Читать онлайн Мгновения любви, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мгновения любви - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.67 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мгновения любви - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мгновения любви - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Мгновения любви

Читать онлайн


Предыдущая страница

Глава 7

— Все хорошо, успокойся, дорогая моя. Все хорошо! — шептал Пьер, пока Симонетта безуспешно пыталась справиться со слезами.
То были слезы облегчения. Вместе с ними уходили все страдания, разочарования и отчаяние этого вечера.
— Все хорошо, успокойся! — уговаривал ее Пьер. — Мы поженимся, и я не допущу, чтобы моя маленькая Венера стала несчастна.
— Я… не… несчастна, — с усилием выговорила Симонетта. — Я… счастлива… Пьер… но я думала, мне… нельзя… будет выйти за тебя замуж.
— Ты будешь моей женой, и я сделаю все, чтобы ты никогда больше не плакала, — с этими словами Пьер повернул ее лицо к себе и стал поцелуями осушать ее слезы.
Симонетта вся затрепетала от прикосновения его губ, словно жизнь возвращалась к ней.
Опять ее охватывал прежний восторг, и любимый увлекал ее в неведомые дали, где ее ждало чудо. Быть рядом с ним, принадлежать ему — разве это не чудо?
«Я люблю его… люблю его… люблю его!» — стучало ее сердце.
Откуда-то издалека к Симонетте пришла мысль, что ей следовало бы все-таки объяснить ему, почему вдруг оказалось, что нет никаких преград для их бракосочетания.
— ..Пьер… — начала она.
Но именно в этот миг они услышали шаги на дороге.
Она оцепенела.
Но тут Симонетта узнала фигуру отца, который направлялся из деревни к дому.
Стремительно выскользнув из объятий Пьера, девушка наклонилась над разрушенной галереей храма и тихо позвала, опасаясь, что ее может услышать граф, если он еще находится где-то поблизости:
— Папа! Папа!
Она не сомневалась, что и отец, и Пьер замерли, услышав ее зов.
— Папа! — снова окликнула девушка отца почему-то еще тише.
— Симонетта? — удивился герцог. — Где ты? Как вообще ты здесь оказалась?
Симонетта остановилась, ожидая у входа в храм.
Герцог направился к ней, пробравшись сквозь лавандовую изгородь.
— Что случилось? Почему ты не спишь?
Увидев Пьера, который появился за спиной Симонетты, он резко спросил:
— А это еще кто?
Симонетта взяла отца за руку.
— Послушай, папа, — начала она прерывающимся голосом, — не успел… ты уйти… в селение, как граф де Лаваль… подъехал в карете с двумя своими людьми… Он задумал… похитить меня и… увезти… силой.
Она заметила недоумение во взгляде отца, словно он не в, силах был поверить ни единому слову дочери.
— Увезти… силой… с собой? — переспросил он, повышая голос. — Какого дьявола, что ты хочешь этим сказать?!
Симонетта крепко сжала его руку.
— Не так громко… папа! Граф и его люди… могут быть в доме! Я… выскочила… в окно… и убежала. Я была просто в ужасе… Герцог де Монтрей… помог мне.
— Ничего подобного никогда не слышал, — гневно проговорил герцог.
— Но это все правда, сэр, — негромко вступил в разговор Пьер.
Герцог посмотрел на молодого человека, стоявшего на ступенях храма.
— Это вы герцог де Монтрей? Должно быть, это с вашим отцом я встречался на скачках.
От Симонетты не укрылось удивленное выражение лица Пьера, и, едва сдерживая смех, она пояснила отцу:
— Я… не… говорила ему… кто мы…
— Ему и не обязательно это знать, — возмущенно прервал ее отец, недовольный разоблачением их инкогнито. — Впрочем, если он был столь великодушен, что защитил тебя от этой свиньи Лаваля, я, естественно, чрезвычайно ему благодарен.
— И я… тоже, — пробормотала Симонетта.
— Благодарю вас, — повернулся герцог к Пьеру, — и хотя мне вовсе не хотелось бы, чтобы об этом знали здесь, в Ле-Бо, имею честь представиться — герцог Фарингем!
Глядя на пораженного Пьера, Симонетта уже не могла удержаться от смеха.
Пьер издал какой-то нечленораздельный звук, но для нее это прозвучало как победная песнь, которая уносила ее в звездное небо, где хор ангелов небесных пел песнь любви, подобную тем, что слагали трубадуры.


Стоя перед зеркалом в спальне и разглядывая свое отражение, Симонетта размышляла, сочтет ли Пьер, что она достаточно красива, чтобы носить его имя.
Она отослала экономку и горничных, которые помогали ей одеться. Было еще рано, и отец не был готов сопровождать ее в часовню. Ей же хотелось хоть несколько минут побыть одной.
За порогом этой комнаты ее ждало счастье.
Счастье, о котором она и не мечтала.
Сейчас все, что произошло с ними, казалось чудесной сказкой, в которой все препятствия, стоявшие у них на пути, исчезли по мановению волшебной палочки.
Семья Пьера принадлежала к высшей аристократии, чрезвычайно гордилась своими предками и фанатично оберегала честь рода.
Если бы Пьер ввел безродную юную художницу в их нормандский замок как жену главы рода, все члены семьи объединились бы против нее, и жизнь Симонетты стала бы невыносимой.
Даже любовь Пьера не спасла бы ее от страданий, не оградила бы от презрительных усмешек, язвительных замечаний, не помешала бы его родне полностью игнорировать ее.
Но дочь герцога, семья которого была известна в Англии ничуть не меньше, нежели семья Монтрей во Франции, — это нечто иное. Симонетту приняли с распростертыми объятиями.
Отныне можно было не опасаться, что прекратится род, известный со времен Карла Великого.
— Какая несправедливость! — заметила Симонетта. — Ведь какое бы имя я ни носила, я все равно остаюсь сама собой!
— Я убежден, бесценное мое сокровище, со временем они полюбили бы тебя. Но люди есть люди. Слава Богу, что нам дано пройти наикратчайшим путем к нашему счастью.
— Ты решил меня оставить, зная, что не можешь жениться на мне. Но и я знала, что мне не позволят выйти замуж за некоего Пьера Валери.
— И все-таки, любимая моя, я уверен: даже если бы весь мир объединился против нас, наша любовь все равно восторжествовала бы.
Пьер обнял любимую и продолжал:
— Но я готов на коленях благодарить Бога, Судьбу, даже этого мерзавца графа за то, что мы можем связать свои судьбы с благословения всех, кто нас любит.
Симонетта воскликнула:
— Представь только! Вдруг бы ты… покинул Ле-Бо! И тогда, даже если бы графу не удалось… увезти меня в Париж, мы с папой… вернулись бы домой… в Англию, и я никогда… никогда больше не увидела бы тебя!
Молодой человек так крепко сжал ее в своих объятиях, что Симонетта едва не задохнулась.
— Не смей об этом думать! Ты — моя, если когда-нибудь кто-нибудь попытается дотронуться до тебя, клянусь, я убью его!
И Пьер принялся целовать Симонетту. Страстно, неистово, требовательно. Он словно заново переживал страх потерять ее.
Труднее всего было объяснить отцу, каким образом герцог Монтрей, которого она якобы впервые повстречала в тот роковой вечер, оказался именно тем человеком, которого она полюбила всем сердцем и за которого желала выйти замуж.
В тот вечер отец с Пьером вернулись в дом, соблюдая меры предосторожности на случай, если граф и его люди еще не убрались оттуда.
Обнаружив, что все в порядке, мужчины выпили вина, а после того как каждый из них, не стеснясь в выражениях, выразил свое отношение к поведению графа, они почувствовали себя друзьями.
Более того, наутро они все вместе покинули Ле-Бо в одной карете и на одном поезде добрались до Парижа.
В Париже Пьер отправился в свой дом, а герцог предпочел остановиться с дочерью в той же самой тихой гостинице, в которой они останавливались по пути в Ле-Бо.
— Мне не хотелось бы встретиться с кем-либо из моих знакомых, пока я путешествую в этом платье, — признался герцог. — Кроме того, мне хотелось бы сохранить инкогнито здесь, во Франции. Иначе мне никогда больше не представится возможность приезжать сюда, чтобы рисовать и общаться с моими друзьями-импрессионистами. В этом удовольствии я не могу себе отказать.
— Как я вас понимаю, — улыбнулся Пьер. — Импрессионисты принимали меня как Пьера Валери. Только поэтому я многое смог узнать от них. Годы ушли бы у меня на то, чтобы добиться их расположения, если бы они узнали меня как герцога Монтрея.
Мужчины рассмеялись.
Когда Пьер стал прощаться, Симонетта решилась обратиться к отцу.
— Папа, герцог с удовольствием посмотрел бы наши картины. Пригласи его погостить у нас в поместье до нашего отъезда в Лондон.
— Дочь права, — согласился герцог, — но, боюсь, мы должны будем поспешить перебраться в Лондон, поскольку ей предстоит быть представленной ко двору уже в начале следующего месяца.
— По правде говоря, — признался Пьер, — я искал случая получить приглашение в Фарингем-парк, чтобы посмотреть вашу коллекцию, несомненно, одну из самых известных в мире. Ко всему прочему, мне хотелось бы взглянуть и на ваши собственные работы. Право, это чрезвычайно интересно.
Герцог был польщен и не заметил, как засветились глаза его дочери, когда Пьер пообещал уже через четыре дня прибыть в Фарингем-парк.
К счастью, от внимания отца ускользнуло и то, как молодой человек крепко-крепко сжал пальцы Симонетты, когда, прощаясь, она подала ему руку.
Прошло четыре дня, и Пьер действительно прибыл в Фарингем-парк. В первый же день молодые люди сразу после ленча отправились кататься верхом, и Симонетта показывала гостю поместье.
Остановившись на опушке леса, они спешились и привязали коней к поваленному дереву. Какое-то время влюбленные не спускали друг с друга глаз, а потом Симонетта оказалась в объятиях своего прекрасного принца.
Они целовались, пока у обоих не перехватило дыхание.
Земля ушла у них из-под ног. Вместо родного Симонетте английского парка их окружал таинственный свет, словно отраженные скалами Ле-Бо солнечные лучи.
— Я люблю тебя! Только Бог ведает, как я люблю тебя! — говорил Пьер. — Я не вынесу больше разлуку с тобой.
Сегодня же, как только вернемся, я попрошу у герцога твоей руки.
— Но… так… скоро.
— Мне кажется, будто прошли века, пока я наконец смог снова увидеть тебя. Если ты думаешь, что я могу вернуться во Францию, не получив согласия твоего отца на нашу свадьбу, ты очень и очень ошибаешься, — почти стонал Пьер.
— Думаю, если ты заговоришь с отцом как импрессионист с импрессионистом, он поймет, что любовь с первого взгляда столь же реальна, как реально отсутствие черной краски в палитре импрессионистов, — с улыбкой успокоила его Симонетта.
Пьер засмеялся.
— Дорогая моя, как же нам с тобой повезло! Мне не придется волноваться, как бы моя семья не сделала твое существование невыносимым! И твой отец не сочтет меня недостойным руки его дочери!
Он поцеловал девушку и добавил:
— Впрочем, я, конечно, далек от идеала! Да и кто в целом мире смог бы быть по-настоящему достойным тебя, столь совершенного и прекрасного создания! Но, поверь, никто в целом свете не сможет любить тебя сильнее меня!
— О, Пьер, я так тебя люблю! И я так благодарна тебе за, все! Ты прав… давай… поженимся… как можно скорее.
Герцог сначала удивился такой поспешности со стороны своего гостя. Но Пьер был исступленно красноречив.
Он убедил его, что не сможет вынести мук ревности, если Симонетта начнет выезжать в свет, не став его невестой. От одного опасения, что она может на балу увлечься кем-нибудь другим, он сойдет с ума.
Впрочем, герцог не сомневался в правильности выбора своей дочери. Герцог де Монтрей был очень богат и владел обширными поместьями во Франции.
Любой отец с радостью принял бы в семью такого зятя.
Но все это не играло бы для герцога-отца никакой роли, если бы он не видел, какое глубокое чувство испытывает его Симонетта к этому юноше. Никогда раньше не видел он дочь такой счастливой.
Итак, Пьер добился его согласия.
Через три недели после представления Симонетты ко двору в Букингемском дворце они с Пьером должны были обвенчаться. Из Франции ожидались родственники из клана Монтрей, но, поскольку они были католиками, церемонию решили провести в скромной часовне в Фарингем-парке.
Когда-то ее освятил католический архиепископ. В те времена дом существовал как часть монастыря, принадлежавшего ордену цистерцианцев
type="note" l:href="#FbAutId_8">8
. По особому разрешению Папы Римского было решено воспользоваться этой часовней, и кардинал римско-католической церкви прибыл из Лондона, чтобы совершить обряд венчания.
Пока шли все эти приготовления, Симонетта, как-то оставшись наедине с женихом, сказала:
— Я люблю тебя, дорогой. И я знаю, что мое решение будет приятно всем твоим родственникам, да и тебе тоже.
Поскольку мы собираемся пожениться, мне бы хотелось перейти в лоно твоей церкви.
Пьер недоверчиво посмотрел на девушку.
— Ты правда этого хочешь? — тихо спросил он.
— Мне кажется… как бы мы ни… называли себя… для тебя и для меня Бог един. Он заботился о нас с тобой все это время, он привел нас друг к другу и дал нам счастье.
— О да, Бог един. Но, дорогая моя, я глубоко тронут твоим решением принять католичество.
— Я хочу быть с тобой, верить вместе с тобой и молиться Богу подле тебя в твоей церкви.
Пьер, растроганный, прижал ее пальцы к губам и нежно-нежно поцеловал.
— Не могу выразить словами, какая же ты замечательная.


На церемонии венчания в часовне должны были присутствовать лишь самые близкие родственники, но гости на большой бал уже начали съезжаться.
Стояла великолепная солнечная погода, и многие из них прогуливались по саду, пили шампанское и ждали появления жениха и невесты.
Над огромным четырехъярусным свадебным тортом всю прошлую неделю колдовали повара, покрывая его сахарной глазурью и украшая.
В парке поставили огромный шатер, где собрались все работники усадьбы, фермеры-арендаторы, жители окрестных деревень. Для них приготовили пиво и сидр, жаркое из бычьего мяса, кабаньих голов и оленины.
Молодоженам предстояло выслушать множество речей, пожеланий, пожать сотни рук.
Но Симонетта думала только о том моменте, когда они с Пьером покинут Фарингем-парк и останутся вдвоем. Она знала, что на пути в Дувр они сделают остановку и проведут ночь в доме, который им предоставил один из родственников. Днем позже они пересекут Ла-Манш и окажутся во Франции. А дальше? Куда они отправятся дальше, Пьер Симонетте не сказал, но девушка предполагала, что туда, где царил особый свет, столь много значивший для них, — в Прованс!
Вряд ли Пьер повезет ее в Ле-Бо, там слишком многое напоминало о графе, но она чувствовала, что Пьер выбрал какое-нибудь местечко неподалеку.
Там они вместе смогут увидеть тот свет, который, как говорил Пьер, проникал в их сердца, освещал их души и стал отныне неотъемлемой частью их самих.
— Он удивительный! — шептала Симонетта, думая о любимом.
В дверь постучали. Значит, отец уже ждал ее, чтобы проводить в часовню.
— Иду-иду, — крикнула она и опустила вуаль.
Вуаль спереди доходила до талии, а сзади спускалась длинным шлейфом. В какой-то миг ей показалось, что она похожа на приведение или на бесплотный призрак, явившийся из иного мира, как подумал тогда в Храме любви Пьер. При воспоминании об этом на губах Симонетты заиграла улыбка.
Она взяла букет и направилась к двери.


Было тихо и темно. Симонетта откинула простыню и поднялась с кровати, закрытой шелковым пологом. Босиком она тихонько прошла по пушистому ковру и, отодвинув тяжелую бархатную портьеру, выглянула из окна.
Все вокруг посеребрил свет луны.
На другом берегу озера темнели деревья, отбрасывая глубокие темно-фиолетовые тени. Само озеро казалось расплавленным серебром, и в нем отражались звезды.
Она застыла у окна, пораженная этой красотой.
— Ма cherie, иди ко мне, — позвал ее Пьер.
— Я думала, ты спишь.
— Как я могу спать, если я думаю только о тебе?
Симонетта с улыбкой повернулась к нему. Ее силуэт четко вырисовывался на фоне освещенного луной окна, волосы светящимся ореолом окружали головку девушки, на лицо ложились блики лунного света. Под полупрозрачной тканью легкой ночной рубашки угадывалась стройная фигурка.
— Иди же сюда, — мягко попросил он.
— Нет, Пьер, подойди сюда, взгляни на этот лунный свет. Какая же красота! Совсем как тогда, в Ле-Бо. Помнишь, мы любовались лунным светом вдвоем?
Она снова повернулась к окну.
— Мне кажется, лунный свет навсегда останется символом чего-то очень дорогого для нас с тобой! Когда в тот день мы сидели под стеной замка, мне казалось, ты поднимаешь меня к звездам, — говорила она, словно обращаясь к себе самой. Пьер тихо подошел и встал рядом.
Он обнял ее, и Симонетта прильнула к нему, повторяя;
— Посмотри же, какая красота! Разве нет?
— Я смотрю только на тебя. Это и есть красота, какой я никогда не видел. Но ты моя жена, и я сгораю от ревности» когда твои мысли заняты не мной!
Симонетта рассмеялась.
— Ты бы возомнил о себе Бог знает что, если бы знал, как много я о тебе думаю. Мне просто не удается думать ни о чем другом.
— И все же ты непослушная! Я ведь звал тебя.
— Но мне хотелось полюбоваться лунным светом.
— Меня интересует не луна, а ты, моя обожаемая, волнующая кровь, юная Венера.
С этими словами он повернул Симонетту к себе, поцеловал в губы, затем подхватил на руки и понес к кровати.
Осторожно положив ее на постель, Пьер лег рядом и, прижимая девушку к себе, стал целовать ее глаза, щеки, маленький прямой носик… и замер, прижавшись к ее губам, Она теснее прильнула к нему, отзываясь на его ласки.
— О, Пьер… я… люблю… тебя! Я и не думала, что любовь… это такое непреодолимое чувство… такое могучее… и в то же время нежное… — шептала Симонетта.
— Тебе не страшно, милая моя?
— Неужели ты способен напугать меня? С тобой мне ничего не страшно. Пока я в твоих объятиях никто не… причинит мне зла.
— Надеюсь, так и будет!
— Так… есть!
Его руки ласкали ее тело.
— Я все еще боюсь, как тогда, когда впервые увидел тебя, что ты возьмешь и исчезнешь.
— А я так боялась… что ты… покинешь меня… И ведь ты пытался. Тогда… у меня в жизни только и остались бы… воспоминания о мгновениях… нашей с тобой любви…
Что-то в ее голосе сказало Пьеру, как сильно Симонетта страдала, осознав невозможность их дальнейших встреч. До сих пор та боль жила в ней как незаживающая рана.
Он крепко обнял жену и проговорил:
— Отныне все мгновения нашей любви слились в одно, моя любимая, сокровище мое! Наши встречи, которые, как нам тогда казалось, останутся лишь бесценным воспоминанием, теперь становятся частью нашей любви, нашей с тобой совместной жизни. Мы любим друг друга, и мы вместе!
Остальное не будет иметь для нас никакого значения. Ты веришь в это?
— Мне так хочется в это верить, но даже сегодня, в день нашего венчания… я вдруг испугалась… как бы что-нибудь… не разлучило нас… Вдруг ты… разлюбишь меня…
Пьер расхохотался.
— О, любимая моя! Разве могут все звезды разом исчезнуть с небосвода? Разве может приостановить свое движение сияющая луна на ночном небе? Неужели ты забыла, что мы с тобой импрессионисты? Мы с тобой нашли свет, и отныне он наш навсегда.
— Навсегда, — шепотом повторила Симонетта.
— Мне выпало счастье любить тебя. Сегодня, завтра, целую вечность. Я люблю тебя, я преклоняюсь перед тобой, я обожествляю тебя. И пусть нам с тобой всегда сопутствует свет, пусть он заполняет всю нашу жизнь, и пусть он укажет путь на Небеса нашим душам, когда настанет время.
— О, Пьер, если ты веришь… поверю и я. Я люблю тебя!
Всем сердцем люблю… всей душой! — воскликнула Симонетта.
— И я люблю тебя. И ты моя.
Губами он коснулся ее щеки, ощутил нежность кожи, потом поцеловал ее в губы.
— Твое сердце, твоя душа, твой пытливый ум, твое восхитительное тело, все это мое, моя любимая!
Они слились в поцелуе, и Симонетта ощутила, как в нем разгорается огонь страсти. Это пламя трепетало и в ней самой. Она чувствовала, как оно обжигает ее грудь, поднимается к губам.
Все крепче они прижимались друг к другу. И свет луны за окном, казалось, слился с тем светом, который струился из самых глубин их душ, и, когда настал момент их полного слияния, они воспарили на крыльях любви к звездам.


Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Мгновения любви - Картленд Барбара

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Мгновения любви - Картленд Барбара



Два шифрующихся герцога-художника - это слишком даже для Картленд: 4/10.
Мгновения любви - Картленд БарбараЯзвочка
24.03.2011, 9.16





Комментарии человека, который написал выше, к каждой книге, повергают меня в истерику и смех. Школота возомнившая себя великим критиком. 0/10.
Мгновения любви - Картленд БарбараРина
4.09.2012, 16.24





Да уж, у Картленд как книга, то гг непременно герцог или граф , что хватит на целое государство. Хотя, что мы хотим от писательницы, которая родилась в 1901г., поэтому у нее и книги более наивные и где то может устаревшие. А вообще кто то любит Картленд, кто то нет - дело вкуса
Мгновения любви - Картленд Барбаранатали
4.09.2012, 21.23





мне стало скучно. много восторженных фраз, и как-то неестественны все события. еле дочитала. Кажется, не хватит терпения дочитать оставшиеся романы Бабушки Барбары.
Мгновения любви - Картленд БарбараЛюбовь
14.04.2015, 14.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100