Читать онлайн Бегство от страсти, автора - Картленд Барбара, Раздел - ГЛАВА ВОСЬМАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бегство от страсти - Картленд Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.77 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бегство от страсти - Картленд Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бегство от страсти - Картленд Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Картленд Барбара

Бегство от страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

-Джек! Джек!
— Успокойтесь! Все хорошо. Выпейте это, — властно произнес чей-то голос.
Твердая рука приподняла голову Флер с подушки, и она ощутила на своих губах прохладную освежающую жидкость. Флер открыла глаза. Она увидела белые стены, склонившееся над ней спокойное лицо медсестры в белой шапочке. Ширмы в ногах постели загораживали от нее остальное.
Она находится в больнице, это она могла понять. Потом тот же голос сказал:
— С вами все в порядке. Вы в безопасности. Усните.
Покорно, как ребенок, Флер закрыла глаза и позволила себе погрузиться в небытие.
Много-много позже она начала вспоминать. Все события прошедших часов вернулись к ней. Они предстали перед ней ясно, со всей мучительной силой, но в ней уже не было одолевавшего ее тогда страха.
Несмотря на невероятный риск и почти непреодолимые препятствия, их план удался, они достигли цели.
По крайней мере, трое из них. Луи умер еще до того, как их подобрала шлюпка береговой охраны.
Чаще всего Флер думала сейчас о Луи, хотя в бреду она звала Джека, чувствуя, что без его любви, его беззаветной храбрости ей не выжить.
Ничто не сотрет в ее памяти те минуты, когда, держа на коленях голову Луи, она с ужасом видела, как он все слабеет и слабеет, и понимала, что невозможно было осознать реальность свершившегося. Лежа с закрытыми глазами на мягкой подушке, Флер думала, поверит ли им кто-нибудь, стоит ли рассказывать их историю в надежде, что она не покажется вымыслом.
Она вспоминала их путь от фермы Бувье до пристани, как они старались заглушить шум шагов, ступая по траве вдоль дороги. Нечаянно задетый камень гремел револьверным выстрелом.
Снова и снова Флер думала о том, каким безумием было пытаться бежать, рисковать сравнительной безопасностью, идя на верную смерть.
Но она знала, что боялась она одна. Джек был внутренне возбужден, но внешне спокоен. Вероятно, таким он выглядел, когда поднимал в воздух свой самолет, чтобы атаковать врага. Увлеченный рискованным предприятием, он забывал обо всем личном.
Ему предстояло выполнить задачу, и он был исполнен решимости завершить все успешно. То, что сам он мог лишиться жизни в, ходе операции, имело для него так мало значения, что он ни на минуту об этом не задумывался.
Анри был по темпераменту таким же, но менее опытным, не умевшим скрывать свои чувства.
Он был очень бледен, его темные глаза неестественно блестели. Он простился с семьей почти с нетерпением. Мадам Бувье не плакала, что само по себе было удивительно. Зато отец Анри с трудом сдерживал слезы и, когда настал момент прощания, не смог сказать ни слова.
Дольше других обнимала брата Сюзанна. С невероятно трогательным, простым жестом она сказала:
— Bon voyage, mon cher , — и тихо добавила: — Vive la France !
Флер знала, что ее сомнения и запоздалые сожаления не встретят сочувствия ни у Джека, ни у Анри. У них была цель, на которой они сосредоточились, а все остальное было им неинтересно. Они твердо намеревались прорваться, до тех пор обо всем другом следовало забыть.
Луи был совсем другого склада. Флер только раз видела этого худощавого темноволосого молодого человека, но сразу почувствовала с ним какое-то духовное родство.
Она поняла, что он очень чувствителен, что его глубокий патриотизм и почти болезненная ненависть к поработителям его родины порождены идеализмом.
Когда они молча шли в ночной темноте, Флер ощущала, что с ней рядом находился кто-то, с кем у нее было много общего, у кого так же были натянуты нервы.
Все их действия были продуманы. Первой целью являлась сторожка береговой охраны, возвышавшаяся на берегу.
Когда они приблизились к ней, Флер с вещами, запасом еды и всем, что они заготовили себе в дорогу, спряталась неподалеку.
Ей не хотелось видеть, как ее спутники будут расправляться с охранниками, но, оставшись одна, она подумала, что нет ничего ужаснее ждать в сыром туманном мраке, не зная, вернется ли к ней кто-нибудь.
Каждую минуту она ожидала услышать выстрелы, шум голосов, появление солдат из соседнего караула.
Флер прислушивалась так напряженно, что ей начали чудиться какие-то звуки. Внезапно она почувствовала, что, несмотря на ночную прохладу, с нее градом льет пот, а руки она сжимает так, что ногти врезались в ладони.
Прошло десять минут… четверть часа… она то и дело смотрела на светящийся циферблат часов Джека, которые он ей оставил. Никогда еще время не тянулось так медленно. Казалось, прошла целая жизнь с того момента, как они ее оставили, до того, как она услышала чье-то тяжелое дыхание. Кто-то приближался к ней. Кто это мог быть? Друг или враг?
Послышался шепот:
— Ты здесь, Флер? — Это был Джек.
— Что случилось? — Собственный голос показался ей неестественно высоким и пронзительным.
— Все в порядке. Анри получил по голове, но все обошлось. Пошли.
Говорить было больше нечего. Они взяли вещи и медленно, молча спустились на прибрежный песок.
Самый страшный момент наступил на рассвете. Их заметил возвращавшийся с патрулирования самолет береговой охраны. Пилот сделал несколько кругов на небольшой высоте, рассматривая их.
Они поняли, что у него возникли подозрения — их не могло не быть, ведь лодка заплыла слишком далеко.
А в следующее мгновение вокруг них запрыгали, зашипели по воде, разрывая паруса, пулеметные пули. Они бросились плашмя на дно, и в этот момент Луи негромко застонал.
Некоторое время никто не смел шевельнуться… они лежали на дне лодки, затаив дыхание. Затем гул самолета стал удаляться, Флер подняла голову и увидела то, чего она больше всего опасалась, — темное пятно, расползавшееся по спине голубой фуфайки Луи.
К их бесконечному облегчению, самолет больше не возвращался. Перевязав Луи, как могли, разорванными носовыми платками, они стали совещаться.
— Нужно изменить курс. Эта скотина пошлет за нами патрульный катер.
Устроив Луи по возможности удобнее, Флер села с ним рядом, Анри и Джек развернули лодку восточнее. Занимался темный грозовой день.
Вскоре полил дождь, промочив их до нитки, и заштормило. У Флер не было морской болезни, но Джеку пришлось плохо. На руках у Флер оказалось двое больных, только Луи был намного спокойнее.
Он лежал неподвижно, изредка вздрагивая и жалуясь на холод. Они закрыли его всем, что у них было; Флер сняла с себя жакет, чтобы завернуть ему ноги.
В лодке начала скапливаться вода. Флер попросила Анри уложить Луи так, чтобы голова его лежала у нее на коленях. У них было с собой немного еды, картофель, хлеб — и две бутылки вина.
Они заставили Луи проглотить сквозь стиснутые зубы немного вина, но вскоре он потерял сознание. Боли он не испытывал, но у Флер было тяжелое предчувствие, что рана его смертельная.
У Джека усилились приступы морской болезни. Флер и сама чувствовала головокружение и дурноту от непрерывной качки.
Один Анри выглядел нормально. Промокший насквозь, он правил, вглядываясь в темноту. Темные волосы прилипли ко лбу, но он ничего не замечал, перед ним была цель — доставить их на свободу.
День угасал, они поняли, что им предстоит еще одна ночь в море. Никаких признаков земли не было видно, и Анри, с пространными объяснениями и извинениями, признался, что сбился с курса.
— Почему мы не взяли компас? — спрашивал Джек снова и снова, хотя отлично знал, что им негде было его достать.
Мотор исправно пыхтел. Во время шторма он было немного замедлил ход, но теперь упорно стучал под монотонную качку.
Ночь была холодная, они замерзли и дрожали, лоб у Луи был ледяной. Руки его тоже не только похолодели, но стали безжизненными.
Раз-другой за это время Флер впадала в забытье. Это был не сон: просто ее мозг отказывался понимать происходящее и отключался хотя бы на несколько минут.
Потом она, вздрогнув, приходила в себя, а лодка шла все дальше и дальше, рассекая волны. Джеку стало лучше, хотя иногда его все еще сотрясали приступы мучительной рвоты.
Лодка раскачивалась вверх-вниз, вверх-вниз, иногда ныряя так глубоко, что Флер казалось, ей никогда больше не подняться, но она неизменно поднималась.
Иногда Флер приходило в голову, сколько еще она может выдержать, есть ли предел испытаниям. Мокрая холодная одежда липла к телу. Она страдала от голода, от мучительной пустоты внутри.
Во время шторма хлеб и картофель промокли в морской воде и стали несъедобными. Они выпили последнюю бутылку вина. Флер бредила горячим кофе, чаем с молоком и сахаром.
Упрекая себя за такую мелочность, она снова склонялась над Луи.
Ей казалось, он едва дышит. Она щупала повязки, они пропитались кровью. Флер хотела было попытаться сменить их, но решила дождаться, пока рассветет.
А когда наступил рассвет, в лучах заалевшего на востоке солнца она увидела, что Луи умер.
Флер долго сидела неподвижно, не в силах выдавить из себя ни слова. Наконец, когда она не могла уже больше молчать и нести одна ужасное бремя своей тайны, Анри закричал. Это был дикий, хриплый крик.
Повернув голову, она увидела стремительно приближавшуюся к ним моторку.
«Они настигли нас!» — подумала Флер. В состоянии бесконечной усталости, которую она испытывала, смерть была для нее почти желанной.
И тут она увидела, что Джек и Анри машут руками, кричат что-то непонятное, но в их голосах явно слышались радость и ликование.
— Les Anglais! Les Anglais!
По лицу Анри струились слезы, глаза его сверкали. И тут все померкло; Флер осталась одна, в темноте, ощущая только одно — голову Луи у себя на коленях…


О том, что произошло дальше, у Флер остались смутные воспоминания.
Позже она узнала, что ей с трудом удалось избежать пневмонии. Первые дни в больнице Флер была довольна, погружаясь в сон и избавляясь тем самым от расспросов. Но когда ей стало лучше, она вспомнила о Джеке.
Он ворвался к ней в тот момент, когда она больше всего в нем нуждалась. Ей показалось, что нет ничего на свете дороже его улыбки, его объятий и поцелуев.
— Любимая, тебе лучше? Поправляйся скорее. Все прекрасно, все к нам просто ангельски добры. Ты знаешь, сегодня приедет моя мать. Я устрою так, что ты сразу же переедешь к нам.
— Но, Джек, возможно, она этого не захочет!
— Разумеется, захочет. Она будет нами ужасно гордиться. Ведь мы теперь герои. Сегодня утром меня посетил сам мэр. Анри получил приказ явиться в штаб генерала де Голля. Он так доволен, будто его уже произвели в адмиралы.
— А… Луи?
Улыбка на лице Джека погасла.
— Луи вчера похоронили.
— Бедный Луи! И все же мне кажется, что он… получил большую свободу, чем мы. Я плохо его знала, но чувствовала, что он один из тех, на чью долю всегда выпадает страдать.
— Господи! С чего это пришло тебе в голову? Мне он показался обычным заурядным парнем. Хотя и симпатичным. Мне его чертовски жаль.
Флер ничего больше не сказала. Она не могла объяснить Джеку свои чувства. У нее возникла странная мысль, что Луи расплатился за их жизни, их свободу и безопасность, с готовностью принеся себя в жертву.
Ее перевезли на санитарной машине в дом Джека и удобно устроили в маленькой, со вкусом отделанной спальне, выходившей окнами в сад.
Мать Джека жила в пригороде Мелфорда. В доме, построенном лет двадцать назад, было светло и просторно, здесь царил необыкновенный порядок, который, по мнению Флер, не мог не раздражать любого нормального человека.
Возможно, покойному мистеру Рейнольдсу такая аккуратность была по вкусу, но сыну его это явно надоело, хотя Джек был единственным, кто мог повсюду разбрасывать свои вещи, не вызывая нареканий. Впрочем, миссис Рейнольдс тут же все относила на место.
Она очень напоминала Флер миссис Титтлмаус из книжек Беатрис Поттер, прочитанных ею в детстве. Миссис Титтлмаус была полевой мышью, проводившей все время за уборкой своего домика.
С совком и щеткой она ходила по пятам за каждым, кто входил к ней, не вытерев ноги.
Миссис Рейнольдс, маленького роста, с волосами цвета соломы, была, как сказала бы няня Флер, «чистюля, каких свет не видывал». Каждая вещь в доме протиралась, чистилась и полировалась, пока не начинала сиять сверхъестественным блеском; пользуясь еще одним выражением няни, здесь «можно было есть на полу».
Флер в детстве часто задумывалась о том, у кого бы могло возникнуть такое желание, но, пробыв несколько дней у миссис Рейнольдс, она подумала, , что в этом доме такой способ принятия пищи не был бы, во всяком случае, слишком противным.
Для тарелок, ваз, рюмок, чашек и блюдец существовали особые подстилки, чтобы они не портили полировку стола; даже окуркам не позволяли задержаться в пепельницах несколько лишних минут, тут же их выбрасывая.
Все в доме сверкало, все было с иголочки, и если у миссис Рейнольдс и были за его стенами еще какие-то интересы, трудно было представить, в чем же они могли заключаться.
Молли, сестра Джека, внешностью не походила на мать, но в характере у них было много общего. Она также распределяла людей по категориям, раскладывала их по полочкам. Определив каждого на подобающее ему место, она редко позволяла им перемещаться.
Флер чувствовала в окружавшей ее атмосфере особую сдержанность, граничившую подчас с враждебностью, хотя Молли была с ней всегда безупречно вежлива.
Шел второй день, как Флер стала выходить из своей комнаты. Сидя в гостиной, она услышала, как открылась парадная дверь и в дом вошла Молли.
Миссис Рейнольдс вязала со своей обычной неторопливостью и аккуратностью. Невозможно было представить, чтобы она когда-нибудь спустила петлю, с ней этого просто не могло случиться.
Молли вошла в гостиную. Она сняла перчатки и подула в каждую, чтобы распрямить пальцы.
— Ты уже вернулась, милочка, — сказала миссис Рейнольдс, словно этот факт нуждался в подтверждении. — Ты купила нитки, какие я просила?
— Да, и иголки тоже, — отвечала Молли. — Как ты думаешь, кого я встретила на почте?
— Откуда мне знать?
— Нэнси Трэверс. — Обычно монотонный голос Молли приобрел вдруг особую выразительность.
Вязанье выпало из рук миссис Рейнольдс.
— Так, значит, она вернулась» Молли кивнула.
— Да, и она спрашивала о Джеке. Она зайдет сегодня вечером повидаться с ним.
— Она… она еще что-нибудь говорила?
— Нет, и я, со своей стороны, тоже не стала ни о чем распространяться.
Флер показалось, что мать и дочь обменялись при этом многозначительными взглядами.
— Я пойду сниму шляпу, — сказала Молли.
Она вышла. Миссис Рейнольдс снова принялась за свое вязанье. В этом разговоре не было ничего необычного, но Флер почувствовала какое-то беспокойство, как будто она прослушала или не поняла что-то очень важное.
— Кто такая Нэнси Трэверс? — спросила она наконец.
Миссис Рейнольдс удивленно подняла глаза, словно она совсем забыла о присутствии Флер. Она поколебалась немного, поджав тонкие губы, и ответила твердо, снова опустив глаза на свою работу:
— Нэнси Трэверс? Разве вы не слышали, как мы говорили о ней? Это девушка, с которой помолвлен Джек.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Бегство от страсти - Картленд Барбара



Неплохо.Сюжет не замысловатый.Особо роман,конечно,не тронул,но и не раздражал.читать можно.
Бегство от страсти - Картленд БарбараНИКА
21.11.2011, 20.19





Роман понравился. Немного затянуты главо об оккупированной Франции.
Бегство от страсти - Картленд БарбараТатьяна
10.03.2012, 11.53





Роман неплохой, на 5, прочитала за вечер, немного растянутый, но читать можно, понравилось что нет постельных сцен, мило и скромно
Бегство от страсти - Картленд БарбараАнюта
19.12.2013, 11.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100