Читать онлайн Найти свою звезду, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Найти свою звезду - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Найти свою звезду - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Найти свою звезду - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Найти свою звезду

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Стоя у иллюминатора в своей каюте, Тарина наблюдала за тем, как гости маркиза удаляются по причалу, к которому только что пришвартовалась «Морская сирена».
Вначале она увидела Бетти и в очередной раз отметила, как хороша ее кузина. Потом взгляд девушки упал на леди Лорейн. Эту милую, добрую даму с приятной улыбкой и нежным голосом Тарина никогда не забудет.
Она оказывала леди Лорейн лишь кое-какие мелкие услуги, но они неизменно принимались с благодарностью и одобрением, которые трогали Тарину до слез.
— Вы такая хорошенькая, — как-то сказала ей леди Лорейн. — Я уверена, что вы могли бы найти себе более интересное занятие, чем служить горничной.
— Я довольна своим положением, — мягко возразила Тарина.
— Ну что же, в таком случае лучшего и желать нельзя, — с улыбкой произнесла леди Лорейн. — Позвольте еще раз поблагодарить вас, мадемуазель, за то, с каким искусством вы привели в порядок мое платье.
За дамами, осторожно спускавшимися по трапу, следовали мужчины. Первым шел Гарри Прествуд, за ним — лорд Лорейн, а замыкал шествие маркиз.
Всякий раз, когда Тарина сталкивалась с этим человеком, ее не покидало ощущение, что он отличается от остальных обитателей яхты. Более того — он оказывал на нее какое-то магическое воздействие, хотя девушка и не сумела бы объяснить, какое именно.
Неведомая сила влекла ее к маркизу. Когда она слышала его голос, то чувствовала, что ее будто пронизывают таинственные токи. «Что со мной творится?» — задавала себе недоуменный вопрос Тарина.
И даже не видя маркиза, она постоянно ощущала его присутствие на яхте.
Виделись они и в самом деле редко, но воздействие сильной личности маркиза девушка испытывала на себе постоянно.
Тогда она решила, что будет лучше вообще избегать его, и старалась не появляться на палубе, когда там прогуливался маркиз — в одиночестве или в компании своих друзей.
Даже за книгами Тарина заходила в его кабинет лишь тогда, когда была уверена, что маркиз обедает или спустился на берег — так случалось всякий раз, когда яхта заходила в очередной порт.
Красное море встретило путешественников такой невыносимой жарой, что Бетти и другие гости предпочитали в безделье лежать под тентом.
— Даже разговаривать неохота, такая жара, — пожаловалась кузине Бетти и, подумав, добавила: — А впрочем, у леди Миллисент всегда находятся темы для бесед с маркизом.
Тарина ничего не ответила. В последнее время у нее появилось ощущение, что Бетти, как это ни странно, вовсе не досадует на леди Миллисент за то, что та овладела вниманием маркиза.
Вскоре произошло событие, которое повергло Тарину в шок и заставило круто изменить мнение о маркизе.
В тот день стояла немыслимая жара. Солнце палило нещадно, и в воздухе не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Когда компания отправилась в салон обедать, Тарина поняла, что больше не сможет просидеть взаперти ни минуты. Поднявшись на палубу, она вспомнила, что Хант в свое время показал ей укромное место, где она могла бы сидеть и читать.
Это место было на достаточном расстоянии от части палубы, накрытой тентом, поэтому Тарина решила, что уж здесь-то гости маркиза ни за что не увидят ее.
Стояла дивная ночь. Все небо было усыпано звездами. Они отражались на гладкой поверхности воды, лишь слегка волнуемой движением яхты. Неспешно продвигаясь вперед, она оставляла за собой фосфоресцирующий след.
Картина была так хороша, что, заглядевшись, Тарина, совсем потеряла счет времени.
Затем она подняла голову и начала смотреть на звезды. Казалось, они тоже внимательно изучают девушку и даже посылают некий тайный сигнал обитателям крошечного островка под названием Земля, затерянного в глубинах мироздания.
«Вокруг такая красота! Почему же люди умудряются ее испортить?» — подумала Тарина, завороженная великолепием того, что предстало ее взору.
В небе медленно плыла бледная луна, заливая все вокруг волшебным сиянием, которое вместе с блеском далеких звезд и отливающей серебром морской водой делало эту ночь поистине фантастической.
Тарина была погружена в свои мысли. Ей вспоминалось все то, что она прочла во время путешествия. Она чувствовала, что ее дух стремится слиться с чем-то во Вселенной, это «что-то» пока было трудно определить, но оно составляло часть ее самой.
Вдруг, очнувшись от грез, девушка поняла, что уже, должно быть, очень поздно — до нее не доносилось ни звука, и она догадалась, что все давно ушли спать.
Она встала, потянулась, чтобы размять затекшие от долгого сидения члены, и не спеша пошла по палубе, которая, судя по всему, в это время должна была быть пустой. Тарина не успела сделать и нескольких шагов, как вдруг увидела неподалеку от нее, там, где кончается тент, две фигуры.
Она поспешно отступила в тень и прислонилась к палубной надстройке, надеясь, что здесь ее не заметят.
Оказалось, что на палубе стояли маркиз и леди Миллисент. Тарина услышала, как маркиз сказал:
— Вот та звезда, что я собирался показать вам.
В его голосе девушка вновь почувствовала те странные, волнующие нотки, которые всегда оказывали на нее магическое воздействие.
С этими словами маркиз протянул руку к небу, а леди Миллисент томным голосом произнесла:
— Меня интересуют не звезды, а вы, Вивьен.
И она мягко привлекла его к себе.
В тот вечер на леди Миллисент было ажурное платье с блестками — Тарина сама помогала миледи надеть его перед обедом, — и сейчас, залитая светом луны и звезд, она вся сверкала, как будто только что возникла из морской пены.
В первый раз в жизни Тарина увидела страстный поцелуй мужчины и женщины.
Глядя на маркиза и леди Миллисент, слитых в любовном объятии, она почувствовала, как у нее защемило в груди. Никогда раньше она ничего подобного не испытывала.
Наконец маркиз оторвался от леди Миллисент, и Тарина услышала ее слова:
— Вы всегда действуете на меня возбуждающе, Вивьен. Но мне недостаточно просто обнимать вас… Так что не мешкайте, мой прекрасный возлюбленный!
Ее голос дрожал от плохо скрываемой страсти.
Она повернулась и начала спускаться вниз с той грацией, которая делала ее, на взгляд Тарины, похожей на змею, уползающую в темноту.
Маркиз еще на некоторое время остался на палубе, потом снова поднял голову к небу.
В этот момент яхта, должно быть, слегка изменила курс, и лунный свет упал как раз в то место, где, притаившись, стояла Тарина.
Маркиз увидел, что глаза девушки широко раскрыты от удивления.
Пораженный, он застыл, не в силах двинуться с места. Тарина почувствовала, что слова застряли у нее в горле.
Придя в себя, маркиз тихо сказал:
— Наверное, вы поднялись на палубу, чтобы полюбоваться звездами. Вот и смотрите вверх, а не вниз.
Слова прозвучали отрывисто, словно приказ, но в то же время у Тарины было странное ощущение, что в них содержится некая мольба. Однако она не могла понять, о чем и почему маркиз умоляет ее.
Она не проронила ни звука, и вскоре маркиз повернулся и направился туда, где за минуту до этого скрылась леди Миллисент.
Вернувшись к себе в каюту, Тарина заметила, что дрожит. Она была шокирована, более того — оскорблена.
Теперь она понимала, как глупо и наивно с ее стороны было не замечать, что леди Миллисент вовсе не флиртует с маркизом. Оказывается, они любовники!
«Но как, как она может так себя вести? — спрашивала себя Тарина. — Она же замужем!»
То, что она увидела на палубе, было так странно, так удивительно, так не похоже на то, с чем девушка сталкивалась до сих пор, живя в приходе, что щеки ее и сейчас горели от смущения и гнева.
Неужели ей это не приснилось, неужели она и вправду видела свидание любовников?
«Как я могла быть такой дурой! — укоряла себя Тарина. — Мне следовало знать, что для дам вроде леди Миллисент не существует нравственных преград…»
То, что произошло на палубе, словно открыло Тарине глаза, и многое из того, что было для нее прежде загадкой, стало ясным как божий день.
Ей припомнились сплетни про принца Уэльского, то неодобрение, с которым ее отец всегда говорил о дамах, пользовавшихся благосклонностью его высочества… Да и у Бетти порой вырывались довольно откровенные замечания.
Правда, видя неискушенность кузины, леди Брэдуэлл тут же меняла тему разговора, но выражение ее лица говорило о многом.
Так, значит, они любовники!
Это слово Тарина привыкла ассоциировать с Ромео и Джульеттой или с героями любовных романов, которыми она зачитывалась с отрочества, не отдавая себе, впрочем, отчета в том, что на самом деле оно означает.
Неужели замужняя женщина вроде леди Миллисент, которая едет в Индию к мужу, может лечь в постель с посторонним мужчиной? Эта мысль мучила, не давала Тарине покоя.
Такое поведение недопустимо! Лежа без сна в своей каюте, Тарина думала, что Бетти не пристало водить компанию с этими безнравственными людьми.
И вдруг Тарину молнией прожгла мысль о том, что ведь и Бетти может сыграть в жизни маркиза такую же роль, какую пока играет леди Миллисент!
«Неужели она на это способна?» — в ужасе задавала себе вопрос Тарина.
Правда, она тут же вспомнила, что Бетти не замужем. У девушки отлегло от сердца.
Значит, маркиз может жениться на ней. Да она и сама этого хочет и наверняка простит ему эту слабость — увлечение леди Миллисент.
Однако все это так ужасно, так унизительно для Бетти!
Боясь даже услышать шаги маркиза, направляющегося в каюту леди Миллисент, девушка заткнула уши.
«Это ужасно, безнравственно! Папа наверняка был бы шокирован таким поведением!» — как заклинание, повторяла Тарина.
Сама она была так потрясена, что не смогла уснуть до утра.
Через несколько дней яхта достигла Калькутты, и, к радости Тарины, леди Миллисент покинула судно.
Как ни странно, на Бетти эта новость не произвела особого впечатления, и девушка сочла за благо не обсуждать с кузиной эту тему.
Вообще Бетти вела себя как-то странно — была тиха и задумчива. Тарина даже подумала, что кузина не совсем здорова.
— Может быть, ты не будешь сегодня вставать? — предложила она, войдя утром к Бетти и обнаружив, что та очень бледна.
— Ну что ты! — запротестовала кузина. — Я уже встаю.
— Но ты выглядишь очень усталой, дорогая.
— Это от жары, — томным голосом проговорила Бетти. — Говорят, что завтра будет прохладнее.
И действительно, как только задул прохладный юго-западный ветер, стало свежее, но тем не менее Бетти оставалась непохожей на себя — реже смеялась и часто пребывала в задумчивости.
«Очевидно, — думала Тарина, — она страдала от неверности маркиза. Но теперь, когда эта ужасная леди Миллисент наконец покинула яхту, все наверняка наладится».
Как-то к Тарине обратилась леди Лорейн с просьбой зашить ей платье.
— Мне не хотелось просить вас об этом раньше, мадемуазель, — объяснила леди Лорейн своим мягким, приятным голосом, — ведь вам приходилось прислуживать леди Миллисент. Но если бы вы смогли починить мое платье, я была бы вам очень благодарна. Должна признаться, что сама я не в ладах с иглой.
— Конечно, я с удовольствием сделаю это, миледи, — ответила Та-рина. — У меня теперь и в самом деле много свободного времени.
— Мне доводилось слышать, что леди Миллисент — весьма требовательная дама, — с улыбкой заметила леди Лорейн.
— Весьма! — подтвердила Тарина.
Б голосе пожилой леди слышалось неодобрение не только требовательностью, но и предосудительным, на взгляд Тарины, поведением темноглазой сирены.
— Зато отныне у нас будет славная, уютная компания, — продолжала леди Лорейн, как будто рассуждая сама с собой. — А леди Миллисент вносила некоторую дисгармонию в наш кружок.
Тарина хотела было поделиться с собеседницей своими наблюдениями и мнением о характере и поведении леди Миллисент, но потом решила, что вряд ли горничная имеет право на такую фамильярность.
Захватив платье леди Лорейн, девушка отправилась к себе в каюту.
Через день яхта достигла реки Чао-Прая. Тарина пришла в восторг при виде этого зрелища, но поделиться своими эмоциями могла лишь с Хантом.
Из книг, взятых в библиотеке маркиза, ей было известно, как важна для Сиамского королевства эта водная артерия, которую западные географы называли «Менам», что значит «Большая вода».
Благодаря владению этой рекой правители Аютии сумели завоевать территорию, составляющую в настоящий момент государство Сиам.
Яхта медленно продвигалась вверх по реке, по направлению к Бангкоку. Тарина с интересом оглядывала многочисленные джонки, корабли и баржи, сновавшие по водной глади во всех направлениях.
Внимательно осмотрев берег, она поняла, почему король Сиама так встревожился, когда в прошлом году французские канонерки вошли в реку и открыли огонь по прибрежным селениям.
Деревянные домишки стояли прямо в воде на сваях, и, конечно, их обитатели могли пострадать от действий французов.
Яхта причалила к берегу, и перед Тариной открылся вид на отдаленные храмы и дворцы Бангкока. Да, этот город поистине был способен вызвать восторг и восхищение!
Теперь все ее мысли были заняты тем, как бы попасть на берег, увидеть вблизи все это великолепие.
Однако Хант заверил ее, что, пока маркиз будет занят переговорами с королем Сиама, она сумеет осмотреть все городские достопримечательности.
— Надеюсь, что так и будет, — заметила Тарина.
Она вышла на палубу рано утром, когда все обитатели яхты еще спали. Меж тем река уже ожила: туда-сюда сновали джонки и баржи, а над этой картиной всеобщей суеты безмятежно возвышался роскошный королевский дворец.
Через некоторое время Тарина увидела, как маркиз, облаченный в белые брюки и голубую куртку, спускается по трапу на берег, и вдруг ей страстно захотелось быть рядом с ним.
Девушка знала — об этом ей поведала кузина, — что маркиз и его гости приглашены во дворец на встречу с королем Чулалонгкорном.
Предполагалось, что после завтрака у его величества гостям покажут все красоты Бангкока.
— Как вам повезло, ты даже не представляешь! — вздохнула Тарина, стыдясь овладевшего ею чувства зависти.
Разумеется, ей не пристало сожалеть о чем-либо. То, что Тарине довелось побывать в Сиаме — стране, куда ее не уводило даже самое смелое воображение, — и так, без сомнения, было большой удачей.
Пусть она не увидит знаменитого правителя этой страны, но зато может сколько угодно любоваться великолепной рекой и сверкающими золотыми пагодами Бангкока.
Как только маркиз с компанией скрылись из виду, Тарина выбежала на палубу, чтобы поближе рассмотреть лодки, проплывавшие мимо яхты, и людей на берегу. Погода стояла великолепная, только, пожалуй, немного мешала излишняя влажность теплого тропического воздуха.
Во время путешествия Тарина прочла столько книг о Сиаме, в каждой из которых упоминалось о дружелюбии здешних обитателей, что ничуть не удивилась, заметив, что и впрямь все люди, включая детей, весело улыбаются.
Некоторые даже махали ей руками, проплывая мимо в джонках, и Тарина с радостью отвечала на их приветствия.
В это время к ней подошел Хант и сказал:
— Как только управлюсь с делами, мамзель, могу пойти с вами на берег. Вижу, что вам этого до смерти хочется!
— Ну конечно! — воскликнула Тарина. — Я умираю от любопытства. Можно, я буду задавать вам вопросы?
— Конечно, — разрешил Хант. — А для начала могу сообщить, что мы сейчас находимся прямо напротив Восточного отеля, в котором обычно останавливаются всякие шишки. — Указав на величественное здание, он добавил: — Если хорошенько присмотреться, то за деревьями наверняка можно увидеть принцев, лордов и других богачей!
Тарина, рассмеявшись, взглянула в ту сторону, куда показывал камердинер, и ее взору предстал отель в окружении кокосовых пальм.
— Говорят, что его построил какой-то капитан, — продолжал Хант, — специально для путешествующих по морям. Выходит, для нас с вами, только, сдается мне, мы вряд ли туда попадем.
— И когда же он был построен? — поинтересовалась Тарина.
— Да уж давненько, лет сто назад. Вас еще тогда и на свете не было.
Тарина засмеялась.
— А вот если бы вы увидели короля… — мечтательно произнес Хант. — Он мужчина что надо — ведь у него семьдесят семь детей!
— Не может быть! — воскликнула Тарина.
— Провалиться мне на этом месте! — убежденно сказал Хант. — Причем из них тридцать два сына.
Незаметно подошло время ленча. Спустившись к себе в каюту, Тарина обнаружила, что поднос с едой уже поджидает ее.
На этот раз кок приготовил один из своих шедевров, который в холодном виде был ничуть не хуже, чем в горячем.
Правда, было слишком жарко, и девушка поела совсем немного. Когда она снова вышла на палубу, Ханта там не было. «Должно быть, он еще завтракает», — решила Тарина.
В ожидании камердинера она решила обменять книги.
На опустевшей яхте было тихо. Войдя в апартаменты маркиза, Тарина направилась в кабинет. Бот она, эта сокровищница, хранящая столько замечательных произведений, которые скрасили девушке долгое путешествие и многому научили!
Тарина чувствовала, что благодаря прочитанному она стала совершенно другим человеком, совсем не таким, каким была в Англии.
Войдя в кабинет, она издала восхищенный возглас — ее взору предстали три картины, две из которых помещались на стульях, а одна — на письменном столе.
Тарине хватило одного взгляда, чтобы понять, что это такое. Из книг, посвященных Сиаму, она знала, как выглядят великолепные росписи, украшавшие стены буддийских храмов и носившие название «джатака».
Часто эти росписи служили иллюстрациями к древним преданиям и легендам, уходящим корнями в те времена, когда в Индии еще не существовало буддизма.
Когда Тарина читала об этой живописи, ей и в голову не могло прийти, что она сама сможет когда-нибудь увидеть джатаки, — ведь они находились в основном не в Бангкоке, а в храмах, расположенных в отдаленных провинциях страны.
И вот перед ней тщательно выполненные репродукции древнейших росписей!
Сделанные в изящной манере, в какой обычно пишутся миниатюры, они в то же время были достаточно велики, чтобы дать представление о том, как выглядят оригиналы на стенах буддийского храма.
Как правило, эти росписи изображали мифические существа и различные божества и должны были не только развлекать зрителя, но и учить его.
Репродукции, представшие взору Тарины, без сомнения, прославляли мужество, любовь, доброту, мудрость, терпение и истину.
В них содержалось некое мистическое начало, к которому невольно влекло сердце и душу девушки.
Всматриваясь в эти удивительные картины, она пыталась понять, что хотел сказать их безымянный автор, чему он учил и продолжает учить всех буддистов на протяжении столетий.
Дверь в кабинет открылась. «Это, должно быть, Хант», — подумала Тарина, немного раздосадованная тем, что он прервал то состояние молитвенного восторга, в которое она была погружена.
— Как они прекрасны! — воскликнула она.
— Я знал, что они вам понравятся, — услышала девушка у себя за спиной.
Тарина вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял маркиз.
Застигнутая врасплох, она смотрела на маркиза во все глаза, забыв в эту минуту ту роль, которую играла до сих пор.
Солнечные лучи, пробивавшиеся через иллюминатор, зажгли золотым сиянием ее чудесные волосы. В этот момент девушка выглядела так, словно сама сошла с восточной миниатюры.
Из-за жары на Тарине было не привычное черное платье, которое, по ее мнению, приличествовало горничной, а одно из бледно-лиловых, подаренных ей Бетти. Кузина считала, что в них Тарине будет удобно в жаркую погоду.
Превосходно сшитое платье выгодно подчеркивало тонкую талию девушки, облегало стройные бедра и спадало к ногам каскадом шелка и тончайшего шифона.
Видя, что маркиз с некоторым изумлением оглядывает ее, Тарина попыталась овладеть собой и с усилием пролепетала:
— Извините, пожалуйста…
Маркиз вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.
— Я полагаю, вы пожаловали сюда, чтобы поменять книги, — произнес он ровным тоном. — Вы ведь всегда это делали в мое отсутствие.
— Как вы догадались?
— На леди Лорейн это не похоже. Да и вряд ли, прочтя за короткое время такое множество книг, она осталась бы в совершеннейшем неведении относительно их содержания.
Тарина перевела дыхание:
— Прошу простить… Наверное, с моей стороны было неслыханной дерзостью брать книг без спросу… Но я боялась, что, если спрошу разрешения, вы откажете мне.
Давая эти неуклюжие объяснения, Тарина понимала, что любому слуге и впрямь было совершенно непозволительно так вести себя. В попытке спасти положение она добавила:
— Только я очень прошу вас — не гневайтесь на вашего слугу! Во всем виновата только я одна. Конечно, с моей стороны было очень нехорошо брать книги тайком, но они так много значат для меня…
— Вам они на самом деле понравились? — поинтересовался маркиз.
Глаза Тарины засветились восторгом, придав девушке еще большее очарование.
— Я как раз недавно размышляла над тем, что благодаря книгам, прочитанным на яхте вашей светлости, я… очень изменилась.
— Изменились? Что вы имеете в виду?
— Из ваших книг я многое узнала. Как говорил мой отец, передо мной открылись новые горизонты.
Наступило молчание, которое нарушил маркиз:
— А сейчас вы пришли в восторг от моих картин, не так ли?
Тарина перевела взгляд на миниатюры и ответила:
— О да! Они прекрасны. Я читала о джатаках, но никогда не думала, что мне доведется когда-нибудь увидеть их.
— А теперь, когда вы их видите, что вы о них думаете? — снова спросил маркиз.
Тарина помолчала, стараясь собраться с мыслями, а потом медленно сказала:
— Я знаю, что на протяжении столетий эти картины учили людей. Но то, чему именно они учат, очень трудно определить словами.
Маркиз подошел поближе к девушке, и они вдвоем стали рассматривать джатаку «Темия». Эта картина была выполнена в превосходной цветовой гамме и изображала множество людей в самых разных положениях.
Каждая человеческая фигурка была как бы отдельной миниатюрой, но в то же время их объединяло некое общее начало. Чем больше Тарина всматривалась в джатаку, тем яснее становился для нее ответ на поставленный маркизом вопрос.
— Мне кажется, — задумчиво начала она, — что эти изображения нужно постигать не глазами, а чувствами или, вернее сказать, душой…
Маркиз молча слушал, а потом тихо сказал:
— Вы очень точно выразили то, что я сам тщетно пытался определить.
— Так вы понимаете, что я хочу сказать? — вдохновенно вопросила Тарина. — Эти старинные картины говорят с нами на своем особом языке, и нам нужно научиться постигать его.
Снова наступило молчание, и вдруг маркиз резко спросил:
— Кто вы?
Тарина вздрогнула от этого неожиданного вопроса.
Видя, что она не торопится с ответом, маркиз продолжал:
— Мне известно, что здесь, у меня на яхте, вы появились в качестве горничной леди Брэдуэлл, но мне хотелось бы знать, кто вы на самом деле. — Помолчав с минуту, он добавил: — Я, например, не верю, что вы француженка, хотя вы и выдаете себя за нее.
Тарина хотела было ответить, как они и уславливались с Бетти, что ее отец был французом, а мать — англичанкой.
Но она совершенно не умела лгать, поэтому, вместо того чтобы дать маркизу вразумительный ответ, покраснела до корней волос, чувствуя, что этим вьщает себя еще больше.
— Я уверен, что существует вполне разумное объяснение того, зачем леди Брэдуэлп взяла вас с собой, — продолжал маркиз. — Но меня интересует другое — почему вы так отличаетесь от остальных моих гостей и почему, глядя на эти миниатюры, вы чувствуете в точности то же, что чувствую я.
— Это действительно так? — спросила Тарина. — Не могу поверить, что вы…
Она запнулась, в ту же минуту поняв, что ее дальнейшие слова могут показаться невежливыми.
— …Что я могу чувствовать то же, что и вы? — докончил за нее маркиз. — Полагаю, ваша недоверчивость имеет под собой все основания. Дело в том, что, когда я был в этих краях четыре года тому назад, в одном из буддийских храмов я встретил художника, который делал репродукции с настенных росписей. Тогда же я попросил его сделать копии и для меня. — Немного помолчав, маркиз с улыбкой продолжал: — Сам я совсем забыл, что сделал такой заказ, но жители Сиама — очень трудолюбивые и обязательные люди, к тому же не замечающие течения времени. Четыре года для них проходит, как одно мгновение. Не успели мы вчера вечером пристать к берегу, как мой художник уже принес свою работу.
— Я чрезвычайно рада, что мне удалось увидеть эти картины.
— Я так и думал, — с расстановкой произнес маркиз. — Но все же мне хотелось бы получить ответ на свой вопрос.
— Я полагаю, милорд, что в этом нет никакой необходимости. Мне кажется, вам вообще не следует замечать меня.
— Чепуха! — резко бросил маркиз. — Как я могу не замечать вас? Да я постоянно ощущаю ваше присутствие, даже если вы находитесь в другом месте!
Тарина не сводила с маркиза изумленного взгляда и вдруг, повинуясь минутному порыву, воскликнула:
— Неужели вы чувствуете по отношению ко мне то же, что…
Она умолкла, понимая, что ее дальнейшие слова могут прозвучать слишком откровенно, и маркиз сам закончил за нее эту фразу:
— …вы чувствуете по отношению ко мне!
Переведя взгляд на картины, он задумчиво произнес:
— По-моему, в дальнейших объяснениях нет нужды. Я прочел все книги по буддизму — а их у меня великое множество, — ив каждой говорится, что наше нынешнее существование — не единственно возможное.
Наступило молчание. Маркиз как будто обдумывал что-то. Собравшись с мыслями, он не торопясь продолжал:
— Вы не отрицаете, что мы оба неким таинственным образом ощущаем присутствие друг друга. Мне кажется, это происходит потому, что мы уже встречались в какой-то другой жизни, и наши души, обладающие большей проницательностью, чем наши глаза, знают об этом.
— Вы и вправду верите во все это? — спросила Тарина.
— Я в этом просто уверен, — подтвердил маркиз, — да и вы, я полагаю, тоже.
Взволнованная девушка отвела взгляд и сказала:
— Мы с отцом часто говорили на эту тему. Он считал буддизм единственно правильной и логически совершенной религией и полагал, что человек, проникнувшийся буддийской философией, непременно поймет, насколько она близка традиционным христианским ценностям.
Маркиз улыбнулся:
— Ну а теперь, я полагаю, настало время, чтобы вы наконец рассказали мне, кто вы такая. Не могли же вы и в самом деле сойти с одной из этих чудных картин, чтобы позабавить и озадачить меня!
— Прекрасное объяснение! — одобрительно заметила Тарина. — И не будем больше об этом… Давайте, милорд, оставим все как есть. — Заметив, что маркиз собирается что-то сказать, она поспешила добавить: — Так как не приходится рассчитывать на то, что я снова стану частью этой восхитительной джатаки, буду весьма признательна, если ваша светлость сочтет возможным доставить меня домой тем же способом, каким я попала сюда.
Только в этот момент Тарине впервые пришло в голову, что раз маркиз вернулся с прогулки, то за ним вскоре прибудут и остальные, и она торопливо сказала:
— Я должна идти. Наверное, ее светлость уже вернулась и ждет меня.
— Не спешите, — удержал ее маркиз. — Леди Брэдуэлл и остальные придут не скоро: им обещали показать королевский дворец. Я же видел его раньше и, как только закончил переговоры с королем, вернулся на яхту.
— В следующий раз я буду осторожнее! — пообещала Тарина. — Еще раз прошу прощения у вашей светлости за то, что воспользовалась библиотекой без разрешения.
Маркиз нетерпеливым жестом отмел ее извинения:
— Мой кабинет к вашим услугам в любое время, так же, как и мои картины.
Услышав эти слова, Тарина не могла скрыть своей радости.
— Благодарю вас от всего сердца! — прочувственно произнесла она. — Я не просто любуюсь джатаками — мне кажется, они завораживают меня! У меня такое чувство, что, глядя на них, я постигаю нечто более значительное, чем если бы прочла гору книг о буддизме.
В словах девушки слышался такой восторг, что маркиз, разумеется, не мог оставить его без внимания.
— И все же я хотел бы получить ответ на свой вопрос, — властно произнес он. — Откуда вы узнали обо всех этих вещах? Мне еще ни разу не доводилось обсуждать подобные темы с женщиной.
Тарина решила, что в данном случае можно сказать правду.
— Мой отец был ученым, специалистом по классической филологии, милорд, — начала она свои объяснения. — За свою диссертацию по восточной философии он получил степень доктора в Оксфордском университете.
— Как же ваш отец, дав вам такое прекрасное образование, допустил, чтобы его дочь стала горничной?
— Мой отец умер, милорд!
— Так вот почему вы в трауре! — произнес маркиз вполголоса, словно обращаясь к самому себе. — Ну что ж… Позвольте выразить свое восхищение вашим необыкновенно изысканным и, несомненно, дорогим нарядом.
Тарина уловила в голосе маркиза какую-то странную нотку, но не поняла, на что он намекает. И все же его поведение почему-то задело ее, и девушка с достоинством произнесла:
— Каждый раз, надевая одно из этих чудесных платьев, я благодарю Господа за то, что у меня теперь есть такие красивые и дорогие вещи.
Почему-то в этот момент Тарине вспомнилась сцена свидания маркиза и леди Миллисент, свидетельницей которого она невольно оказалась. Девушка прекрасно помнила то чувство отвращения, которое охватило ее, как только она поняла, какие отношения связывают этих людей.
И странное дело — Тарина негодовала не только на леди Миллисент за то, что та вела себя недостойным для замужней дамы образом. Ее почему-то задевало и поведение маркиза…
Должно быть, он догадался, о чем она думает, — глаза Тарины были слишком выразительны, — потому что вдруг резко бросил:
— Я ведь говорил вам, что нужно смотреть на звезды, а не на их искаженное земное отражение.
Прекрасно понимая, к чему относятся его слова, и не пытаясь скрыть своей догадки, Тарина после минутного колебания тихо сказала:
— Мне кажется, дурные поступки разрушают ту красоту, что Господь даровал нам…
— Но он же создал нас всего лишь слабыми людьми, — возразил маркиз. — Вы еще очень молоды и потому не можете снисходительно относиться к человеческим слабостям. Когда вы станете старше, то поймете, что человеку свойственно вечно стремиться к счастью.
Тарина сокрушенно вздохнула.
— Вы правы, — тихо сказала она. — Я и сама знаю, что очень невежественна и, наверное, глупа…
— Ни одно из этих определений к вам не подходит, — запротестовал маркиз. — Но вы должны постараться сохранить собственную чистоту. Нельзя прикоснуться к грязи и не испачкаться.
Тарина устремила на маркиза недоуменный взгляд.
— Людей портят не только их поступки, но и мысли, — пояснил он. — То, о чем вы сейчас думаете, глубоко вам чуждо. Да и мои картины учат вас совсем не этому!
— Вы правы… — задумчиво произнесла Тарина и, подумав, убежденно добавила: — Ну разумеется, вы абсолютно правы! Я и сама должна была догадаться об этом…
— Так вы обещаете мне выкинуть из головы все, что вас тревожит?
— Я… попытаюсь, — запинаясь, произнесла девушка, — но иногда это не такого легко…
— Это всегда нелегко, — веско заметил маркиз. — Но если бы все на свете доставалось нам легко, то человеку было бы не к чему стремиться, не за что бороться!
Тарина даже вскрикнула от изумления:
— Вы, разумеется, правы! Как только человек достигает цели, перед ним открывается новая. Как глупо с моей стороны, что я совершенно забыла об этом!
— А почему, как вы считаете, вы об этом забыли?
— Мне было страшно…
При этих словах Тарина вспомнила, в какое отчаяние повергла ее кончина отца, особенно когда она обнаружила, что осталась практически без всяких средств к существованию.
Как горячо она молилась, отправляясь в Лондон, чтобы кузина Бетти помогла ей!
И вот как раз в тот момент, когда она меньше всего этого ожидала, в жизни девушки сверкнул светлый луч надежды. Это произошло, когда кузина предложила ей отправиться вместе с нею в путешествие. Тьма рассеялась, все вокруг снова стало веселым и радостным.
— Путешествие, таящее в себе удивительные открытия! — как бы про себя произнесла Тарина.
Маркиз вздрогнул. Он отлично помнил, что именно эти слова произнес министр иностранных дел, обращаясь к нему с просьбой отправиться в Сиам. Помнится, лорд Розбери добавил, что, возможно, Вивьен найдет там звезду, которую тщетно ищет.
Слишком взволнованный таким совпадением, чтобы продолжать разговор с Тариной, маркиз решительно встал и направился к книжным полкам. С самой верхней из них он достал несколько книг.
— Вы наверняка еще не читали их, — сказал он. — Когда прочтете, мне будет интересно услышать ваше мнение. И я рад буду узнать, что дали эти книги вашему уму, а еще больше — вашей душе.
Тарина послушно взяла книги. Что-то подсказало ей, что течение их беседы нарушено и сейчас маркиз желал бы, чтобы она покинула его каюту.
Прижимая томики к груди, девушка направилась к двери. На пороге она остановилась, поклонилась маркизу и сказала:
— Благодарю вас, милорд, благодарю от всего сердца…
Выйдя из кабинета, она тихонько затворила дверь и потом поспешно, почти бегом, направилась к себе в каюту.
Тарину не покидало ощущение, что она спасается бегством от чего-то значительного и даже угрожающего, что надвигается на нее и от чего, как она в душе догадывалась, ей уже не будет спасения.
Девушке стало страшно. Она чувствовала, как у нее сильно колотится сердце. Ей казалось, что только что с ней произошло нечто таинственное, даже мистическое, что повергло в смятение ее невинную душу и взбудоражило все чувства.
Как она осмелилась так говорить, и с кем? С самим маркизом!
Как могла она настолько обнажить перед ним свои самые сокровенные мысли и чувства?
А его вопросы… Почему он задавал их? Неужели он и вправду считает, что между ними существует какая-то таинственная связь? А ведь порой ей самой так казалось…
«Нет, этого не может быть! — убеждала себя Тарина. — Это сон, наваждение, он не мог этого сказать!»
Она в изнеможении бросилась на кровать и попыталась собраться с мыслями. Но все так перепуталось, что ей казалось, будто она силится найти разгадку головоломки и не знает, с чего начать.
Одно Тарина знала твердо — маркиз совершенно не похож на того человека, образ которого она нарисовала в своем воображении, основываясь на словах Бетти. Более того, девушка почему-то была уверена, что истинную цену маркизу не знает никто, кроме нее самой.
Если она не ослышалась и он действительно произнес эти удивительные слова, тогда то, что говорят о маркизе в свете, представляя его неким вконец испорченным и циничным волокитой, не пропускающим ни одной юбки, просто ложь.
Этот портрет, возможно, представлял собой только одну половину его существа, в то время как другая, резко отличная от первой, была скрыта от посторонних глаз.
«А ведь человек и впрямь своеобразное соединение злых темных и светлых небесных сил», — подумала Тарина.
Только теперь она поняла слова отца. Он любил повторять, что в каждом человеке борются Бог и дьявол и каждый из нас сам волен выбирать дорогу, по которой будет шагать по жизни.
Погруженная в мысли о маркизе и о том, какое необыкновенное притяжение испытывают они друг к другу — подумать только, ведь она ощущает его с первой минуты, как ступила на борт «Морской сирены»! — Тарина вдруг с ужасом вспомнила, что ведь это благодаря Бетти она находится здесь. Как могла она так забыться, так некрасиво вести себя по отношению к кузине!
Ведь Тарине отлично известно, что Бетти, ее дорогая кузина, которую девушка любит всей душой и которой обещала помочь, страстно желает стать женой маркиза.
— Надеюсь, они будут счастливы, — сказала Тарина вслух.
При этих словах она испытала такую душевную муку, что даже себе самой не смела признаться в ее причине…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Найти свою звезду - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Найти свою звезду - Картленд Барбара



Тупой бред: 2/10.
Найти свою звезду - Картленд БарбараЯзвочка
16.03.2011, 15.46





Блин ну и бред. Мне не нравится.
Найти свою звезду - Картленд Барбараянка
23.02.2016, 12.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100