Читать онлайн Недосягаемая, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Недосягаемая - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Недосягаемая - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Недосягаемая - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Недосягаемая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

— У тебя довольный вид, — сказал Филип. — Что случилось?
Кристин взглянула на него и улыбнулась:
— С чего ты взял, будто что-то случилось?
— Давненько я не замечал у тебя такого хорошего настроения, — ответил он. — Кроме того, только сумасшедшему захотелось бы отправиться в Лондон в такой день, как этот, если, конечно, тебя там не ждет нечто исключительное.
— Каков Шерлок Холмс! — шутливо отозвалась Кристин и тут же добавила серьезно: — Да, произошло нечто исключительное, но я пока ничего не могу рассказать тебе. Возможно, когда вернусь… впрочем, не знаю.
Филип взглянул ей в лицо, отвернулся и принялся смотреть вперед на узкую, пыльную дорогу, в конце которой виднелась крыша вокзала. Он помолчал немного, а потом заговорил чуть виноватым и смущенным тоном:
— Послушай, Кристин, ты ведь не связалась с кем-нибудь, кто не знаком семье? Меня это не касается и все такое, но… как бы это… ты моя сестра, а я более или менее знаю жизнь… к тому же… черт возьми, тебе еще так мало лет!
В начале этой речи Кристин уставилась на брата, затем, пока он с трудом продолжал, она издала тихий смешок и продела свою руку ему под локоть.
— Филип, — сказала она, — я люблю тебя! Ты самый чудный брат, какой только может быть! Но как раз сейчас ты на ложном пути. В этом деле мужчина не замешан, даю тебе слово, но, как только появится таковой, я приду и скажу тебе первому. Обещаю.
У Филипа гора с плеч свалилась. Роль старшего брата явно давалась ему с большим трудом.
— В таком случае все в порядке, — сказал он. — А то я было начал беспокоиться. У тебя такой веселый вид… в общем, ты изменилась за последнее время.
— Знаю, — сказала Кристин, — я вела себя как свинья, потому что была в депрессии. Но сейчас… нет, лучше пока помолчать, а то вдруг ничего не выйдет… Но все равно, Филип, мне нравится, что ты за мной присматриваешь.
Несколько минут спустя, высунувшись из переполненного вагона, чтобы помахать рукой Филипу, когда поезд отошел от перрона, Кристин подумала: как ей повезло, что у нее такой по-настоящему заботливый брат. Она вспомнила некоторых девушек в Америке, кто связывался с мальчишками еще в школьном возрасте, а так же подумала об одной подружке, убежавшей, чтобы выйти замуж, через несколько дней после своего шестнадцатилетия. Кристин презрительно относилась к такой глупости, хотя могла понять волнение и восторг, сопутствующий любовному приключению. Девочкам совсем не обязательно было любить кого-то одного, они влюблялись в любовь, им хотелось, чтобы их добивались, чтобы вокруг них кипели страсти, а они с жадностью выпивали до последней капли всю чашу удовольствий от такого приключения.
Самой Кристин тоже интересовались несколько мальчиков. Но она считала их зелеными и непривлекательными. Ей нужно было что-то лучшее, более мудрое, и временами она чувствовала себя неизмеримо старше своих сверстниц, которые весело шушукались по углам о том, что «он» сказал вчера вечером. «Какой же мужчина мне нужен?» — спросила себя Кристин, и этот вопрос заставил ее позабыть о неудобстве и жаре на время всего пути до вокзала Ватерлоо.
Она взглянула на часы и увидела, что поезд прибыл по расписанию. Можно было не торопиться, но она все-таки не смогла удержаться — ноги сами несли по платформе на поиски такси. Ей и так пришлось ждать целых сорок восемь часов после телефонного звонка, изменившего ее настроение: на смену подавленности пришла восторженная радость. Позвонил сэр Фрейзер Уилтон. Поначалу Кристин так удивилась, услышав его голос, что с трудом поняла, о чем он говорит. Ведь он твердо ее заверил, что она больше никогда не получит от него известий. Правда, он обещал рассмотреть другой вариант, но она полагала, это было сказано из вежливости. Да и к чему такому выдающемуся человеку задумываться о надеждах и разочарованиях какой-то там девчонки? Кристин была достаточно благоразумна, чтобы понять: все, что сказал сэр Фрейзер, — неприкрашенная правда. Ее дар или талант — все равно, как ни назови — не мог ни выжить, ни использоваться в мире шумной рекламы. «Самое лучшее для меня, — сурово сказала она себе, — забыть обо всем и начать жить заново теперь, когда я вернулась домой». В том, с каким усилием она отказалась от своей мечты, был определенный пафос, свойственный молодым, вынужденным волею обстоятельств оборвать те несколько корней, которыми они успели обрасти. А затем, когда неопределенность и постоянные усилия обуздать свои мысли привели ее к мрачной подавленности, когда ей казалось, что она идет по узкому ущелью, но не имеет права поднять голову, чтобы взглянуть на горы, позвонил сэр Фрейзер.
— Мне нужна ваша помощь, — сказал он.
— Моя помощь? — пролепетала Кристин.
— Да, — ответил он. — Меня попросили проконсультировать один очень сложный случай, как раз тот, где, я полагаю, ваши необычные способности могут оказать огромную услугу. Вы согласны, говоря современным языком, скооперироваться?
— Вы же знаете, что да, — сказала Кристин. — Где и когда?
Она догадалась, что ее собеседник слегка улыбнулся такой поспешной готовности.
— Приезжайте в Лондон в четверг, — сказал он. — Если вы сумеете добраться до моей приемной к трем часам, мы отправимся вместе осмотреть больную.
Кристин охватило радостное возбуждение. Значит, он все-таки поверил в нее. Этого одного было достаточно, чтобы она почувствовала себя очень гордой.
— Я приеду, — пообещала она.
По дороге к дому сэра Фрейзера Кристин сильно волновалась. Что, если ее постигнет неудача? Вопрос возник сам собой и потребовал размышлений. А если и так, то что это докажет? Что в прошлом она была введена в заблуждение, обманулась, поверив, что она лучше, чем была на самом деле? Предположим, на ее возможности, если таковые вообще имелись, повлиял другой климат, другая атмосфера, другие люди?
Кристин попыталась стряхнуть одолевшие ее страхи, которые шептались вокруг нее, словно злые духи, дразня, раздражая и расстраивая ее, но к тому времени, когда она добралась до дома сэра Фрейзера, она почти сожалела о своем приезде, сожалела, что ее вызвали, разбудив внутри все прежние сомнения.
Старый дворецкий, с таким подозрением отнесшийся к ней в ее первый визит, приветствовал Кристин гримасой, которая должна была означать улыбку.
— Сэр Фрейзер ждет вас, мисс. Сюда, пожалуйста.
Он новел ее по длинному коридору к кабинету сэра Фрейзера в глубине дома. Кристин обрадовалась, что на этот раз избежала мрачной торжественности викторианской гостиной. Интересно, подумала она, какова же из себя леди Уил-тон? Неужели в той гостиной проявился ее вкус?
При виде Кристин сэр Фрейзер поднялся, и ей показалось, что он еще выше и внушительнее, чем прежде.
— Итак, вы решили приехать, — обратился он к девушке, когда она уселась на предложенный стул.
Кристин поначалу удивило такое заявление, а затем она поняла, что ее собеседник обладает достаточной проницательностью, чтобы догадаться о той борьбе, которая происходила внутри нее.
— Я немного испугана, — честно призналась она.
— Это естественно, — сказал он. — Вы боитесь, что можете потерпеть неудачу, и слегка опасаетесь будущего в том случае, если одержите победу. Дорогая моя, я прекрасно все понимаю. В то же самое время, если вы по-настоящему верите, что на все есть свои причины и каждый из нас в этом мире играет отведенную ему роль, как вы утверждали во время нашей первой встречи, то сейчас все может подтвердиться! — Он помолчал, просматривая бумаги на столе.
Кристин не проронила ни слова, ожидая продолжения.
— Недели две назад, — заговорил сэр Фрейзер, — меня пригласил на консультацию один мой старинный друг, большой специалист по нервным заболеваниям. Он признался, что ведет больную уже более двух лет, но не сумел получить никаких результатов. Его пациентка — молодая женщина, пострадавшая в результате несчастного случая. Если быть откровенным, мисс Станфилд, родственники больной объявили, что увечье она получила во время воздушного налета. Это, я знаю, неправда. Вы, конечно, понимаете, я с вами полностью откровенен потому, что в данный момент считаю вас одной из нас.
— Договорились, — тихо произнесла Кристин.
— Нет необходимости вдаваться в детали, произошло ли увечье в результате несчастного случая или бомбежки. Важно одно — больная в настоящее время страдает от серьезного душевного расстройства. Несчастье случилось почти три года назад. Ей была сделана операция, вправлены все кости одним из наших самых выдающихся хирургов, который позже объявил, что она полностью и абсолютно вылечена — физически. Именно тогда призвали на помощь моего друга и коллегу, потому что, хотя со стороны физического состояния было все в порядке, мозговая реакция отсутствовала. Говоря языком дилетанта, она не собиралась делать никаких усилий, чтобы вернуться к жизни. Фактически, судя по записям, которые я читал, и по тому, что мне рассказывали, она вознамерилась умереть. Полагаю, она не умерла простым усилием воли только потому, что ее родственники в состоянии позволить самый лучший уход и лечение, стремясь поддерживать в ней жизнь. Я осматривал эту молодую женщину и понял, что как психолог я столь же бессилен, как и мой друг. Нельзя урезонить того, кто, по сути, является живым трупом.
— Ее мозг не затронут? — поинтересовалась Кристин.
— Этого мы не знаем, — ответил сэр Фрейзер. — Она находится, скажем, за неимением лучшего слова, в коме. Медсестры кормят ее искусственно, моют и ухаживают за ней. Она кажется совершенно неживой, не замечает происходящего вокруг нее, но мой друг, чрезвычайно проницательный человек, убежден, что она могла бы, если потребуется, сделать усилие прийти в себя.
— И вы думаете, что я… — начала Кристин.
— Могли бы попробовать вдохнуть в нее какой-то интерес, какую-то жизнь, — договорил сэр Фрейзер. — Отчасти это будет напоминать воскрешение из мертвых. Как бы там ни было, нам ничего больше не остается, как попытаться. Вреда вы не принесете, а пользу — возможно. Я представил вам этот случай, мисс Станфилд, во всей откровенности.
— Я, конечно, попробую, — тихо сказала Кристин, — но если ваш друг прав и она каким-то образом знает, что происходит вокруг нее, то может сопротивляться мне точно так же, как докторам.
— Возможно, ваш дар окажется сильнее, — предположил сэр Фрейзер, и говорил он вполне серьезно.
Кристин улыбнулась ему:
— Что бы ни случилось, спасибо, что поверили в меня и дали мне возможность проявить себя.
— Значит, мы можем отправляться в путь? — спросил сэр Фрейзер.
Выйдя из дома, они подошли к машине известного ученого, которая ждала у дверей.
— Как зовут больную? — поинтересовалась Кристин, когда машина устремилась по направлению к парку.
— Хампден, Стелла Хампден, а ее брат, в чьем доме она находится, в высшей степени одаренный молодой человек, до войны успел получить известность в гражданской авиации.
— А чем он теперь занимается? — спросила Кристин. — Строит самолеты?
— Не строит, а летает на них, — поправил сэр Фрейзер. — Или по крайней мере летал: в данный момент он дома. Когда его сбили над Нормандией, он попал к немцам в плен, а позднее его освободили наши наступавшие войска. Между нами, мне кажется, только благодаря его настойчивости врачи решились прибегнуть к другому методу. Он не терпит лекарей, которые мирятся с неизбежным. Впрочем, его трудно за это осуждать.
Машина остановилась возле большого дома на тихой площади. Шофер вышел и нажал кнопку звонка, а несколько минут спустя сэра Фрейзера и Кристин провели в большую библиотеку, где их ожидал молодой человек. Кристин увидела, что у него забинтована нога и передвигается он с помощью палки. Он был высок и хорош собой, лицо уравновешенного человека, с волевым подбородком, но при их появлении он нахмурился, и у Кристин тут же возникло впечатление, что он не любит вообще всяких медиков или не терпит лично сэра Фрейзера и его спутников.
Сэр Фрейзер представил их:
— Подполковник авиации Хампден, мисс Станфилд.
— Это та самая молодая дама, о которой вы говорили? — спросил подполковник тоном, показавшимся Кристин несколько грубоватым.
— Та самая, — ответил сэр Фрейзер. — Мисс Станфилд была столь любезна, что согласилась прийти сюда и посмотреть, может ли она что-нибудь сделать для вашей сестры.
Подполковник Хампден не стал говорить, что считает ее до смешного молодой и неопытной, но Кристин знала, он подумал именно это, когда повернулся к ней и отрывисто спросил:
— Вы полагаете, что сумеете помочь моей сестре?
— Надеюсь, что сумею, — ответила Кристин. Ее слова вызвали явное раздражение.
— «Надеюсь!» — проговорил подполковник авиации, размахивая палкой. — Так говорит каждый врач, который сюда приходит. Они «надеются»! Когда я вижу чудеса, которые они творят над нашими людьми, получившими увечья в эту войну, когда я вижу, что можно сделать с теми, кто имеет ожоги или практически собран из осколков, я говорю: можно же что-то сделать и для Стеллы! Мне до смерти надоело надеяться! Мне нужны действия, причем быстро!
Кристин стояла огорошенная таким взрывом, а сэр Фрейзер воспринял его спокойно.
— Абсолютно с вами согласен, — сказал он. — Я давным-давно считаю, что врачи глупы и не знают своего дела. Но вы должны понять, что человеческая воля — один из самых сильных факторов в медицине: врач может утверждать что угодно, но если человек не хочет жить, в девяносто девяти случаях из ста так и произойдет.
— Значит, Стеллу нужно заставить жить! — властно заявил подполковник Хампден.
Кристин подумала, что он относится к тому типу молодых людей, которые привыкли отдавать приказы для безоговорочного исполнения.
— Может быть, вместо долгих разговоров, — спокойно сказал сэр Фрейзер, — мы с мисс Станфилд поднимемся наверх и посмотрим вашу сестру? Вы побудете здесь?
Не дожидаясь ответа от хозяина дома, сэр Фрейзер повернулся к дверям. У Кристин создалось впечатление, что молодой человек, которого они покинули, смотрел им вслед, не очень веря в благополучный исход их миссии. Пока они поднимались по широкой лестнице, сэр Фрейзер сказал:
— Думаю, Хампден и сестра были очень привязаны друг к другу. Это довольно печальная история. Еще совсем в раннем возрасте они осиротели. Родители погибли в дорожной катастрофе, и мальчик унаследовал огромное состояние. С детства он был индивидуалистом, который остается один даже в толпе, поэтому вся его любовь сосредоточилась на маленькой сестре. Она гораздо моложе его.
— А сколько ей лет? — спросила Кристин.
— Около двадцати четырех, кажется, — ответил сэр Фрейзер. — Ей исполнился двадцать один, когда произошел несчастный случай. — Они достигли лестничной площадки второго этажа, навстречу им вышла медсестра. Она уважительно поздоровалась с сэром Фрейзером, но Кристин показалось, что даже ее накрахмаленный передник осуждающе зашелестел, когда медсестра увидела, кого привели для консультации, поэтому почти не пыталась скрыть удивления и даже ужаса, когда сэр Фрейзер объявил:
— Мы с мисс Станфилд хотели бы вдвоем осмотреть больную.
— Доктор Дирман пока не пришел, сэр Фрейзер, — с упреком сказала она.
— В таком случае мы не будем его ждать.
Они вошли в комнату. Опущенные жалюзи не пропускали лучей полуденного солнца, и Кристин с минуту привыкала к полумраку. Когда-то эта спальня была гостиной в доме. Она была изысканно обставлена, чтобы больную окружали только самые красивые и привлекательные вещи. Убранство гостиной осталось на своих местах, и почти на каждом столике стояли огромные чаши цветов — розы, гвоздики, лилии, — их аромат наполнял комнату, придавая ей легкую экзотичность своей роскошью и красотой. В алькове была установлена кровать, ее резьбу и позолоту выполнили итальянские мастера, а фигура, лежащая неподвижно и безжизненно на кружевных подушках, была закрыта изумительным покрывалом со старинной китайской вышивкой.
Сэр Фрейзер приблизился к кровати с уверенностью человека, привыкшего к болезням, Кристин же помедлила немного, боясь того, что ей предстояло увидеть. Когда наконец она подошла поближе и встала рядом с сэром Фрейзером, то увидела очень милое лицо с правильными чертами, его можно было бы даже назвать красивым, если бы оно не напоминало посмертную маску. Белоснежная кожа обтягивала заострившийся подбородок и скулы. Светлые волосы были зачесаны назад, открывая высокий лоб, глаза Стеллы Хампден, густо опушенные темными ресницами, были закрыты под тонкими дугами бровей. Дышала ли она? Кристин даже сама задержала дыхание, чтобы удостовериться. Было что-то жуткое в полной неподвижности больной. У Кристин невольно вырвался легкий возглас.
— Она редко шевелится, — сказал сэр Фрейзер, не понизив голоса. — Она почти как в трансе.
— А нас она может слышать? — спросила Кристин, говоря чуть тише, чем обычно.
— Этого никто не знает, — ответил сэр Фрейзер. Кристин посмотрела на Стеллу.
— У меня такое ощущение, будто она уже умерла, — сказала Кристин, и тут же внутреннее чутье возразило ей. Она почувствовала странное ощущение, уже знакомое ей, означавшее, что еще немного — и она поймет, где скрыта болезнь.
Словно догадавшись о происходящем, сэр Фрейзер отступил назад.
Кристин не двигалась, а просто смотрела на больную девушку. В комнате было очень тихо. По улице проехало такси. Слышалось настойчивое постукивание в оконное стекло, словно в комнату залетела бабочка и теперь пыталась выбраться наружу.
После долгой паузы Кристин шевельнулась. Она положила одну руку на лоб Стеллы, а другую подвела ей под затылок, так что голова больной оказалась между ее ладонями. Так Кристин оставалась в течение нескольких минут, а потом медленно начала массировать шею и тронула закрытые глаза. Тело под покрывалом судорожно дернулось, и тогда послышались настойчивые слова Кристин:
— Просыпайтесь! Просыпайтесь!
И вновь последовало судорожное движение, как во время борьбы. Кристин убрала руку с глаз Стеллы, и очень медленно, словно с них сбросили тяжелейший гнет, глаза открылись.
— Просыпайтесь! — снова произнесла Кристин.
Глаза посмотрели на нее невидяще, затем взгляд больной сосредоточился с огромным усилием. Кристин отбросила покрывало и взяла руки Стеллы в свои. Она крепко держала их, как бы передавая больной девушке жизненные силы. Она почувствовала, как пульсируют ее собственные руки и бьется сердце. Губы Стеллы, сухие, с голубоватым налетом, приоткрылись. Она пыталась заговорить, но это оказалось невозможным. Наконец послышался голос, такой тихий и надломленный, что ничего почти нельзя было разобрать:
— Не нужно!
— Я должна, — ответила Кристин. — Вы проснетесь и начнете выздоравливать.
— Не хочу! — Слова вновь почти невозможно было понять.
Кристин еще раз наклонилась вперед, чтобы положить руку на лоб, а другой дотронуться до затылка больной. И тогда девушка закричала — она кричала ужасным, хриплым голосом:
— Прочь! Уходите прочь, оставьте меня в покое!
В комнату поспешно вбежала медсестра. Сэр Фрейзер подался вперед, но прежде Кристин высвободила руки и выпрямилась, оставшись стоять у кровати. Стелла Хампден опять закричала, а затем ее голос утих до невнятного бормотания, во время которого она беспокойно поводила головой из стороны в сторону. Сэр Фрейзер положил руку на ее пульс.
В этот момент Кристин ощутила присутствие еще одного человека — кто-то стоял возле дверей. Она повернула голову и увидела, что это подполковник. Сэр Фрейзер нашел взглядом медсестру.
— Здесь требуется доктор Дирман, — произнес он. — Позвоните ему.
В этот момент в комнату вошел кто-то еще.
— Я здесь, — тихо сказал врач.
Он направился прямо к кровати, без извинений миновав подполковника.
Стелла по-прежнему беспокойно металась, поворачивая голову из стороны в сторону, словно желая убежать. Ее глаза были вновь закрыты, но на щеках появился слабый румянец.
Доктор измерил ей пульс и дыхание. Затем взглянул на сэра Фрейзера.
— Значит, получилось, — сказал он.
Сэр Фрейзер одобрительно положил руку на плечо Кристин.
— Думаю, на сегодня достаточно, — негромко сказал он.
Именно тогда Стелла Хампден открыла глаза и посмотрела прямо на Кристин. С минуту она не шевелилась, лишь глубоко дышала, а потом ее губы раскрылись и хриплым, переполненным страдания голосом она сказала:
— Оставьте меня!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Недосягаемая - Картленд Барбара



автор сообщения: Lambda: "Бред мазохистки. Особо "понравилось", что дочка, спасающая безнадежно больных, даже не подумала попытаться поставить на ноги маму-инвалида, а мама даже не предложила попробовать вылечить сестру. Финал, несмотря на нестандартность, слова доброго не стоит. Понравится только тем, для кого любовь и жертва - синонимы." Согласна: 2/10.
Недосягаемая - Картленд БарбараЯзвочка
15.03.2011, 14.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100