Читать онлайн Никогда не влюбляйся в повесу, автора - Карлайл Лиз, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лиз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.17 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лиз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лиз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Карлайл Лиз

Никогда не влюбляйся в повесу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10
Чин-Чин отправляется в Сити

Странная атмосфера воцарилась в последующие дни в доме на Беркли-сквер. Камилла жила и двигалась как автомат, не чувствуя ничего, кроме боли в сердце.
К вящему изумлению прислуги, Ротуэлл почти не покидал дом, большую часть дня просиживая у себя в кабинете в компании книг, бутылки бренди и маленького спаниеля, которого он при каждом удобном случае проклинал на чем свет стоит. Иногда, проходя мимо двери кабинета, Камилла случайно слышала его голос – и понимала, что он разговаривает с собакой. Как ни странно, она ловила себя на том, что начинает испытывать нечто вроде ревности.
Бывали дни, когда Ротуэлл выходил к столу совершенно больным, но если он и страдал от внезапных приступов – а Камилла готова была поклясться, что так оно и было, – то предпочитал это скрывать. По молчаливому уговору ни один из них не возвращался к недавнему разговору.
Поразмыслив хорошенько, Камилла решила, что не станет вмешиваться. В конце концов, Ротуэлл не требовал от нее ничего, кроме верности… ну, и еще известной вежливости. Он с самого начала твердо дал понять, что намерен жить своей жизнью.
«Ты должна жить собственной жизнью, а не зависеть от меня», – сказал он как-то раз. И она согласилась. К тому же она ведь сама этого хотела, разве нет? Тогда почему ее так ранили его слова?
Как она успела заметить, Ротуэлл почти не спал – однако неизменно приходил к ней почти каждую ночь. Обычно это бывало под утро, когда он, прошатавшись всю ночь бог знает где, возвращался домой. Она больше не пыталась выяснить, где он пропадает, и почти не видела его. Камилла твердила себе, что это ничего не значит. Если не считать ночей, которые они проводили вместе, да редких встреч за столом, их разделяла пропасть, которую ни один не пытался переступить. И хотя это было обидно, Камилла не делала попыток перекинуть через нее мост. Ее муж сам этого хотел – и в конце концов, убеждала она себя, так даже лучше. Она вовсе не мечтает о сердечной близости с ним. Больше того, именно этого она когда-то поклялась избегать.
Но сердце ее упорно отказывалось с этим примириться. Камилла начала понимать, что пришло время взглянуть правде в глаза: несмотря на широкие плечи и могучее телосложение, ее муж болен, причем серьезно. Даже за те несколько недель, что прошли со дня их свадьбы, его лицо заметно осунулось.
Были и другие признаки – те самые, которые Камилла в свое время замечала и у матери. Бессонница. Постоянно возбужденное состояние. Отсутствие аппетита. Раздражительность. К тому же Ротуэлл много пил и глухо тосковал – и Камилла боялась, что все это сведет его в могилу.
Камилла пыталась не думать о его жарких объятиях. О том, как она каждую ночь лежит в постели, считая минуты до его прихода. В полупустом неуютном доме Ротуэлла дни тянулись мучительно медленно.
Конец этой тоскливой жизни пришел в тот день, когда Ротуэлл отвез Камиллу к поверенным ее покойного деда, чтобы, так сказать, подтвердить ее статус замужней дамы. То, что этой встречи не избежать, Камилла поняла, когда среди вещей покойной матери обнаружилось письмо деда, – и с тревогой ждала этого дня. Но странное дело… в присутствии угрюмого, с суровым лицом Ротуэлла весь ее страх куда-то исчез.
Старший партнер адвокатской фирмы встретил их сдержанно.
– Позвольте поблагодарить за то, что вы нашли для нас время, леди Ротуэлл, – с натянутой улыбкой проговорил он. – Примите мои поздравления по поводу вашего замужества. Милорд, как только утром откроются банки, мы позаботимся о том, чтобы со счета покойного графа на ваш были переведены пятьдесят тысяч фунтов.
Ротуэлл, с рассеянным видом смотревший в окно, обернулся.
– Вы имеете в виду приданое? – бросил он. И небрежно махнул рукой. – Мне не нужны эти деньги. Пусть ими распоряжается моя жена. Или, если она не против, пусть останутся нашим с ней детям.
– Мы еще обсудим это, – поспешно проговорила Камилла, – и дадим вам знать.
На лице поверенного отразилось сильнейшее замешательство.
– Тогда мы будем ждать вашего решения. – Он поднялся проводить их до выхода, но у самых дверей вдруг замялся. – Надеюсь, вы понимаете, что все имущество вашего покойного дедушки перейдет к вам только после рождения вашего первого ребенка – полагаю, этого не долго ждать.
– Конечно, – кивнула Камилла.
Адвокат принялся благодарить Камиллу за то, что взяла на себя труд приехать и прояснить дело о наследстве.
Ротуэлл предложил ей руку и помог спуститься по лестнице. Провожаемая почтительно кланявшимся стряпчим, Камилла уселась в карету и впервые ясно чувствовала себя внучкой графа и супругой барона.
Зато Ротуэлл, подсаживая ее в экипаж, выглядел озабоченным. Он молча забрался вслед за женой в карету, и заждавшийся их Чин-Чин тут же прыгнул ему на колени. Песик так отчаянно скулил, когда они собрались уезжать, что Ротуэлл, которому очень скоро надоело слушать эти истошные вопли, просто взял его за шиворот и бросил в карету.
– Ты вовсе не обязан это делать, – заговорила Камилла, едва экипаж отъехал от дома поверенного.
– Это ты о деньгах? – поинтересовался он, почесывая Чин-Чина за ушами. Потом выудил что-то из кармана пальто и сунул собаке в рот.
– Да, ты ведь уже заплатил двадцать пять тысяч Валиньи, поэтому было бы только справедливо, если бы вторая половина…
– Я просто поступаю так, как считаю нужным, – перебил ее Ротуэлл. – Впрочем, как и всегда.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Ротуэлл снова заговорил.
– А о чем шла речь в том старом письме? – поинтересовался он, рассеянным жестом поглаживая шелковистую шерсть песика.
Камилла бросила на него удивленный взгляд.
– Да, собственно, ни о чем. – Она пожала плечами. – Обычный вздор… упреки желчного старика.
– Это и есть то письмо, которое ты никогда не показывала Валиньи?
– Да, – кивнула она. – Я еще девочкой поняла, что ему нельзя верить. А почему ты спрашиваешь? Хочешь его прочитать?
Ротуэлл уставился в окно.
– Да, хотелось бы.
– Я поищу его.
Экипаж въехал в Чипсайд. Камилла молча следила за тем, как по суровому лицу мужа пробегают тени. В карете стояла тишина, прерываемая только ритмичным цоканьем подков и грохотом колес по булыжной мостовой.
Камилла украдкой бросала взгляды на мужа – и скрепя сердце вынуждена была признать, что, несмотря на суровость, ему никак нельзя отказать в привлекательности. Есть ли у них надежда стать ближе друг другу? Будет ли их связывать что-то еще – кроме постели? И потом… как сделать первый шаг? Как уничтожить ту преграду, что стоит между ними? Камилла не знала.
– Когда мне было пять лет, – вдруг заговорила она, – я почему-то решила, что теперь меня будут звать Женевьева.
Ротуэлл, повернувшись к ней, изобразил на лице вежливое удивление.
– Неужели?
– Да, и что я принцесса, которую похитил злой волшебник Валиньи, – продолжала она, чувствуя себя на редкость глупо. – Я объяснила няне, что мой настоящий отец – великий и могущественный король, который в один прекрасный день разыщет меня и заберет к себе.
По губам Ротуэлла скользнула слабая улыбка.
– Ну да, и тогда они все примутся рыдать от горя, – пробормотал он. – Это ты имела в виду?
Камилла помрачнела.
– Да, – чуть слышно проговорила она. – Ты угадал – у сказки был как раз такой конец.
– Я не угадывал – я знал, – усмехнулся он. – Просто потому, что в свое время мне самому нравилось говорить, что мой отец – непобедимый турецкий корсар, которому пришлось отправить меня на Барбадос лишь для того, чтобы со мной не смогли расправиться его многочисленные враги. А когда он вернется, твердил я, и увидит, как дядюшка обращается со мной, то вытащит свой ятаган и отрубит ему голову. Кажется, я даже имел глупость сказать об этом ему самому – или кому-то из его прихлебателей.
Камилла сочувственно покачала головой.
– Держу пари, он рассмеялся тебе в глаза.
– Нет. – Лицо Ротуэлла вдруг словно застыло. – Нет, он велел швырнуть меня в ту же крысиную нору, где держал провинившихся рабов, и оставить на три дня без хлеба и воды. А потом, когда он, по своему обыкновению, напился, Люк стащил у него из кармана ключ. Ну а когда пропажа ключа обнаружилась, дядюшке уже было не до меня – он поклялся, что спустит с Люка шкуру кнутом, и так увлекся, что совершенно забыл обо мне.
– Бог мой! – Камилла зажала ладонью рот, чтобы сдержать крик. – Но вы… вы ведь были совсем дети!
– О, уверяю тебя, мы быстро повзрослели, – негромко проговорил он. – Очень быстро…
Все то время, пока карета катилась по улочкам Сити, оба молчали. Только когда колеса экипажа загрохотали по мосту Темпл, Ротуэлл очнулся, вынырнув из трясины воспоминаний.
– Ты счастлива, Камилла? – внезапно спросил он. – Я хочу сказать – на Беркли-сквер? Ты довольна?
Камилла даже растерялась.
– У меня ведь никогда не было дома, – запинаясь, пробормотала она. – Да, мне здесь нравится.
– Я рад, – так же тихо проговорил он. – Мне очень этого хотелось.
– Если бы только можно было… – смутившись, Камилла закусила губу.
– Да? – Ротуэлл поднял брови. – О чем речь?
– У меня в Лимузене остались кое-какие вещи… – нерешительно проговорила Камилла. – Так, пустячки, которыми я дорожу только из-за связанных с ними воспоминаний. Если бы можно было послать за ними…
– Да ради Бога! Конечно, пошли. А о чем речь?
– Да так, обычные безделушки, – смутилась она. – От которых в доме становится… теплее, что ли. Уютнее. Пара моих любимых пейзажей, несколько статуэток. Вышитые крестиком подушки. Портрет моей матери. Десяток-другой самых любимых книг.
Ротуэлл задумался над ее словами.
– Да… думаю, ты права, – пробормотал он, разглядывая застроенный магазинами Стрэнд. – Если хочешь, можешь заново обставить наш дом, как тебе нравится.
Разговор снова увял, и Ротуэлл молча уставился в окно. Так прошло какое-то время. И вдруг Ротуэлл, словно проснувшись, велел кучеру остановиться.
– Почему мы остановились? – удивилась Камилла.
– Сюрприз, – своим обычным, чуть хрипловатым голосом угрюмо буркнул Ротуэлл.
Подождав, пока лакей опустит подножку, Ротуэлл сошел и, подхватив на руки немало заинтригованную этим заявлением Камиллу, легко, будто перышко, поставил ее на тротуар. Чин-Чин, жалобно завывая вслед хозяевам, скакал на сиденье кареты, словно обезумевшая белка.
– Ох, ну и хлопот с тобой, приятель! – буркнул Ротуэлл. – Ладно, иди сюда, надоеда! – С этими словами он выудил Чин-Чина из кареты и не долго думая сунул его в карман.
Должно быть, они представляли собой любопытную компанию, какую не часто встретишь на Стрэнде, – Ротуэлл с обычным для него хмурым, даже слегка зловещим выражением смуглого лица, возвышавшийся над женой, словно утес, Камилла, казавшаяся особенно миниатюрной и хрупкой рядом с гигантом-мужем, и крохотный песик, утонувший в кармане Ротуэлла, так что наружу торчала одна его голова.
Взяв Камиллу под руку, он не спеша повел ее – мимо магазинов, где торговали тканями, модной мужской одеждой, китайским фарфором, пока наконец не остановился перед одним из них. Камилла широко открыла глаза – в окне элегантного, с арочным входом магазина красовался скрипичный ключ. Рядом на двери сверкала небольшая полированная латунная вывеска, гласившая: «Джос Гастингс. Музыкальные инструменты».
Внутри магазина приятно пахло пчелиным воском и свежими опилками. Ошеломленная Камилла вертела головой по сторонам – арфы, клавесины, даже небольшой спинет, правда, последний явно нуждался в починке. Пока она разглядывала их, из-за конторки вышел высокий джентльмен с бледным лицом и направился к ним.
– Добрый день, – учтиво поздоровался он. – От этих арф невозможно оторвать глаз, не так ли?
– О, они прелестны! – У Камиллы от восхищения захватило дух.
Хозяин хрустнул пальцами.
– Прекрасный вкус, мадам! Таких в наше время уже больше не делают. – Он отвесил легкий поклон в сторону Ротуэлла. – Желаете узнать цену, сэр?
– Нет, благодарю вас, – ответил тот, подавая ему визитку. Другой рукой Ротуэлл придерживал вертевшегося в кармане Чин-Чина. – Нам нужно фортепьяно. Точнее, рояль.
На мгновение в глазах хозяина мелькнула жадность – но тут же исчезла, точно ее стерли платком, и лицо его вновь приняло подобострастное выражение.
– Тогда вы пришли именно туда, куда нужно, милорд! – воскликнул он, пробежав глазами визитку, поданную ему Ротуэллом. – Могу предложить вам чудесный бэбкок – доставят из Бостона через пару недель.
– Нет-нет, только не американский, – с легким раздражением в голосе возразил Ротуэлл. – Мы хотели бы приобрести инструмент наподобие того, что вы продали в прошлом году маркизе Нэш.
– Боже! – ахнула Камилла, уцепившись за руку Ротуэлла.
Хозяин, и без того бледный до синевы, побледнел еще больше.
– О Господи! – пробормотал он. – Шестиоктавный бем! Исключительный инструмент!
– Совершенно с вами согласен, – кивнул Ротуэлл, делая вид, что не чувствует, как Камилла незаметно щиплет его за руку. – Сколько времени это займет?
Бледный человечек вздрогнул, и вдруг лицо его сморщилось, точно он собирался заплакать.
– Их делают в Вене, – прошелестел он. – Достать такой инструмент чрезвычайно сложно…
– Сколько? – решительно перебил Ротуэлл.
– Господи… не меньше нескольких месяцев, милорд, – забормотал тот. – Американский бэбкок заказывают обычно за полгода, хороший английский рояль – за три месяца. Но бем… Тот, что сейчас у нас, делался на заказ, и заказывали его еще чуть ли год назад.
– Значит, у вас имеется такой? – спросил Ротуэлл, в голосе которого внезапно прорезались резкие нотки.
– Э-э-э… да, – признался хозяин. – Но он уже заказан.
– Кем? – Ротуэлл извлек бумажник.
– М-м-м… супругой французского посла, – промямлил продавец.
Ротуэлл невозмутимо сунул ему в руку банкноту.
– Так закажите для нее другой.
Бледный хозяин глянул на банкноту и судорожно глотнул. Камилла сдавленно пискнула.
– Ну… – неуверенным тоном промямлил хозяин. – Что ж, раз такое дело… конечно… задержка в доставке всегда ведь возможна… – Он нервно облизнул губы. – В конце концов, послы приходят и уходят, не так ли?
– Вот именно, – с мрачным видом кивнул Ротуэлл. – А мы остаемся.
С беспокойством покосившись в его сторону, хозяин сунул банкноту в карман.
– Ну, значит, по рукам, – с довольным видом объявил он. – Примите мои поздравления, милорд.
– Мы живем на Беркли-сквер, – сообщил Ротуэлл. – Когда вы сможете доставить его?
Засуетившись, хозяин беспокойно глянул через плечо.
– В любое время на следующей неделе, – прошелестел он. – Но не с парадного входа, милорд, вы меня понимаете? Только не с парадного входа.
– Боже! – прошептала Камилла, когда Ротуэлл вел ее к экипажу. – Для чего ты это затеял? В этом не было никакой необходимости!
Ротуэлл, удобно устроившись на сиденье, вытащил из кармана уже успевшего соскучиться Чин-Чина.
– Поезжай! – крикнул он кучеру. Потом, повернувшись к Камилле, негромко сказал: – Ты – моя жена, дорогая. И я хочу, чтобы у моей жены было только все самое лучшее. Ну а рояль… о, его я покупал для себя.
– Для себя, милорд? – склонив голову набок, Камилла с любопытством посмотрела на мужа.
Он невозмутимо оглядел ее с головы до ног.
– Естественно. Чтобы иметь удовольствие слушать, как ты играешь, – понизив голос, объяснил он. – Что необычного в том, что муж желает насладиться талантами своей супруги? – пророкотал он.
Камилла вдруг почувствовала, как от этого низкого звучного голоса в ней снова пробуждается желание. Она смутилась – но заставила себя смотреть ему в глаза.
– Вы считаете, я ими обладаю, милорд? – прошептала она. – Что ж, буду стараться, чтобы вы не были разочарованы…
Какое-то время Ротуэлл молча смотрел на нее.
– Думаю, ты и сама знаешь ответ на этот вопрос, – бросил он наконец.
Странно польщенная. Камилла откинулась на сиденье и ничего не ответила.


На следующей неделе Ротуэлл в очередной раз удивил Камиллу, предложив заехать в «Невилл шиппинг». Поездка в Доклендс привела Камиллу в восторг – впервые она оказалась в той части столицы, где еще никогда не бывала. Запахи, витавшие в воздухе, показались ей восхитительно первобытными – ароматы протухшей рыбы, гниющих водорослей, горячих пирогов, от которых в воздух поднимался пар, йодистые испарения моря… Караваны тяжеловесных купеческих судов толпились у причала.
Пробираясь вслед за ним по Уоппинг-Уолл, Камилла с любопытством озиралась по сторонам. А тут было на что посмотреть: пирамиды бочек сменялись шеренгами клеток, откуда доносился истошный ор домашней птицы, а между ними сновали мужчины с задубелыми от ветра и солнца лицами в грубых матросских куртках, привыкшие к штормам и не гнушавшиеся лондонских трущоб. Ротуэлл протянул руку, указывая на показавшуюся впереди контору «Невилл шиппинг» – четырехэтажное здание, зажатое между бондарной мастерской и лавкой, где торговали снастями и матросскими куртками.
Подхватив Камиллу на руки, он перенес ее через тротуар и аккуратно поставил на крыльцо. Камилла с любопытством покосилась вниз – оказалось, тротуар перед домом был покрыт какой-то слежавшейся массой, похожей на смесь рыбьих потрохов и гнилой соломы.
– Неприглядное местечко, – пробормотал Ротуэлл, носком сапога отшвырнув в сторону рыбью голову. – Зря я привез тебя сюда.
– Наоборот, – запротестовала Камилла. – Здесь все так… интересно!
Внутри их радостно приветствовала Ксантия – судя по всему, появление брата стало для нее полной неожиданностью. Захлопнув увесистую бухгалтерскую книгу, которую она как раз изучала, Ксантия кинулась им навстречу.
– Проклятые счета! – с гримаской отвращения бросила она. – Явились оторвать меня отдел, да? Ну и слава Богу, а то у меня уже глаза на них не смотрят.
Представив им мистера Бейкли, занимавшего должность главного клерка, Ксантия устроила родственникам нечто вроде краткой экскурсии. Первый этаж представлял собой одно большое помещение, на удивление хорошо оборудованное и залитое светом, проникавшим сюда через широкие окна. Камилла насчитала не менее полудюжины клерков, не преминув отметить, что все они старательно избегали встречаться взглядом с Ротуэллом. А вот Ксантию, когда та проходила мимо их столов, приветствовали улыбками и почтительными поклонами.
– Пойдемте наверх, – предложила Ксантия, когда они закончили с осмотром. – Мистер Бейкли, принесите мне остальные бухгалтерские книги, я просмотрю их позже. И пришлите кого-нибудь наверх с чаем, хорошо?
Держа тяжелую книгу под мышкой, Ксантия двинулась вверх по лестнице. Последовав за ней, Камилла с Ротуэллом оказались в кабинете – просторном, роскошно обставленном, из окна которого открывался прекрасный вид на участок Темзы между Лондонским и Тауэрским мостами с прилегающими набережными. Вдоль стен тянулись застекленные книжные полки, большую часть кабинета занимали два массивных, красного дерева стола – один казался пустым, тогда как другой ломился под грудами бухгалтерских книг и сложенных в аккуратные стопки писем.
Ксантия пристроила сверху ту, что держала под мышкой. Немного удивленная всем этим Камилла подошла к окну.
– А среди этих судов есть и ваши? – спросила она, разглядывая порт.
– Да, одно – вон та быстроходная красавица из Бостона. – Ксантия, обняв Камиллу за плечи, высунулась в окно. – Вон та, «Принцесса Покахонтас».
– Всего одно судно? – Камилла рассчитывала увидеть целую флотилию.
Ксантия рассмеялась.
– Здесь – да. Еще одно стоит в доке в Вест-Индии, а другое – в доках Святой Екатерины, это немного выше по реке. Видишь ли, дорогая, держать здесь судно стоит немалых денег. – Она шутливым жестом приложила руку к груди и поклонилась. – В этом и состоит мой священный долг – следить, чтобы мы оставались на плаву.
Камилла чувствовала тепло стоявшего у нее за спиной Ротуэлла – это почему-то действовало на нее успокаивающе.
– Зи у нас всему голова, – объяснил он, обняв Камиллу за талию. – Составляет сметы, ведет бухгалтерию, короче, планирует всю нашу деятельность. А Гарет занимается инвентарными ведомостями. Кроме этого, он отвечает за наличие товаров – во всяком случае, раньше отвечал.
Камилла обернулась:
– Герцог Уорнем?! – Слова Ротуэлла ошеломили ее.
Ксантия криво улыбнулась:
– Гарет получил титул герцога совсем недавно и еще не привык нему. Но сейчас, когда Антония – герцогиня Уорнем – носит ребенка, ему волей-неволей придется помнить об этом.
– В самом деле? – бросил Ротуэлл. – А я-то думал, почему он в таком… своеобразном настроении?
Ксантия как-то странно покосилась на него.
– Я так счастлива за нее, – продолжала она. – Но теперь Гарету, естественно, приходится больше времени проводить в Селсдоне. Так что мы наняли мистера Уиндли, он очень опытный человек.
– Значит, ты им довольна? – поспешно спросил ее брат. В ответ – все та же кривая улыбка.
– А разве у меня был выбор? – вздохнула она. – Нет, он вполне справляется. Но ты же не станешь спорить, что ни один даже самый опытный служащий не будет лезть из кожи вон, как на его месте делал бы хозяин. – Она выразительно покосилась на Ротуэлла. – К тому же, мне кажется, мистеру Уиндли вообще не нравится работать в Доклендсе. Кстати, вчера в Милл-Ярде произошел прискорбный случай – объявился вор-карманник. Мистеру Уиндли все это очень не по душе.
– Ну, будем надеяться, он все же останется, – поморщился Ротуэлл.
– Я тоже на это надеюсь, – недовольно бросила Ксантия.
Губы Ротуэлла тронула грустная улыбка.
– Я должен где-то расписаться, Зи?
Она кивнула в сторону письменного стола.
– Там кое-какие бумаги из банка, – буркнула она. – И будь любезен, прочитай их на этот раз, хорошо? – с нажимом в голосе добавила она.
С этими словами она шлепнула перед ним на стол внушительную пачку документов.
Ротуэлл со стоном уселся за стол.
– Свою драгоценную бухгалтерскую книгу можешь дать Камилле, – проворчал он. – Это по ее части. Моя жена как раз изучила до конца очередной пыльный том по ведению домашних счетов и теперь скучает.
Судя по всему, Ксантия была приятно удивлена.
– Что ж, лишние руки для этой проклятой работы нам явно не помешают, – радостно проговорила она. – Если ты сможешь просмотреть эти цифры и подбить баланс, я навечно у тебя в долгу, Камилла. Можешь воспользоваться столом мистера Уиндли.
– С удовольствием попробую, – кивнула та.
Слегка удивленная неожиданным предложением Ротуэлла, Камилла взяла пухлую бухгалтерскую книгу и, прихватив с соседнего стола карандаш, взялась за дело. Брат с сестрой последовали ее примеру. Ксантия, стоя за плечом у Ротуэлла, отмечала для него пункты, которые считала особенно важными. Какое-то время Ротуэлл послушно читал, потом его терпение явно иссякло, и он принялся с остервенением черкать свою подпись в тех местах, где указывала сестра.
Дождавшись, когда они закончат, Камилла встала.
– Вот, – смущенно сказала она, протянув Ксантии открытую книгу. – Тут ошибка – клерк забыл провести по счетам стоимость парусины. А вот тут – видишь, на этой строчке, где идут расчеты за провиант, – он перепутал две цифры.
Ксантия подняла вверх брови.
– Да ну? – изумленно протянула она. – И верно! А баланс сошелся?
– Oui, должен сойтись, – кивнула Камилла. Снова присев за стол, она с карандашом в руках пробежала глазами ровные колонки цифр, что-то подсчитывая в уме. – Да, все в порядке, – обрадованно вздохнула она и, захлопнув книгу, протянула ее Ксантии.
– Замечательно! – просияла Ксантия. – А как быстро!
Камилла смущенно разглядывала пол.
– В Лимузене я вела все счета, – неловко объяснила она. – Экономия… и умение хорошо считать – без этого мы не выжили бы.
На пороге появился молодой слуга с тяжело нагруженным подносом. Все трое с чашками в руках уселись за столик возле окна. Еще добрых полчаса, пока все они болтали о самых обычных вещах, Камилла исподтишка оглядывала комнату. Все здесь – книжные полки, едва не падавшие под тяжестью толстых бухгалтерских книг, чертежи и в особенности огромная карта с воткнутыми тут и там желтыми булавками, занимавшая добрую часть противоположной стены, – удивляло ее. Это был новый, совершенно неизвестный ей мир, мир морских путешествий и торговли. И этот мир потряс ее воображение.
То и дело мимо двери грохотали чьи-то шаги; кто-то взбегал вверх по лестнице или мчался вниз, маленький колокольчик у дверей каждую минуту весело звенел, когда очередной посетитель врывался в контору или закрывал за собой дверь. Все казалось Камилле странным и волнующим, даже крики и перебранка лодочников под окном. Жизнь в этом месте буквально била ключом, и Камилла вдруг поймала себя на том, что отчаянно завидует золовке.
– Похоже, ты не часто делаешь им честь своим появлением, пробормотала она, когда Ротуэлл подсаживал ее в карету. – Мне даже показалось, что служащие в твоем присутствии чувствуют себя неловко.
Выражение лица Ротуэлла стало непроницаемым.
– Я никогда особенно не старался вникать в эти дела, – буркнул он, усаживаясь. – Судовыми перевозками всегда занимался брат. Конечно, если Зи нет в городе, мне волей-неволей приходится торчать в конторе и заправлять всем. Но обычно я стараюсь лишний раз туда не соваться.
Камилла только молча смотрела на него.
– «Невилл шиппинг» всегда был чем-то таким… – он какое-то время молчал, – чем-то особенным, понимаешь? Еще одной ниточкой, которая связывала Люка и Ксантию, – с легкой грустью добавил он. – Она обожала заниматься всем этим. Мне и в голову никогда не приходило, что это может оказаться ей не под силу…


Подъехав к дому, они увидели у дверей открытый экипаж, а в нем – лорда и леди Шарп, дожидавшихся их возвращения. Камилла, высунувшись в окно, с восторгом разглядывала изысканную, цвета лаванды, шляпку леди Шарп и теплый плащ насыщенного пурпурного оттенка.
– А вот и наши новобрачные! – воскликнула графиня. – Мои дорогие, как я рада вас видеть! Мы с Шарпом собираемся покататься в парке. Не хотите составить нам компанию?
Но Камилла продрогла до костей, к тому же возможность побыть дома с мужем казалась ей намного более заманчивой. Бросив на жену быстрый взгляд, Ротуэлл отказался, предложив вместо этого присоединиться к ним за чаем. Лакей, спрыгнув с запяток, бросился помочь леди Шарп выйти из экипажа.
Краем глаза Камилла внезапно заметила какое-то движение. Трость Ротуэлла с грохотом скатилась по ступенькам кареты. Камилла резко обернулась к мужу – и в ужасе округлила рот. Колени у Ротуэлла подогнулись, и он медленно осел на землю. Пронзительный крик леди Шарп испугал лошадей. Карета дернулась, едва не подмяв под себя лакея.
– О Боже! – Испуганная Камилла упала на колени.
– Проклятие! – Не обращая внимания на бивших копытами лошадей, лорд Шарп бросился к ним.
– Киран! – кричала леди Шарп. – Господи… что с ним?!
В этот момент дверь распахнулась и на крыльцо выскочил Трэммел. Шарп и дворецкий опустились на колени перед Ротуэллом. И тут Камилла увидела его лицо. Сердце у нее упало – ее муж был смертельно бледен.
– Как ты, дружище? – шепотом спросил лорд Шарп.
Камилла была слишком испугана, чтобы услышать, что ответил Ротуэлл. В конце концов Шарпу с помощью дворецкого удалось помочь ему подняться на ноги. Поддерживая Ротуэлла с двух сторон, они повели его к дому.
– Все нормально… – с трудом выдавил из себя Ротуэлл. – Просто… голова закружилась…
– В библиотеку, сэр, если не возражаете, – пробормотал дворецкий, обращаясь к Шарпу.
Ротуэлл сделал слабую попытку отпихнуть их в сторону, твердя, что отлично обойдется без их помощи, однако было ясно, что он испытывает сильную боль. С искаженным мукой лицом он не столько сел, сколько упал на кушетку перед камином. Время от времени по всему его телу пробегала судорога. Губы у Ротуэлла посинели, рукой он схватился за бок.
– Разожгите камин, Трэммел, – приказала леди Шарп. – И немедленно пошлите за доктором.
Ротуэлл, скривившись, со стоном схватил ее за руку.
– Никаких… докторов… – прохрипел он.
– Ротуэлл, хоть сейчас прекрати валять дурака! – Леди Шарп с тревогой заглянула ему в глаза. – Где у тебя болит? Тебя тошнит?
– Да, – с трудом выдавил Ротуэлл.
Дворецкий привел лакея, который принялся торопливо разводить огонь в камине.
– Мне кажется, боль скоро пройдет, мэм, – почтительно вмешался он. – Все, что ему сейчас требуется, – это тепло и отдых.
Леди Шарп от возмущения приоткрыла рот.
– Что это значит, Трэммел? Получается, это уже не в первый раз?!
Камилла, придвинув к кушетке стул, села возле мужа, положив руку ему на плечо. Через какое-то время она с радостью заметила, что сведенные судорогой мышцы понемногу расслабились, и лицо его как будто стало спокойнее.
Не обращая внимания на остальных, она опустилась возле кушетки на колени.
– Где болит? – чуть слышно спросила она, взяв его руку в свои. – Сердце, да?
Ротуэлл покачал головой.
– Нет, не сердце, – прохрипел он. И, сморщившись от боли, с трудом вдохнул сквозь стиснутые зубы. – Проклятие… до чего ж унизительно…
– Просто скажи, где у тебя болит.
– Мне казалось… – У него перехватило дыхание, – мне казалось, ты поклялась, что не станешь задавать вопросов… что не будешь вмешиваться…
– А ты и поверил, да? – проговорила Камилла, стараясь, чтобы голос ее не дрожал. – Поверил, что я позволю тебе медленно убивать себя? Ну уж нет! А теперь скажи мне, где у тебя болит.
На лице Ротуэлла отразилось смирение.
– Ребра… точнее, под ребрами. Черт… А если уж честно, то везде.
Отпустив его руку, Камилла принялась торопливо расстегивать ему жилет. Жаль, что рядом нет Ксантии, подумала она, может, хотя бы ей удалось повлиять на своего упрямого брата. Но Ксантия ждала ребенка… ее ни в коем случае нельзя волновать!
– Что ты сегодня ел? – спросила она.
– Тост, – прошептал Ротуэлл, и голова его упала назад. – И яйца… кажется…
Стащив с Ротуэлла жилет и рубашку, Камилла принялась осторожно ощупывать его грудь, постепенно спускаясь все ниже. Но стоило ей нажать чуть ниже последнего ребра, как ее муж снова сморщился от боли.
– Тебе срочно нужен доктор. – Руки Камиллы слегка дрожали. – Ты слышишь, Ротуэлл? Я настаиваю!
– Проклятие… никаких докторов! – выругался он. – Не сейчас. Слышишь, Камилла, только не сейчас… потом.
Камилла в растерянности обвела взглядом остальных.
– Мадам, думаю, вам с лордом Шарпом лучше уйти, – наконец решилась она. – Очень может быть, что это… как бы это сказать… заразно.
– Заразно? – Лицо леди Шарп исказилось от ужаса. – О нет… только не это!
– Тем не менее вы должны думать о своем малыше! – решительно заявила Камилла.
В этот момент из груди Ротуэлла вырвалось сдавленное рычание, и он снова скорчился от боли.
– Боже милостивый! – закричала леди Шарп. – Нужно что-то делать! Есть в доме настойка опия?
Камилла, склонившись к нему, обхватила его лицо ладонями.
– Киран…
– Бренди!.. – прошипел Ротуэлл.
Леди Шарп порывисто склонилась к нему.
– О, ради всего святого, Киран! Нельзя же лечиться одним только бренди!
Камилла, подняв голову, одними глазами отдала Трэммелу приказ. Сообразив, что она хочет сказать, он замер.
Спустя какое-то время боли, по-видимому, отступили – Ротуэлл вытянулся на кушетке, лицо его немного разгладилось, дыхание было уже не таким хриплым. Камилла бросила взгляд на их сплетенные руки и едва не разрыдалась.
– Держись, дорогая, – выдохнул он, слегка пожав ее пальцы. – Если я умру, у тебя по крайней мере останется Чин-Чин.
– Боже, как ты можешь шутить такими вещами?! – Скорчившись у его ног, Камилла с умоляющим лицом подняла глаза на леди Шарп. – Пожалуйста, мадам, уходите! – смахнув со щек слезы, взмолилась она. – Я прослежу, чтобы он лег в постель, и посижу возле него до утра. А завтра утром я дам вам знать, как он себя чувствует, хорошо?
В конце концов графиня сдалась. После недолгого препирательства лорд Шарп наконец увел ее. Камилла с облегчением закрыла за ними дверь.
Сидя возле мужа, Камилла размышляла. Слова Ротуэлла ничуть не успокоили ее. Боль в боку была чревата многими опасностями. Запущенный аппендицит, к примеру, или что-то такое, что не поддается лечению, – и тогда к утру Ротуэлл может умереть. Или встанет совершенно здоровым – кто знает? Ей стало страшно. Камиллу преследовали воспоминания о бесчисленных днях и ночах, которые она провела у постели больной матери.
– Рэндольф, – окликнула она застывшего в дверях лакея. – Помогите Трэммелу уложить вашего хозяина в постель.
– Да, миледи.
– Проклятие, я сам могу… – прохрипел Ротуэлл, снова пытаясь встать.
– Рада это слышать! – едко бросила она. – Тогда они будут просто поддерживать тебя за плечи.
Слуги, выполняя приказ Камиллы, подхватили угрюмо чертыхавшегося Ротуэлла и почти на руках вынесли его из библиотеки.
– И еще, Трэммел, – вслед им бросила Камилла. – Не забудьте сразу же послать за доктором, пожалуйста.
– Никаких докторов! – запротестовал Ротуэлл. Он оглядел лестницу, словно прикидывая, хватит ли у него сил взобраться по ней.
Камилла и Трэммел обменялись взглядами.
– Пошлите кого-нибудь за доктором.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лиз

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Эпилог

Ваши комментарии
к роману Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лиз



мне понравился, легкий, отдыхающий,правда никаких особых эмоций не вызывает
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лизарина
14.09.2012, 21.14





средненько.какой-то шаблонный сюжет только ради того чтобы продолжить серию. читать было просто скучно.
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лизаля
16.11.2012, 16.14





если честно прочитала начало и конец, читать можно хотя и скучно.
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лизроза
16.08.2013, 14.58





Дочитала только для того,чтобы узнать чем он болеет.Про негодяев с комплексами есть романы намного сильнее.Этот эмоций не вызвал.Скучный!И название не подходит.
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл ЛизLera
9.03.2014, 17.44





Может гл. герои и не вызывают сильных эмоций, но вот образ матери гл. героини вызывает еще какие эмоции, я ее не понимаю и не одобряю, эгоистичная девица погналась за большой любовью, и получила по заслугам.
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл ЛизТаня Д
10.12.2014, 11.59





Не шедевр, но прочитать можно.
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл ЛизОльга К
25.09.2015, 23.55





в начале понравился, но конец какой-то не романтичный, мне не хватило признаний и объяснений любовных что ли....
Никогда не влюбляйся в повесу - Карлайл Лизольга п.
6.02.2016, 11.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100