Читать онлайн Благоуханье роз, автора - Картленд Барбара, Раздел - Глава вторая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Благоуханье роз - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.94 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Благоуханье роз - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Благоуханье роз - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Благоуханье роз

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава вторая

Когда в комнату вошел Джимми, Николь как раз ставила в вазу цветы.
— Завтра, — проговорил он, — мы едем к тете Алисе.
Николь в изумлении повернулась к нему:
— К тете Алисе?
— Именно это я и сказал, — ответил Джимми.
— Но… Мы только что у нее были, и ты знаешь, как там неуютно.
— Угадай с трех раз, зачем мы туда возвращаемся!
Николь замерла.
— О нет, Джимми! — вскричала она. — Нельзя больше ничего у нее… брать!
— К пятнице мне нужна какая-нибудь картина, — ответил он. — Показать маркизу.
Николь уронила букет. Джимми стоял, прислонившись спиной к камину, и она подошла вплотную к нему.
— Послушай, Джимми, — тихо проговорила она. — Мы не можем… так дальше жить!
— Мы не можем жить дальше без денег, — возразил он. — Я заказал новые шторы и стулья. Это съест все, что есть у нас на счету.
— Можно обойтись и… без новых штор, — шепотом сказала Николь.
Но она понимала, что бесполезно говорить это брату.
Он украл бы сокровища короны, если это было бы нужно для Кингз-Кип.
Она в отчаянии поняла, что они погружаются все глубже и глубже в трясину порока.
— Я хочу, чтобы ты мне помогла, — решительно произнес Джимми. — Я собираюсь сделать тете Алисе подарок.
— Представляю, как она удивится, — фыркнула Николь.
— Я должен был бы подумать об этом еще в прошлый раз, — продолжал Джимми напыщенным тоном. — На Востоке принято всегда приезжать в гости с подарком хозяину.
— Но мы же не на Востоке… Хотя я согласна, что это… очень милый обычай.
Никель посмотрела на брата.
Она готова была бухнуться на колени и умолять никогда больше не брать ее в этот ужасный дом, но, понимая, что он даже слушать не станет, после недолгого молчания заметила:
— Не могу вообразить, что можно подарить ей, тем более, ты сам говорил, что ее дом просто набит сокровищами.
— Я вовсе не думал о картинах или табакерках, — возразил Джимми. — Может, собачку?
— Собачку? — вскричала Николь. — Ты, должно быть, сошел с ума! Собачку нужно кормить, а это же стоит денег.
— Тогда, может, ты что-нибудь придумаешь? — спросил Джимми.
— У Бесси на кухне есть три котенка, которых она не знает, куда пристроить, — пошутила Николь.
— Котята! — воскликнул Джимми. — Отличная мысль!
— Не думаю, что тетя Алиса с тобой согласится, даже если это будут исключительно симпатичные котята.
Но Джимми уже выбежал из гостиной и устремился на кухню.
Оставшись одна, Николь бессильно опустилась на стул.
— Что же мне делать? — простонала она. — Я знаю, что это ужасно, но, если Джимми старается для Кингз-Кип, его не в состоянии остановить даже полк гренадеров!
Каждая клеточка ее тела сжималась при мысли о том, что придется еще раз испытать на себе гостеприимство тети Алисы.
Даже возможность украсть что-то не стоила этой цены.
Николь лихорадочно пыталась сообразить, что тут можно сделать, но ничего не могла придумать.
Джимми вернулся. В руках у него был маленький белый комочек.
Николь невольно улыбнулась.
— Они действительно очень симпатичные? — сказала она. — Но мы не можем оставить себе всех трех.
— Ну, например, вот этот отправится к тете Алисе.
— Я уверена, что она от него откажется.
— Тогда при отъезде мы возьмем с собой и его, — пожал плечами Джимми.
Он намекал на то, что они возьмут с собой еще кое-что.
Николь погрузилась в молчание. Джимми опустил котенка на стол, и тот сразу же принялся радостно бегать туда-сюда.
— Давай поспорим, — сказал Джимми, — что когда тетя Алиса увидит Снежка — я так его назову, — она впервые в жизни влюбится!
— Ты просишь о чуде, — ответила Николь и опять не смогла удержаться от смеха.


Наутро они отправились к леди Хартли.
Снежок сидел в корзинке, которую Николь обернула розовым шелком и украсила атласным бантом.
Трясясь по пыльным дорогам, Николь всем сердцем желала, чтобы Джимми навсегда забыл о коллекции картин своего дяди.
Они довольно долго ехали в молчании. Наконец Николь спросила:
— А что ты ответишь, если тетя Алиса скажет, что обнаружила пропажу одной из картин и миниатюр?
— Если тебе нужна правда, — признался Джимми, — когда я украл в первый раз, я поступил очень глупо.
— В чем именно? — уточнила Николь.
— Нужно было взять намного больше, это избавило бы нас от сегодняшнего визита. Но теперь я не буду таким дураком.
От того, каким тоном он это сказал, Николь бросило в дрожь.
Она догадывалась, что брат намеревается до отказа набить добычей ее сундучок и специально настоял, чтобы сегодня она взяла другой, побольше.
— Он слишком велик для одной ночи, — возразила Николь, но Джимми даже не потрудился ответить.
Поэтому Николь пришлось положить туда несколько своих крахмальных юбок, которые можно было бы смять, освободив место для картин.
Она сделала это для того, чтобы горничным тети не показалось странным, что в сундучке так много свободного места.
Вообще говоря, Николь любила ездить куда-нибудь с братом, и если бы не цель их поездки, она бы: сейчас наслаждалась пейзажем и любовалась весенними цветами в живых изгородях у маленьких домиков.
Но каждая минута приближала их к тете, и тревога Николь росла.
Она была уверена: леди Хартли покажется подозрительным, что они так скоро нагрянули снова.
Однако Джимми твердо шел по намеченному пути.
Он даже не дал тетушке возможности сказать, что она их не примет, не став посылать ей письмо с сообщением о приезде. Он надеялся застать ее .врасплох. Когда они подъехали к дому, Николь показалось, что он еще безобразнее, чем осталось у нее в памяти.
Конюх вышел им навстречу с хмурой физиономией, и Николь не сомневалась, что он, как и другие слуги, будет расстроен, что из-за них у него появилась дополнительная работа. Джимми, однако, был любезен со всеми. Он приветствовал конюха так, будто тот был его старый приятель.
Дворецкому в изношенной ливрее он сказал, что счастлив снова видеть его.
Он улыбался лакеям.
Леди Хартли сидела в гостиной в своем любимом кресле и вид у нее был, как показалось Николь, весьма неприветливый.
— Добрый день, тетя Алиса! — жизнерадостно приветствовал ее Джимми. — Как чудесно увидеть вас снова!
— Мне очень любопытно, с какой стати вы опять здесь появились, — поговорила леди Хартли ледяным тоном.
— Ответ весьма прост, — ответил Джимми, — Мы привезли вам подарок.
С этими словами он поставил корзинку со Снежком у ее ног.
— Подарок? — нахмурилась леди Хартли. Она внимательно изучила корзинку и подняла голову: — Что это?
— Это — котенок по кличке Снежок, — сказал Джимми. — После того как мы уехали от вас, я неожиданно понял, чего именно не хватает вашему дому.
— Но я не люблю домашних животных! — твердо заявила леди Хартли. При этом она, однако, не отрывала глаз от корзинки.
Снежок мирно проспал всю дорогу, но сейчас проснулся и встал на задние лапки у края корзинки.
На розовом фоне он выглядел очаровательно. Ни Джимми, ни Николь ничего не сказали, и после небольшой паузы леди Хартли заметила:
— Довольно симпатичный котенок. Я никогда не видела полностью белых котят.
— Снежок — необыкновенный котенок, — подтвердил Джимми. — Именно поэтому, тетя Алиса, мы и хотели, чтобы он был у вас.
— Я вообще-то не думаю… — начала леди Хартли, но, прежде чем она успела закончить фразу, Джимми вынул Снежка из корзины и, положил ей на колени.
Словно подчиняясь чужой воле, леди Хартли подставила руку, чтобы он не скатился, а когда Снежок начал мурлыкать, сказала так, словно из нее вытягивали слова:
— Безусловно, это очаровательное маленькое существо!
— Вот и я так думаю, — подхватил Джимми. — Он будет для вас отличной компанией, тетя Алиса!
Николь была уверена, что тетя Алиса скажет, что ей не нужна никакая компания. И тут она поняла, что тетя не слушает. Леди Хартли смотрела на Снежка с таким выражением, какого Николь ни разу у нее не видела.
Джимми бросил на сестру многозначительный взгляд.
Все бесполезно! Джимми всегда оказывался прав и теперь в очередной раз добился своего.
Вошел дворецкий с бокалом хереса.
К тому времени, когда Николь и Джимми пошли переодеваться к обеду, уже не оставалось никаких сомнений: леди Хартли полностью очарована новым членом семьи.
— Я же говорил! — воскликнул Джимми, когда они поднялись наверх.
Николь поморщилась, но вместе с тем она не могла не признать, что испытывает некоторое облегчение.
По крайней мере они хоть что-то дали тете взамен — а это все-таки лучше, чем только брать.


Поздно вечером Джимми вошел в спальню сестры с двумя картинами под мышкой.
Николь уже почти заснула.
Но, ложась спать, она справедливо предположила, что Джимми намерен посетить те комнаты, которые не использовались, и поэтому оставила две свечи гореть.
Открыв глаза, она с радостью убедилась, что картины, которые он принес, не очень большие.
Джимми поставил одну из них в изножие кровати.
— Называется «Молодая чета», — прошептал он. — Это Ван Лейден.
Николь не сказала бы, что картина ей нравится, но она помнила, что отец не раз упоминал имя Ван Лейдена.
Она была почти уверена, что он был учеником и последователем Дюрера.
Не дождавшись ответа, Джимми показал ей другую картину.
— А это — Мабюзе, фламандский живописец.
Николь увидела искусный портрет довольно непривлекательной девочки.
Однако она не могла не признать, что платье выписано блестяще — так же, как и чепец, слегка сдвинутый на затылок.
Николь не успела ничего сказать: словно сгорая от нетерпения, Джимми повернулся и вышел из комнаты.
Картины он оставил на кровати. На мгновение Николь подумала, что он ушел насовсем, но потом сообразила, что раз Джимми не пожелал ей спокойной ночи, значит, еще вернется.
«Не может быть, — сказала она себе, — чтобы он собирался еще что-нибудь взять!»
Николь встала и убрала картины на самое дно сундучка.
Потом она принялась укладывать туда платья, которые горничная повесила в платяной шкаф.
Николь успела сложить всего пару платьев, когда Джимми вернулся.
— Ты… взял еще что-то? — спросила Николь шепотом.
Это был глупый вопрос.
Он нес под мышкой предмет, который не мог быть ничем иным, как только картиной — причем довольно большого размера.
Джимми поставил картину на кровать, и при свете свечей Николь увидела, что это действительно великолепное произведение искусства.
— Она называется «Мадонна в беседке из роз», — пояснил Джимми. — Это Лохнер. Когда маркиз увидит эту картину, он будет в полном восторге!
— Но… она… слишком большая! — пожаловалась Николь.
— В твой сундучок поместится, — успокоил ее Джимми. — На самом деле сама картина высотой всего дюймов двадцать, но я не могу оставить раму здесь.
— Нет… Конечно же, нет… — Николь запнулась, представив себе, как тетя обнаруживает пустую раму. Джимми подошел к ее сундучку и вынул все, что она успела туда положить.
После этого он достал из сундучка первые две картины. Николь была настолько очарована «Мадонной», что не обратила внимания, чем он занимается, и думала только о том, что с удовольствием повесила бы эту картину у себя дома.
Мадонна с младенцем Иисусом на коленях сидела на светлом престоле.
Она была облачена в искусно прописанное шелковое платье, ниспадающее легкими складками.
На заднем плане витали многочисленные херувимы, и еще два порхали в верхних углах картины.
Общая композиция была блестяще продумана и исполнена с большим мастерством.
Николь хорошо понимала, почему Джимми решил ее взять. Однако трудно было представить, что кто-то может иметь такое сокровище и не знать об этом.
— Я был уверен, что тебе понравится, — произнес Джимми, подходя к ней.
— А я уверена, что эту картину очень опасно… красть! — парировала Николь.
— Сомневаюсь, что тетя Алиса вообще знает о ее существовании, — сказал Джимми. — Взгляни только, сколько пыли на раме.
С этими словами он поднял картину, бережно уложил ее в сундучок и, с удивительной ловкостью сложив несколько платьев, положил их сверху.
Потом он убрал в сундучок две другие картины.
Николь в длинной ночной рубашке сидела на кровати и молча наблюдала за ним.
Закончив, Джимми, весьма довольный собой, подошел к ней.
— Встань пораньше, — велел он, — и сложи все остальное прежде, чем горничная придет тебя будить!
Николь ничего не ответила, и он продолжал:
— Закрепи ремни и постарайся ничего не забыть, чтобы горничной не пришлось снова лезть в сундучок.
Джимми говорил резко, как с маленькой, и Николь подумала, что он немного боится.
— Хорошо, Джимми, — ответила она шепотом. — Я все сделаю, как ты сказал.
Он улыбнулся и поцеловал ее.
— Ты молодец. Спокойной ночи!
Подойдя к двери, Джимми осторожно выглянул в коридор, словно опасался, что его увидят слуги.
Николь слышала, как он вошел в свою спальню.
Потом она занялась сундучком. Она сложила все свои вещи, кроме дорожного платья и ночной рубашки, что была на ней. Крахмальные юбки она положила сверху.
Когда сундучок закроется, они, конечно, сомнутся, но Джимми был прав: нельзя, чтобы горничная увидела, что в сундучке стало меньше места по сравнению с тем, что было, когда она его распаковывала.
Потом Николь вернулась в постель, но уснуть не могла.
Она по-прежнему считала, что украсть такую красоту, как «Мадонна в беседке из роз», — очень дурной поступок.
В этой картине была какая-то духовная сила.
Николь чувствовала это, когда смотрела на полотно, и была уверена, что сила рождена верой — верой тех, кто все эти годы преклонялся перед шедевром. Теперь картина стала священной реликвией и способна подарить благословение тем, кто возносит молитвы Пресвятой Деве.
И хотя сейчас картина была спрятана в сундучке, Николь принялась молиться.
Она просила Мадонну помочь Джимми и сделать так, чтобы его не поймали.
Это была очень пылкая молитва.
Николь не переставала удивляться, как им до сих пор удается не вызывать подозрений.
Неужели возможно снова и снова возвращаться к тете Алисе и красть у нее картины?
Или наносить визит за визитом к лорду Мерсею или еще кому-то, у кого есть коллекция живописи?
— Помоги нам… Пожалуйста… Помоги нам, — молилась Николь и надеялась, что Божья Матерь с Пресвятым Младенцем на коленях слышит ее.


В восемь часов Николь была уже одета.
— Рановато вы, мисс! — заметила горничная, пришедшая ее разбудить.
— У нас долгий путь, — ответила Николь, — а дома у меня еще очень много дел.
Горничная улыбнулась.
— Я знаю, мисс, так всегда бывает, когда уезжаешь. Возвращаешься, а там, где было одно дело, уже тебя ждет и другое.
— Это правда, — согласилась Николь и огляделась, чтобы удостовериться, что ничего не забыла.
Ремни на сундучке уже были затянуты, как велел Джимми.
Спустившись в столовую, она обнаружила, что тетушка уже там. Она кормила Снежка молоком из блюдца.
— Он проспал на моей кровати всю ночь, — сообщила она Николь, — и ни разу меня не разбудил!
Тетушка говорила голосом матери, которая только что открыла, что ее ребенок — замечательное дитя.
— Я знал, что он именно такой, как вам бы хотелось, — с удовлетворением сказал Джимми. — И он избавит вас от мышей.
— Сначала ему надо подрасти, — возразила леди Хартли и впервые за все время, что Николь ее знала, засмеялась без видимой причины.
Николь подумала, что Джимми, несомненно, сделал тетю Алису счастливее.
Кто-то мог бы решить, что это неравноценный обмен.
По сравнению с тремя шедеврами, которые украл Джимми, котенок не стоил и пенса — но, сказала себе Николь, никто не знает, сколько стоит счастье.
— Запомните, тетя Алиса, — наставлял Джимми перед отъездом, — пока он маленький, Снежок должен есть рыбу, а когда подрастет — цыплят.
— Да, конечно, — живо откликнулась леди Хартли. — Хорошо, что ты мне напомнил.
— Его надо кормить утром и вечером, — продолжал Джимми, — и не следует позволять ему бегать за кроликами.
Леди Хартли ловила каждое слово.


Когда экипаж отъехал от дома, Николь спросила:
— Откуда ты столько знаешь о кошках?
— Я подготовился, — с серьезным видом ответил Джимми. — Я спросил Бесси перед отъездом, что она дает нашим котятам.
— Вынуждена признать, я никогда не видела, чтобы у тети Алисы был такой человеческий взгляд — и настолько счастливый! — сказала Николь.
— У меня все просчитано, — ответил Джимми.
Дома он постарался как можно лучше отчистить картины.
Эту науку Джимми изучил под руководством одного из самых крупных знатоков живописи в Лондоне.
Николь использовала каждую свободную минутку, чтобы лишний раз взглянуть на «Мадонну в беседке из роз».
Она знала, что через два дня Джимми заберет картину, и она ее больше никогда не увидит. Николь казалось, что картина говорит с ней. У нее было такое чувство, будто Пресвятая Дева не только слышит ее молитвы, но и благословляет ее.
— Как жаль, что мы не можем оставить эту картину себе, — задумчиво сказала она Джимми.
— Мне тоже, — согласился он. Поколебавшись, Николь предложила:
— А ты не мог бы заменить ее на какую-нибудь другую? Не столь прекрасную и не столь… ценную?
Губы Джимми сжались в твердую линию.
— Я украл ее, чтобы спасти Кингз-Кип, — сказал он. — И если оставлю ее себе для нашего удовольствия, то буду чувствовать себя обманщиком!
Николь не удержалась от смеха.
— Во всяком случае, я понимаю твои несколько искаженные принципы.
Джимми ничего не ответил, и она добавила:
— Будь у меня достаточно денег, я купила бы у тебя эту картину.
— Именно это и сделает маркиз Риджмонт! — парировал Джимми.
Николь знала, что до дома маркиза в Хантингдоншире путь неблизкий. Часть его они могли проехать на поезде, но перевозить картины таким способом гораздо труднее.
К счастью, у них были молодые и сильные лошади. Они хорошо отдохнули после поездки к тете Алисе и вполне могли отвезти своих хозяев куда требуется.
В четверг перед самым отъездом Джимми сказал:
— Совсем забыл, тебе надо купить новое платье.
— Новое платье? — удивленно переспросила Николь.
— Понимаешь, маркиз — один из самых состоятельных людей в Англии и может позволить себе одеваться по моде.
Николь в испуге уставилась на него.
— Ты хочешь сказать, что… маркиз молод и у него могут быть… гости?
— Ну, ему приблизительно года тридцать три или тридцать четыре, — ответил Джимми, — и ничего удивительного, если он приглашает друзей.
— Я… я думала, он совсем… старый… Как лорд Мерсей.
Конечно, это было очень глупо с ее стороны, но Николь никак не ожидала, что молодой мужчина окажется страстным коллекционером живописи.
Для нее это явилось настоящим ударом. Она никак не рассчитывала на шумную компанию и думала, что у маркиза они с Джимми будут одни, как у лорда Мерсея.
— Будет лучше, если я не поеду, — быстро проговорила она.
Джимми наградил ее уничтожающим взглядом.
— Не будь смешной! Как я без тебя справлюсь?
— Почему бы и нет? Ты же не собираешься ничего красть у маркиза, наоборот, хочешь кое-что ему предложить!
— Ну да, разумеется, — сказал Джимми. — Но я хочу, чтобы ты слегка погрустнела, когда я скажу, что приходится продавать фамильные реликвии. А еще, поскольку ты у меня красавица, нашему хозяину будет неловко задавать слишком много вопросов!
Николь в явном изумлении посмотрела на брата.
— Раньше ты об этом не говорил!
— Маркиз Риджмонт довольно сильно отличается от тех, к кому мы ездили прежде, — ответил Джимми и добавил насмешливо: — Я видел, как старый Мерсей глазел на тебя. Держу пари, он думал, что ты столь же красива, как те Венеры, что висят у него по стенам!
Николь улыбнулась.
— И теперь ты меня за это высмеиваешь! Но у меня нет ни одного приличного платья.
— И нет времени, чтобы его заказать, — задумчиво добавил Джимми.
— Да, если только я не полечу в Лондон на крыльях, — кивнула Николь, — или у одного из домашних привидений не найдется волшебной палочки!
Джимми пожал плечами.
— Ну ладно, придется ему принять тебя в том, что есть, но какая досада, что я не подумал об этом раньше!
Николь была полностью с ним согласна. Она редко просила брата о чем-то для себя лично и знала, что он чувствует, когда она тратит деньги, которые могли пойти на Кингз-Кип.
Николь пошла к себе в спальню и, открыв платяной шкаф, поняла: ехать к маркизу в том, что у нее есть, невозможно.
Из-за вечной нехватки денег ей приходилось шить самой, и хотя Николь была очень искусной швеей, дешевая ткань есть дешевая ткань.
Николь не питала иллюзий, что способна состязаться с Фредериком Вортом.
Она читала о нем и о других модельерах в «Дамском журнале».
— Что же мне делать? — в отчаянии прошептала Николь.
Перед ее внутренним взором предстало изящное платье, которое было у «Мадонны в беседке из роз», и ее вопрос почти превратился в молитву.
Николь была уверена, что Пресвятая Дева поняла, как важно для нее помочь брату.
И тут она вспомнила о занавесях над кроватью с фамильным гербом.
Материал для них много лет назад выбирала матушка.
Это был чистый шелк — такого же бирюзового цвета, как египетские скарабеи.
— На Востоке считается, что этот цвет приносит удачу, — говорила мама Николь, — и поскольку твой отец повесил в этой комнате свои самые экзотические фотоснимки, я думаю, он здесь как нельзя более к месту.
В этой комнате родители обычно принимали особых гостей.
В последнее время она пустовала — исключительно потому, что у Джимми не было денег, чтобы звать кого-то в гости.
Из одной занавеси можно сшить очень красивую юбку для вечернего платья, а из другой — лиф.
Вопрос был в другом — хватит ли ей времени?
Николь бросилась в спальню снимать занавеси.
Потом она спустилась по лестнице в кухню. Бесси сидела за столом и лущила горох, только что принесенный из сада.
— Господин Джеймс хочет, чтобы послезавтра, когда мы поедем к его знакомому, у меня было бы новое платье, — сказала ей Николь.
— Новое платье, мисс Николь? — переспросила Бесси. — А откуда появятся для этого деньги, хотела бы я знать!
— Я хочу использовать прикроватные занавеси из Синей комнаты, — объяснила Николь.
Бесси в изумлении отложила стручок.
— Есть ли в деревне кто-нибудь, кто мог бы помочь мне? — спросила Николь. — Я могу сделать крой и, как ты знаешь, умею шить очень быстро, но вряд ли даже я успею сшить новое платье за полтора дня!
Бесси на мгновение задумалась.
— Есть госпожа Гиббонс, она живет в Хони-Коттедж. Она делала алтарное покрывало для церкви, а ее дочь, которой сейчас пятнадцать, перешивала портьеры в доме викария.
— Спасибо, Бесси, — поблагодарила Николь.
Двумя часами позже она кроила платье на полу в спальне, а госпожа Гиббонс пристраивала на подоконнике корзинку для шитья.
К вечеру они вместе уже начали сметывать платье.
Они работали не покладая рук, и на следующий день к обеду у Николь было новое платье.
Впрочем, еще многое предстояло сделать, чтобы довести его до совершенства, и все же, глядя на него, Николь думала, что оно вышло не менее шикарным, чем те, что привозят из Парижа.
И цвет пришелся ей очень к лицу.
Волосы у Николь были белокурые, но в них то там, то тут вспыхивали рыжие проблески, которые выгодно контрастировали с голубизной шелка. От этого ее кожа казалась еще белее.
Николь сделала выкройку по картинке, которую видела в журнале.
Ей подарила его супруга викария.
Когда все было закончено, Николь показалось, что декольте получилось чересчур низким.
Поэтому она добавила, тоже подсмотрев в журнале, вокруг шеи небольшую оборку из того же материала.
Оборка, кстати, отлично гармонировала с турнюром, который складками спускался до самого пола.
— Это самое симпатичное платье, что я видела за всю свою жизнь! — воскликнула госпожа Гиббонс, когда Николь его примерила. — Вы в нем просто картинка, мисс Николь, ей-богу, просто картинка!
— Спасибо вам, госпожа Гиббонс, и надеюсь лишь, что мой брат с вами согласится, — сказала Николь.
В голове у нее пронеслось, что гораздо важнее, если с миссис Гиббонс согласится маркиз.
Она посмеялась над собой.
В рассказах Джимми маркиз представал очень важной персоной.
Вряд ли он вообще обратит внимание на того, кто не равен ему по положению.
Но когда Николь узнала, что на самом деле все совсем по-другому, она начала задавать вопросы.
Выяснилось, что маркиз далеко не стар, а наоборот, молод и атлетически сложен.
Он даже сам выступал в качестве жокея в стиппль-чезе.
Кроме того, хотя Джимми высказывался об этом как-то неопределенно, маркиз был известным путешественником.
— Где же он путешествует? — спросила Николь.
— По всему миру, — туманно ответил Джимми.
— И у него еще остается время, чтобы собирать картины?
— У него одна из лучших коллекций в Англии! — уверил ее Джимми. — Но, конечно же, он получил ее в наследство.
— И все же он добавляет новые экспонаты? — спросила Николь.
— Естественно, — ответил ее брат, — иначе мы бы к нему не ехали!
— А что еще он делает?
— Наслаждается! — сказал Джимми. — Поскольку вполне может себе это позволить!
— Но он не женат? — Джимми засмеялся.
— Он дал клятву, что никогда не женится.
— Но… почему? — засомневалась Николь. — Ведь он же, наверное, хочет, чтобы сын унаследовал его картины?
Джимми пожал плечами:
— Я думаю, он пережил несчастную любовь, а может, просто не хочет терять свободу. Но так или иначе он убежденный холостяк, и тебе бесполезно пробовать на нем свои чары!
— Я вовсе об этом не думала! — сердито сказала Николь.
Ее задело, что Джимми говорит такие вульгарные вещи.
Больше вопросов она не задавала, но подумала, когда осталась одна, что, судя по всему, маркиз — довольно отталкивающая личность.
И вдобавок ко всему он, наверное, очень жесток.
«Как жаль, что мы не можем поехать куда-нибудь еще», — сказала себе Николь.
Впрочем, она знала, что брат считает минуты до встречи с маркизом.
Джимми был твердо намерен получить от него очень немалые деньги, чтобы потратить их на Кингз-Кип.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Благоуханье роз - Картленд Барбара

Разделы:
От автораГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Ваши комментарии
к роману Благоуханье роз - Картленд Барбара



Очень не интересно. Я разачарованароманом если его так можно назвать. Закончился так толком и не начавшись. Может пару глав не перевели?
Благоуханье роз - Картленд БарбараТатьяна
3.04.2012, 19.06





вот лично мое мнение,уважаемые дамы:задумка (идея) романа-не плохая, но на мой взгляд не доработанная. главная героиня, отрицательно удивила в 6 главе: "Он меня поцеловал… И… я… люблю… его!" пф! складывается впечатление, что это не взрослая девушка, а 14-летний подросток после первого поцелуя...это несомненно не вызывает восторга в чтении. неужели нельзя было гл героиню "сделать" более взрослее ну или умнее что ли,от такого детского лепета в дамском романе просто угнетает! что касается маркиза, то мне он напоминает зажравшегося богача-бабника который только все судит по красоте. и опять же я замечаю у этого же автора не впервый раз уже, что развитие отношений главных героев не очень подробно описанно, а даже кратко, как будто бы уважаемый автор торопился поскорее закончить роман. вообщм то и все. кто желает почитать ваше право), но если кто то ждет от этого произвидения описания глубоких чувст любви и состяния души, то не тратьте время.тут все написанно мимолетно, и кратко)))
Благоуханье роз - Картленд БарбараТетушка
31.07.2012, 1.24





Это произведение написано как бы на скорую руку, с целью побыстрее закончить, начало книги увлекает, а потом автора как подменили. Согласна с предидущими комментариями, что не увлекает
Благоуханье роз - Картленд БарбараItis
11.07.2013, 20.29





Фу-фу-фу!!! Гл.героиня меня убила с первых же глав. Брат ворует, ей это не нравится, но она продолжает ему в этом помогать. Это низко и мерзко. Всё равно, что осуждать наркомана и в то же время собственноручно вводить ему дозу. Если ты такая блин правильная, так не участвуй в этом, убеги из дома, запрись где - нибудь или спрячься от него. Ан нет, он же любит свой дом - ему нужны в этом доме новые шторы...в общем, время свое было жаль и дочитывать "это" я не стала.
Благоуханье роз - Картленд БарбараКсения
16.06.2014, 11.50





а я с удовольствием прочла романчик. даже окунулась в юность свою, когда душа ждёт того прекрасного, который будет мужем. увы, теперь лишь редкие воспоминания...
Благоуханье роз - Картленд Барбаралюбовь
26.09.2015, 17.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100