Читать онлайн Невольный обман, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невольный обман - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невольный обман - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невольный обман - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Невольный обман

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Магара утром была мрачная, и Теола поинтересовалась:
— Что случилось? Происходит нечто такое, о чем ты мне не рассказываешь?
— Мы просто немного встревожены, фрейлейн, — ответила Магара. — Ходят слухи, что войска короля собираются атаковать город! Но вы же знаете, как распространяются слухи.
Она выразительно развела руками, а Теола быстро спросила:
— Генерал ничего не сказал?
— Ничего, фрейлейн, и это заставляет меня думать, что люди просто сплетничают, потому что боятся. — Она помолчала, потом прибавила:
— Многие в городе были уверены, что леди Кэтрин и есть та принцесса из-за моря, которая принесет нам мир и процветание.
— Ты хочешь сказать, что именно это рассказывал им премьер-министр?
— Да, так нам говорили, — согласилась Магара. Теола оделась и вышла в гостиную.
Она спрашивала себя, понимает ли генерал, как тяжело быть запертой в доме, когда снаружи так ласково светит солнце и цветут прекрасные цветы.
Ей очень хотелось прогуляться по саду, почувствовать себя свободной от гнетущей атмосферы покоев королевы и лиц Габсбургов, которые, как ей теперь казалось, смотрели на нее сверху неодобрительно.
Было примерно около полудня, когда Теола услышала стук в дверь и, думая, что это, наверное, принесли второй завтрак, не поворачивая головы, крикнула:» Войдите!«
Она услышала, что кто-то вошел в комнату; затем, так как Магара не заговорила, Теола обернулась и с удивлением увидела, что это генерал.
На мгновение она замерла; солнечный свет, струящийся из окна, пронизывал ее светлые легкие волосы, превратив их в сияющий ореол, окруживший личико в форме сердца с большими встревоженными глазами.
— Я хочу с вами поговорить, мисс Уоринг, — произнес генерал, помолчав секунду.
Голос его звучал серьезно, и Теола с тревогой ждала, что он скажет.
Они оба двинулись к большим, обтянутым шелком дивану и креслам, стоящим вокруг печки с расписными изразцами, которая в это время года, естественно, не топилась.
Генерал подождал, пока Теола усядется, расправив юбки своего коричневого шерстяного платья, ясно ощущая, что это платье слишком теплое для такого жаркого дня.
Он выглядел поразительно красивым в своем мундире, но Теола заметила, что на мундире отсутствовали эполеты, которые носили другие офицеры армии Кавонии.
Последовало молчание, и у Теолы возникло ощущение, что генерал тщательно подбирает слова. Наконец он заговорил:
— У меня есть для вас одно предложение, мисс Уоринг, которое вам, возможно, покажется очень странным. Но поверите ли вы мне, если я скажу, что делаю его с лучшими намерениями?
— Конечно.
Теола смотрела ему в лицо, но не могла понять выражения, с которым он смотрел на нее.
— Ситуация складывается таким образом, — начал генерал, — что войска короля под командованием австрийских офицеров собираются атаковать Зантос.
— У них достаточно сил? — спросила Теола.
— Народная армия по численности больше, но нам отчаянно не хватает оружия. Наши ружья устарели, и у нас нет пушек. — Армия же короля снабжена самым современным оружием. — Теола молчала, только стиснула руки. — Понимая, какой вред они могут нанести столице, — продолжал генерал, — я не могу позволить им вести бои на улицах Зантоса, что привело бы к гибели множества гражданских лиц, особенно женщин и детей.
— Так что же вы будете делать?
— Я намереваюсь перехватить войска короля раньше, чем они подойдут к городу, — сказал генерал, — а это означает, что, если мы хотим получить преимущество и напасть первыми, армия должна выступить сегодня вечером.
— Но ведь наверняка будет безумием встретиться с ними в открытом бою? — спросила Теола.
— Я уже думал об этом, мисс Уоринг, — слегка улыбнувшись, ответил генерал. — К счастью, на единственной дороге, ведущей сюда из Греции, много гористых участков.
— Вы хотите сказать, что устроите засаду?
— Именно на это я и рассчитываю. Откровенно говоря, это наш единственный шанс. Он помолчал и продолжил:
— Я был с вами совершенно откровенен, мисс Уоринг, говоря о своих планах, которые, разумеется, должны остаться тайной. Не стоит обсуждать их даже со своей служанкой.
— Я не выдам вашу тайну, генерал, — пообещала Теола.
— Я доверяю вам так, как не доверял никому другому, — добавил генерал, — так как то, что я собираюсь сделать, касается непосредственно вас.
— Меня? — изумленно воскликнула Теола.
— Трудность состоит в том, мисс Уоринг, чтобы решить, что с вами делать. — Она смотрела на него, широко открыв глаза, и он отвел взгляд и продолжил:
— То, что произошло вчера ночью, достойно глубочайшего сожаления, но подобные вещи случаются постоянно, когда мужчины воюют.
Теола почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо, когда она вспомнила те ужасные мгновения, лежащего на ней солдата и как генерал спас ее, убив насильника.
— Человек, напавший на вас, был албанцем. А как вы, возможно, знаете, албанцы, особенно те, кто живет в горах, очень необузданные и вспыльчивые люди.
— И людей… подобных ему… много… в вашей армии? — тихо спросила Теола.
— Я благодарен всем, кто согласен следовать за мной, — какими бы они ни были, пусть даже далеко не цивилизованными, — ответил генерал.
— Понимаю.
— Тогда вы можете оценить, как трудно мне найти подходящих людей, чтобы охранять вас здесь. Если мы потерпим поражение… я бы не хотел пугать вас рассказами о том, как могут повести себя наемники!
Теола ахнула.
Ему не было необходимости раскрывать смысл произнесенных слов. Она читала о мародерстве, грабежах и бесчинствах, творимых армией Наполеона в странах Европы, которые завоевали французы. Военные трофеи служили солдатам наградой, а женщины врагов были естественной добычей, которую они считали своей по праву.
Задрожав, Теола прошептала:
— Пожалуйста… спрячьте меня куда-нибудь… в безопасное место.
— Именно это я и собираюсь сделать, — ответил генерал, — но есть только один надежный способ, чтобы ни один человек из армии Кавонии и пальцем вас не тронул.
— И какой же?
— Если вы будете принадлежать мне! Генерал говорил по-английски, но Теола уставилась на него, словно не могла поверить, что он действительно произнес эти слова.
Тогда он быстро прибавил, словно опасаясь, что она не правильно истолкует его слова:
— Я предлагаю, мисс Уоринг, чтобы мы совершили обряд бракосочетания. В качестве моей жены вы будете здесь в безопасности, так же, как я мог ходить по городу без оружия, зная, что ни один человек не предаст меня.
— Вашей… жены? — еле слышно прошептала Теола.
— Только формально, — заверил генерал. — Это будет гражданский брак, который по законам Кавонии я в качестве правителя смогу расторгнуть, как только мы добьемся мира. — Он помолчал и прибавил:
— Тогда вы сможете вернуться в свою страну, мисс Уоринг. Но пока я хочу быть уверен, что с вами не случится ничего плохого, если вы на какое-то время станете женой повстанца.
Генерал встал с кресла и пересек комнату.
— События развиваются слишком быстро, — сказал он. — Если бы было больше времени, я мог бы придумать что-то другое; но в данном случае это единственное решение, которое я могу предложить, хотя оно, конечно, означает для вас некоторую неловкость.
Теола помолчала некоторое время, потом сказала:
— Мне… мне кажется, генерал, что у вас имеются другие… причины просить меня выступить в качестве вашей жены.
Генерал прекратил ходить, остановился на середине комнаты и бросил на нее острый взгляд.
— Вы ясновидящая, мисс Уоринг, или наслушались кого-то?
— Магара мне рассказала, будто люди встревожены, потому что верили, что принцесса, приехавшая из-за моря, — это Кэтрин, и она принесет им мир и процветание.
— Премьер-министр был очень умен, оживив эту древнюю легенду, — признал генерал. — Вся наша история, мисс Уоринг, как вы можете легко себе представить, пропитана мифологией, предрассудками и легендами.
— Я не принцесса, — заметила Теола и вспомнила, как Кэтрин говорила то же самое.
— Премьер-министр извратил греческую легенду в собственных целях, — ответил генерал. — Настоящий перевод длинного, многословного прорицания, которому уже несколько сотен лет, гласит:» В это время нимфа выйдет из пены и спасет свет от тьмы, и люди возрадуются миру «.
Теола вздрогнула, когда генерал Василас произнес слово» нимфа «. Она вспомнила, как ее отец всегда говорил ей, что хоть она никогда не будет похожей на Афродиту, но все же похожа на греческую нимфу.
Ей показалось, будто отец говорит с ней, подсказывает, как ей следует поступить, помогает ей, потому что он больше, чем кто-либо другой, понял бы надежду и веру кавонийцев.
Теола набрала в грудь побольше воздуха и сказала:
— Я… сделаю так, как вы желаете, генерал, но… при одном условии.
— Каком условии? — спросил он.
— Что я смогу сопровождать вас, когда вы покинете город. — Увидев на его лице удивление и подумав, что он собирается ей отказать, она быстро продолжила:
— Мне невыносимо оставаться здесь в одиночестве, пытаясь узнать, что происходит, строить догадки, вернется в город ваша армия или армия короля.
Теола старалась говорить спокойно, но в ее голосе звучали страстные нотки. Через несколько мгновений генерал ответил:
— Принимаю ваше условие. Я собираюсь устроить публичное заключение гражданского брака. Это доставит удовольствие народу, и люди поверят в добрые предзнаменования, которые вы принесете нашей стране.
— Надеюсь, мне это удастся.
— Вижу, вы понимаете, что люди сражаются с большим мужеством, если их сердца полны верой, а не стяжательством.
— Именно это вы обязаны им дать, — быстро произнесла Теола.
— Именно это я и собираюсь сделать с вашей помощью!
Теола встала.
— Я хочу вам помочь, — сказала она. — Я чувствую, что эта страна создана для… счастья.
Генерал не ответил. Только посмотрел на нее, и, когда их взгляды встретились, она почувствовала, что они говорят друг с другом без слов.
Затем он резко произнес:
— Позвольте заверить вас, мисс Уоринг, что вы можете мне доверять. Наш брак будет только формальностью, и я могу лишь самым искренним образом благодарить вас за то, что вы понимаете, насколько он необходим.
Генерал поклонился ей, как бы заканчивая разговор, вышел из комнаты, не оглянувшись.
Оставшись одна, Теола поднесла руки к щекам и почувствовала, что дрожит.
Все это казалось таким невероятным, словно ей снится сон! Но все же она знала, что все сказанное генералом основано на здравом смысле.
Теола видела толпы людей, держащих в руках портреты Кэтрин, и думала: как странно, что она, по-видимому, так много для них значит.
Премьер-министр сделал очень умный ход и обеспечил популярность королевского брака тем, что связал его невесту с древней легендой, в которую верили все кавонийцы, в этом Теола была уверена.
Хотя они и были готовы следовать за Алексисом Василасом, но всегда нашлись бы люди, в основном женщины, которые сомневались бы, не покинула ли их вместе с Кэтрин надежда на мир и процветание.
» Они должны поверить в меня! — подумала Теола. — Должны преисполниться уверенности, что я и есть та нимфа, которая им поможет «. Ей казалось, что эта легенда очень похожа на те чудесные истории, которые отец когда-то читал ей на греческом языке. Афродита была рождена из пены морской, а нимфа Кавонии, несомненно, заняла в их представлении место не только Богини Любви, но и Богини Плодородия и Процветания.
» Под руководством генерала Василаса они достигнут всего этого «, — думала Теола.
Но, вспомнив, что армия короля вооружена более современным оружием, Теола задрожала.
Она все еще стояла посреди гостиной, размышляя о случившемся, когда дверь спальни открылась и к ней подбежала Магара.
— Это правда, фрейлейн? Правда, что вы выходите замуж за генерала сегодня вечером?
— Правда! — ответила Теола.
— Не могу в это поверить, фрейлейн, но это чудесная новость! Восхитительно! Другого я бы вам не могла и пожелать!
— Откуда ты узнала? — спросила Теола.
— Сам генерал сказал мне, а теперь, думаю, он направился на площадь, чтобы объявить об этом народу. У нас любят свадьбы, и некоторые женщины уже жаловались, что их обманули, так как королевская свадьба не состоится.
» По крайней мере, — подумала Теола, — теперь католическую свадьбу не станут устраивать в православном соборе «, — но вслух этого говорить не стала. Вместо этого она сказала:
— Магара, мне нечего надеть!
— Нечего надеть, фрейлейн? — удивленно повторила Магара. — Но ведь этот гардероб полон нарядов, и есть прекрасное подвенечное платье.
— Ну конечно… платье Кэтрин! — воскликнула Теола.
Она и в самом деле забыла, что здесь осталась одежда Кэтрин, ей никогда не приходило в голову, что она может носить вещи, оставленные ее кузиной.
— Наверное, они мне подойдут, — с сомнением в голосе произнесла она.
И тут же подумала, что сказала бы ее тетка, если бы узнала, что она собирается надеть подвенечное платье Кэтрин, чтобы выйти замуж за мятежника.
Теола также помнила слова дяди, который обещал, что никогда не даст разрешения на ее брак и что она не должна проявлять интереса ни к одному мужчине или позволять мужчине проявить интерес к себе.
» Это совсем другое! — убеждала себя Теола. — Генерал не интересуется мной как женщиной, он только хочет, чтобы я олицетворяла легенду и чтобы он мог вдохновить свой народ сражаться более отважно «.
Она вспомнила его слова о том, что их брак легко будет расторгнуть после его окончательной победы. Потом решила, что нет смысла задумываться о таких деталях сейчас.
Сейчас по-настоящему имело значение только одно: народ должен поверить, что она и есть нимфа из древнего пророчества.
— Давай посмотрим на подвенечное платье, Магара, — предложила Теола.
Они прошли в спальню, и горничная вынула из шкафа подвенечное платье Кэтрин.
Оно было очень красивое и богато украшенное.
— Вижу, вам оно слишком свободно в талии, фрейлейн, — сказала Магара деловито, — но это я легко подгоню.
С точки зрения герцогини, платье стоило астрономических денег, но оно было самым изысканным, что Теола когда-либо видела в жизни: из белого крепа, юбка спереди задрапирована тюлем, подобранным назад в небольшой турнюр, а потом ниспадавшим каскадом оборок, оканчивающихся длинным шлейфом. Низко на спине платье украшал большой шелковый бант, и верх корсажа тоже окружали оборки из тюля.
Следуя указаниям Кэтрин, портниха добавила к оборкам букетики флердоранжа, перевитые шелковыми лентами с блестками. Платье сверкало и выглядело чрезвычайно роскошно, но, глядя на него, Теола подумала, что оно не особенно подходит к данному случаю — ведь она должна выглядеть не как королева, а как нимфа.
— Я была бы тебе очень благодарна, Магара, если бы ты, после того как ушьешь его в талии, еще убрала все эти цветы и ленты.
— Но, фрейлейн, они ведь очень красивые! — запротестовала Магара.
— Они слишком вычурны! — твердо ответила Теола.
— Я сделаю, как вы пожелаете, фрейлейн, — сказала Магара, — но мне жаль портить такую красоту.
Теола не слушала. Она достала из ящика тяжелую кружевную вуаль, привезенную Кэтрин с собой, чтобы надеть в день свадьбы. Вуаль должна была крепиться к бриллиантовой тиаре, которую герцогиня решилась доверить дочери лишь в самый последний момент.
Кэтрин не взяла тиару с собой, наверное, забыла. Но в любом случае Теола понимала, что на ней эта тиара будет смотреться слишком тяжелой и напыщенной.
Кружевная вуаль тоже не приводила ее в особый восторг. Кружево прекрасное, но почему-то оно показалось ей слишком плотным.
— У меня есть одна идея, Магара! — внезапно воскликнула Теола и выдвинула нижний ящик гардероба.
Руководствуясь своей обычной манией экономии, герцогиня включила в багаж Кэтрин несколько рулонов тканей для починки ее платьев.
— Учти, Теола, — говорила она, — когда шлейфы платьев Кэтрин порвутся или испачкаются, ты должна будешь по мере надобности пришивать к ним новые оборки, пока не придет пора их совсем выбросить.
— Хорошо, тетя Аделаида.
— Ты хорошо умеешь шить, когда захочешь, — резко добавила герцогиня, — поэтому я дам Кэтрин указания проследить, чтобы ты выполняла эту работу, как только в ней возникнет необходимость.
Тогда герцогиня и показала Теоле эти запасные рулоны ткани, несколько раз повторив, как тщательно она должна чинить платья Кэтрин.
Теперь Теола достала из ящика рулон тюля»и положила на кровать рядом с подвенечным платьем.
Надев это платье после того, как Магара подогнала его ей по фигуре, она едва узнала себя в зеркале.
Никогда раньше она не подозревала, какая у нее тонкая талия, насколько идеальна форма ее маленькой груди.
Шея и плечи Теолы сияли ослепительной белизной, и в подвенечном платье, без лишних цветов и сверкающих лент, она выглядела очень юной, невинной и чистой. Длинный шлейф струился за ее спиной, и она действительно была похожа на «нимфу, выходящую из пены». Вместо тяжелой вуали Магара по ее указанию сделала фату из тюля, крепившуюся к голове простым веночком из флердоранжа, с которого Теола убрала все блестки.
— Вы очень красивы, фрейлейн! — воскликнула Магара с оттенком благоговения в голосе, когда Теола была окончательно готова. — Вы похожи на невесту и в то же время на одну из статуй святых в соборе.
«Именно так я и хочу выглядеть», — подумала Теола, но не произнесла этого вслух.
Когда ей сообщили, что генерал ждет ее, она медленно прошла по широкому коридору, держа в руке маленький букетик белых роз, который в последний момент сунула ей Магара, и впервые в жизни слыша за спиной шелковый шелест шлейфа, волочившегося за ней по полу.
Она подошла к парадной лестнице и, протянув руку к перилам, увидела, что генерал Василас ожидает ее внизу в холле. Он был одет в зеленый мундир кавонийской армии, но теперь на его кителе появились эполеты и сбоку спускалась красная орденская лента.
Он не отрывал взгляда от Теолы, пока она спускалась по лестнице. Подойдя к нему и посмотрев в его глаза, Теола увидела в них то выражение, которое очень надеялась увидеть, и оно очень отличалось от презрения, сверкавшего когда-то в его взгляде.
Мгновение, показавшееся ей вечностью, генерал смотрел на нее, затем поднес к губам ее руку в белой перчатке.
— Вы выглядите точно так, как я и ожидал, — тихо произнес он, и Теоле оставалось надеяться, что он хотел назвать ее красивой.
Теола увидела, что у лестницы дворца их ждет открытая карета, украшенная цветами. У коней, запряженных в нее, на шее висели гирлянды цветов; сбруя тоже была украшена.
Они медленно ехали по длинной широкой дороге, ведущей на площадь.
На площади Теола увидела огромную толпу людей, теснящих друг друга, как это было во время приезда Кэтрин, но теперь толпа была в чем-то другой.
Сначала она не могла объяснить себе, в чем именно. Раздавались искренние приветствия, казалось, все улыбаются.
Она вышла из кареты и увидела, что в самом центре площади соорудили помост, на котором стоял мэр, облаченный в красные одежды и с золотой цепью на шее.
Между каретой и помостом тянулась короткая ковровая дорожка, постеленная прямо на мостовую, и, когда генерал подал Теоле руку, люди по обеим сторонам дорожки опустились на колени.
На какое-то мгновение Теола перестала верить в реальность происходящего. Но тут она поняла, чем отличаются сегодняшние приветствия в ее честь от тех, что раздавались в день приезда Кэтрин. В голосах людей звучало почтение, которого раньше не было.
Они подошли к помосту, и впервые с тех пор, как Теола покинула дворец, она вдруг заволновалась. Вероятно, ее рука дрогнула или генерал был достаточно проницательным, чтобы понять ее чувства, но он повернулся к ней и улыбнулся.
— Вы дарите моему народу веру и надежду, — тихо произнес он, так что слышала только она.
Он не мог произнести ничего лучше этих слов, чтобы ее нервозность тут же испарилась без следа, и теперь она думала уже не о себе, а об этих людях.
Они встали перед мэром, и тот приветствовал их краткой речью на кавонийском языке.
Обращаясь к генералу, мэр сказал, что народ ждет, когда он будет править страной так же, как правили много веков его предки, и что сердце каждого кавонийца с ним в этот самый счастливый день в его жизни.
Все время, пока мэр говорил, огромная толпа людей на площади стояла абсолютно тихо.
— Нам нужна ваша подпись, генерал, — обратился мэр к Алексису Василасу.
— Я думал, мы должны произнести перед вами слова клятвы, — ответил генерал.
— У меня для вас чудесная новость, — улыбнулся мэр. — Когда вы сегодня утром сообщили мне, что я буду совершать обряд бракосочетания, мы послали гонца в горный монастырь, и архиепископ вернулся в город! — Теола почувствовала, как замер генерал, и не успел мэр продолжить, как она поняла, что он собирается сказать. — Вас обвенчают в соборе. Теперь вас ждет архиепископ.
Теола почувствовала, что Алексис Василас окаменел, да и у нее самой перехватило дыхание.
Генерал машинально поставил свое имя в книге записи гражданских браков, а затем Теола негнущимися пальцами вывела свою подпись.
Мэр повернулся к молчаливой толпе.
— Дети мои, — произнес он, — Алексис Василас, который вернулся, чтобы править нами, и который только что вступил в брак по закону Кавонии, теперь обвенчается со своей невестой по обряду своей веры и веры наших предков. Наш возлюбленный архиепископ ожидает в соборе, и жених с невестой сейчас отправляются туда, чтобы господь благословил их союз.
Раздались такие громкие приветственные крики, что, казалось, само небо ответило эхом.
Затем генерал и Теола, держащаяся за его руку, двинулись к противоположной стороне платформы и дальше по ковру, тянущемуся до самого входа в собор, стоящий в дальнем конце площади.
Когда люди по обеим сторонам дорожки опять опустились на колени, генерал тихо сказал ей:
— Простите меня! Я этого не планировал, но в данный момент ничего не могу поделать.
— Конечно, не можете, — согласилась Теола.
Разговор продолжать было невозможно, и им лишь оставалось медленно и с достоинством идти сквозь приветствующую их толпу, пока они не добрались до собора, где их ждало множество священнослужителей.
Теола никогда не была внутри греческого православного собора, но ее отец описывал ей греческие церкви, и теперь свисающие с потолка серебряные лампады, множество свечей и аромат благовоний показались ей чем-то знакомыми.
Когда они двинулись по проходу, народ хлынул за ними внутрь собора, и Теола подумала, как это не похоже на то, что происходило бы здесь, если бы собор заполнили австрийские дамы в роскошных нарядах и придворные чиновники в красно-золотых мундирах, усыпанных сверкающими орденами.
Их ждал архиепископ в черных одеждах, чистые, красивые голоса певчих наполняли собор звуками песнопений.
Отдав букет одному из служек, Теола сняла перчатки.
Нервничая и боясь сделать что-то не так, она инстинктивно вложила руку в ладонь генерала, как это сделал бы ребенок. Он сжал ее пальцы, и почему-то это успокоило ее так же, как его руки в ту ночь, когда он нес ее наверх после нападения солдата.
Служба была очень красивой, а греческий язык, на котором она проходила, заставил Теолу вспомнить об отце и пожалеть, что его нет с ней рядом.
Теола спрашивала себя, знает ли он, что она выходит замуж, да еще при столь странных обстоятельствах. Ей почему-то казалось, что он знает и что он сейчас рядом и одобряет ее поступок.
Архиепископ благословил венки из цветов и лент, скрепленные вместе, и их возложили на головы генерала и Теолы. Затем им соединили руки, и она почувствовала, как он надел ей на палец кольцо.
Голос архиепископа зазвучал очень торжественно, он осенил их крестом и благословил. Затем орган прогремел марш, и они пошли по проходу к солнечному свету, льющемуся в раскрытую на запад дверь.
Из-за приветственных криков толпы разговаривать было невозможно, а пока они ехали от собора, в карету летели цветы, и наконец они оказались укрытыми нежно пахнущим цветочным покрывалом.
Только когда карета достигла дворцового парка, стало относительно тихо, и впервые с тех пор, как они обвенчались, Теола повернулась к генералу.
Она увидела, что он смотрит на нее с каким-то странным выражением, которого она не поняла.
— Клянусь вам, — произнес он низким голосом, — что не имел представления о том, что архиепископ может вернуться в Зантос на нашу свадьбу. — Теола молчала, и через мгновение он продолжил:
— Так как вы не принадлежите к моей вере, я уверен, что найдется способ позже аннулировать этот брак.
Они подошли к дворцовой лестнице раньше, чем Теола успела ему ответить.
Тут собрались все служащие замка, очень мало похожие на разряженных гостей, которые недавно ждали приезда Кэтрин, но нельзя было ошибиться в искренности их поздравлений, шедших из самой глубины сердец.
— Спасибо! Спасибо! — отвечал им генерал. Некоторые женщины опускались на колени и целовали руки Теолы, а другие подносили к губам край ее платья.
Они подошли к холлу, и генерал повернулся к Теоле.
— Знаю, вы поймете, что у меня очень много дел перед тем, как мы покинем город. Будьте, пожалуйста, готовы в восемь часов и наденьте костюм для верховой езды. А до тех пор, думаю, вам следует немного отдохнуть.
— Да, конечно, — ответила Теола.
Он поднес ее руку к губам, и ей вдруг захотелось удержать его, не отпускать.
Но через мгновение генерал уже ушел, а Теола одна поднялась к себе, сопровождаемая только Мага-рой.


Когда они выехали из города, еще не стемнело и солнце садилось за горы в красно-золотом ореоле. Вслед уходящим солдатам не раздавались приветственные возгласы, только крики «Удачи!», «Да благословит вас бог и вернет назад целыми и невредимыми!».
Некоторые женщины плакали, прощаясь с мужьями и сыновьями.
Солдаты шли не ровными красивыми рядами, как учили их австрийские командиры, а переговаривались друг с другом и не держали строй.
Генерал ехал верхом рядом с Теолой и еще несколькими офицерами, но большинство офицеров шли пешком вместе со своими людьми и держались с ними на равных.
Теола подумала, что это совсем не похоже на чопорное, почти оскорбительное высокомерие австрийских офицеров.
Она надела принадлежащий Кэтрин костюм для верховой езды, так как ее собственный был таким старым и потрепанным, что ей было стыдно показаться в нем на людях.
Собственно говоря, это было летнее светло-розовое платье, отделанное белой тесьмой и совершенно не подходящее для военного похода. Но если ей предстоит стать символом не только для народа, но и для армии, подумала Теола, надо и выглядеть соответственно.
Появившись перед солдатами, она заметила, что те смотрят на нее с восхищением, но в то же время и с уважением, и знала, что они хотели видеть ее рядом с собой.
Теола не знала, что чувствовал сейчас генерал, так как у него не нашлось времени поговорить с ней, он был занят до самого последнего момента, отдавая распоряжения и приказы.
В город стекалось все больше людей, и их количество росло с каждым часом. Когда они уезжали, не только базарная, но и та площадь, где совершалось их бракосочетание, была полна овцами, коровами и козами, и все они громко протестовали против непривычной обстановки. Шум стоял такой же оглушительный, как и в тот момент, когда они поднимались на помост для гражданской церемонии бракосочетания.
У Теолы появилось ощущение, что генерал очень смущен тем, что произошло, и еще не вполне представляет, как решить эту проблему.
Ей не надо было говорить, что он очень религиозный человек. Она понимала это инстинктивно. Когда они опустились на колени перед архиепископом, перед прекрасным серебряным алтарем, Теола почувствовала в Алексисе Василасе благоговение и сознание священного долга, которые ни с чем невозможно было спутать.
«Как мы можем стать свободными после свадьбы при подобных обстоятельствах?»— спрашивала себя Теола. «Интересно, — думала она, — беспокоит ли это его сейчас, когда ему следует думать только о предстоящем сражении с королевскими войсками».
Солнце село, и быстро наступила темнота, но в небе светил молодой месяц, а скоро над высокими пиками гор ярко засияли звезды.
Стало холодно, и Теола с радостью завернулась в тяжелый кавалерийский плащ, отороченный овчиной, который по настоянию Магары пристроили позади ее седла на тот случай, если он ей понадобится. Когда они остановились ненадолго у подножия горы, один из офицеров подошел к ней и отстегнул плащ от седла. И тут, к своему удивлению и радости, она узнала в нем капитана Петлоса!
— Вы с нами! — порывисто воскликнула она. — Я так рада!
— Разве я мог быть где-то в другом месте? — с улыбкой спросил он.
— Я искала случая поговорить с вами с тех самых пор, как мы приехали в Зантос.
— Мне многое надо было сделать для генерала.
— Вы поддерживали с ним связь все время, пока находились во дворце? — спросила Теола.
— Алексис Василас убедил меня, что я буду более полезным для него, если останусь во дворце.
— Могу это понять, — ответила Теола. Он набросил плащ ей на плечи, и тут же к нему подошел солдат и сказал:
— Генерал хочет поговорить с вами, майор.
— Майор! — удивилась Теола.
— Меня повысили в звании, — объяснил Петлос, — и должен вам сказать, что считаю это заслуженным после всего, что мне пришлось вынести за эти последние несколько лет!
Он произнес это с улыбкой. Потом отошел от нее, а Теола осталась ожидать приказа двигаться дальше.
Час спустя Теолу проводили в пещеру на середине горного склона. В пещере слегка пахло каким-то диким зверем, но она была чистой, с песчаным полом. Теола обнаружила, что отсюда можно смотреть вниз на дорогу, извивающуюся по долине внизу, ту дорогу, по которой должна была пройти на Зантос армия короля.
В горах имелось множество пещер, ущелий, зазубренных скал и провалов, в которых можно было спрятаться так, что никто бы и не заподозрил, что здесь есть люди.
Та пещера, в которую ее привели, оказалась довольно большой, и один из солдат разостлал на полу одеяло, на которое она присела, а другое положил у противоположной стены пещеры.
— Это для генерала? — спросила Теола.
— Да, ваша светлость, — ответил солдат.
Он положил на второе одеяло подзорную трубу и еще несколько предметов, отдал честь и оставил Теолу одну.
Она сняла плащ и стала ждать.
Полночь еще не наступила, но Теола знала, что не сможет спать, чувствуя напряжение и страх перед тем, что принесет следующее утро.
Теола была уверена, что генерал расставляет своих людей по местам на противоположной стороне долины, и почти не ждала, что он вообще появится в пещере. И все же примерно в два часа ночи он неожиданно появился.
— С вами все в порядке?
— Я беспокоилась о вас.
— Я сделал все, что мог, — ответил генерал, садясь на одеяло. — Все наши люди заняли свои места, и теперь было бы ошибкой передвигаться среди них: я опасаюсь, что враг вышлет вперед разведчиков, которые могут обнаружить наше местонахождение.
— Звучит разумно, — заметила Теола.
— У меня для вас есть кое-что, — неожиданно сказал он.
— Что именно?
— Пистолет! Думаю, вас надо вооружить. Вы умеете стрелять?
— Умею. Я стреляла из старого дуэльного пистолета, который достался моему отцу в наследство от его деда, в мишень у нас в саду.
— Надеюсь, вам не придется им воспользоваться, — вздохнул генерал. — Просто на тот случай, если дела пойдут совсем плохо, разумнее иметь при себе оружие.
С этими словами он протянул пистолет Теоле, и она взяла его, подумав при этом совершенно спокойно и равнодушно, что если дела действительно «пойдут плохо», то ей, возможно, придется приберечь этот пистолет для себя самой.
— Он заряжен, — предостерегающе произнес генерал.
— Я буду очень осторожна, — заверила его Теола и положила пистолет на одеяло.
— Предлагаю вам попробовать уснуть, Теола. Лично я именно это и собираюсь сделать. Завтра наверняка будет трудный день.
— Конечно, вы должны поспать, — ответила Теола. — Все зависит от вас, всем это хорошо известно.
— Я думал об этом сегодня, во время нашей свадьбы, — сказал генерал. Он помолчал, потом прибавил:
— По-моему, излишне говорить, как вы были прекрасны и что означает для народа вера в то, что вы пришли к нему на помощь в самый трудный момент его жизни.
В его голосе прозвучали такие потки, от которых Теола почувствовала себя так, словно ее всю пронизывала музыка.
— Спасибо, — ответила она. Генерал откинулся на одеяло.
— Спокойной ночи, Теола! — произнес он совсем другим голосом.
Теоле хотелось попросить его не засыпать и поговорить с ней еще немного. Ей так много хотелось узнать, так много хотелось услышать. Но она понимала, что ему просто необходимо отдохнуть. Он трудился весь день и теперь, если ему удастся уснуть хотя бы на короткое время, будет готов руководить своей армией в один из самых важных моментов в жизни страны.
«Господи, позволь ему победить!»— молилась про себя Теола.
Вместо того, чтобы лечь на спину, она легла на живот, чтобы иметь возможность смотреть на выход из пещеры, на лунный свет, и подняла взгляд к заснеженным вершинам, возвышающимся над ними.
Ей казалось, что они указывают дорогу на небеса, или, может быть, к тем богам, в которых верил ее отец? Возможно, эти боги завтра будут с ними, и духи, обитающие в горах и стекающих с их склонов водопадах, поддержат их, чтобы в Кавонии воцарились мир и счастье.
Теоле не хотелось спать. Ей хотелось продолжать молиться, потому что она чувствовала, как важно, чтобы ее молитвы были услышаны.
«Помоги нам, папа, — молилась она, обращаясь к отцу. — Подскажи генералу, как действовать правильно. Помоги ему победить его врагов».
Было очень тихо. Теола чувствовала, как ее охватывают красота и покой этой ночи, принадлежащей другому миру, и уже не помнила о солдатах, сидящих в ожидании, в засаде, с оружием в руках.
Она знала, что генерал спит мирно и без сновидений, как может спать только солдат в минуты отдыха. Она слышала его ровное дыхание и жалела, что здесь так темно и невозможно посмотреть на него и увидеть совершенные черты его лица сейчас, когда оно так безмятежно, спокойно.
Внезапно Теола уловила какое-то движение. Она подумала, что между скал двигается какое-то животное, и вздрогнула от страха при мысли о том, что это может быть змея. Затем, не веря собственным глазам, она разглядела голову человека!
Он крался совсем рядом, чуть пониже пещеры, и, глядя на него сверху, Теола поняла, что он ползет между скалами, поднимаясь все выше и пробираясь почти бесшумно прямо к ним.
У нее мелькнула мысль, что это, должно быть, один из солдат несет генералу какое-то сообщение и не хочет быть замеченным вражескими разведчиками.
Она спрашивала себя, следует ли ей разбудить генерала и сказать ему, что его ищет какой-то человек. Но пока она колебалась, человек поднялся чуть повыше, и Теола увидела у него в руке длинный острый нож! Она поняла, что это вовсе не вестовой, а враг!
Не задумываясь, совершенно инстинктивно, Теола опустила руку на одеяло и схватила пистолет, который ей дал генерал.
Человек поднялся еще выше, теперь он находился у самого входа в пещеру, и Теола увидела, как сверкнул в его руке занесенный нож. Она выстрелила, грохот многократным эхом отразился в пещере, и не успел генерал вскочить, как нападавший уже опрокинулся назад и медленно покатился вниз по склону горы, сопровождаемый множеством камней.
— Что случилось? Почему вы стреляли? — спросил генерал.
Тут он заметил на гранитном выступе у самого входа в пещеру нож, который убитый только что держал в руке.
Нож зловеще блестел в свете луны, и Теоле не потребовалось ничего объяснять.
Генерал спустился по скалистому склону вниз, туда, где лежал нападавший. Теола слышала, как он разговаривает с солдатами.
Она сидела и дрожала, и все же убийство человека не вызвало в ней того ужаса, которого она ожидала. Вместо этого она ощущала некую отстраненность, словно случившееся ее вовсе не касалось.
Генерал вернулся в пещеру. Он поднял пистолет Теолы, лежащий там, куда она его уронила, и начал перезаряжать его.
— Вы спасли мне жизнь!
— Кто… этот… человек? — спросила Теола.
— Он был лазутчиком из армии короля, — коротко пояснил генерал.
— Вы думаете, они теперь знают, что мы здесь? — испуганным голосом спросила Теола.
— Сомневаюсь, — сказал генерал. — Думаю, этот человек увидел, как мы приехали. Вместо того чтобы доложить своему командиру, как ему следовало сделать, он решил поступить умнее и потребовать награду, назначенную за мою жизнь.
— Значит, вы еще сможете застать их врасплох?
— Надеюсь, — ответил генерал, — и еще раз — спасибо!
Он говорил спокойно, словно решил не выказывать в данный момент никаких чувств. И, почувствовав, чего он ждет от нее, Теола легла и закрыла глаза. И ей припомнились слова из легенды: «Нимфа спасет свет от тьмы».
Если она — нимфа, тогда светом Кавонии, несомненно, является Алексис Василас, и она спасла его от тьмы смерти и, возможно, самих кавонийцев от вражеской тьмы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Невольный обман - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Невольный обман - Картленд Барбара



Душераздирающие розовые сопли, незатейливо и банально: 3/10.
Невольный обман - Картленд БарбараЯзвочка
18.03.2011, 21.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100