Читать онлайн Любить запрещается, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава XI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любить запрещается - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.05 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любить запрещается - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любить запрещается - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Любить запрещается

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава XI

Ария тайком пробралась по задней лестнице к себе в спальню. Заперев дверь, она стояла и дрожала. Откуда-то издалека лилась мелодичная музыка, а снаружи доносились звуки отъезжающих и подъезжающих к дому автомобилей, голоса и случайные взрывы смеха.
Она ощутила, что холодна как льдышка, а руки замерзли так, что, держась за спинку стула, ее пальцы почти не чувствовали ткани.
Через несколько мгновений девушка села, как будто ноги ее не держали. В зеркале на туалетном столике мелькнуло ее отражение: очень бледные щеки и очень яркий рот, но не от губной помады, а от грубости, с которой ее целовали. В темной глубине ее глаз затаился ужас.
В течение долгого времени Ария пристально смотрела на себя, а затем с тихим стоном спрятала лицо в ладонях. Неужели все это случилось с ней? С ней, которая всю жизнь не только боялась, но и испытывала отвращение к любому проявлению необузданной страсти.
Ей казалось, что его руки все еще обнимают ее, а его губы с какой-то тигриной жестокостью осыпают ее лицо жгучими поцелуями, а она тщетно пытается оттолкнуть его.
«Почему я не закричала?» – подумала она и вспомнила, как звук застрял у нее в горле, когда он покрывал ее бешеными, неистовыми поцелуями.
Ее знобило, хотя глаза были сухими и в них не было ни слезинки. Она даже не испытывала гнева, а только как-то странно оцепенела, ошеломленная тем, что с ней такое могло произойти.
Спустя много времени, в течение которого нежная мелодия как бы переплеталась с ее мыслями, преследуя и дразня своей сладостью, Ария встала и начала медленно снимать великолепное платье из зеленого тюля, одолженное ей леди Гранией.
Какая-то практичная и бережливая часть сознания говорила ей, что платье должно остаться чистым; ведь случись ей испортить его, она не сможет его купить. Как ни странно, на нем не было никаких следов насилия, которому она подверглась.
Ее ноги и бедра саднили от грубости, с которой он швырнул ее на диван, но платье осталось невредимым, и на его сверкающей и переливающейся поверхности, кажется, не было ни единого пятнышка.
Что же делать? Медленно, как бы борясь с собой, она пришла к выводу, что должна уехать. Здесь ей нельзя оставаться даже на то время, что Дарт Гурон пробудет в Англии, ибо эта вспышка насилия непреодолимой преградой встала между ними.
Вспомнив, как ее губы были у него в плену, чувствуя, как на ее лице и шее горят следы его поцелуев, Ария поняла, что не сможет оказаться лицом к лицу с ним. Но в то же время гордая и решительная часть ее натуры восставала против самой мысли о том, что она может показаться трусихой.
Может ли она бежать от того, на что согласилась обдуманно, от решения, которое приняла, зная о возможных неприятных последствиях? Но того, что случилось, она и в дурном сне не могла бы представить.
Что такого она сделала, что можно так с ней обращаться? Что такого она могла сделать, чтобы подвергнуться такому оскорблению не только как личность, но и как женщина?
Прошло немало времени, прежде чем она осознала, что оркестр уже больше не играет и музыка смолкла. Машин за окном тоже не слышно. Осталась только тишина – тишина тихой, ласковой ночи.
Ария поднялась и подошла к окну. А что если сбежать? Она ощутила почти непреодолимое желание покинуть этот дом сейчас же, пока все спят, не оставив ни записки, ни адреса, – просто исчезнуть. Пока она раздумывала, сможет ли это сделать, к ней пришло убеждение, что, куда бы она ни уехала, где бы ни пыталась спрятаться, он все равно отыщет ее, если захочет.
Ее вновь охватила дрожь. «Почему я приписываю ему такое всемогущество?» – спрашивала разумная часть ее сознания. Но инстинкт оказался сильнее разума: если она нужна ему, он ее отыщет.
– Он просто использует меня, – сказала она в ночь.
Но эти слова даже ей самой не показались убедительными. Стоя и глядя, как лунный свет своим волшебным прикосновением сделал тени глубокими и зловещими и превратил сады и луга в сказочную страну, она услышала, как из двери слева от ее окна кто-то вышел.
С непокрытой головой, засунув руки в карманы, он медленно шел по газону перед домом. Ария догадалась, что он пребывает в глубоком раздумье. Медленно, но, как ей показалось, с какой-то целеустремленностью в каждом движении он пересек лужайку, пока огромный барьер из кустов не преградил ему путь.
Как ей хотелось, чтобы у нее хватило решимости и сил задернуть шторы и не смотреть в окно! Однако что-то более сильное, чем это желание, приковало ее внимание, не давая ей оторвать от него взгляда.
Он стоял так неподвижно, что его можно было с легкостью принять за статую. О чем он думал? Когда он откинул назад голову, Ария почувствовала уверенность, что он смотрит на ее окно. Но как можно быть уверенной в том, что является лишь фантазией, навеянной ее страхом перед ним?
Ария чувствовала, что не сможет заснуть, и когда все же легла в постель, оставила окно незашторенным и смотрела, как постепенно тает лунный свет, пока не наступил рассвет, так неуловимо, что она не заметила, когда это произошло.
Только тогда она поняла, что все эти часы, когда должна была спать, она слушала-слушала, ожидая возвращения с его одинокой прогулки.
Она, должно быть, заснула часа за два до того, как ее разбудили. Когда горничная постучала, она вздрогнула и проснулась, увидев, что в окно льется солнечный свет и комната купается в золотистой дымке.
– Сегодня я дала вам поспать немного подольше, мисс, – сказала девушка, ставя рядом с ней утренний чай. – Я решила, что после вчерашней вечеринки вы очень устали. Было уже три часа, когда музыканты стали собирать инструменты.
– Так поздно? – рассеянно спросила Ария.
– В самом деле, мисс! Надеюсь, вы хорошо повеселились. Все говорят, что вы были там самая красивая.
В голосе девушки слышалось неподдельное восхищение, и Ария выдавила из себя улыбку.
– Спасибо, – ласково сказала она, и молоденькая горничная улыбнулась ей в ответ.
– Мы все вас поздравляем, мисс, – сказала она и, как бы устыдившись своих слов, заторопилась из спальни, не дожидаясь ответа.
«Мне пригодятся их добрые пожелания», – подумала Ария, медленно выбираясь из постели, и вспомнила, что так и не решила, ехать или нет. При мысли о том, что в это утро она увидит Дарта Гурона, ее сердце учащенно забилось и перехватило дыхание.
Слишком поздно бежать сейчас. Если она уедет, то сделает это с соблюдением всех приличий, сообщит ему причину и попрощается. Совершенно неожиданно Ария поняла, что не сможет этого сделать. Одно дело замыслить бегство без объяснений и пререканий и совсем другое – найти его и потребовать объяснения случившегося прошлой ночью.
Она знала, что не сможет заговорить с ним об этом. И дело не только в жуткой неловкости, а в самой мысли о том, что придется вспомнить весь тот ужас, в который он вверг ее.
Ария надела простое хлопчатобумажное платье и зачесала волосы назад, чтобы придать себе некое подобие суровости. Вчера она выглядела соблазнительно, но сегодня не будет никаких женских уловок, и она предстанет перед ним такой, как в первый раз, когда она показалась ему более зрелой, опытной и уравновешенной секретаршей, при виде которой никому в голову не придут такие мысли и чувства, какие он вчера обнаружил.
Закончив одеваться, она замешкалась в середине комнаты и снова ощутила дрожь, и потребовалась вся ее решимость, чтобы открыть дверь и с высоко поднятой головой выйти в коридор. Дверь в ее гостиную, служившую приемной, была открыта. Она было прошла мимо, но ее внимание привлек листок бумаги, лежащий поверх книги записей.
Ария вошла в комнату и машинально взяла в руки листок. Почерк был хорошо знакомый.
«Я уехал кататься. Жду Вас в библиотеке в десять часов. Д.Г.»
Несколько секунд Ария смотрела на записку и вдруг осознала, что это всего лишь временная передышка. Она почувствовала, что напряжение покинуло ее, а руки больше не дрожали, когда положила листок на место.
«Я должна уехать, должна, должна!» – твердила она себе.
Когда завтрак окончился, у нее осталось мало времени на раздумья. Нужно было уладить множество дел: выбрать блюда, сделать два звонка в Америку, позаботиться о целом ряде мелочей.
Когда пробили часы на каминной полке, Ария вздрогнула и повернулась к ним, не веря своим глазам. Не может быть, что уже десять часов! Не может быть! Но было именно так.
На мгновение она впала в отчаяние при мысли о том, что должна встретиться с ним лицом к лицу. Что если она ослушается? Пошлет ли он кого-нибудь искать ее? Как ни странно, это было бы хуже, чем самой пойти к нему; как будто влекомая каким-то магнитом, Ария пошла по коридору и спустилась в холл.
Поблизости никого не было, хотя она надеялась, что кто-нибудь окажется рядом. Ей хотелось поговорить с кем-нибудь – все равно с кем, кто дал бы ей передышку, хоть на несколько секунд отсрочил бы предстоящее ей испытание. Она взялась за ручку двери и, сделав глубокий вдох, вошла в библиотеку.
Ария ожидала увидеть Дарта Гурона за столом, но вместо этого он стоял спиной к погасшему камину и курил сигарету. Идя к нему через комнату, она хотела встретить его взгляд, но почему-то не смогла. Она чувствовала, как к щекам прилила кровь, чувствовала, как дрожит, и ненавидела себя за слабость.
Ей хотелось казаться гордой, надменной, безразличной; вместо этого, осознала она, выглядит, как трепещущий комок чувств.
– Я хочу поговорить с вами.
Его голос показался ей нерешительным.
– Да, – с трудом выдавила она из себя.
– Вы знаете, что я собираюсь сказать.
– Нет.
– Уверен, что знаете.
Наступила пауза, оба стояли и молчали; наконец Ария набралась смелости взглянуть на него. Ей показалось, что его высокие скулы выдавались еще больше, чем обычно, а глаза стали еще более темными и непроницаемыми. Его рот также выглядел как-то по-иному, но она не могла вынести и мысли о губах, которые касались ее губ.
– Как вы догадываетесь, я хочу извиниться, – отрывисто произнес он.
Ей нечего было сказать, поэтому она лишь кивнула, впившись ногтями в ладони, моля Бога, чтобы Дарт Гурон не догадался, какой слабой и беспомощной она себя чувствует.
Он посмотрел на нее и внезапно швырнул выкуренную наполовину сигарету в неразожженный камин.
– О, черт! – воскликнул он. – Я надеялся, что вы мне поможете. Я понимаю, вы имеете право сердиться на меня, чувствовать себя оскорбленной. Но давайте признаем: вы сами в этом виноваты.
– Я? – с невольным удивлением очень тихо проговорила Ария.
– Да, вы. Думаете, меня не задевает ваше неодобрение, ваше высокомерие? Я достаточно долго терпел. День за днем я видел, как вы наблюдаете за мной и моими друзьями с глухим неприятием, как будто вам чужды обычные людские слабости. Я говорил себе, что в вас течет такая же кровь, как у всех, но вы оставались надменной и бесчувственной.
Он говорил быстро и сбивчиво, и девушке было трудно следить за его словами.
– Но… я не… понимаю… – запинаясь, произнесла она.
– Нет, понимаете, – возразил он. – Никогда не встречал таких, как вы. Вы меня… заинтриговали, если угодно. В то время как все остальные рады услужить, вы только отбываете повинность, каждую минуту осуждая того, кто вас нанял.
– Это неправда! – сказала Ария.
– Нет, правда! – отрезал он. – Почему вы так стремитесь быть непохожей на других? С вашими рыжими волосами вам бы надо быть эмоциональной, чувствовать так же, как другие представительницы вашего пола, убеждал я себя. Но вчера вечером я, кажется, застал вас врасплох.
Он отошел к окну и, стоя спиной к Арии, смотрел в сад.
– Я признаю, что моему поведению нет оправдания, – сказал он, – но вы меня вынудили. Похоже, цивилизация действительно не более чем внешняя видимость, по крайней мере, что касается меня. В душе я дикарь. В вас есть что-то, что сводит меня с ума. Это единственное объяснение тому, что произошло.
Он выждал секунду и повернулся к ней.
– Что же вы молчите? – спросил он с вызовом.
– Мне нечего сказать, – тихо ответила девушка.
– Это замечание как раз в вашем духе, – сердито бросил он. – Разумеется, вам есть что сказать. Я хочу знать, о чем вы думаете, что чувствуете. Кто вы такая, чтобы осуждать меня?
Его вопрос прозвучал как-то по-детски, но Ария все же поняла его мысль.
– Вы хотите сказать, что я не имею права критиковать? – спросила она, призвав на выручку свою гордость, чтобы преодолеть смущение и страх.
– Я бы выразился иначе, – ответил Дарт Гурон.
– Но вы это хотели сказать, верно? – спросила Ария. – По какому праву секретарь, нанятая вами через агентство, наемная работница, получающая от вас деньги, смеет критиковать вас – важного, влиятельного Гурона?
В ее голосе звучала обида, и, прежде чем ответить, он вернулся к камину.
– В таком виде это выглядит абсурдом, однако, если честно, должен признать, что в ваших словах есть доля правды.
– Не совсем понимаю, чего вы ожидали, – сказала девушка. – Я приехала сюда делать определенную работу, и я выполняю ее как могу.
– Я часто наблюдал за вами, – продолжал он, не обратив внимания на ее замечание. – Я наблюдал за вами, когда гости беседовали за завтраком или обедом, и мне все время казалось, что вы сидите и критикуете все, что они говорят и делают. Сначала я никак не мог поверить, что это так. Потом, когда узнал вас получше, пришел к выводу, что вы смотрите на других как бы через пропасть или барьер, который считаете непреодолимым. Я попытался отнестись к этому с юмором, но чему-то не нашел в этом ничего забавного. Я даже начал опасаться, что стану смотреть на своих друзей вашими глазами и они перестанут быть моими друзьями и занимать меня.
Он ждал ее ответа, и через секунду Ария пробормотала:
– Я сожалею, что огорчила вас. Это не моя вина.
– Должен признать, что это так, – ответил он, как бы неохотно уступая ей эту маленькую победу. – Но почему, почему вы так думаете?
В какой-то момент Ария решила было рассказать ему об отце, объяснить ему свою неприязнь и подозрительное отношение к свету, рассказать о Чарлзе и о себе, о борьбе за существование, которую они ведут. Но прежде чем она успела ответить, Дарт Гурон вдруг с силой ударил кулаком по каминной доске, отчего стоящие на ней безделушки подпрыгнули и звякнули.
– Черт возьми! – сердито произнес он. – О чем вы думаете?
Его глаза сверкали, а в голосе слышалось столько ярости, что на какое-то мгновение девушке показалось, что он потерял рассудок. Странно, но его гнев не испугал ее, вместо этого она почувствовала, что в ней закипает злость. Она не допустит, чтобы на нее кричали.
– Если вы будете так со мной разговаривать, – сказала она, – я уйду из этого дома.
– Раз вы так говорите, я… – начал Дарт Гурон, но она так никогда и не узнала, что он собирался сказать, ибо в этот момент дверь отворилась и Макдугалл объявил:
– Сэр Чарлз Милборн, сэр!
Ария круто обернулась, на секунду опешив от изумления, и уставилась на входящего в комнату брата.
Он надел свой лучший костюм, машинально отметила она. Костюм был изрядно поношен, но сшит хорошим портным, и Чарлз выглядел в нем очень респектабельным и совсем не похожим на того Чарлза, который работал на ферме в своих старых вельветовых штанах и рубашке с открытым воротом.
– Ария, вот ты где!
Он оказался рядом с ней прежде, чем она осознала, что не ответила на его приветствие.
– Чарлз, зачем ты сюда приехал? – спросила она.
Прежде чем ответить, он наклонился и поцеловал ее в щеку.
– Я приехал узнать, что ты затеяла, – немного угрюмо ответил он.
– Вас не очень затруднит представить меня? – спросил вежливый голос у них за спиной.
Ария виновато вздрогнула. Она почувствовала всю важность и опасность момента, но ей ничего не оставалось, как познакомить их.
– Это мой брат Чарлз, – чуть поспешно сказала она. – Чарлз, это мистер Дарт Гурон.
Мужчины пожали друг другу руки, а затем Чарлз вынул из кармана изрядно помятую газету.
– Я приехал получить объяснение этому, – сказал он. Он положил газету на стол, и на первой странице Ария увидела фото, на котором они с Дартом Гурном стояли на террасе.
«Дарт Гурон, международный игрок в поло и американский миллионер, объявил о своей помолвке с мисс Никто из Ниоткуда», – гласил заголовок. Ниже следовал абзац, в котором говорилось, что оказалось невозможным получить от мистера Гурона никаких сведений о его будущей жене, за исключением того, что ее фамилия Милбэнк.
«В последнее время она работает в качестве его секретаря и домоправительницы в его доме в Саммерхилле; мистер Гурон отказался сообщить нам что-либо еще до официального объявления о помолвке».
– Вчера вечером Джо привез эту газету в Квинз-Фолли, – сказал Чарлз, обращаясь к Арии.
– Квинз-Фолли?! – удивленно воскликнул Дарт Гурон.
– Это мой дом в Хартфордшире, – чопорно ответил Чарлз.
– Боже правый, я же там был! На позапрошлой неделе. Кто-то рассказывал мне о нем, и я захотел взглянуть на картины. По правде говоря, они так же впечатляют, как и сам дом. Это одна из самых замечательных исторических усадеб, которые я видел в своей жизни.
Ария ожидала, что комплимент заставит Чарлза смягчиться. Вместо этого он, казалось, стал еще надменнее.
– Квинз-Фолли – мой и Арии дом, – сказал он, – что тем более заставляет меня негодовать по поводу подобной огласки, касающейся одного из членов моей семьи.
– Ваша сестра вчера впервые сказала мне, что ее зовут Милборн, а не Милбэнк, – сказал Дарт Гурон, – но я не придал этому особого значения. Я, конечно, никак не думал, что она как-то связана с Квинз-Фолли, хотя я там был и узнал из путеводителя, что Милборны живут там уже несколько поколений.
– Тогда вам будет понятно, – произнес Чарлз, – что как брат Арии и как глава семьи я имею право требовать объяснений.
– Чарлз, дело было так… – начала Ария.
– Я предпочел бы выслушать объяснения мистера Гурона, – перебил ее брат.
Девушка с удивлением посмотрела на него. Он был совсем не похож на ее брата, которого, как ей казалось, она хорошо знает. Куда-то девалась нервозная нерешительность, которая в немалой степени стала частью его облика с тех пор, как с ним произошло нервное потрясение. Перед ней был мужчина, полный достоинства, защищающий фамильную честь, которая, как ему казалось, была задета.
– Думаю, что в данных обстоятельствах вы вправе рассчитывать на объяснения, – сказал Дарт Гурон. – Но вы должны мне поверить, что я не имел представления, кем является ваша сестра.
– И тем не менее обручились с ней? – недоверчиво спросил Чарлз.
Дарт Гурон и девушка обменялись взглядами. Казалось, впервые они объединились против общего противника. Предстояло тяжелое объяснение.
– Вынужден просить вас, сэр Чарлз, – через секунду сказал Дарт Гурон, – попытаться понять то, что может показаться вам весьма необычным стечением обстоятельств. Ваша сестра приехала сюда в качестве секретаря и домоправительницы по срочному объявлению, так как, к сожалению, мне пришлось уволить ее предшественницу.
Когда Дарт Гурон начал свои объяснения, он говорил твердо, но, дойдя до этого места, вдруг смолк.
– Пожалуйста, простите меня, сэр Чарлз, – снова заговорил он, – что не предложил вам сесть и закурить.
– Предпочитаю стоять, – ответил Чарлз, – и все еще жду ваших объяснений.
С ним будет трудно, решила Ария, но вдруг как бы увидела все происходящее его глазами. Конечно, все это выглядело ужасно неприглядно.
Лулу Карло, смерть миссис Хоукинз, лорд Баклей, сам Дарт Гурон – какими странными персонажами могут они показаться Чарлзу, озабоченному только тем, нужно ли прополоть капусту, хорошо ли вызревает пшеница и не потравлены ли озимые кроликами. Как объяснить ему особенности домашнего уклада в Саммерхилле или, например, ту непонятную эмоциональную сцену, в которой она сама участвовала вчера ночью?
Размышляя о том, что может подумать брат, Ария услышала, как Дарт Гурон сказал:
– Таким образом, ваша сестра приехала сюда помогать мне. А теперь я прошу ее выйти за меня замуж.
– «И это все, что он хотел сказать?» – подумала девушка, но, увидев выражение его лица, поняла, что он имел в виду именно то, что сказал.
– Все произошло довольно неожиданно, не так ли? – спросил Чарлз.
– Дорогой друг! В моей стране привыкли принимать решения очень быстро.
Чарлз повернулся к сестре.
– Тебе не кажется, – несколько напыщенно начал он, – что было бы лучше, если бы ты приехала домой и сообщила мне, что собираешься объявить о своей помолвке?
– Но я не собиралась о ней объявлять, – ответила Ария. – Это…
– …это все газеты, – вставил Дарт Гурон. – Они набросились на нас, когда мы были не готовы. Нам очень, очень жаль, что все так получилось, но тогда мы ничего не могли сделать.
– Да, как это все некстати, – произнес Чарлз. Было видно, что он уже не так расстроен, как раньше, но в то же время, убедив себя, что его чести и достоинству брошен вызов, он не собирался так легко сдаваться.
– Никакого формального объявления не будет, – сказал он, – пока вы не обсудите все со мной как с главой семьи и пока это недоразумение с фамилией не будет исправлено.
– Нет-нет, конечно, нет! – заверил его Дарт Гурон. – Мы и не думали об этом. А сейчас, сэр Чарлз, позвольте мне предложить вам что-нибудь выпить или, если вы предпочитаете, кофе. Раз вы приехали прямо из Квинз-Фолли, то, должно быть, завтракали очень рано.
– Я выпил бы виски с содовой, – ответил Чарлз, – если вас не затруднит.
– Нисколько, – сказал Дарт Гурон и позвонил.
– Тем временем Арии лучше всего собрать вещи, – сказал Чарлз.
– Собрать вещи?
Ария и Дарт Гурон с удивлением воззрились на него.
До этого момента Ария воспринимала Чарлза только как человека, который нуждается в заботе и ласке, как человека больного и израненного, с которым нужно обращаться очень нежно, по-матерински. Теперь же она увидела нового Чарлза – берущего на себя ответственность, которая принадлежит ему в силу происхождения и воспитания, человека, для которого ответственность является чем-то естественным.
– Я пойду собираться, – наконец сказала она. – Ты приехал на машине?
– Да, – ответил он, – я нанял такси. Мне показалось, что так будет лучше.
– Да, конечно, – согласилась Ария, с болью подумав о том, сколько это стоило.
– Одну минуту! – сказал Дарт Гурон. – Сэр Чарлз, неужели вы хотите сказать, что намерены забрать Арию прямо сейчас?
– Естественно, – ответил Чарлз. – Будем очень рады видеть вас, мистер Гурон, если вы захотите приехать в Квинз-Фолли пообедать или даже погостить. Но вы должны понять, что Ария не может оставаться здесь.
– Боюсь, что условности жизни в Англии останутся для меня непостижимыми, – признался Дарт Гурон. – Но если вы так считаете, то, видимо, это так и есть. Тем не менее мне не хотелось бы, чтобы она уезжала.
– Понимаю, – ответил Чарлз, – но, как я уже сказал, мы всегда рады видеть вас в Квинз-Фолли.
– Если бы я решил поселиться где-нибудь в Англии, то хотел бы жить там, хотя мне пришлось бы очень трудно. У вас там корни, своя почва, все принадлежит вам. Это то, чего мне всегда не хватало и чего я хотел больше всего в жизни – принадлежать какому-то месту и знать, что и оно по-настоящему принадлежит мне, потому что за него сражались и умирали мои предки.
Пока он говорил, Ария неотрывно смотрела на него. Чарлз выглядел смущенным. Простые люди так не говорят, думал он.
– Я не могу долго ждать, Ария, – быстро произнес он. – Ты отлично понимаешь, что мне нужно вернуться на ферму, там еще так много дел.
– Я уже иду собираться, Чарлз, – ответила она. Ария повернулась к двери, но Дарт Гурон остановил ее.
– Послушайте, я не совсем понимаю, чего хочет ваш брат, но вы отлично знаете, что мне не хочется расставаться с вами. Мы можем уговорить его остаться? Если, конечно, это не противоречит моральным устоям Британии? Или, может быть, мне послать за какой-нибудь тетушкой – старой девой, которой у меня нет, или пригласить парочку знатных дам, моих хороших знакомых, приехать сюда завтра? Так будет прилично?
Ария покачала головой.
– Чарлз прав, – сказала она. – Думаю, будет гораздо лучше, если я вернусь домой.
Она понимала, как все усложнилось. Если Чарлз даже ненадолго задержится здесь, гости узнают, кто она на самом деле. В данных обстоятельствах это всего лишь вопрос времени, и тогда пресса тоже об этом узнает.
Перед ее внутренним взором снова проплыли газетные заголовки, сообщающие о гибели отца. Все вновь ожило, и она уже видела, как они с Чарлзом будут снова вытащены в центр внимания общественности.
– Нет-нет, я должна уехать! – воскликнула она.
Она быстро вышла из комнаты и, только когда добежала до лестницы, заметила, что Дарт Гурон последовал за ней. Он окликнул ее, и, повернувшись, она с изумлением обнаружила его прямо позади себя.
– Вы не можете просто так уехать, – негромко произнес он.
– Но я должна, неужели вы не понимаете? И чем быстрее, тем лучше. Никто не должен знать, кто я. Вам придется сказать всем, что я скрылась, а газетчикам – что помолвка расторгнута.
– Но почему я должен это говорить?
– Потому что это правда, – ответила Ария. – Этот фарс немного затянулся. Я вообще не должна была на это соглашаться. Все это должно было привести к неприятностям, вы видели, как к этому отнесся Чарлз. Кроме того, есть еще обстоятельства, о которых я не могу рассказать вам, но которые обнаружатся, если я не исчезну. Остается только одно: я должна уехать.
– А если я вам не позволю? – очень медленно проговорил Дарт Гурон, и, взглянув ему в лицо, Ария увидела странный блеск в его глазах.
– Я не понимаю, что вы хотите этим сказать, – удивилась она.
– Думаю, что понимаете, – ответил он. – Я хочу, чтобы вы остались, а если будете настаивать на отъезде, я скажу вашему брату правду.
Ария беспомощно глядела на него.
– Вы не посмеете, – наконец сказала она взволнованно, – Чарлз не поймет и придет в ярость, узнав о деньгах. Я не собиралась говорить ему, как я их… заработала. Он расценит это как оскорбление семейной чести. Раньше я не подумала об этом, но теперь вижу, что мне ни за что не нужно было соглашаться на такую унизительную и постыдную сделку.
Девушка говорила с отчаянием, и через некоторое время Дарт Гурон негромко произнес:
– Возможно, вы правы.
– Я должна уехать, вы ведь понимаете?
– Да, кажется, понимаю, хотя это и не входило в мои намерения.
– Но почему, почему? – спросила Ария.
Она стояла на ступеньках, так что ее глаза были вровень с его глазами. Ей показалось, что его взгляд скользнул по ее лицу и на миг задержался на ее губах – немного припухших, израненных его бешенными поцелуями.
Ария почувствовала, что краснеет, но не могла двинуться и избежать его пристального взгляда. К ее изумлению, выражение его лица вдруг изменилось, и ей показалось, что что-то побудило его к действию.
– Уезжайте, и черт с вами! – сердито произнес он и пошел назад, вошел в библиотеку и хлопнул за собой дверью.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любить запрещается - Картленд Барбара

Разделы:
Глава iГлава iiГлава iiiГлава ivГлава vГлава viГлава viiГлава viiiГлава ixГлава xГлава xiГлава xiiГлава xiiiГлава xiv

Ваши комментарии
к роману Любить запрещается - Картленд Барбара



люблю читать такие романы я в восторге от такой любви стремлении быть с любимой женщиной читать как искусно мужчины скрывают свои чувства и раскрывают их только в крайней необходимости то есть когда боятся потерять то о чем мечтают и ждут всю жизнь и в конце концов уже встретили на своем пути
Любить запрещается - Картленд Барбаранаталия
1.03.2012, 16.04





Эта книга еще один брилиант в колекции Картленд.
Любить запрещается - Картленд БарбараОльга М
9.06.2014, 19.18





Милая,добрая сказка.Ещё одна Золушка нашла своего принца.Хорошо читается не напрягает.
Любить запрещается - Картленд БарбараНаталья
7.11.2015, 17.19





Скучно... Любви практически нету... Ерунда...
Любить запрещается - Картленд БарбараЮлия
7.11.2015, 20.51





Сюжет интересный,но написано ужасно.еле дочитала.роман на один раз,прочитать и забыть
Любить запрещается - Картленд БарбараДобрянка
8.11.2015, 0.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100