Читать онлайн Неподдельная любовь, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неподдельная любовь - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неподдельная любовь - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неподдельная любовь - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Неподдельная любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Лила вышла из дома и, подняв голову, залюбовалась игрой солнца в листве деревьев.
— Какая чудесная погода, няня! — радостно воскликнула она.
— Днем будет жарко, — заметила старушка, считавшая своим долгом во всем находить недостатки.
Лила ее не слушала.
Она думала о том, как здорово очутиться в Голландии и видеть вокруг красоты Гааги.
Дома из красного кирпича с чудными шпилями каждый раз по-новому тешили взгляд.
Но самое большое удовольствие доставляло ей предвкушение встречи с великими полотнами в музее «Маурицхейс».
Она шла по улице и вдруг почти бессознательно высказала вслух мысль, которая тревожила ее больше всего:
— Я уверена, отчим меня здесь не найдет!
— Надеюсь, мисс Лила! — ответила няня.
Лила невольно вздрогнула.
Каждый вечер она горячо молила Бога: хоть бы отчим не догадался, что она переправилась на противоположный берег Северного моря и находится в Голландии!
Она еще не забыла того потрясения, которое ожидало ее по возвращении домой месяц назад после почти трехлетнего отсутствия.
Уезжая из пансиона во Флоренции, она раздевалась, что скоро снова увидит Англию. Радовалась, в то же время зная, что вновь почувствует, как сердце обливается кровью из-за безвременной смерти матери.
Тем не менее в долгожданном свидании с родиной Лила надеялась увидеть и определенные плюсы.
Увы! Ей было приуготовано горькое разочарование.


Отец Лилы погиб в последний год англо-бурской войны, и тогда мир ее матери рухнул.
Бедняжка безоглядно любила своего красавца мужа. Это была страстная любовь с первого взгляда — на всю жизнь.
А что здесь удивительного? Капитан Гарри Кавендиш поражал не только необычайной красотой; он обладал также обаянием, что признавали в равной степени и мужчины, и женщины.
Как только Милдред Уорд увидела его, остальные офицеры полка показались ей невыразительными и скучными.
Она произвела на Гарри столь же сильное впечатление. Стоило им лишь встретиться, и казалось, будто их любовь освещает все вокруг.
Так что их брак был предрешен — вопрос для обоих заключался только во времени.
Но ничто в этом мире не бывает абсолютно гладко.
Родители с обеих сторон поинтересовались, на какие средства они собираются жить.
Помимо офицерского жалованья, Гарри получал от отца скромное содержание, а приданое Милдред было столь мизерным, что его едва хватало на булавки.
Тем не менее Гарри отмел все возражения и предостережения.
Поженившись, они были так счастливы, что не замечали отсутствия роскоши, а порой — даже обычного комфорта.
Они поселились в небольшом домике в провинции и находили блаженство друг в друге, в своем ребенке и в своих лошадях.
А потом началась англо-бурская война, и Гарри, числившегося в запасе, немедленно призвали в действующую армию.
Как и следовало ожидать, он отличился в боях, был удостоен благодарностей в рапортах, а затем получил «Крест Виктории» — высшую награду за отвагу.
Милдред очень гордилась мужем и вместе с тем отчаянно тревожилась: ведь ему постоянно грозила опасность.
Ее страх оказался небезосновательным — всего несколько месяцев спустя Гарри погиб.
Прошла не одна неделя, прежде чем убитая горем вдова осознала, что со смертью Гарри они с Лилой потеряли не только мужа и отца, но и средства к существованию.
Не желая становиться обузой для родных, Милдред пыталась что-нибудь придумать, и в это время на горизонте появился сэр Роберт Лоусон.
Этот немолодой человек (ему было уже около сорока) овдовел десять лет назад и последние годы весьма неопределенно подумывал о женитьбе.
Однажды, встретив Милдред Кавендиш, он сразу понял — она воплощает в себе все, что он ценит в женщинах. К тому же она обладала неоспоримой красотой.
Ему понадобилось шесть месяцев, чтобы убедить ее выйти за него замуж.
Лишь когда Милдред пришлось сделать выбор между браком с очень состоятельным сэром Робертом и обращением за помощью к небогатым родственникам, она согласилась стать его женой.
Ей казалось, любовь к Гарри сделает невозможной ее близость с другим мужчиной.
Однако сэр Роберт был богат и весьма щедр, а она считала своим долгом обеспечить Лилу и не желала быть кому-то в тягость…
Они поселились в комфортабельном доме в Оксфордшире.
Лила, которой к тому времени исполнилось четырнадцать лет, до самозабвения увлеклась великолепными лошадьми своего отчима.
Если бы леди Лоусон нужна была некая компенсация за ту жертву, на которую она пошла, то ею стали озаренное радостью лицо Лилы, столь удивительно похожее на ее собственное, и сияющие восторгом глаза дочери после каждой верховой прогулки.
— Сегодня я прыгнула еще выше, чем раньше, мама! — весело объявляла она.
Обнимая ее, мать говорила нежно:
— Представляю, как гордился бы тобой папа. Он был превосходным наездником, часто побеждал в скачках с препятствиями и стипль-чезах.
Но, несмотря на комфорт, которым окружил их сэр Роберт, ей постоянно вспоминался скромный домик, где они были безмерно счастливы…
И все-таки жить прошлым невозможно, поэтому Милдред изо всех сил старалась угодить сэру Роберту: ведь он ею гордился.
Он получал огромное удовольствие от званых обедов, когда она восседала на месте хозяйки дома, поверх нарядного платья надев украшения, которыми он готов был ее увешивать.
Однако Милдред очень не нравились некоторые гости сэра Роберта.
Не сразу ей удалось убедить мужа приглашать к себе наиболее уважаемых жителей графства, тем паче что многие обитали по соседству с ними.
А еще они ездили в Лондон, где встречались с представителями мира политики. Благодаря этим контактам сэр Роберт начал интересоваться вопросами, о которых прежде ничего не знал.
Когда Лиле исполнилось пятнадцать, мать предложила сэру Роберту отправить ее в аристократический пансион для благородных девиц во Флоренции.
— Мы начнем вывозить ее в свет в 1902 году, — сказала она, — и мне хотелось бы, чтоб она получила хорошее образование и была умнее, нежели прочие светские девушки.
Он со смехом ответил:
— Большинство мужчин не будут интересоваться умом такой красавицы, как Лила. Она как две капли воды похожа на тебя.
— И все-таки мне хочется, чтоб она была умненькой, — упрямо твердила леди Лоусоп.
Сэр Роберт добродушно согласился и внес немалую сумму в бюджет одного из престижнейших пансионов, принимавших на обучение юных аристократок со всей Европы.
Расставаясь с матерью, Лила плакала.
— Если б ты могла поехать со мной, мама! — причитала она. — Вместе было бы так приятно посещать картинные галереи, о которых ты мне рассказывала!
— Знаю, милая, — утешала ее мать. — Но твой отчим проявил неимоверную щедрость, заплатив за твое образование. Сейчас мне было бы неловко просить у него что-то еще.
Лила поняла, что имеет в виду мама.
Сэр Роберт души в ней не чаял. Он не желал, чтобы она расставалась с ним хотя бы на час.
Бывало, когда Милдред и Лила просто отправлялись за покупками и немного задерживались, сэр Роберт не скрывал своего недовольства.
Будучи вовсе не глупой. Лила понимала: за молчанием отчима скрывается досада из-за ее присутствия в те минуты, которые он мог бы провести вдвоем с женой. Ради матери она старалась быть тактичной, но это удавалось ей не всегда.
Лишь оставаясь вдвоем с матерью, когда их никто не мог услышать, Лила внимала рассказам о ее родном отце и чувствовала, что Милдред по-прежнему всем сердцем оплакивает потерю того единственного мужчины, которого любила.
Она доставала его медаль и нежно прикасалась к ней; в эту минуту на ее лице появлялось выражение, ясно говорившее о том, что никто и никогда не сможет ей заменить Гарри Кавендиша.
Хотя мать не признавалась Лиле в своих чувствах, девочка догадывалась: она мечтает о смерти, чтобы снова быть с любимым. Эта мысль пришла Лиле в голову, когда она уезжала во Флоренцию.
Она обняла Милдред и сказала:
— Мама, обещай, что через год я приеду на каникулы. Мне будет невыносимо так долго не видеться с тобой.
— Знаю, сокровище мое, — ответила мать. — Я постараюсь уговорить сэра Роберта свозить меня во Флоренцию, хоть он и не любит итальянцев.
— Постарайся, мама! Пожалуйста, постарайся! — взмолилась девочка.
Она решила учиться как можно лучше, чтобы доставить матери удовольствие. И была счастлива, когда сэр Роберт и леди Лоусон приехали во Флоренцию на уик-энд. Они направлялись в Рим, где у сэра Роберта была деловая встреча.
Отчим улыбался и осыпал Лилу подарками, но девочка почувствовала его ревность при виде радостной встречи Милдред с дочерью.
— Когда я смогу вернуться домой, мама? — спросила Лила, прощаясь с Милдред.
— На следующий год, после окончания летнего семестра, — ответила мать. — Тебе будет почти семнадцать, и ты поможешь мне подготовить программу твоего выхода в свет. Сэр Роберт уже обещал, что он будет блестящим.
— Ты хочешь сказать… он даст в мою честь бал, мама?
— Два, дорогая. Один в Лондоне и один — в провинции.
Мать прижала девочку к груди.
— Мы купим тебе красивые наряды. Я буду молиться, чтобы нашелся человек, такой же чудесный, как твой отец, который будет любить тебя так же, как он любил меня. — Ее голос дрогнул от подступивших слез. Но она справилась с собой и поспешно добавила:
— Весь этот год ты должна хорошо учиться. Я хочу, чтоб ты была не только самой красивой дебютанткой, но и самой умной!
Лила засмеялась, а про себя подумала, что добьется этого.
Но когда она провожала взглядом удаляющуюся мать, у нее вдруг возникло необычное ощущение, будто она ее больше не увидит.
Как это ни печально, ее предчувствие оказалось вещим. В конце года Милдред неожиданно заболела туберкулезом и вскоре умерла.
Лила не могла поверить в случившееся. В письмах мать не упоминала о болезни, только иногда признавалась, что очень устает.
Задним числом Лила упрекала себя в том, что не вымолила разрешения вернуться домой, чтобы находиться рядом с матерью. Было очень горько и обидно, что отчим не послал за ней.
Немногочисленные письма сэра Роберта не содержали в себе ничего существенного, кроме одного: он желал, чтобы она оставалась в пансионе.
Когда подошло время возвратиться в Англию, как обещала ей Милдред, она узнала. что должна носить черные платья.
Ей было велено оставаться во Флоренции до тех пор, пока не кончится траур.
Так Лила стала изгнанницей.
По завершении учебы ей некуда было ехать.
Она уже склонялась к тому, чтобы уговорить отчима забрать ее из пансиона, потому что чувствовала себя там крайне неуютно, — остальные ученицы были намного моложе ее.
Однако, на ее счастье, подоспело приглашение итальянской графини.
Бывая в Англии, графиня познакомилась с матерью Лилы, и теперь она предложила девушке переехать к ней.
— Я хочу, милочка, — сказала она, — чтобы вы поселились со мной на моей вилле и продолжали учебу, особенно занятия живописью.
— Я очень люблю живопись! — воскликнула Лила. — Я даже делала копии картины в галерее Уффици.
— В художественной школе я знаю прекрасного педагога, который поможет вам еще сильнее развить ваш талант, — улыбнулась графиня.
Ее предложение показалось Лиле решением всех проблем. Теперь, когда не стало матери, в Англию ее ничто не тянуло.
Лила сообщила в письме отчиму о полученном ею предложении.
Сэр Роберт ответил немедленно.
Он дал согласие на ее переезд к графине и прислал чек на крупную сумму для оплаты дальнейшего обучения. Однако графиня отказалась принимать деньги от своей гостьи, и Лила почувствовала себя богачкой.
Она потратила деньги сэра Роберта на самые лучшие холсты и краски. А еще по совету графини купила несколько красивых платьев.
— В Италии вам не обязательно соблюдать глубокий траур, — сказала графиня.
Лила вспомнила, как ее родители выражали неодобрение введенному королевой Викторией обычаю длительное время носить черную одежду в знак траура, и потому выбрала светло-сиреневые и белые платья. А спустя еще несколько месяцев перешла на светлые, пастельные тона, благодаря которым ее красота становилась еще более ослепительной.
Лила была счастлива и перестала мечтать о возвращении в Англию. Напротив, оно казалось теперь вовсе нежелательным.
Однако графиня неожиданно скончалась.
Она была уже далеко не молода и тихо умерла во сне со спокойной улыбкой на губах.
Смерть этой доброй женщины ошеломила девушку, но она не могла горько оплакивать ее.
После похорон приехали родственники графини, чтобы принять в свою собственность ее виллу со всем содержимым, и Лила поняла, что теперь ей придется уехать в Англию.
Директриса школы попросила возвращавшуюся в Англию жену дипломата, чтобы она взяла Лилу с собой. Кроме того, она позаботилась, чтобы ее подопечную сопровождал слуга. Но, невзирая на все заботы, Лила испытала какое-то странное чувство, ступив на землю Англии после столь долгого отсутствия.
И все же по возвращении в Оксфордшир ее ждала радость: ее старая няня, на которую потом возложили обязанности горничной Милдред, по-прежнему работала в доме.
Лила восторженно бросилась ей на шею.
— Няня, няня! Я так боялась, что ты уехала!
— Я ждала вас, мисс Лила, — ответила старушка. — А теперь идите наверх и переоденьтесь. Дорога была долгая, так что вам надо помыться и привести себя в порядок.
Этот ее тон Лила помнила с детства. Не зная, плакать ей или смеяться, она повиновалась: няня как никто умела отдавать приказания.
Только очутившись у себя в комнате — той, которую она занимала до своего отъезда в пансион, — девушка инстинктивно почувствовала: что-то здесь не так.
— В чем дело, няня? — спросила она.
Какое-то время няня молчала, казалось, она затрудняется ответить, но все-таки неохотно произнесла:
— Думаю, мисс Лила, вы заметите много перемен в доме, и все — не к лучшему!
Больше она ничего не сказала, но вскоре Лила и сама поняла — основательная перемена произошла в сэре Роберте.
Он внезапно очень постарел и обрюзг. В нем ощущалось нечто такое, чего не было при жизни ее матери.
Чуть позднее Лила заметила, что помимо прочего отчим стал намного больше пить. Кроме того, его друзья, постоянно наводнявшие дом, разительно отличались от тех, кто бывал у них при ее матери.
Девушка не сомневалась, Милдред эти люди не понравились бы.
Сэр Роберт всегда любил сильно погонять лошадей, и его новые друзья, вероятно, удовлетворяли эти его запросы: они быстро скакали, много пили и сыпали проклятиями. Их речь была усеяна весьма шокирующими выражениями. Случалось, им было что-то не по нраву, тогда они разражались такой бранью, словно находились на охоте или в игорном доме, Первое время они относились к Лиле уважительно. Однако прошло всего несколько дней — и глазки их забегали гаденько и похотливо, а руки тянулись жадно, чтобы прикоснуться к ней.
Лила стала для них предметом вожделения!
Сразу же после ее приезда сэр Роберт устроил грандиозный обед.
Одного взгляда на присутствовавших женщин оказалось достаточно, чтобы Лила поняла: Милдред никогда бы не потерпела у себя в доме подобных особ! За время своего пребывания в пансионе девушка познакомилась с матерями многих своих соучениц и была уверена — они тоже не пригласили бы этих женщин к себе.
По мере того как сменялись блюда и напитки, смех за столом звучал все громче, женщины вели себя все развязнее, голоса мужчин становились все более хриплыми.
Лиле никогда не приходилось видеть ничего похожего. Она испытывала невероятное потрясение и отвращение.
Наконец, воспользовавшись моментом, когда некоторые дамы, нетвердо держась на ногах, вышли из столовой, она отправилась к себе. И совершенно не удивилась, застав в комнате няню.
В словах не было необходимости. Лила бросилась в объятия старушки, и та прижала девушку к себе.
— Я знала, как ты расстроишься, дорогуша, — молвила она. — Но вопрос в том, что тут можно поделать.
На этот вопрос Лила тщетно пыталась найти ответ в течение всей ночи.
На следующее утро, после того как она вернулась с прогулки верхом, отчим велел ей пройти к нему в кабинет.
Она вошла, ощущая в сердце холодок тревоги и теряясь в догадках, зачем ему понадобилось ее видеть.
Когда она закрыла за собой дверь, сэр Роберт сказал:
— Как изволишь понимать твое поведение? Ты что, сочла моих друзей недостойными своего внимания?
Он явно был взбешен.
Лила молча смотрела на этого человека и думала, какой у него неприглядный вид и как сильно он изменился после смерти жены.
— Я… устала, — произнесла она, заметив, что он ждет от нее ответа.
— Не лги! — рявкнул он. — Надо полагать, они тебя шокировали. Ну так вот: они — мои друзья, а твоя мать оставила меня одного!
Мне надо с кем-то видеться?
— Да, конечно… Я понимаю, — тихо сказала девушка. — Но в то же время…
— Ладно! Ладно! — прервал ее сэр Роберт. — У меня есть решение твоей проблемы.
В ответ на вопросительный взгляд Лилы он сообщил:
— Сегодня днем с тобой хочет поговорить Джон Хопторн.
Лила мысленно пыталась представить гостей отчима. Кого из них звали Джоном Хопторном?
И тут она сообразила, что именно с ним познакомилась на следующий день после своего приезда, — тогда он явился к ним на ленч.
Он производил впечатление не слишком приятного человека, но его разговор с сэром Робертом о лошадях показался Лиле любопытным — ее вообще эта тема всегда интересовала, — и она невольно прислушивалась.
Ну конечно, прошлым вечером мистер Хопторн также был среди гостей отчима. Он о чем-то рассказывал ей в гостиной, прежде чем объявили, что кушать подано.
Однако Лила была так поражена видом собравшихся в доме женщин, что не могла вспомнить ни единого слова из беседы с мистером Хопторном.
— О чем он хочет со мной говорить? — Лила была в недоумении.
— Я полагаю, это очевидно, — ответил сэр Роберт. — Ты девушка хорошенькая, о чем я вчера слышал от многих.


Лила уставилась на него.
— Что… что вы хотите… этим сказать? — пролепетала она.
Ей не верилось, будто слова отчима действительно могут означать то, что ей показалось.
— Хопторн хочет на тебе жениться, — напрямую объявил сэр Роберт. — И я дал свое согласие.
— Жениться? — воскликнула Лила. — Но… я… никак не могу… выйти за него замуж!
— Это почему же?
— Он… слишком старый… И я… я его… не люблю!
Сэр Роберт расхохотался.
— Он очень богат, пользуется уважением в графстве, и у него есть собственная свора гончих. Не знаю, что еще тебе нужно.
— Мне нужно гораздо больше, — спокойно ответила девушка. — И мой ответ будет очень простым: нет!
Секунду сэр Роберт молча смотрел на нее.
— Очень жаль, — медленно промолвил он, — что ты так восприняла это известие, поскольку я свое согласие уже дал. Я твой опекун, Лила, и считаю своим долгом найти тебе мужа, поэтому сомневаюсь, чтобы ты могла рассчитывать на более подходящую партию, нежели Хопторн.
Он умолк в ожидании ответа, но, так и не услышав его, продолжал:
— Осведомленные люди сказали мне, что он получит рыцарский титул либо в этом году, либо в будущем, поскольку делает немалые взносы в фонд консервативной партии.
Он рассмеялся, но в его смехе не было веселья.
— Ты будешь называться «леди», милочка. У тебя будет такой же титул, как у твоей матери, — его она получила от меня. Не родилась еще та женщина, которой не нравилось бы иметь титул!
— Значит, я — исключение из правил, — заявила девушка, — потому что мне титул не нужен. И я не хочу выходить замуж… по крайней мере за мистера Хопторна!
Во время затянувшегося молчания сэр Роберт хмуро разглядывал ее. Наконец он произнес менторским тоном:
— Ты сделаешь то, что тебе велят, и чем скорее ты выйдешь замуж, тем лучше. Я не желаю, чтобы ты смотрела на моих друзей свысока и убегала от них, как вчера вечером, словно они недостаточно хороши для тебя!
И вдруг он, совершенно потеряв контроль над собой, закричал:
— Как ты смеешь указывать мне? Я заботился о тебе все эти годы, одевал, кормил, давал образование! Я делал все, чего хотела твоя мать! А теперь ты сделаешь то, что скажу тебе я! Ты выйдешь замуж за Хопторна, .даже если мне придется волоком тащить тебя к алтарю!
Его истошный крик так напугал девушку, что она ахнула от ужаса и как ошпаренная выскочила из кабинета. Вслед за ней неслись вопли отчима, окликавшего ее по имени и требовавшего, чтобы она вернулась.
Стремительно пробежав по лестнице, Лила ворвалась к себе в комнату и заперла за собой дверь. Бросилась ничком на кровать и, дрожа всем телом, не в силах даже заплакать, лихорадочно пыталась найти выход из создавшегося положения.
И в самом страшном сне ей не могло бы привидеться нечто подобное.
Разум подсказывал ей, что по возвращении ее в Англию сэр Роберт, как отчим, автоматически становится ее опекуном. А опекун действительно волен распоряжаться судьбой своей подопечной. Даже закон не может оградить ее от тех решений, которые он примет относительно ее будущего.
«Я убегу!» — подумала она.
В этот миг в дверь постучали, и Лила замерла в испуге.
— Это я, мисс Лила, я одна, — раздался голос няни.
Девушка вскочила и, тотчас отворив дверь, впустила няню в комнату. А потом, взглянув на ее милое лицо, бурно разрыдалась.
— Полно, полно, не надо так убиваться, — утешала Лилу старушка, прижимая ее к себе. — Я знаю, что случилось. Сэр Роберт сказал своему камердинеру, что на вас хочет жениться мистер Хопторн, а камердинер все рассказал мне.
— Но… я не могу выйти за него замуж, няня! Не могу я стать женой… старика… Да к тому же такого… который ведет себя… как вчерашние гости!
— Я понимаю, ваша матушка, упокой. Господи, ее душу, не хотела бы для вас такой судьбы, мисс Лила, — тихо молвила няня. — Но что вы можете поделать?
Лила высвободилась из ее объятий и прошла к окну.
Она долго стояла, глядя на ухоженный сад и зеленые поля. Все вокруг было так не похоже на итальянские пейзажи.
Наконец, не отводя взгляд от окна, она произнесла:
— Мне надо бежать, няня! Я вернусь в Италию! Мы поселимся где-нибудь, а я смогу зарабатывать на жизнь рисованием!
Старушка покачала головой.
— Не думаю, чтобы сэр Роберт позволил вам так легко от него улизнуть. Но даже если вы убежите, он вернет вас обратно домой!
Лила тяжко вздохнула. Няня права: сэр Роберт, на которого мистер Хопторн явно произвел впечатление, не отступится, дабы не выглядеть смешным. Он настоит на своем — вернет ее в Англию и выдаст замуж.
— Тогда куда же мне ехать? Куда можно уехать? — в отчаянии вопрошала она.
Ответа не было, и Лила мысленно обратилась к матери:
«Помоги мне, мама, помоги! Ты же знаешь, я не смогу выйти замуж за человека, которого не буду любить так, как ты любила папу!.. Помоги мне спастись бегством… Пусть у меня будет хотя бы время на раздумья, как… поступить…»
И тут, словно мать стояла рядом — а Лила верила в это, — она получила ответ на свою отчаянную мольбу. Ее как будто осенило.
Она тотчас отвернулась от окна.
— Я знаю, куда нам уехать, и уверена, там отчим меня не найдет!
— Куда же, мисс Лила? — Няня инстинктивно оглянулась — не подслушивают ли их.
— Помнишь мамину сестру? — спросила девушка. — Она всегда на Рождество присылала мне открытки, а когда мама умерла, я получила от нее очень теплое письмо.
Няня радостно воскликнула:
— Вы говорите о баронессе?
— Да, о старшей маминой сестре. Хоть они много лет не виделись, потому что сестра жила за границей, переписывались они регулярно.
— Это мысль неплохая, — согласилась няня. — Но я уверена, сэр Роберт такое не одобрит.
— Сэр Роберт ничего не должен об этом знать! — резко одернула ее Лила. — Если он заподозрит, что я хочу убежать, то непременно мне помешает. Может, меня вообще запрут в спальне. Нам надо улизнуть незаметно, няня, понимаешь?
— И вы хотите, чтобы я ехала с вами?
— Ты знаешь, что должна! — отрезала Лила. — Я же не могу ехать одна! Мне надо, чтоб ты за мной присматривала.
Всем своим видом она сейчас напоминала испуганного ребенка, и няня почти сдалась.
— Я присматривала за вами с самого вашего рождения, и никто не сможет помешать мне делать это и теперь. Но вы уверены, душа моя, что бегство — это единственный выход?
— Это — единственное, что я могу сделать! — стояла на своем Лила. — Помню, когда маме хотелось чего-то, а сэр Роберт принимал другое решение, ей почти никогда не удавалось его переубедить.
Она бросила на старушку умоляющий взгляд.
— Если б ты видела, как он бесился, ты бы поняла, насколько непреклонно его решение… выдать меня замуж за мистера Хопторна… Мое мнение его не интересует.
Снова вспомнив разговор с отчимом, Лила содрогнулась и еще энергичнее стала уговаривать самого близкого ей человека:
— Няня, ну пожалуйста… помоги мне! Да, сейчас мне кажется, будто я ненавижу всех мужчин… но я надеюсь, что когда-нибудь… выйду замуж! Только… я хочу, чтобы мой муж был… как мой папа!
— Ваш папа был настоящий джентльмен! — подтвердила няня.
— А вот про сэра Роберта этого сказать нельзя!
Прежде Лила не задумывалась о моральном облике отчима. Но, наверное, подсознательно понимала, что это за фрукт, даже тогда, когда Милдред только стала его женой.
Друзья матери исключительно ввиду огромной привязанности к ней принимали приглашения сэра Роберта, бывая в их сельском поместье и в лондонском доме.
Теперь Лила нисколько не сомневалась, что ее отец назвал бы сэра Роберта «чужаком». А раз мистер Хопторн считается другом сэра Роберта, значит, он такой же!
Понимая, что в данной ситуации надо быть осмотрительной, девушка сказала няне:
— Собери все необходимое, но никто не должен знать, что ты делаешь.
Заметив нерешительность в глазах старушки, она прибавила:
— Было бы неразумно ехать с пустыми руками… Но я готова даже на это… лишь бы не стать… пленницей здесь, пока меня… не выдадут замуж. И, возможно, это будет означать… что мне придется бежать… одной, без тебя!
Няня даже отпрянула в испуге, и стало ясно — она ни за что не допустит такого безрассудства.
— Я сделаю все, как вы мне велели, мисс Лила, — пообещала она. — Но вам-то известно, прислуга всегда любопытничает. А если они догадаются, что мы задумали, то обязательно скажут хозяину.
— Тогда нам надо их перехитрить! — заявила Лила.
Она проговорила с няней почти час, а потом спустилась к ленчу.
Отчим сидел один в своем кабинете и пил шампанское.
Лила подошла к нему.
— Мне очень жаль, отчим, что я вас рассердила, но ваши слова были для меня такой неожиданностью!
Ее извинение привело сэра Роберта в сильное смущение, и он сказал примирительно:
— Забудь! Хочешь выпить?
— Нет, спасибо, — ответила Лила. — Но если честно, то я очень проголодалась!
Отчим прошел к камину и потянулся было к звонку, чтобы потребовать ленч, когда дверь открылась.
— Ленч подан, сэр Роберт! — объявил дворецкий.
— Давно пора! — проворчал господин, — Ну, пойдем, Лила, раз говоришь, что проголодалась!
Второй завтрак подали не в столовой, где накануне принимали гостей, а в комнате поменьше.
Лила завела разговор о лошадях, купленных сэром Робертом недавно: он был полон решимости сделать свою конюшню самой лучшей в графстве.
Лишь под конец ленча он сказал:
— Ты не забыла, что сегодня днем тебя хочет видеть Хопторн?
— Конечно, нет, — ответила Лила. — И я хотела спросить, нельзя ли мне на днях съездить в Лондон, чтобы купить новые платья?
— Платья? — изумленно переспросил сэр Роберт. — Похоже, вы, женщины, ни о чем другом не можете думать! Наверняка ты захочешь иметь большое приданое.
Произнося это, он пристально посмотрел на падчерицу, словно ожидая от нее возражений, но Лила всего лишь улыбнулась.
— Я ведь только недавно вернулась домой, отчим. Мне хотелось бы хоть немного побыть с вами.
Ее ответ явно показался сэру Роберту неожиданным. Помолчав немного, он промолвил:
— Никакой спешки нет, можешь не торопиться. И, ясное дело, тебе понадобятся новые наряды. А это неизбежно требует денег!
Он рассмеялся, словно невзначай отпустил шутку, и Лила тоже хихикнула.
А потом сэру Роберту доложили, что экипаж готов.
Тогда девушка убежала наверх, к няне.
В четыре часа явился с визитом Джон Хопторн, и Лила в самом нарядном своем платье ждала его в гостиной.
Дворецкий доложил о нем, и хозяйка окинула взглядом соискателя с таким чувством, словно видит его впервые. И тотчас поняла, что никогда в жизни не сможет полюбить этого человека.
Весь его облик, и то, как он приближался к ней, со всей очевидностью подтверждали ее подозрения: этот человек в отличие от ее отца не может считаться джентльменом. Он был «чужаком» — таким же, как ее отчим.
— Я надеялся увидеться с вами наедине, — изрек Джон Хопторн. — Думаю, ваш отчим сказал вам, почему я приехал?
Он говорил без обиняков, но Лила почувствовала его тревогу и неуверенность в себе. Она не ответила, и, выждав несколько секунд, он добавил:
— Наверное, мне следует сказать яснее. Я прошу вас стать моей женой!
— Почему? — вскинула брови Лила.
Джон Хопторн явно не ожидал такого вопроса, поэтому не сразу нашелся, что сказать.
— Я не видел девушки красивее вас!
Лила вновь не ответила, предположив, что он должен назвать еще какие-то причины. Когда молчание показалось ей не в меру затянувшимся, она промолвила:
— Конечно, я польщена вашим предложением, но, мне кажется… нам следовало бы узнать друг друга… немного лучше.
— Не вижу оснований, — ответил Джон Хопторн. — Я знаю, что хочу вас и буду хотеть, сколько бы мы ни ждали.
— Но я видела вас всего два раза, — возразила Лила, — и вы должны понять, что, поскольку мы не общались и не имеем понятия, есть ли у нас общие вкусы и интересы, я предпочла бы подождать, пока не познакомлюсь с вами короче.
— Я знаю, что хочу на вас жениться, — упрямо твердил Джон Хопторн. — И я готов дать вам все, что вы пожелаете, — в пределах разумного.
— Но мне ничего особенного не нужно.
Джон Хопторн расхохотался.
— Ну, в будущем вы так говорить не станете! Вы пожелаете иметь драгоценности, меха, лошадей, экипажи… И я удивлюсь, если вам не захочется заново обставить кое-какие комнаты в моем доме.
— Я о таких вещах всерьез не думала.
— Но можете быть уверены в одном, — отчеканил он. — Как только вы за меня выйдете, в деньгах вы нуждаться не будете. И если только вы не потребуете у меня луну, все остальное я вам куплю!
Лила, смеясь, взглянула на него.
— Я вижу, вы очень добры, — оживилась она, — но все-таки прошу вас дать мне время подумать и узнать вас поближе!
— А вот это мне нравится! — воскликнул Джон Хопторн. — И я тоже хочу узнать вас поближе — так что предлагаю вам перейти к этой самой близости.
И он протянул к ней руки, а Лила поспешно отступила за кресло. От испуга у нее отчаянно забилось сердце, но, проявив удивительное самообладание, она сумела не выказать своих чувств.
— Нет! — бросила она.
— Почему же нет? — изумился он. — Честно говоря, я хочу вас поцеловать. Мне захотелось этого в первую же минуту, как только я вас увидел!
— Но, поскольку я… пока не уверена, что… хочу целоваться с вами, — запинаясь, объяснила Лила, — с этим… вам придется… подождать!
Однако Джон Хопторн, похоже, сказал себе, что не должен упускать инициативу, и шагнул вперед, к Лиле, которая все еще стояла за креслом.
— Завтра я поеду в Лондон, — торопливо молвила она, — и посмотрю, не найдется ли там… подходящего… подвенечного платья.
За один день… платье не сошьешь!
Джон Хопторн пожирал ее глазами.
— Как насчет того, чтобы выйти за меня через три недели? — осведомился он. — Пастор как раз успеет объявить о свадьбе положенные три раза!
— Мне кажется… модное свадебное платье… так быстро не сошьют! — пыталась остудить его пыл Лила.
— А сколько же его будут шить?
— Это я смогу вам сказать… когда вернусь… из Лондона!
— Ну, тогда мне, наверное, придется удовлетвориться этим!
— Не могу же я прийти в церковь в платье, которое не сделает чести ни щедрости моего отчима, ни… вашему вкусу в выборе невесты!
Джон Хопторн снова расхохотался.
— Да, ты — моя невеста, это правильно!
А теперь давай подари мне поцелуй в знак нашей помолвки. Мы поженимся через месяц.
— Нет, вы слишком спешите! — запротестовала Лила.
— А ты изображаешь недотрогу! — Он игриво погрозил ей пальцем.
— Как хороший охотник… вы должны были бы оценить… ту дичь, которая не дается легко! — парировала она.
Он снова рассмеялся, восхищенный ее сообразительностью Лила по-прежнему пряталась за креслом.
Ее «жених» сообразил, что будет выглядеть нелепо, если станет пытаться поймать ее, а она ускользнет.
— Ну хорошо, — смирился он, — ты выиграла. Но имей в виду. Лила, я человек решительный, и дичь в конце концов мне попадется!
Девушке хотелось сказать ему, что только так он ее и сможет получить: мертвой. Но она заставила себя улыбнуться и произнесла:
— Вы… меня пугаете! Но… я уверена… нам надо постараться… стать друзьями!
— Я хочу стать твоим мужем! — заявил Джон Хопторн таким тоном, что стало очевидно: он просто не понял ее слов.
— Вы… дали мне это понять… очень ясно, — сказала она. — Может быть… после того, как я вернусь из Лондона… вы снова заедете к нам… и мы сможем… вновь поговорить.
Казалось, это предложение доставило ему удовольствие.
— Так я и сделаю, — кивнул он. — Передай отчиму, что я буду обедать у вас в четверг. И пусть не зовет гостей: я хочу, чтобы за столом были только мы одни.
Немного помолчав, он заметил:
— В тот вечер будет полнолуние — так что настройся на романтический лад.
— А вот этого, — ответила Лила, — я пока обещать вам не могу.
Взгляд Джона Хопторна привел девушку в замешательство. Но в речах его не было ничего страшного.
— На прощание скажу одно: ты — чертовски красивая женщина, и я буду с гордостью называть тебя своей женой!
Он произнес эту фразу столь эффектно, что Лила чуть не зааплодировала ему. Но она только тихо молвила, изображая смущение:
— Очень мило… что вы говорите мне… это!
Джон Хопторн повернулся, как бы намереваясь направиться к двери, и Лила вышла из-за кресла, чтобы проводить его. Однако в это мгновение он неожиданно изловчился и, поймав ее, тесно прижал к себе.
— Ну вот я тебя и заполучил! И теперь позабочусь, чтобы ты не позволяла себе шутить со мной!
Он еще сильнее обхватил девушку, и, понимая, что он собирается ее поцеловать, она стала неистово вырываться. Но Хопторн оказался очень цепким, так что все ее попытки освободиться были тщетны.
— Я хочу тебя! — прохрипел он. — Господи, как я тебя хочу!
Его грубый голос был полон животной страсти.
Лила отвернулась, но он начал целовать ей ухо и щеку. Жадная настойчивость его губ вызвала у нее приступ отвращения.
— Отпустите меня! — вскричала она.
— Ты моя и никуда от меня не уйдешь! — громовым голосом объявил он.
Она отчаянно мотала головой, не позволяя ему завладеть ее губами. Но его руки стиснули ее с такой силой, что она просто задыхалась, становилось все труднее противостоять ему. Чувствуя, что вскоре вынуждена будет сдаться. Лила впала в панику.
Но в эту секунду дверь гостиной открылась.
Дворецкий Ньюмен почтительно осведомился:
— Не желаете ли чаю, мисс Лила?
Мистер Хопторн инстинктивно разжал руки, и девушка смогла наконец высвободиться.
Бросив на Ньюмена благодарный взгляд, она выбежала из гостиной и, стремительно поднявшись наверх, бросилась к себе в спальню.
Захлопнув дверь, она привалилась к ней спиной, дрожа и задыхаясь. Сердце бешено колотилось, губы пересохли.
Няня стояла на коленях у дорожного сундука и складывала в него вещи. Обернувшись на шум, она встревоженно спросила:
— Что случилось, дорогуша? Кто вас так расстроил?
— Скорее, няня! — душераздирающе прошептала Лила. — Мы должны уехать… как можно скорее! Обязательно!
Она твердо знала: если ее заставят выйти замуж за Джона Хопторна, она покончит с собой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Неподдельная любовь - Картленд Барбара

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Неподдельная любовь - Картленд Барбара



Абсолютно поддельный роман – ни интриги, ни страсти, а стиль: «он пошел, она пошла, он сел, он поел...» ужасающ: 2/10.
Неподдельная любовь - Картленд БарбараЯзвочка
15.03.2011, 9.22





хорощо
Неподдельная любовь - Картленд Барбарататико
9.04.2014, 22.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100