоря это, он взглянул на Мелинду и увидел, что, несмотря на драматизм ситуации, у нее слипались глаза и она почти уже спала. Он смотрел на нее некоторое время, потом сказал:
— Я лучше пойду, Дрого. Проводи меня до дверей.
Спокойной ночи, Мелинда!
— Спокойной ночи, — ответила она.
— Я вернусь утром, — сказал ей капитан Вестей, — чтобы отвезти вас туда, куда вы захотите, если к тому времени вы не передумаете.
— Я не передумаю, — пообещала ему Мелинда.
Жервез Вестей пошел к двери и легким кивком позвал маркиза последовать за собой. В холле он тихо сказал:
— Ты пытался запугать ее, из этого ничего не вышло. Почему бы тебе не попробовать твои чары? В прошлом они тебя никогда не подводили, и ты получал что хотел. Ты привлекательный мужчина, Дрого.
— Меня так и тянет отшлепать эту маленькую идиотку.
— Она прехорошенькая, — сказал капитан Вестей. — И мы оба знаем, как ты неотразим для слабого пола.
— О, замолчи! — возразил маркиз. — Но может, ты и прав. Я попытаюсь обратиться к ее лучшим чувствам. Но я не понимаю ее! Почему одна из «падших ангелочков» Кейт отказалась от целого состояния?
— Это правда кажется невероятным, — согласился капитан Вестей.
— Я ничего не понимаю, — снова повторил маркиз. — И дело в том, что мы не можем наводить о ней справки. Если она согласится, то мы не должны сердить ее.
— Я думаю, что лучше всего уехать в Чард, — сказал капитан Вестей. — В конце концов, там так хорошо летом. Скоро начнется сезон охоты, и время пройдет быстро. Кроме того, ты можешь давать приемы.
— Я не собираюсь давать никаких приемов в Чарде, — несколько натянуто сказал маркиз.
— Но думаю, что дело не в этом. Главное — сделать так, чтобы остаться там на всю жизнь.
Капитан Вестей похлопал его по спине.
— Иди и убеди ее, — наставлял он. — Если не сможешь, то навсегда потеряешь звание «грозы дам» в моих глазах.
Он взял шляпу, которую протянул ему лакей, надел ее набекрень и вышел на улицу.
Маркиз вздохнул и вернулся в салон. Мелинда спала. Она уронила голову на атласную спинку дивана, одна рука расслабленно повисла. Он стоял и смотрел на нее. Она казалась очень молодой и беззащитной. Было нечто невинное и девственное в ее лице сердечком с острым подбородком, длинными темными ресницами и бледными щеками. Уголки рта были слегка опущены и придавали ей несчастный вид.
Маркиз вдруг совершенно неожиданно понял, что не сможет продолжать бороться с ней сегодня. Он знал, что в его интересах разбудить ее и силой принудить принять его план, но почему-то не мог заставить себя действовать. Вместо этого он взял ее руку в свою. Мелинда вздрогнула, но не проснулась и, будто ища защиту, положила голову ему на плечо.
Осторожно взяв ее на руки, маркиз поднялся по лестнице, устланной толстым ковром, в ее спальню.
Горничная, ожидавшая в коридоре, открыла ему дверь, он внес девушку в комнату и положил на кровать. Она снова вздрогнула, но не проснулась. Маркиз осторожно освободил руки и вышел из комнаты, не сказав ни слова.


Когда на следующее утро Мелинда проснулась, она не сразу поняла, где находится. Мягкость перин говорила ей, что она не в простенькой небольшой спальне в доме своего дяди, которую она занимала почти целый год. Потом в ее голове быстро пронеслись воспоминания о том, как плохо она чувствовала себя вчера утром.
Она поспешила открыть глаза, испугавшись, что снова окажется в той безвкусной запертой спальне, в которой она провела ночь в доме у миссис Харкорт и которая сейчас вызывала у нее чувство гадливости.
Солнце пробивалось по бокам тяжелых парчовых гардин. Она могла различить очертания большой комнаты и часть кровати, на которой лежала. Теперь она все вспомнила: она на Гросвенор-сквер; где-то здесь, в огромном доме, лежит мертвая вдова, а маркиз ждет пробуждения Мелинды, чтобы снова спорить с ней.
Она нырнула под одеяло, закрыла глаза, будто хотела отрезать себя от всего мира и его тревог.
«Я должна уйти», — говорила она себе, одновременно ощущая мягкость льняных простыней, пахнущих лавандой и еще какими-то цветами, которые стояли в стеклянной вазе наверху комода.
Ей никогда не было так уютно, никогда раньше горничная не готовила ей ванну, не помогала одеваться, не причесывала ее с такой готовностью и не надевала на ее маленькие ножки атласные тапочки..
«Я не должна думать о таких вещах», — убеждала себя Мелинда, но, тем не менее, потому что ее так долго держали на положении бедной родственницы, она не могла не чувствовать радость. Она думала об элегантных платьях в гардеробе. Она сможет носить их и купить еще, если захочет. Достаточно сказать маркизу, что она согласна сделать то, о чем он ее просит.
Она села на кровати. Теперь она смутно вспомнила, как горничная раздевала ее. Но она не помнила, как поднималась на лестнице, был только неодолимый сон, навалившийся на нее, когда она осталась одна в малой гостиной.
— Нет, мне надо уходить отсюда, — сказала она вслух.
Но неизвестно почему она представила себя лисой, преследуемой в открытом поле сворой собак, лисой, которая знает, что должна бежать до тех пор, пока не будет в безопасности.
А безопасность ждет ее только с Наиной. «А когда кончатся пятьсот гиней?» — спросил холодный голос из глубин ее сознания. «Но их хватит на годы и годы», убеждала она себя. «Но все деньги когда-нибудь кончаются. А Нанна стара и может заболеть. Почему бы не обеспечить себя на всю жизнь? Он предлагал тебе тысячи фунтов. Почему ты боишься принять их?» — «Но это нехорошо. Я уверена, что нехорошо», — спорила Мелинда сама с собой. «Но разве сыграть роль его жены не проще, чем становиться гувернанткой или компаньонкой? Ты не подумала, что значит получать жалованье, скажем, фунтов тридцать в год?»
— Тридцать фунтов в год, — шептала Мелинда. — А я могу получить три тысячи по первому требованию!
Раздался стук в дверь.
— Войдите, — ответила она, почти уверенная, что это будет младшая горничная, помогавшая ей одеваться к венчанию.
— Я не знала, во сколько вы хотели бы, чтобы вас разбудили, миледи, — сказала Глэдис, — поэтому дала вам выспаться, но уже почти десять часов.
— Так поздно? — воскликнула Мелинда. — Я должна сейчас же встать.
Глэдис отдернула гардины.
— Его светлость сказал, что он хотел бы видеть вашу светлость, как только вы сможете спуститься.
— Мне кажется, что тебе не обязательно называть меня «ваша светлость», — запротестовала Мелинда. — Ты разве забыла, что наша свадьба была тайной?
— Конечно нет, миледи! Разве кто-нибудь об этом может забыть, вы были такой миленькой невестой. Но мы спросили мистера Ньюмана (это наш дворецкий), как нам правильно называть вашу светлость, и он нам сказал, что мы должны обращаться к вам «ваша светлость», а когда будут посторонние, то «мисс Стэнион».
— Что ж, не сомневаюсь, что мистер Ньюман знает, как правильно поступать, — сказала Мелинда. — Но мне бы хотелось, чтобы ты называла меня «мисс Стэнион».
— Очень хорошо, мисс, если вы так хотите. Но мне очень жаль, потому что мне всегда казалось, что «ваша светлость» — это такой красивый титул.
Втайне Мелинда была с ней согласна.
Съев завтрак, принесенный на подносе, она приняла ванну и встала перед ворохом платьев в гардеробе.
— Что мне надеть? — спросила она горничную. — У меня нет ничего черного.
— Наверное, ваша светлость, то есть мисс, вам не обязательно быть в трауре, поэтому вы не должны надевать черное платье, — разумно сказала Глэдис.
— Я не подумала об этом, — улыбнулась Мелинда. — Но мне как-то неудобно надевать цветное платье. Может быть, лучше вон то серое, в углу?
Это было платье, которое мадам Мерсье назвала «дорожным платьем». Это было бледно-серое платье с белым муслиновым воротничком, и когда Мелинда надела его, то стала похожа на школьницу. Волосы они уложили большими кольцами, спадавшими ей на плечи, в таком стиле были причесаны некоторые дамы вчера на приеме, но она очень надеялась, что не будет походить на них.
— Что-нибудь еще, мисс? — спросила Глэдис, когда она направилась к двери.
Мелинда растерялась, ей хотелось ответить: «Упакуй все мои вещи!» — но она подумала, что было бы невежливо по отношению к лорду Чарду давать распоряжения о своем отъезде до тех пор, пока он не даст разумных объяснений своим слугам.
«Ему придется придумать что-нибудь», — сказала она про себя, едва шевеля губами, спускаясь по лестнице.
— Его светлость в библиотеке, — сказал дворецкий, показывая ей дорогу. — Надеюсь, миледи, вы хорошо провели ночь?
— Да, очень хорошо, спасибо, — ответила Мелинда.
Он открыл перед ней дверь, но почему-то ей понадобилось сделать над собой усилие, чтобы войти. Она нервничала, немного трусила, но не показывала виду, подходя к тому месту, где за письменным столом сидел маркиз. На него падал солнечный свет из окна, и, видя его профиль на фоне темного книжного шкафа, она поняла, как он красив, если не хмурится.
— Доброе утро!
Ее несколько неуверенный голос заставил маркиза вскочить на ноги.
— Простите, я не слышал, что вы вошли, — сказал он. — Доброе утро, Мелинда! Надеюсь, вы хорошо спали?
— Боюсь, я была невежлива… вчера вечером, — сказала в ответ Мелинда. — Я так устала. Даже не помню, как поднялась по лестнице в спальню.
— Я отнес вас, — объяснил маркиз.
— Вы меня… отнесли? — Она почувствовала, что краснеет.
— Да, отнес! Было очень приятно. Вы такая легкая, я будто ребенка нес или скорее нимфу, которая по ошибке забрела сюда из лесов.
Он говорил так искренне, что Мелинда удивленно посмотрела на него.
— Простите, если я была груба, — повторила она.
— Но вы вовсе не были невежливы, — возразил он. — А теперь чем бы вы хотели заняться сегодня?
Я к вашим услугам, я уже закончил со своим поверенным все дела, связанные с похоронами. Они состоятся завтра, после чего я собираюсь выехать в Чард.
Мелинда продолжала молча смотреть на него.
— Я вчера была такая сонная, — сказала она, — что забыла, о чем мы говорили. Вспомните, я, кажется, говорила вам о том, что хочу уйти.
— А я сказал, что вы не сможете, — ответил маркиз.
Он увидел, как Мелинда переменилась в лице, и быстро добавил:
— Нет, нет! Я совсем не это имел в виду. Я не собираюсь удерживать вас силой или устраивать сцены. Я только хотел просить вас помочь мне, просто потому, что это так важно для меня.
— Я прекрасно понимаю ваши трудности, — сказала Мелинда. — Речь идет об очень больших деньгах.
Но я уверена, что все обойдется, если я вернусь, скажем, на несколько дней, может быть на неделю, в конце этих шести месяцев.
— А если ничего не обойдется, то я потеряю все деньги, — сказал маркиз. — Вы помните, что я предлагал вам?
— Да, помню. — ответила Мелинда.
— Все на свете, что может захотеть женщина, — повторил маркиз. — Разве вы не понимаете, что если вы будете так богаты, то сможете выйти замуж за того, за кого захотите?
— Я не хочу выходить замуж за человека, который женится на мне из-за моих денег, — сказала Мелинда. — Если я выйду замуж, то только за того, кого полюблю и кто полюбит меня.
— У вас еще сохранились идеалы! — воскликнул маркиз, — после всего, через что вам пришлось пройти! Я думаю, что именно это и придает вам такое очарование.
— То, через что мне пришлось пройти, — сказала Мелинда, думая о полковнике Джиллингеме, — заставило меня понять, что брак может быть построен только на любви. В данном случае вы правы, что не захотели жениться только потому, что получите за это деньги. Я считаю, что вы дурно поступили, обманув вашу мачеху, а я — приняв во всем этом участие, но в каком-то смысле это было для вас приемлемее, чем просто жениться на ком-либо из соображений удобства.
— Рад, что вы так думаете, — сказал маркиз с кривой усмешкой. — А то я уже решил, что вы осуждаете меня.
— Все так запутано! — воскликнула Мелинда. — Когда я пришла сюда, я не знала точно, что мне предстоит делать. Казалось, что это легкий способ заработать пятьсот гиней, и я не ожидала, что вы окажетесь таким, какой вы есть, и что ваша мачеха будет разговаривать со мной так, как она говорила.
— А что она вам сказала? — спросил маркиз.
— Она сказала, что вы нуждаетесь в любви, — просто ответил Мелинда.
— Она так вам сказала! — пораженно воскликнул маркиз. — Я совершенно не мог ожидать, что она может сказать такое кому-либо.
— Думаю, что она просила прощения за все, что она сделала, — сказала Мелинда.
— Несколько поздновато, не так ли? — произнес маркиз с внезапной горечью в голосе. — Особенно если принять во внимание, что в самый последний момент она вставила в завещание пункт о том, что я должен оставаться в браке шесть месяцев.
— Вы думаете, что она заподозрила меня в обмане? — спросила Мелинда.
— Нет, конечно нет, — ответил маркиз, — не вас, а меня. Она всегда смеялась надо мной и говорила, что я вспыхиваю, как солома, и так же быстро сгораю, что я порхаю с цветка на цветок.
— Мне кажется, что, вставив этот пункт, она хотела заставить вас сделать над собой усилие, чтобы сохранить брак и быть счастливым в нем, — сказала Мелинда.
— Мне все равно, что она там думала, — гневно парировал маркиз. — Она разрушила мою жизнь, когда я был ребенком, она настраивала против меня отца, и даже теперь, будучи мертвой, она пытается диктовать мне, что я должен и чего не должен делать. По моему мнению, она просто не хотела, чтобы я получил деньги. Но вы поможете мне, Мелинда, доказать, что она ошиблась?
В его голосе неожиданно прозвучала мольба, и Мелинда чуть было не сдалась. Она отвела от него взгляд и стала смотреть в окно на небольшой, наполненный цветами садик. Она раздумывала, что сказали бы на это ее родители. Все было так не правильно и непривычно, но с тех пор, как их не стало, вся ее жизнь была несчастливой и не правильной. Разве они захотели бы, чтобы она страдала от жестокости сэра Гектора или вышла замуж за человека, который был ее отвратителен, только ради соблюдения приличий? Разве не одобрили бы они этот ее поступок, пусть странный и необычный, но позволяющий ей получить удовлетворение оттого, что она будет уверена, что ей не придется больше просить на жизнь в будущем.
Маркиз разглядывал ее лицо, отмечая прямой аристократический нос, превосходно вылепленные черты.
И про себя подумал: в этом ребенке, вероятно, есть капля хорошей крови.
— Идите сюда, я хочу вам что-то показать, — позвал он.
Он взял ее за руку, почувствовав, как холодны ее пальцы в его ладонях. Он повел ее через всю комнату, вывел в дверь в дальнем ее конце и привел в кабинет, заваленный деловыми бумагами. В центре стоял большой письменный стол, а на стене напротив входа висела картина. Когда Мелинда увидела ее, то не сдержала вздоха.
— Это мой дом, — услышала она слова маркиза. — Теперь, возможно, вы поймете, что он значит для меня.
Картина занимала почти всю стену, на ней был изображен огромный елизаветинский особняк в форме буквы «Е» из узкого красного кирпича, характерного для того времени, с изогнутыми каминными трубами, уходящими высоко в небе. Картина была написана настоящим художником и передавала впечатление теплоты и гостеприимства, которые излучали его ограды, сверкающие на солнце окна и открытая парадная дверь наверху длинной каменной лестницы.
Мелинда вздохнула потому, что Чард чем-то сильно напоминал ей ее собственный дом, хотя был и больше его, и величавее, и значительнее. Стэнион-Мэнор, где она родилась и где жила всю свою жизнь, до самой смерти родителей, тоже был построен в елизаветинские времена. Это был всего лишь небольшой сельский дом, но, поскольку его построили в тот же период времени, он имел все характерные особенности Чарда, и она знала, даже никогда не видя его, как он выглядит внутри.
Она могла бы описать комнаты, окна с ромбовидными переплетами, открытые балки, дубовые лестницы с элегантными поручнями и атмосферу старого уютного дома, где царят любовь и взаимопонимание. Елизаветинские дома имеют почти человеческую теплоту, которую архитекторы никакого другого периода не смогли придать своим зданиям.
— Он восхитителен, не правда ли? — почти со страстью сказал маркиз, будто и вправду хотел заставить ее восхищаться им.
— Похож на мой дом, — сказала Мелинда так тихо, что он не услышал ее.
— Его не перестраивали с тех пор, как там поселился первый лорд Чард, — продолжал он. — Он был казначеем при дворе королевы Елизаветы, начал строить этот дом еще в молодости, а когда вышел в отставку и поселился там, бы еще не стар, чтобы наслаждаться деревенской жизнью. Он никогда не жалел, что расстался с придворной службой. Его портрет висит в Большом холле, мне бы хотелось показать его вам.
— Не ожидала, что ваш дом так выглядит, — сказала Мелинда.
— А что вы ожидали увидеть? — спросил маркиз.
— Что-нибудь большое и величественное, с огромными колоннами и громадными окнами. Не знаю почему, но мне так представлялось, когда вы говорили о нем.
— А теперь каким его видите? — спросил он.
— Он великолепен, — ответила она, — просто великолепен, и это место, где можно обрести покой. Почему вы не живете там?
— Один? — спросил я. — Я думаю, что дом предполагает жену и детей, как вы считаете?
— Но вы любите его? — ответила она вопросом на вопрос.
— Люблю, потому что это единственная вещь на свете, которую мне приходилось любить, — откровенно признался он.
И тут впервые она подумала о нем как о маленьком мальчике, без матери, с одним только домом, который давал ему защиту и тепло. И, поддавшись настроению, не совсем осознавая, что сдается, Мелинда сказала:
— Я останусь на шесть месяцев.
Он смотрел на картину, но теперь повернулся и взглянул ей в лицо.
— Да? — с нетерпением спросил он. — Почему?
— Потому что вы любите Чард, — ответила она, — и потому, что вам нужны деньги, чтобы содержать его.
— Спасибо, Мелинда.
Он говорил очень тихо. Она подняла на него глаза, улыбнулась ему и почувствовала на себе его взгляд.
Мгновение они оба стояли не двигаясь под картиной и просто смотрели друг на друга. Потом Мелинда взмахнула ресницами и отвернулась, словно смутившись.
— Мы должны быть очень осторожны, чтобы никто не узнал правды, — сказала она приглушенным голосом, будто слова таяли у нее на губах.
— Да, да, конечно, — несколько рассеянно отозвался он.
Мелинда вернулась в библиотеку. Картина с изображением Чарда, казалось, очаровала ее, напряжение куда-то ушло, она расслабилась и обрела душевный покой. Девушка прошла через комнату и села на диван спиной к окну. Солнце засветилось над ее головой, образуя над волосами что-то вроде нимба, и маркиз на мгновение остановился, засмотревшись на нее, затем сказал:
— Я никогда не позволю вам, Мелинда, пожалеть о вашем решении помочь мне. Все, что вы захотите, — ваше. — Мелинда ничего не сказала, и через секунду он добавил:
— Возможно, мы будем счастливы эти шесть месяцев в Чарде. Я многое хочу показать вам, но боюсь, вам будет там скучно. Во всяком случае, жизнь там не очень веселая.
— Я всегда жила в деревне, — ответила Мелинда.
— Я буду рад показать вам озеро и пруд с золотыми рыбками, где я любил рыбачить ребенком, — продолжал маркиз. — Там в лесу есть маленькая часовня, где иезуиты обычно служат свою мессу, выставляя стражу, чтобы никто не узнал об этом и не отправил их в Тауэр. И там есть призрак, очень добрый и кроткий, он прогуливается по Длинной галерее ночью, а если его увидит кто-то из семьи, то это добрый знак, а недурной.
— Вы его когда-нибудь видели? — спросила Мелинда.
Он покачал головой:
— Мне еще никогда не везло до сих пор. Возможно, вы принесете мне удачу.
— О, я надеюсь всей душой, — сказала она.
Она снова улыбнулась ему, и он, поддавшись настроению, сел рядом и взял ее за руку.
— Я думаю, Мелинда, — сказал он, — что мы отлично поладим друг с другом, вы и я. И мне очень хочется сделать вам подарок. Он не имеет отношения к нашему деловому соглашению, это нечто другое. Это будет подарок от меня вам, потому что вы были добры к Чарду, а доброта так редко встречалась мне в жизни.
Мгновение Мелинда не отнимала у него свою руку, но потом убрала ее.
— Очень любезно с вашей стороны, — сказала она, — но, поскольку я готова выполнить то, что вы назвали «нашим деловым соглашением», я не думаю, что мне следует принимать от вас подарки. Вы и так уже многое подарили мне. Миссис Харкорт не экономила, заказывая мою одежду, так что нет никакой необходимости дарить мне что-то еще.
Маркиз взглянул на нее и рассмеялся.
— Мелинда, вы просто кладезь сюрпризов! — сказал он. — Я никогда в жизни не встречал никого, кто бы отказался от подарка. Вы, наверное, дразните меня?!
Какие у вас любимые камни? Бриллианты?
— Вчера ночью вы назвали меня глупой, — запротестовала Мелинда, — но кто из нас глуп, так это вы.
Я только что вам сказала, что не хочу подарков. И не считаю, что вправе принимать их.
— Вы изумляете меня, — сказал маркиз, затем с другим выражением лица добавил:
— Но мне кажется, я начинаю понимать, что вы имеете в виду, — сказал он уже другим тоном. — Вы не хотите принимать подарки, потому не считаете это правильным, раз сами не можете дать ничего взамен? Я прав?
— Не совсем… — начала было Мелинда, но маркиз перебил ее:
— Но, моя дорогая, это все так просто. Я с радостью принял ваши услуги, а взамен я могу дать вам все подарки, какие вы только пожелаете и заслуживаете.
— Не уверена, что понимаю, о чем вы говорите, — сказала Мелинда.
Он снова взял ее за руку.
— Думаю, что понимаете, — настаивал он.
Она уже хотела снова возразить, но ее поразило выражение его лица. Никогда в жизни ни один мужчина не смотрел на нее так. Никогда в жизни она еще не была так близко к мужчине и не ощущала странного чувства внутри себя, которое заставляло ее трепетать.
— Мелинда, — мягко произнес он ее имя, его губы были очень близко от ее губ.
Неожиданно дверь открылась, и в комнату вошел Ньюман, дворецкий.
— Что такое? — резко спросил маркиз.
— Простите, что потревожил вашу светлость, — ответил дворецкий, — но приехала леди Элис Сент-Хилиер. Она настаивает на встрече с вами, ваша светлость, и я смог только сказать, что я сообщу вам, что она здесь.
— Черт возьми! — сказал маркиз почти шепотом. — Где она?
— Ее светлость изъявила желание подождать в холле, милорд. Я пытался проводить ее в малую гостиную, но она отказалась.
Маркиз посмотрел на Мелинду.
— Не могли бы вы подождать в кабинете? — попросил он. — Простите, Мелинда. Но леди Элис не должна вас здесь видеть.
— Да, да, конечно, — ответила она.
Она быстро прошла через комнату и едва успела дойти до двери в кабинет, как дверь в библиотеку отворилась, и раздался веселый голос:
— Дрого! Неужели ты правда решил, что сможешь не пускать меня?
Мелинда успела заметить элегантную фигуру в розовом, прежде чем проскользнула в кабинет, но больше она ничего не смогла рассмотреть. Дверь осталась незакрытой, но она не решилась захлопнуть ее, чтобы не шуметь, так что она невольно услышала, как леди Элис сказала:
— Дрого! Дорогой Дрого! Я так рада, что ты, наконец, избавился от этого чудовища. Теперь, когда ты получишь деньги, все будет по-другому.
— Как по-другому? — спросил маркиз.
— Дрого, не будь таким бестолковым, — притворно сказала она. — Все было так сложно, когда ты был бедным и когда тебя изводила эта ужасная женщина.
А теперь ты сможешь давать приемы в Чарде и здесь, как подобает в твоем новом положении. Дражайший Дрого, я знаю, что ты очень, очень богат.
— Я все еще не понимаю, как это меняет наши отношения, Элис, — сдержанно сказал маркиз. — Если, конечно, Сент-Хилиер не умер сегодня ночью или не покончил с собой.
— Сент-Хилиер жив и здоров, — ответила леди Элис. — Но его интересует, как ты знаешь, только одно — его скаковые лошади! Он живет в Ньюмаркете неделями, а мы с тобой, Дрого, ведь не интересуемся скачками, не так ли?
Никто не смог бы не понять этого мягкого, но страстного, почти ласкающего тона, которым были сказаны эти слова. Мелинда протянула правую руку и закрыла дверь с небольшим стуком. Итак, еще один пример нравов, царящих в лондонском обществе! Ей стало противно, она была неприятно поражена. Более того, она вдруг почувствовала личную обиду, хотя еще не понимала почему.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Очаровательная грешница - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Очаровательная грешница - Картленд Барбара



чудесно прекрасно чувственно красиво завораживает читать приятно отдыхаешь наслаждаешься и конец счастливый
Очаровательная грешница - Картленд Барбаранаталия
31.01.2012, 12.27





И мне понравилось, даже очень... Считаю только, что справедливости ради главная героиня должна была все-таки узнать,что на самом деле о ней думал главный герой. Тогда и сцена примирения была бы ярче :) 9/10
Очаровательная грешница - Картленд БарбараМупсик
15.12.2013, 16.00





как всегда - всё заканчивается признанием в любви...
Очаровательная грешница - Картленд Барбаралюбовь
28.06.2015, 10.16





не понятно, что в этом бреде может понравится
Очаровательная грешница - Картленд Барбараелена:-)
31.07.2015, 23.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100