Читать онлайн Леди и разбойник, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди и разбойник - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.08 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди и разбойник - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди и разбойник - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Леди и разбойник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9



Рудольф захлопнул дверь своей комнаты за только что ушедшим гостем, забравшим последнюю ценную вещь, которая еще оставалась: комплект золотых пуговиц, которые украшали его лучший расшитый камзол. Камзол валялся на полу, и Рудольф раздраженно отбросил его ногой, а потом прошел через комнату и уселся у камина в единственное оставшееся у него кресло.
Комната была очень скудно обставлена, крайне запущенная и грязная, но Рудольф не обращал на это внимания. Опустившись в кресло, он уронил голову на руки.
Кредиторы день и ночь осаждали его. Ни один пользующийся хорошей репутацией торговец уже не отпускал ему товары в долг. Теперь ему приходилось покупать у лавочников, которые еще наивно верили джентльмену на слово и отпускали ему товары в кредит.
Рудольф прекрасно понимал, что так продолжаться не может. Ему необходимо было где-то достать деньги, причем немедленно. Он брал взаймы у приятелей, пока это было возможно, но теперь и этот источник иссяк. Он заложил все свои хоть сколько-нибудь ценные вещи, и вот теперь, когда он расстался даже со своими золотыми пуговицами, у него в доме не осталось ничего, что стоило бы больше нескольких пенсов.
Если бы только ему повезло и он выиграл в карты накануне вечером! Тогда ситуация была бы не столь отчаянной. Но счастье от него отвернулось, и его последние соверены уплыли к банкомету. Он постарался сделать вид, что такое невезение просто забавно, но на самом деле ему было не до смеха.
Он готов был вопить, что это — последняя капля и что он полностью разорен. Сейчас он клял себя за то, что, появившись в Лондоне, так бездумно сорил деньгами. Но тогда он был совершенно уверен в том, что так или иначе добудет состояние, и поэтому растранжирил то немногое, что у него было.
И вот оказался в нынешнем катастрофическом положении.
Рудольф прекрасно знал, что единственная надежда для него — признание его прав на Стейверли. Эта мысль неотступно преследовала его последние несколько месяцев. Но хотя Барбара обещала ему свою помощь, хотя он умолял тетку посодействовать ему, не жалея красноречия, в его положении ничего не менялось.
Он тихо выругался в адрес короля, а потом встал, осмотрел себя в тусклом покрытом трещинами зеркале, висевшем над камином, и с яростью констатировал, что перед ним глупец и неудачник. Почему, живя во Франции, он не догадался установить контакт с находившимся в изгнании королем? Сейчас его положение было бы совсем иным! Но он и там был неудачником, и ему были неинтересны соотечественники, чье положение не отличалось от его. Даже если это был сам король.
Рудольф полагал, что Стюарту никогда не вернуться на английский трон. Тогда казалось невероятным, что железная хватка Кромвеля ослабнет. Поэтому Рудольф и избегал короля и его немногочисленных преданных и нищих друзей. Без денег, погрязшие в долгах, порой даже голодавшие, они казались всеми забытыми и жалкими. При французском дворе к ним относились как к нищим и нежеланным нахлебникам.
Теперь Рудольф понимал, что просчитался. Но откуда ему было знать, что все так быстро и так круто изменится, что Карл с торжеством вернется в Англию? Всю свою жизнь Рудольф упускал свой шанс на успех.
Он был вторым сыном и сколько себя помнил, всегда ненавидел старшего брата. Когда Эдвин погиб во время битвы при Вустере, Рудольф, не скрывая свою радость, готовился стать наследником. Но он всегда плохо ладил с отцом, и лорд Артур Вайн дал ему ясно понять, что, если сын не образумится и не начнет серьезнее относиться к своим обязанностям, они не смогут жить под одной крышей.
Приведенный в ярость этими угрозами Рудольф рассорился с отцом. Двери родного дома закрылись перед ним, а назначенное ему содержание было очень невелико. Он не придавал этому особого значения, пока деньги не кончились, после чего отправился за границу. Сначала был компаньоном богатого приятеля, потом — доверенным лицом старика с весьма необычными пороками.
И то, и другое продолжалось недолго, и вскоре Рудольф обнаружил, что в поисках денег вынужден опускаться все ниже.
В Европе было слишком много англичан благородного происхождения, и все они оказались в такой же ситуации. Ему не удавалось даже заручиться чьим-либо сочувствием. И Рудольф пустился в авантюры. Не гнушался дуэлями, грабежами, обольщениями, только так ему удавалось обеспечивать себя.
Его единственным реальным достоянием была красивая внешность. Женщины влюблялись в него, потому что он возбуждал в них желание. Благодаря этому ему удавалось несколько раз выбраться из тюрем и находить для себя за их стенами пристанище.
Реставрация предоставила ему новый шанс поправить свои дела. Рудольф одолжил значительную сумму у французской семьи, перед которой он умело разыграл роль верного сторонника только что коронованного Карла, и с набитыми золотом карманами приехал в Лондон. Благодаря взяткам, просьбам И нахальству он пробился в придворные круги, а там благодаря поистине счастливой случайности привлек к себе внимание Барбары Каслмейн.
Обстоятельства слишком часто заставляли Рудольфа заниматься любовью с самыми разными женщинами. Он привык считать себя неподвластным их чарам и не сомневался, что ни любовь, ни страсть не заставят его потерять голову. Но Барбара доказала, что он ошибался. Она будила в нем желание, чего не могла сделать ни одна другая женщина. Рудольф даже готов был тратить на нее свое драгоценное золото, готов был часами простаивать у ее порога. Он был хорош собой, а его манера вести себя в постели развлекала Барбару, поэтому она держала его при себе дольше, чем других любовников.
Однако теперь Рудольф чувствовал, что их страсть начинает остывать. Барбара по-прежнему возбуждала его, но это было уже не то жаркое пламя, которое пылало в нем несколько месяцев назад. Он ловил себя на том, что вспоминает другое лицо, видит другие глаза, такие мягкие и глубокие, что порой казались лиловыми, как морская бездна. Образ Теи вставал перед ним так часто, что он даже спрашивал себя: вспоминал бы он ее, если бы она была бесприданницей? Сначала этот вопрос казался ему почти смешным. Но потом его стали мучить гнев и досада, потому что его ухаживание совершенно не продвигалось вперед.
Глядя на свое тусклое отражение, Рудольф вдруг ударил кулаком по каминной полке так сильно, что пустая кружка, стоявшая там, упала на пол, прокатилась по полу и оставила на голых половицах несколько темных пятен, еще добавив беспорядка в это жалкое пристанище.
Камердинер Рудольфа ушел от него две недели назад, прихватив с собой вместо платы золотую печатку и вечерний плащ, подбитый мехом. С тех пор кровать стояла незастеленная, камин невычищенный. Пока у него еще была крыша над головой, но домовладелец пригрозил, что и этому скоро придет конец.
Рудольф повторял, что должен немедленно заполучить Стейверли или Тею, а лучше — обоих. Положение его было отчаянным.
Он отвернулся от зеркала и, подойдя к шкафу, достал оттуда еще один нарядный камзол и надел его. Этот камзол был отнюдь не такой щегольской, как тот, с которого назойливый виноторговец только что срезал золотые пуговицы, пригрозив Рудольфу, что отправит его в долговую тюрьму, если не получит хотя бы часть долга.
Тем не менее, когда Рудольф сменил обувь и приколол свежее жабо, вид его не вызвал бы в Уайтхолле недоумения.
Он не ел весь день и потому предвкушал обед, на который тетка пригласила его в свои апартаменты. Там ожидались несколько скучных гостей, но Рудольфу пока было достаточно того, что там будет и Тея.
При мысли о ней его сердце забилось быстрее, и он с удивлением — но без неудовольствия — понял, что начал в нее влюбляться. Он мог бы жениться на Tee и только ради ее приданого, но если он ее полюбит, это будет такой удачей, на какую он даже не надеялся.
Проходя по узким улочкам и не без труда минуя переполненные отбросами и грязью стоки, Рудольф строил планы своей будущей жизни в Стейверли вместе с Теей. Чем ближе к дворцу он подходил, тем увереннее становилась его походка, тем более торжествующей — улыбка. Немало женщин смотрели ему вслед.
Даже леди Гейдж, такая увядшая, что трудно было поверить, что в ее жилах когда-то текла молодая кровь, схватила за руку мужа, вместе с которым ехала в карете во дворец, и воскликнула:
— Смотри, Филипп, вон идет племянник леди Дарлингтон, Рудольф Вайи. Право, до чего же он хорошо сложен!
Почему бы тебе не пригласить его как-нибудь на обед?
— Он совершенно безмозглый! Я же рассказывал тебе, как он наговорил мне небылиц о разбойниках, а мы нашли там только красотку, которая читала книжку, сидя у камина.
— Если хочешь знать мое мнение, — возразила леди Гейдж, — не могу поверить, что леди Дарлингтон знала о том, что ее подопечная позволяет себе ночные поездки в одиночестве. Моя дочь себе такого не позволила бы, можешь в этом не сомневаться.
— Полно, полно, Этель. Я же предупреждал тебя, чтобы ты ничего не говорила леди Дарлингтон! То, что происходит, когда я выполняю свои обязанности, не касается ни тебя, ни кого-либо еще. Я бы и тебе ничего не стал рассказывать, если бы мне не показалось странным и опасным, что юная девушка ночью ездит верхом по дорогам, которые наводнены головорезами и грабителями.
— По если и ты считаешь это опасным, Филипп, разве я не должна предупредить леди Дарлингтои о выходках ее внучатой племянницы?
— Ты вообще не должна об этом говорить, Этель. Ни в коем случае, слышишь! — раздраженно ответил сэр Филипп.
— Хорошо, раз ты настаиваешь, — неохотно согласилась леди Гейдж. — Но эта девушка плохо кончит, попомни мои слова.
Карета уже останавливалась у дверей дворца.
— Тебе предстоит самой добираться до апартаментов леди Дарлингтон, — заметил сэр Филипп. — Мне надо нанести визит леди Каслмейн. Не думаю, чтобы это отняло у меня много времени.
Леди Гейдж возмущенно фыркнула.
— Надо надеяться! Хотела бы я знать, что этой женщине от тебя нужно. Могу сказать одно, Филипп: мне не нравится, что ты идешь в ее апартаменты один. Это… ну… небезопасно.
Сэр Филипп даже не сразу понял, на что намекала его супруга. А когда понял, горделиво выпрямился, словно мысль о ее подозрениях не была ему неприятна.
— Долг есть долг, милая! — напыщенно заявил он. — По работе мне часто приходится беседовать со странными людьми, и знатными, и простолюдинами. Но могу тебя заверить: я буду вести себя со всей возможной благопристойностью, не сомневайся.
— Хотела бы я не сомневаться, — сурово проговорила леди Гейдж. — Эта женщина абсолютно бесстыдна, и всем это прекрасно известно. Ты уверен, что обязан ей повиноваться? Я и внимания не обратила бы на ее распоряжения!
— Милая, если бы я рассуждал так же, мы в скором времени оказались бы дома, в Бедфордшире. Не забывай, что к миледи Каслмейн, что бы о ней ни думали другие, прислушивается сам король.
— Я и не забываю, — мрачно отозвалась леди Гейдж. — И единственное, что его извиняет, это то, что мужчины совершенно беспомощны перед этой особой. А она готова на все ради достижения своих целей. Но если даже король тает от улыбки этой шлюхи, то устоишь ли ты, Филипп?
Сэр Филипп расправил светлые усы и поплотнее надвинул на лысую голову парик.
Жизнь не должна ограничиваться только работой, подумал он про себя. И если работу можно сочетать с удовольствием, тем лучше. Нельзя, конечно, рассчитывать на то, что Этель поймет его. Она уже больше двадцати пяти лет была ему верной и преданной женой. Всего полгода назад они отпраздновали свой юбилей. Но она никогда не понимала его.
Конечно, он женился на ней потому, что ее отец был главой судебной и исполнительной власти в графстве Бедфордшир, а Этелфреда — единственной наследницей очень удобного дома и процветающего поместья. Но даже в юности Этелфреда была худой и угловатой, а сэру Филиппу всегда нравились пухленькие женщины с пышными формами. Он смирился с невозможностью иметь сразу все, но не мог не вспоминать откровенно открытые платья леди Каслмейн, которые почти не скрывали ее соблазнительную белоснежную грудь.
— Филипп, мы приехали! О чем ты замечтался? — окликнула его леди Гейдж. Голос супруги вернул его к действительности.
Они вышли из кареты, и леди Гейдж повернула налево, к апартаментам графини Дарлингтон, выходившим на реку, а сэр Филипп отправился на поиски покоев леди Каслмейн, выходивших в дворцовый сад.
При этом он с усмешкой отметил про себя, что ее светлость разместили неподалеку от королевских апартаментов.
Хотя сэр Филипп воображал, что у него первого хватило проницательности это заметить, весь двор только об этом и говорил, когда Барбара Каслмейн переехала в Уайтхолл.
У дверей леди Дарлингтон леди Гейдж встретилась с Рудольфом Вайном. Увидев ее, он снял шляпу и склонился в любезном поклоне, а леди Гейдж одарила его улыбкой, которую сама она считала очаровательной. На самом деле эта улыбка делала ее лицо еще более лошадиным.
— Вы сегодня обедаете у леди Дарлингтон, мистер Вайн? — спросила леди Гейдж.
— Да. И нужно ли говорить вам, насколько я счастлив видеть здесь и вас? — проговорил Рудольф своим самым обаятельным тоном.
Он уже очень давно взял за правило расточать любезности всем пожилым дамам. Это не раз приносило свои плоды, а теперь он особенно был заинтересован в том, чтобы завоевать расположение жены сэра Филиппа Гейджа.
В ожидании, пока им откроют, он окинул взглядом ее платье из шафранного узорчатого шелка и тихо сказал:
— Позвольте мне выразить восхищение вашим нарядом, леди Гейдж. Редко случается встретить умную женщину, которая к тому же умеет хорошо одеваться.
Он выбрал идеальный путь к сердцу леди Гейдж. Та давно считала, что прозябала в Бедфордшире среди скучных сквайров с их женами. Считая себя чрезвычайно начитанной, леди Гейдж полагала, что при благоприятном стечении обстоятельств могла бы устроить салон, куда стекались бы самые блестящие и остроумные люди. Выслушав комплимент Рудольфа, она заулыбалась, подошла поближе и устремила на него почти гипнотический взгляд.
— Нам с вами надо будет как-нибудь поговорить: я вижу, что у нас много общего.
— Я в вашем распоряжении, — заверил ее Рудольф, лихорадочно прикидывая, нельзя ли будет вытянуть у старухи денег взаймы.
Однако его размышления были прерваны: лакей открыл им дверь, и они вошли в освещенную прихожую. Когда они оставили там свои плащи, об их прибытии было громко объявлено хозяйке вечера, которая ждала их в гостиной.
Там уже стояли несколько человек. Как и предвидел Рудольф, все это были пожилые придворные. Тея стояла в противоположном конце комнаты и разговаривала с архиепископом Кентерберийским. Рудольф поспешил к ней.
Этим вечером она выглядела еще лучше, чем обычно. На ней было платье из серебряной парчи, расшитое крошечными жемчужинами, и нитка жемчуга на шее. Рудольф почувствовал, что, когда он смотрит в чудесные глаза Теи, ему даже трудно думать о деньгах. Девушка встретила его слабой улыбкой.
Он поднес к губам ее холодные пальчики и только теперь вспомнил, что она может сердиться на него за то, что произошло между ними днем. Впервые Рудольф испытывал совершенно новое для себя чувство — смесь симпатии, уважения, восхищения, граничащего с обожанием.
У него странно сжалось горло. Захотелось опуститься на колено, прикоснуться губами к краю платья Теи. А потом в нем жаркой волной поднялось желание, такое острое и непреодолимое, что он понял: какие бы препятствия перед ним ни встали, он их преодолеет, чтобы обладать Теей. Он во что бы то ни стало должен ею обладать.
Она была такая миниатюрная, такая хрупкая, что он мог бы схватить ее в объятия и силой заставить пообещать ему все, чего он так желает. Но несмотря на эти новые для него ощущения, Рудольф помнил, что должен произнести общепринятые слова приветствия. А потом еще выслушать какие-то банальные фразы в ответ.
— Мне необходимо увидеться с вами наедине! — удалось наконец сказать ему так тихо, что его могла услышать только она.
— Зачем? — удивленно спросила Тея.
В ее голосе был холод, который должен был бы дать ему понять, что дальше идти не следует.
— Мне необходимо сказать вам нечто, предназначенное только для вас. Я буду ждать вас в дворцовом саду или там, где вы пожелаете. Только бы мы могли быть одни!
— В ее глазах вспыхнул гнев.
— По-моему, вы забываетесь, кузен Рудольф. Я не имею привычки назначать свидания молодым людям ни в дворцовом саду, ни где бы то ни было еще.
Ее слова уязвили его, и, не сдержавшись, он ответил:
— Ну да! Вы предпочитаете встречаться с ними в Стейверли!
Его тон заставил Тею вспыхнуть, но она стойко выдержала его взгляд, а потом, не говоря ни слова, повернулась к нему спиной, прошла через всю комнату и встала рядом с графиней. Рудольф понял, что она сделала это специально, чтобы напомнить ему о том, что у нее есть защита. Однако он не смутился и не пожалел о сказанном. Его воспламеняло желание такое сильное, какого он прежде никогда не знал. Рудольф решил, что Тея будет принадлежать ему, и никакие ее слова и поступки этого не изменят. Он твердо намеревался сделать ее своей женой.
Не пытаясь следовать за ней, Рудольф остался стоять на прежнем месте. Он надеялся, что Тея чувствует его взгляд и что это ее тревожит. У него появилось то же чувство, какое он испытал на охоте, выслеживая дичь. Пока его не охватил охотничий азарт, ему казалось, что охота — довольно скучное занятие. А потом, когда он пробирался через пустошь, стараясь подойти поближе к благородному животному, он ощутил жажду крови и понял, что оленю от него не уйти.
Такое же чувство Рудольф испытывал сейчас, наблюдая за Теей. Она может сопротивляться, но он завоюет ее, она вынуждена будет сдаться. Рудольф так пристально наблюдал за Теей, что не заметил, как его тетка, переходя от одного гостя к другому, подошла к нему.
Ему показалось, что графиня Дарлингтон еще больше стала похожа на хищную птицу. Глубоко посаженные глаза делали еще заметнее нос, напоминавший клюв тукана. Ее седые волосы были переплетены фиолетовыми лентами в цвет платья.
Высохшая кожа приобрела желтоватый оттенок, как старинный пергамент. На шее и на запястьях блестели бриллианты. Взгляд графини, зоркий и проницательный, был устремлен на племянника с таким выражением, будто она видит его впервые.
Перед теткой он ни в чем не был виноват, но под ее взглядом Рудольфу почему-то стало неуютно. Казалось, графиня наблюдает за ним, стараясь прочесть на его лице какую-то тайну.
— Ну и что ты скажешь в свое оправдание, Рудольф? — спросила наконец леди Дарлингтон довольно резко.
Чувствуя себя неловким и неуверенным, словно мальчишка-школяр, Рудольф ответил тоже вопросом:
— А в чем мне надо оправдываться, тетя Энн?
— Ты это прекрасно знаешь! — заявила леди Дарлингтон.
Но, заметив, что он искренне недоумевает, добавила:
— После того, как ты ушел, Тея плакала. Чем ты ее расстроил?
Рудольф махнул рукой, словно стараясь отмести обвинения тетки, но потом решил говорить откровенно, не скрывая больше своих намерений.
— Я понятия не имею, почему мой визит расстроил Тею, тетя Энн. Но я просил ее — б который раз — стать моей женой. Вы не поможете ей принять наконец решение? Я люблю ее и уверен, что смогу сделать счастливой. К тому же наш брак явно будет выгодным для семьи. Мы вернем Стейверли его прежний блеск.
Рудольф так увлекся, что не сразу заметил, как потемнело лицо графини. Она смотрела на него с нескрываемой неприязнью.
— Тея может выйти замуж за кого пожелает. А что до выгоды, то это относится в первую очередь к тебе, Рудольф. Ты прекрасно знаешь, что у Теи богатое приданое.
— Но я могу вернуть ей Стейверли! — гордо заявил Рудольф.
— Поместье пока тебе не принадлежит. Когда ты его получишь, мы, возможно, еще подумаем. Но до той поры я не могу считать тебя подходящей партией для Теи.
Рудольф кусал губы, с трудом сдерживая резкие слова, которые рвались с его языка. В это мгновение он ненавидел графиню. Если бы сейчас она замертво упала к его ногам, он радостно захохотал бы, не скрывая своих истинных чувств. К тому же графиня была похожа на отца Рудольфа. А он хорошо помнил, как отец говорил с ним точно таким же требовательным тоном, а ему приходилось молча кипеть от возмущения и страстно мечтать о мести.
В эту минуту Рудольф говорил себе, что терпеть не может своих родственников: тетку Энн с ее проницательным взглядом, который словно сверлил его, обнаруживая мерзость и лукавство его мыслей; кузена Лусиуса, который стоял между ним и Стейверли. Он всегда ненавидел Лусиуса, даже когда они были детьми. Тот был на несколько лет старше, и при нем Рудольф чувствовал себя жалким и ничтожным.
Зато Лусиус дружил с Эдвином. Они всегда проводили часть каникул вместе, а какое-то время перед поступление в Итон у них даже был общий гувернер. Они всегда принимали Рудольфа в свои игры. Но именно их благородство приводило его в бешенство. Он не спал ночами, терзаясь ненавистью и придумывая способы продемонстрировать свое превосходство.
Всю жизнь он мечтал быть хозяином положения, быть самым старшим, самым значительным — человеком, на которого все смотрели бы снизу вверх, который обладал бы властью и богатством. Но жизнь не дала ему этого. Даже привязанность к матери была отравлена для Рудольфа мыслью о том, что брата она может любить больше.
Мать умерла, когда ее младший сын был еще совсем юным, а отец — Рудольф знал это — всегда предпочитал ему Эдвина. Ему хотелось быть любимым, но он был не в состоянии помешать своим бесплодным мечтам, гордости и злости разрушить любую привязанность, остудить любую дружбу. Те, кто плохо знал его, считали, что он красивый и добродушный молодой человек, но не блещет ни умом, ни жизненной энергией. Никто не подозревал, какие бури кипели в его душе. И только те, что становились свидетелями его безжалостности во время дуэли с оскорбившим его человеком или видели, с какой холодной расчетливостью он обхаживает женщину ради ее денег, догадывались, какая стальная решимость таится в нем.
Как раз в тот момент, когда тетка отвернулась от него, приветливо улыбаясь другому гостю, Рудольф понял, что ему необходимо предпринять. В его голове сложился план. Он решил, что удача наконец повернулась к нему лицом. Он перестанет быть попрошайкой и превратится в хозяина положения.
Только один раз в жизни он испытывал подобную уверенность а себе: когда встретился с Барбарой Каслмейн и понял, что легко может ее завоевать. Они встретились на Каменной галерее, куда вход был открыт для всех.
Здесь все слухи, скандалы и интриги обсуждались едва ли не раньше, чем о них начинали говорить в высшем свете. Постоянно бывая на галерее после приезда в Лондон, Рудольф узнал, кто есть кто при дворе, и вовсю использовал свое имя, чтобы завязывать новые знакомства.
— Разрешите мне представиться, милорд, — говорил он какому-нибудь титулованному аристократу. — Мой отец очень часто говорил о вас, и я уверен, что он хотел бы, чтобы я засвидетельствовал вам свое уважение.
— Дозволено ли мне поздравить вас, ваша светлость? — смиренно спрашивал он у какой-нибудь знатной дамы.
— С чем? — осведомлялась она, быстрым взглядом оценивая незнакомца и отмечая прекрасное качество костюма и изящество его поклона.
— С тем, что вы самая прекрасная из всех дам, которых я видел в Англии после моего возвращения из французского изгнания, — смело отвечал Рудольф, продолжая играть роль преданного сторонника Карла.
Но когда ок встретил Барбару, все шло иначе. Она возвращалась с приема. Рудольф шагнул ей навстречу. Высоко подняв темноволосую голову, в шляпке с пышными страусовыми перьями, Барбара белоснежной рукой, унизанной кольцами, сжимала украшенную драгоценными камнями тросточку. Такие с ее легкой руки вошли в моду при дворе. Юбки у нее были такой ширины, что людям приходилось отступать, чтобы пропустить ее. Позади Барбары бежал негритенок в тюрбане, тоже украшенном драгоценностями.
На галерее не было никого, кто не был бы сражен яркой, экзотической красотой Барбары. Но если другие отступали перед ней, Рудольф шагнул вперед. Она подошла к нему вплотную, а он все не двигался с места. Взмахнув тростью, словно собираясь смести его с дороги, она надменно спросила:
— Вы уйдете с дороги и позволите мне пройти, сэр.
Рудольф заглянул ей в глаза и ответил:
— Увы, не могу! Я остолбенел от восхищения и обожания.
На последнем слове он понизил голос, и оно словно напряженно повисло между ними. Секунду поколебавшись, Барбара спросила, глядя прямо ему в глаза:
— Кто вы?
Рудольф по-прежнему стоял в оцепенении, не кланяясь, как полагалось бы при первом знакомстве. Потом медленно проговорил:
— Человек, перед которым впервые отверзлись врата рая.
Я не думал, что на земле существует подобная красота!
Барбара тихо рассмеялась нежным гортанным смехом.
— Я спешу, — сказала она, отсмеявшись.
— Это не имеет значения, — ответил Рудольф, — есть нечто более важное.
Казалось, он сумел ее околдовать. Она спросила:
— Что же?
Рудольф ответил ей очень тихо, никто на галерее их не услышал. Немало любопытных взглядов проводили их. Все заметили, что незнакомец сел в карету леди Каслмейн. Это стало началом. Рудольф знал, что фортуна подсказала каждое его движение, каждое слово.
И он был уверен, что судьба поможет ему и теперь. Он ощущал, как она направляет его, видел это так ясно, словно был пешкой в чьих-то всемогущих руках.
Архиепископ Кентерберийский, что стоял рядом с ним, достал из жилетного кармана часы.
— Уже четверть седьмого! — проговорил он с некоторым раздражением. — Не понимаю, почему нас до сих пор не пригласили к столу.
Словно в ответ на его вопрос двери гостиной распахнулись, но вместо дворецкого удивленные гости увидели сэра Филиппа Гейджа, который стоял в дверях раскрасневшийся, но являвший собой воплощенное достоинство. Позади него в освещенной свечами передней стояли несколько солдат.
Леди Дарлингтон, которая в этот момент разговаривала с леди Гейдж, поначалу их не увидела. Заметив только сэра Филиппа, она направилась к нему, приветливо улыбаясь и протягивая ему руку.
— Наконец-то вы пришли, сэр Филипп! — воскликнула она. — Мы уж подумали, что вы нас покинули.
Подойдя к сэру Филиппу, она увидела позади него солдат и с удивлением взглянула на них, а потом обратила вопросительный взгляд на сэра Филиппа.
— Немало сожалею, — начал он пронзительным властным голосом, — но я пришел сюда исполнять свой долг, а не в качестве гостя, как предполагалось ранее.
— О чем вы говорите? — недоуменно спросила леди Дарлингтон.
— На мне лежит крайне неприятная обязанность арестовать вашу внучатую племянницу, леди Пантею Вайн! — провозгласил сэр Филипп. — Я должен немедленно препроводить ее под арест, где она и останется до слушания ее дела.
— Арестовать Тею? В жизни не слышала подобной глупости. Что же могла она сделать, чтобы дать повод для ее ареста?
Сэр Филипп набрал в легкие побольше воздуха, надул щеки и зычно провозгласил:
— Именем закона она обвиняется в убийстве ее мужа, мистера Христиана Дрисдейла!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Леди и разбойник - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Ваши комментарии
к роману Леди и разбойник - Картленд Барбара



Несомненно, это лучший роман у Картленд. Конечно, похож на сказку, но не так много соплей и чуши, как в других ее романах: 8/10.
Леди и разбойник - Картленд БарбараЯзвочка
11.02.2011, 13.47





у барбары нет неинтерестних книг
Леди и разбойник - Картленд Барбарамария
15.06.2011, 11.24





аа Бобо (собачку) то как жалко...наверное для меня это самое печальное в этой книге
Леди и разбойник - Картленд Барбараололо
21.07.2012, 22.43





Хорошая одноименная экранизация этого романа з Хью Грантом в главной роли, мне кажется, что фильм красочнее книги
Леди и разбойник - Картленд БарбараItis
4.06.2013, 17.55





Не могу сказать что роман мне очень понравился, но он хороший))
Леди и разбойник - Картленд БарбараЛапочка
30.08.2013, 21.34





Не могу сказать что роман мне очень понравился, но он хороший))
Леди и разбойник - Картленд БарбараЛапочка
30.08.2013, 21.34





Этот роман интересный, но не лучший среди романов Барбары Картлэнд
Леди и разбойник - Картленд БарбараАлина
28.09.2013, 16.01





замечательный роман!! Читала с упоением!!!
Леди и разбойник - Картленд БарбараВалентина
27.04.2014, 15.53





Роман прочла с удовольствием. И сюжет интересен и диалоги тоже. Очень интересные сравнения между охотой и "охотой мужчин за женщиной". Понравился образ Теи, волевая и смелая. А Лусиус - мужчина, на которого женщина может положиться, который сможет беречь и защищать ее!!! Всем желаю таких мужчин! 8 баллов.
Леди и разбойник - Картленд БарбараЖУРАВЛЕВА ,г.Тихорецк
31.05.2014, 8.35





Мне понравилось!! Не смотря на отсутствие постельных сцен все было хорошо. Приятно и легко читать! Наслаждайтесь!!!
Леди и разбойник - Картленд БарбараЕлена
31.05.2014, 18.52





Ах ты, Господи, я даже прослезилась! Надо же!
Леди и разбойник - Картленд БарбараЛюбовь.
15.06.2015, 10.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100