Читать онлайн Красотка для маркиза, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Красотка для маркиза - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 134)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Красотка для маркиза - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Красотка для маркиза - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Красотка для маркиза

Читать онлайн

Аннотация

Юная Мелинда сбежала из дома, не желая выходить замуж за старика, которого дядя предназначил ей в мужья. Но, будучи девушкой неопытной, она сразу попадает в беду: ее решила прибрать к рукам хозяйка борделя. На ее счастье, лорду Чарду срочно нужна девица, которая за плату могла бы сыграть роль его невесты, - умирающая мачеха готова завещать ему состояние, только если он женится в ее присутствии. Не догадываясь, куда она попала, Мелинда соглашается на эту роль - ей очень нужны деньги. А лорд Чард поражен наивностью красотки из борделя и ее актерскими способностями, позволяющими строить из себя настоящую леди-недотрогу...


Следующая страница

Глава 1

Дверь классной комнаты с треском распахнулась.
— Как, ты еще не закончила отделку моего платья? — резко спросила Шарлотта.
Мелинда, ее двоюродная сестра, сидела у окна, через которое заходящее солнце бросало последние лучи на чудесную вышивку, которой та украшала бальное платье из розовой тафты.
— Мне осталось совсем немного, Шарлотта, — ответила она тихо. — Я никак не могла начать раньше.
— Ты не могла начать раньше, потому что слишком долго пропадала на конюшне и возилась с этой своей лошадью, — гневно продолжала Шарлотта. — Воистину, Мелинда, если это будет продолжаться, я попрошу папу, чтобы он запретил тебе прогулки верхом, тогда, может быть, у тебя останется больше времени для выполнения домашних обязанностей.
— Ах, Шарлотта, не будь так жестока! — вскричала Мелинда.
— Ты говоришь о жестокости! — возмутилась сестра. — Как можно говорить о том, что мы жестоки по отношению к тебе. Послушай, как раз на этой неделе Сара Овингтон рассказывала мне о бедной родственнице, которая живет у них. Так вот, они никогда не позволяют ей спускаться к ленчу или обеду, а когда куда-нибудь едут в экипаже, эта девушка всегда должна садиться спиной к лошадям. А ты ведь знаешь, как я веду себя в этом случае — тебе дозволено сидеть рядом со мной в карете.
— Ты очень добра, Шарлотта, — примирительно сказала Мелинда, — и прости меня, пожалуйста, за задержку с платьем. Она произошла единственно из-за того, что Нед прислал записку и сообщил, что Огонек отказывается есть. Конечно, как только я пришла к нему, он тут же съел весь овес.
— Знаешь, твои хлопоты с этой глупой лошадью довольно нелепы, — уничтожающе продолжала Шарлотта. — Никак не могу понять, почему папа разрешает тебе занимать часть конюшни, когда едва хватает места для наших собственных лошадей.
— Ах, Шарлотта, пожалуйста, я умоляю тебя не говорить об этом дяде Гектору, — испуганно отвечала Мелинда. — Я сделаю все, все, что ты скажешь, — буду сидеть всю ночь, чтобы закончить отделку твоего платья, а если хочешь, сделаю вышивку от воротничка до самого края юбки. Но прошу тебя, не говори своему отцу, что бедный Огонек чем-то мешает в конюшне.
В голубых глазах Мелинды стояли слезы, а ее голос слегка дрожал из-за избытка чувств.
Какое-то мгновение кузина пристально смотрела на Мелинду, и в ее глазах чувствовалась враждебность, затем внезапно ее взгляд смягчился.
— Прости, Мелинда. Я нагрубила тебе, но, поверь, совсем этого не хотела. Просто папа опять бранил меня.
— За что в этот раз? — с сочувствием спросила Мелинда.
— Из-за тебя, — ответила Шарлотта.
— Из-за меня? — изумилась Мелинда.
— Да, из-за тебя! — повторила ее кузина и, подражая голосу своего отца, имитируя его мимику и жестикуляцию, продолжала:
— Почему ты не можешь выглядеть так опрятно и аккуратно, как Мелинда? Почему всякое платье, какое бы ты ни надела, сидит на тебе так скверно, в то время как на Мелинде любая старая одежда выглядит так элегантно?
— Никогда бы не смогла поверить, что дядюшка Гектор может сказать что-нибудь подобное! — воскликнула Мелинда.
— Тем не менее это так, — продолжала утверждать Шарлотта. — Более того, мама тоже сказала мне нечто в этом роде. Кстати, ты знаешь, она не любит тебя, Мелинда.
— Да, знаю, — с легким вздохом ответила Мелинда. — Я так старалась угодить тетушке Маргарет, но, что бы я ни сделала, все оказывалось неугодным.
— Дело не в том, что ты думаешь, — резко возразила Шарлотта, — а в том, как ты выглядишь.
Ах, я не так глупа, чтобы не понять, почему мама едва терпит твое присутствие в нашем доме. Видишь ли, она хочет выдать меня замуж, а как ( только к нам приходит какой-либо достойный джентльмен, он не может отвести глаз от тебя.
Мелинда рассмеялась.
— Это самая настоящая глупость, Шарлотта.
Тебя подводит воображение. Вспомни, ведь капитан Перри на прошлой неделе все внимание уделял именно тебе. Ты сама говорила, что он не отходил от тебя ни на шаг во время приема в саду.
— Да, но это продолжалось до тех пор, пока он не увидел тебя, — обиженно ответила Шарлотта.
Внезапно она схватила кузину за руку и потянула к себе.
— Иди сюда и посмотри, что я имею в виду, — промолвила она.
— Что ты делаешь? — воскликнула в изумлении Мелинда. — Ах, осторожно, твое платье! У нас нет времени зашивать, если оно порвется.
Но платье из розовой тафты упало на пол, а Шарлотта потащила девушку через всю комнату к высокому зеркалу в тяжелой бронзовой раме.
Она поставила Мелинду перед ним, а сама встала рядом.
— Теперь смотри! — приказала она ей. — Просто смотри!
Почти падая от страха, Мелинда взглянула в зеркало. Не требовалось большого ума, чтобы признать огромную разницу между собой и кузиной.
Шарлотта была ширококостной и склонной к полноте. На лице у нее были пятна, а цвет его — желтоватый, вероятно, из-за пристрастия к пудингам и шоколаду, поглощаемых в неимоверном количестве. Волосы Шарлотты были какого-то неопределенного серо-бурого цвета и такими безжизненными на вид, что даже неустанные хлопоты камеристки леди Стэйнион ни к чему не приводили, и они лежали неопрятной копной. Черты лица были довольно правильными, но гримаса неудовольствия, создаваемая выражением глаз и опущенными уголками губ, сильно портила их и свидетельствовала о том, что девушка постоянно находится в раздраженном состоянии. О Шарлотте нельзя было сказать, что она от природы отличалась дурным нравом, но ее, безусловно, портило чувство зависти, постоянно испытываемое к кузине, что, впрочем, было вполне естественно.
Мелинда была стройной девушкой невысокого роста с белыми тонкими руками и длинными пальцами. Каждое движение ее было наполнено такой природной грациозностью, которая делала Мелинду почти воздушной. Ее сердцевидное, с тонкими чертами лицо, казалось, излучало какой-то неземной свет. У Мелинды были огромные голубые глаза, окаймленные темными ресницами, доставшимися в наследство от ирландских предков, и волосы цвета спелой ржи, ниспадающие мягкими естественными локонами по обеим сторонам лица.
— Теперь ты видишь, что я имею в виду? — резко спросила Шарлотта.
Мелинда поспешно отвернулась от зеркала, потому что ясно осознала, почему недавно, вспылив, Шарлотта назвала ее «кукушонком в гнезде».
— Моя мать всегда говорила, что всякое сравнение отвратительно, — сказала Мелинда своим мягким голосом. — Все люди разные, у каждого человека есть свои положительные качества.
Посмотри, Шарлотта, как превосходно ты владеешь иностранными языками. А твои чудесные акварели не идут ни в какое сравнение с моими.
— Кому нужны какие-то акварели? — в голосе Шарлотты ощущалась горечь.
Мелинда вернулась к окну и подняла лежавшее на полу платье.
— Через пять минут все будет закончено, — сказала она успокаивающе. — Сегодня вечером на обеде у леди Уитеринг ты будешь выглядеть очаровательно. Наверное, там будет и капитан Перри, а меня в список приглашенных не включили.
— Ты была в списке, — грубо ответила Шарлотта, — но мамочка сказала, что ты будешь в отъезде.
На мгновение нежные губы Мелинды сжались. Затем она промолвила:
— Отчасти тетя Маргарет была права, что отказалась и принесла извинения от моего имени.
Ведь ты знаешь, мне даже нечего надеть.
— Ты могла бы попросить папу, чтобы он позволил тебе приобрести какое-нибудь вечернее платье.
— Я ведь все еще в трауре, — ответила Мелинда.
— Это не правда, и ты знаешь об этом, — возразила Шарлотта. — Тебя заставили носить серую и лиловую одежду, потому что мамочка боялась, что, если ты наденешь платье других цветов, она должна будет разрешить тебе посещать те же приемы, на которых бываю и я, а тогда никто и не взглянет в мою сторону.
— Ах, Шарлотта, дорогая, мне так жаль! — воскликнула Мелинда. — Ты ведь знаешь, я вовсе не пытаюсь намеренно привлечь к себе чье-либо внимание.
— Да, знаю, и это-то хуже всего, — ответила Шарлотта. Она снова повернулась к зеркалу. — Мне бы надо похудеть. Но я просто не в силах отказаться от тех вкусных пудингов, которые готовит повар, а также от жирного хрустящего картофеля и свежеиспеченного хлеба к завтраку. Иногда я спрашиваю себя: стоит ли вообще прикладывать столько усилий для того, чтобы обратить на себя внимание мужчины? А что еще остается делать, чтобы выйти замуж?
— А вот я вряд ли когда-нибудь выйду замуж, — улыбнулась Мелинда. — Кто позарится на бедную родственницу без гроша за душой, о чем мне часто напоминает тетушка Маргарет!
— Никак не могу представить, почему твой отец был столь расточительным? — сказала Шарлотта. — На что же вы все жили до того, как твои родители погибли в аварии?
— Тогда все время казалось, что еще есть немного денег, — ответила Мелинда. — И, кроме того, ведь были и дом, и сад, и слуги, которые прожили с нами так много лет. Мы никогда не считали себя бедными, но, к сожалению, мой дорогой, беспечный папочка никогда вовремя не оплачивал счетов.
— Помню, как были потрясены мои родители, когда узнали размеры его долгов, — искренне посочувствовала Шарлотта. — Ведь именно тогда они решили, что ты должна переехать к нам. «Ей больше не у кого искать приюта, — сказал папа, — никто не примет девушку, не имеющую ни гроша за душой».
— Мне стоило бы проявить больше самостоятельности, — вздохнула Мелинда, — вместо того, чтобы стать приживалкой, я могла бы получить место гувернантки или компаньонки.
— Что ты! Папа никогда бы не позволил тебе этого! — уверенно заявила Шарлотта. — Ведь соседи могли бы подумать, что он отказал в приюте родной племяннице из-за скупости. А папа очень щепетильно относится к тому, что говорят о нем в графстве. И вообще, единственным печальным фактом является лишь то, что ты, Мелинда, так хороша собой.
— Я вовсе не считаю себя красавицей, — торопливо перебила ее Мелинда, — просто я меньше ростом, Шарлотта.
— Мелинда, ты прехорошенькая! — возразила Шарлотта. — А знаешь, что на днях о тебе сказал лорд Овингтон? Я слышала собственными ушами.
— Нет, не знаю. А что он сказал? — заинтересовалась Мелинда, однако ее прелестная головка еще сильнее склонилась над шитьем.
— Конечно, он не догадывался, что я слышу их разговор, — заговорщицки объясняла Шарлотта, — и он сказал полковнику Гиллингему:
«Эта племянница Гектора обещает стать красавицей. Он еще намучается с ней, если не будет строго присматривать».
— Неужели лорд Овингтон действительно так сказал? — спросила Мелинда, и в голосе ее проскользнуло удивление.
— Именно так, я поначалу не собиралась тебе передавать его слова, — сказала Шарлотта, — но ты все же выпытала у меня это. Мелинда, я не в силах утаить от тебя ни одного секрета.
— А что ответил полковник Гиллингем? — продолжала спрашивать Мелинда. — Есть что-то пугающее в облике этого человека, тебе не кажется, Шарлотта? Как-то он обедал здесь, и я заметила, как пристально он смотрит на меня. Не знаю почему, но я почувствовала, как у меня по спине прошел холодок. Думаю, это дьявол в облике человека, никак не иначе.
— Ну что ты, Мелинда! Как ты любишь все преувеличивать! — воскликнула Шарлотта. — Полковник Гиллингем просто старый закадычный друг папы. Они вместе росли, а теперь иногда просиживают в курительной комнате ночи напролет, что приводит в бешенство мамочку. Но он навевает на меня смертельную скуку, впрочем, как и все остальные папины приятели.
— И все-таки мне он совершенно не нравится, — настаивала на своем Мелинда, — а ты еще не рассказала мне, что он ответил лорду Овингтону.
— Я не вполне уверена, что все расслышала и правильно поняла, — отвечала Шарлотта, — но мне кажется, он ответил что-то вроде: «Я тоже думаю, что, если этой шустрой девчонке дадут возможность, она далеко пойдет в обществе!»
— Как он смеет говорить обо мне в таком тоне? — возмутилась Мелинда, и на щеках ее проступил румянец. Когда она гневалась, то казалось, что глаза ее мечут молнии.
— Не обращай внимания! — рассмеялась Шарлотта. — Прости, что я рассказала тебе это.
Но что касается меня, то я была бы счастлива услышать подобные комплименты в свой адрес.
— Не сомневаюсь, что сегодня вечером ты их услышишь, — успокаивающе предположила Мелинда. — Так, платье закончено, и, знаешь, Шарлотта, оно идет тебе гораздо больше, чем любое другое из твоего гардероба.
— Мамочка всегда говорит, что ничто не может так выделять девушку на балу, как цвет ее платья, — согласилась Шарлотта. Она помолчала какое-то время, а затем добавила мечтательно:
— А интересно, капитану Перри нравится розовый цвет?
— Уверена, ты понравишься ему в розовом платье, — заверила ее Мелинда.
— Надеюсь, что так и будет, — с сомнением проговорила Шарлотта. — А лучше всего то, что ты, Мелинда, не собираешься быть на этом балу.
Раздался стук в дверь.
— Войдите! — пригласила Мелинда.
Дверь открылась, и показалась одна из молоденьких горничных в белоснежном накрахмаленном чепце, который слегка сбился набок.
С трудом переводя дыхание, она сообщила:
— Сэр Гектор желает, чтобы мисс Мелинда сейчас же спустилась к нему в библиотеку.
Обе девушки в ужасе посмотрели друг на Друга.
— Что мне теперь делать? — воскликнула Мелинда. — Шарлотта! Ты ничего не говорила ему о моем Огоньке?
— Разумеется, нет, — ответила Шарлотта, — я только дразнила тебя.
— Тогда почему он захотел увидеть меня в это время дня? — взволновалась Мелинда. — Это на него не похоже.
Она скользнула взглядом по часам над камином и отметила, что они показывали шесть часов пополудни.
— Ну, мне лучше всего уйти и начать готовиться к приему, — сказала Шарлотта. — Потом поднимись и расскажи, что он хотел от тебя. Уверена, что это не имеет никакого отношения ко мне.
Мелинда ничего не ответила. Ее лицо побледнело от беспокойства, она поспешно оглядывала себя в зеркале, поправляя волосы и разглаживая строгий белый воротничок, который она подшивала к вырезу своего серого ситцевого платья. Старомодное платье было сшито из мрачного унылого ситца и не имело кринолина, который придавал платьям Шарлотты столь элегантную, пышную форму. И все-таки, несмотря на полную будничность и простоту одежды, Мелинда была полна изящества и очарования, когда почти бегом спускалась по лестнице, устланной полосатым ковром, и пересекала мраморный зал, направляясь в библиотеку.
Взявшись за ручку двери, она на мгновение замерла и глубоко вздохнула. После этого, вздернув подбородок, она сказала себе, что ни в коем случае не должна бояться.
— Вы посылали за мной, дядя Гектор?
Ее голос прозвучал совсем слабо, потерявшись в тяжеловесной помпезности огромной, с высокими потолками комнате — бархатные портьеры, огромные чиппендейловские книжные шкафы, мебель с кожаной обивкой.
Сэр Гектор Стейнион поднялся из-за стола, за которым он что-то писал, и встал перед камином. Он был рослым мужчиной, которому уже перевалило за пятьдесят. У него были темные нависшие брови и начинающие седеть волосы.
Когда он заговорил, его глубокий раскатистый бас, казалось, сотрясал хрустальные подвески люстры.
— Входи, Мелинда. Я хочу поговорить с тобой.
Мелинда прикрыла дверь, прошла по персидскому ковру и встала перед своим дядей, сцепив пальцы рук и глядя на него снизу вверх. Сэр Гектор пристально глядел на нее с почти непроницаемым выражением на лице.
— Сколько тебе лет, Мелинда? — спросил он.
— Восемнадцать… дядя Гектор.
— И ты прожила здесь уже около года.
— Д-да, дядя Гектор. После того как папа и мама… погибли, вы были так великодушны, что дали мне приют.
— Иногда я сожалею об этом, — ответил сэр Гектор. — Мне не хотелось бы скрывать от тебя, Мелинда, за последний год у меня несколько раз возникало чувство, что я допустил ошибку. Ты не та девушка, которую я бы выбрал в качестве компаньонки для своей дочери.
— Мне… мне очень жаль, — ответила Мелинда, — потому что Шарлотта мне… очень нравится, и думаю… думаю, что Шарлотта тоже любит меня.
— Ты вбила ей в голову бредовые мысли, — обвиняюще пророкотал сэр Гектор. — Вчера, например, она мне нагрубила. Шарлотта никогда не поступила бы так год назад, и это твое влияние, Мелинда. В тебе слишком много горячности, слишком много дерзости.
— Я стараюсь… быть… быть скромной, — запиналась Мелинда, пытаясь отыскать слова, которые, по ее разумению, оказались бы верными.
— Но без особого успеха, — сурово оборвал ее сэр Гектор.
— Мне очень жаль, — продолжала Мелинда. — Я старалась угодить вам и тетушке Маргарет.
— Ты обязана была стараться! — раздраженно рычал сэр Гектор. — Осознаешь ли ты, что мой расточительный братец оставил тебя без единого гроша? Да, без единого гроша! Ведь продажа дома едва-едва покрыла его долги.
— Я знаю, — кротко ответила Мелинда.
Все это она уже неоднократно слышала, и всякий раз у нее возникало страстное желание высоко вскинуть голову и громко возразить дяде, заявить ему, что настанет время, и она так или иначе обязательно вернет им все, что они затратили на нее. Но Мелинда знала, что сейчас она беспомощна, знала, что пока может только шептать слова оправдания, как она и раньше только шептала в ответ, и это было ее благодарностью за те крохи, которые падали ей со стола богатых родственников.
— Но я обвиняю не только твоего отца, — продолжал сэр Гектор. — Твоя мать не оказывала на него никакого влияния, хотя должна была это делать. Ей выпало счастье быть внучкой герцога, но в жилах Мелчестеров течет дурная кровь, что всегда вело к чрезмерной необузданности, безудержному непослушанию! Они все нуждаются в узде, точно так же, как и ты, Мелинда.
— Да, дядя Гектор, — прошептала Мелинда.
Она мучительно думала, сколько еще будут продолжаться эти обвинительные речи. С тех пор как она поселилась в доме своего дяди, она уже многократно подвергалась подобного рода увещеваниям. Вначале по простоте душевной она думала, что к ней будут относиться как к равной.
Лишь после множества нотаций, выговоров и наказаний она осознала свое новое положение, поняла, что бедные родственники не имеют никаких привилегий, и прежде всего права иметь чувство собственного достоинства. Ей пришлось заставлять себя оставаться покорной, просить прощения за проступки, которые она не совершала, каяться за то, что имеет собственное мнение, и уж, конечно, за то, что когда-либо высказала это мнение вслух.
Теперь по привычке она невнятно бормотала:
— Мне очень жаль, дядя Гектор. Вы были так добры.
— Но сегодня у меня есть новости для тебя, — неожиданно прервал свои нотации сэр Гектор. — И я могу сказать, Мелинда, что тебе очень повезло! Просто невероятно повезло!
Ответ на такую тираду для нее был совершенно очевиден:
— Да, дядюшка Гектор, мне очень повезло.
И я очень благодарна вам.
— Ты еще не знаешь, за что надо благодарить, — продолжал сэр Гектор. — На самом деле у меня есть кое-что чрезвычайно важное, что я должен сообщить тебе, Мелинда. То, что, без сомнения, удивит тебя и, как я уже сказал, будет большим счастьем для любой девушки в твоем положении.
Он помолчал немного, а затем изрек громоподобным голосом:
— Один джентльмен сделал тебе предложение вступить в брак.
— Пред… предложение… вступить… в… в… брак!
Мелинда едва смогла выдохнуть эти слова.
Эта новость, без сомнения, повергла ее в крайнее изумление.
— Этого ты, конечно, ожидала меньше всего, — сказал сэр Гектор с удовлетворением. — Впрочем, если сказать по правде, то я тоже.
Чувства Мелинды были в смятении. Она поспешно перебрала в уме имена тех немногих мужчин, с которыми она познакомилась в течение последних нескольких недель, — до тех пор, пока она находилась в трауре, тетка не позволяла ей покидать дом и сад. Лишь один мужчина, о котором она могла подумать в связи с предложением, был капитан Перри, но она ни разу не говорила с ним, если не считать обычного обмена приветствиями, когда их знакомила Шарлотта; теперь Мелинда горячо молилась о том, чтобы мужчина, с которым Шарлотта связывала свои самые радужные мечты, не обратил бы свое внимание на нее, Мелинду.
— Насколько я могу судить, ты смущена, — сказал сэр Гектор. — Это правильно, и именно так и должна была отреагировать на мои слова благовоспитанная девушка. Если бы я только подумал, Мелинда, что ты можешь опуститься до того, чтобы разглядывать с интересом какого-нибудь джентльмена еще до того, как он обратится с предложением ко мне, это привело бы меня в ярость. Сегодня главной темой пересудов являются девушки, которые потворствуют ухаживаниям мужчин до того, как те получат родительское благословение. Вот уж чего я не потерпел бы в своем доме.
— Нет, нет, конечно, нет! — поспешно заверила Мелинда своего дядю. — В действительности я никак не могу понять, сэр Гектор, о ком вы сейчас говорите.
— Тогда позволь мне еще раз заверить тебя, что если уж кому повезло, так это тебе, — сказал ей сэр Гектор. — Ну, я не буду больше держать тебя в неизвестности. Джентльмен, который оказывает тебе большую честь предложением руки и сердца, — полковник Рэндольф Гиллингем.
Мелинда тихо вскрикнула.
— Ах, нет! — простонала она. — Нет! Я никогда не смогла бы выйти замуж за полковника Гиллингема.
— Ты не смогла бы! Интересно, почему? — поинтересовался сэр Гектор.
— Потому… потому… потому что он… так… с… стар, — заикаясь ответила Мелинда.
Наступило молчание.
— Может быть, тебе будет интересно узнать, — произнес сэр Гектор ледяным тоном, — что полковник Гиллингем и я одного возраста, а я вовсе не считаю, что я преклонного возраста.
— Нет… нет, я… я не имела в виду… что… — Мелинда с усилием выдавливала из себя каждое слово. — Просто… ну, просто он слишком старый… старый для меня. В конце концов, вы… вы… вы же мне дядя.
— Я уже сказал тебе, Мелинда, — строго продолжал сэр Гектор, — что ты нуждаешься в узде.
И даже более того, тебе нужна сильная рука.
Тебе нужен человек, на которого ты смотрела бы с уважением, который приучил бы тебя к послушанию и тем самым перевоспитал бы. Действительно, Мелинда, больше всего на свете ты нуждаешься в послушании.
— Но я… я… я не хочу… не хочу выходить за него, — умоляющим голосом твердила Мелинда, — Я не могу даже рассматривать такой шаг.
— Ты не можешь даже рассматривать такой шаг? — саркастически повторил сэр Гектор. — А могу я спросить, кто ты такая, чтобы быть такой самонадеянной? Полковник Гиллингем весьма состоятельный человек, я бы даже сказал, очень богатый. Я не могу понять, почему он пожелал, чтобы ты носила его имя, но он заверил меня, что уже питает к тебе глубокие чувства. Ты, Мелинда, должна опуститься на колени и благодарить бога за то, что столь благородный и достойный человек готов взять на себя ответственность за судьбу такого легкомысленного создания, как ты.
— Это весьма любезно с его стороны, — ответила Мелинда, — но я не могу… не могу выйти замуж за него. Пожалуйста, дядя Гектор, передайте мою… мою… признательность и скажите, что… что хотя я и сознаю честь, оказанную мне полковником, но… но решительно должна отклонить его предложение.
— Неужели ты действительно думаешь, что я передам подобный ответ? — прорычал сэр Гектор.
Его громовой голос и ярость, внезапно преобразившие лицо, в любой другой ситуации испугали бы Мелинду, но сейчас она стояла на своем.
— Я сожалею, дядя, но мой ответ будет именно таков, и я не изменю своего решения. Папа всегда говорил, что никогда не позволит себе заставить меня выйти замуж за человека, которого я не люблю.
— Говорить о любви! — воскликнул сэр Гектор. — Твой отец наверняка был сумасшедшим.
Я слышу, что мисс, видимо, считает себя очень современной и воображает, что может пренебрегать традициями и не считаться с родительским авторитетом! Но не в моем доме! Ты слышишь, что я говорю? Не в моем доме! Порядочные девушки пока еще выходят замуж за того, кого им указывают их родители, а поскольку у тебя нет отца и я несу ответственность за твое благополучие, то я буду решать, за кого тебе выходить. На самом деле я уже принял решение.
— Это бесполезно, дядя, я не смогу стать женой полковника Гиллингема. Он мне не нравится. В нем есть что-то такое, что внушает мне страх и отвращение.
— Ты дерзкая девчонка! — вскричал сэр Гектор. — Как ты смеешь говорить об одном из моих друзей в подобном тоне? Не имея ломаного гроша за душой, ты осмеливаешься отказывать одному из богатейших людей нашего графства, человеку, который оказал тебе честь намного большую, чем та, которую ты заслуживаешь, предложив стать его женой! Ты примешь предложение полковника, а твоя тетя в силу своей доброты сделает все приготовления к свадьбе, которая состоится тут, в этом доме. Возвращайся в классную комнату! Дело решено.
Мелинда сильно побледнела и сжала руки с такой силой, что побелели суставы, но, когда она заговорила, голос ее звучал твердо.
— Мне очень жаль, если я вас разгневаю, дядя Гектор. Но если вы сообщите полковнику Гиллингему, что я дала согласие на этот брак, вы поставите себя в двусмысленное положение. Я не стану его женой, и даже если вы силой притащите меня в церковь, я и там откажу ему.
Сэр Гектор издал гневный рык.
— Значит, откажешь? — загрохотал он. — Откажешься от предложения, которое любая девушка приняла бы с благодарностью? Ты поступишь так, как я сказал! Неужели ты воображаешь, что я позволю тебе выставить меня дураком в глазах одного из моих лучших друзей? Более того, о бракосочетании будет объявлено в «Газетт»и в «Морнинг пост» послезавтра.
— Меня не остановит, даже если это объявит городской глашатай, — дерзко ответила Мелинда. — Я не выйду замуж за полковника Гиллингема! Я ненавижу его! Я не стану его женой, что бы вы ни сделали со мной!
— Это мы еще посмотрим! — рявкнул сэр Гектор. Теперь его сотрясал приступ бешенства, который был слишком хорошо знаком его жене и домочадцам. Лицо его приобрело багровый оттенок, густые брови, казалось, почти сомкнулись на переносице, он не говорил, а выплевывал слова в лицо Мелинде.
— Я заставлю тебя подчиниться! — кричал он. — Я не позволю пренебрегать собой никому, и особенно тебе, нищей девчонке, которой я дал приют в своем доме? Ты будешь его женой!
— Нет, никогда! Я не выйду замуж за человека, которого не люблю! — протестовала Мелинда. Ее голос тоже стал громким, как будто она хотела, чтобы ее наконец услышали.
Крик Мелинды, похоже, был последней каплей, и сэр Гектор уже не мог сдерживать свой дикий нрав. Он схватил со стола хлыст для верховой езды и одним молниеносным движением ударил Мелинду по плечам с такой звериной жестокостью, что почти сбил девушку с ног.
Только каким-то чудом ей удалось удержаться на ногах, но она продолжала кричать:
— Я не выйду за него замуж! Нет! Нет! Нет! — Она выставила вперед обе руки, чтобы как-то защитить себя.
После этого, почти потеряв рассудок от нахлынувшей волны бешенства, сэр Гектор схватил Мелинду одной рукой и, осыпая ударами, бросил ее поперек на конец дивана. Снова и снова хлыст обжигал ее плечи и спину, боль пронизывала все тело, но Мелинда не сдавалась.
— Нет! Нет! Нет! — снова и снова кричала она.
— Ты выйдешь замуж за полковника Гиллингема, или я убью тебя! — угрожал сэр Гектор, скрежеща зубами; хлыст, казалось, рассекал воздух, и все это продолжалось до тех пор, пока в конце концов он чуть ли не с удивлением обнаружил, что Мелинда больше не кричит. Она лежала на краю дивана, волосы в беспорядке спадали на лицо, одна рука безвольно висела и была совершенно неподвижна. На какое-то мгновение сэр Гектор испугался. Затем он отбросил хлыст в сторону на пол.
— Поднимайся, — громко обратился он к Мелинде. — Ты сама хотела этого и получила по заслугам.
Мелинда оставалась без движения. Тяжело дыша, сэр Гектор поднял девушку на руки и положил ее на диван. Она оказалась на удивление легкой. Ее голова бессильно склонилась на одно плечо, глаза были закрыты.
— Мелинда! — позвал сэр Гектор. — Черт тебя возьми, маленькая дура! Уж она надолго запомнит этот урок! Надо поздравить Рэндольфа с укрощением Мелинды.
Он направился в угол в направлении столика-бара. На нем среди графинов граненого стекла стоял отделанный серебром кувшин с водой.
Сэр Гектор плеснул немного воды в стакан и, вернувшись к Мелинде, грубо брызнул ей водой в лицо.
Какое-то мгновение после этого она оставалась неподвижной, затем ее ресницы дрогнули.
Если сэр Гектор и вздохнул с облегчением, то вида он не подал.
— Поднимайся, — сказал он ей грубо. — Отправляйся к себе в спальню и оставайся в ней до завтра. Ты не получишь ни куска хлеба, и, если завтра будешь упорствовать в своем отказе выйти замуж за полковника Гиллингема, я снова изобью тебя, а потом еще раз и еще раз. Твое упорство необходимо сломить, упрямая девчонка, я не потерплю даже малейшего непослушания в моем доме. Ты слышишь меня? Теперь отправляйся в свою комнату и не вздумай идти плакаться к тетушке. Ты не получишь у нее сочувствия.
Стоя к девушке спиной, он налил себе большую порцию бренди с видом человека, заслужившего выпивку.
Медленно, с полуприкрытыми глазами, Мелинда пыталась встать на ноги, и это давалось ей с большим трудом. В глазах у нее было темно.
Опираясь сначала на угол дивана, затем на стул, цепляясь за стол, она наконец добралась до двери. Выйдя в зал, она продолжала двигаться словно во сне, будто ее мозг перестал управлять телом, и лишь инстинкт подсказывал ему, в каком направлении нужно двигаться.
С трудом, ступенька за ступенькой, Мелинда вскарабкалась по лестнице, как ребенок, который только учится ходить, — перемещая вперед сначала одну ногу на шаг, затем приставляя к ней вторую. Выше, еще выше, постоянно осознавая, что в любой момент на нее может накатиться темнота, после чего она не сможет двигаться дальше.
Но ее воля все-таки возобладала, и, хотя это заняло много времени, Мелинда добралась все же до своей крохотной унылой спальни в конце темного коридора, как раз напротив классной комнаты. Она распахнула дверь, затем закрыла ее на ключ и рухнула без чувств на пол.
Сколько она пролежала на полу, Мелинда не знала. Находясь в полуобморочном состоянии, она понимала лишь то, что мучительно страдает, причем не столько от физической боли, сколько от того унижения, которому она подверглась. Уже стемнело, и ей стало очень холодно.
Наконец она поднялась с пола и ощупью добралась до кровати. Пока она с трудом преодолевала этот путь, раздался стук в дверь.
— Кто… кто… там? — спросила Мелинда дрожащим от страха голосом.
— Это я, мисс, — ответили ей, и она узнала голос Люси, молоденькой горничной, которая пришла приготовить ей постель на ночь.
— Все… все в порядке… Я… я сама управлюсь… спасибо, — с трудом промолвила Мелинда.
— Хорошо, мисс.
Она услышала удаляющиеся шаги Люси, после чего наконец заставила себя зажечь свечи на туалетном столике. Пристально разглядывая свое лицо в зеркале, Мелинда чувствовала, что она как-то неуловимо изменилась; ей даже показалось, что это не ее отражение, а кто-то чужой смотрит на нее из зеркала.
Перед ней было бледное лицо с безумными глазами, наполненными страданием и страхом; всклокоченные волосы лежали в беспорядке.
Мелинда повернулась к зеркалу боком и теперь могла видеть, что кровь из ссадин на спине пропитала насквозь ткань платья, образовав на нем темные, еще влажные пятна.
Мелинда стала медленно раздеваться, каждое движение давалось ей с трудом и мучениями. Ей буквально приходилось отдирать свое платье и нижнее белье от кожи на спине, потому что местами кровь уже засохла и склеилась с материей. Несколько раз она почти теряла сознание, но все-таки продолжала болезненную процедуру — ей обязательно надо было освободиться, вытащить себя из окровавленной одежды.
Наконец она сдернула с себя платье и, закутавшись в старый фланелевый халат, присела к туалетному столику, уставясь потухшим взором в темноту комнаты. Она еще не пришла в себя, но в ее ушах все звучали последние слова дяди Гектора: «Ты не получишь ни куска хлеба, а если завтра будешь упорствовать в своем отказе выйти замуж за полковника Гиллингема, я снова изобью тебя, а потом еще раз и еще раз…»
Теперь она знала, что сэр Гектор много раз был на грани того, чтобы избить ее, с тех пор как она поселилась в этом доме, избить так же, как он избивал своих собак и лошадей, так же, как однажды — об этом в доме говорили только шепотом — он избил одного из конюхов, после чего родители мальчика даже угрожали сэру Гектору судом.
Он был человеком дикого нрава, совершенно терявшим самоконтроль в приступе злобы, но Мелинда знала наверняка, что главной, а может быть, и единственной причиной этой вспышки бешенства явилось прежде всего то, что в случае ее отказа от замужества сам полковник Гиллингем и другие влиятельные персоны графства могли бы предположить, что сэр Гектор не является полновластным хозяином в своем доме. Его деспотичный характер требовал безусловного повиновения от каждого, какое бы положение в доме он ни занимал, и Мелинда, как одна из его обитательниц, должна была безоговорочно выполнять все его приказы.
— Я не выйду замуж за полковника Гиллингема! Ни за что! — шептала Мелинда.
Затем голос ее дрогнул, и из глаз полились слезы. Слезы, которые, казалось, хлынули из самой глубины ее души и сотрясали все ее хрупкое, истерзанное тело до тех пор, пока она не начала дрожать с головы до пят.
— Ах, папочка! Мамочка! Как же вы могли позволить, чтобы это случилось со… со мной? — всхлипывала Мелинда. — Мы были так счастливы вместе, жизнь казалась такой чу… чудесной, пока вы не… не умерли. Вы и представить не могли, к чему это может привести и что мне придется вынести.
Слезы ослепляли и душили ее, потом она вдруг снова забормотала, подобно потерявшемуся ребенку:
— Папочка!… Мамочка! Вы так мне нужны…
Где… где вы?
И внезапно, словно ее родители действительно ответили ей оттуда, где они теперь обитали, она вдруг получила ответ на свой главный вопрос — как ей быть и что делать? Это решение — очевидное и безошибочное — пришло к ней как озарение, как будто некто заговорил с ней и рассказал, как ей поступить. Ни на мгновение она не усомнилась в верности этого решения и даже не думала, чем — хорошим или плохим — обернется этот шаг для нее в будущем.
Она просто знала, что поступить следует так и никак иначе. Ее отец и мать не могли не ответить на мольбы своей дочери.
Мелинда вытерла слезы, встала из-за туалетного столика и, взяв маленький саквояж, стоявший на полке над гардеробом, начала укладывать вещи. Она собирала лишь самое необходимое, осознавая, что сейчас она не так сильна, как в лучшие времена, а поэтому тащить что-либо лишнее будет мучением. Мелинда уповала лишь на то, что стремление к желанной цели придаст ей силы.
Собравшись наконец, она надела чистую рубашку, свежевыстиранные нижние юбки и свое воскресное платье из лилового батиста с белыми воротничками и манжетами. Была еще шляпка в тон платью строгого и простого фасона, украшенная лиловыми лентами — согласно требованиям тетушки Маргарет, которая запрещала какие-либо излишества в одежде, пока Мелинда находилась в трауре. А поношенную пеструю шаль, ранее принадлежавшую ее матери, Мелинда положила рядом с саквояжем, чтобы накинуть в последний момент.
Ей пришлось посидеть перед зеркалом немного дольше, чем она намеревалась; наконец она услышала, как дедовские часы в зале бьют два часа. Мелинда открыла свой кошелек. В нем было всего несколько шиллингов — все, что она смогла сберечь из тех скудных карманных денег, которые дядя разрешал ей иметь для подаяния в церкви и некоторых других весьма незначительных расходов.
Продолжая решительно действовать, как будто каждое ее движение было продумано заблаговременно, Мелинда достала из выдвижного ящичка туалетного столика обитую бархатом коробочку. Она открыла ее — внутри лежала маленькая алмазная брошь в виде полумесяца — единственная вещь, которую ей дозволено было сохранить при продаже дома и имущества, когда все, что представляло хоть какую-то ценность, шло на покрытие долгов ее отца.
Эта маленькая брошь избежала участи остальных вещей только благодаря тому, что еще до трагических событий уже принадлежала Мелинде, так как досталась по наследству от бабушки. Брошь была немного больше обычной детской брошки, но все вправленные в нее алмазы имели огранку бриллиантов, и Мелинда знала, что эта вещица представляла определенную ценность.
Держа коробочку в руке, она очень, очень осторожно открыла дверь спальни. Крадучись пробираясь по коридору и все время опасаясь, что скрипнет какая-нибудь половица, Мелинда даже сдерживала дыхание и прислушивалась на всякий случай к посторонним звукам: кто-нибудь мог неожиданно появиться перед ней и спросить, что она тут делает в это время. Но все в доме было тихо и спокойно, и лишь тиканье часов в зале нарушало эту полную тишину.
Она добралась наконец до будуара своей тетки, который находился совсем рядом с большой спальней, где спали тетя и дядя. Подобно привидению, Мелинда двигалась по ковру совершенно бесшумно, и казалось, что ее маленькие ножки не ступают по ковру, а скользят по воздуху. Она открыла дверь в будуар. Все было погружено в темноту, но Мелинда хорошо знала дорогу.
Она чуть-чуть отдернула штору, чтобы в комнату проник лунный свет. Секретер ее тетки — изящный образчик мебели эпохи Людовика XV, уставленный декоративными тарелками из севрского фарфора, — стоял у окна. Мелинда отлично знала, где хранились деньги на домашние расходы, потому что каждую неделю помогала своей тетке оплачивать домашние счета и помнила, что даже после выплаты жалованья слугам всегда оставался некоторый излишек денег для оплаты мелких покупок.
Мелинда открыла один из выдвижных ящичков. Там, как она и предполагала, лежало десять золотых гиней. Мелинда взяла все монеты и положила на их место алмазную брошь, оставленную в наследство бабкой. Она была почти уверена, что ее дядя, когда узнает о случившемся, обвинит ее в воровстве, но также была убеждена и в том, что брошь стоит много больше, чем десять гиней, и поэтому, если тетушка Маргарет захотела бы продать эту вещь, она, без сомнения, не осталась бы внакладе.
Мелинда задернула штору и ощупью двинулась к двери будуара. Добравшись до двери, она вышла и пошла назад в свою комнату. Мелинда чувствовала, что ее спина разболелась и окоченела, но что толку сейчас было думать о своих болячках и страданиях! Если она собралась бежать, то делать это надо было немедленно.
Положив монеты в свой кошелек, Мелинда оглядела комнату и задула свечи. Стоя в темноте, она на мгновенье закрыла глаза.
— Ах, папочка и мамочка! — прошептала она. — Помогите мне, ведь я боюсь бежать, но несоизмеримо больше я боюсь остаться! Помогите мне, потому что сейчас я делаю единственное, что в моих силах.
Мелинда замолчала и немного постояла в тишине, как будто ожидая ответа, но единственное, что она услышала, было тиканье часов на каминной полке, которые напомнили ей, что время уходит. Мелинда подхватила саквояж и очень, очень тихо прокралась вниз по запасной лестнице к черному входу в кухню.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Красотка для маркиза - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Красотка для маркиза - Картленд Барбара



Все прекрасно
Красотка для маркиза - Картленд БарбараВенера
8.10.2010, 12.11





Неплохой роман, удивляет только герой – не отличить аристократку от необразованной проститутки, или в те времена продажные женщины сплошь имели образование? 8/10.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараЯзвочка
8.02.2011, 12.27





Полная чушь, мура,жаль потраченное время.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараНаташа
24.11.2011, 22.30





Розумію, що слово "роман" передбачає романтику, але не передбачає якусь повну дурість. Ну, хоча б поведінка головного героя (людини, яка веде гультяйське життя, яка, за характеристиками автора, здатна на нечасні вчинки, яка добре обізнана з представницями борделів, а, отже, з їхньою поведінкою) не вписується в жодні рамки. ГГ не може розгледіти в дівчині того, що вона не повія, а головне коли він навіть думає, що вона така не робить жодних спроб потрапити до неї в ліжко, хоча вона йому симпатична. Щодо головної герої, то це взагалі не послідовна особа: спочатку ми бачимо скромницю, а вже через сторінок 30 войовничу амазонку, що вміє їздити верхи на коні, стріляти і т.п., а потім раптом сестру милосердя. rnЧитати цей роман можна, коли просто хочеш чим-небудь зайняти свій час, але звісно не для задоволення, все надто поверхнево...
Красотка для маркиза - Картленд БарбараItis
20.07.2012, 15.23





книга очень хорошо читается я вообще люблю книги б.картленд.мне понравились герои.
Красотка для маркиза - Картленд Барбарагаяне из армении
30.07.2012, 12.26





Ну, полнейшая муть! Даже дочитывать не стала.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараСветлана
14.10.2012, 9.46





Ну, полнейшая муть! Даже дочитывать не стала.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараСветлана
14.10.2012, 9.46





Этот роман еще называется "Очаровательная грешница". Мне он очень понравился.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараЮля
24.10.2012, 17.15





Цудоуны раман. Дзиуна тольки, што маркиз не адразу зразумеу и адчуу чысциню и непасрэднасць дзяучыны. Мне вельми падабаюцца раманы Б. Картленд.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараСофи
15.11.2013, 7.39





Слишком все приторно, гл. герой понимает что любит только прочитав письмо, и поняв, что она не проститутка...Гл. героиня хочет бросится в реку "Только чтобы он был счастлив". После этого признаются друг другу в любви. И при том ни одной пост. сцены.. Печально
Красотка для маркиза - Картленд Барбарасвета
30.03.2014, 17.14





Очень заунывно, вроде начало такое интригующее, второстепенные герои интересные, а потом все сходит на нет, половину книги читала и думала, может все же ГГ будет не с тем, за кого замуж вышла, а кто другой внезапно объявится.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараЕкатерина
9.04.2014, 23.10





Да-да-да, это та же самая "Очаровательная грешница", только в другом переводе:)
Красотка для маркиза - Картленд БарбараМупсик
18.05.2014, 12.47





Идея романа хорошая, но роман не захватывает. Герои не настоящие и поступки их непонятны. Героиня хорошая наездница, хорошо стреляет, но различить женщин легкого поведения не может!? А герой слабоват характером, вообщем не такой уж и герой! Ставлю 5 баллов.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
29.05.2014, 23.54





В любовном романе нет ни одной любовной сцены. Героиня даже к концу романа не простится с невинностью Хотя сюжет динамичный, захватывающий. Я то плакала, то смеялась, переживала за ходом скачек, даже руки вспотели. Герой мог бы быть помужественнее что ли, проявить настойчивость соблазнить. Ведь он не знает, что девица - это леди, а он сопли жуёт. Затащил бы ее в постель хотя бы. Я уверенна она бы недолго сопротивлялась. Героиня слабохарактерная оказалась. Покончить жизнь самоубийством! Ради кого? Который бы даже не уронил слезы, узнав о кончине дешевой девки. Жертва была бы напрасной, он так и не узнал, кто она такая на самом деле, если бы не письмо. Героиня ,все-таки, до смешного наивная, не понимая, что ее принимают за обычную шлюху, привозят веселиться в бордель и.т.д... Наивно, но я хорошо скоротала вечер. Роман небольшой, и это, безусловно, плюс.
Красотка для маркиза - Картленд БарбараЮлия
30.01.2015, 14.05





Лучше бы с собаками погуляла.
Красотка для маркиза - Картленд Барбарамамашка
14.12.2015, 11.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100