Читать онлайн Дезире — значит желание, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дезире — значит желание - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 99)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дезире — значит желание - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дезире — значит желание - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Дезире — значит желание

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Я должен видеть тебя наедине! Герцог прошептал эти слова Лили, когда они после ленча в воскресенье прогуливались в саду, любуясь яркими цветочными бордюрами, розариями, где благоухали тысячи роз и сверкали в лучах солнца струи фонтанов.
— Это невозможно. Джордж следит за нами, — быстро ответила Лили.
— Мне все равно. Я должен поговорить с тобой. Пойдем к пруду.
— Ты с ума сошел. Нас увидят.
— Ну и пускай видят, — запальчиво проговорил герцог. — За последние два дня мне не удалось и словом переброситься с тобой. Пойдем со мной. Я настаиваю!
Лили оглянулась через плечо и, к своему облегчению, увидела, что Джордж по-прежнему стоит на террасе с сигарой в руке в компании нескольких мужчин и увлеченно разговаривает.
Убедившись, что муж занят, Лили помедлила в нерешительности, но уже в следующее мгновение они с герцогом исчезли за высокой стеной, увитой вьющимися розами, так что с террасы их никто не мог увидеть. Взяв Лили за руку, герцог быстро повел ее по мощеным дорожкам сада к пруду водяных лилий.
Здесь, густо увитая глицинией, стояла маленькая беседка. Когда они добрались до нее, Лили совершенно запыхалась, но, как только он нетерпеливо привлек ее к себе, она нашла в себе силы продолжить спор.
— Дрого, ты ведешь себя неблагоразумно! — воскликнула она. — Ты подвергаешь опасности наши планы. Если Джордж застанет нас здесь, он никогда не простит меня!
— Чего ты так боишься, дорогая? — ласково спросил герцог, глядя сверху вниз на ее прекрасное лицо в обрамлении соломенной шляпки, отделанной рюшами из голубого тюля. — Я люблю тебя.
Лили улыбнулась и кокетливо опустила ресницы. Сердиться на Дрого было невозможно, он легко сметал все ее заградительные барьеры, и, хотя она ни за что не призналась бы ему в этом, ей самой все время, с момента приезда в «Котильон», страстно хотелось остаться с ним наедине.
— Я люблю тебя, — повторил герцог, — и я должен с тобой поговорить. Так продолжаться не может.
— Что ты имеешь в виду?
— Мою помолвку с Корнелией. Ситуация совершенно нелепая. Эта девушка ужасно простодушна и наивна. Она абсолютно не понимает, в чем тут дело.
— Благодарение Богу, что это так! — заметила Лили. — В самом деле, Дрого, чего ты ждал? Неужели ты думаешь, что кто-то захочет выйти за тебя замуж, зная, что этот брак будет лишь удобным прикрытием для любовной связи с другой женщиной?
— Да-да, я знаю! — сказал, нахмурившись, герцог и неожиданно почему-то стал похож на мальчишку. — Просто все это как-то неловко. Мне не о чем говорить с молоденькой девушкой. Я никогда этого не умел.
— Скоро она станет замужней женщиной! — с горечью заметила Лили.
Дрого разомкнул объятия, усадил ее рядом с собой на деревянную скамейку, стоявшую в беседке, и сказал:
— Когда ты уговаривала меня сделать предложение этой девушке, я почему-то не думал о ней как о личности. А теперь мне жаль ее.
— Ну и очень глупо! — пожала плечами Лили. В конце концов, Корнелия очень многое приобретает, выходя за тебя замуж. Ты — один из самых знатных и интересных холостяков в стране. А она хоть и богата, но совсем не привлекательна, бедняжка. Даже будучи племянницей Джорджа, она не оказалась бы в таком обществе, в котором вращается сейчас, если бы не… это!
Она помолчала, а потом, увидев, что у герцога все еще обеспокоенный вид, положила свою руку поверх его руки.
— Ведь ты не хочешь, чтобы мы расстались навсегда? — спросила она с жалобной ноткой в голосе.
— Ты же знаешь, я бы этого не перенес, — ответил герцог и накрыл ее руку своей. — Но почему мы не можем быть прямыми и честными в нашей любви? Почему мы не можем быть теми, кто мы есть в реальной жизни — мужчиной и женщиной, которые любят друг друга? Почему наше положение в обществе должно значить больше, чем наши чувства, а наши титулы — больше, чем наши сердца?
Легкий смешок Лили прозвучал диссонансом его звучному и серьезному голосу.
— Ты действительно полагаешь, что мы были бы счастливее в шалаше? Милый Дрого, помнишь пословицу: «Когда нищета входит в дверь, любовь вылетает в окно». Нам с тобой приходится иметь дело с тем миром, в котором мы живем.
— То есть скрывать, лгать, обманывать, — запальчиво проговорил герцог.
А почему бы и нет? — спросила Лили. — Разумеется, мы оба могли бы при желании стать столпами добропорядочности. Я могла бы посвятить себя Джорджу — милому, глупому, лишенному воображения Джорджу. Ты мог бы остепениться и стать примерным мужем и хорошим отцом. При мысли об этом она засмеялась.
— Не хочу я никем быть, — мрачно проговорил герцог. — Я хочу только тебя. Неужели твоей любви не хватит, чтобы убежать со мной?
— Нет, дорогой, не хватит, — категорически заявила Лили. — Жить тогда можно было бы лишь в Монте-Карло, и каждый раз, когда приезжают друзья, приходилось бы гадать, снизойдут ли они до общения с нами. Кроме того, будь мы другими, мы не полюбили бы друг друга. Ты любишь меня, потому что я та, кто я есть… О, а кто я есть?..
— Самая прекрасная женщина, какую я когда-либо видел, — ответил герцог.
Это был именно тот ответ, какого ожидала Лили. Она нежно улыбнулась ему:
— Это и есть наши оковы. Мы — узники самих себя, и, что бы мы ни делали, ничто нас не освободит.
— Ты меня пугаешь.
— Глупости, — живо отозвалась Лили. — Ты не хуже меня знаешь, у тебя есть все, чего только можно пожелать.
— Кроме тебя.
— Меня ты тоже получишь, как только женишься на Корнелии и когда подозрения Джорджа окончательно улягутся.
— А что же Корнелия?
— Дорогой мой, я думаю, она не доставит нам неприятностей. Она не будет иметь ни малейшего представления о том, что происходит, — если только ты не вздумаешь ее просветить.
— Разумеется, я не собираюсь этого делать, — возразил герцог, — но все же мне очень жаль ее.
— Ей сильно повезло, — успокоила его Лили. Она будет носить твою фамилию, она будет хозяйкой «Котильона». Чего еще может попросить любая девушка у волшебницы-крестной?
Ее голос звучал нежно и ласково, и герцог поймал себя на том, что улыбается ей.
— Ты гипнотизируешь меня, заставляешь поверить в то, что тебе хочется.
— Я знаю, что лучше всего для нас обоих. Говоря это, Лили приблизила свое лицо к его лицу, но, когда он страстно схватил ее в объятия, она отстранилась.
— Осторожно, осторожно, — предупредила она. — Я не могу вернуться в растрепанном виде.
— Я схожу с ума, когда вижу тебя такой прекрасной, такой холодной и отчужденной! — воскликнул герцог. — И знаю, что не смею даже подойти к тебе.
— Сейчас нам надо быть осторожнее, чем когда бы то ни было, — предупредила его Лили. — Потом станет легче. А теперь пора возвращаться.
— Сначала поцелуй меня, поцелуй по-настоящему.
Лили поколебалась, а потом со страстью, являвшей собой полную противоположность той осторожности и сдержанности, каких она требовала от герцога, припала к его губам. Но это длилось всего несколько мгновений. Внезапно с силой, о которой он даже не подозревал, она оттолкнула его и поднялась со скамьи.
— Боюсь, как бы не заметили наше отсутствие, — сказала она. — Пойдем скорее.
Какое-то время он сидел и смотрел на нее, думая, что делать: отпустить ее или вновь властно заключить в объятия. Но овладевшее им чувство безнадежности заставило его поспешить вслед за ней — на солнечный свет, обратно к гостям.
Украденные мгновения близости, подобные этим, оставляли в нем густой осадок разочарования и смятения. Впрочем, расставаясь с Лили, он всякий раз чувствовал себя неудовлетворенным и разочарованным. Ее красота опьяняла его, он с трудом мог заставить себя отвести от нее взгляд.
Всю прошлую ночь он пролежал без сна, терзаемый мыслью о том, что этот брачный фарс необходим, чтобы Лили осталась в его жизни. Хотя, возможно, она права. Он не мог представить себе ее живущей уединенно на какой-нибудь вилле на юге Франции или даже без конца путешествующей в поисках новых друзей и новых впечатлений. Она — часть английского пейзажа; она завянет и погибнет, будучи перенесена на другую почву. И у него пронеслась мимолетная мысль: стоит ли любить создание столь же хрупкое и эфемерное, как эти розы, поднимающие свои головки к солнцу.
— Вот ты где, Дрого. А мы уже стали думать, куда это ты подевался.
Голос матери донесся до него с другого конца сада. Одетая во все кремовое, она держала над головой зонтик от солнца и являла собой очаровательную картину на фоне клумбы с алыми цветами. Потом он увидел, что рядом с ней стоит Корнелия. Ее лицо было повернуто к нему, но темные очки настолько успешно прятали ее глаза, что об их выражении можно было лишь догадываться.
Чувствуя за собой вину, герцог, словно ребенок, уличенный в скверном поступке, некоторое время не обращал на мать никакого внимания, пока не услышал ее слова, сказанные с несвойственной ей резкостью:
— Дрого, Корнелия хотела бы увидеть пруд с водяными лилиями.
Могло показаться, будто она нарочно посылает его обратно с девушкой, с которой он помолвлен, зная, что произошло в беседке всего несколько минут назад. И хотя у него не было причины подозревать мать в таком умысле, он чуть ли не раздраженно пробормотал, обращаясь к Корнелии:
— Идите сюда, если хотите увидеть пруд.
По дороге они не разговаривали. Они впервые остались наедине после того вечера, когда было объявлено об их помолвке. Дрого хорошо понимал, как такое известие должно было удивить большинство гостей. Эмили рассказала ему, что все ахнули, пораженные этой новостью, но когда он услышал, как мать давала пояснения относительно богатства Корнелии, и увидел понимающие улыбки на лицах тех, кто ее слушал, то пришел в крайнее раздражение.
Все это казалось ему теперь безумием, и он не понимал, как вообще согласился на подобное. Но даже ругая себя, он хорошо знал: если бы стали известны все подробности, то по меньшей мере девяносто процентов его друзей сочли бы его угрызения совести нелепыми.
В обществе, где он вырос, любовные романы принимались как нечто само собой разумеющееся. Начало моде на них положил сам король, будучи еще принцем Уэльским, когда открыто стал отдавать предпочтение обществу прекрасной Лили Лэнгтри, за которой последовала череда других красавиц.
Сколько помнил Дрого, увеселения в «Котильоне» планировались с учетом романов гостей. Он не мог припомнить, сколько ему было лет, когда он понял, что и у матери тоже были особые друзья, по временам жившие в «Котильоне». Всегда был кто-то вроде Гарри, чтобы сопровождать ее на прогулках, быть ее партнером во время игры в бридж, льстить ей и утешать.
Эмили считала естественным, что у Дрого были любовные связи и что особа, являющаяся его фавориткой в данное время, должна быть приглашаема на каждый прием и раут, пока острота увлечения не пройдет и место этой дамы не займет другая.
В жизни Дрого было много женщин. Некоторые из них получали одобрение матери и ее друзей, но были и другие, отношения с которыми он держал в секрете, встречался с ними только в Лондоне и не упоминал о них, когда бывал в «Котильоне».
Его влюбленность в Лили, по мнению матери и ее друзей, была просто выражением его хорошего вкуса. Лили принадлежала к их кругу. Была одной из них. Она была персоной грата в «Котильоне». Но как должное принималось и то, что рано или поздно он женится. Его мать часто упоминала об этом.
— Я поселюсь на покое в Дауэр-Хаус. Очень жаль расставаться с «Котильоном», но все же будет забавно побыть для разнообразия хозяйкой самой себе. Я смогу тогда поехать в Индию. Вот уже несколько лет, как я собираюсь принять приглашение этого славного магараджи, но все никак не выберу время. Мне необходимо побывать и в Америке — Вандербильды постоянно приглашают. И конечно, у меня будет свой дом в Лондоне, и, может быть, иногда я смогу вас там принимать.
По тону, каким это говорилось, и по улыбке на губах матери он понимал, что она под этим подразумевала. И хотя тогда у него на примете не было никого, на ком он хотел бы жениться, он чувствовал смутное отвращение при мысли о том, что, не успев еще жениться, он уже должен готовиться к тому, чтобы изменять.
Они дошли до пруда с водяными лилиями. Корнелия стояла и смотрела на воду, опустив голову, и широкие поля шляпы не позволяли ему видеть ее лицо.
— Красиво, не правда ли? — спросил он.
— Да, очень, — ответила она.
Как они смогут вытерпеть друг друга целую жизнь, вдруг спросил себя он. Неужели у нее нет ни характера, ни интересов? Он был готов к тому, что будет жалеть ее, но теперь чувствовал только раздражение. Впрочем, Лили права. Он даст ей знатное имя и высокий титул. Пусть довольствуется этим.
— Ну, если вы уже посмотрели на пруд, может, вернемся? — резко спросил он.
Корнелия сдержала готовые вырваться у нее слова. Из-за того что ее голова была опущена, герцог не видел, как жарко вспыхнули ее щеки. Когда они вернулись на то место, где все еще продолжали сплетничать герцогиня и Лили, он оставил Корнелию с ними и направился к дому.
Лили в некоторых вещах была глупа, но только не там, где на карту были поставлены ее собственные интересы. Поняв, что Дрого нервничает и что у него может возникнуть желание уклониться от осуществления задуманного ею плана, она постаралась лишить Корнелию возможности раздражать его.
Лили-позаботилась, чтобы они виделись каждый день, но никогда не оставались наедине. Их помолвка, естественно, была гвоздем сезона. Жениха и невесту приглашали на приемы, обеды и ужины, а дом лорда Веллингтона переполняли визитеры.
Лили управляла всем этим с исключительным искусством. Хотя Корнелия жаждала побыть наедине с герцогом и молилась о возможности поговорить с ним подальше от чужих ушей, подслушивающих каждое произносимое ею слово, она не могла понять, как получается, что, видясь каждый день, они с герцогом так же мало знают друг друга, как и в тот первый вечер, когда танцевали в Лондондерри-Хаус. Хотя герцог был всегда рядом, Корнелии казалось, будто их разделяет пучина, по глубине и ширине превосходящая Ирландское море. Дни проходили словно в каком-то тумане, сквозь который ей никак не удавалось соприкоснуться с реальностью.
Еще были примерки у портных, целые часы, когда ей приходилось стоять неподвижно, пока на ней что-то закалывали булавками. Надо было выбирать шляпки, нижнее белье, ночные рубашки, туфли, сумочки, перчатки и чулки. Ей стало казаться, что у нее больше нет ни собственной воли, ни мыслей. Все решала за нее тетя Лили. Только когда они оставались одни с Вайолет, она могла быть собой, могла разговаривать естественно и высказывать то, что было у нее на сердце.
— Я все время думаю, что это скоро кончится, Вайолет, — сказала она. — Я едва могу в это поверить, разве что когда спускаюсь вниз и смотрю на эти горы свадебных подарков. Я выйду замуж и тогда буду одна с его светлостью.
— Вы очень устанете, мисс, если будете так много выезжать. Вам обязательно ехать на этот бал сегодня вечером?
Да, наверное, — ответила Корнелия, — но я и сама этого хочу. Хочу увидеть его светлость. Мы с ним танцуем, но во время танца разговаривать трудно, а потом, Вайолет, я при нем ужасно застенчива. В Ирландии я была другой. Я так много говорила, что меня называли болтуньей. Я не стеснялась папиных друзей, когда они приходили к нам в гости. Я помню, как они шутили со мной и как я их смешила. А здесь друзья тети Лили разговаривают о непонятных мне вещах, о людях, которых я не знаю. И если я пытаюсь участвовать в разговоре, они выкатывают на меня глаза.
— А вы вполне уверены, что хотите выйти замуж за его светлость, мисс?
Корнелия с удивлением посмотрела на Вайолет:
— Конечно, Вайолет. Я же тебе говорила, как сильно люблю его. Когда он входит в комнату, у меня перехватывает дыхание, а потом всю меня вдруг пронзает какое-то чудесное ощущение. Даже просто находиться рядом с ним — это райское блаженство.
— Надеюсь, вы будете счастливы, мисс, — негромко проговорила Вайолет.
— Я знаю, что буду счастлива, — уверенно ответила Корнелия. Она взглянула на бриллиантовое сердечко у себя на пальце. —, Сердце… — тихо сказала она. — Его сердце, и он отдал его мне. Вайолет, мне повезло, необыкновенно, невероятно повезло.
Вайолет как-то странно кашлянула и, отвернувшись, стала прибираться в комнате.
Корнелия с мечтательным выражением на лице продолжала говорить — больше с собой, чем с Вайолет:
— Меня страшит мысль о том, что мне придется заботиться о «Котильоне» и о большом доме в Лондоне, но потом я вспоминаю, что рядом со мной будет он. А значит, бояться абсолютно нечего, разве что его самого. Иногда он пугает меня — когда выглядит сердитым или скучающим. Я наблюдала за ним вчера вечером во время ужина и вдруг поняла, что ему, как и мне, очень хочется, чтобы мы сидели не здесь, не в окружении всех этих людей, а совсем одни, где-то в другом месте, где можно разговаривать, где нет шума, нет болтовни, нет оркестра.
— Вы сказали его светлости, что вы его так любите, мисс? — спросила Вайолет.
— Нет, конечно нет, — ответила Корнелия. — Мне бы не хватило смелости выразить такие вещи в словах. Но я думаю, он это знает. Может быть, он тоже застенчив, потому что не говорит со мной о любви. Но он просил меня стать его женой, а это самое важное, о чем мужчина может просить женщину, которую любит.
— О, мисс, мисс! — воскликнула Вайолет, но Корнелия не обратила на это никакого внимания.
— Тетя Лили все время повторяет, как мне повезло, — продолжала она. — Рассказывает, какие праздники я должна буду устраивать в «Котильоне» и в Лондоне. Показывает мне девушек, пытавшихся выйти замуж за герцога, но не добившихся его внимания. Она думает, я не понимаю, как мне посчастливилось. А я понимаю. Просто мне трудно выразить свою благодарность в словах. Я не могу говорить с ней о том, что у меня на сердце, как не могу говорить об этом с его светлостью.
— Если хотите послушаться моего совета, мисс, то живите своей жизнью и делайте то, что вам хочется делать, а не то, что считает нужным ее светлость.
Корнелия посмотрела на нее и улыбнулась:
— Ты не любишь ее светлость, правда, Вайолет? Нет, не отвечай мне. Я знаю, ты стараешься быть лояльной, но я видела, какое у тебя иногда бывает лицо, когда тетя Лили входит в комнату, поэтому я знаю, что ты ее не любишь. Интересно, почему? Все ее обожают, и не удивительно — ведь она такая красивая.
— Да, ее светлость очень красивая, — кротко согласилась Вайолет.
Я хотела бы быть такой, как она, но знаю, что это невозможно. Никакие парикмахеры, никакие портнихи в мире не смогли бы сделать меня такой красавицей, как тетя Лили.
— Почему вы не снимете ваши очки, мисс? — спросила Вайолет.
— Так и быть, открою тебе секрет. Я сниму их в день свадьбы. Просто сейчас лучше мне прятать глаза, а то друзья тети Лили увидят, что я о них думаю.
— А как же его светлость? Корнелия вдруг замерла.
— Я надеялась… Да, я надеялась, что он попросит меня снимать их иногда, когда мы будем оставаться наедине, но он так и не попросил. К тому же мы никогда не остаемся вдвоем. Но когда я пойду к алтарю, под фатой их на мне не будет.
— Рада это слышать, мисс.
Как Корнелия и сказала Вайолет, они, казалось, никогда не оставались наедине. Когда они ездили в оперу и Корнелия остро ощущала присутствие сидевшего за ними герцога, тетя Лили тоже была с ними, так что услышала бы любое, даже очень тихо сказанное слово. Когда они катались в Парке и сопровождавший их герцог сидел с ними в карете спиной к лошадям, тетя Лили тоже была с ними, оживленно и весело болтая обо всем, что его забавляло, и выглядела умопомрачительно красивой в боа из перьев на плечах и под зонтиком от солнца — чтобы оно не обожгло ее изумительную кожу.
По мере приближения дня свадьбы Корнелия обнаружила, что даже такие краткие мгновения в обществе герцога выпадали все реже и реже. В течение дня не выдавалось и одной минуты, чтобы на нее что-то не примеряли или чтобы она не писала одно письмо за другим, благодаря за подарки, прибывавшие во все возрастающем количестве.
Казалось, уже на целые акры простираются длинные дощатые столы с расставленной на них фарфоровой, стеклянной и серебряной посудой. На них было также множество украшений — кольца, броши, браслеты, серьги. Корнелия была растрогана, когда накануне свадьбы дядя преподнес ей жемчужное ожерелье.
— О, дядя Джордж, как это мило с вашей стороны! — воскликнула она. — У меня никогда не было такой чудесной вещи. Я надену его в день свадьбы.
— Лучше не делай этого, — заметила Лили. — Жемчуг означает слезы.
— Я уверена, это ожерелье означает совсем другое, — возразила Корнелия. — И я не суеверна. Я надену его, потому что именно вам я обязана своим счастьем.
Она слегка раскраснелась, говоря это, и увидела, как улыбка сбежала с лица Лили.
— Что ж, надевай, — резко сказала та, — но не говори потом, что я тебя не предупреждала.
— Ну, Лили, — вмешался Джордж Бедлингтон, — ты говоришь так, будто ожидаешь, что Корнелия будет несчастлива.
— Все новобрачные плачут во время медового месяца, — уклончиво ответила Лили. — Такое уж это чувствительное время. Ты помнишь, как часто я тогда плакала?
Корнелия улыбнулась, но подумала, что тетя говорит глупости. В восторге от подарка, она при первой же возможности поднялась наверх, чтобы примерить ожерелье. Когда она надела его на шею, ей показалось, что жемчужины испускают теплый, переливчатый свет. Она примерила ожерелье несколько раз, восхищаясь жемчугом, думая, как чудесно он на ней смотрится, и гадая, понравится ли он герцогу.
Его мать среди прочих подарков прислала ей большую диадему, бриллиантовое колье и длинные серьги. Красивые вещи, что и говорить, но жемчуг понравился Корнелии больше. Своим нежным блеском он почему-то напомнил ей Ирландию — небо после дождя и реку, когда начинает рассеиваться туман.
Лишь одно ее огорчало: на ее свадьбе не будет никого из ее ирландских друзей. Она написала им всем, пригласила приехать, даже предложила оплатить стоимость проезда. Но они ответили, что это путешествие слишком далекое и продолжительное, а им не НУ кого оставить свою работу.
Она все понимала, но их отсутствие больно отзывалось у нее в сердце и заставляло страдать от одиночества. Завтра, в этот самый важный день ее жизни, вокруг нее будут только чужие люди. Но, несмотря на это, она не испытывала страха. Она была уверена, что после завтрашнего дня все изменится. После приема они с герцогом уедут одни, и тогда у них будет возможность узнать друг друга.
Они поедут в Париж. Тетя Лили рассказала ей о планах герцога относительно медового месяца, и Корнелия, у которой не было никаких предложений на этот счет, оставила все на его усмотрение. Важно было лишь то, что они уедут вдвоем, с ними не будет никого из знакомых, за исключением его камердинера и Вайолет.
От ожерелья у нее на шее исходило тепло. Что бы тетя Лили ни говорила, все равно ожерелье ей нравится. Она все еще смотрела на свое отражение в зеркале над туалетным столиком, когда в комнату вошла Вайолет.
— А я думала, что вы внизу, мисс, — удивление проговорила она.
— А что мне делать внизу?
— Его светлость здесь, — ответила Вайолет. Корнелия резко повернулась к ней:
— Никто мне об этом не сказал, да и дома, по-моему, никого нет.
— Лорда Веллингтона нет, я слышала, как его лакей приказывал подать карету, — ответила Вайолет. — Дома ли ее светлость, я не знаю.
— Ее тоже нет, — сказала Корнелия. — Она говорила, что собирается навестить леди Уимборн, а мне велела пойти полежать до обеда. О, Вайолет, как хорошо, что я этого не сделала! Сидела тут и любовалась ожерельем. Скорее! Поправь мне прическу.
Вайолет исполнила ее просьбу, и через несколько минут Корнелия уже спускалась вниз. Мысль о том, что она, возможно, увидится с герцогом наедине, взволновала ее. Тетя Лили весьма настойчиво внушала ей, что сегодня они никак не смогут увидеться. У него вечером — холостяцкая предсвадебная пирушка, а ей надо пораньше лечь спать, чтобы в день свадьбы выглядеть наилучшим образом.
Может быть, он хочет сказать ей нечто особенное… Может быть, день без встречи показался ему слишком долгим. Утром у нее было именно такое чувство — будто должна пройти целая вечность, прежде чем они встретятся у ступеней, ведущих к алтарю.
Корнелия открыла дверь в гостиную. К ее удивлению, там никого не оказалось. Она ощутила разочарование, острое, как физическая боль. Ей так хотелось его увидеть, но, должно быть, если Вайолет права, он приезжал и уже уехал.
Вздохнув, Корнелия медленно закрыла дверь и направилась к лестнице, по которой только что спустилась. Неожиданно она услышала голоса. Какое-то время она не могла понять, откуда они доносились, а потом вспомнила, что немного дальше по коридору на первом же этаже находится тетин будуар, сообщающийся с ее спальней.
Ощущение разочарования стало еще сильнее. Оказывается, герцог не уехал, зато тетя вернулась и они разговаривают у нее в будуаре. Медленно, словно ноги несли ее помимо воли, Корнелия пересекла холл и пошла по коридору.
Герцог здесь, и она должна его видеть. У нее не было сомнений — он приехал, чтобы увидеться с ней, а тетя вернулась неожиданно. Никто за ней не посылал, но она все равно пойдет к нему.
Корнелия дошла до двери будуара и уже протянула руку, чтобы открыть ее, но тут услышала настойчивый и взволнованный голос герцога и остановилась.
— Бесполезно на меня сердиться, Лили. Мне нужно было тебя видеть. Ты понимаешь, что я уезжаю на целый месяц?
— Ты, должно быть, сошел с ума, если решился на такой риск, — ответила Лили. — Когда я получила твою записку в Уимборн-Хаус, мне пришлось притвориться, что я нужна Корнелии — якобы что-то связанное с приготовлениями к свадьбе.
— Я знал, что ты обязательно что-нибудь придумаешь. Я видел, что Джордж играет в бридж в клубе, значит, его не будет дома по крайней мере час, и понял, что это мой единственный шанс.
— Дрого, что за безумные поступки! Но я полагаю, что должна тебя простить.
— Лили, ты прекрасна, как никогда.
— Удивительно, что ты так думаешь, когда я совершенно без сил от приготовлений к этой твоей свадьбе.
— Моей свадьбе? Я думаю, это твоя свадьба. Ты ее придумала, ты ее устроила. Только одно здесь неправильно, и ты знаешь, что именно.
— Неужели?
— Невестой должна быть ты! И у тебя, Лили, есть еще возможность передумать.
— И оставить бедного Джорджа и Корнелию без жениха? Это было бы слишком жестоко.
— Какое мне до этого дело? Давай уедем, сейчас же. Я сделаю тебя счастливой… Я сделаю так, что ты поверишь — за любовь не жаль отдать весь мир.
— Дрого! Дрого, сколько раз я говорила тебе, что такое невозможно? Кроме того, все устраивается идеально. Когда ты вернешься из свадебного путешествия, ты увидишь, как легко нам будет видеться, быть вместе, быть счастливыми — так, как раньше, до того, как Джордж вышел из себя.
— А что будет, если, говоря твоими словами, выйдет из себя Корнелия?
— Корнелия ничего не узнает. Откуда бы? Ну право, Дрого! Не упрямься. Я ужасно устала — так много дел…
— Бедняжка. Но я не собираюсь тебе сочувствовать, потому что я не хотел, чтобы ты это делала. Однако, если хочешь, я скажу тебе, что люблю тебя.
— Да, Дрого, скажи мне это. Скажи поскорее, а потом ты должен будешь уйти.
— Иди сюда!
В его голосе слышалась властная нота.
— Дрого, обними меня крепче. Мы с тобой долго не увидимся.
— Лили, Лили! Не напоминай мне об этом. Я люблю тебя, ты знаешь, что люблю.
— Что это было? — Лили внезапно вздрогнула в его объятиях.
— Что с тобой?
— Я уверена, что слышала какой-то звук.
— Тебе почудилось. Джордж спокойно сидит в клубе, но даже если он вернется, то я пришел посмотреть на свадебные подарки.
— И все же я уверена, что слышала какой-то странный звук, — стояла на своем Лили.
Корнелия медленно пошла прочь. «Лили слышала, — подумала она, — как разбилось мое сердце».




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дезире — значит желание - Картленд Барбара

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Дезире — значит желание - Картленд Барбара



Это один из не очень удачных переводов романа "Желание сердца".Другое название - "Уроки куртизанки", но прочитать стоит именно "Желание сердца".
Дезире — значит желание - Картленд БарбараСтроптивая
20.07.2011, 8.19





Но даже в такой интерпретации мне понравилось.Хотя показалось,что как то оборвано!
Дезире — значит желание - Картленд БарбараНатуся
6.04.2012, 1.50





Прекрасно!
Дезире — значит желание - Картленд БарбараНатали
23.07.2012, 20.51





очень поучительная книга.с мужчинами можноизредка так поступать.очень хорошая книга.мне понравилась дезире с каким напором взялась за мужа.
Дезире — значит желание - Картленд Барбарагаяне из армении
31.07.2012, 16.39





Автор приятно удивил, читала и не верила, что это Картленд: никаких нереальных ситуаций, красивые чувства, интересные ситуации, к тому же отслежевается взросление главной героини и герцога, что довольно редко встречается в её произведениях.
Дезире — значит желание - Картленд БарбараItis
12.07.2013, 21.20





Слащаво-приторно, впрочем, у Картленд так всегда, а этот роман, наверно, один из лучших у нее. Конец скомкан, влюбленность героя в очередное смазливое личико ничем не отличается от его предыдущих увлечений, неубедительно выглядит и его готовность отказаться от титула. Героиня гораздо младше его по возрасту (что весьма характерно для автора), но не настолько инфантильна и готова бороться за свою любовь, хотя сама она явно влюблена тоже только в красивое лицо, а не в человека. Героя-то можно лишь презирать за его черствость и жестокость. За что Картленд называют "королевой романа" - не понимаю. И до нее и после встречались писательницы повыше уровнем и качеством, разве что они не отличались такой "плодовитостью", как Барбара: 6/10.
Дезире — значит желание - Картленд Барбараязвочка
14.07.2013, 17.59





Чудно провела вечер за чтением сказки после трудового дня.
Дезире — значит желание - Картленд Барбаралилия
28.11.2013, 23.04





Обычный романчик...и как то все оборвано в конце(
Дезире — значит желание - Картленд БарбараСонная муха
23.05.2014, 22.31





Чудесный роман, и ,вообще люблю почти все у Б.Картленд
Дезире — значит желание - Картленд БарбараСофи
1.07.2014, 21.30





Скучновато, мало страсти, но читается легко.6/10
Дезире — значит желание - Картленд БарбараСвета
15.06.2015, 2.09





Скучновато, мало страсти, но читается легко.6/10
Дезире — значит желание - Картленд БарбараСвета
15.06.2015, 2.09





оценка 1! Глупый роман для наивных дур. картлендские романы это трёхгрошовые произведения. ггерой типичный бабник,который искренне клянётся в любви очередной смазливой тётке. пффф
Дезире — значит желание - Картленд БарбараМэйса
25.06.2015, 21.14





оценка 1! Глупый роман для наивных дур. картлендские романы это трёхгрошовые произведения. ггерой типичный бабник,который искренне клянётся в любви очередной смазливой тётке. пффф
Дезире — значит желание - Картленд БарбараМэйса
25.06.2015, 21.14





Приятная сказка. Конец, к сожалению, оборван. 8/10
Дезире — значит желание - Картленд БарбараВикки
21.08.2015, 13.24





красивый любовный роман!
Дезире — значит желание - Картленд Барбаратамара
4.01.2016, 15.43





Так себе,от романов картленд особых страстей и не ждешь,нудная писанина
Дезире — значит желание - Картленд Барбараелена
15.05.2016, 13.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100