Читать онлайн Найти свою звезду, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Найти свою звезду - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Найти свою звезду - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Найти свою звезду - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Найти свою звезду

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 7

Как только путешественники вернулись на яхту, Тарина поспешила к себе в каюту. Казалось, привычный мир вокруг нее рушится и она не в силах этому помешать.
Девушка твердо знала только одно — она любит маркиза всем сердцем и не мыслит себе жизни без него.
В то же время разум подсказывал Тарине, что предложение, сделанное ей маркизом, безнравственно по своей сути. Нет, на это она никогда не пойдет!
От всех этих противоречивых мыслей у нее голова шла кругом. Тарина чувствовала, что ее сердце вот-вот разорвется.
— Я люблю его! — страстно шептала она. — Но увы, он никогда не поймет, что я не могу поступить так, как леди Миллисент! Что сказали бы папа и мама?..
По правде говоря, девушка не до конца поняла, в чем именно состояла суть предложения маркиза, но одно она знала точно — он желает, чтобы она уподобилась леди Миллисент.
Ей припомнились слова маркиза о том, что любовь похожа на звезду, свет которой доходит до земли в искаженном виде. Да, он был прав! Тарина попыталась найти оправдание маркизу — ведь она любила его! — но, увы, скоро поняла, что греху нет и не может быть оправдания.
В такие нелегкие минуты Тарина всегда вспоминала отца. Вот он-то наверняка не только сумел бы объяснить дочери, что ее тревожит, но и подсказал бы достойный и разумный выход.
Но отца уже нет в живых, она осталась на свете одна-одинешенька и должна рассчитывать только на себя. Ей не к кому обратиться за помощью и остается лишь молиться и уповать на Господа.
Но даже искренне вознося молитвы и прося наставлений у Господа, Тарина чувствовала, что сердце впечет ее в совершенно другом направлении, и причиной тому была любовь.
«Но как могло случиться, что я полюбила его? — задавала себе недоуменный вопрос Тарина. — Это произошло так быстро, так внезапно!»
Однако в глубине души она знала — это произошло вовсе не вдруг. Нет, с самой первой минуты, как она увидела маркиза, ее влекло к нему с какой-то таинственной силой, а его голос странным образом посылал некие флюиды ее сердцу. И оно ответило на эти божественные токи. Тарина чувствовала, что даже если они с маркизом больше никогда не увидятся, они уже мистическим образом связаны. Такую таинственную связь в буддизме обычно называют «колесом реинкарнаций».
Мысленно она обращалась к джатакам, как маркиз и советовал ей, и чувствовала, как ее душа раскрывается навстречу их мудрости.
«Раз он понимает свои картины так же, как и я, — спорила сама с собой Тарина, — значит, он должен осознавать, что я не могу сделать того, что он хочет».
Но стоило ей вспомнить, как они с маркизом сидели рядом в лодке, направляясь на Плавучий базар, и у нее начинало щемить сердце. Да, возможно, они больше никогда не увидятся, но это теперь ничего не значит — они уже и так навеки связаны друг с другом.
— Что мне делать? — в отчаянии восклицала девушка. — О мама, что же мне делать?
Увы, ответа не было… Через некоторое время, взглянув на часы, Тарина поняла, что ей пора идти к Бетти.
Она сняла шляпку, привела в порядок волосы, даже не посмотрев на себя в зеркало, и медленно двинулась по коридору в каюту кузины.
Шторы были подняты, и сквозь иллюминаторы каюту заливало яркое солнце. Войдя внутрь, Тарина увидела, что Бетти уже проснулась.
Пока Тарина прибирала вещи, Бетти не проронила ни слова. Тогда девушка рискнула спросить сама:
— Тебе что-нибудь нужно?
— Нет, ничего, — устало ответила кузина.
По голосу Бетти чувствовалось, что она чем-то огорчена, и хотя Тарину это очень удивило, она решила воздержаться от вопросов, боясь, что они еще больше расстроят кузину.
Она попросила стюарда принести для леди Брэдуэлл кувшин с горячей водой, что тот и исполнил.
Молодой человек пребывал в благодушном настроении и был не прочь полюбезничать с хорошенькой горничной, но Тарине вовсе не улыбалось выслушивать его пошлые любезности, и она поспешно отослала его прочь.
Помогая Бетти совершить утренний туалет, Тарина внезапно придумала, как ей поступить.
«Я должна уехать, — решила она. — Какой смысл оставаться здесь и противостоять маркизу, если я заранее знаю, что все равно буду побеждена?»
Бетти пребывала в молчаливом настроении, и кузины почти не разговаривали. Вскоре Бетти оделась и вышла на палубу к завтраку, а Тарина вернулась к себе в каюту. Еще раз обдумав свое решение, она пришла к выводу, что оно верно. Ей действительно необходимо уехать.
«Я не могу оставаться здесь! Каждый день видеть маркиза, слышать его голос и в конце концов… согласиться на его предложение? Ни за что!» — твердо решила Тарина.
Из-за своей неопытности девушка не до конца понимала, чего именно хочет от нее маркиз. Она только знала, что у богатых аристократов вроде него есть привычка оказывать «покровительство» молодым хорошеньким актрисам и танцовщицам, которые в итоге становятся их любовницами.
Из книг Тарине также было известно, что многие французские короли имели фавориток — красавиц, занимавших видное положение при дворе.
Но когда она читала о маркизе де Помпадур и мадам де Ментенон, сыгравших столь выдающуюся роль в истории Франции, она воспринимала эти рассказы лишь как увлекательное чтение. Ей ни на секунду не могло прийти в голову, что когда-нибудь она сама окажется в подобной ситуации.
Точно так же, читая о крестовых походах или о других событиях, происходивших много веков назад, человек не может до конца проникнуться мыслями и чаяниями своих далеких предков.
Правда, когда Тарина вместе с отцом знакомилась по книгам с обычаями и религиозными верованиями экзотических стран или читала о красоте Гималаев, все это она представляла вполне наглядно.
Очевидно, разница объяснялась тем, что Тарина выросла в небольшом тихом приходе, а все ее знакомства с лицами мужского попа ограничивались несколькими пожилыми джентльменами — приятелями отца. Вот почему все так или иначе относящееся к сфере чувств пока оставалось для неискушенной девушки тайной за семью печатями.
Тарина не имела ни малейшего представления о том, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются одни.
Неожиданно ей пришло в голову, что сцена на палубе, разыгравшаяся между маркизом и леди Миллисент, когда Тарина поняла, что они любовники, так шокировала ее потому, что ей была неприятна именно роль маркиза во всей этой истории.
Хотя к тому времени она лишь несколько раз видела его мельком и только однажды разговаривала с ним, Тарина чувствовала, что этот человек значит для нее очень много. Только теперь она поняла — поведение мужчины, который занимается любовью с замужней женщиной, возмутило ее до такой степени просто потому, что этим мужчиной был маркиз, а не посторонний человек, до которого Тарине не было никакого дела.
Обладая острым умом, девушка умела бесстрашно взглянуть правде в глаза и не роптать.
Что означает для нее любовь к маркизу? Только одно — это все равно что любить звезду, далекую и недоступную. Недаром он сам предлагал ей обратить свой взор к звездам.
Значит, если она останется на яхте, ей суждено томиться от любви и безысходности, то есть заведомо обречь себя на душевные страдания. Но существует и другая опасность, возможно, даже более значительная, — поддавшись чувству, она может в конце концов уступить и подарить маркизу то, что он так жаждет. А ведь это большой грех, раз они не женаты.
«Нет, я во что бы то ни стало должна уехать!» — твердо решила Тарина.
Вероятно, ее решение продиктовано слабостью. Но ведь в таком состоянии, как сейчас, — ослепленная любовью, — она вполне может поддаться минутному порыву и совершить поступок, о котором впоследствии будет горько сожалеть.
«Я должна набраться мужества и выполнить то, что решила, — уговаривала себя Тарина, — хотя, видит Бог, мне больно расставаться с ним!»
Свою силу девушка черпала у своих предков, одни из которых героически сражались за свободу родной земли, а другие, подобно ее отцу, вели борьбу со злом на стороне добра.
И вот теперь, в этой непростой ситуации, Тарина неожиданно обнаружила в себе черты, о существовании которых даже не подозревала. Итак, она приняла окончательное решение. Надо только дождаться, пока Бетти вернется с завтрака, и попросить у нее немного денег на дорогу.
По реке вверх и вниз сновало множество разнообразных судов, и Тарина была уверена — на одном из них она наверняка доберется до Англии, и притом не введя свою кузину в слишком большие расходы.
Но тут девушке пришло в голову, что ведь Бетти захочет услышать от нее какие-нибудь объяснения такого внезапного отъезда. Не говорить же, в самом деле, кузине правду!
Да, об этом Тарина не подумала. Она села на кровать и погрузилась в размышления о том, под каким благовидным предлогом могла бы отправиться домой, не раскрывая Бетти истинной причины — что она сломя голову спасается бегством от маркиза и от своей любви.
«Бетти любит его, — рассуждала Тарина, — и хотя он сказал, что намерен и впредь оставаться холостяком, он вполне может влюбиться в нее».
Ей казалось невероятным, что какой-нибудь мужчина может остаться равнодушным к Бетти, такой красавице и к тому же прекрасному человеку.
Чутье подсказывало Тарине, что дело не только в красоте. Разве Бетти, если бы она увидела джатаки, чувствовала бы то же, что она сама, когда вдвоем с маркизом они любовались его картинами?
Это родство душ, эти неведомые, таинственные токи, что пронизывали их обоих, выделяли Тарину и маркиза среди других людей.
«И при этом, — гордо подумала девушка, — он — знатный человек, маркиз Оукеншоу, а я — всего-навсего горничная или по крайней мере являюсь таковою в его глазах».
Снова маркиз представился Тарине далекой звездою, смотреть на которую опасно.
— Что же мне делать? — в отчаянии воскликнула девушка. — Папа, милый, подскажи…
И вдруг вместо голоса отца ей почудился глубокий голос маркиза: «Доверьтесь мне».
До сих пор, пока Тарина сидела в каюте и размышляла, на яхте царила тишина, но сейчас из коридора до нее донесся шум шагов — это, должно быть, Бетти возвращалась к себе после завтрака.
Кажется, кузина очень спешила. Вскоре Тарина услышала, как хлопнула дверь. Внутреннее чутье подсказывало девушке, что тут что-то неладно.
Она вскочила с постели и быстро направилась к Бетти и, даже не постучав, вошла внутрь.
В каюте она увидела Бетти. Та лежала ничком на кровати и рыдала так, что, казалось, ее сердце вот-вот разорвется.
— Дорогая, в чем дело? — с тревогой спросила Тарина. — Скажи мне, что тебя так расстроило?
Бетти не отвечала, а продолжала горько плакать. Присев рядом с кузиной, Тарина обняла ее за плечи.
— Ты не должна так рыдать, — обратилась она к Бетти. — Ты заболеешь, если будешь так плакать. Что же все-таки случилось?
В течение нескольких минут от Бетти невозможно было добиться вразумительного ответа. Наконец, кое-как овладев собой, она пролепетала сквозь слезы:
— Г-гарри уезжает…
— Гарри?
— Да! И я больше никогда его не увижу… — всхлипывала Бетти. — А я люблю его, Тарина! Если бы ты только знала, как я его люблю…
— Ты говоришь — Гарри? — переспросила недоумевающая Тарина, но Бетти, явно не слыша ее, продолжала сквозь рыдания:
— Я хотела поехать с ним, но он… он не разрешил! А я даже не представляю, как мне жить дальше! Без него мне жизнь не мила…
Снова из глаз у нее хлынул поток слез. Тарина, озабоченная и встревоженная, но тем не менее не потерявшая присутствия духа, привлекла кузину к себе и сказала:
— Ну-ну, дорогая, успокойся. Расскажи мне, что произошло, и, может быть, я сумею тебе помочь.
— Мне никто не поможет! — в отчаянии крикнула Бетти. — Он меня любит, и я его люблю! Ах, Тарина, лучше бы я умерла…
И она снова горько заплакала. Ее тело содрогалось от рыданий.
Чем Тарина могла утешить свою некогда веселую, беззаботную кузину? Ей оставалось только успокаивающе поглаживать ее по плечу и бормотать нечто невразумительное. Да, такого поворота событий она никак не ожидала!
Ей-то всегда казалось — да и сама Бетти не раз говорила об этом, — что предметом ее воздыханий был не кто иной, как маркиз. И вот неожиданно оказывается, что кузина влюблена в… Гарри Прествуда!
За время путешествия Тарина не раз видела этого молодого человека прогуливающимся по палубе. Он казался ей чрезвычайно приятным и красивым джентльменом. Да и Бетти в самом начале поездки не раз забавляла кузину рассказами о том, как весело она проводит время с Гарри Прествудом и какие милые комплименты он ей говорит.
В глубине души Тарина даже радовалась, что благодаря ухаживаниям Гарри Бетти не терзается мыслями о неверности маркиза, который предпочел ей леди Миллисент.
Она считала, что со стороны мистера Прествуда было весьма тактичным отвлечь внимание Бетти от недостойного поведения своего друга.
Только теперь Тарина вспомнила, что с тех пор, как яхта отплыла из Калькутты, Бетти сделалась сама на себя непохожа — отчего-то загрустила и с каждым днем становилась все печальнее.
— Ах, Тарина, что же мне делать? — в отчаянии обратилась к ней Бетти.
Тарина ласково уложила кузину на подушки и сказала:
— Во-первых, я принесу холодной воды, и ты умоешься, а то у тебя глаза красные. А во-вторых, ты должна обещать мне больше не плакать.
— Мне теперь не важно, как я выгляжу! Ведь Гарри все равно меня не видит, — с грустью произнесла Бетти. — Ах, Тарина, если бы ты только знала, как я его люблю! Да я бы пешком пошла за ним хоть до самой Англии, но он-то этого не хочет…
— А ты говорила ему об этом?
— Ну конечно! Он сказал, что тоже любит меня и будет любить всю жизнь. А еще он говорит, что, несмотря на это, мы не должны больше видеться… Но, Тарина, я не вынесу разлуки с ним!
Голос Бетти дрогнул. По щекам снова заструились слезы.
Исчерпав все способы утешения, Тарина решила заняться хоть чем-нибудь полезным. Она принесла кувшин с холодной водой и маленькую губку и положила все это рядом с постелью кузины.
Поскольку расстроенная Бетти была не в состоянии что-нибудь делать, Тарине пришлось самой умыть ее и вытереть мягким полотенцем, но не успела она порадоваться, что, кажется, кузина успокоилась, как слезы хлынули с новой силой.
— Я говорила ему, что согласна жить даже в шалаше, — рыдала Бетти, — только бы мы были вместе, а он… он не хочет! О Гарри, Гарри, я ведь умру без тебя!


Вернувшись из сада, Гарри направился прямиком в кабинет маркиза.
Тот сидел за столом и что-то писал. Увидев вошедшего друга, он коротко бросил:
— Я занят!
— Мне нужно тебе кое-что сказать. Это очень важно! — настойчиво произнес Гарри.
Отложив ручку, маркиз внимательно посмотрел на своего друга. Вопреки обыкновению его лицо было хмуро и неприветливо.
— Что случилось? — спросил он. Поколебавшись несколько мгновений, Гарри ответил:
— Я пришел к тебе, Вивьен, чтобы одолжить немного денег. Я намереваюсь вернуться на родину с первым пароходом или же по суше — в общем, наиболее дешевым способом. Может статься, что я смогу вернуть свой долг не скоро.
Он выговорил все это с видимым усилием — похоже, слова давались ему с трудом.
Маркиз в изумлении уставился на приятеля.
— Если я правильно тебя понял, ты собираешься нас покинуть, — наконец произнес он. — Но почему? Что произошло?
— Я не хотел бы ничего объяснять, — ответил Гарри. — Я просто прошу тебя одолжить мне денег. Ты знаешь, что я стараюсь делать это как можно реже.
Маркиз откинулся в кресле: — Неужели ты полагаешь, что меня удовлетворит такой ответ? Мы старинные друзья, Гарри, и ты знаешь — если с тобой приключилась какая-нибудь беда, я всегда приду тебе на помощь.
— Если бы со мной и в самом деле приключилось несчастье, я непременно поставил бы тебя в известность и рассчитывал бы на твое сочувствие и поддержку. Но в данном случае ты ничего не в силах предпринять, кроме как выполнить то, о чем я тебя прошу.
— Ну, не будь же таким глупцом, Гарри! — воскликнул маркиз. — Конечно, я одолжу столько, сколько ты попросишь. Но ведь ты мой друг, и я вправе просить тебя объяснить, почему это мое общество стало вдруг тебе до такой степени неприятно, что ты бежишь сломя голову.
— Дело вовсе не в этом, и тебе это отлично известно, — возразил Гарри. — Как бы то ни было, Вивьен, я должен ехать, и как можно скорее. Другого выхода у меня нет.
Наступила пауза. Казалось, маркиз о чем-то напряженно размышляет. Наконец он спросил:
— Скажи, пожалуйста, а не связан ли случайно твой поспешный отъезд с Бетти Брэдуэлл?
— Я уже говорил тебе, что предпочел бы не распространяться об этом.
— Не увиливай! Я знаю тебя достаточно хорошо, — продолжал рассуждать маркиз, — и заметил, что до Калькутты ты был весьма увлечен этой дамой, а потом, как ни странно, явно к ней охладел.
— Но ведь ты сам просил меня развлечь ее, пока дарил свое внимание другой, — возразил Гарри. — Ты — мой ближайший друг, и, разумеется, я постарался выполнить твою просьбу.
— И не заметил, как влюбился?
Гарри промолчал, но выражение его лица не оставляло никаких сомнений в том, что маркиз правильно угадал причину странного поведения друга.
Улыбнувшись, Вивьен сказал:
— Отлично! Я просто в восторге! А если тебя беспокоит, что ты ведешь себя нечестно по отношению к другу и всякая подобная чепуха, то спешу заверить — эти терзания напрасны. Я считаю, что Бетти Брэдуэлл и в самом деле красавица, но как женщина она меня вовсе не интересует.
К удивлению маркиза, после этих слов выражение мрачного отчаяния не исчезло с лица Гарри. Вместо этого он упрямо повторил:
— Я должен уехать, Вивьен.
— Но почему? Она что, отвергла тебя? Не страшно, на обратном пути ты можешь попытать счастья еще раз.
Гарри пересек кабинет и остановился у иллюминатора.
— Наверное, мне лучше сказать тебе всю правду, Вивьен, — решительно произнес он. — Бетти — единственная женщина, которую я хотел бы видеть своей женой. Но мои обстоятельства известны тебе лучше, чем кому бы то ни было. Значит, мне остается только одно — исчезнуть из ее жизни как можно скорее.
— А ты уверен, что и в самом деле так любишь ее? — осторожно спросил маркиз.
— Да, уверен так же, как в том, что я живу и дышу и что без нее будущее для меня мрачнее ада!
— Но тогда… — начал маркиз. Гарри резко обернулся:
— Неужели ты полагаешь, что я уже не перебрал в уме все варианты? Да, я знаю — у нее есть кое-какие средства, но я ни за что не прикоснусь к ним! Да, я знаю, что мог бы поступить к тебе на службу, стать управляющим одного из твоих имений, но разве такой жизни заслуживает светская красавица вроде Бетти? — Он помолчал, ожидая возражений маркиза, но когда таковых не последовало, продолжал сам: — Какое я имею право обречь ее на жизнь, которую влачат твои многочисленные прихлебатели, выпрашивающие у тебя гроши? Принудить ее бороться с нуждой, стремиться хоть как вести хозяйство, не имея достаточного количества слуг, и растить наших детей, не имея средств, чтобы заплатить за их образование?
— Но зато вы будете счастливы вместе, — мягко возразил маркиз.
— А ты подумал о том, что я при этом буду чувствовать? Видеть, как она надрывается от непосильной работы и не имеет даже относительного комфорта, не говоря уже о том, к которому привыкла? И кто знает, не начнет ли она со временем ненавидеть меня, когда сравнит это жалкое существование с жизнью блестящей светской красавицы, каковой она была до того, как вышла за меня замуж…
— И ты все это сказал Бетти?
— О, она просто ангел! Она уверяла меня, что готова жить в шалаше, лишь бы мы были вместе, — мечтательно произнес Гарри, и лицо его засветилось нежностью. — Бот какова она! Да я готов целовать землю у ее ног за то, что она так не похожа на всех этих светских львиц. Нет, она совсем другая! .
— И ты готов из-за своей дурацкой гордости пожертвовать тем, что не так уж часто встречается на свете, — большой, настоящей любовью? — сухо произнес маркиз.
— Но что же я могу сделать?
— Я уверен, что есть другой выход.
— И какой же, по-твоему? Ты не хуже меня знаешь, что после смерти отца на меня обрушится лавина его долгов, с которыми я вынужден буду расплачиваться, пока сам не умру!
— Положись на судьбу, — посоветовал маркиз. — Мне кажется, что с твоей энергией и умом, Гарри, ты наверняка найдешь выход из положения.
— Да ты с ума сошел? — И вдруг, пораженный новой мыслью, он подозрительно уставился на Вивьена и спросил: — А почему ты до сих пор не предложил того, чего я больше всего ожидал в данных обстоятельствах?
— Я тебя не понимаю.
— Я ждал, что ты скажешь: «Не упускай того, что посылают тебе боги. Пусть Бетти будет твоей, а о будущем не тревожься!»
— А и в самом деле, почему ты не хочешь так поступить?
— Да потому… — Голос Гарри зазвенел от волнения. Помолчав немного, он со всей серьезностью продолжил: — Потому, что я слишком люблю Бетти и не хочу, чтобы она уподобилась леди Миллисент Карсон и десяткам других женщин, с которыми мы с тобой так весело проводили время, но которые ничего для нас не значили. — Он перевел дыхание и добавил: — Бетти — чистая, неиспорченная, юная. Она даже не представляет себе до конца, какой может быть любовь между мужчиной и женщиной. А я слишком люблю ее, чтобы низвести до положения светских красавиц, в обществе которых мы с тобой, помнится, развлекались и о которых забывали тут же, как только они нам наскучивали.
Монолог Гарри звучал так страстно, что чувствовалось — молодой человек вложил в эти слова всю душу. И тут же, смущенный собственным пафосом, он обернулся к иллюминатору и сказал обычным тоном:
— Ради всего святого, Вивьен, одолжи мне денег, и я уеду!
— Разумеется, я дам тебе столько, сколько ты попросишь, — с расстановкой произнес маркиз, — но еще раз повторяю — на мой взгляд, ты делаешь ошибку. Если Бетти любит тебя так же сильно, как ты ее, значит, вы оба приносите напрасную жертву.
— Это касается только нас с нею. По словам и тону Гарри маркиз понял, что терпение его друга на пределе, и решил больше не злоупотреблять им.
Дав понять, что препирательства окончены, маркиз открыл ящик стола и достал чековую книжку.
— Я дам тебе тысячу фунтов, — предложил он, — и, ради Бога, не торопись с отдачей долга?
Гарри молчал. Не дождавшись ответа, маркиз продолжал:
— Надеюсь, неудобства путешествия на борту какого-нибудь грязного пароходишка образумят тебя и в одном из портов, где остановится наша яхта, мы увидим тебя среди встречающих.
— Думаю, что ты увидишь меня только дома, в Англии, — возразил Гарри резко. — Я постараюсь разобраться, удастся ли мне спасти хоть крохи того огромного состояния, которое так безрассудно промотал мой драгоценный родитель.
Маркиз еще раз убедился, что дальнейшие уговоры и споры ни к чему не приведут, и счел за лучшее промолчать.
Выписав чек на тысячу фунтов, он поставил свою подпись и положил бумагу на стол.
Оторвавшись наконец от иллюминатора, Гарри нехотя, словно через силу, подошел к столу и протянул руку, чтобы взять чек.
И вдруг в то самое мгновение, когда молодой человек уже занес руку над столом, в дверь постучали.
— Войдите! — крикнул маркиз. В дверях появился один из стюардов.
— В чем дело, Дженкинс? — отрывисто спросил маркиз.
— Каблограмма для мистера Прествуда, милорд. Ее только что принесли из британского посольства. Наверное, что-то очень срочное!
С этими словами стюард пересек каюту, передал Гарри депешу и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Гарри в недоумении и тревоге уставился на каблограмму.
— Есть только одна причина, из-за которой мне прислали бы телеграмму сюда, в Бангкок, — наконец тихо сказал он.
— Ты полагаешь, что твой отец умер? В таком случае мы немедленно отправляемся обратно, в Англию, — с сочувствием проговорил маркиз.
Медленно, надеясь отдалить неизбежное, Гарри развернул листок, который держал в руке.
Маркиз не сводил глаз с друга и по выражению его лица тотчас же догадался, что новости плохие.
Гарри прочел каблограмму, затем перечел еще раз, как будто желая убедиться, что правильно понял ее содержание, и вдруг издал крик, от которого, казалось, содрогнулись стены.
Швырнув каблограмму маркизу, он бросился вон из кабинета и устремился куда-то по коридору.
В течение нескольких минут маркиз, ошеломленный таким странным поведением друга, в недоумении смотрел ему вслед.
Затем, понемногу придя в себя, он взял со стола депешу, оставленную Гарри, и начал читать. Каблограмма гласила:
«Сиам, Бангкок,
Британская дипломатическая миссия.
Яхта «Морская сирена»,
маркизу Оукеншоу
(для Эдварда Прествуда,
эсквайра).
Настоящим с глубоким прискорбием извещаем Бас, что Ваш отец, сэр Роджер Прествуд, баронет, вчера скончался от сердечного приступа, вызванного полученным им известием, а именно — сообщением о том, что он выиграл главный приз в Южноамериканской лотерее, стоимость которого равна приблизительно двумстам тысячам английских фунтов. Похороны состоятся в субботу. Просим Бас возвратиться на родину как можно скорее, ибо Ваше присутствие крайне необходимо для решения многочисленных неотложных вопросов, связанных с наследством.
С неизменным уважением,
Мэйхью, Мартин и Мэйхью».
Так же, как и Гарри, маркиз перечел депешу дважды, чтобы удостовериться, что он правильно понял ее смысл. Затем, поднявшись с места, пошел разыскивать друга.


В глазах Бетти еще сверкали слезы, но безутешные рыдания уже утихли.
Тарина направилась к туалетному столику, чтобы поставить туда кувшин, и услышала за спиной вздох Бетти и ее горестное восклицание:
— Так что же мне делать, Тарина? Я просто в отчаянии… Если бы ты знала, как я несчастна!..
Она не успела закончить фразу, как дверь в каюту распахнулась и на пороге появился Гарри.
Он молча смотрел на Бетти, которая, придя в себя от удивления, уже протягивала ему руку и нежно говорила:
— Гарри, это ты?
Он продолжал молчать и все не сводил глаз с Бетти.
Наконец, сделав над собой усилие, он подошел к постели и сел рядом с любимой, все так же неотрывно смотря на нее.
Трогательным жестом скрестив на груди руки и подняв на Гарри полные слез глаза, Бетти, казалось, обращается к нему с безмолвной мольбой. Молчание становилось тягостным. Наконец Гарри сказал охрипшим от волнения голосом:
— Все в порядке, дорогая! Скажи же мне скорее, когда мы поженимся?
— О Гарри!
Восклицание, вырвавшееся у Бетти, было подобно радостной утренней песне жаворонка, взмывающего в небо.
— Мой отец умер, а вместо долгов оставил мне огромное состояние!
От избытка чувств у Бетти перехватило дыхание. Она не могла вымолвить ни слова, ибо снова заплакала, но на сей раз это были слезы радости.
Гарри нежно прижал ее к груди — казалось, он все еще не верит, что отныне ничто не сможет разлучить его с Бетти.
Изумленная Тарина так и застыла с кувшином в руке, глядя на влюбленную пару. Она думала про себя: «Какое чудо, что все так хорошо устроилось! И надо же, в самый последний момент, когда, казалось, не осталось никакой надежды… Не иначе как ангел-хранитель спас Бетти!»
— Я люблю тебя! — страстно шептал Гарри. — Мы поженимся прямо здесь, в Сиаме, и немедленно. Отныне никаких проблем. Нас ожидает безоблачное счастье!
— Я все еще не могу в это поверить… — пролепетала Бетти, и голос ее снова дрогнул.
— Но это правда? Я покажу тебе каблограмму, в ней все сказано. Теперь, моя дорогая, моя единственная, мы всегда будем вместе! Перестань же плакать, прошу тебя…
С этими словами он наклонился к Бетти, и их губы слились в нежном поцелуе.
Только тут до Тарины дошло, что, пожалуй, ей следует оставить влюбленных наедине, и она осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания, направилась к двери.
Но не успела она сделать и нескольких шагов, как ее окликнула Бетти:
— О, Тарина, не уходи! У нас не может быть никаких секретов от Гарри… Давай расскажем ему, почему ты здесь и вообще кто ты такая на самом деле!
Тарина с готовностью вернулась и села рядом с кузиной.
— Сейчас важно только одно, дорогая, — отныне ты будешь счастлива, и это просто чудесно!
С этими словами она поцеловала Бетти в щеку, а Гарри спросил:
— А что это за страшная тайна, которую вы от меня скрывали?
— Дело в том, — начала объяснять Бетти, — что Тарина на самом деле моя кузина, которую я очень люблю и надеюсь, что и ты ее полюбишь.
— Я уверен, что со временем так и будет, — убежденно произнес Гарри, — но пока, дорогая, для меня не существует на свете никого, кроме тебя.
И они нежно взглянули друг на друга. Эти взгляды говорили сами за себя.
Тарина решила, что уж теперь-то самое время покинуть наконец каюту Бетти, и снова направилась к выходу. И лишь в этот момент, взглянув на дверь, она поняла, что слова ее кузины слышали не только она и Гарри.
На пороге стоял маркиз и, судя по ироничному блеску его глаз, явно наслаждался разыгравшейся перед ним мелодраматической сценой.
При виде его у Тарины перехватило дыхание и сердце сильнее забилось в груди. Не в силах вымолвить ни снова, она стояла и не сводила глаз с маркиза.
Выйти из каюты она теперь не могла — ведь он преграждал ей путь. Что касается Бетти и Гарри, то они ничего не замечали вокруг, целиком поглощенные друг другом.
— Мне кажется, Тарина, что мы тут лишние, — негромко вымолвил маркиз.
Посторонившись, он дал ей пройти, вышел вслед за нею сам и тихонько затворил дверь.
Стоя в коридоре, Тарина пребывала к нерешительности. Что ей теперь делать, куда идти? Видя ее замешательство, маркиз сказал:
— Пойдемте! Мне нужно поговорить с вами.
И снова у Тарины сладко защемило в груди. Она послушно направилась вслед за маркизом в его кабинет, где знакомые ей джатаки все так же лежали на стульях и столе и, казалось, посылали какие-то неведомые сигналы.
Войдя в кабинет, она обернулась к маркизу и услышала его слова:
— Итак, ваша страшная тайна наконец раскрыта — вы кузина Бетти Брэдуэлл!
— Д-да, — запинаясь, ответила девушка.
— А зачем же вы играли роль ее горничной?
Тарина робко посмотрела на маркиза. Неужели он сердится на нее за это?
— Когда мой отец умер, я осталась совсем без средств… и решила поехать в Лондон, чтобы найти работу.
Маркиз удивленно поднял брови, но ничего не сказал, и Тарина продолжала:
— Но ведь без рекомендации на хорошее место не поступишь. Бот я и придумала обратиться к Бетти. Правда, я не видела ее больше двух лет — она жила за границей, — но я знала, что она мне не откажет.
— А вместо этого она сама вас наняла.
— Как раз в этот день ее горничная сломала ногу, вот мы с Бетти и решили, что это судьба — отправиться вместе в Сиам.
Маркиз рассмеялся:
— Как все просто! А я-то ночи не спал, все ломал голову, придумывая причины, почему вы выдаете себя за другую и при этом одеты так, как ни одна горничная не может себе позволить!
— Все эти наряды отдала мне Бетти. Она носила их, когда была в трауре.
— Весьма простое объяснение, — признал маркиз, — и совершенно не похожее на то, которое я себе вообразил, мучаясь и терзаясь ревностью.
Слова маркиза заставили Тарину густо покраснеть.
— Ну вот, наконец мы и расставили все точки над i, — с улыбкой произнес маркиз. — А поскольку Бетти и Гарри, как я понял, собираются немедленно пожениться прямо здесь, в Бангкоке, я не вижу причин, почему бы и нам не последовать их примеру.
Тарине показалось, что она ослышалась. Потом ей пришло в голову, что она, должно быть, неверно истолковала слова маркиза, и, чтобы удостовериться, она, запинаясь, спросила:
— Вы хотите, чтобы я… вышла за вас замуж?
— Я сказал, что хочу жениться на тебе! — подтвердил маркиз. — Ты ведь помнишь — я просил тебя довериться мне. Вот я и нашел выход!
— Но, помнится, вы утверждали, что хотите навсегда остаться холостяком и не имеете намерения жениться ни сейчас, ни в будущем…
— Да, так оно и было, пока я не встретил тебя.
Воцарилось молчание. Маркиз стоял неподвижно, а Тарина не смела поднять на него глаза. Поколебавшись с минуту, она спросила дрожащим голосом:
— Вы просите меня выйти за вас замуж только потому, что узнали, что Бетти — моя кузина?..
Маркиз улыбнулся:
— Мне следовало бы догадаться, что, обладая острым, аналитическим умом, ты выскажешь именно такое предположение. Для того чтобы доказать, что ты ошибаешься, я покажу письмо, которое только что написал министру иностранных дел лорду Розбери.
Письмо и впрямь лежало на столе. Маркиз писал его в тот момент, когда к нему пришел Гарри. Оно было почти готово, не хватало лишь подписи.
Взяв бумагу со стола, маркиз протянул ее Тарине. Она колебалась, не зная, брать или не брать письмо, и тогда он сказал:
— Прочти! Я хочу, чтобы ты прочла его.
Она повиновалась. Письмо гласило:
«Дорогой Арчибальд,
В этом письме Вы найдете отчет о моих переговорах с королем Сиама. Надеюсь, теперь у Вас не будет основания для беспокойств по этому поводу.
Мне также удалось убедить Его Величество посетить Англию, а возможно, и некоторые другие европейские страны в самом ближайшем будущем. В ответ на высказанные Его Величеством сомнения относительно целесообразности такого визита я постарался уверить его, что в Англии он найдет самый теплый прием.
Что касается лестных для меня предположений, которые Вы высказали накануне моего путешествия, — забудьте о них! Поездка в Сиам и в самом деле оказалась «путешествием, полным удивительных открытий». Я действительно нашел звезду, которую так долго искал, и теперь собираюсь жениться.
По причинам, о которых я предпочел бы не распространяться в этом письме — я выскажу их Вам как-нибудь в другой раз, — я намерен отказаться от любого поста, который Вы сочтете возможным предложить мне. В настоящее время меня влечет лишь один «пост» — счастливого новобрачного.
С наилучшими пожеланиями Вам и Вашему семейству.
Ваш…»
Когда Тарина прочла письмо, маркиз, к ее удивлению, взял у нее из рук бумагу и, неторопливо разорвав ее, бросил клочки на пол.
— Теперь мне придется написать министру другое письмо, — объяснил он. — Я напишу, что с радостью приму его предложение, а моя жена поможет мне надлежащим образом исполнять мои обязанности — помимо того, разумеется, что сделает меня счастливым.
С этими словами маркиз обнял Тарину и привлек ее к себе.
— Надеюсь, дорогая, — сказал он, — что на это у тебя нет возражений.
Тарина подняла глаза на маркиза:
— Но это невозможно! Вы не можете жениться на мне…
— Но почему? Мне казалось, что ты меня любишь.
— Так оно и есть. Я люблю вас всем сердцем… Но вы же сами сказали, что не намерены жениться.
— Действительно, в течение многих лет я всеми силами уклонялся от брачных уз, — подтвердил маркиз. — Но в то утро, когда мы ездили на Плавучий базар, я понял, что не могу жить без тебя. А как еще мы могли бы быть вместе? Только поженившись.
Он наклонился, чтобы поцеловать Тарину, но она изо всех сил уперлась руками ему в грудь и сказала:
— О, прошу вас, подождите!.. Я действительно люблю вас, более того — у меня какое-то странное чувство, что я уже давно принадлежу вам. Но все же я не уверена… мне кажется… — От волнения ей не хватало слов. Справившись с собой, она продолжала: — Словом, я считаю, что вы не можете на мне жениться.
— У тебя есть другое предложение? Как еще мы можем быть вместе? — поинтересовался маркиз.
— Но я боюсь… Вы — светский человек, привыкший к легким победам. Мне кажется, я ничего для вас не значу.
Маркиз от души рассмеялся.
— А вот теперь ты говоришь глупости, дорогая, — весело возразил он. — Ты не хуже меня знаешь, что мы думаем одинаково, чувствуем одинаково, мыслим одинаково. Одним словом, мы — одно целое! Да-да, Тарина, мы давно принадлежим друг другу, и вряд ли женитьба сделает нас более близкими людьми в духовном отношении. — Он сделал паузу и продолжал: — Но в то же время, дорогая, ты нужна мне не только как святая дева, но и как земная женщина. Я не могу и дальше делать вид, что тебя не существует, когда чувствую, что ты — моя вторая половина, неотъемлемая часть моей жизни, ныне и навеки.
Тарина глубоко вздохнула и собиралась что-то возразить.
Не дожидаясь этого, маркиз властным жестом привлек девушку к себе и приник наконец к ее губам. У Тарины перехватило дыхание. Она поняла, что и сама давно жаждала этого поцелуя, но даже в самых смелых мечтах не могла себе представить, каково это на самом деле.
Губы маркиза были крепко прижаты к ее губам, и от этого нежного и в то же время властного прикосновения все ее существо словно я подумал, что ты — дух или ведение, а не живой человек из плоти и крови.
Нагнувшись к Тарине, он поцеловал ее и продолжал:
— Потом я решил, что никогда не видел существа прекраснее и изысканнее, и понял, что само небо послало мне тебя.
Тарина ничего не ответила, а вместо этого спрятала голову на груди у маркиза. Он продолжал вспоминать:
— Теперь-то я знаю, что ты — земная женщина. И запомни, дорогая, — я часто не мог устоять перед искушениями, которые посылала мне судьба, но обещаю тебе — из меня получится образцовый муж. — Он нежно улыбнулся Тарине и добавил торжественным тоном: — Ты так прекрасна, любимая! С тобой меня связывает нечто такое, чего я никогда раньше не испытывал ни с одной женщиной. Клянусь, больше никаких искушений! Можешь мне поверить…
— Надеюсь, что так и будет, — сказала Тарина. — Я тоже люблю тебя всем сердцем, всей душой! И постараюсь доказать, что я действительно та звезда, которую, как ты говоришь, ты искал всю жизнь, а не ее искаженное земное отражение.
Маркиз рассмеялся — так неожиданно прозвучали его собственные слова в устах Тарины.
— Дорогая, ты — воплощенная женственность, — сказал он, снова став серьезным. — Ты даже не представляешь себе, насколько ты прекрасна! Да мне не хватит всей жизни, чтобы выразить словами то, что я чувствую!..
Тарина отвела смущенный взгляд и посмотрела на картины, стоявшие на полу. Неожиданно она сказала:
— Но все-таки я боюсь…
— Боишься? Чего же?
— Я ведь простая девушка. Я совершенно не представляю себе той жизни, которую ты ведешь. Вряд ли я сумею сделать тебя счастливым…
В ответ маркиз крепко прижал Тарину к себе, так что у нее перехватило дыхание, и сказал:
— О, Тарина! Да я преклоняюсь перед твоей наивностью, неиспорченностью и чистотой. В самом деле, мне нужно будет многому научить тебя, но и самому придется учиться у тебя. Словом, мы будем божественно счастливы, уверяю!
Подведя Тарину к джатакам, маркиз сказал:
— Ты как-то заметила, что эти картины призваны просветить не только наши умы, но и души. И вот я чувствую, как мой дух окреп и стал сильным. Более того — с тех пор, как я познакомился с тобой, жизнь обрела для меня новый смысл.
— Это правда? — недоверчиво спросила Тарина.
— Мне кажется, внутренний голос подскажет тебе, если я солгу.
Она вздохнула:
— Как мне приятно слышать от тебя такие слова! То, что ты чувствуешь, глядя на джатаки, в точности совпадает с тем, что чувствую я… Мне кажется, и мой отец, будь он сейчас здесь, с нами, сказал бы, что мы правильно поняли смысл этих картин.
Маркиз снова обнял Тарину и сказал:
— Когда я впервые увидел твою кузину, я подумал, что на свете нет женщины прекраснее ее. Но теперь я знаю, что ошибся. Ты гораздо красивее Бетти, потому что красиво не только твое лицо, но и душа. Тарина вскрикнула от удивления:
— Возможно ли это? Ты говоришь именно то, что мне хотелось бы услышать! Как ты угадал?
— Сам удивляюсь, — шутливо ответил маркиз. — Одно знаю твердо — никогда до сих пор я не испытывал того, что испытываю сейчас.
— Господи, как я счастлива! — вздохнула Тарина. — Я должна вечно благодарить судьбу за то, что она не дала нам с тобой пройти мимо друг друга! — Она немного помолчала, а потом торжественно произнесла: — Да, это судьба, или карма, как ее называют на Востоке. Именно моя карма привела меня в нужный момент к Бетти. Она как раз тогда готовилась к путешествию на «Морской сирене» и была в восторге от твоего приглашения!
Маркиз ничего не сказал, а лишь мягко прикоснулся губами к щеке Тарины.
Чувствовалось, что ему не слишком приятно вспоминать обстоятельства, которые привели Бетти Брэдуэлл на его яхту, и, чтобы отвлечь Тарину от этих мыслей, он поцеловал ее.
И снова Тарина почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Любовный восторг захватил обоих, оторвал от земли и увлек к звездам…


Когда маркиз и Тарина объявили Гарри и Бетти, что собираются пожениться, те просто остолбенели.
Первым пришел в себя Гарри.
— Просто не верится! — вскричал он. — Лучшей новости и не придумаешь! — Он обернулся к Тарине: — Поздравляю вас! Вы сумели поймать самого увертливого и осторожного холостяка, которому до сих пор счастливо удавалось избегать всех расставленных на его пути ловушек!
Маркиз рассмеялся.
— Ты смущаешь Тарину, — шутливо произнес он. — И потом, это вовсе не она поймала меня, а, наоборот, я ее!
Бетти обняла Тарину и поцеловала.
— Ах, дорогая, как чудесно! — вымолвила она. — Мы с Гарри так счастливы, что нам хочется, чтобы все вокруг тоже были счастливы.
— Только так и можно чувствовать себя в Сиаме, — заметил маркиз.
— В Стране улыбок! — добавила Тарина.
— Итак, первым делом нам нужно пойти в британское посольство, — вернул всех к действительности практичный Гарри, — и узнать, когда и где мы можем пожениться.
— Я не думаю, что тут возникнут какие-нибудь сложности, — сказал маркиз. — А поскольку ты, Гарри, хочешь побыстрее вернуться в Англию, нам нужно покончить с формальностями как можно скорее!
— Как чудесно, что мы с Тариной выйдем замуж именно здесь, в Сиаме! — воскликнула Бетти. — Меня беспокоит только одно — найдутся ли у нас достаточно красивые платья, чтобы удовлетворить взыскательный вкус двух самых привередливых женихов на свете…
— Дорогая, что бы ты ни надела — или чего бы не надела, — я буду в восторге! — прошептал Гарри ей на ухо.
Бетти покраснела и взглянула на жениха. Казалось, нет в мире в эту минуту двух более счастливых людей.
Наблюдать за влюбленными, когда влюблен сам, — занятие довольно утомительное, поэтому маркиз, стремящийся как можно скорее оказаться наедине с Тариной, увлек ее к себе в кабинет.
По пути он остановил стюарда, оказавшегося в этот момент в коридоре, и приказал:
— Заложите карету. Она должна быть готова через полчаса — мы едем в британское посольство.
— Слушаюсь, милорд!
Как только стюард отправился выполнять приказание, маркиз вместе с Тариной скрылся в кабинете и закрыл дверь.
— У меня есть еще полчаса, чтобы сказать, как я люблю тебя! — объявил он.
Взглянув на обрывки письма, лежащие на полу, Тарина предложила:
— А может быть, мне лучше оставить тебя одного? Ты ведь собирался написать лорду Розбери другое письмо.
— Это не к спеху.
Обняв ее и прижав к груди, маркиз потребовал:
— Ну а теперь признайся честно — тебе не стыдно, что ты заставила меня так волноваться?
Тарина ответила ему недоуменным взглядом. Маркиз поспешил объясниться:
— Тебе прекрасно известно, что я занимаю довольно высокое положение в обществе, не только как глава старинного рода, но и как президент, патрон или попечитель десятка различных организаций. Естественно, меня волновало то, что мои родственники могут не одобрить моего выбора.
— А ты абсолютно уверен, что теперь… они одобрят его?
— Я уже говорил тебе, дорогая, что готов пожертвовать всем, лишь бы ты стала моей женой. Но сейчас все упростилось. Я знаю, что отец Бетти был весьма почтенным сельским сквайром, а ее и твоя мать принадлежали к семье почти столь же старинной, как и моя собственная.
— Но как тебе удалось все это выяснить? — изумленно воскликнула Тарина.
— Будучи человеком весьма педантичным — это мое незыблемое правило в жизни, — я люблю знать все о людях, которыми дорожу, — с расстановкой произнес маркиз.
Тарина слегка отодвинулась и посмотрела ему в глаза.
— А если бы я действительно оказалась никому не известной француженкой мадемуазель Жанзе? Что тогда?
— Я все равно бы женился на тебе, — ответил маркиз, — потому что люблю тебя и не могу потерять девушку столь чистую, совершенную и прекрасную, которая к тому же настолько близка мне духовно. — И со вздохом облегчения добавил: — Но боги оказались милостивы ко мне, дорогая — ведь всегда приятнее плыть по течению, чем против него.
— Но неужели ты действительно был готов жениться на… «мисс Никто»? — допытывалась Тарина.
— Я ведь уже ответил тебе. Никто еще не вызывал во мне таких чувств, как ты. Пока я не встретил тебя, я и не подозревал, что любовь — это поистине дар Божий! Неужели ты думаешь, что я отказался бы от счастья?
Как только маркиз произнес эти слова, у Тарины исчезли остатки сомнений. Приблизившись к нему, Она обвила руками его шею и пролепетала:
— Я люблю тебя! Но я не могу подарить тебе ничего, кроме своей любви… Разве этого достаточно?
Маркиз понял, что для Тарины этот вопрос действительно очень важен. Приняв серьезный вид, он ответил:
— Только это мне и нужно. — И шутливым тоном, хотя и имея в виду нечто значительное, добавил: — Мы с тобой так счастливы, дорогая, что можем осчастливить весь остальной мир. Ведь не всем же повезло так, как нам!
Именно этого ответа Тарина и ждала. Ее глаза засветились радостным светом, и, так как ей не хватало слов, чтобы выразить свое счастье, она просто посмотрела на маркиза сияющими от счастья глазами.
Поцелуй длился так долго, что у обоих перехватило дыхание. Когда к Тарине наконец вернулся дар речи, она попросила:
— Пожалуйста, научи меня всему, что я должна знать в качестве твоей жены!
Маркиз молчал, и она продолжала:
— Я ведь могу совершить какой-нибудь промах, и тебе будет стыдно за меня…
Он заглянул ей в глаза и сказал:
— Я научу тебя любви, дорогая, я буду защищать тебя и заботиться о тебе, так что ты не совершишь ни единой ошибки. — И торжественным тоном добавил: — Что значит соблюдение светских условностей по сравнению с твоим даром дарить любовь! Я почувствовал это сразу, как только увидел тебя…
И маркиз снова страстно поцеловал Тарину. Наконец они разжали объятия, и он заметил:
— Карета будет здесь через несколько минут, дорогая. Пойди надень шляпку, и мы отправимся в ювелирную лавку. Тебе, должно быть, известно, что Бангкок славится своими драгоценностями. Вот почему по дороге в посольство я намерен остановиться и купить тебе самое красивое кольцо. Оно навеки свяжет меня с тобой!
— Звучит весьма заманчиво, — признала Тарина, — но мне кажется, что прочнее всего меня свяжут с тобой не сиамские или любые другие драгоценности, а твои поцелуи…
Маркиз решил тут же удостовериться в ее словах, но Тарина с лукавой улыбкой, озарившей ее лицо, как солнце, уже выскользнула из его кабинета.
С минуту он стоял неподвижно и смотрен вслед невесте, затем подошел к джатакам.
— У меня такое чувство, что я околдован, — произнес он вслух, обращаясь к картинам.
И ему почудилось, что джатаки ответили в один голос:
— Мы помогли тебе найти свою звезду!..


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Найти свою звезду - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Найти свою звезду - Картленд Барбара



Тупой бред: 2/10.
Найти свою звезду - Картленд БарбараЯзвочка
16.03.2011, 15.46





Блин ну и бред. Мне не нравится.
Найти свою звезду - Картленд Барбараянка
23.02.2016, 12.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100