Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Загрузка...
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Загрузка...
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Сидя в укромном месте на палубе, Канеда пряталась от докучливого ветра.
Бури не было, однако яхту вздымали высокие волны, и мадам де Гокур удалилась в свою каюту, объявив, что не желает сломать себе ногу.
Канеда испытывала облегчение; это значило, что она могла побыть в одиночестве, избежать вопросов, которыми любопытная мадам готова была забросать ее.
Оказавшись в гостинице после бегства из замка, она сразу отправилась в спальню отдав Бену все необходимые распоряжения.
Уснуть она не могла и оделась еще до появления служанки. Мадам уже известили о внезапном отъезде, и как только они позавтракают, карета и верховые будут готовы отправиться в Бордо.
Внезапность отъезда изумила мадам де Гокур.
— Что случилось, Канеда? — спросила она, оказавшись с ней вдвоем в гостиной. — Почему мы в такой спешке отбываем в Сен-Назер?
— Я и не собиралась долго задерживаться здесь, — уклончиво ответила Канеда.
Мадам де Гокур нельзя было отказать в уме.
По выражению лица девушки она поняла — произошло нечто важное. Но, поскольку Канеда не хотела говорить об этом, мадам заставила себя хранить молчание — хотя и не без труда.
Только когда они уже катили к Анже под лучами весеннего солнца, она сказала:
— Получив вчера ваше письмо, я думала, вы заночуете у друзей, однако наутро узнала, что вы очень поздно возвратились в гостиницу.
— Так мне показалось удобнее, — ответила Канеда.
Даже сейчас она всем своим существом чувствовала тот миг, когда, спустившись на землю с высот экстаза, осознала намерения герцога.
Б ту ночь, лежа в постели без сна, она не могла отделаться от пережитого потрясения, хотя и пыталась отрицать, что сердце ее претерпело какой-либо ущерб.
Она никогда не предполагала, что поцелуй может принести столько восторга, может заставить ее забыть себя и слиться с незнакомым мужчиной.
«Как, — спрашивала она себя, — могла я так быстро сдаться ему — даже не попробовав сопротивляться?»
С самого первого взгляда Канеда поняла, что герцог не похож на прочих мужчин — не Только внешностью и поведением, но какой-то внутренней связью с ней.
Никто из лондонских воздыхателей, преследовавших ее, ухаживавших за ней, делающих ей предложение, не возбуждал в ней никаких чувств; их настойчивость она скорее находила досадной — после того как угасал первый интерес к новому поклоннику.
Но герцог притягивал ее уже с того мгновения, когда она направилась к нему через поле для верховой езды.
Канеда вновь припомнила, что именно этого и добивалась, стремясь отомстить за униженного отца.
Но если отбросить всякое лукавство, то станет ясно, что она совсем забыла о распре, даже о причине, приведшей ее в Сомак; теперь ее занимали только взаимоотношения между ними, сделавшиеся особенно волнующими с первых же произнесенных обоими слов.
Крутясь и вертясь в недрах уютной перины, Канеда видела во тьме перед собой серые глаза герцога и ощущала в сердце своем тот жгучий восторг, который охватил ее при одном лишь прикосновении его губ.
«Сумею ли я когда-нибудь забыть его?» спрашивала она себя, вглядываясь в зеленые волны.
Ей хотелось узнать, как он себя чувствует и что именно ощутил вчерашней ночью, войдя в ее спальню и обнаружив, что она пуста.
«Он не имел никакого права покушаться на мою честь», — пыталась возмутиться она.
Однако же сознавала, что о совращении не было и речи; просто встретились два человека, нуждающихся друг в друге и стремящихся к союзу… двое, обнаруживших таинственную неземную взаимосвязь между собой, извечную и нерушимую.
Канеда понимала, что хочет его, что все тело ее томится по его губам и рукам.
«Это всего лишь разыгравшееся воображение, — пыталась она успокоить себя. — Шато увлек и зачаровал меня, словно бы неведомые силы перенесли меня с земли на луну, и я покорилась романтическому порыву».
Однако все было не так, и она знала, что с ней произошло событие более глубокое и основательное.
Мужчина и женщина, Адам и Ева, два человека отыскали друг друга в безграничной вселенной, сознавая, что отныне они представляют единое целое.
Яхта двигалась вдоль побережья, а Канеда все спрашивала себя, как мота она пасть столь низко… как могла воспылать подобными чувствами к человеку, которого ненавидела потому, что отец его вредил ее собственному отцу; ведь его она ненавидела не меньше, чем деда с бабкой, — за плохое обращение с ее матерью.
«Я отправилась во Францию, чтобы мстить, — корила она себя. — Я хотела заставить его страдать».
Но вышло так, что теперь страдала ома сама, и притом способом, который прежде считала абсолютно невозможным.
И вообще откуда могут взяться подобные чувства? Полюбив герцога и расставшись с ним, она утратила нечто драгоценное… настолько прекрасное, что весь мир никогда более не станет для нее прежним.
Чтобы добраться до Бордо, им потребовалось два дня, и Канеда провела их, погруженная в недра своей несчастной души. Она сдалась; нечего было и пытаться поверить в то, что герцог ничего не значит для нее и что, причинив ему боль, она достигнет своей цели.
Не имея возможности убедиться, что он тоскует по ней в той же степени, как и она по нему, Канеда лежала без сна в темной каюте, представляя себе герцога, утешавшегося своими лошадьми и… любовницей.
Мысль о сопернице ранила Канеду ударом кинжала, она едва не кричала от боли.
Потом она попыталась доказать себе, что он оскорбил ее, предположив, что она может занять подобное положение в его жизни.
Однако приходилось признать: она сама спровоцировала его собственным поведением — и не только потому, что изображала циркачку, но и потому, что позволила целовать себя.
Что еще мог подумать он… только то, что имеет дело с женщиной легкого поведения, особенно после того, как она согласилась заночевать в замке.
— Я сошла с ума, соглашаясь на это! — Шептала Канеда, моля Бога о том, чтобы Гарри никогда не узнал о происшедшем.
Она проявила полнейшую наивность полагая, что самостоятельно сумеет справиться с ситуацией; и невинность ее, и ошибка герцога, не угадавшего в ней леди, привели к ситуации, которой Канеда теперь стыдилась.
И в то же самое время — ничего чудеснее и удивительнее объятий герцога она не знала за всю свою жизнь; и теперь она в отчаянии думала о том, что не сможет испытать ничего подобного в объятиях другого человека.
Впрочем, когда яхта приблизилась к гавани Бордо, все вокруг было настолько восхитительно, настолько не похоже на знакомые ей края, что Канеда на какое-то время забыла свое тайное горе.
Ночь они провели в комфортабельном отеле, а лошади получили возможность оправиться после путешествия по морю. Потом Канеда приступила к исполнению второй части своего плана.
Она послала одного из верховых, великолепного в своей лучшей ливрее, в замок де Бантом, дабы известить деда и бабку о своем прибытии в Бордо на яхте брата и о том, что она направляется к ним.
Канеда подумала, что незамедлительный ответ на приглашение может стать для них неожиданностью, а потому велела своему гонцу сообщить comte и comtesse
type="note" l:href="#FbAutId_22">22
, сколько человек сопровождает ее и что потребуется для ее лошадей и слуг.
Нечего было и думать о том, чтобы загрузить весь ее багаж в симпатичную дорожную коляску, которую она привезла с собой на яхте.
Поэтому Канеда наняла запрягавшуюся четверкой лошадей самую внушительную и дорогую карету, которую смогла отыскать в Бордо, и отправила ее вперед.
В ней ехали ее багаж, горничная и француженка, которую с помощью владельца отеля наняли прислуживать мадам де Гокур.
К этому времени мадам уже поняла, что Канеда стремится произвести впечатление на своих родственников, и с усмешкой сказала:
— К счастью, в замке де Бантом хватит места для такого количества гостей. Но я все еще жду, ma cherie, когда вы расскажете мне, что там у вас вышло с герцогом де Сомаком.
Канеда вздрогнула.
— А откуда вы знаете, что я встречалась с герцогом? — насторожилась она.
— Я не глупа, — ответила мадам де Гокур, — и поняла, почему мы посетили Анже, откуда недалеко и до замка де Сомак. И я определила причину вашего исчезновения,
— Я не хочу говорить об этом. Мадам де Гокур покачала головой.
— Боюсь, герцог расстроил вас, Канеда; после Анже вы стали не похожи на себя. Я предостерегала вас: герцог — очень странный человек. Должно быть, он возненавидел всех женщин после того, как жена его сошла с ума.
Канеде хотелось сказать, что это совершенно не так, однако у нее просто не было сил заговорить о нем, и после недолгого молчания мадам сказала:
— Я не буду докучать вам вопросами ma cherie, но вы были так счастливы, когда мы оставили Англию, а теперь явно томитесь.
Не получив ответа, мадам вздохнула и сменила тему.
Вокруг было на что посмотреть и чем восхититься: здешние края разительно отличались от долины Луары.
Когда они наконец добрались до Дордони, там только что прошли дожди; река разлилась, став, наверное, раза в два шире, чем обычно, по полям на обоих берегах также струились потоки.
Огромные утесы, стискивавшие русло Дордони, казались впечатляющими; на вершинах скал высились замки, напоминавшие Сомак.
Вокруг стояли леса, темные деревья покрывали маковки холмов, служивших фоном А^ зеленых долин.
Деревья были в цвету, белый терн, золотой утесник и рассыпанные возле дорог первоцветы придавали земле такую красу, что она захватила Канеду целиком.
Но всякий раз, вспоминая, что именно в этих краях родилась ее мать, Канеда ощущала в груди комок, каменной тяжестью давивший на сердце.
Судя по тому, что Канеда слыхала, а также по картам, замок де Бантом находился не слишком далеко от Бордо.
В пути пришлось заночевать, а потом они приехали в Перигор, и мадам де Гокур принялась рассказывать о старинных аббатствах, соборах и замках, мимо которых они проезжали.
Вокруг расстилались виноградные поля, и Канеде показалось, что они находятся в добром здравии и никакая опасность им не грозит.
На второй день, после полудня, когда они провели в пути уже несколько часов, мадам де Гокур сказала:
— А вот и замок, принадлежащий родителям твоей матери.
Замок находился примерно в миле от дороги, на очень крутом склоне, сзади заросшем деревьями. Белокаменные стены производили неотразимое впечатление, и Канеда смотрела на родовое гнездо со странным чувством: ей казалось, что она уже видела его.
Наверное, причиной тому послужили частые разговоры с матерью, когда она упоминала о родном доме и даже сделала несколько набросков, проиллюстрировавших словесное описание.
Канеда знала, что замок был заложен в середине шестнадцатого столетия, после чего последующие поколения де Бантом лишь кое-что изменяли и дополняли.
Каждый из владельцев вносил свою лепту в украшение дома, ставшего похожим скорее на настоящий дворец, чем на резиденцию знатного рода; красоту его теперь подчеркивали сады и темные леса, казавшиеся оправой этого архитектурного самоцвета.
Подъехав поближе, они увидели фонтан перед домом; в высокой струе солнечный свет преображался в радугу.
«Теперь я вполне могу понять, почему мама так любила этот дом», — подумала Канеда, сразу же осадив себя воспоминанием о том, что ее мать оказалась изгнанной из родного дома… и о том, что она ненавидит всех его обитателей.
Оставалось лишь надеяться, что великолепные кони, запряженные в ее коляску, и верховые в напудренных париках — среди них ехал на Ариэле Бен в цилиндре с кокардой и аккуратной ливрее, занявший место гонца, — произведут впечатление на хозяев.
Кучер с шиком остановил карету перед парадной дверью; появились слуги, словно бы ожидавшие их приезда.
Открыли дверцу кареты, Канеда вышла, за ней последовала мадам де Гокур.
— Идите первой, — попыталась предложить Канеда, но мадам отрицательно покачала головой.
— Вам предстоит встреча с собственными родственниками;
— Не забывайте, что я ненавижу их, — возразила Канеда.
— Не надо так говорить, — настоятель но убеждала мадам. — Вот встретитесь ними, ma cherie, и я не сомневаюсь, что вас ждет приятный сюрприз.
Канеда недоверчиво подняла брови, однако ответить не успела: на ступеньках, ведущих к замку, появился молодой человек, сразу же заторопившийся им навстречу.
— Разрешите приветствовать вас, кузина Канеда, по поручению дедушки и бабушки, — сказал он. — Я — Арман.
Темноволосый и привлекательный, он улыбался ей с восхищением настолько очевидным, что она едва не улыбнулась в ответ, с трудом удерживая прохладное и надменное выражение, которое намеревалась хранить во время всего визита.
Тем не менее она представила его мадам де Гокур, которая, после того как молодой человек приложился к ее руке, сказала:
— Я видела вас шестилетним, поэтому не стану говорить, насколько вы выросли.
— В нашей семье нередко вспоминали о вас мадам, — ответил Арман, — и всякий раз с уважением.
Безусловно, к французам он относится надлежащим образом, с презрением подумала Канеда.
Повернувшись к ней, он произнес:
— Дедушка и бабушка ждут вас в салоне. Простите их за то, что они не встретили вас у дверей; увы, comte передвигается с большим трудом.
Канеда наклонила голову, и они вступили в довольно впечатляющий холл, от которого ответвлялся коридор, обставленный превосходной антикварной мебелью; стены его украшали картины, по-видимому, изображавшие предков семьи де Бантом.
Слуг было немного, и помещение показалось ей тусклым и пыльным, нуждавшимся не только в хорошей уборке, но и в обновлении красок и убранства.
Она попыталась не обращать внимания на потертые ковры и поблекшие шторы на окнах, нуждающиеся в новой подкладке.
Арман открыл перед ней дверь, и Канеда вошла в салон, выходивший во французский сад, расположившийся позади замка.
Перед окном сидела пожилая седоволосая женщина, и от одного взгляда на нее сердце Канеды сжалось: на нее смотрела ее мать, состарившаяся и морщинистая.
— Вот кузина Канеда, grand-mere, — объявил Арман.
Сomtesse протянула руки к девушке.
— Мое дорогое дитя! — воскликнула она. — Не выразить словами, как я рада, что вы ответили на мое письмо так быстро.
Канеда сделала реверанс и протянула руку, comtesse взяла ее обеими руками и привлекла к себе.
Еще в Англии Канеда запретила себе проявлять симпатию к своим ненавистным родственникам, тем не менее нельзя было уклониться от губ бабушки, приложившихся к ее щеке.
— Садитесь, моя дорогая, — проговорила comtesse, указывая на кресло возле себя, и с трепетом в голосе добавила: — Ты так похожа на мать, прямо одно лицо, а я так тосковала о ней все эти годы.
Канеде хотелось напомнить, чтобе Бантомы не выказали за все эти годы и знака тоски, но Арман как раз представлял мадам де Гокур бабушке и сразу после этого сказал:
— Надо сходить за Элен. Она не ожидала, что гости приедут так скоро.
— Да-да, конечно, дорогой мальчик, — ответила comtesse, — и попроси слуг принести угощение. Не сомневаюсь, они все позабыли.
— Я сделаю это, grand-mere. Прежде чем выйти, кузен улыбнулся Канеде, и вновь ей с трудом удалось не ответить ему улыбкой.
Напряженно, выпрямив спину, она сидела в кресле возле comtesse, а та, явно ощущая враждебность к себе, толковала с мадам де Гокур, своей старой знакомой.
— Я даже не могла поверить, когда грум доставил из Бордо весть о вашем прибытии на яхте! — воскликнула она.
Помедлив немного, она спросила Канеду.
— Это ваша яхта?
— Она принадлежит моему брату Гарри.'
— Значит, его зовут именно так. А мне уже показалось — когда я прочитала в газетах, что он унаследовал титул дяди, — что его зовут Эдуард. Я всегда считала это имя довольно скучным.
И вновь дух противоречия напомнил Канеде, что, если бы не это событие, бабушка не написала бы им и эта встреча просто не состоялась.
Дверь салона открылась, и Арман появился вместе с симпатичной девушкой.
Канеда усмотрела в обоих некоторое сходство с собой, хотя у Элен и Армана глаза были темными в отличие от ее синих… необыкновенных.
Она сразу же сообразила, что Элен не столь хороша, как она, потому что не похожа на ее мать.
— Я так рада нашей встрече, кузина Канеда! — воскликнула Элен. — Я мечтала о ней потому, что всегда видела в бегстве вашей матери с любимым самую романтическую и увлекательную историю на свете.
Канеду чрезвычайно удивило, что кузина говорит обо всем открыто, перед лицом comtesse, однако она не упустила возможности заметить:
— Моя мать была очень, очень счастлива. Но тем не менее она тосковала по своей семье и горевала из-за того, что вы в течение многих пет подвергали ее остракизму.
Тут кузен и кузина переглянулись, а потом посмотрели на comtesse.
— Нетрудно понять, моя дорогая, — сказала старая леди, — вы ощущали горечь от того, что ваша мать была отрезана от любимых ею людей; это томило и меня — более, чем я могу выразить словами: ведь она была моей дочерью.
— Тогда почему же вы так жестоко обошлись с ней? — впрямую спросила Канеда.
Сomtesse слишком красноречиво и нервно шевельнула тонкими, в синих венах ладонями; однако в это мгновение дверь отворилась, и в ней появился старик, которого под руки поддерживали слуги.
Они практически перенесли его через всю комнату и усадили в кресло рядом с comtesse, закутав ноги одеялом, подбитым мехом.
Старик молчал, и comtesse сказала:
— Франсуа, дорогой, к нам приехала Канеда. Я говорила тебе, что она должна появиться сегодня.
— Кто? Кто приехал? — переспросил старец.
Тонкие черты, что не ускользнуло от взгляда девушки, свидетельствовали: в годы молодости дед ее был чрезвычайно красив.
Теперь волосы его стали седыми, а лицо избороздили глубокие морщины, но тем не менее Канеде показалось, что и comtesse, и внуки испытывали перед ним трепет.
— Канеда, — ответила comtesse. — Она приехала к нам в гости из Англии.
С этими словами она взглянула на внучку и Канеда поняла: графиня хочет, чтобы она поднялась и приблизилась к старику.
Так она и поступила, радуясь тому, что одета в дорогое и элегантное шелковое платье, прикрытое мантильей из тафты, а на голове ее капор с окантовкой из небольших страусовых перьев.
Теперь ей предстояло познакомиться с дедом, человеком практически наиболее ответственным — она в этом не сомневалась — — за то, что с ее матерью, всего лишь пожелавшей выйти замуж за любимого, обошлись как с прокаженной.
Высоко подняв подбородок и выпрямив спину, Канеда встала перед дедом и под его внимательным взглядом сделала книксен.
На мгновение в комнате наступила тишина, а потом странно задушенным голосом сот1е проговорил:
— Клементина! Это — Клементина!
— Мет, дорогой, — торопливо поправила мужа comtesse. — Это Канеда, дочь Клементины.
Старик явно не слышал ее.
— Значит, ты вернулась домой, Клементина! — вскричал он. — Это хорошо. Я знал, что ты опомнишься. Сомак был расстроен твоим исчезновением. Он любит тебя. Я ещё не видел такой любви. Мне пришлось сказать ему, что мы не сумели найти тебя, и теперь все будет в порядке! Все-все!
Улыбнувшись жене, он сказал:
— — Пошлите за Сомаком. Пусть ему скажут, что Клементина здесь. Он обрадуется. Бедняга, мне было так жаль его. Он так горевал!
Поскольку ей показалось, что comtesse не может найти слов, чтобы поправить своего мужа, Канеда взяла инициативу на себя.
Подойдя чуть поближе к старику, она сказала:
— Посмотрите внимательно на меня, grand-pere. Я не Клементина, я — ваша внучка Канеда.
— Ты не Клементина?
Слова эти с трудом сошли с его языка.
— Мет, grand-pere… моя мать… Клементина… умерла.
Ей стоило немалых усилий, чтобы произнести это, однако голос ее не дрогнул.
Какое-то мгновение старик не мог осознать смысла сказанного. Но потом выпалил — громко, что она едва не подпрыгнула:
— Что ты говоришь? Клементина не могла умереть! Она должна выйти за Сомака. Все обговорено. Где она? Куда подевалась? Что вы от меня скрываете?
Голос его становился все более громким и возбужденным, и Арман бросился к двери.
Двое слуг, доставивших comte в салон, ожидали за дверью и мгновенно направились К старику.
— Клементина? Где Клементина? — кричал он, пока его поднимали из кресла.
— Пойдемте, monsieur lе comte, — сказал один из слуг. — В вашей комнате вас ожидает стаканчик винца.
— Я не хочу вина, — сердито отмахнулся старик. — Мне нужна Клементина! Где она? Свадьба завтра. Герцог будет здесь завтра, и как мы скажем ему, что она потерялась? Ищите ее, дураки! Ищите ее! Она обязательно найдется где-нибудь неподалеку.
Голос графа доносился уже из коридора, куда увели его слуги.
Канеда замерла, неожиданно потрясенная происшедшим.
После, поглядев на comtesse, она заметила, что та поднесла платок к глазам.
— Мне кажется, вам следовало бы налить немного вина своей бабушке, — негромко обратилась мадам де Гокур к Арману.
Словно бы радуясь представившейся возможности что-либо сделать, Арман направился к двери, из которой, впрочем, немедленно появились двое слуг с серебряным подносом; на нем, помимо бокалов, было мелкое печенье.
Взяв бокал с блюда. Арман поднес его бабушке.
— Выпейте это, grand-mere, — сказал он, — не надо расстраиваться.
— Последние два дня Франсуа было получше, — промолвила comtesse негромко, — и я не хотела показывать его в таком состоянии Канеде.
— Она все равно рано или поздно узнала об этом, — успокаивал ее Арман, — и я не сомневаюсь, что она все поймет.
При этом он смотрел на Канеду, словно бы рассчитывая на поддержку, и она торопливо сказала:
— Конечно, мне жаль, что maman своим бегством так расстроила деда.
— Он так и не стал прежним, — негромко пояснила comtesse, — иногда он, впрочем, бывает самим собой, однако недавние неприятности лишь усугубили его состояние.
— Не надо говорить об этом, grand-mere, — вмешалась Элен. — Вы всегда очень расстраиваетесь, а ведь это первый визит кузины Канеды и нам нужно столько показать ей.
— Да, конечно, — согласилась comtesse, — расстраиваться сейчас глупо.
Пока старая женщина вытирала глаза, мадам де Гокур приблизилась к ней, а Канеда отошла к окну поглядеть на парк.
Он был разбит в стиле, введенном в моду Версалем.
Уже беглый взгляд показал Канеде, что за парком не следят и он требует ухода.
Элен и Арман присоединились к ней у окна.
Арман предложил Канеде бокал вина, потом сказал тихо, чтобы не услышала бабушка:
— Мне очень жаль, что, едва оказавшись в нашем доме, вы стали свидетельницей подобной сцены, но нам и в голову не приходило, что grand-pere примет вас за вашу мать.
— Неужели, — спросила Канеда, — он находится в таком состоянии после бегства maman?
— Мне говорили, — ответил Арман, — что сперва он был разгневан, а потом долго горевал.
— А теперь?
— А теперь новые неприятности направили его рассудок вспять. Ему часто кажется, что он вновь в прошлом, перенесся назад па двадцать пять лет… и поэтому — если бы у нас хватило ума — мы могли бы догадаться, что он примет вас за свою дочь.
Воцарилось молчание, которое нарушила Канеда вопросом, буквально трепетавшим на ее губах. .
— Значит, герцог де Сомак действительно любил maman?
— Так всегда утверждала моя мать, — сказал Арман.
— А papa говорил, что он просто обожал ее! — вмешалась Элен. — Старый герцог был много старше тети Клементины. Однако papa говорил, что он казался впервые влюбленным юношей.
— Наверно, так и было, — согласился Арман. — Кузине Канеде, конечно же, известно, что у нас во Франции браки совершаются между семьями; лишь овдовев, мы получаем возможность выбрать жену по собственному вкусу.
— А maman думала, что герцог хочет жениться на ней лишь для того, чтобы она нарожала ему детей.
— Я уверена, что все обстояло совсем не так, — заявила Элен. — На деле это была совершенно романтическая история.
— Расскажите мне все, что вам известно, — попросила Канеда.
— Герцог увидел вашу мать на приеме и влюбился в нее, но, как полагалось в те времена — да и теперь тоже, — предложение сделал не ей, а grand-pere… И тот наверняка просто приказал вашей матушке стать герцогиней.
— Наши родители всегда говорили нам, что герцог был страстно влюблен; когда ваша мать пропала, он буквально обезумел от гнева и во всем винил grand-pere; потом он принялся искать ее, а когда о браке ваших родителей стало известно, даже задумал расстаться с жизнью.
— Не могу в это поверить! — воскликнула Канеда.
— Тем не менее это правда, — продолжал Арман. — Эту историю я слышал не только от своих родителей, но и от нескольких родственников, свидетелей события,
— Grand-pere изрядно досталось от герцога, а он и без того расстроился, — сказала Элен, — вашу матушку он любил, пожалуй, сильнее всех остальных детей, и я думаю, он не желал слушать никаких разговоров о ней, Даже вспоминать о ее существовании еще и потому, что она вышла за англичанина.
Канеда вздохнула. Вся эта история оказалась совсем непохожей на ее представления. А бедный свихнувшийся дед, все еще мечтающий о встрече со своей дочерью, расстроил ее куда больше. чем ома готова была признать.
Потом Элен повела Канеду в отведенную ей спальню, и, еще раз проходя по дому, гостья не могла не обратить внимания на то, как все обветшало и нуждается в ремонте.
В ее спальне, комнате величественной, некогда являвшейся одной из парадных, шелковая обивка местами отходила от стены.
Роскошные росписи потолка были повреждены сыростью, а кресла требовали перетяжки.
Заметив, что Канеда оглядывается, Элен с легким смущением сказала:
— Увы, здесь многое необходимо поправить, однако, как вы понимаете, последние годы нам пришлось экономить.
— Вы хотите сказать, что де Бантомы переживают трудные времена? — спросила Канеда.
Элен с удивлением посмотрела на нее:
— Конечно же! Разве вы не знаете об этом?
— Откуда мне было узнать? Эти годы они не поддерживали никаких отношений, если не считать письма, полученного несколько недель назад, в котором нас с братом приглашали сюда погостить.
— Значит, grand-mere написала вам? — воскликнула Элен.
— Да! Разве вы не знали об этом?
— Мы никогда не слышали, чтобы она упоминала о вас, пока ваш грум не известил нас о вашем прибытии из Бордо.
Канеда не скрывала удивления.
— Я вполне могу понять, — продолжала Элен, — чего она хочет. Ей нужна ваша помощь.
— Именно ее она и просила, — холодно ответила Канеда.
Элен чуть взмахнула рукой.
— Полагаю, мы попали в подобное положение потому, что grand-mere цепляется за всякую соломинку. Не сомневаюсь, papa и maman не меньше, чем я, будут удивлены, что она пригласила вас сюда.
Канеда уже слыхала, что Рене, брат ее матери, вместе с женой пребывают в Париже.
— Papa пытается каким-то образом взять ссуду в банке или у друзей — иначе я просто не знаю, что ждет нас в будущем, — сообщи. па Элен.
Помедлив, Канеда задала свой — как она понимала — жизненно важный вопрос:
— Вы делаете вино. Неужели лозы действительно заражены филлоксерой? Элен кивнула.
— Началось все лет пять назад и становится все хуже и хуже. Похоже, мы ничего не можем поделать.
Кузина дала ясно понять, что ситуация довольно серьезная.
— Но должно же найтись какое-то средство, — сказала Канеда.
— Можно только затопить виноградники, но этого нельзя сделать на склоне.
— А что же будет тогда? Элен немного помолчала, а потом ответила:
— Мы не сможем жить здесь, замок придется закрыть. Не знаю, куда мы тогда направимся и что предпримет papa, ведь доход нам приносит только вино.
Все было понятно: бабушка написала Гарри от отчаяния.
Можно было даже не упоминать, что без приданого Элен не возьмет за себя ни один француз, а Арман, будущий наследник титула графов де Бантом, не найдет себе невесты в семье, имеющей доход.
На ее глазах словно бы рушилась прежде несокрушимая твердыня… Канеда представила, как расстроилась бы сейчас ее мать.
— Но не стоит унывать, — поспешила успокоить кузину Элен. — Восхитительно, что вы приехали… потом, ты просто прекрасна! Нам всегда говорили, что ваша матушка была первой красавицей во всей семье, и теперь я вижу, что так оно и было. Завтра я покажу вам портрет тети Клементины.
— Значит, в замке есть ее портрет? — с интересом спросила Канеда.
— Их несколько, — ответила Элен. — И все спрятаны, чтобы не расстраивать grand-pere, но мы достанем их; и я думаю, если вы Попросите, grand-mere обязательно разрешит вам увезти один портрет в Англию.
— Мне бы хотелось этого, — согласилась Канеда.
— И я хочу, чтобы ты рассказала мне о своей матери, — попросила Элен. — Я уже говорила, что ее история всегда казалась мне самой романтичной; это нужно суметь — убегать из-под венца: платье готово, приданое упаковано, дом полон гостей и подарков.
Канеда улыбнулась.
— Она полюбила.
— Понимаю, — кивнула Элен. — Это так чудесно, любовь дала ей силы расстаться с близкими людьми… и с герцогом тоже.
Канеда вновь улыбнулась.
— Если любишь, титулы не имеют значения.
— Именно это и доказала тетя Клементина. Однако у меня самой — если бы мне предстоял брак с герцогом — ни за что не хватило бы отваги бежать с простым человеком.
— О, ты поступишь, как моя мать, если встретишь человека, которого полюбишь по-настоящему, — .сказала Канеда.
Элен улыбнулась ей, но Канеда видела, что не убедила двоюродную сестру.
Каждая благородная девица во Франции стремилась иметь свой собственный замок и безукоризненное общественное положение.
Вот это герцог де Сомак и предложил ее матери, однако она бежала с не имеющим даже гроша за душой англичанином, лишенным титула и даже перспектив на получение оного.
Канеда вдруг поняла, что без этой встречи с герцогом так и не сумела бы по-настоящему оценить все то, от чего отказалась ее мать.
Канеда знала, как они были счастливы с отцом; однако она помнила и об их бедности, о том, с каким трудом им удавалось свести концы с концами. И как ограничивал себя отец, не имевший возможности сесть на собственного коня, на котором не стыдно было бы показаться в обществе.
Но некая часть сознания Канеды никогда не уставала напоминать ей — с той поры как она повзрослела: «А стоило ли отказываться от стольких благ, maman?»
Она имела в виду не только герцога, но и богатых и могущественных Бантомов, владельцев многих акров земли в Перигоре и великолепного замка.
Иногда, сидя возле матери, которая разглядывала свое вышедшее из моды и едва ли не протершееся платье и гадала, как продлить ему жизнь, Канеда хотела спросить ее:
— А стоило ли, maman, отказываться от стольких благ ради papa, пусть он у нас и очень милый?
Теперь она понимала мать, с ужасом осознавая, что открыли ей эту науку поцелуи герцога, когда она пребывала во власти неведомых прежде чар, заставивших позабыть буквально обо всем, кроме него самого.
Ей вдруг подумалось, что, если бы герцог оказался нищим младшим сыном — как и ее отец — и попросил ее руки, она бы ответила ему согласием.
Это была любовь, и хотя разум пытался бороться, она понимала теперь, что безнадежно, навсегда влюбилась в человека, за которого никогда не сможет выйти, потому что он женат.
В герцога де Сомака!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - -

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100