Читать онлайн Любовь среди руин, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь среди руин - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.09 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь среди руин - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь среди руин - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Любовь среди руин

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Когда утром пожилая женщина вошла в ее комнату. Мимоза уже оделась.
Поверх платья девушка надела накидку с капюшоном, а на голову вместо шляпы повязала шифоновый шарф.
Женщина удивленно посмотрела на Мимозу: она не ожидала, что та поднимется так рано.
Мимоза заранее обдумала, что ей скажет.
— Сегодня мои друзья забирают меня с собой в Англию, — медленно заговорила она по-арабски, — поэтому у меня нет времени зайти в банк и получить деньги, чтобы вознаградить вас за ваши услуги.
Ей показалось, будто пожилая женщина испуганно посмотрела на нее, но она продолжала:
— Поскольку у меня совсем нет времени упаковывать свои вещи и вещи отца, я отдаю все вам.
Она видела, с каким удивлением смотрит на нее женщина, и добавила:
— Думаю, кое-что из одежды моего отца подойдет вашему сыну, а остальное вы сможете продать, выручив за все достаточно много денег.
Она знала, что это правда, поскольку среди вещей отца было даже пальто на меху, которое он носил в холодное время.
Нарочито высокомерно она сказала:
— У меня нет никакого желания брать с собой мои наряды, которые я носила какое-то время и которые уже не очень модны, но все они в отличном состоянии, и я уверена, покупатели на них найдутся.
Она сделала паузу, потом медленно проговорила:
— У меня к вам только одна просьба: будьте любезны поручить вашему сыну или кому-нибудь еще отнести на виллу «Голубая звезда» на холме Сиди Бу Сайд тот пакет, что лежит на стопе.
Она показала рукой на пакет довольно внушительных размеров, потому что в нем лежали все рукописи ее отца.
Единственная вещь, которую она не могла ни оставить здесь, ни потерять.
Сберечь рукописи можно было, только отослав их на виллу и адресовав Минерве.
Женщина кивнула, чтобы показать, что все поняла, и Мимоза поблагодарила ее:
— Большое спасибо за все ваши старания, я знаю, вы вернете ключи от дома агенту, сдавшему его нам и нанявшего вас для услуг.
Она протянула руку, и женщина сначала крепко сжала ее, а потом поцеловала.
Этот жест показал Мимозе, как та растрогана щедростью девушки, а потому не пожалеет, что не получила денег, которых у девушки просто не было.
Мимоза накинула шифоновый шарф на волосы и, обернув его вокруг шеи, вышла из дома.
Она знала, что женщина не обратит внимания, куда направилась ее бывшая хозяйка, поскольку ее слишком заинтересовали вещи, оставленные той, и она горела желанием их рассмотреть.
Вряд ли она обратит внимание и на то, ожидал ли кто-нибудь Мимозу, чтобы проводить на пароход, отплывающий в Англию.
Мимоза пошла прочь, размышляя о том, что в их семье становится обычным явлением уходить из дома, оставив там все имущество.
Она порадовалась, что вспомнила о книге своего отца, которую непременно должна была сохранить, пусть и потеряв все остальное.
Отец же избавился от всех вещей, принадлежавших ее матери.
Мимоза не мота не вспомнить, какой ужасной потерей казалось ей тогда решение сэра Ричарда расстаться с украшениями жены.
Когда судно увозило их из родной страны, она увидела, как отец вышел из своей каюты, держа в руках шкатулку. Она узнала ее — в этой шкатулке ее мать хранила украшения.
Все остальные вещи, принадлежавшие матери, остались дома.
Видимо, тот человек, что купил их дом, распорядится и нарядами, и остальными вещами леди Уинифред.
Беспокоясь только об отце, погруженном в свое горе. Мимоза совсем не думала о драгоценностях.
И только в тот момент, увидев в его руках шкатулку с украшениями, она поразилась тому, что он взял их с собой.
— Что вы собираетесь с этим сделать? — спросила она.
В глазах отца, посмотревшего на нее, отражалась душевная мука, которую он носил в себе со дня смерти жены.
— Я не могу допустить, чтобы кто-нибудь, даже ты, — ответил он, — надевал те украшения, которые я дарил твоей матери с такой любовью. Она значила для меня все. Вот почему они будут покоиться на дне моря и станут надгробным памятником ее красоте.
Проговорив эти слова, он ушел. Ошеломленная девушка не смогла даже последовать за ним.
Когда отец вернулся в каюту, она поняла, что он кинул шкатулку в море, и никто никогда не увидит ни ее, ни хранившихся в ней драгоценностей.
Будучи во многом идеалистом, он всегда поступал так — стремительно и под влиянием порыва.
Дочь понимала, что и книга, которую он писал и которая так много значила для него, была в какой-то мере проявлением его души, ей предстояло просвещать и вдохновлять своих читателей.
К счастью, дом, который они снимали в Тунисе, находился в предместье города, на дороге, ведущей к Сиди Бу Сайду.
Но все же Мимозе предстояло преодолеть неблизкий путь.
К тому времени, как девушка достигла подножия холма, на вершине которого находился храм, она начала чувствовать усталость.
Сначала ей встречалось совсем немного людей, но постепенно улицы оживали.
Людей и экипажей становилось все больше, так что никто не стал бы обращать на нее внимание или задаваться вопросом, почему она одна.
Мимоза начала подниматься по крутому склону, который вел вверх, к храму.
Вилл у подножия холма было совсем немного.
По мере подъема их стало встречаться больше.
Они, очевидно, принадлежали богатым людям, так как дома были большими и ухоженными.
Сады заполняли цветы и деревья.
Виллы окружали высокие стены, чтобы никто не вторгался в жизнь их обитателей.
Аромат жасмина наполнял воздух.
Мимоза знала, что многие из тех, кто поднимался к храму, верили в то, что это оградит их от сглаза.
Жители Туниса были суеверны и даже носили в карманах зерна нигеплы.
Чаще всего они прятали талисманы и амулеты в складках одежды или в золотых медальонах, которые женщины надевали на шею.
Символика амулетов уходила в глубь веков к началу времен.
Больше всего ценился амулет «рука Фатимы».
Сейчас, медленно поднимаясь вверх по холму. Мимоза не отказалась бы от приносящего удачу талисмана.
Именно сейчас никто больше нее не нуждался в везении.
Она слышала биение своего сердца, и причиной тому была не только непривычная физическая нагрузка, но и испуг.
Тогда она уговаривала себя, что все будет хорошо, если Минерва вернулась.
Если же нет, то по крайней мере у самой Мимозы появится шанс на спасение.
Мимоза молила Бога помочь ей.
Она надеялась, что ее молитва не вступит в противоречие с религиозными чувствами паломников, стекающихся к храму на холме.
Девушка вспомнила мусульманскую легенду: будто бы знаменитый святой Луи не умер на горе Бирса.
Он покинул свое войско, взял в жены берберскую девушку и стал местным святым Бу Саидом.
Он был знаменит излечениями от ревматизма и защитой от укусов скорпионов.
Во время своих путешествий сэр Ричард и Мимоза встречались со столькими странными легендами и поверьями.
Как бы ей хотелось поговорить сейчас с отцом о Сиди Бу Сайде!
Наконец, когда она уже почти достигла вершины холма, девушка увидела перед собой очень большую красивую белоснежную виллу.
Ей не требовалось искать табличку с названием на воротах, она и так догадалась, что это и есть «Голубая звезда».
Мгновение она медлила.
Потом, подняв глаза к небу, пылко помолилась за успех своего предприятия.
За воротами начинались заросли кустарника.
Она сняла свой плащ, в котором становилось уже жарко, и запихнула его в заросли так, чтобы нельзя было разглядеть с дороги.
Любой, кто встретил бы сейчас девушку, увидел бы запыленное платье, грязное и порванное в нескольких местах.
Она выбрала одно из самых старых своих платьев, которое носила не меньше двух лет, и потратила немало времени, чтобы извалять его в пыли и обрызгать водой, чтобы создать видимость, будто юбка не раз окуналась в грязь.
Когда она все закончила, одежда выглядела очень потрепанной.
Она сняла шарф, который закрывал ее волосы, и тоже спрятала его в кустарнике.
Вряд ли кто-нибудь найдет плащ и шарф.
А если и найдет, решит, будто какой-нибудь паломник, измученный тяжелым подъемом на вершину холма, уронил все это по дороге.
Мимоза открыла ворота и вошла.
Цветы в саду были потрясающе красивы.
Птицы пели в листве деревьев.
Она словно попала в райский сад, где не существовало никаких проблем и никаких страхов.
Девушка прошла к дому по вымощенной плиткой дорожке.
Фасад виллы украшал портик с белыми колоннами.
Дверь оказалась открыта.
Пока она колебалась, входить ли, в дверном проеме появилась темноволосая женщина средних лет.
В руке она несла корзину — наверное, собиралась выйти в сад, чтобы набрать цветов.
Как Мимоза и рассчитывала, при виде ее женщина вскрикнула, уронила корзину на землю и воскликнула по-французски:
— Мадемуазель! Мадемуазель! Вы вернулись!
Ее голос зазвенел от волнения:
— Вы вернулись! Но где же вы были? Мы обыскали все вокруг в отчаянной попытке найти вас!
При этих словах она шагнула вперед и обняла Мимозу.
Мимоза лишь безучастно посмотрела на нее.
— Кто… Кто я… И почему я… здесь?
Женщина не сводила с нее глаз.
— Вы — дома! Мы так тосковали без вас.
Мы думали, что вас похитили. О, мадемуазель, слава Богу, вы возвратились к нам!
В голосе женщины послышались слезы, но Мимоза только глухо произнесла:
— Где же я? Я… я не могу… ничего вспомнить.
Женщина взяла ее под руку.
— Пойдемте внутрь, — сказала она. — Что же они сделали с вами, те дьяволы? О, моя бедная мадемуазель, они сделали вам больно?
Мимоза позволила ввести себя в огромную, красиво обставленную гостиную. Окна во всю стену открывались прямо в сад.
Француженка усадила девушку в кресло, говоря:
— Вам жарко, и вы устали! Я принесу вам что-нибудь утопить жажду.
И она поспешила из комнаты.
Мимоза могла слышать, как она кричит кому-то о возвращении мадемуазель и отдает приказания принести еду и питье.
Потом она вернулась и, опустившись на колени перед креслом Мимозы, сказала:
— Вы только отдохните, и тогда вам сразу станет лучше.
— Мне… Я не могу… вспомнить… — пробормотала Мимоза. — Кто… я?
— Вы — Минерва Тайсон, — медленно и отчетливо произнесла француженка. — Минерва Тайсон — вот как вас зовут.
Мимоза не повторила это имя, она просто безучастно посмотрела на француженку.
— А я — Сюзетта. Вы же меня помните? Сюзетта, с которой вы всегда смеялись, Сюзетта, которую вы называли своей правой рукой.
— Сю… зет… та, — медленно произнесла Мимоза, останавливаясь на каждом слоге.
— Это так, — подтвердила француженка, — а вы — Минерва.
Мимоза на мгновение закрыла глаза.
Вошел слуга с подносом с кофе и птифурами.
Сюзетта поднялась, напила кофе и подала Мимозе.
Мимоза неуверенно взяла чашку.
Потом отпила небольшой глоток кофе, чувствуя, что именно этого ей и не хватает после долгой дороги, а Сюзетта тем временем ласково спросила ее:
— Может, вы помните, что с вами произошло после того, как вас украли?
Мимоза отрицательно покачала головой:
— ..Я ничего не могу… вспомнить… ни кто я… ни почему я… оказалась здесь.
— Должно быть, они били вас, — сердито проговорила Сюзетта. — Ах эти злые, нечестивые люди! Если бы только мы могли поймать их. Они понесли бы наказание за свое обращение с вами! Я думаю, мадемуазель, вам следует подняться наверх и уснуть. Уверена, проснувшись, вы вспомните все, что с вами случилось, вспомните, кто вы такая.
Женщине показалось, что Мимоза не поняла ее слов; она помогла девушке подняться со ступа и, поддерживая ее, медленно повела вверх по лестнице.
Они оказались на просторной площадке, а затем в спальне, которую Мимоза сочла красивее всего, что ей приходилось видеть.
Огромная кровать со спинкой в форме серебряной раковины была накрыта кружевным покрывалом, которое одно, должно быть, стоило целое состояние.
Вся мебель была инкрустирована перламутром.
Зеркало на туалетном столике обрамляли фигурки ангелов, окрашенные в нежнейшие цвета.
Сюзетта подала Мимозе изящнейшую ночную рубашку, которую, на ее взгляд, можно было купить лишь в Париже, где ее, должно быть, сшили монахини.
Она вспомнила, как Минерва рассказывала ей, что купила неглиже во Франции, когда была там с матерью.
Сюзетта помогла Мимозе лечь, а когда та откинулась на подушки, поспешно вышла.
Мимоза не сомневалась, что женщина торопилась уведомить французские власти, занимавшиеся поисками Минервы, о ее возвращении.
Она облегченно вздохнула.
До сих пор Сюзетта ни на мгновение не предположила, что девушка не та, за кого себя выдает.
В конце концов, ни у кого в Тунисе не было оснований предполагать, будто у Минервы Тайсон может быть двоюродная сестра, как две капли на нее похожая.
И все же теперь, когда у нее появилась возможность все спокойно обдумать, ей казалось невероятным, что Минерва жила одна на вилле без отца или матери, только с одной этой француженкой, которая скорее всего служила у нее.
«Что могло случиться с тетей Эмили?»— гадала Мимоза.
Клинт Тайсон всегда казался ей обаятельным человеком, к тому же он был всегда очень добр к племяннице своей жены.
Все выглядело совершенно загадочно, и ей не терпелось получить ответ на уйму вопросов.
Но она знала — ей следует весьма тщательно играть свою роль, и могло пройти много времени, прежде чем она сможет найти разгадку, к которой так стремилась.
Прошлую ночь Мимоза спала плохо, и теперь ненадолго задремала.
Разбудила ее Сюзетта, которая стремительно вошла в комнату и немного невпопад спросила:
— Вы уже проснулись, мадемуазель? Пришел мсье Битон, тот самый, который занимается делом о вашем исчезновении, и хочет поговорить с вами.
Мимоза широко раскрыла глаза.
— Где… я? — спросила она. — Я не знаю… кто… я.
— Я уже говорила вам — вы Минерва Тайсон, — ответила ей Сюзетта. — Но не волнуйтесь, только позвольте мсье поговорить с вами, это займет всего несколько минут. Я объясню ему, что вы очень утомлены и что может пройти немало времени, прежде чем память к вам вернется.
Сюзетта вышла из комнаты, и Мимоза могла слышать, как она сказала кому-то за дверью:
— Она все еще не знает, кто она. Боюсь, те ужасные люди били ее по голове или, возможно, обращались с нею настолько ужасно, что она теряла сознание.
— По крайней мере она дома! — ответил ей низкий мужской голос. — И это, мадам, сейчас самое важное.
— Конечно, конечно, — согласилась Сюзетта.
Она шире открыла дверь, чтобы объявить:
— Здесь мсье Битон, мадемуазель.
Мимоза повернула голову.
К ней приблизился пожилой мужчина, должно быть, следователь из тайной полиции.
Повсюду в своих колониях французы нанимали подобных людей на службу.
Он подошел к кровати, а когда Мимоза протянула ему руку, склонился в официальном поклоне, хотя руки не поцеловал.
По всей видимости, он относился к ней как к весьма важной персоне.
Французы обычно не целуют рук у молоденьких женщин, разве только те успели уже стать замужними дамами.
Минерва была очень богата, а поэтому чиновники обращались с ней весьма почтительно, независимо от того, имела ли она мужа или нет.
— Могу ли я сказать вам, мадемуазель, — начал француз, — как я рад, что вы возвратились домой, а не были, как мы все того боялись, убиты. Ведь ваши похитители не оставили никаких следов, указывающих на место вашего заточения.
— Я не… помню… ничего, — слабым голосом произнесла Мимоза.
— Все придет в свое время, — вежливо заметил мсье Битон, — и я уверен, что все очень рады вашему благополучному возвращению.
Мимоза только кивнула, как будто говорить ей стоило огромных усилий.
Прежде чем начать задавать вопросы, мсье Битон немного помолчал.
— Полагаю, вы не имеете представления о том, где вы находились и кто держал вас в заточении?
— Не… могу вспомнить… — еще раз сказала Мимоза.
Она увидела разочарование на лице француза и после паузы спросила;
— А этот… это мой… дом?
— Это ваша вилла, мадемуазель, и вы прожили здесь больше года.
— Все это… мое! — прошептала Мимоза.
— Да, все здесь ваше, — с жаром подтвердил мсье Битон, — и мадам Бланк сохранила ее в совершенном порядке для вас. Она всегда верила, что так или иначе вы возвратитесь, и никогда не теряла надежду.
Мимоза отметила, что фамилия Сюзетты — Бланк; ей хотелось задать еще много вопросов, но она решила, что это было бы ошибкой.
Поэтому она закрыла глаза, как будто почувствовала себя утомленной, и мсье Битон тут же поднялся.
— Я зайду к вам как-нибудь в другой раз, — пообещал он. — А пока, мадемуазель, еще раз хочу отметить, насколько счастливы все мы вашему возвращению.
Он улыбнулся ей и продолжал:
— Обещаю, в будущем у вас будет хорошая охрана, чтобы больше с вами ничего подобного никогда не случилось.
Мимоза пробормотала тихое «спасибо», и он вышел из комнаты.
Она могла различить голоса Сюзетты и мсье Битона, которые оживленно беседовали, спускаясь вниз по лестнице.
Она победила!
Она утвердилась здесь как Минерва.
Мсье Битон также не заподозрил в ней самозванку.
Она почувствовала такое облегчение, что готова была вскочить с кровати и побежать осматривать виллу.
Кроме того, ей хотелось узнать как можно больше о своей кузине.
Она понимала, однако, все безрассудство подобного поведения и заставила себя тихо лежать в кровати.
Позже ей подали восхитительный завтрак, и Мимоза с удовольствием утолила голод.
Все время, пока Мимоза ела, Сюзетта сидела подле нее и болтала без умолку.
— Вы должны съесть все, что сможете, — сказала она, — иначе наш повар будет очень расстроен.
Мимоза отметила: на вилле есть свой повар.
— Он был в отчаянии, пока вас здесь не было, — продолжала Сюзетта, — без вас никто не наслаждался его суфле, его паштетами и всеми прочими вашими любимыми блюдами. И конечно, ему очень не хватало мсье графа, как и всем нам здесь.
Мимоза напряглась.
Потом невинным голосом тихонько спросила:
— Мсье… графа? Кто это… мсье граф?
— Ну же, мадемуазель, вы его помните, право. Мы даже подумали сначала, будто вы были настолько огорчены его отъездом, что бросились в море.
Она замолчала, но Мимоза ничего ей не ответила, поэтому француженка продолжала:
— Но потом один из садовников сказал, будто видел, как двое каких-то людей утащили вас, а когда мы нашли ваш браслет на дорожке, то поняли, что вас похитили.
— Похитили… — медленно проговорила Мимоза. — Меня… похитили!
— Да, мадемуазель, и это, должно быть, было так ужасно для вас! Они, наверное, заставили вас спать на попу или даже…
Она остановилась, видимо, решив, что будет ошибкой напоминать мадемуазель об оскорблениях и жестокости похитителей.
Вместо этого она сказала:
— Что ж, по крайней мере вы забыли ваши страдания по мсье графу.
— Отчего я… была… так… несчастна? — спросила Мимоза.
— Ведь ему пришлось вернуться во Францию, — объяснила Сюзетта. — Для вас это было так ужасно, и все мы тоже так расстроились. Мы полюбили его всем сердцем, но, думается мне, его жена настаивала на его возвращении.
Она негодующе фыркнула, потом продолжала:
— Женщины все одинаковые, и они могут быть очень жестокими, когда что-либо задевает их сердце.
Мимоза не отвечала. Она подумала, что, похоже, мсье граф, кем бы он ни был, вскружил голову ее кузине.
И, хотя это казалось невозможным, она скорее всего жила с ним здесь.
А он был женат!
Как могла Минерва поступить столь опрометчиво, вопреки морали?
Потом девушка задумалась: если бы она сама полюбила кого-то, как ее мама полюбила ее отца, — была бы она способна отказаться от побега с любимым человеком, женат он или нет?
Все казалось таким невероятным, разобраться было так трудно…
Ей оставалось только слушать Сюзетту дальше.
Сюзетта явно отличалась болтливостью, ей скучно было оставаться все это время одной, без собеседницы.
— Конечно, вы чувствовали себя несчастной и потерянной, — продолжала Сюзетта, — и мы все так жалели вас. Но вы такая хорошенькая, поэтому мы ни минуты не сомневались, что кто-нибудь другой обязательно появится.
Она помолчала и заговорила снова:
— В конце концов, трудно не влюбиться в таком великолепном месте, как наша вилла «Голубая звезда».
— Но… а вы… почему вы здесь живете? — спросила Мимоза, надеясь, что ее расспросы не покажутся чересчур заинтересованными.
— Я здесь, потому что мсье граф попросил меня сопровождать вас, когда вы оба покинули Париж. Ему хотелось, чтобы о вас позаботился кто-нибудь надежный и благоразумный.
— Париж! — воскликнула Мимоза, воспользовавшись упоминанием о городе. — Где это… Париж?
— Париж — столица Франции! — ответила Сюзетта. — Вы должны запомнить это.
Вы были там с вашими родителями, когда они погибли при том трагическом крушении поезда.
Мимоза закрыла глаза.
Так вот что случилось с тетей Эмили и Клинтом — крушение поезда!
Теперь вся картина начинала проясняться.
Минерва осталась одна, и граф увлек ее туда, где она могла бы забыть о своем горе.
Он привез ее в Тунис.
Мимоза решила про себя, что граф, возможно, каким-то образом связан с французской администрацией Туниса.
Потом его отозвали во Францию, так как его жена, мучимая ревностью, оказала давление на власти.
Мимоза, стараясь не задавать слишком проницательных вопросов, помолчала, но все же после долгой паузы спросила:
— А граф… Кто это — граф?
— Ну вот, вы начинаете вспоминать его, — удовлетворенно отметила Сюзетта. — Вы называли его просто Андре, но вообще-то он граф де Буассен. Конечно же, вы вспомнили его. Он такой красивый, такой обаятельный, такой веселый. Ах, мне недостает его смеха ничуть не меньше, чем, наверное, вам.
Мимоза снова прикрыла глаза, и Сюзетта сказала:
— Мне не хочется вас утомлять, но мсье Битон уверен, что, если мы будем постоянно говорить о чем-нибудь, память непременно к вам вернется.
Она улыбнулась девушке и опять заговорила:
— Перед своим уходом он рассказал мне, как когда-то вел дело человека, так жестоко избитого напавшими на него злодеями, что только спустя целый месяц тот смог ясно мыслить и вспомнить хотя бы свое имя.
Мимоза ничего не ответила, и, помолчав, Сюзетта сказала:
— Думайте об Андре, вспоминайте о том, какими счастливыми вы были вместе и как часто он заставлял вас смеяться.
Мимоза промолчала.
Она просто лежала с закрытыми глазами, и скоро Сюзетта вновь заговорила, словно ни к кому не обращаясь:
— Бедная малютка! Вам столько пришлось пережить! Вы потеряли своих родителей в том жутком крушении, вы потеряли своего милого друга, и поговаривают, что нет никакой надежды на его возвращение.
Она фыркнула, потом добавила:
— Бы страдали в руках похитителей, которые, возможно, никогда не попадут в руки правосудия. Как несправедливо! Ужасно, когда такому юному созданию приходится столько страдать!
Женщина невольно всхлипнула и, словно желая скрыть свои чувства, вышла из комнаты.
Мимоза открыла глаза.
Несомненно, она постепенно узнавала некоторые весьма странные вещи о своей двоюродной сестре.
Но она представляла, как ужасно, должно быть, чувствовала себя Минерва, когда погибли ее родители и она осталась в полном одиночестве в Париже.
Так, же как она сама, оставшаяся сиротой.
Разница состояла лишь в том, что Минерва была очень богата.
Ей принадлежала и эта великолепная вилла, и, раз ее отец умер, его огромное состояние.
Мимоза знала, что Клинт Тайсон за последние несколько лет стал очень, очень богатым.
Еще когда-то давно она слышала, будто он обнаружил нефть на принадлежавших ему землях в Техасе.
Поскольку богатство Клинта нисколько не влияло на ее привязанность к Минерве, она никогда серьезно не задумывалась над этим вопросом, так же как никогда не думала, что богатство может приносить не только радость, но и таить в себе большую опасность.
Конечно, было бы странно, если бы слухи о богатстве Минервы не дошли до Туниса.
Повсюду найдутся преступники, готовые за деньги похищать богатых мужчин или женщин и даже детей.
Тогда те, кто их нанимает, получают возможность вымогать огромный выкуп за освобождение своих пленников.
Мимоза боялась одного: что опасения полицейских окажутся верными.
Могло случиться, что никто уже не держит Минерву в плену ради получения выкупа, и она убита, возможно, случайно.
В противном случае похитители, как обычно, давно бы потребовали выкуп.
Лучше выплатить любой выкуп, нежели оставить девушку страдать в руках жестоких преступников.
Как бы там ни было. Мимоза знала, что приезд Минервы в Тунис саму ее спас от перспективы остаться одной без гроша в чужой стране.
При других обстоятельствах ей чрезвычайно трудно было бы найти способ вернуться в Англию.
Девушка знала, что единственными людьми, в доме которых ей действительно оказали бы искреннее гостеприимство и с кем она могла бы жить счастливо после смерти отца, были отец и мать Минервы.
Сначала Мимоза думала, что их будет нелегко найти, если они возвратились в Америку, но по крайней мере их дом в Англии окажется для нее доступным.
Она смогла бы пожить там до тех пор, пока не сумела бы связаться с ними и сообщить о случившемся с ее отцом несчастье.
Но все пошло кувырком.
Она пробралась сюда и заняла место Минервы.
Что ж, нужно решить, что делать дальше.
Сколько еще времени она сумеет притворяться своей кузиной, гадала девушка.
Мимозе очень не хотелось принимать решение, настолько невероятным и страшным казалось все вокруг.
Она чувствовала, что будет лучше — по крайней мере хоть на какое-то время — остаться там, где она оказалась.
Важно только узнать немного больше о тайной жизни сестры.
Несмотря на все свои усилия принимать случившееся как должное. Мимоза была потрясена до глубины души.
То, что Минерва жила в Тунисе с графом, с женатым человеком, казалось ей невероятным.
С тех пор как девочки осознали, что на свете существует нечто, называемое «любовь», они часто обсуждали это между собой.
Они не сомневались, что придет время, появится некто красивый и милый, похожий на их отцов, и покорит их сердца.
И с того момента они будут так же счастливы и довольны, как и их матери.
— Представляешь, каково было бы, — вспоминала сейчас свои слова Минерва, — если бы твой папа или мой вели бы себя подобно дедушке, решив выдать нас замуж за какого-нибудь надменного аристократа только из-за его титула?
— Я предпочла бы умереть, — заявила Мимоза, — чем позволить нелюбимому человеку прикоснуться ко мне. — Мимоза помолчала, потом добавила:
— Мама рассказывала, как боялась она дедушку в нашем возрасте, и если бы папа не увез ее, она в конечном счете вынуждена была бы выйти за того, кого ей выбрал дед.
— Моя мама рассказывала мне то же самое, — откликнулась Минерва. — Но я бы не согласилась, я уверена — я бы никогда не согласилась!
— Нам здорово повезло, — сказала тогда Мимоза. — Ни твои, ни мои родители никогда не заставят нас выйти замуж за нелюбимых.
— Да, ты права, — согласилась Минерва. — Я знаю, я выйду замуж за прекрасного принца, я узнаю его сразу же, как только встречу.
Они обе посмеялись над этой мечтой.
Было трагично сознавать, как принц из сказки обернулся для Минервы графом Андре, женатым мужчиной.
«А может быть, даже и отцом семейства, — подумала Мимоза. — Как жестоко и скверно он поступил, уговорив Минерву уехать с ним», — сурово осудила она графа.
Однако в глубине души Мимоза понимала, что виновата была и кузина, послушавшаяся его уговоров.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь среди руин - Картленд Барбара

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Любовь среди руин - Картленд Барбара



Какая кровожадная писательница - убила родителей героини, ее кузину, родителей кузины и, конечно, шантажиста! И все ради встречи героев, хотя роман от этого не стал лучше - очень скучный: 3/10.
Любовь среди руин - Картленд БарбараЯзвочка
5.04.2011, 11.41





книга хорошая.хотя я не очень люблю людей выдающих себя за других.но в этом случае у девочки не было другого шанса чтобы выжить.но ведь в конце концов она встретила свою любовь и обман ей был уже не нужен.примитивно но читается интересно.
Любовь среди руин - Картленд Барбарагаяне из армении
15.08.2012, 8.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100